Мудрый Юрист

Предупреждение глубоких нарушений психологического состояния потерпевших как субъектов уголовного процесса

Хайлова В.А., старший научный сотрудник "НПЦ психологической безопасности образовательной среды и психологического обеспечения деятельности в экстремальной ситуации" Психологического института РАО, руководитель общественной приемной Межрегиональной общественной организации правозащитного движения "Сопротивление".

Рассматриваются вопросы правовой защиты и психологической реабилитации потерпевших от уголовно наказуемых преступлений. Обсуждаются меры предотвращения повторной травматизации потерпевших при судебном разбирательстве и следственных мероприятиях.

Потерпевшим в уголовно-правовых отношениях является лицо уголовного процесса, в отношении которого вынесено постановление прокурора, следователя, органа дознания или определение (постановление) суда о признании его потерпевшим (согласно ст. 53 УПК). В нашем случае хотелось бы расширить это понятие и считать потерпевшими потенциальных участников уголовного процесса, признанных таковыми на основе заявления с просьбой о возбуждении уголовного дела, и жертву преступления, когда речь идет о достоверно установленном вреде, нанесенном лицу преступлением. В любом случае это лица, которым преступлением непосредственно причинен моральный, физический или имущественный вред. На сегодняшний день в российском обществе обострена проблема, связанная с нарушением прав человека и совершением против него противоправного действия. Это происходит на фоне сложных политических, экономических, социальных преобразований в нашей стране. Это время характерно двумя основными направлениями: с одной стороны, совершается постепенная трансформация нашего государства, утверждаются новые демократические принципы государственного строя, а с другой - в обществе проявляются такие негативные социальные явления, как безработица, инфляция, низкий уровень жизни, межнациональные конфликты, вынужденная миграция населения. В этих условиях, по статистике ВЦИОМ, каждый четвертый (25%) из 1,5 тысячи опрошенных в возрасте от 20 до 50 лет переживал тяжелые условия жизнедеятельности, испытал ситуации, в которых была угроза здоровью, личной безопасности или ближайшего окружения. Из этих почти 400 человек 65% сами являлись потерпевшими, 17% - близкими родственниками, 9% - очевидцами, свидетелями, 5% - друзьями, 4% - остро сопереживающими. Кроме того, из этого числа 180 потерпевших (45%) неоднократно переживали критическую жизненную ситуацию. Обращает на себя внимание тот факт (это чаще всего отмечают), что опасность, угроза исходит от неизвестных, незнакомых лиц (36%), от знакомых - 16% и 5% - со стороны семьи, близких родственников. Почти четверть опрошенных (22%) в качестве источника угрозы отметили государственные органы власти, структуры различного уровня, 12% - указали на угрозы, исходящие от правоохранительных органов власти, а 9% - в качестве таковых предполагают судебно-исполнительные органы власти. При этом существенной потерей, которая имела место в переживаемой ситуации, почти половина потерпевших (45%) считают нанесенный материальный ущерб, примерно столько же (42%) отметили ущерб здоровью, 5% потерпевших переживают утрату значимых близких. Несколько реже отмечались: потеря собственности и потеря работы. Показатели по распространенности посттравматических стрессовых расстройств, в том числе с соматическими повреждениями, у участников уголовного судопроизводства, переживших критическую жизненную ситуацию, колеблются от 10% у свидетелей события до 50% среди потерпевших.

По представленным показателям и с учетом данных МВД о том, что только в прошлом году потерпевшими в России признаны 4 млн. человек (хотя независимые эксперты уверены, что на самом деле таких людей намного больше), масштаб социальный проблемы заключается не только в численности зарегистрированных потерпевших и свидетелей, но и в вероятных последствиях деструктивного воздействия на психику и сознание данной категории граждан совершенных против них противоправных уголовно наказуемых действий.

В связи с этим можно предопределить охват реализации угроз психологического характера, которые приводят к нарушению психического здоровья данной категории жителей России. Вместе с тем необходимо учитывать, что часть людей, переживших совершенное против них уголовное преступление, в процессе следственных мероприятий и судебных разбирательств получают вторичную психологическую травму при развитии ситуации случайных ошибок, а порой злоупотреблений сотрудников тех органов, которые призваны защищать права наших граждан. Общеизвестно, что уголовно-процессуальная деятельность не всегда отвечает требованиям законности и обоснованности; правонарушения и ошибки, допускаемые дознавателем, органом дознания, следователем, прокурором, судом, затрагивают не только права, но и существенным образом влияют на психическое и физическое состояние лиц, в том или ином качестве вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства.

Безусловно, с полным основанием можно утверждать, что в новом законодательстве России сделаны значительные шаги в направлении закрепления института правовой защиты человека как элемента системы права. Наиболее отчетливо это сформулировано в Конституции Российской Федерации, принятой 12 декабря 1993 г. В соответствии с Основным Законом признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина являются обязанностью государства (ст. 2) и основой конституционного строя. Этот ведущий принцип Российской Федерации как правового государства находит свою конкретизацию в нормах гл. 2 "Права и свободы человека и гражданина" Конституции РФ. В них, впервые за всю отечественную историю, закреплены важнейшие положения о том, что "государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется" и "каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом" (ст. 45).

Тем не менее до сегодняшнего времени потерпевший в уголовном судопроизводстве чаще всего выступает в качестве доказательной базы для обвинения преступника. Исходя из этого можно говорить о том, что для правосудия главной задачей остается соблюдение общественного интереса в рамках наказания лиц, преступивших законы государства, а за пределами правосудия остаются личные интересы потерпевшего, в том числе вопросы, связанные с реабилитацией его психического и физического здоровья. Этот факт подтверждается при ознакомлении с уголовными делами, прекращенными на предварительном следствии, и с делами, прошедшими судебное разбирательство. В них, как правило, не выявляется прямых грубых нарушений процессуального закона по отношению к потерпевшим, но при этом отмечено, что значительная часть потерпевших в суд не является, а если является, то по второму или третьему вызовам. Большая часть потерпевших отказывается знакомиться с материалами дела. Естественно, возникает вопрос: откуда такая пассивность в защите собственных прав и интересов? Ответ на этот вопрос упирается, во-первых, в физическое и психологическое состояние потерпевшего, который в период после произошедшего с ним события переживает резко измененные условия жизнедеятельности, при которых ухудшается его общее физическое состояние, самочувствие, возрастает состояние психической напряженности соответственно тяжести создавшейся ситуации постоянной или длительной опасности. Во-вторых, в процессе судопроизводства потерпевший не видит потенциальную вероятность соблюдения его интересов при восстановлении справедливости не только правового характера, но и в вопросах компенсации утрат, в том числе здоровья. На сегодняшний день решение этих задач не обеспечено судебной защитой в полном объеме. При такой постановке вопроса становится очевидным, что человек, потерпевший от преступления или ставший свидетелем преступления, практически в одиночку пытается справиться с возникшими у него проблемами и преодолеть критическую жизненную ситуацию. И тогда чаще всего условия, в которых находится потерпевший, становятся фактором пролонгированного деструктивного воздействия на психическое состояние личности, вызывая аккумуляцию напряженности, на крайних пределах которой происходит срыв. Потерпевший при таких обстоятельствах утрачивает жизненные смыслы и веру в то, что жизнь организована согласно порядку и поддается какому-либо контролю. При этом ситуация усугубляется тем, что потерпевший в этот период в зависимости от личностных особенностей, глубины переживания случившегося с ним события и создавшихся условий детерминирует свое поведение. Оно, в свою очередь, может быть разрушительным в отношении самой личности или окружения. Причина кроется в том, что потерпевшего может преследовать гамма чувств, выступающих базовыми переживаниями любого травматического стресса. И тогда, переживая травму, он стремится к ее повторению для того, чтобы отреагировать, и невольно подставляет себя под травмирующие ситуации. В этом случае есть большая вероятность, что потерпевший подвергает себя опасности оказаться повторно в статусе жертвы преступления или стать нарушителем закона, преступником. Вместе с тем близкие потерпевшего также попадают в тяжелую ситуацию, и у них также выступают на передний план экзистенциальные страхи. Они могут уйти в себя и не иметь возможности оказывать помощь другому человеку, что утяжеляет условия психологического восстановления потерпевшего. Следовательно, необходимо говорить о переживании стресса не только потерпевшим, который является процессуальной фигурой, наделенной определенными процессуальными правами. Потому как кроме конкретного физического лица, против которого было направлено зарегистрированное посягательство, есть жертвы, к числу которых относятся все близкие потерпевшего, члены семьи, в силу того, что вместе с материальным или иным ущербом нельзя не признать деструктивного влияния всех обстоятельств на их поведение и психику. Мы отметили, что у обозначенной категории потерпевших появляются проблемы на психологическом и поведенческом уровнях. В то же время отмечаем, что в ряде случаев у потерпевших в этот сложный для них период обостряются все существующие противоречия между интенцией к осуществлению и невозможностью исполнения значимых для них ценностей, как следствие, повышается уровень напряжения и развивается травмирующий стресс. Соответственно отмечаются и психические нарушения более глубокого уровня, на основе которых развиваются деструктивно измененные состояния. Например, симптомы острого стрессового расстройства могут обнаружиться почти сразу после пережитого травмирующего события и продолжаться в течение продолжительного времени, примерно до четырех недель, а посттравматическое стрессовое расстройство проявляется в любое время после травмы и продолжается месяцы. В таких случаях специалист наблюдает у личности потерпевшего проявления интенсивного страха, беспомощности или крайнего ужаса. Потерпевшему данное состояние стоит огромных усилий, потому как посттравматические стрессовые расстройства формируются за счет колоссальной затраты психической энергии на защитные механизмы. В этот период, как следствие длительного напряженного состояния, у потерпевших может развиться психогенно обусловленный десинхроноз деятельности внутренних органов, проявиться дезадаптация ЦНС с развитием предпатологических или патологических пограничных нервно-психических, психосоматических, личностных и, как мы уже отмечали, поведенческих нарушений. И на пролонгированном этапе, примерно шесть месяцев после травматических событий, проявляется многообразие, которое характеризуется как: астено-депрессивные, тревожно-депрессивные, астено-невротические, астено-ипохондрические расстройства и т.д. Рассматривая предыспонирующие факторы, которые могут понизить порог для развития посттравматического стрессового расстройства или утяжелить его течение, важно отметить тот факт, что современная наука определяет психическое здоровье посредством суммы медицинских и психологических критериев, а также социальных норм и ценностей. В соответствии с этим специалист, оказывающий помощь такой категории граждан, должен учитывать, что особенности течения ПТСР, как и вероятность его развития, во многом зависят от характерных факторов. К группе, способствующей воздействовать на развитие ПТСР, помимо тяжести стрессорного фактора можно отнести уязвимость индивидуума. О ней свидетельствуют: возможное предшествующее невротическое заболевание; наличие и вид акцентуации характера, личностные черты; склонность к асоциальному поведению; отягощенность наследственности психической патологией (отягощенность психотравмами, незрелость, астенические черты, гиперсенситивность, зависимость, склонность к чрезмерному контролю, направленному на подавление нежелательной эмоции). Следует уделить внимание склонности к виктимизации (тенденции оказываться в роли жертвы при аналогичных ситуациях), или чертам травматофилии (удержание травматического опыта). Кроме того, специалист обращает внимание и на другие факторы, объясняющие развитие стрессовых расстройств у потерпевшего после совершенного уголовно наказуемого преступления, такие как: недостаток социальной поддержки, воздействие близкого окружения, семьи, стремление самого потерпевшего к изменениям системы отношений, стигматизация, демографический фактор, культурные особенности, условия окружающей среды. Эти факторы, при благополучном стечении обстоятельств, могут стать ресурсными и конструктивно повлиять на процесс разрешения проблем и приобретения потерпевшим нового социального опыта.

Безусловно, самостоятельно изменить отношение к сложившимся условиям жизнедеятельности, при этом давать адекватные показания в процессе следственных мероприятий потерпевшему очень сложно. В этот период потерпевшему важно специализированное сопровождение в рамках реабилитационных программ. В связи с этим необходимо отметить, что раннее начало реабилитационных мероприятий может развить быструю динамику по восстановлению равновесия между окружением и личностным восприятием мира потерпевшего как безопасного и защищенного места. Кроме того, оказание психологической помощи в ближайшие от события дни, уже на начальном этапе после события, значительно снижает напряжение переживаемого эмоционального потрясения от тяжелой стрессовой ситуации и является профилактикой развития ПТСР. Нами отмечено, что при оказании экстренной психологической помощи, без отягощения посттравматическими стрессовыми расстройствами, и при благополучном стечении обстоятельств у пострадавшего быстрее восстанавливаются стандартные контакты с окружающим миром, освобождается потенциал для выстраивания перспективы в трудовой деятельности или становится возможным ее продолжение. Таким образом, человек не лишается прежних реальных перспектив, поскольку своевременно оказана помощь, в процессе которой происходит необходимая плавная перестройка всей личностной ориентации. В конечном счете это существенно повлияет на функциональность активной позиции при содействии следствию. А именно адекватные суждения при даче показаний потерпевших в процессе расследования, которые являются одним из важных факторов, ведущих к полному, объективному и всестороннему установлению всех обстоятельств дела, постановлению справедливого приговора. Более того, свидетельство психологически уравновешенной личности исключает возможность отказа обвиняемого от своих показаний, препятствует разрушению доказательственной базы в суде, а в целом мешает преступным намерениям и деяниям. Несвоевременное принятие мер по нормализации психологического состояния участников уголовного судопроизводства, безусловно, лишает следствие ряда возможностей, в том числе наиболее полно изучить причины и условия преступления, правильно его квалифицировать, обнаружить новые доказательства, всесторонне и полно расследовать уголовное дело.

Очевидна необходимость тандема работы юриста и психолога в вопросах комплексного сопровождения потерпевшего уже на самых первых этапах после произошедшего с ним события. Поэтому мы отмечаем, что в правовой практике уже начинает накапливаться эмпирический материал, который показывает роль психолога в правовой области. И в помощь сотрудникам правоохранительной и правоприменительной практики должны работать специалисты, умеющие ориентироваться в смежных правовых вопросах: психологических, психиатрических, социальных. Безусловно, это требует рассмотрения новой области в юридической практике и подготовки другого уровня специалистов, способных профессионально решать задачи в рамках программ реабилитации потерпевших от уголовно наказуемого преступления. Они должны квалифицированно работать с возникающими проблемами у потерпевшего и хорошо ориентироваться в фундаментальных основах юридической и психологической практики, вести консультативную, психокоррекционную, реабилитационную работу, уделить большое внимание диагностике, в которой наблюдается многослойность психических нарушений у обозначенной категории граждан. Поэтому необходимо хорошо владеть и использовать диагностический инструментарий юридической психологии и совершенствовать прежде всего тестологический подход к изучению личности - жертвы преступления. Понимать динамику стрессового состояния, проводить анализ перспективы развития "травматической" ситуации и определять необходимый уровень медико-психологического или социального сопровождения в процессе реабилитации потерпевшего от уголовно наказуемого преступления.

Проблемы в вопросах сопровождения потерпевшего или свидетеля уголовного судопроизводства делают актуальным вопрос подготовки специалиста в этой области. Это свидетельствует, что данное направление теоретического знания и психологической практики становится весьма актуальным, многоплановым, а в перспективе будет еще более требуемым в правовой сфере и окажет на нее свое формирующее и гуманистическое воздействие. Поэтому реестр научной специальности "Юридическая психология" можно расширить диапазоном практических исследований по направлению реабилитации свидетелей и потерпевших уголовно наказуемого преступления. И расширить практическую деятельность юридического психолога, обеспечив комплексный подход к разработке проблем психологического и юридического обеспечения сопровождения потерпевших и свидетелей в рамках уголовного судопроизводства.