Мудрый Юрист

Юридические лица в сфере публичного и частного права

Ковалев И.А. - младший научный сотрудник ИЗиСП;

Мещерякова М.А. - младший научный сотрудник ИЗиСП;

Нанба С.Б. - младший научный сотрудник ИЗиСП;

Шуплецова Ю.И. - кандидат юридических наук, зав. отделом ИЗиСП.

20 мая 2009 г. в Институте законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации прошла ежегодная конференция молодых ученых, аспирантов и соискателей на тему "Юридические лица в сфере публичного и частного права".

В конференции приняли участие более 70 аспирантов, соискателей и молодых ученых, а также руководители и научные сотрудники Института.

Открыл конференцию первый заместитель директора ИЗиСП доктор юридических наук, профессор Ю.А. Тихомиров. Он отметил, что современная юридическая наука приобретает узкоспециализированный характер. Деление права на публичное и частное, свойственное континентальной правовой системе, в настоящее время все больше заимствуется странами других правовых систем.

Вместе с тем имеет место и другая тенденция - постепенное стирание грани между публичным и частным правом. Одной из причин этого процесса стала недостаточная определенность основных признаков понятия юридического лица. В частном праве это понятие является устоявшимся, и его признаки устанавливаются Гражданским кодексом РФ. Труднее обстоит дело с определением юридического лица в публичном праве, зачастую исследователи выделяют до 10 - 11 его признаков. Кроме того, юридическое лицо как публично-властный орган появляется и в частном праве.

Существующая на сегодняшний день строгая классификация отраслей права должна быть скорректирована. Так, возможно выделение "классических" отраслей и "новых", стоящих на стыке публичного и частного права.

По тематике конференции было представлено 42 текста выступлений и тезисов, по которым развернулась оживленная дискуссия.

Н.Г. Удальцова посвятила свое выступление необходимости введения в гражданское право категории "юридическое лицо публичного права".

Это мнение было поддержано М.А. Леденевой, отметившей, что участие публично-правовых образований в гражданских отношениях вызывает большое количество проблем на практике.

Вопросы оформления статуса публичных юридических лиц путем принятия федеральных законов затронула Ю.В. Миносьянц. По ее мнению, реформирование системы юридических лиц, в том числе юридических лиц публичного права, является одним из наиболее актуальных вопросов развития законодательства о юридических лицах.

Ю.В. Маслов подчеркнул, что до сих пор остается открытым вопрос о возможности Федерального Собрания учреждать организации, которые бы наделялись полномочиями юридического лица, посредством издания федерального закона.

С.Б. Нанба коснулась статуса муниципальных образований как юридических лиц, проблем соотношения гражданского и конституционного законодательства с точки зрения статуса муниципального образования как юридического лица. Гражданское законодательство не относит муниципальные образования к юридическим лицам, лишь распространяя на них правила, определяющие участие юридических лиц в отношениях, регулируемых гражданским законодательством.

П.С. Гвоздев остановился на природе государственной корпорации как юридического лица публичного права. Он отметил, что форма государственной корпорации является радикальным переводом государственной собственности в негосударственный сектор при минимальных финансовых выгодах для государства и при повышенном риске бесконтрольного использования и увода активов.

Н.Е. Коломеец затронула вопрос о собственности на имущество юридических лиц публичного права, их ответственности по своим обязательствам, подчеркнув отсутствие общих механизмов правового регулирования государственных корпораций, влияния учредителя на деятельность государственной корпорации, отметив, что статус принадлежащего им имущества характеризуется неопределенностью.

О.В. Мазова остановилась на вопросе юридической ответственности избирательных комиссий. На практике они не всегда отвечают своему назначению, становятся все менее самостоятельными. В связи с этим требуется обеспечение независимости и беспристрастности избирательных органов и надлежащего судебного контроля за их деятельностью.

М.А. Мещерякова подчеркнула, что юридические лица могут выступать как субъектами, так и объектами межрегиональных отношений в сфере социально-экономического развития. Значительную роль могут сыграть специализированные органы исполнительной власти субъектов РФ, занимающиеся вопросами межрегионального сотрудничества. На них могла бы быть возложена разработка мер по повышению эффективности привлечения предприятий к межрегиональному сотрудничеству, а также по координации деятельности прочих отраслевых органов субъектов Российской Федерации.

Н.А. Любутов остановился на проблеме негосударственных объединений как особых коллективных субъектов конституционного права. Им отмечено, что признаки негосударственного объединения можно логически вывести из содержания ст. 30 Конституции РФ, гарантирующей каждому право на объединение: 1) добровольность; 2) наличие общих целей и интересов; 3) личный характер участия членов (участников) в деятельности объединения; 4) негосударственный характер объединения; 5) организационное единство.

В своем выступлении К.С. Картунова подчеркнула, что в проекте Концепции развития законодательства о юридических лицах, подготовленной Советом при Президенте РФ, указано на отсутствие необходимости выделения в российском праве понятия юридического лица публичного права, так как данная категория не соответствует российскому правопорядку и правовой системе. Признана "полезность" категории юридического лица публичного права "с точки зрения упорядочения реализации участия в гражданских правоотношениях публично-правовых образований и их органов". При этом подчеркивается, что в перспективе органы публичной власти "не должны признаваться юридическими лицами частного права". Необходимые хозяйственные функции, по мнению разработчиков Концепции, "могут и должны нести их соответствующие подразделения (управления делами, финансово-хозяйственные отделы), которые в этих целях должны приобретать гражданско-правовой статус юридических лиц - государственных или муниципальных учреждений".

Это предложение весьма сомнительно ввиду отсутствия убедительной правовой аргументации данной позиции и правовых критериев, в соответствии с которыми юридически было бы возможно наделять отдельные подразделения органа государственной власти, являющиеся его структурными единицами (составными элементами), статусом юридических лиц частного права, в то время как сами органы данным статусом не будут обладать.

М.В. Забелина отметила, что до настоящего времени в России принадлежность тех или иных местностей субъекту Федерации зачастую подтверждается ссылками на подзаконные акты советского времени. Рамочное конституционное регулирование вопросов установления и изменения границ субъектов Российской Федерации, отсутствие базового федерального закона приводит к одностороннему правовому регулированию отношений, которое становится предпосылкой множественных противоречий и территориальных споров между субъектами Федерации.

Д.И. Махник говорил о необходимости демократизации современной партийной системы и создания более широких возможностей для представления в органах власти (в первую очередь - в законодательных) интересов различных слоев и групп населения.

Наделение политической партии статусом юридического лица, вследствие чего она приобретает полный объем правосубъектности, необходимо, помимо прочего, для материального обеспечения ее деятельности, для достижения ее основных целей и задач, устанавливаемых в уставе и программе. Вопрос о минимальной численности членов политической партии, а также иные требования, предъявляемые к ее созданию и функционированию, носят в большей степени политический характер, а не правовой. Россия остается среди немногих современных демократических государств, конституции которых не включают положений о политических партиях.

А.В. Коркунов отметил, что участие субъектов гражданского права в процессе оказания публичных услуг влечет за собой возникновение в составе правового статуса определенных публично-правовых элементов, сущность которых определяется как организационно-правовой формой этих субъектов, так и характером оказываемой публичной услуги. Публичные по своей сути функции осуществляются не органами публичной власти, а юридическими лицами, которые в той или иной мере являются участниками частноправовых отношений. В связи с этим возникает вопрос: насколько изменяется правовой статус юридических лиц, как только они начинают осуществлять эти функции, т.е. в той или иной мере становятся участниками публично-правовых отношений?

Д.И. Парамонов отметил, что юридические лица в налоговом праве выступают в нескольких качествах: как налогоплательщики, как налоговые агенты и сборщики налогов. Кроме того, налоговые органы также являются юридическими лицами. При этом необходимо различать налоговый статус юридического лица и его публичный (государственный) статус. С точки зрения налогового законодательства организация-налогоплательщик может не иметь статуса юридического лица. Для того чтобы получить такой статус, организации необходимо иметь в обладании объект налогообложения. К таким организациям, например, относятся филиалы и представительства иностранных компаний, не имеющие статуса юридического лица по законодательству этих государств и осуществляющие деятельность на территории Российской Федерации.

О.Б. Жаринова пояснила, что все правоотношения, возникающие в рамках инвестиционного налогового кредита (ИНК), регулируются публично-правовыми нормами. В данном случае приоритет публичных норм и интересов над частными очевиден. Налоговые договорные отношения, формализованные в виде налоговых договоров, не могут рассматриваться ни как сугубо публичные, ни как сугубо частные. Ответственность сторон за нарушения условий договора о предоставлении ИНК в НК РФ не установлена. Очевидность наличия частноправовых и публичных норм в правоотношениях по ИНК противоречит общему устою налоговых правоотношений, однако, по ее мнению, их разумное соотношение и использование служит достижению баланса интересов субъектов.

Д.В. Морозов считает, что принятое в области антимонопольного законодательства понятие "хозяйствующего субъекта" не выделяет особо юридических лиц, что не позволяет определить требуемые особенности правового статуса и их влияние на правоотношения.

Л.П. Крехалева проанализировала природу акционерных соглашений, определив предмет соглашения, связи между его субъектами. На примере американского и английского права было показано, что акционерные соглашения могут заключаться как между действующими, так и между будущими акционерами (инвесторами или кредиторами общества). В условиях затрудненной конвертации долгов в акции и в связи с определенными сложностями периода вхождения в бизнес новых участников, что имеет место в России, допущение подобных соглашений может способствовать защите интересов кредиторов, поскольку послужит инструментом контроля над расходованием вложенных ими денежных средств.

А.Я. Ганижев выступил на тему о сущности юридического лица в аспекте признания решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества сделкой. Вопрос о правовой природе не только решения общего собрания акционеров (участников), но и вообще о правовой природе актов органов юридических лиц еще не разрешен окончательно ни в законодательстве, ни в доктрине, ни в судебной практике.

Выступление А.С. Прокофьева было посвящено историческому экскурсу - развитию понятия "цессии" в основных зарубежных правовых системах.

Ю.И. Доронин в своем выступлении коснулся понятия договора о порядке осуществления прав участников хозяйственных обществ. Самое совершенное корпоративное законодательство не может заменить участникам оборота договорного инструментария. Наивысшего развития институт акционерных соглашений достиг в странах с развитым правопорядком и давними традициями корпоративного управления. До недавнего времени в российском законодательстве отсутствовало специальное регулирование, посвященное таким соглашениям. Появление рассматриваемого правового института в законодательстве обнадеживает и готовит почву для дальнейших исследований.

Я.В. Бродневская отметила, что институт уголовной ответственности юридических лиц существует в законодательстве ряда стран. Признание юридического лица субъектом преступления по российскому законодательству соответствовало бы международной тенденции расширения круга лиц, привлекаемых к наиболее строгому виду юридической ответственности, способствовало бы повышению эффективности уголовного наказания, являлось бы одним из средств борьбы с коррупцией и важным средством предупреждения правонарушений.

С этим не согласилась Е.В. Ямашева, высказав мнение о том, что в настоящее время введение уголовной ответственности юридических лиц преждевременно, поскольку, как показала практика, криминализация ряда правонарушений оказалась неэффективной. Возможности уголовного закона и, соответственно, уголовно-правовых средств воздействия на преступность ограниченны, поскольку их применение не устраняет причин и условий совершения преступлений.

Аналогичной точки зрения придерживается и М.В. Новожилова. Интерес к усилению ответственности организаций за совершенные преступные деяния не ослабевает. Речь следует вести о применении к юридическим лицам мер уголовно-правового характера, а не о полноценной уголовной ответственности.

Ю.С. Гамзин затронул тему права на информацию участников хозяйственных обществ (корпораций). По его мнению, имеются основания для выделения специфического вида информации - корпоративной.

Выступление Е.С. Басмановой было посвящено практическим аспектам приобретения прав на интернет-сайты юридическим лицом.

Е.А. Воробьева говорила о правовой природе согласия антимонопольного органа на совершение сделки юридическим лицом. Для поддержания экономической и правоприменительной стабильности необходимо внести изменения в законодательство об акционерных обществах, устанавливающие согласованность с применением антимонопольного законодательства, и положения о возможном уведомлении продавца акций о полученном согласии антимонопольного органа на сделку.

И.Я. Белицкая посвятила свое выступление публично-правовым и частноправовым аспектам регулирования работы за пределами установленной продолжительности рабочего времени.

В.А. Титченков сделал акцент на правовой статус юридического лица как субъекта трудового правоотношения при переводе работника на другую работу.

П.А. Рогожина подняла некоторые вопросы наследования российскими и иностранными юридическими лицами. В частности, она отметила следующее: юридические лица, в том числе и иностранные, могут призываться к наследованию только по завещанию. На них распространяются общие нормы о наследовании. Однако особенности правового статуса юридических лиц, обусловленные многообразием форм, внутренней структурой, возможностью их реорганизации, способностью иметь в собственности наследуемое имущество, в том числе и недвижимое, позволяют говорить о необходимости дальнейшего изучения и более детального правового регулирования вопросов наследования юридическими лицами.

М.Р. Парцвания говорил о проблемах правовой квалификации сделок в процессе обычной хозяйственной деятельности юридических лиц.

Е.В. Пантин остановился на проблемах использования юридическими лицами земельных участков из состава земель сельскохозяйственного назначения.

А.М. Федосеева отметила, что проводить инициативную экологическую политику предприятия заставляет общая экологизация бизнеса в развитых странах и необходимость заботиться о своем имидже, в первую очередь перед западными партнерами. Экологическая ответственность повышает конкурентоспособность предприятий. При этом, преследуя частные интересы при реализации своей экологической политики, предприятия способны внести свою немаловажную лепту в общегосударственное дело охраны окружающей среды и, следовательно, способствовать удовлетворению публичных интересов.

Правовой статус организаций, оказывающих услуги по выполнению кадастровых работ, затронул в своем выступлении А.П. Воронов. Правовой статус юридических лиц, осуществляющих деятельность в области осуществления кадастровых услуг, определятся как нормами частного права, относительно выбора организационно-правовой формы лица, так и нормами публичного права, регулирующего участие кадастрового инженера в качестве работника юридического лица в процессе формирования земельных участков. При этом в данном случае нормы публичного права определяют особенности правового статуса организации, осуществляющей коммерческую деятельность в области оказания кадастровых услуг.

Данная точка зрения была поддержана Е.И. Ивановой.

По мнению Э.Н. Мухиной, правовой статус юридических лиц как субъектов использования и охраны подземных вод многогранен, поскольку регулируется нормами и природоохранного, и природоресурсного законодательства. Юридические лица в сфере использования и охраны подземных вод лишены самостоятельности, свойственной им как участникам гражданско-правовых отношений. Это обусловлено публично-правовым характером природоресурсных отношений, в частности по использованию и охране подземных вод.

Одним из острых вопросов является предоставление земельных участков для строительства. По мнению И.И. Гордиенко, в законодательстве не уделено достаточного внимания требованиям к юридическим лицам, которые непосредственно могут стать приобретателями земельных участков для строительства.

Оживленную дискуссию вызвали выступления участников конференции, связанные с деятельностью юридических лиц в различных сферах хозяйственной деятельности.

В.В. Рассохин рассмотрел деятельность органов страхового надзора как юридических лиц. Анализ положений действующего законодательства позволяет сделать вывод: страховой надзор в России осуществляется как непосредственно самим органом страхового надзора - Федеральной службой страхового надзора, так и его территориальными органами - инспекциями. Последние, в свою очередь, находятся в непосредственном подчинении ФССН. Самостоятельность самих территориальных органов в данных положениях не определена. Для разрешения этого вопроса законодателю необходимо внести в законодательство разъяснение, позволяющее четко определить место территориального органа ФССН в системе страхового надзора.

Рассуждая о медицинских учреждениях в сфере публичного и частного права, Н.Ш. Хзанян рассмотрел особенности их специальной правоспособности. Он отметил, что четкое определение прав, обязанностей и ответственности медицинских учреждений как в сфере публичного права, так и в сфере частного права не только позволит оптимизировать их финансово-экономическое и материально-техническое обеспечение, но и значительно повысит их роль в медицинской жизнедеятельности общества в сфере медицины.

Продолжая дискуссию о проблемах здравоохранения и образования, Е.О. Тихонова указала на возможность достижения положительного эффекта в указанных областях путем создания саморегулируемых организаций. Это позволило бы закрепить механизм организации медицинской помощи, разработать систему эффективного лекарственного обеспечения, разработать стандарты качества оказания медицинской помощи, а также решить проблемы введения единых образовательных стандартов, повышения социальной ответственности работников образования, создания целостной образовательной системы.

С.Р. Шакирова подняла вопрос о правовом статусе организаций, финансирующих исследовательскую деятельность в России. Главным образом к ним относятся государственные некоммерческие организации (фонды, академии наук, ассоциации, научные центры и институты), деятельность которых направлена на развитие фундаментальных направлений науки. Наряду с государственными организациями в качестве источников финансирования научной деятельности выступают коммерческие организации, заинтересованные прежде всего в практическом применении результатов исследований. При этом разница в правовом статусе этих организаций на настоящий момент законодательно не установлена.

В.М. Смирнова рассмотрела театр как субъект авторского права на театрально-зрелищные произведения. Юридические лица - театры могут быть обладателями авторских прав на произведение, но только производных, связанных с их переходом от создателя к юридическому лицу, вследствие выполнения служебных обязанностей. В законодательстве необходимо внести критерии искажения воспроизведения, определить круг заинтересованных лиц (в случае смерти автора), при которых они могут предъявлять претензии, инициировать судебные разбирательства в отношении переработанных произведений. Необходимо пересмотреть положения, касающиеся ответственности автора театрально-зрелищного представления в случае его недобросовестности при выполнении авторского договора заказа. На практике риски театров велики, когда дата премьеры театрально-зрелищного представления уже назначена и предоставление дополнительного льготного срока автору (для завершения создания произведения) может повлечь срыв показа.