Мудрый Юрист

Решение международного суда оон: иммунитет и всеобщая подсудность

Рачков Илья Витальевич - кандидат юридических наук, LL.M., сотрудник международной юридической фирмы "Винсон энд Элкинз", преподаватель кафедры международного права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова.

14.02.2002 Международный суд ООН (Суд) поставил точку в споре о том, вправе ли государство осуществлять уголовное преследование действующего официального лица другого государства, пользующегося иммунитетом по международному праву <*>.

<*> Полный аутентичный (французский) текст решения Суда см. на официальном Интернет-сайте Суда: http://www.icj-cij.org.
  1. Обстоятельства дела

В августе 1998 г. Абдулае Иеродиа Ндомбази, министр иностранных дел Демократической Республики Конго (ДРК), публично произносил речи, подстрекавшие к расовой ненависти против народа тутси, что привело к человеческим жертвам, облавам, интернированию, произвольным арестам и несправедливым судебным процессам.

По закону Бельгии от 16.06.1993 ("Закон") "О наказании за совершение тяжких нарушений международных Женевских конвенций" (с изменениями, внесенными Законом от 19.02.1999 о наказании за совершение тяжких нарушений международного гуманитарного права), действия Ндомбази являлись уголовными преступлениями. По заявлению нескольких лиц, проживавших в Бельгии, в этой стране было возбуждено уголовное дело против Ндомбази: ему вменялось в вину совершение тяжких преступлений по Женевским конвенциям от 12.08.1949 и дополнительным протоколам I и II к ней от 08.06.1977 и преступлений против человечности. 11.04.2000 следователь при суде первой инстанции Брюсселя издал международный ордер (Ордер) на арест Ндомбази в связи с неявкой и направил через Интерпол всем участвующим в этой организации государствам, включая ДРК.

Хотя во время произнесения речей и выдачи Ордера Ндомбази не находился в Бельгии и не был ее гражданином и ни один гражданин Бельгии не пострадал в результате насилия, спровоцированного в ДРК речами Ндомбази, согласно ст. 7 Закона к подсудности бельгийских судов относились указанные в Законе преступления независимо от места их совершения, а иммунитет должностного лица другого государства не препятствовал применению Закона (ч. 3 ст. 5 Закона).

17.10.2000 ДРК подала в Суд заявление против Бельгии, считая, что всеобщая подсудность, установленная ст. 7 Закона, нарушает принцип, согласно которому Бельгия не вправе осуществлять властные полномочия на территории ДРК, и принцип суверенного равенства государств (ч. 1 ст. 2 Устава ООН), а ст. 5 Закона - обычные нормы международного права: неприкосновенность и абсолютный иммунитет действующего министра иностранных дел суверенного государства от уголовного преследования, признанные решениями Суда и вытекающие из ч. 2 ст. 41 Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г.

ДРК просила Суд:

Бельгия возражала против подсудности этого спора Суду и просила отказать в удовлетворении требований ДРК, если Суд все же признает, что дело подсудно ему, а заявление ДРК - приемлемо.

В ноябре 2000 г. Ндомбази стал министром образования ДРК. Бельгия сочла, что тем самым заявление ДРК стало беспредметным, и попросила Суд прекратить рассмотрение спора. 08.12.2000 Суд отказал в применении временных мер <*> и в прекращении производства по спору. 15.04.2001 Ндомбази ушел с должности министра образования, а на дату рассмотрения спора в Суде по существу (19.10.2001) не занимал министерских должностей. 12.09.2001 бельгийское национальное центральное бюро Интерпола обратилось в Генеральный секретариат этой организации с просьбой выдать "красную повестку" в отношении Ндомбази с целью его ареста и экстрадиции. 27.10.2001 Интерпол попросил Бельгию предоставить дополнительную информацию, и на 19.10.2001 "красная повестка" не была выдана.

<*> Временные меры принимаются Судом, если в результате их непринятия правам соответствующего государства непосредственно угрожает непоправимый ущерб и принятия таких мер требует срочность. Поскольку Ндомбази ушел в отставку с поста министра иностранных дел ДРК, Суд счел, что эти критерии не выполняются.
  1. Возражения Бельгии против подсудности спора Суду

2.1. Отсутствие правового спора

К моменту рассмотрения спора Ндомбази более не был ни министром иностранных дел ДРК, ни министром по другим вопросам. Поэтому, по мнению Бельгии, между Бельгией и ДРК нет более "правового спора" в понимании факультативных заявлений сторон о признании юрисдикции Суда. Согласно практике Суда, он может выносить решения только по конкретным случаям, в которых на момент вынесения решения существует реальный спор, подразумевающий конфликт правовых интересов между сторонами <*>.

<*> Решения Суда по делам о: Северном Камеруне // C.I.J. Recueil 1963. P. 33 - 34; о ядерных испытаниях (Австралия против Франции и Новая Зеландия против Франции) // C.I.J. Recueil 1974. P. 270 - 271, п. 55; стр. 457, п. 58.

ДРК возражала, что Ордер выдан Бельгией в нарушение иммунитета министра иностранных дел ДРК и поэтому ничтожен и продолжает оставаться таковым, несмотря на то, что позже Ндомбази покинул этот пост. То, что Ндомбази больше не является официальным лицом, не отменяет неправомерность действий Бельгии и не заглаживает причиненный ими ущерб, возмещения которого ДРК продолжает требовать.

Суд указал, что если спор подсуден Суду на момент подачи заявления, то он продолжает оставаться подсудным независимо от позднее произошедших событий. Например, следствием этих событий может быть, что заявление станет беспредметным и Суд прекратит производство по делу <*>. На 17.10.2000 заявления о признании обязательной юрисдикции Суда, сделанные Бельгией 17.06.1958 и ДРК 08.02.1989, не исключали рассматриваемый спор из юрисдикции Суда. Стороны не спорят с тем, что между ними был спор о правомерности выдачи Ордера и о последствиях его возможной неправомерности. Этот спор являлся правовым, т.е. разногласием по фактическому или юридическому вопросу, противоречием, противостоянием правовых аргументов или интересов между двумя лицами, в котором требование одной стороны наталкивается на явное возражение другой <**>.

<*> Решения Суда по делам: Ноттебом (Лихтенштейн против Гватемалы) // C.I.J. Recueil 1953. P. 122; о праве прохода через территорию Индии // C.I.J. Recueil 1957. P. 142; о вопросах толкования и применения Монреальской конвенции 1971 г., вытекающих из инцидента в небе над Локерби (Ливийская Арабская Джамахирия против Соединенного Королевства и она же против США) // C.I.J. Recueil 1998. P. 23 - 24, п. 38; P. 129, п. 37.
<**> Решения Суда по делам о вопросах толкования и применения Монреальской конвенции 1971 г., вытекающих из инцидента в небе над Локерби (Ливийская Арабская Джамахирия против Соединенного Королевства и она же против США) // C.I.J. Recueil 1998. P. 17, п. 22; Р. 122 - 123, п. 21.

2.2. Беспредметность заявления

Бельгия считала, что заявление ДРК утратило свой предмет, т.к. Ндомбази больше не является министром ДРК. В деле о Северном Камеруне Суд счел, что какое бы решение он не вынес, оно будет "беспредметным" <*>, а в решении по делу о ядерных испытаниях указал, что не видит смысла продолжать процесс, который обречен остаться безрезультатным <**>. Бельгия считала, что решение Суда по существу дела может только разъяснить норму права для использования в будущем или усилить правовую позицию одной из сторон.

<*> C.I.J. Recueil 1963. P. 38. Контекст дела был совершенно иной: обретя независимость, Камерун подал в Суд заявление против Великобритании о том, что та нарушила свое обязательство по договору об опеке над Северным Камеруном - достичь целей, связанных с развитием направленных на единство Камеруна свободных политических институтов. В результате этого, считал Камерун, в ходе проведенного в Северном Камеруне референдума о его принадлежности большинство голосовавших высказались за вхождение этой территории в состав Нигерии, а не Камеруна. Однако договор об опеке прекратил действие по резолюции Генеральной Ассамблеи ООН. Поэтому исполнить решение Суда было бы невозможно, даже если бы Суд удовлетворил требования Камеруна.
<**> C.I.J. Recueil 1974. P. 271, п. 58; P. 477, п. 61. Однако в этом деле также речь шла об ином: Франция прямо оговорила в своем заявлении о признании обязательной юрисдикции Суда, что заявление не распространяется на споры, затрагивающие национальную безопасность страны. Суд счел, что правового спора больше нет, поскольку вновь избранный президент Франции Жискар д'Эстен заявил, что Франция намеревается прекратить ядерные испытания, как только закончит ряд испытаний, намеченных на 1974 г.

ДРК настаивала на том, что ее цель - добиться отмены Ордера и получить возмещение морального ущерба. Для того чтобы спор утратил свой предмет, необходимо, чтобы причина нарушения международного права была устранена и предоставлена требуемая компенсация.

Суд не согласился с возражением Бельгии, т.к. ДРК по-прежнему считает, что Ордер неправомерен, и требует его отмены, а Бельгия - что он соответствует международному праву.

2.3. Изменение требований ДРК

Перед завершением устной процедуры в Суде ДРК отбросила первый аргумент (запрет Бельгии осуществлять властные полномочия на территории ДРК в силу принципа суверенного равенства государств) и ссылалась лишь на обычные нормы международного права - абсолютную неприкосновенность и иммунитет от уголовного преследования действующих министров иностранных дел.

Бельгия сочла, что ДРК изменила исковые требования. Новые требования, выдвинутые стороной в ходе разбирательства и изменяющие предмет спора, изначально изложенный в ее заявлении, неприемлемы <*>. ДРК должна подать в Суд новое заявление или получить согласие Суда на изменение требований.

<*> Решение Суда о подсудности по делу о рыболовстве (Испания против Канады) // C.I.J. Recueil 1998. P. 447 - 448, п. 29.

ДРК считала, что не меняла, а лишь уточняла свои требования до конца устной процедуры, как делают многие государства при рассмотрении споров в Суде.

Суд напомнил, что сторона не может менять существо спора, переданного на рассмотрение Суда, путем изменения исковых требований <*>. В данном случае изменение аргументов ДРК не привело к тому, что изначальный спор приобрел совершенно иной характер. Вопрос, изначально поставленный перед Судом, был и остается: нарушает ли выдача Бельгией Ордера международное право?

<*> Решения по делам: о Торговой компании Бельгии // C.P.J.I, surie A/B N 78. P. 173; о военной и полувоенной деятельности в Никарагуа и против него (Никарагуа против США) // C.I.J. Recueil 1984. P. 427, п. 80; о некоторых фосфатных землях в Науру (Науру против Австралии) // C.I.J. Recueil 1992. P. 264 - 267, п. 69 - 70.

2.4. Ндомбази не исчерпал средства внутренней защиты

По мнению Бельгии, учитывая отставку Ндомбази с государственных должностей, заявление ДРК приняло характер дипломатической защиты государством своего гражданина. Условием такой защиты является, что гражданин исчерпал средства правовой защиты, которые ему предоставляет национальное право государства (Бельгии). Это условие не выполнено.

Однако ДРК не защищала в Суде личные права Ндомбази, поэтому Суд не согласился с тем, что ДРК осуществляет дипломатическую защиту Ндомбази.

2.5. Выход за рамки полномочий

В окончательной версии своих требований ДРК отказалась от аргумента о том, что Бельгия не вправе предоставлять своим судам всеобщую подсудность. Поэтому Суд, по мнению Бельгии, также не вправе давать оценку этому вопросу. Суд отметил, что его задача - отвечать на вопросы сторон в том виде, в котором они сформулированы в их окончательных заявлениях, а также воздерживаться от высказываний по вопросам, не включенным в эти заявления <*>. Однако, если Суд не сможет ответить на вопрос, правомерно ли Бельгия выдала Ордер, без обращения к вопросу, вправе ли она предоставить своим судам всеобщую подсудность, то тогда Суд может рассмотреть также и последний вопрос. Правда, Суд не будет давать оценку этому вопросу в резолютивной части своего решения.

<*> Решение по делу о праве на убежище // C.I.J. Recueil 1950. P. 402.

Таким образом, Суд <*> отверг все возражения Бельгии и признал заявление ДРК приемлемым.

<*> 15 голосами против 1 (судья Ода, Япония).
  1. Рассмотрение по существу

3.1. Каково содержание иммунитета министра иностранных дел?

По мнению ДРК, министр иностранных дел суверенного государства пользуется абсолютными и неотъемлемыми неприкосновенностью и иммунитетом от уголовного преследования за границей, т.е. это правило не терпит исключений. Против министра нельзя вести уголовное преследование, пока он исполняет эту функцию. Иммунитет имеет исключительно функциональный характер: международное обычное право предоставляют иммунитет для того, чтобы представитель государства мог свободно исполнять возложенные на него обязанности. Иммунитет охватывает любые деяния министра иностранных дел, включая совершенные до вступления в эту должность, независимо также от того, совершены ли они министром в официальном или в личном качестве. При этом ДРК признает принципы международных военных трибуналов в Нюрнберге и Токио, согласно которым занятие официальной должности обвиняемого на момент деяния не освобождает его от уголовной ответственности и не смягчает наказание и не препятствует уголовному преследованию судом, который не связан обязанностью соблюдать иммунитет (в данном случае - суд ДРК), или бывшего министра после его отставки. Иммунитет не означает безнаказанности.

Бельгия считала, что действующий министр иностранных дел пользуется в иностранных судах иммунитетом от судебного преследования только за деяния, совершенные министром в рамках своих официальных функций, что не распространяется на деяния частные или выходящие за рамки его официальных функций. Ордер выдан против Ндомбази как частного лица, и в этом случае тот не пользуется иммунитетом.

Суд подчеркнул, что в международном праве <*> однозначно установлено, что некоторые лица, занимающие высокие должности в государстве: главы государств, правительств, министры иностранных дел, - пользуются в других государствах иммунитетом от гражданской и уголовной юрисдикции. Однако применимые международные договоры лишь констатируют наличие иммунитета у первых лиц государства, не уточняя его содержание. Поэтому Суд должен установить это содержание на основе обычного права.

<*> Венские конвенции: о дипломатических сношениях 1961 г. (преамбула и ст. 32); о консульских отношениях 1963 г. (в обеих конвенциях Бельгия и ДРК участвуют); ч. 2 ст. 21 Нью-Йоркской конвенции о специальных миссиях (Бельгия и ДРК не участвуют).

Иммунитет предоставлен министру иностранных дел не для личной выгоды, а чтобы позволить ему свободно исполнять обязанности в интересах представляемого государства. Министр обеспечивает дипломатическую деятельность своего правительства и представляет страну в международных переговорах и на межправительственных встречах. Послы и другие дипломатические представители исполняют обязанности под руководством министра. Своими действиями министр создает обязанности для государства. Другие государства считают министра иностранных дел уполномоченным в полном объеме для представления своего государства <*>. По работе министр вынужден часто ездить за рубеж и поэтому должен иметь возможность перемещаться свободно, как только обстоятельства требуют от него совершить поездку. Он также должен иметь возможность поддерживать постоянную связь со своим правительством и с дипломатическими представительствами и в любой момент вступать в контакты с представителями других государств. Отвечая за поддержание отношений своего государства с другими государствами, министр занимает пост, который позволяет рассматривать это лицо по образу глав государства и правительства как представителя государства в силу должности. Для подтверждения своих полномочий он не должен представлять верительные грамоты; наоборот, именно он обычно решает, какие полномочия предоставить дипломатическим представителям, и подписывает верительные грамоты. Именно при нем аккредитованы иностранные поверенные в делах.

<*> П. а) ч. 2 ст. 7 Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г.

Функции министра иностранных дел таковы, что на весь срок нахождения в должности он пользуется полными иммунитетом от уголовной юрисдикции и неприкосновенностью за границей. Эти институты защищают его от любых властных действий по отношению к нему со стороны другого государства, которые бы создали препятствия для исполнения им своих функций. При этом не имеет совершенно никакого значения, совершил ли министр какие-либо деяния как официальное или частное лицо (что нередко сложно разграничить), а также до или во время нахождения в должности министра.

3.2. Иммунитет при совершении особо тяжких преступлений

Ссылаясь на международные документы, создающие международные уголовные суды (официальная должность лица не препятствует осуществлению в отношении него уголовной юрисдикции этих судов), на примеры из национального законодательства и международной и национальной судебной практики, Бельгия считала, что иммунитет не применяется, если действующий министр иностранных дел подозревается в совершении преступлений военных или против человечности. В частности, в решении Палаты лордов Соединенного Королевства от 24.03.1999 по делу Пиночета лорд Миллет указал, что "невозможно предположить, чтобы международное право, установив ответственность за преступление, представляющее собой нарушение императивной нормы jus cogens, при этом предусматривало иммунитет, имеющий такую же силу, что и созданное международным правом обязательство". В том же решении лорд Филлипс оф Ворт Мэйтреверс разъяснил, что "ни одна действующая норма международного права не требует, чтобы сфера действия иммунитета охватывала случаи преследования за совершение международного преступления". В решении от 13.03.2001 по делу Каддафи Кассационный суд Франции указал, что, "по международному праву, рассматриваемое преступление [терроризм - И.Р.], какова бы ни была его тяжесть, не является исключением из принципа юрисдикционного иммунитета, которым пользуются действующие главы государств". Бельгия считала, что французский суд косвенно признал существование исключений из иммунитета.

По мнению ДРК, эти решения говорят как раз об обратном. Например, лорд Браун-Уилкинсон указал в решении по делу Пиночета, что "иммунитет действующего главы государства или посла всеобъемлющ, связан с личностью главы государства или посла и исключает любые действия или судебное преследование в отношении них". Кассационный суд Франции установил, что "согласно международному обычаю, в отсутствие устанавливающих иное международных обязательств сторон, действующие главы государств не могут повергаться уголовному преследованию со стороны иностранного государства". Что же до международных документов, создающих международные уголовные суды, и решений последних, то они не применимы к уголовному преследованию пользующихся иммунитетом лиц со стороны национальных судов.

Изучив практику государств, включая нормы их права и решения их судов (в частности, британской Палаты лордов и французского Кассационного суда), международные документы, создающие международные уголовные суды <*>, и решения Нюрнбергского и Токийского международных военных трибуналов и Международного уголовного трибунала по бывшей Югославии, на которые ссылалась Бельгия, Суд не установил существования в международном праве каких-либо исключений из иммунитета от уголовной юрисдикции и неприкосновенности действующих министров иностранных дел, подозреваемых в совершении тяжких преступлений по международному праву.

<*> Устав международных военных трибуналов: Нюрнбергского (ст. 7) и Токийского (ст. 6); Уставы Международных уголовных судов по: бывшей Югославии (ч. 2 ст. 7); Руанде (ч. 2 ст. 6); Римский Статут Международного уголовного суда (ст. 27).

Необходимо четко отличать компетенцию национальных судов и иммунитет от юрисдикции: подсудность какого-либо вопроса национальному суду не означает отсутствие иммунитета и наоборот. Если международный договор, направленный на предупреждение и наказание некоторых тяжких преступлений обязал государство преследовать или выдать виновных, то государство обязано расширить свою юрисдикцию, но это никак не ограничивает иммунитеты, предоставленные международным обычным правом, в частности, министрам иностранных дел. Эти иммунитеты действуют также по отношению к судам других государств, даже если в силу международного договора эти суды в принципе вправе рассматривать соответствующие дела.

Иммунитет не означает безнаказанность: во-первых, действующего министра иностранных дел может судить суд его государства. Во-вторых, представляемое государство может снять с министра иммунитет для уголовного преследования иностранным судом. В-третьих, с момента прекращения обязанностей министра иностранных дел лицо не пользуется в полной мере иммунитетом, если суд иностранного государства в силу международного права вправе судить это лицо за деяния, совершенные им до или после пребывания в должности министра иностранных дел или во время пребывания в этой должности, но в качестве частного лица. В-четвертых, действующий или бывший министр иностранных дел может стать объектом уголовного преследования со стороны международных уголовных судов <*>, если его деяния относятся к их подсудности.

<*> Международные уголовные суды по бывшей Югославии и по Руанде, Международный уголовный суд, созданный Римским Статутом.

3.3. Нарушила ли выдача Ордера и его направление другим государствам иммунитет?

ДРК считала, что выдача Ордера представляет собой акт принуждения против Ндомбази и этим нарушает международное право, даже если Ордер и не был исполнен. Направление Ордера через Интерпол само по себе также нарушает иммунитет и причиняет ДРК дополнительный моральный ущерб, несмотря на то, что ни одно государство так и не выполнило Ордер.

По мнению Бельгии, Ордер не нарушал ни суверенитет ДРК, ни создавал обязательства для ДРК. Целью Ордера было добиться задержания Ндомбази в случае его приезда в Бельгию для уголовного преследования за совершение преступлений: военных и против человечности. При этом судебный следователь четко указал в Ордере на то, что если Ндомбази посетит Бельгию с официальным визитом, то его невозможно задержать. Другие государства не обязаны исполнять Ордер без дополнительных действий со стороны Бельгии, например, просьбы о временном задержании.

Суд признал, что с учетом сущности и предмета Ордера сама его выдача нарушила иммунитет Ндомбази как действующего министра иностранных дел ДРК. Направление Ордера другим государствам могло привести к аресту Ндомбази во время его официальной зарубежной поездки, даже если бы Бельгия не предпринимала никаких дополнительных шагов по приданию силы Ордеру. Когда Ндомбази, будучи министром иностранных дел, получал визы, то в посольстве двух государств ему сообщили, что он может быть арестован на основании запроса Бельгии. В других случаях Ндомбази приходилось избирать менее прямой маршрут своих деловых поездок, чтобы избежать ареста. Поэтому направление Бельгией Ордера другим государствам также нарушает иммунитет действующего министра иностранных дел.

В итоге Суд решил <*>, что выдача Ордера и его направление другим государствам представляют собой нарушения правового обязательства Бельгии перед ДРК, поскольку нарушают иммунитет от уголовного преследования, предоставленный международным правом действующему министру иностранных дел ДРК.

<*> 13 голосами против 3: судьи Ода, Аль-Хасавнех (Иордания) и Ван ден Вюнгерт (судья ad hoc, назначенная Бельгией).

3.4. Форма возмещения ущерба

Возмещение должно по возможности ликвидировать все последствия неправомерного деяния и восстановить положение, которое по всей вероятности существовало бы, если бы неправомерное деяние не было совершено <*>. Констатация Судом неправомерности Ордера сама по себе не ведет к восстановлению прежнего состояния. Поэтому Суд <**> обязал Бельгию отменить Ордер любым способом по собственному выбору и сообщить об этом всем субъектам, которым Ордер был направлен.

<*> Решение Постоянной Палаты международного правосудия от 13.09.1928 по делу о фабрике в Хожуве (Германия против Польши) // C.P.J.I. surie A, N 17, P. 47.
<**> 10 голосами против 6: судьи Ода, Хиггинс (Соединенное Королевство), Кооийманс (Нидерланды), Аль-Хасавнех, Бюргенталь (США) и Ван ден Вюнгерт.
  1. Практическое значение решения

Не только Ндомбази, но и государственные деятели других стран страдают от всеобщей подсудности: в Бельгии были возбуждены уголовные дела против Ариэля Шарона, премьер-министра Израиля (по обвинению в организации резни в лагерях палестинских беженцев Сабра и Шатила в 1982 г.), Ясира Арафата, руководителя палестинской автономии, кубинского лидера Фиделя Кастро, экс-диктатора Гватемала Эфраима Риосы Монты и Саддама Хусейна, еще когда тот был президентом Ирака. Группа боснийцев, выживших в ходе резни в Сребренице, потребовала возбудить в бельгийском суде уголовное дело против правительства Нидерландов, виновного, по их мнению, в том, что голландские миротворцы не предотвратили резню. После начала войны в Ираке в бельгийские суды стали поступать заявления о возбуждении уголовных дел в отношении лидеров США (Джордж Буш, Доналд Рамсфельд, Томми Фрэнкс) и Великобритании (Тони Блэр). В ответ США пригрозили Бельгии, где находится штаб-квартира НАТО, что добьются ее перевода в другую страну.

Значение решения Суда для России также трудно переоценить: в 2001 г. Павел Бородин, гражданин России и государственный секретарь Союза Белоруссии и России, пользовавшийся в тот момент дипломатическим иммунитетом, был арестован в США и экстрадирован в Швейцарию в качестве обвиняемого. В марте 2003 г. юридическая комиссия Парламентской ассамблеи Совета Европы предложила создать трибунал по делам преступлений по международному праву (военных и против человечности) в Чечне и призвала государства - члены Совета Европы ввести всеобщую подсудность для наиболее серьезных преступлений, совершенных в Чечне <*>. Очевидно, что ничто не мешало лицам, пострадавшим в результате деяний руководителей России, попытаться возбудить против последних уголовные дела в Бельгии.

<*> Игорь Седых, Муса Мурадов. Чечню приравняли к Югославии // Коммерсантъ. 2003. 5 марта.

На первый взгляд, решение Суда - один из примеров, когда право торжествует над справедливостью: если невинные люди погибли или иным образом пострадали из-за провокационных речей Ндомбази, он должен понести за это наказание, а решение Суда помогает ему если не совсем уйти от наказания, то во всяком случае сделать его маловероятным. Однако гораздо большими неприятностями грозит миру всеобщая подсудность, согласно которой суд одного государства вправе осуществлять уголовное преследование иностранца, совершившего преступление в отношении иностранца же вне территории этого государства.

Хотя Суд и не ответил прямо на вопрос, вправе ли какая-либо страна установить всеобщую подсудность некоторых уголовных дел своим судам, из решения Суда и прилагаемых к нему особых мнений судей <*> и из последующих действий Бельгии по приведению своего уголовного права в соответствие с решениями Суда следует, что на этот вопрос дан отрицательный ответ. Единственным случаем, когда допускается осуществление всеобщей подсудности, является пиратство в открытом море (ст. 105 Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.).

<*> Жильбера Гийома (Франция), председателя Суда; Раймона Ранжевы (Мадагаскар), вице-председателя Суда; Франсиско Резека (Бразилия); напротив, судья Ван ден Вюнгерт считает, что государства имеют право осуществлять всеобщую подсудность по преступлениям военным и против человечности.

Решение Суда создало серьезное препятствие для дальнейшего укрепления всеобщей подсудности: 12.02.2003 Верховный суд Бельгии постановил, что уголовное преследование Шарона не допускается, пока тот занимает должность премьер-министра Израиля. Законом от 05.08.2003 <*> в закон от 17.04.1878 (вводная часть бельгийского Уголовного процессуального кодекса) была включена ст. 1-бис: впредь не осуществляется уголовное преследование иностранных глав государств, правительств и министров иностранных дел в течение срока их полномочий, других лиц, иммунитет которых признан международным правом, и лиц, пользующихся полным или частичным иммунитетом согласно международному договору, обязательному для Бельгии (имеются в виду сотрудники НАТО, прибывающие в ее штаб-квартиру в Бельгии). Если же речь идет о лице, (уже) не пользующемся иммунитетом, то бельгийские суды смогут рассматривать дела о военных преступлениях и преступлениях против человечности только в трех случаях: обвиняемый имеет бельгийское гражданство или постоянно проживает в Бельгии; потерпевший имеет бельгийское гражданство или на момент совершения преступления проживал в Бельгии не меньше трех лет; осуществление юрисдикции по делу предусмотрено международным договором. Тем же законом от 05.08.2003 Закон был полностью отменен.

<*> Moniteur belge, 07.08.2003. pp. 40511-40512.

Решение Суда является также большой моральной победой бывшей колонии (ДРК) над метрополией (Бельгия), которая, помимо своих колониальных "подвигов", сыграла неблаговидную роль в новейшей истории этой африканской страны <*>.

<*> Назначенная Бельгией комиссия по расследованию обстоятельств убийства Патриса Лумумбы, первого премьер-министра ДРК, установила, что к его убийству причастно правительство Бельгии. Последнее принесло извинения семье Лумумбы.

Наконец, даже если бы к моменту вынесения решения вступил в силу Римский Статут Международного уголовного суда (МУС), ратифицированный Бельгией 28.06.2000 и ДРК 11.04.2002 и вступивший в силу 01.07.2002, Бельгия все равно не могла бы судить Ндомбази, пока тот был министром иностранных дел ДРК: она могла бы лишь арестовать его при посещении Бельгии, если бы МУС выдал ордер на его арест. В свою очередь, до выдачи ордера на арест МУС должен был бы решить, вправе ли он пренебречь иммунитетом Ндомбази. На ДРК же лежала бы обязанность либо судить Ндомбази за военные преступления и преступления против человечности, указанные в Римском статуте, либо выдать его МУС.