Мудрый Юрист

Проблемы уголовно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции

Следь Ю.Г., соискатель ученой степени кандидата юридических наук при кафедре уголовного права и криминологии Удмуртского государственного университета, заместитель директора Представительства УдГУ в г. Набережные Челны.

Уголовно-правовая защита отношений добросовестной конкуренции по своей природе имеет конституционно-правовую основу. Статья 8 действующей Конституции прямо закрепляет конкуренцию как необходимый элемент основ конституционного строя новой России. Конституция (ст. 34) обязывает государство обеспечивать свободу экономической деятельности и поддерживать конкуренцию, запрещая лишь монополизацию этой деятельности и недобросовестную конкуренцию, и провозглашает равенство всех форм собственности и равную их защиту.

Эта конституционная норма нашла отражение в ст. 10 ГК РФ. При этом основное средство борьбы с недобросовестной конкуренцией и монополистической деятельностью - это обращение в антимонопольные органы, которые вправе давать предпринимателям, использующим недозволенные формы конкуренции, предписания о прекращении нарушений, а при невыполнении предписаний - налагать штраф. В случае причинения недобросовестной конкуренцией убытков предприниматель вправе обратиться в суд общей юрисдикции либо арбитражный суд с иском об их возмещении. При этом в случаях, прямо предусмотренных законом, монополистические действия и ограничение конкуренции влекут уголовную ответственность.

Однако следует отметить, что задача уголовно-правовой охраны добросовестной конкуренции в настоящее время не находит системного отражения в Особенной части Уголовного кодекса. Известно, что угроза конкуренции может исходить как от субъектов, допускающих ограничение конкуренции и злоупотребление доминирующим положением на рынке, так и от субъектов, применяющих недозволенные приемы ведения конкурентной борьбы. Равное закрепление на конституционном уровне обоих запретов и на монополистическую деятельность, и на недобросовестную конкуренцию предполагает соответствующее отражение обоих этих запретов в системе уголовных санкций. Но если действующий УК содержит ст. 178, непосредственно посвященную санкциям за монополистическую деятельность, то система мер уголовно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции не отличается, по нашему мнению, ни полнотой, ни логичностью.

Напомним, что в действовавший ранее УК РСФСР Законом РФ от 13 марта 1992 г. N 2509-1 была введена ст. 175.1 "Нарушение антимонопольного законодательства" (в редакции Закона РФ от 20 октября 1992 г. N 3692-1) <*>, устанавливающая ответственность за "неисполнение в срок должностным лицом органа власти, управления или хозяйствующего субъекта законных предписаний Антимонопольного комитета Российской Федерации, его территориального управления, если оно совершено лицом, которое в течение года подвергалось административному взысканию за те же действия". Поэтому до января 1997 г. у хозяйствующих субъектов, неоднократно в течение года страдавших от недобросовестных конкурентов, имелась возможность обратиться за уголовно-правовой защитой.

<*> Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. N 16. Ст. 838; N 47. Ст. 2664.

Формулировка действующей в настоящее время ст. 178 УК РФ "Монополистические действия и ограничение конкуренции" не позволяет применить ее в случае совершения актов недобросовестной конкуренции. Этому препятствуют принципиальные различия в определении понятий "монополистической деятельности" и "недобросовестной конкуренции", а применение уголовно-правовых норм по аналогии, как известно, недопустимо. Приходится признать отсутствие в действующем уголовном законе общей нормы, гарантирующей уголовно-правовыми средствами соблюдение конституционных норм о поддержке конкуренции и запрете "экономической деятельности, направленной на... недобросовестную конкуренцию" (п. 2 ст. 34 Конституции РФ).

Серьезные противоречия существуют также между содержанием норм уголовного закона и отраслевого законодательства применительно к оценке отдельных форм недобросовестной конкуренции. Например, защита от таких распространенных форм недобросовестной конкуренции, как "продажа, обмен или иное введение в оборот товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполнения работ, услуг" <*>, реализуется в соответствии со следующими статьями УК:

<*> Подпункт 4 п. 1 ст. 10 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 (ред. от 9 октября 2002 г.) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".

При этом ст. 180 УК располагается в Разделе VIII "Преступления в сфере экономики" (что является логичным с точки зрения системы уголовного закона), а ст. 146 и 147 УК в Разделе VII "Преступления против личности", что не всегда способствует их правильному пониманию как способов уголовно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции.

Но в современных условиях при нарушении авторских прав правообладателей - хозяйствующих субъектов интересы непосредственного автора (личности) могут и не нарушаться, так как: "Применительно к коммерческому использованию произведений, например фильмов, речь не идет о нарушении прав автора, ибо сами авторы, включая и исполнителей и др., заключив договор с киностудией, не только получили свое авторское вознаграждение, но и передали на определенное время свои исключительные авторские права киностудиям, которые и обладают исключительными правами на распространение, а также могут передавать права на распространение другим организациям, включая своих полномочных представителей..." <*> Поэтому можно утверждать, что существует проблема уголовно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции в форме незаконного использования в хозяйственной деятельности объектов интеллектуальной собственности как отдельная от проблематики защиты прав личности на исключительные права в отношении названных объектов.

<*> Нарушения авторских, смежных, изобретательских и патентных прав: Научно-практическое пособие. М.: Книга-сервис, 2002. С. 125.

Не лучше обстоит дело и с уголовно-правовой защитой от недобросовестной конкуренции в форме "распространения ложных, неточных или искаженных сведений, способных причинить убытки другому хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации" <*>. Расположение ст. 129 УК "Клевета" в гл. 17 "Преступления против свободы, чести и достоинства личности" не позволяет полноценно использовать ее в полной мере в качестве меры уголовной ответственности при защите деловой репутации юридического лица. В научной литературе неоднократно указывалось на огромный вред для добросовестных хозяйствующих субъектов от так называемого черного PR и на неэффективность существующих мер гражданско-правовой и административной ответственности <**>. Представляется, что адекватная защита от намеренного подрыва деловой репутации хозяйствующего субъекта возможна только в рамках уголовного права.

<*> Подпункт 1 п. 1 ст. 10 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 (ред. от 9 октября 2002 г.) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".
<**> См., например: Алексеев С.В. Маркетинговое право. М.: НОРМА, 2002. С. 118 - 121.

Особо следует отметить потенциал уголовного закона в борьбе с такими распространенными актами недобросовестной конкуренции, как "введение потребителей в заблуждение относительно характера, способа и места изготовления, потребительских свойств, качества и количества товара или его изготовителей" <1> и нарушения в сфере рекламы, в частности "некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с товарами других хозяйствующих субъектов" <2>. Предусмотрена также уголовная ответственность специальным законодательством о рекламе и защите прав потребителей. В частности, в ст. 31 Закона "О рекламе" прямо указывается: "Ненадлежащая реклама, совершенная повторно в течение года после наложения административного взыскания за те же действия, влечет уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации" <3>. У специалистов, ведущих практическую деятельность в хозяйственной сфере, наличие данных уголовных санкций никогда не вызывало вопросов. Это связано с тем, что меры гражданско-правовой защиты и административной ответственности далеко не всегда позволяют эффективно решить задачу по реальной защите прав и интересов потребителей и добросовестных конкурентов, так как в большинстве своем носят имущественный характер и рассчитаны на добросовестных участников гражданского оборота, обладающих достаточным имуществом для того, чтобы отвечать этим имуществом по своим обязательствам (в том числе и деликтным). В реальной практике часто приходится иметь дело с индивидуальными предпринимателями либо с фирмами-"однодневками", которые, как правило, такового имущества не имеют либо в силу несовершенства действующего законодательства по исполнительному производству на него невозможно обратить взыскание. И только меры уголовно-правовой ответственности, санкции личного характера могут препятствовать распространению подобного рода нарушений. По мере развития рыночных отношений в литературе высказывались предложения по совершенствованию редакций ст. 182 и 200 Уголовного кодекса РФ <4>. Поэтому вызывает недоумение позиция законодателя, отменившего с декабря 2003 г. уголовную ответственность за обман потребителей и заведомо ложную рекламу <5>. К сожалению, на сегодняшний день приходится признать, что отмена уголовной ответственности за данные деяния привела к тому, что противоправные, социально вредные деяния останутся без должной реакции со стороны государства. А значит, окажутся без должной защиты важнейшие конституционные права личности и основополагающие принципы конституционного строя отечественной государственности.

<1> Подпункт 2 п. 1 ст. 10 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 (ред. от 9 октября 2002 г.) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".
<2> Подпункт 3 п. 1 ст. 10 Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 (ред. от 9 октября 2002 г.) "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках".
<3> Подпункт 1 п. 2 ст. 31 Федерального закона от 18 июля 1995 г. N 108-ФЗ (ред. от 30 декабря 2001 г.) "О рекламе" (принят ГД ФС РФ 14 июня 1995 г.) (с изм. и доп., вступившими в силу с 1 июля 2002 г.).
<4> Погосян Т.Ю. Преступления в сфере торговли. Екатеринбург: Гуманитарный университет, 1999. С. 53.
<5> Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ (ред. от 11 марта 2004 г.) "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации" (принят ГД ФС РФ 21 ноября 2003 г.).

Выход из данной ситуации представляется возможным путем внесения изменений в уголовный закон, устанавливающий меры ответственности за все формы недобросовестной конкуренции. При этом представляется логичным использование юридической техники, примененной законодателем при формулировании ст. 178 УК РФ, устанавливающей ответственность за монополистические действия. С целью повышения системности внутри Особенной части Уголовного кодекса представляется возможным объединить в одной статье все основные формы недобросовестной конкуренции, включая незаконное использование объектов интеллектуальной собственности в хозяйственной деятельности. Включение данных норм в гл. 22 "Преступления в сфере экономической деятельности" способно повысить ориентацию правоприменителей на пресечение недозволенных приемов экономического соперничества. Что же касается нарушений личных неимущественных прав авторов, изобретателей и патентообладателей, таких, как плагиат, принуждение к соавторству и тому подобные, то данные преступления являются посягательствами на права личности, и вполне допустимо их объединение в рамках одной отдельной статьи, расположенной в разделе, посвященном преступлениям против личности. Предложения разделить составы преступлений, нарушающих личные неимущественные права авторов, и преступлений, предполагающих использование объектов интеллектуальной собственности, неоднократно высказывались в отечественной литературе <*>.

<*> См., например: Филиппов П.А. Уголовно-правовая защита права интеллектуальной собственности: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2004. С. 11.

Безусловно, проблему защиты от недобросовестной конкуренции нельзя решить исключительно уголовно-правовыми средствами. Степень реальной защищенности личности в экономических отношениях зависит от уровня развития национальной экономики, наличия традиций цивилизованного рынка, а также уровня развития правовой культуры как производителей, так и самих потребителей. Но при этом наличие в обществе надежных правовых гарантий (в том числе и уголовно-правового характера) в сфере экономических отношений служит обязательным условием для формирования современной экономики, основанной на добросовестной конкуренции и ориентированной в первую очередь на нужды потребителя.