Мудрый Юрист

О природе института освобождения от уголовной ответственности

Уяснение правовой природы освобождения от уголовной ответственности неразрывно связано с уяснением сущности и содержания такого краеугольного понятия, как уголовная ответственность.

Отсутствие законодательной дефиниции понятия уголовной ответственности как в ранее действовавшем уголовном законе, так и ныне действующем вызвало многолетние дискуссии по этому вопросу, продолжающиеся и в настоящее время <*>, и как следствие - по вопросу о сущности и содержании освобождения от уголовной ответственности <**>.

<*> Карпушин М.П., Курляндский В.И. Уголовная ответственность и состав преступления. М., 1974; Санталов А.И. Теоретические вопросы уголовной ответственности. Л., Изд. Ленинградского университета, 1982; Ткачевский Ю.М. Уголовная ответственность // Уголовное право. 1999. N 3. С. 38 - 41. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник / Под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1999. С. 62 - 76; Хомич В.М. Теоретические проблемы уголовной ответственности (формы реализации). Минск, 1997; и др.
<**> Брайнин Я.М. Уголовная ответственность и ее основание в советском уголовном праве. М., 1963; Келина С.Г. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М., 1974; Коробков Г.Д. Освобождение от уголовной ответственности и наказания по советскому уголовному праву / Под ред. П.Ф. Тельнова. М., 1981; Мельникова Ю.Б. Дифференциация ответственности и индивидуализация наказания. Красноярск, 1989; и др.

В юридической литературе совершенно обоснованно подчеркивается, что "теоретическое решение вопроса о понятии, сущности и содержании уголовной ответственности служит базой для решения вопросов о природе освобождения от нее" <*>.

<*> Карпушин М.П., Курляндский В.И. Уголовная ответственность и состав преступления. М., 1974. С. 200.

Поскольку проблема понятия "уголовная ответственность" сама по себе диссертабельна и не является непосредственно темой проводимого исследования, постольку будем исходить из определения, предложенного проф. А.И. Рарогом и поддерживаемого многими учеными-криминалистами, определяющего уголовную ответственность как сложное социально-правовое последствие совершения преступления, включающее четыре элемента:

<*> Уголовное право России. Общая часть: Учебник / Под ред. А.И. Рарога. М., 1998. С. 53.

Изложенное понятие, являясь отправной точкой исследования, позволяет перейти к решению вопроса об определении дефиниции освобождения от уголовной ответственности, которое трактуется также неоднозначно в силу расхождений взглядов ученых на правовую природу уголовной ответственности.

Содержание понятия "освобождение от уголовной ответственности" в Уголовном кодексе РФ не определено. Исходя из этимологического значения слова "освобождение", можно предположить, что об освобождении от уголовной ответственности речь может идти лишь тогда, когда эта ответственность существует, т.е. есть от чего освобождать. В связи с этим следует обратить внимание на два обстоятельства.

Во-первых, юридическим фактом, порождающим правоотношение, в рамках которого лицо может нести уголовную ответственность, выступает совершение преступления. Поэтому освобождение от уголовной ответственности может иметь место только в тех случаях и в отношении тех лиц, которые совершили деяние, содержащее признаки конкретного состава преступления.

Во-вторых, с момента совершения преступления уголовная ответственность существует в виде единственного своего элемента - обязанности правонарушителя отчитаться перед государством в содеянном, подвергнуться осуждению и мерам принуждения уголовно-правового характера. Объективное воплощение она находит в тех или иных мерах государственного принуждения, избираемых по воле государства уполномоченными на то органами (чаще всего это выражается в назначении наказания). Следовательно, освобождение от уголовной ответственности (вернее сказать - от обязанности ее понести) допустимо только на стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства, но до момента вынесения обвинительного приговора <*>.

<*> Подробнее об этом см.: Александрова Н.С. Деятельное раскаяние и его уголовно-правовое значение. Димитровград, 2001. С. 39.

После этого осужденный может быть освобожден от того, в чем проявилась реализация уголовной ответственности.

В связи со сказанным возникает вопрос: является ли освобождение от уголовной ответственности одной из форм ее реализации? Многие криминалисты дают на него положительный ответ <*>. Однако подобный вывод, полагаю, не согласуется, в частности, со стадиальным характером реализации уголовной ответственности. Поэтому более обоснованно диаметрально противоположное утверждение: освобождение от уголовной ответственности - это одна из форм нереализации уголовной ответственности.

<*> Атжанов Т.Ж. Особенности освобождения от уголовной ответственности несовершеннолетних: Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. Челябинск, 1998; Келина С.Г. Меры ответственности, предусмотренные законодательством, и основания их применения // Государство и право. 1982. N 5. С. 101. Однако автор указывала, что освобождение от уголовной ответственности без применения иных мер воздействия составляет единственное исключение из общего правила и правильнее регулируется в зарубежном уголовном праве, где его применение сопряжено с вынесением судом или иными органами юстиции от своего имени порицания, выговора или предупреждения с целью морального осуждения органом власти поведения лица в интересах удержания его от совершения новых преступлений. (Указ. работа. С. 102); Ю.В. Матвеева полагает, что в отношении такого вида освобождения от уголовной ответственности, как освобождение с применением к несовершеннолетнему мер воспитательного воздействия (ст. 90), с определенной долей условности еще можно согласиться, что оно является формой реализации уголовной ответственности, так как применяемые меры принуждения являются по своей природе уголовно-правовыми мерами и преследуют достижение того же эффекта, что и при назначении наказания. Матвеева Ю.В. Указ. работа. С. 45.

В теории уголовного права анализу содержания понятия "освобождение от уголовной ответственности" уделено значительное внимание, но единой позиции по многим вопросам пока не выработано, многие аспекты проблемы раскрываются специалистами различно.

Подавляющее большинство российских ученых полагают, что освобождение от уголовной ответственности означает освобождение виновного от порицания, которое суд объявляет в обвинительном приговоре. Так, А.И. Рарог считает, что "освобождение от уголовной ответственности означает выраженное в официальном акте компетентного государственного органа решение освободить лицо, совершившее преступление, от обязанности подвергнуться судебному осуждению и претерпеть меры государственного принудительного воздействия" <*>. По мнению Д.И. Платонова, "освобождение от уголовной ответственности - это освобождение лица, совершившего преступление, от обязанности подвергнуться судебному осуждению со стороны государства в виде отрицательной оценки его деяния" <**>.

<*> Уголовное право. Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. М., 1997. С. 262.
<**> Уголовное право. Общая часть. М.: Приор, 1999. С. 87.

Н.Ф. Кузнецова утверждает, что "освобождение от уголовной ответственности - это освобождение прежде всего от вынесения обвинительного приговора" <*>. Близкое по содержанию определение дает С.Н. Сабанин. Освобождение от уголовной ответственности он понимает как отказ государства в лице его компетентных органов в предусмотренных законом случаях от официального порицания поведения лица, совершившего преступление, что выражается в форме обвинительного приговора и наказания виновного с его неизбежным правовым последствием - судимостью <**>.

<*> Новое уголовное право России. Общая часть. М.: Зерцало, Теис, 1996. С. 120.
<**> Сабанин С.Н. Проблемы повышения эффективности институтов освобождения от уголовной ответственности: Автореф. дис. ...канд. юрид. наук. Свердловск, 1981. С. 7.

С.Г. Келина замечает, что освобождение виновного от уголовной ответственности означает освобождение его от обязанности держать ответ за деяние, являющееся преступлением, хотя само основание уголовной ответственности - состав преступления - не исчезает <*>.

<*> Келина С.Г. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М.: Наука, 1974. С. 41.

Освобождение от уголовной ответственности В.К. Дуюнов относит к одной из форм механизма уголовно-правового воздействия, под которым понимает объективно необходимый сложный динамичный процесс практической реализации негативной, справедливой и неотвратимой реакции государства на совершение преступления. По его мнению, освобождение от уголовной ответственности лица, совершившего преступление, представляет собой освобождение указанного лица от ее содержания, т.е. от официального публичного осуждения совершенного преступления и порицания лица, его совершившего, в обвинительном приговоре суда, в связи с чем это лицо освобождается также от судимости и от уголовного наказания, которое не может быть назначено лицу, официально не осужденному обвинительным приговором суда <*>.

<*> Дуюнов В.К. Механизм уголовно-правового воздействия: теоретические основы и практика реализации: Автореф. дис. ...докт. юрид. наук. М., 2001. С. 12, 33.

Ю.В. Матвеева полагает, что "освобождение от уголовной ответственности по своему юридическому содержанию означает выраженное в акте компетентного государственного органа решение о снятии с лица, совершившего уголовно наказуемое деяние, обязанности подвергнуться выраженному в обвинительном приговоре суда осуждению и претерпеть меры государственно-принудительного воздействия в виде лишений личного и имущественного характера, связанных с отбыванием наказания и судимостью. Вместе с тем освобождение от уголовной ответственности не означает признания лица невиновным и не освобождает от иной юридической ответственности" <*>.

<*> Матвеева Ю.В. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Дис. ...канд. юрид. наук. М., 2000. С. 39.

Несмотря на разнообразие определений, с каждым из них можно согласиться, так как по существу все точки зрения объединяет то, что освобождение рассматривается как решение компетентного органа, и они отражают сущность освобождения от уголовной ответственности. Проблема освобождения от уголовной ответственности учеными-юристами определяется в рамках уголовно-правовых отношений, возникающих между государством и лицом, совершившим преступное деяние. У государства появляется право, а в некоторых случаях и обязанность освободить лицо за совершенное им преступление от ответственности, а у виновного возможность выполнить постпреступные действия, предусмотренные УК.

Различие же в определениях проявляется в первую очередь в том, что даются разные понятия правовых последствий освобождения.

Надо иметь в виду, что освобождение от уголовной ответственности - это сложное явление, включающее в себя два последовательных решения. Сначала деяние, совершенное лицом, признается преступлением, а затем принимается решение об освобождении лица от уголовной ответственности.

А.А. Тер-Акопов считает, что "освобождение от уголовной ответственности - институт, содержащий внутреннее противоречие: деяние должно признаваться преступлением, иначе нет оснований для освобождения от уголовной ответственности, но акт его признания таковым, а именно обвинительный приговор суда, считается необязательным" <*>.

<*> Тер-Акопов А.А. Основания дифференциации ответственности за деяния, предусмотренные уголовным законом // Советское государство и право. 1991. N 10. С. 73.

Процессуальный порядок придания деянию статуса преступления, а лицу, его совершившему, статуса преступника не изменяет ни сущности объективно совершенного деяния, ни личностных характеристик виновного. Поэтому с точки зрения материального права деяние, содержащее все признаки состава преступления, фактически и является преступлением.

В этой связи теоретический и практический интерес представляет Постановление Конституционного Суда РФ от 28 октября 1996 г. по делу о проверке конституционности ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина О.В. Сушкова <*>.

<*> Главной военной прокуратурой в отношении гражданина О.В. Сушкова, обвинявшегося в злоупотреблении служебным положением, было прекращено уголовное дело в соответствии со ст. 6 УПК РСФСР. Не признавая себя виновным в совершении инкриминируемого ему преступления, О.В. Сушков неоднократно обращался в органы прокуратуры с просьбой направить уголовное дело в суд для рассмотрения по существу, однако ему было отказано. В своей жалобе в Конституционный Суд РФ заявитель просит признать ст. 6 УПК РСФСР не соответствующей Конституции РФ, поскольку она нарушает принцип презумпции невиновности, не предоставляя обвиняемому права возражать против прекращения дела и требовать его рассмотрения по существу // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. N 5. С. 11.

Данное постановление фактически разрешает существующие в литературе разногласия относительно правовой природы деяния, содержащего все признаки состава преступления, и имеет принципиальное значение, выходящее за пределы ст. 6 УПК РСФСР. Оно касается, по существу, всех случаев прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям. Конституционный Суд РФ указал в постановлении, что норму, содержащуюся в ст. 6 УПК РСФСР, следует рассматривать в системной связи как с конституционными положениями (прежде всего презумпцией невиновности), так и с положениями других статей УПК, в частности ст. 13 об осуществлении правосудия по уголовным делам только судом. "Исходя из этого принятое на основании оспариваемой нормы решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации. Вместе с тем прекращение уголовного дела вследствие изменения обстановки хотя и предполагает (в силу части первой статьи 50 УК РСФСР) освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило деяние, содержащее признаки преступления, и поэтому решение о прекращении дела не влечет за собой реабилитации лица (признания его невиновным), то есть вопрос о его виновности остается открытым... уголовное дело не может быть прекращено, если лицо против этого возражает" <*>.

<*> Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. N 5. С. 13.

Хотелось бы отметить, что такая постановка вопроса согласуется с решением Европейской комиссии по правам человека. Проанализировав ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах и ст. 6 Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека, Европейская комиссия указала, что порядок опровержения презумпции невиновности может различаться, однако с учетом того, что поставлено на карту, и с дополнительными гарантиями права на защиту <*>. Несколько необычное для юриспруденции словосочетание "что поставлено на карту" следует, очевидно, понимать как учет возможных правовых последствий, вытекающих из констатации виновности.

<*> Международные нормы и правоприменительная практика в области прав и свобод человека. М., 1993. С. 44.

Таким образом, освобождение от уголовной ответственности на досудебной стадии по нереабилитирующим основаниям нельзя считать противоречащим принципу презумпции невиновности. Думается, прав И.М. Гальперин, полагавший, что установление вины лица в совершении преступления и признание его виновным - не равнозначные понятия. "Суть признания виновным надо видеть в наступлении уголовной ответственности, претерпевании отрицательных последствий государственного принуждения... Если придерживаться ортодоксальной позиции о соотношении преступления, вины и наказания, то логически верным был бы вывод, что и установление вины, не разграничиваемое с ее признанием, должно быть предоставлено только суду. Но в том-то и выражаются новые черты в развитии советского уголовного права, что по мере развития общества уголовная ответственность утрачивает функцию единственной реакции на преступление" <*>.

<*> Гальперин И.М. Социальные и правовые основы депенализации // Советское государство и право. 1980. N 3. С. 67.

Возникает вопрос: не противоречит ли освобождение от уголовной ответственности принципам справедливости, законности? Принцип законности отражен непосредственно в самих нормах, предусматривающих освобождение от уголовной ответственности. В них он указан в качестве законодательного требования - оснований, при наличии которых можно виновное лицо освободить от уголовной ответственности.

На первый взгляд освобождение от уголовной ответственности не вполне согласуется с принципом неотвратимости ответственности. Однако анализ данной позиции законодателя показывает, что оно не вступает в коллизию с принципом уголовной политики. Думается, что посредством нормы об освобождении от уголовной ответственности законодатель рассматривает компромисс в качестве одного из альтернативных вариантов разумного разрешения конфликта <*> криминального характера <**>. Компромисс как результат отношений между государством в лице его правоохранительных органов и лицом, совершившим преступление. Но не просто как компромисс - уступка кого-то и кому-то, а как компромисс в интересах борьбы с преступностью, где уступка в малом дает большой социальный, социально-нравственный результат <***>.

<*> Комитет Министров государств - членов Совета Европы рекомендует сочетать принцип неотвратимости ответственности с принципом дискреционного судебного преследования или расширить его применение на определенной общей основе, такой, как общественные интересы, то есть отказаться от уголовного преследования или прекратить его по делам, когда речь идет о наказании за малозначимые преступления, при соблюдении виновным некоторых условий, как то: выплата денежной суммы государству или благотворительной организации, возмещение причиненного вреда и восстановление прав потерпевшего и т.д. Доступ к правосудию: Рекомендация Комитета Министров государствам-членам относительно упрощения уголовного правосудия. N R (87) 18 от 17 сентября 1987 г. // Российская юстиция. 1997. N 8. С. 2 - 5.
<**> Головко Л.В. Новые основания освобождения от уголовной ответственности и проблемы их процессуального применения // Государство и право. 1997. N 8. С. 77 - 81.
<***> Подробнее об этом см.: Карпец И.И. Предисловие к монографии Аликперова Х.Д. Преступность и компромисс. Баку: Элм, 1992. С. 4.

Впервые идею выделения в уголовном праве норм, допускающих компромисс, в начале 90-х гг. XX в. выдвинул Х.Д. Аликперов, который под ними понимал нормы, "в которых лицу, совершившему преступление, гарантируется освобождение от уголовной ответственности или смягчение наказания в обмен на совершение таким лицом поступков, определенных в законе и обеспечивающих реализацию основных задач уголовно-правовой борьбы с преступностью" <*>.

<*> Аликперов Х.Д. Преступность и компромисс. Баку: Элм, 1992. С. 65.

Рассматриваемые нормы об освобождении лица от уголовной ответственности он как раз и относит к институту компромисса в уголовном праве. При этом Х.Д. Аликперов обращает внимание на особенность механизма реализации уголовного и уголовно-процессуального института компромисса, которая заключается в том, "что в этих случаях угроза репрессии за содеянное соединяется с показом виновному другого пути, дающего ему возможность искупить вину за содеянное без претерпевания режима наказания. Иными словами, закон показывает таким лицам как бы более короткий путь искупления вины через позитивное посткриминальное поведение.

В этих случаях центр тяжести переносится не на продолжающееся в течение срока наказания интенсивное воспитательно-трудовое воздействие, а на психологию раскаяния, которая побуждает к совершению действий, связанных с самовоспитанием. Следовательно, закрепление в уголовном законе института компромисса в борьбе с преступлениями не будет вступать в противоречие и с принципом неотвратимости ответственности, если не сводить реализацию последнего к традиционным формам наказания" <*>.

<*> Аликперов Х.Д. Указ. работа. С. 32.