Мудрый Юрист

Пересмотр законодательства об исключительных правах

Представленная статья посвящена одному из субъективных прав автора на произведения науки, литературы и искусства, которые теория гражданского права называет исключительным правом. Адвокат коллегии адвокатов "Губернская" Палаты адвокатов Самарской области, соискатель кафедры гражданского процессуального и предпринимательского права Самарского государственного университета А.С. Фалалеев анализирует критические позиции известных ученых и высказывает собственное мнение о правовой природе исключительного права и его месте в системе права.

В статье затрагиваются проблемы терминов "интеллектуальные права", "интеллектуальная собственность" и "исключительное право", ставится вопрос о применении к авторским отношениям общих норм о собственности и возможности отчуждения авторского права, даются предложения по пересмотру законодательства об исключительных правах.

Ключевые слова: исключительное право, авторское право, интеллектуальная собственность.

Revision of the legislation on exclusive rights

A.S. Phalaleev

Presented article is devoted to one of the author's subjective rights on works of science, literature and art which the theory of civil law names the exclusive right.

The lawyer of Bar Association "Gubernskaya" of Bar Chamber of the Samara region, the competitor of the chair of civil trial and undertaking law of Samara State University A.S. Phalaleev (e-mail: vera.scorpion57@mail.ru) analyzes critical positions of well-known scientists and gives one's view on the legal nature of the exclusive right and its place in system of law.

In the article problems of terms "the intellectual rights", "intellectual property" and "exclusive right" are touched, the attention to the question of application to author's attitudes of the general norms of the property and possibility alienate the copyright is brought, offers on revision of the legislation on exclusive rights are given.

Key words: the exclusive right, the copyright, intellectual property.

Исполнился год с момента работы Совета при Президенте РФ по кодификации, разработке концепции развития и совершенствования гражданского законодательства в целях реализации Указа Президента РФ от 18 июля 2008 г. "О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации" <1>. Сейчас завершается работа над Концепцией. Осуществлен "сквозной прогон" всего подготовленного материала - знакомство с ним специалистов высшего ранга. После утверждения Концепции Президентом РФ начнется второй этап работы - внесение изменений и дополнений в конкретные статьи и разделы ГК РФ <2>.

<1> СЗ РФ. 2008. N 29 (ч. I). Ст. 3482.
<2> Российская газета. 2009. N 117. С. 11.

С 1 января 2008 г. как предпосылка названного Указа была введена в действие часть четвертая ГК РФ, дискуссии об эффективности и целесообразности которой не прекращаются по настоящий день.

Главный вопрос, который сегодня убедительно доказывает неразработанность важных понятий авторского права и выдвигает перед исследователями капитальную проблему, требующую решения, - отождествление исключительного права с имуществом и возможность его отчуждения.

Профессор Ю.К. Толстой в статье "О части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" говорит, что "выделение понятия исключительного права и отнесение его к лишь одному из интеллектуальных прав - имущественному, вызывает сомнения. Можно даже сказать, что именно неотчуждаемость и непередаваемость личного неимущественного права, которое срослось с личностью того, кому оно принадлежит, делает свойство исключительности присущим личным неимущественным правам даже в большей степени, чем правам имущественным" <3>.

<3> Толстой Ю.К. О части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2009. N 3. С. 16, 17.

Профессор А.П. Сергеев ставит под сомнение легитимность проведенной в рамках ГК РФ кодификации законодательства интеллектуальных прав и считает статью 1225 противоречащей пункту VIII ст. 2 Конвенции, учреждающей Всемирную организацию интеллектуальной собственности (Стокгольм, 14 июля 1967 г.) и, как следствие, пункту 4 ст. 15 Конституции РФ. Он говорит, что новое законодательство к интеллектуальной собственности относит объекты интеллектуальной деятельности, а не права, как это признано в большинстве стран мира.

Критикуя понятия "интеллектуальные права" и "исключительное право", А.П. Сергеев полагает, что введение первых является удвоением терминологии, а вторые в значении, которое придает им редакция ГК РФ, следует вообще исключить. Вместо указанных категорий он предлагает использовать в Кодексе только одну - "интеллектуальная собственность" и, так же как и Ю.К. Толстой, высказывает сомнение по отожествлению исключительного права только с имуществом <4>.

<4> Сергеев А.П. Гражданское право: Учебник. В 3 т. М.: ТК Велби, 2009. С. 105 - 109.

А.П. Сергеев считает это важным практическим аспектом. Нередко в ходе рассмотрения конкретных судебных дел встает вопрос о том, все ли субъективные авторские права носят исключительный характер. Он возникает в связи с тем, что не все содержащиеся в законе субъективные авторские права прямо названы исключительными. Так, если имущественные права авторов непосредственно отнесены к числу исключительных, то о природе личных неимущественных авторских прав ничего не сказано <5>.

<5> Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., 2006. С. 191 - 193.

В изложенных выводах А.П. Сергеев и Ю.К. Толстой не одиноки. Доктор юридических наук В.П. Мозолин, входящий в состав Совета, и кандидат юридических наук П.Д. Баренбойм выступают с критикой инициированного В.Ф. Яковлевым, А.Л. Маковским и Е.А. Сухановым подхода к модернизации ГК РФ.

Составители части четвертой ГК РФ, а за ними и законодатель - пишут ученые - в угоду не обоснованных юридической наукой интеллектуальных прав превратили право интеллектуальной собственности в объект (результат) инновационной деятельности, находящийся в сфере действия вещного права собственности. Тем самым из купели вместе с водой выплеснули и купающегося в ней ребенка. В результате лицо, использующее такой немодифицированный объект в качестве объекта вещного, а не интеллектуального права, в процессе предпринимательской деятельности может стать олигархом, а ученый, создавший идею, на основании которой впоследствии была изготовлена соответствующая вещь, в лучшем случае сможет оставаться научным сотрудником, получающим скромную заработную плату от того же самого олигарха в обмен на новые разрабатываемые им результаты интеллектуальной деятельности, а при наступлении очередного экономического кризиса - оказаться безработным <6>.

<6> Мозолин В.П., Баренбойм П.Д. Гражданский кодекс как "экономическая Конституция страны"? // Законодательство и экономика. 2009. N 4.

Далее профессор В.П. Мозолин в своей работе "Современная доктрина и гражданское законодательство" говорит, что концепции исключительных прав в разделе VII ГК РФ отведена роль своего рода юридического взрывного устройства, призванного разрушить действующую в настоящее время в международном и национальном праве государств, включая Российскую Федерацию, систему норм об интеллектуальной собственности и заменить ее своей собственной, не опирающейся на закон, не говоря уже о научной доктрине, концепцией.

В разделе VII ГК РФ, пишет ученый, все поставлено с ног на голову. В соответствии с п. 1 ст. 1225 ГК РФ понятие интеллектуальной собственности употребляется в значении обобщенного родового понятия и отнесено к числу объектов права. Освободившееся же пространство в зоне действия субъективных прав заполняется нормами об интеллектуальных правах.

Концепция об интеллектуальных правах, лежащая в основе Общих положений раздела VII ГК РФ, значительно отличается от концепции исключительных прав, используемой в настоящее время в законодательстве многих стран мира и международных конвенциях об интеллектуальной собственности. В целом она характеризуется своей внутренней противоречивостью, научно-практической несостоятельностью, а главное, принижением роли и значения личных неимущественных прав в системе российского законодательства.

Указанные пороки концепции начинаются с легального определения понятия интеллектуальных прав и закрепляются нормативной структурой главы 69 ГК РФ об общих положениях. Согласно статье 1226 основу понятия интеллектуальных прав составляют имущественные права. Включение же в понятие интеллектуальных прав личных неимущественных прав имеет сугубо условный характер. Тем самым в гражданском законодательстве закрепляется понятие условной нормы права, что вряд ли следует считать правильным.

Общего понятия личных неимущественных прав авторов (создателей) духовных ценностей, как, впрочем, и других основных положений, касающихся сущности, юридической природы, видов и механизма осуществления данных прав, в главе 69 ГК РФ не содержится. Все остальное законодательное пространство этой главы отведено нормативным положениям об исключительных правах.

В.П. Мозолин заключает, что концепция интеллектуальных прав, воплощенная в Общих положениях раздела VII ГК РФ, не только не соответствует статье 44 Конституции РФ, но причиняет моральный вред самому законодателю. В понятии права, регулирующего отношения по созданию и использованию результатов интеллектуальной деятельности, продолжает ученый, первое место и приоритетное положение должно отдаваться личным неимущественным правам, которые по времени возникновения предшествуют появлению имущественных прав.

Товаризация духовных ценностей человека ведет к принижению роли и значения личных неимущественных прав в жизни не только авторов, но и всего общества, что весьма отрицательно сказывается на случаях такого пагубного явления, как контрафакция <7>.

<7> Мозолин В.П. Современная доктрина и гражданское законодательство. М.: Юстицинформ, 2008.

Проведенный автором настоящей работы на основных этапах развития исключительного права анализ правовых норм, судебной практики и научных взглядов позволяет заключить следующее.

  1. Наличие в ГК РФ многозначных и условных терминов "интеллектуальная собственность", "интеллектуальные права" и отсутствие на законодательном уровне понятия "исключительное право" с детальным раскрытием его двойственных составляющих - единых личных неимущественных и имущественных прав - порождает противоречия между правовыми нормами, с одной стороны, и практикой с теорией - с другой.
  2. На протяжении всей законодательной истории авторского права при упоминании термина "исключительные права", по сути, имеется в виду лишь исключительный односторонний характер авторских прав, а не само исключительное право, что способствует смешению и искажению этого понятия. Когда допускаются смешение слов или их неудачный подбор, мрак и беспорядок проникают в те понятия, выражением которых они служат.
  3. Поскольку авторское право имеет двойственный характер - в нем есть правомочия имущественные и неимущественные, на практике фактически не реализуется отчуждение прав. Возможность последующего отчуждения права сужена, а авторский договор срочен. На всех этапах существования авторского права имеется в виду именно не его отчуждение, а временный переход с правом ограничить автора в возможности аналогичного использования.
  4. Исключительность авторского права выражается как в его неотторжимости, так и в принадлежности автору. Авторское право - это публичное право, его собственник - народ, а автору принадлежат личные права и духовная рента - право на получение вознаграждения. Об авторе как о собственнике произведения можно говорить, только когда его произведение находится в его мыслях (не обнародовано), тогда автор имеет полную власть над ним - пользование, владение, распоряжение, отчуждение (допустим, уничтожение). Когда автор обнародовал свое произведение, он перестает быть его владельцем - собственником как господином, поскольку право на произведение не сконцентрировано уже в одних его руках (голове), автор не может осуществить его отчуждение - уничтожить (за исключением материального носителя произведения), заставить общество забыть его произведение, стереть из памяти.
  5. Поскольку авторское право не есть право собственности, то и к его внутреннему содержанию, касающемуся так называемых имущественных прав, не применимы правила о собственности. В исключительных правах иные правомочия - право авторства, пользование и распоряжение. В исключительном праве отсутствует правомочие владения. Оно существует до обнародования, после чего субъективное относительное право автора трансформируется (не прекращается) в объективное абсолютное право - исключительное.

Исключительное право возникает следующим образом.

Изначально, до момента обнародования произведения автору принадлежит право собственности (пользование, владение и распоряжение). После того как произведение получило публичную огласку (обнародовано), его владельцем становится общество. Появляется исключительное право: автору принадлежат личные - бессрочные и непередаваемые (право авторства и иные) и имущественные - срочные и передаваемые (пользование и распоряжение) правомочия. Автор может передать на время правомочия пользования и распоряжения, при этом право авторства остается у него, т.е. ему по-прежнему принадлежит исключительное право на произведение.

Такова природа исключительного права.

  1. Потребность закрепления в законе понятия "исключительное право" с детальным раскрытием его двойственных составляющих очевидна.
  2. Необходимо установить не полное отчуждение (право авторства, пользование и распоряжение), а передачу только права пользования и распоряжения. В связи с этим возможны два договора: договор пользования и распоряжения имущественным правом в полном объеме - "договор о передаче имущественного права" и договор пользования имущественным правом в определенных пределах - "пользовательский договор". Их виды будут зависеть от вида произведения.
  3. Для континентальной системы права России, где за автором, независимо от договора, всегда будет сохраняться определенный набор прав, признание полной возможности отчуждения права на произведение нехарактерно. Его отчуждение допустимо в целях продажи произведения за границу, когда необходимо учитывать правовую систему страны контрагента.

Предложенная законодателем конструкция понятия и распоряжения исключительным правом более подходит для иностранных государств, исповедующих англосаксонскую (американскую) модель правового регулирования и может быть на пороге вступления России во Всемирную торговую организацию реализована в международных отношениях, но никак не в правовой системе российского авторского права.

  1. Трансформирование результата умственного труда в объект, находящийся в сфере действия вещного права собственности, недопустимо. Приоритетное положение и главный центральный стержень в нормотворчестве и правоприменении должны занимать человек и его личные неимущественные права. Ставя на первое место материальные выгоды, стирается сама личность, происходит работа "имущественных" законов, которые ведут к формированию потребительского общества. Без эталона личности социальная эффективность правовых норм невозможна. Закон, не имеющий человеческого измерения, мертв.
  2. Отсутствие системной методологии - из прошлого через настоящее в будущее - в сфере законотворческого процесса приводит к нестабильности действующих нормативных актов. Поэтому включение в ГК РФ неизменных основных аксиом права и принятие в их развитие специальных изменяемых норм, т.е. выбор кодификационной системности и одновременно комплексности законодательства, - решение вопроса разумности законов и их направленности на реальные отношения.

Изложенные теоретические неточности могут породить в слаборазвитом и недобросовестном правосознании индивида практические проблемы. Использование в договорах жесткого термина "отчуждение" введет в заблуждение, а что еще хуже, в преднамеренное искажение его смысла. И в том и в другом случаях появятся мнимые "собственники" авторского права. Возникнут многочисленные споры, а нечистые на руку будут использовать эту законодательную лазейку в рейдерском захвате теперь уже интеллектуальной собственности.

Думается, в этом смысле необходима практическая потребность закрепить в законе понятие "исключительного права" с детальным раскрытием его двойственных составляющих и установка не полного отчуждения (право авторства, пользования и распоряжения), а передачи только права пользования и распоряжения. Полагаю, эта мера предотвратит необоснованные искушения в нарушении авторских прав, повысит авторитет человеческой личности и института исключительных прав.

Для этого необходимо в главу 69 ГК РФ внести следующие изменения: 1) в пункт 1 ст. 1225 после слова "являются" добавить "права на:"; 2) статью 1226 изложить следующим образом: "На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются исключительные права, которые включают: имущественные права и личные неимущественные права"; 3) термин "интеллектуальные права" исключить; 4) переименовать термин "исключительное право" и статью 1229 на "имущественное право"; 5) указать, что в имущественное право входят правомочия пользования и распоряжения; 6) ввести статью "Личные неимущественные права"; 7) слово "отчуждение" заменить на "передача"; 8) в абзаце первом п. 1 ст. 1233 оставшуюся часть предложения после слов "путем" заменить на "передачи другому лицу по договору в полном объеме (договор о передаче имущественного права) или в пределах права пользования (пользовательский договор)"; 9) пункт 1 ст. 1234 изложить в редакции: "1. По договору о передаче имущественного права одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащие ей право пользования и распоряжения на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме другой стороне (приобретателю)"; пункт 1 ст. 1235: "1. По пользовательскому договору одна сторона (правообладатель) передает или обязуется передать принадлежащие ей право пользования на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации другой стороне (пользователю)".

Несомненно, проведение в нашей стране правовой реформы - вполне благоприятное решение, однако при достижении поставленных целей следует помнить, что главным, центральным стержнем в нормотворчестве и правоприменении должны стоять человек и его личные неимущественные права. Трансформирование результата умственного труда в объект, находящийся в сфере действия вещного права собственности, недопустимо.

Поэтому сейчас включение в одно из основных направлений проекта теоретического и практического пересмотра законодательства об исключительных правах как никогда кстати. Об этой назревшей необходимости и побуждении законодателя еще раз проработать нормы раздела VII части четвертой ГК РФ свидетельствуют приведенные выше мнения ученых и заключения автора статьи. Опущение в рамках Концепции положений, относящихся к интеллектуальной собственности, недопустимо. Второй раз такой правовой шанс может и не представиться.

Библиография

Гражданское право: Учебник. В 3 т. / Сост. А.П. Сергеев. М.: ТК Велби, 2009.

Мозолин В.П., Баренбойм П.Д. Гражданский кодекс как "экономическая Конституция страны"? // Законодательство и экономика. 2009. N 4.

Мозолин В.П. Современная доктрина и гражданское законодательство. М.: Юстицинформ, 2008.

Сергеев А.П. Право интеллектуальной собственности в Российской Федерации. М., 2006.

Толстой Ю.К. О части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2009. N 3.