Мудрый Юрист

"Чекистский" бизнес

Никита Колоколов, доктор юридических наук, судья Верховного Суда РФ (в отставке), профессор кафедры судебной власти и организации правосудия ГУ-ВШЭ.

В последнее десятилетие в России процветает подпольный бизнес, представители которого за 10 - 15 рублей готовы снабдить каждого подложным контрольно-кассовым чеком, который, будучи приложенным к авансовому отчету, позволит списать подотчетные суммы. Органы внутренних дел попытались положить конец данному виду преступной деятельности. Что из этого вышло, показывает судебная практика.

В конце июня Самарский юридический институт УФСИН пригласил меня на конференцию, призванную разобраться в феномене преступления.

В аэропорту меня не встретили, предложили добираться на такси, оплату при наличии чека гарантировали. Пришлось потребовать чек у водителя. "Какие вопросы!" - воскликнул он. Мы заехали в глухое местечко, таксист углубился в лес и спустя десяток минут передал мне незаполненный бланк с печатью. На вопрос, кто его выдал, он ответил: "Да наши "чекисты". Чтобы не задерживаться, пришлось дальнобойщиков растолкать..."

Так я, пусть и заочно, познакомился с самарским, точнее с общероссийским, феноменом - "чекистами"...

Экономим на всем

Хищения на автотранспортных предприятиях были во все времена. Основной предмет хищения - горюче-смазочные материалы (ГСМ), а равно денежные суммы, выделяемые водителям на их приобретение и прочие командировочные расходы. Союзно-республиканские ведомства автомобильно-дорожного транспорта СССР делали все от них зависящее, чтобы не допустить оборота денежных знаков между водителями и "королевами бензоколонок". Рубль был заменен талоном на ГСМ общесоюзного образца, который положил конец обезличенному отпуску топлива и масел за наличные деньги. Погашенные на АЗС талоны хранились годами, поэтому сотрудники ОБХСС всегда могли проверить, кем они были отоварены. Но, несмотря на все перечисленные ухищрения, положить конец хищению ГСМ не удалось.

Азбукой криминологии является суждение, согласно которому возникновение новых общественных отношений неизменно порождает и лиц, на них паразитирующих. Увеличение интенсивности автомобильных перевозок по дорогам России обусловило ежедневное совершение водителями многих миллионов сделок по приобретению ГСМ, получение разного рода сервисных услуг. Значительная часть этих сделок совершается водителями, работающими в автотранспортных компаниях по найму. Заправляясь ГСМ, получая услуги, они, как правило, расходуют выданные им под отчет денежные суммы. Отчитываясь перед работодателем, они представляют ему чеки, полученные на АЗС, в ремонтных мастерских и магазинах, гостиницах, на платных стоянках и т.п.

Очевидно также и то, что опытные водители в состоянии добиться существенной экономии выделенных им средств. В этом случае они обязаны возвратить работодателю неиспользованную часть денег. Необходимость возврата сумм, уже фактически списанных в убытки, побуждает многих водителей к хищению сэкономленных денег путем предоставления работодателю фальшивых товарных чеков, квитанций и т.д.

Следует помнить, что водители экономят и на себе: ночуя вместо гостиниц в кабинах машин, питаясь чем попало и где попало, избегая платных стоянок. Данное обстоятельство лишь усиливает потребность многомиллионного водительского корпуса в фальшивых чеках, поскольку для рынка характерно правило: нет официального расхода - нет оплаты.

Возникновение спроса на чеки тут же стимулировало их предложение. В середине 90-х годов прошлого века вдоль автодорог как грибы после дождя мгновенно возникли разного рода "пункты", "точки" - фактически криминальные структуры, облегчающие за более чем умеренную плату обман водителями работодателей путем предоставления подложных документов за неосуществленные расходы.

Сложности борьбы

Возникновение новых криминальных структур также неизбежно повлекло организацию борьбы с ними. Несмотря на явную и дерзкую рекламу этих криминальных учреждений, наладить борьбу с ними российским правоохранительным органам пока не удалось: преступный бизнес процветает! Попробуем разобраться, почему так происходит.

Во-первых, крайне сложен комплекс правоотношений, возникающий в процессе хищения водителями денежных сумм, выданных им под отчет. Водитель, присвоивший часть подотчетной суммы путем обмана работодателя, является лицом, совершившим преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 160 УК РФ. Водитель, потребовавший от работодателя возвращения ему сумм, не истраченных на нужды последнего, уже совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 159 УК РФ.

В обоих случаях потерпевший - работодатель, а о возможности привлечения к уголовной ответственности водителя говорить можно, лишь если им совершено хищение денег на сумму свыше 1 тыс. рублей (ст. 7.27 КоАП РФ). Подчеркнем и тот факт, что случаев привлечения водителей за хищение денег на меньшую сумму практически нет. Иными словами, это такой пустяк, которым в обычной жизни предпочитают пренебречь.

Даже если работодатель и заподозрит, что был обманут водителем, то подтвердить вину последнего в хищении он сможет, только доказав недостоверность представленного ему чека, для чего ему придется проверить его подлинность. Если учесть, что фальшивые чеки могут быть привезены за многие сотни, а то и тысячи километров, то элементарный расчет показывает, что расходы на подобное доказывание многократно превысят доход от возвращенной водителем суммы.

С другой стороны, ничто не препятствует ликвидации криминальной структуры, открыто оказывающей пособничество водителям в хищении подотчетных сумм. По указанию сверху сотрудниками региональных ОБЭП была произведена кампания по их изобличению.

Что доказываем?

Готовясь изобличить преступника, сотрудник правоохранительного органа должен хорошо представлять предмет доказывания. Как указано выше, в каждом конкретном случае предстояло установить следующие обстоятельства:

После этого следует доказать, что соответствующая криминальная структура действительно была создана некоторыми лицами, что между ними и исполнителями, выдающими фиктивные чеки, существуют устойчивые связи, в которые втянуты лица, предоставляющие помещения, оргтехнику, а также есть сотрудники правоохранительных органов, обеспечивающие им общее покровительство за денежное вознаграждение.

Добавим, что все преступные действия по сбыту подложных документов могут быть совершены исключительно с прямым конкретизированным умыслом, в рамках которого каждый участник преступного образования хорошо понимает, чем они занимаются, поскольку получает от этого реальный доход.

Совершенно очевидно, что проследить все цепочки обмана работодателей, выдающих водителям "в подотчет" денежные суммы, невозможно. Во-первых, их множество, во-вторых, затраты на такое исследование, применяемое разве что для раскрытия террористических актов, никогда не окупятся полученным результатом.

Означает ли сказанное, что правоохранительная система России не в состоянии дать криминальным структурам так называемый асимметричный ответ, как это делается в рамках борьбы с распространением наркотических средств, оружия и боеприпасов?

Такой ответ, безусловно, есть, однако, как свидетельствует судебная практика, его поиск несколько затянулся.

Дело N 1

Согласно приговору Переславского районного суда Ярославской области от 03.12.2007 (уголовное дело N 1-318/07 // Архив Переславского районного суда Ярославской области за 2007 г.) Голованов в 2005 г. создал организованную преступную группу для изготовления в целях сбыта поддельных платежных документов, не являющихся ценными бумагами (контрольно-кассовых чеков за бензин, счетов за проживание в гостиницах, счетов-фактур, платежных поручений, приходных кассовых ордеров, а также иных аналогичных платежных документов), в населенных пунктах вдоль федеральной автодороги "Холмогоры".

Тогда же руководитель группы Голованов вовлек в нее в качестве исполнителей "печатальщиков" Понизовкина и Ломизова. Голованов утвердил план круглосуточной преступной деятельности, в рамках которой исполнители изготовляли по просьбам водителей необходимые им подложные платежные документы, которые сбывались по 10 - 15 рублей за каждый.

Кроме того, Голованов договорился с Саркисяном об использовании принадлежащего последнему металлического вагончика ("точки"), установил там две контрольно-кассовые машины, два компьютера с соответствующим программным обеспечением (редакторами текста и таблиц), три принтера.

В целях прикрытия преступного бизнеса Голованов также взаимодействовал с сотрудниками правоохранительных органов.

В мае 2006 г. сотрудники УБОП УВД по Ярославской области в рамках проверочных закупок, выдавая себя за водителей, приобрели у Голованова поддельные платежные документы. Аналогичные проверочные закупки были совершены с марта по май у Понизовкина и у Ломизова.

В целях обеспечения прикрытия со стороны работников милиции Голованов в период с августа 2006 г. по январь 2007 г. передал оперуполномоченному УБОП УВД по Ярославской области взятки на общую сумму 23 тыс. рублей. В этих же целях Понизовкин в марте 2007 г. передал сотруднику УБОП УВД по Ярославской области 4 тыс. рублей.

О том, что взятки получаются указанными лицами в рамках оперативного эксперимента, Голованов и Понизовкин до момента задержания не догадывались.

В судебном заседании Голованов, Понизовкин и Ломизов свою вину признали частично и подробно рассказали суду о совершенных ими преступлениях.

За совершение действий по изготовлению подложных документов они по каждому из инкриминируемых им эпизодов были признаны виновными по ч. 2 ст. 187 УК РФ. Голованов и Понизовкин, помимо этого, осуждены по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 291 УК РФ - покушение на дачу взятки должностному лицу за совершение заведомо незаконных действий.

По совокупности преступлений Голованову назначено наказание в виде четырех лет лишения свободы без штрафа, Понизовкину - три года лишения свободы без штрафа.

Оценив собранные по делу доказательства, суд первой инстанции признал наличие организованной преступной группы, соответствующей требованиям ч. 3 ст. 35 УК РФ, что позволило квалифицировать содеянное ее членами по ч. 2 ст. 187 УК РФ. Наказание за данное преступление предполагает лишение свободы на срок от четырех до семи лет со штрафом до 1 млн. рублей.

Однако суд усмотрел совокупность обстоятельств, позволяющих назначить наказание виновным с применением ст. 64 УПК РФ, то есть ниже низшего предела.

В кассационном представлении Переславский межрайонный прокурор Ярославской области просил приговор отменить, уголовное дело возвратить на новое судебное разбирательство по следующим основаниям:

Сторона защиты просила приговор изменить, исключить наличие организованной преступной группы, квалифицировать содеянное осужденными как покушение на изготовление и сбыт поддельных платежных документов.

Судебная коллегия по уголовным делам Ярославского областного суда приговор в отношении всех троих осужденных признала законным, обоснованным и справедливым (Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Ярославского областного суда от 08.02.2008 N 22-186-2008 // Архив Ярославского областного суда за 2008 г.).

Заместитель прокурора Ярославской области внес в президиум Ярославского областного суда в порядке надзора представление, в котором просил состоявшиеся судебные постановления пересмотреть, поскольку контрольно-кассовые документы, изготовлявшиеся осужденными, не являются предметом, указанным в ст. 187 УК РФ (Представление заместителя прокурора Ярославской области от 30.04.2009 N 12-11-09 // Архив прокуратуры Ярославской области за 2009 г.).

Аналогичные доводы были приведены в надзорной жалобе защитника осужденного Голованова.

Осужденный Понизовкин просил переквалифицировать содеянное им по эпизоду дачи взятки на ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 291 УК РФ.

Президиум Ярославского областного суда удовлетворил надзорную жалобу заместителя прокурора Ярославской области и защитника осужденного Голованова, в удовлетворении жалобы Понизовкина было отказано.

В обоснование свой правовой позиции Президиум Ярославского областного суда указал следующее.

Предметом преступления, предусмотренного ст. 187 УК РФ, служат средства безналичного расчета или средства денежно-кредитного оборота. Под платежными понимаются документы, на основании которых производится списание денег со счета клиента, кредитной организации или с корреспондентского счета банка или зачисление денег на эти счета (платежное поручение, платежное требование, платежный ордер, инкассовое поручение).

Контрольно-кассовый чек такими характеристиками не обладает, поскольку он лишь подтверждает произведенные лицом расходы, сами контрольно-кассовые чеки средством платежа не являются и не могут быть использованы в денежном обороте.

Приговор и кассационное определение в части осуждения Ломизова были отменены полностью, за ним было признано право на реабилитацию, эти же судебные постановления отменены в отношении Голованова и Понизовкина в части их осуждения по ч. 2 ст. 187 УК РФ. Назначенное им наказание снижено соответственно до 3 лет 2 месяцев и 2 лет и 6 месяцев лишения свободы (Постановление президиума Ярославского областного суда от 01.07.2009 N 44-102-2009 // Архив Ярославского областного суда за 2009 г.).

Дело N 2

По приговору Суздальского районного суда Владимирской области от 13.02.2009 установлено, что Раевскому, Раевской и Хрячкову предъявлено обвинение в совершении в составе организованной преступной группы 50 эпизодов покушения на изготовление в целях сбыта поддельных платежных документов. Аналогичное обвинение предъявлено Шеляхину, Пронину К. в совершении 26 эпизодов, а Пронину Н. - в совершении 10 эпизодов.

Весной 2002 г. Раевский и Раевская в п. Боголюбово Суздальского района Владимирской области приступили к изготовлению подложных контрольно-кассовых чеков. В начале 2003 г. они создали организованную преступную группу по изготовлению и сбыту поддельных контрольно-кассовых документов.

Они незаконно изготовляли контрольно-кассовые чеки за бензин, счета за проживание в гостиницах, гостиничных комплексах и хозяйствах, счета-фактуры, платежные поручения, квитанции за парковку автомобилей на платных автомобильных стоянках, приходные кассовые ордера, а также иные аналогичные платежные документы.

Раевский и Раевская, получив покровительство от ранее судимого преступного авторитета Хрячкова, вовлекли его в свою преступную деятельность. Последний:

Организовав круглосуточную работу "точки", Раевские, Хрячков и другие "чекисты" на протяжении пяти лет обеспечивали всех желающих за плату в 10 - 15 рублей подложными чеками.

В судебном заседании подсудимые вину признали фактически полностью.

Однако суд первой инстанции посчитал, что действия подсудимых не образуют состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 187 УК РФ, оправдал Хрячкова, Раевских и других лиц за отсутствием в их действиях состава преступления (Приговор Суздальского районного суда Владимирской области от 13.02.2009 N 1-26/2009 // Архив Суздальского районного суда Владимирской области за 2009 г.).

Суздальский межрайонный прокурор нашел выводы суда незаконными и поставил вопрос перед судебной коллегией Владимирского областного суда об отмене приговора.

Однако кассационная инстанция оставила решение Суздальского районного суда Владимирской области без изменения, мотивируя тем, что действия оправданных не образуют состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 187 УК РФ (Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Владимирского областного суда от 14.04.2009 N 22-887/2009 // Архив Владимирского областного суда за 2009 г.).

Разберемся с понятиями

Очевидно, что такая практика буквально сводит на нет все усилия правоохранительных органов. Искать новые схемы борьбы с массовым изготовлением подложных документов пока не торопятся. Двигаясь в прежнем направлении, заместитель Генерального прокурора РФ С.Г. Кехлеров 13 ноября 2009 г. принес в Судебную коллегию по уголовным делам надзорное представление, в котором просит отменить судебные постановления, констатирующие невиновность "чекистов" (Надзорное представление заместителя Генерального прокурора РФ Кехлерова С.Г. от 13.11.2009 N 18311-09 // Архив Генеральной прокуратуры РФ за 2009 г.).

В обоснование своей правовой позиции автор надзорного представления привел следующие доводы.

Пункт 2.3 Положения о безналичных расчетах в РФ, положенный в основу судебных решений, реабилитирующих членов организованных преступных групп, в данной ситуации неприменим.

В действующем законодательстве не раскрыто понятие иных платежных документов, перечисленных в ст. 187 УК РФ. Вместе с тем в НК РФ и других нормативных правовых актах упоминается термин "платежные документы", к которым во всех случаях относится контрольно-кассовый чек.

Так, в ст. 220 НК РФ при установлении права налогоплательщика на получение имущественного налогового вычета отмечено, что вычет предоставляется налогоплательщику на основании письменного заявления, а также платежных документов, оформленных в установленном порядке и подтверждающих факт уплаты денежных средств налогоплательщиком по произведенным расходам (квитанции к приходным ордерам, банковская выписка о перечислении денежных средств со счета покупателя на счет продавца, товарные и кассовые чеки, акты о закупке материалов у физических лиц с указанием в них адресных и паспортных данных продавца и другие документы).

В соответствии со ст. 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека либо иного документа, подтверждающего оплату товара.

Согласно письму Минфина России от 05.01.2004 N 16-00-17/2 кассовый чек, выданный при применении контрольно-кассовой техники, является документом, подтверждающим исполнение обязательств по договору купли-продажи (оказанию услуги) между покупателем (клиентом) и соответствующим юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, и составляется в момент совершения операции, как того требует Закон от 21.11.96 N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете". В связи с этим кассовый чек признается первичным учетным документом.

Из содержания подп. 4.4 п. 4 приложения N 5 к протоколу заседания Государственной межведомственной экспертной комиссии от 19.12.2002 N 7/72-2002 следует, что оформленный контрольно-кассовой машиной документ, удостоверяющий регистрацию денежного расчета при продаже, или покупке, или возврате продажи, или возврате покупки, является платежным документом.

На основании п. 4 Положения по применению контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 30.07.93 N 745, организация, осуществляющая денежные расчеты с населением с применением контрольно-кассовых машин, обязана выдавать покупателям (клиентам) чек или вкладной (подкладной) документ, напечатанный контрольно-кассовой машиной.

Поскольку наличные денежные расчеты - это произведенная из наличных средств оплата за приобретенные товары, выполненные работы, оказанные услуги, можно сделать вывод, что оформленный контрольно-кассовой машиной чек - это платежный документ.

Следовательно, под понятие "платежный документ" подпадают как документы, позволяющие произвести наличные и безналичные расчеты (примерами могут быть чеки, в том числе дорожные чеки и еврочеки, не обладающие признаками ценных бумаг, банковские тратты, платежные поручения), так и документы, свидетельствующие об уже произведенной оплате, то есть кассовые и товарные чеки.

Из изложенного следует, что контрольно-кассовые чеки, подделанные Хрячковым, Раевскими, Шляхтиным и Прониными, являются платежными документами и охватываются понятием предмета преступления, предусмотренного ст. 187 УК РФ, поскольку по своей форме и содержанию отвечают требованиям, предъявляемым к такого рода документам, оформлены на бумажном носителе, удостоверяют регистрацию денежных расчетов и выполнение соответствующих операций.

Судья Верховного Суда РФ в удовлетворении данного надзорного представления отказал, мотивируя это тем, что контрольно-кассовый чек не является тем документом, о котором говорится в ст. 187 УК РФ.

* * *

Как видим, ни законодатель, ни правоприменитель не смогли найти методы против "чекистов" и "печатальщиков". В основе этого лежит, во-первых, непонимание сути явления. Если оно опасно для общества, то почему же оно бездействует? На наш взгляд, общество бездействует в силу того, что реальной опасности, для защиты от которой был создан УК РФ, нет. Во-вторых, стоит учесть и проблему анализируемого обмана, проблему работодателя. Не случайно в самом начале статьи указывалось, что деньги-то работодателем фактически списаны. Он нуждается всего лишь в обосновании очевидного. Как говорится в таких случаях, "я сам обманываться рад"...

Как только работодатель перестанет требовать от водителей отчет за очевидное, тут же исчезнет и потребность в фальшивых чеках, как следствие этого исчезнут и поставляющие их криминальные структуры.

P.S. Уже после подготовки статьи к печати мне поведали такую историю. Одно из предприятий было подвергнуто тотальной проверке. Нарушений в бухгалтерии не нашли, зато выявили факт подделки одним из сотрудников документов об оплате гостиницы. Вместо 14 тыс. рублей по норме он уплатил 10 тыс. рублей. Беднягу осудили. Руководители предприятия пожали плечами: ущерба нам не причинил, на себе экономил. Пример, безусловно, заурядный, однако более чем наглядно демонстрирующий ущербность института публичного обвинения. Пора уяснить, что нет необходимости искать преступников, если таковыми общество их не считает.

Подготовила Ольга Аверина,

газета "ЭЖ-Юрист"