Мудрый Юрист

Основания дисциплинарной ответственности судей: технология и тенденции правового регулирования в некоторых странах СНГ *

<*> Aulov V.K., Tuganov Yu.N. Grounds for disciplinary responsibility of judges: technology and tendencies of legal regulation of certain countries of the CIS.

Аулов В.К., старший преподаватель Байкальского государственного университета.

Туганов Ю.Н., доцент Читинского государственного университета, кандидат юридических наук, доцент.

Разрешая вопрос о критериях выборки группы стран постсоветского пространства, авторы исходили из того, что наиболее продуктивным может стать сравнение институтов дисциплинарной ответственности в судебных системах Республики Армения, Белоруссии, Казахстана и Киргизской Республики. Авторы раскрывают наиболее удачные технологии решения практических задач, возникающих в процессе реализации дисциплинарной ответственности судей на территории бывшего СССР.

Ключевые слова: дисциплинарный проступок судьи, дисциплинарная ответственность судей, основания дисциплинарной ответственности судей, институт дисциплинарной ответственности судей.

Solving the issue on criteria for selection of group of countries of after-Soviet territory the authors believe that the most productive might be comparison of institutes of disciplinary responsibility in judicial systems of Republic of Armenia, Byelorussia, Kazakhstan and Kyrgyz Republic. The authors reveal the most successful technologies of solution of practice tasks arising in the process of realization of disciplinary responsibility of judges on the territory of former of the USSR.

Key words: disciplinary violation of a judge, disciplinary responsibility of judges, grounds for disciplinary responsibility of judges, institute of disciplinary responsibility of judges.

Находясь изначально в общем географическом, политическом, военно-стратегическом и культурно-историческом пространстве, а самое главное - в едином с Россией правовом поле законодательства о судейском самоуправлении, статусе судей и судоустройстве, каждая страна постсоветского пространства наработала свой опыт функционирования и организации судебной системы. Однако в российской правовой науке имеется явно недостаточное количество научных работ, посвященных анализу дисциплинарной ответственности судей государств постсоветского пространства. Фактически это лишь исследования М.И. Клеандрова <1>, изучающего указанную проблематику как часть судебного аспекта государственного строительства стран, образовавшихся после распада СССР.

<1> Клеандров М.И. Статус судьи: Учебное пособие: Монография. М., 2000; Он же: Судебные системы государств - участников СНГ. Законодательное обеспечение. М.: Юристъ, 2002; Он же: Экономическое правосудие в странах СНГ. Законодательное обеспечение. М.: Юристъ, 2003; Он же: Статус судьи: правовой и смежные компоненты. М.: Норма, 2008.

Разрешая вопрос о критериях выборки группы стран постсоветского пространства, чей "...действительно полезный опыт" представляет особую ценность и который мог бы обогатить современную российскую правовую и политическую культуру, авторы исходили из того, что наиболее продуктивным может стать сравнение институтов дисциплинарной ответственности в судебных системах Республик Армении, Белоруссии, Казахстана и Киргизской Республики (далее - соответственно Армения, Белоруссия, Казахстан и Киргизия). Все перечисленные страны являются стратегическими партнерами Российской Федерации с общими тенденциями государственного развития, единым вектором внешней политики и состоят в организации Договора <2> о коллективной безопасности (ОДКБ). Белоруссия, кроме того, создает единое с Россией союзное государство <3>.

<2> URL: http://www.dkb.gov.ru/start/index.htm.
<3> Согласно ст. 1 Договора о создании союзного государства от 8 декабря 1999 г. URL: http://www.soyuz.by/ru/?guid=10447.

Но самое главное, все представленные страны активно проводят судебную реформу, в их конституционном праве отражены все основные концепции и постулаты постсоциалистического "конституционализма", а длительность реформирования судебных систем обосновывается схожими сложностями выработки оптимального варианта правового регулирования внутрисудебных властных отношений. Именно поэтому сравнение судоустройственных аспектов государственного строительства перечисленных стран в его динамике поможет охарактеризовать общие тенденции развития института дисциплинарной ответственности судей на постсоветском пространстве.

В то же время следует учитывать, что судоустройственный опыт каждой страны имеет свои культурно-цивилизационные отличия и свою специфику, поэтому приведенный ниже сравнительный анализ является весьма относительным, объективно имеет свои пределы и ограничения и не во всех случаях позволяет проецировать специфические правовые институты на российскую действительность. Поэтому настоящая статья заявлена как обзорная, а большинство конкретных вопросов, затронутых в данной статье, лишь обозначены.

Генезис национальных институтов дисциплинарной ответственности рассматриваемых стран прошел с момента распада СССР два этапа. Первыми самостоятельными нормативными актами, регулирующими дисциплинарную ответственность судей в этих странах, были: в Армении - ст. ст. 30 и 31 Закона Республики Армения "О статусе судьи" <4>, в Казахстане - Конституционный закон "О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан" <5>, в Киргизии - Конституционный закон "О статусе судей Киргизской Республики" <6> и Положение "О дисциплинарной ответственности судей Киргизской Республики" <7>, в Белоруссии - Закон от 13 января 1995 г. N 3514-XII "О судоустройстве и статусе судей в Республике Беларусь" <8>, Декрет Президента Республики Беларусь от 4 декабря 1997 г. N 23 "О квалификационных коллегиях и дисциплинарной ответственности судей судов Республики Беларусь" <9> и его же Указ от 4 декабря 1997 г. N 626 "О некоторых мерах по упорядочению деятельности судов Республики Беларусь", которым было утверждено Положение "О дисциплинарной ответственности судей судов Республики Беларусь".

<4> Принят 17 июня 1998 г. URL: http://constitution.garant.ru/DOC_3864869.htm.
<5> Ведомости Парламента Республики Казахстан. 2000. N 23. Ст. 410.
<6> Принят 30 марта 2001 г. URL: http://constitution.garant.ru/DOC_3864869.htm.
<7> Утверждено Указом Президента Киргизской Республики от 26 февраля 2003 г. N 63 (действует в ред. указов Президента Киргизии от 19 декабря 2003 г. N 414 и 8 июня 2005 г. N 223).
<8> Утратил силу на основании Закона Республики Беларусь от 1 ноября 2007 г. N 281-З (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2007 г. N 264. 2/1378).
<9> Декрет утратил силу на основании Указа Президента Республики Беларусь от 26 июля 2004 г. N 358 (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь. 2004 г. N 120. 1/5717).

Второй этап развития законодательной базы дисциплинарной ответственности характеризуется принятием следующих законодательных и подзаконных актов с закреплением составляющих анализируемого института: в Армении - в ст. ст. 83, 95 Конституции <10>, в Казахстане - в ст. ст. 28 и 40 Конституционного закона "О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан" <11>, в Киргизии - в ст. ст. 84, 91 Конституции <12>, в ст. ст. 26, 28, 29 Конституционного закона "О статусе судей Киргизской Республики" <13>, в ст. 9 Закона "Об органах судейского самоуправления" <14>, в Республике Беларусь - в ст. 112 Кодекса "О судоустройстве и статусе судей" 2007 г., который также регулирует и деятельность квалификационных коллегий судей (глава 20).

<10> Конституция Республики Армения принята 27 ноября 2005 г. URL: http://constitution.garant.ru/DOC_3864869.htm.
<11> Ныне действует с изменениями и дополнениями по состоянию на 17 ноября 2008 г.
<12> Конституция Киргизской Республики принята референдумом (всенародным голосованием) 21 октября 2007 г. URL: http://constitution.garant.ru/DOC_3864869.htm.
<13> Принят 9 июля 2008 г. // Газета "Эркинтоо". 2008. 15 июля. N 51.
<14> Принят 20 марта 2008 г. // Газета "Эркинтоо". 2008. 1 апреля. N 23.

Общим для всех стран явилось провозглашение судебной власти как государственной, наряду с законодательной и исполнительной, а также декларация самостоятельности органов судебной власти, их неподотчетность в деятельности по осуществлению правосудия. Таким образом, институт дисциплинарной ответственности во всех представленных странах объединяет наличие стандартных формулировок о невозможности привлечения судьи к ответственности за конкретное судебное решение.

Так, согласно п. 3 ст. 39 Закона "О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан" отмена или изменение судебного акта само по себе не влечет ответственности судьи, если при этом не были допущены грубые нарушения закона, о которых указано в судебном акте вышестоящей судебной инстанции.

Статья 111 Кодекса Белоруссии "О судоустройстве и статусе судей", устанавливающая основания для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности, содержит оговорку о том, что отмена или изменение судебного постановления не влечет за собой ответственности судьи, участвовавшего в вынесении указанного судебного постановления, за исключением случая, когда установлено преднамеренное вынесение незаконного судебного постановления.

Аналогичное положение содержится в абзаце 5 п. 2 ранее действовавшего Положения "О дисциплинарной ответственности судей Киргизской Республики", согласно которому отмена или изменение судебного решения сами по себе не влекут ответственности судьи, участвовавшего в вынесении этого решения, если при этом он не допустил преднамеренного нарушения закона либо недобросовестности, повлекших существенные последствия при отправлении правосудия. Регламентируя неприкосновенность судьи, ч. 2 ст. 14 ныне действующего Конституционного закона "О статусе судей Киргизской Республики" устанавливает, что судья, в том числе по истечении срока его полномочий, не может быть привлечен к какой-либо ответственности за принятое им решение, приговор или иной судебный акт, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена его виновность в преступном злоупотреблении либо вынесении заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

Закон Армении "О статусе судьи", действовавший до принятия Судебного кодекса <15>, в ч. 3 ст. 31 содержал положение, согласно которому "кассирование или изменение судебного акта само по себе не влечет ответственности судьи, издавшего (участвовавшего в издании) этот акт, если он при осуществлении правосудия не допустил преднамеренного нарушения закона либо недобросовестности, повлекших существенные последствия".

<15> Авторам не удалось выявить аутентичный текст названного Кодекса на русском языке, в связи с чем в настоящей публикации документ не анализируется.

Для повышения эффективности института дисциплинарной ответственности все страны установили границы его действия во времени.

Согласно существовавшему в Армении до 2007 г. порядку судья мог быть подвергнут дисциплинарному взысканию не позднее чем через три месяца со дня обнаружения дисциплинарного нарушения и не позднее чем через год со дня его совершения.

Конституционный закон "О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан" в ст. 42 установил сроки возбуждения и рассмотрения дисциплинарного дела, согласно которому дисциплинарное производство может быть возбуждено не позднее трех месяцев со дня обнаружения проступка <16> и не позднее одного года со дня совершения проступка. Рассмотрено же дело должно быть в двухмесячный срок со дня его возбуждения. Как и в Армении, предусматривается продление срока возбуждения и рассмотрения дисциплинарного дела на время служебной проверки и отсутствия судьи на работе по уважительной причине.

<16> Днем обнаружения дисциплинарного проступка, связанного с нарушением судьей законности при рассмотрении судебного дела, считается день вступления в законную силу судебного акта вышестоящей судебной инстанции, которым установлен факт нарушения законности, а днем совершения такого проступка считается день вынесения незаконного судебного акта.

Законодательство Киргизии ранее устанавливало шестимесячный срок наложения дисциплинарного взыскания со дня обнаружения проступка, определяя пресекательный срок дисциплинарного преследования три года со дня совершения <17>. Это положение текстуально воспроизведено в абзаце 3 ч. 1 ст. 28 ныне действующего Конституционного закона "О статусе судей Киргизской Республики".

<17> См.: п. 5 Положения о дисциплинарной ответственности судей Киргизской Республики.

Статья 113 Кодекса Белоруссии "О судоустройстве и статусе судей" установила предельные сроки наложения дисциплинарного взыскания - два месяца со дня обнаружения дисциплинарного проступка, но не позднее шести месяцев со дня его совершения.

Помимо механизма, ограждающего судью от ответственности за конкретное судебное решение, и временных границ привлечения к дисциплинарной ответственности общим в законодательстве этих стран является наличие дисциплинарной санкции в виде прекращения функционирования индивидуального носителя судебной власти по дискредитирующим основаниям. Причем законодательством Армении такая дисциплинарная санкция формулируется как прекращение полномочий, в Киргизии и Белоруссии используется термин "освобождение от должности", законодатель Казахстана <18> использует одновременно оба термина <19>.

<18> См.: п. 3 ст. 34 Конституционного закона Республики Казахстан от 25 декабря 2000 г. N 132-II ЗРК "О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан" // Ведомости парламента РК. 2000. N 23. Ст. 410.
<19> Прекращение полномочий председателя и заместителя председателя суда является по законодательству Казахстана самостоятельным дисциплинарным взысканием.

Понятие, сущность и содержание дисциплинарной ответственности судей в выбранных странах постсоветского пространства раскрываются на основе анализа техники изложения материальных оснований ответственности судьей.

Так, в Казахстане материальные основания дисциплинарной ответственности установлены ст. 39 Конституционного закона "О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан", согласно которой судья может быть привлечен к дисциплинарной ответственности за нарушение законности при рассмотрении судебных дел, за совершение порочащего проступка, противоречащего судейской этике, за грубое нарушение трудовой дисциплины. Кроме того, его полномочия могут быть прекращены в связи с занятием наряду с судебной другой оплачиваемой должности, предпринимательской деятельностью, вхождением в состав руководящего органа или наблюдательного совета коммерческой организации, вступлением в профессиональный союз или выступлением в поддержку или против какой-либо политической партии, а также при получении депутатского мандата. Также материальными основаниями дисциплинарной ответственности судьи в виде прекращения полномочий является решение дисциплинарно-квалификационной коллегии судей о необходимости освобождения от должности судьи за совершение им дисциплинарных проступков. К дополнительным основаниям дисциплинарной ответственности по законодательству Казахстана относится ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей председателями судов и председателями коллегий.

Помимо перечисленных оснований, судьи Казахстана могут быть привлечены к дисциплинарной ответственности за невыполнение требований, указанных в ст. 28 того же Конституционного закона, а председатели судов и председатели коллегий - и за невыполнение требований, предусмотренных ст. ст. 9, 14, 15, 20, 21 того же Закона.

Между тем перечисленные статьи по способу регулирования и воздействия на поведение лиц не относятся к запрещающим. Эти правовые нормы лишь наделяют судей обширными обязанностями, предписывают совершать определенные активные положительные действия, связанные с исполнением судьями своих полномочий, и фактически представляют собой подробный и открытый (...и осуществлять другие полномочия, предусмотренные законом) перечень полномочий и прав, в том числе и процессуальных.

Например, судья обязан неукоснительно соблюдать Конституцию и законы Республики Казахстан, быть верным присяге судьи при выполнении своих конституционных обязанностей по отправлению правосудия. Во внеслужебных отношениях он обязан соблюдать требования судейской этики и избегать всего, что могло бы опорочить авторитет, достоинство судьи или вызвать сомнения в его честности, справедливости, объективности и беспристрастности. Помимо этого, носитель судебной власти обязан противостоять любым проявлениям коррупции и попыткам незаконного вмешательства в деятельность по отправлению правосудия, а также соблюдать тайну совещания судей. Столь же объемными и разносторонними являются полномочия, а значит, и основания дисциплинарной ответственности председателей судов <20>.

<20> Так, на председателя Верховного Суда Казахстана возлагаются обязанности по организации рассмотрения судебных дел судьями, по председательствованию при рассмотрении судебных дел в коллегиях, созыву пленарных заседаний Верховного Суда, внесению на рассмотрение пленарного заседания Верховного Суда материалов для принятия нормативных постановлений Верховного Суда по вопросам судебной практики и представления о пересмотре судебных актов в порядке надзора по основаниям, предусмотренным законом, внесению на утверждение пленарного заседания Верховного Суда кандидатуры секретаря пленарного заседания Верховного Суда и членов научно-консультативного совета, в необходимых случаях привлекает судей одной коллегии для рассмотрения дел в составе другой коллегии, утверждению плана работы Верховного Суда, координации работы коллегий, общему руководству аппаратом Верховного Суда, утверждению его структуры и штатов, ведению личного приема граждан, изданию распоряжений. Кроме того, Председатель Верховного Суда представляет интересы судебной системы республики во взаимоотношениях с органами иных ветвей государственной власти республики и международными организациями, а также представляет Президенту Республики Казахстан кандидатуру руководителя уполномоченного органа, вносит на рассмотрение соответствующих пленарных заседаний судов на альтернативной основе кандидатуры на вакантные должности председателя районного суда, председателя и председателя коллегии областного суда, председателя коллегии и судьи Верховного Суда, на основании заключений пленарных заседаний судов представляет кандидатуры на вакантные должности председателя районного суда, председателя и председателя коллегии областного суда, председателя коллегии и судьи Верховного Суда соответственно в Высший Судебный Совет или Квалификационную коллегию юстиции с приложением материалов на всех кандидатов, рассмотренных на пленарных заседаниях судов, вносит Президенту Республики Казахстан предложения по совершенствованию законодательства, при возникновении оснований, предусмотренных настоящим конституционным законом, вносит соответственно в Высший Судебный Совет и Квалификационную коллегию юстиции представления по вопросу прекращения полномочий председателей, председателей коллегий и судей актами.

Строго следуя логике этих норм, можно предположить, что использующаяся в Казахстане юридическая техника подразумевает возможность безгранично расширительного толкования материальных оснований дисциплинарной ответственности руководителей судебных органов и судей.

Видный российский юрист Н.С. Таганцев, характеризуя сходный по технике изложения документ, отметил, что "вместо того, чтобы дать в кодексе общие положения, характеризовать преступные деяния и затем предоставить применителям закона путем толкования подводить под эти положения отдельные случаи, составители задумали соперничать с творческой силой жизни: они мечтали казуистикой кодекса объять вечно новые явления в области преступлений..." <21>.

<21> Таганцев Н.С. Уголовное право (Общая часть). Ч. 1. По изданию 1902 г. Allpravo.ru. 2003.

Согласно ст. 31 Закона Армении "О статусе судьи" основаниями дисциплинарной ответственности судьи были: нарушение закона при осуществлении правосудия; нарушение трудовой дисциплины; совершение недостойного судьи поступка; нарушение требований ст. ст. 14 и 15 этого Закона, т.е. ранее законодатель Армении использовал технологический прием отсылки к перечню обязанностей судьи <22>, как и в Казахстане.

<22> Так, ст. 14 Закона Республики Армения "О статусе судьи" содержит обязанности судьи, предусматривающие, что судья при слушании гражданских, хозяйственных, уголовных или административных дел обязан строго руководствоваться законом, обеспечивать защиту прав и свобод, чести и достоинства граждан, закрепленных Конституцией и законами. Судья обязан заботиться о повышении уровня своих профессиональных познаний и качества работы. Он также был обязан как при исполнении своих обязанностей в суде, так и во внеслужебных отношениях избегать всего того, что может повредить авторитету суда и высокому званию судьи, возбудить сомнение в беспристрастности и объективности судьи. Судья был не вправе разглашать тайну совещания и голосования судей, сведения, полученные во время закрытого судебного следствия, как во время пребывания в должности, так и после отставки. Помимо этого, на основании ст. 15 судья был обязан строго соблюдать нормы этики и морали, с запретом публично проявлять неуважительное отношение к закону или конституционному строю Республики Армения в любой форме, а также всех иных действий, которые могут повредить авторитету государства и суда.

По законодательству Белоруссии основаниями для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности являются нарушение требований законодательства при осуществлении правосудия; нарушение Кодекса чести судьи Республики Беларусь, несоблюдение судьями правил внутреннего трудового распорядка и совершение иного служебного проступка.

Киргизский законодатель единственный, кто непосредственно в законе раскрыл юридическую дефиницию <23> основания дисциплинарной ответственности судьи. Так, ранее действовавшим Конституционным законом "О статусе судей Киргизской Республики" основание привлечения судьи к дисциплинарной ответственности определялось как виновное действие или бездействие в виде служебного и (или) порочащего проступка, а также нарушения законности при рассмотрении судебных дел.

<23> Так, киргизский законодатель признавал служебным проступком виновное действие или бездействие судьи, допущенное им во время исполнения служебных обязанностей, грубо нарушающее дисциплину и установленный трудовой распорядок в суде. Порочащим проступком признавалось позорящее честь и достоинство судьи действие или бездействие, которое хотя и не является преступным, но по своему характеру несовместимо с высоким званием судьи и не соответствовало требованиям Кодекса чести судьи Киргизской Республики. Нарушением законности при рассмотрении судебных дел считалось нарушение нормы материального или процессуального права, приведшее к принятию заведомо незаконного приговора, решения или постановления, нарушающего права, свободы и законные интересы гражданина, либо повлекшее существенные последствия.

Поводом <24> же к возбуждению дисциплинарного производства являлась любая информация или сообщение о совершении судьей проступка, предусмотренного в п. 2 Положения "О дисциплинарной ответственности судей".

<24> По терминологии ранее действовавшего Конституционного закона Киргизской Республики "О статусе судей Киргизской Республики" - основаниями.

Таким образом, наличие в законодательстве Киргизии (как ранее действовавшем, так и ныне применяемом) дефиниций представляется полезным опытом в регулировании дисциплинарной ответственности. Большинство же анализируемых правовых актов других стран, регулирующих основания и процедуру привлечения судей к дисциплинарной ответственности, не содержит глоссария юридических терминов, несмотря на то что использование этого инновационного приема стало обязательным в современной законодательной технике. Более того, в юридической литературе можно найти высказывания о том, что использованная в законодательстве Армении и Казахстана технология установления оснований ответственности, отсылая к открытому перечню прав, является отражением не всегда оправданной тенденции дословной имплементации международных правовых актов без адаптации подстрочного перевода.

Другие авторы объясняют технологический прием дублирования и параллелизма материальных оснований дисциплинарной ответственности целенаправленными действиями законодателя по искусственному усложнению анализируемого института путем включения в нормативную базу расплывчатых, не согласованных друг с другом норм права с целью формирования механизма гарантированного устранения от должности судьи.

Приведенные точки зрения ученых-правоведов свидетельствуют о том, что своеобразие конституционно подтвержденной модели разделения властей в Армении, Белоруссии, Казахстане и Киргизии заключается в том, что при формально-юридическом анализе техники изложения оснований привлечения судей к дисциплинарной ответственности эта модель не может быть определена таковой.

Этот вывод подтверждается самим содержанием приведенного выше нормативного массива, устанавливающего основания дисциплинарной ответственности судей стран постсоветского пространства, который при конструировании оснований концентрируется не на проблеме реализации провозглашенного каждой конституцией принципа независимости судей как основы разделения властей, а преимущественно на непринципиальных правовых коллизиях, возникающих вокруг данного предмета.

Вместе с тем наиболее удачными представляются технологии решения практических задач, возникающих в процессе реализации дисциплинарной ответственности судей на территории бывшего СССР, использованные законодателем Киргизии в Конституционном законе от 9 июля 2008 г. "О статусе судей Киргизской Республики".

Согласно этому Закону, в ст. 28, как уже указывалось выше, текстуально воспроизведен международно признанный принцип безупречного поведения судьи как основы его несменяемости, даны определения дисциплинарного проступка судьи, установлены пресекательные сроки давности привлечения к ответственности, а также, пусть и в несовершенном виде, приведен перечень соответствия составов дисциплинарных проступков конкретным видам взысканий с разрешением вопросов назначения наказания по совокупности взысканий и дисциплинарных проступков.