Мудрый Юрист

Акты органов судейского сообщества

Ермошин Г.Т., кандидат юридических наук, профессор кафедры конституционного права Российской академии правосудия, действительный государственный советник юстиции Российской Федерации 3 класса.

Впервые в юридической литературе обсуждается проблема нормотворческих правомочий органов судейского сообщества. Дается систематизация и правовая оценка актов органов судейского сообщества. Приводятся примеры прямого регулирования актами этих органов не только организации деятельности судебного сегмента государственной власти, но и правового статуса судей - носителей судебной власти. Показана их роль и значение в организации деятельности судебной власти и регулировании статуса судей. Обосновывается необходимость научной разработки проблемы наличия в правовом пространстве России актов органов судейского сообщества.

Ключевые слова: судья, органы судейского сообщества, совет судей, квалификационная коллегия судей, акты органов судейского сообщества.

For the first time in the legal literature discusses the problem of rule-making powers other judicial bodies. We give a systematization and legal assessment of acts of bodies of judicial community. Examples of direct regulation of acts of these bodies not only the organization of the judicial segment of the government, but the legal status of judges - bearers of judicial power. It is shown that their role and importance in the organization of the judiciary and the regulation of the status of judges. The necessity of scientific research of the presence in the legal space of Russia acts of judicial bodies.

Законодательство о судебной власти регулирует не только деятельность судов и судей, но и органов судейского сообщества. Органы судейского сообщества формируются и действуют в соответствии с федеральными конституционными законами и федеральными законами для выражения интересов судей как носителей судебной власти <1>.

<1> Пункт 1 ст. 3 Федерального закона от 14.03.2002 N 30-ФЗ "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации" (далее - ФЗ о судейском сообществе).

Основными задачами органов судейского сообщества являются:

  1. содействие в совершенствовании судебной системы и судопроизводства;
  2. защита прав и законных интересов судей;
  3. участие в организационном, кадровом и ресурсном обеспечении судебной деятельности;
  4. утверждение авторитета судебной власти, обеспечение выполнения судьями требований, предъявляемых Кодексом судейской этики.

Органы судейского сообщества законодательно наделены правом издавать акты. Принимая во внимание, что судья в России является носителем судебной власти, а суды - органами государственной судебной власти, разработка юридической наукой проблемы правовой природы актов органов судейского сообщества имеет принципиальное значение.

Вся совокупность этих актов может быть разделена на несколько групп.

Во-первых, Совет судей Российской Федерации, Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации законодательно наделены полномочиями издавать нормативные акты, регулирующие отдельные аспекты деятельности судов как органов судебной власти и статуса судей - носителей судебной власти и контролировать их выполнение.

К таким полномочиям относится право Совета судей Российской Федерации утверждать типовые правила внутреннего распорядка судов (органов государственной власти, государственных учреждений) <2>, Перечень заболеваний, препятствующих назначению на должность судьи <3>. Высшая квалификационная коллегия судей Российской Федерации в соответствии с законом утверждает положение о порядке работы квалификационных коллегий судей <4>.

<2> Подп. 2 п. 1 ст. 6.2 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 г. "О статусе судей в Российской Федерации".
<3> Статья 4.1 Закона Российской Федерации от 26 июня 1992 г. "О статусе судей в Российской Федерации".
<4> Подп. 9 п. 2 ст. 17 ФЗ о судейском сообществе.

Законом Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" установлены полномочия председателей и заместителей председателей судов, то есть руководителей органов государственной судебной власти.

Статьей 6.2 указанного Закона определено, что председатель суда наряду с осуществлением полномочий судьи соответствующего суда, а также процессуальных полномочий, установленных для председателя суда федеральными конституционными законами и федеральными законами, в частности, еще организует работу суда и устанавливает правила внутреннего распорядка суда на основе утверждаемых Советом судей Российской Федерации типовых правил внутреннего распорядка судов и контролирует их выполнение.

Тем самым законодатель отнес к компетенции органа судейского сообщества - Совета судей Российской Федерации - регламентацию внутреннего распорядка органа государственной судебной власти.

Постановлением Совета судей Российской Федерации "Об утверждении Типовых правил внутреннего распорядка судов" Совет судей Российской Федерации как орган судейского сообщества напрямую дает обязательные указания руководителям органов государственной судебной власти:

"...

  1. Предложить председателям судов в месячный срок утвердить Правила внутреннего распорядка суда, разработанные на основе утвержденных типовых...
  2. Предложить мировым судьям утвердить Правила внутреннего распорядка..."

Судебному департаменту при Верховном Суде Российской Федерации указанным Постановлением Совета судей Российской Федерации поручается оказать председателям районных судов, гарнизонных военных судов и мировым судьям методическую помощь в реализации п. п. 2, 3 настоящего Постановления.

Возникает вопрос о легитимности и правовой природе такого рода предписаний, даваемых органом судейского сообщества руководителям органов государственной судебной власти.

Во-вторых, квалификационные коллегии судей субъектов Российской Федерации, являющиеся общественно-публичными органами <5>, управомочены принимать ненормативные акты, прямо регулирующие кадровые вопросы судейского корпуса. В частности, сюда относится право квалификационных коллегий судей:

<5> Абросимова Е.Б. Судебная власть в Российской Федерации: система и принципы. М.: Институт права и публичной политики, 2002.

Кадровый состав судейского сообщества формируется на основании указов Президента Российской Федерации о назначении судей федеральных судов общей юрисдикции или арбитражных судов либо, когда речь идет о назначении судей Верховного Суда Российской Федерации или Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, - на основании соответствующих актов Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации. И в том и в другом случае речь идет о назначении (избрании) гражданина на судейскую должность на основании акта одного из органов государственной власти.

Прекращение же судейских полномочий осуществляется на основании акта квалификационной коллегии судей.

Сложно возразить против тезиса, что прекращение полномочий судьи - это юридический факт, равный по своему правовому значению назначению (избранию) гражданина на должность судьи.

Отсюда можно сделать несомненный вывод, что в части формирования кадрового состава судебной власти правовой уровень правомочий квалификационных коллегий судей сопоставим с правовым уровнем Президента Российской Федерации или Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации.

Еще более нагляден пример с правом квалификационных коллегий освобождать руководителей органов судебной власти и их заместителей от должности с оставлением в должности судьи. Квалификационные коллегии в данном случае непосредственно осуществляют правовую деятельность, издавая соответствующий акт о прекращении полномочий председателя (заместителя председателя) суда с оставлением его в должности судьи.

Следует отметить, что к оценке правовой природы как самих органов судейского сообщества, так и их актов правоведы относятся чрезвычайно осторожно. Нельзя не согласиться и с М.И. Клеандровым, что правовая природа самого судейского сообщества в нашей стране и его органов нуждается в более полном выявлении и раскрытии, прежде всего силами и средствами юридической науки <6>. Особенно важно это для определения правовой природы квалификационных коллегий судей и их актов.

<6> Клеандров М.И. Статус судьи: правовой и смежный компоненты. М.: Норма, 2008. 448 с.

Правомочия квалификационных коллегий, установленные российским законодательством, несомненно, предопределяют особое положение этих органов не только в судейском сообществе, но и в гражданском обществе.

Исходя из этого, некоторые ученые (такой точки зрения придерживается, например, Е.Б. Абросимова <7>) пришли к выводу, что полномочия государственно-властного или публичного характера, которыми законодатель наделил квалификационные коллегии судей, обусловливают смешанную правовую природу последних. В связи с этим вопрос о правовой природе квалификационных коллегий судей, поставленный Е.Б. Абросимовой <8>, правомерно поставить и в отношении других органов судейского сообщества.

<7> Такой точки зрения придерживается, например, Е.Б. Абросимова в кн.: Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: ООО "ТК Велби", 2003. С. 604.
<8> Абросимова Е.Б. Судебная власть в Российской Федерации: система и принципы. М.: Институт права и публичной политики, 2002.

Близок к этой точке зрения и профессор М.И. Клеандров, который полагает: "Можно, конечно, признать, что у судейского самоуправления, а отсюда у органов судейского сообщества, смешанная правовая природа и, таким образом, эксклюзивное правовое положение (как у Российской академии наук в научном мире). Но, чтобы обосновать это утверждение и дать ответ на вопрос о правовой природе органов судейского сообщества, необходимы серьезные научные исследования. Пока же можно сказать одно: органов судейского сообщества со столь значительным объемом функций государственных органов, как в нашей стране, в мире больше нет, в том числе в государствах - участниках СНГ (что в значительной мере препятствует вхождению нашей страны в Международную ассоциацию судей) <9>.

<9> Клеандров М.И. Статус судьи: правовой и смежный компоненты. М.: Норма, 2008. С. 65.

Проф. И.Б. Михайловская именует акты органов судейского сообщества "управленческим воздействием" <10>.

КонсультантПлюс: примечание.

Монография И.Б. Михайловской "Суды и судьи: независимость и управляемость" включена в информационный банк согласно публикации - Проспект, 2008.

<10> Михайловская И.Б. Суды и судьи: независимость и управляемость. М.: Проспект, 2010.

Следует также обратить внимание на то, что вышеназванными органами судейского сообщества осуществляется регулирование отношений, непосредственно касающихся деятельности государственных органов власти и некоторых отдельных общегражданских прав граждан, облаченных судейскими полномочиями. Они не только фактически и юридически определяют права и обязанности судьи как члена судейского сообщества, но и права и обязанности судьи как гражданина. Акты квалификационных коллегий, являющихся "квазигосударственными" органами, напрямую влияют на деятельность органов государственной судебной власти в части оценки действий их руководителей и судей - носителей судебной власти, а также определения права осуществлять свою профессиональную деятельность.

Третьим видом актов, принимаемых органами судейского сообщества, являются акты, регулирующие вопросы внутренней жизни судейского сообщества.

Анализ этих актов органов также заставляет задуматься над их правовой природой, учитывая степень их влияния на права судей как граждан с особым правовым статусом.

К таким актам можно отнести Кодекс судейской этики, Положение об экзаменационных комиссиях по приему квалификационного экзамена на должность судьи, утвержденное ВККС <11>, и некоторые другие.

<11> Положение об экзаменационных комиссиях по приему квалификационного экзамена на должность судьи, утв. ВККС РФ 17 января 2002 г. // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2002. N 4. С. 129.

Закон о статусе судей устанавливает, что, выступая в личном качестве как гражданин, судья должен соблюдать не только общегражданские нормы поведения, но и положения Кодекса судейской этики.

Вопрос о правовой природе Кодекса судейской этики является отнюдь не праздным, т.к. от его решения зависят подходы ко многим проблемам общегражданского статуса судьи.

В юридической литературе уже высказывалось мнение, что если Закон о статусе судей определил правовой статус российских судей, то Кодекс определил их нравственный статус <12>.

<12> Ткачев В. От Кодекса чести судьи к Кодексу судейской этики // Российская юстиция. 2003. N 4. С. 68.

М.И. Клеандров полагает, что по своей правовой природе утверждаемые органами судебной власти акты хотя и являются нормативными (в качестве корпоративного акта), но отличаются от других нормативных актов <13>. И рассматривает Кодекс судейской этики в главе, посвященной морально-этическому компоненту статуса судьи.

<13> Клеандров М.И. Статус судьи: правовой и смежный компоненты. М.: Норма, 2008. С. 193.

При этом он отмечает, что нарушение судьей положений Кодекса судейской этики "в меньшей мере можно квалифицировать в качестве дисциплинарного проступка, хотя подобная практика широко используется и за рубежом. Кодекс судейской этики - акт корпоративного характера, требования к судьям в нем морально-этического характера, и их нарушение (несоблюдение) должно влечь адекватную, но отнюдь не дисциплинарную ответственность (за недостаточно сильную любовь к жене мужа нельзя наказывать строгим выговором)" <14>.

<14> Там же.

В судебной практике по делам о наложении дисциплинарных взысканий на судей встречаются примеры, когда в действиях судьи не обнаруживается прямого нарушения требования законодательства о статусе судей, и дисциплинарное взыскание налагается за нарушение норм судейской этики. Примером такого является дело гражданки Ж., рассмотренное в конечном итоге в Кассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и Конституционном Суде Российской Федерации <15>.

<15> Определение Верховного Суда РФ от 22.11.2005 N КАС05-527; Определение Конституционного Суда РФ от 18.07.2006 N 310-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Желыбинцевой Маргариты Михайловны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 3 и пунктом 1 статьи 12.1 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", статьей 3 и пунктом 1 статьи 8 Кодекса судейской этики".

Дисциплинарный проступок судьи Ж. выразился в нарушении норм судейской этики, выразившемся в намеренном введении в заблуждение администрации, жилищной комиссии Московского областного суда, администрации Красногорского района и государства (с учетом того, что очереднику Московского областного суда, которому для заселения предлагалась квартира, ранее занимаемая Ж., должно быть предоставлено жилье за счет федерального бюджета).

Ж. выражала намерение отдать принадлежавшую ей на праве собственности однокомнатную квартиру очереднику Мособлсуда взамен предоставляемой ей трехкомнатной квартиры на состав семьи из трех человек.

После получения ордера на предоставленную квартиру Ж. отказалась от исполнения взятого на себя обязательства по оформлению договора по отчуждению однокомнатной квартиры в пользу очередника работника Мособлсуда, продав эту квартиру третьим лицам.

Интересно отметить, что в заседании Кассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации принимал участие прокурор, полагавший кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.

Помимо судьи Ж. обязательства об освобождении ранее занимаемых квартир давалось еще тремя судьями Московского областного суда. Эти судьи, кроме Ж., свои обязательства выполнили.

Верховный Суд Российской Федерации признал, что сознательное введение в заблуждение жилищной комиссии давало законные основания ККС Московской области расценить указанные действия судьи как дисциплинарный проступок, выразившийся в совершении неэтичного поступка, в силу чего довод заявительницы о том, что в данном случае имел место обычный гражданско-правовой спор и в связи с ним нельзя прекратить полномочия судьи, является несостоятельным.

Интересен вывод Кассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации о том, что довод кассационной жалобы о невозможности оценки этичности совершенного поступка в отрыве от оценки его законности в рассматриваемом случае не может служить основанием для отмены обжалованного решения суда, поскольку вышеприведенное положение Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", а также Кодекса судейской этики допускают наложение дисциплинарного взыскания на судью в связи с совершением неэтичного поступка, несовместимого с высоким званием судьи, независимо от того, нарушена ли при этом судьей норма федерального закона либо нет.

Определяя вид дисциплинарной ответственности, квалификационная коллегия судей учла неискренность заявительницы, то, что нормы Кодекса судейской этики Ж. нарушила осознанно, считая совершенный поступок нормой и способом улучшения своих жилищных условий.

Вопрос о правовой природе Кодекса судейской этики был предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации.

Согласно Закону Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" судья во внеслужебных отношениях должен избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти, достоинство судьи или вызвать сомнение в его объективности, справедливости и беспристрастности (п. 2 ст. 3), а за совершение дисциплинарного поступка (нарушение норм данного Закона, а также положений Кодекса судейской этики) на судью может быть наложено взыскание в виде досрочного прекращения полномочий судьи (п. 1 ст. 12.1).

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка М.М. Желыбинцева оспаривала конституционность названных законоположений, а также ст. 3 и п. 1 ст. 8 Кодекса судейской этики (утвержден VI Всероссийским съездом судей 2 декабря 2004 г.). По мнению заявительницы, они противоречат ст. ст. 19 (ч. ч. 1 и 2), 45 (ч. ч. 1 и 2) и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют органам, рассматривающим вопрос о прекращении полномочий судьи, нарушать конституционные гарантии равенства прав и свобод граждан, осуществляющих правосудие. В своей жалобе она усматривает нарушение своих прав, в частности, в том, что как судья была привлечена к дисциплинарной ответственности, при том, что ее действия по защите своих прав соответствовали закону.

Как следует из представленных материалов, М.М. Желыбинцева не передала принадлежащую ей однокомнатную квартиру взамен новой трехкомнатной квартиры, предоставленной ей как нуждающейся в улучшении жилищных условий. Квалификационной коллегией судей Московской области и судами, рассматривавшими соответствующее гражданское дело, этот поступок был расценен как не совместимый с высоким званием судьи. Решением Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2005 г., оставленным без изменения Определением Кассационной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2005 г., было отказано в удовлетворении заявления М.М. Желыбинцевой, просившей отменить решение квалификационной коллегии судей Московской области от 6 мая 2005 г. о привлечении ее к дисциплинарной ответственности в виде досрочного прекращения полномочий судьи. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 14 марта 2006 г. в истребовании дела по надзорной жалобе М.М. Желыбинцевой также отказано.

Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные М.М. Желыбинцевой материалы, не нашел оснований для принятия ее жалобы к рассмотрению, отметив, что вопрос о статусе судей и предъявляемых к ним особых требованиях уже исследовался Конституционным Судом Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, выраженной им в Постановлении от 19 февраля 2002 г. N 5-П по делу о проверке конституционности отдельных положений ряда законодательных актов о статусе судей в Российской Федерации и в Определении от 15 февраля 2005 г. N 1-О по запросу Верховного Суда Российской Федерации, статус судьи в Российской Федерации закрепляется в Конституции Российской Федерации с тем, чтобы гарантировать осуществление правосудия независимым и беспристрастным судом; в этих целях провозглашаются несменяемость и неприкосновенность судей, а также предусматривается их надлежащее материальное содержание (ст. ст. 119, 120, 121, 122 и 124 Конституции Российской Федерации); исходя из конституционно-правового статуса судей, предопределенного тем, что они осуществляют публично-правовые задачи судебной власти, законодатель предъявляет к ним, как к представителям судебной власти, особые требования, включая специальные требования к кандидатам на должность судьи, порядку назначения на должность, пребывания в должности и прекращения полномочий.

Специфика судебной деятельности и статуса судьи предполагает наличие у судьи не только высокого уровня профессионализма, но и особых морально-этических качеств. Эти требования сами по себе никоим образом не исключают возможность реализации судьей гражданских прав, однако таким образом, чтобы не умалялись достоинство и авторитет ни данного судьи, ни судебной власти в целом.

Таким образом, положения п. 2 ст. 3 и п. 1 ст. 12.1 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", устанавливающие особые требования к судье, вытекающие из его статуса как представителя судебной власти, а также возможность прекращения его полномочий вследствие совершения поступка, не совместимого с таким статусом или умаляющего его, не могут расцениваться как нарушающие конституционные права и свободы граждан. Проверка же правильности квалификации судами действий заявительницы как поступка, не совместимого с высоким званием судьи или умаляющего его, относится к ведению судов общей юрисдикции и в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации не входит.

Что касается положений Кодекса судейской этики, то Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что в данной части жалоба М.М. Желыбинцевой также не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению, поскольку Федеральный конституционный закон "О Конституционном Суде Российской Федерации" не предоставляет гражданам право обжаловать в Конституционный Суд Российской Федерации такого рода нормативные акты <16>.

<16> Определение Конституционного Суда РФ от 18.07.2006 N 310-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Желыбинцевой Маргариты Михайловны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 3 и пунктом 1 статьи 12.1 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", статьей 3 и пунктом 1 статьи 8 Кодекса судейской этики".

Данная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации фактически закрывает возможность какой-либо проверки тех или иных положений Кодекса чести судьи на предмет соответствия конституционным правам судьи как гражданина, что само по себе ставит перед юридической наукой вопрос о правовой природе актов и других органов судейского сообщества. Возникает вопрос о том, как она согласуется с правовой позицией КС РФ о том, что, решения органов судейского сообщества, в частности, решения советов судей, любые решения квалификационных коллегий судей могут быть обжалованы в судебном порядке, если этими решениями реализуются публичные функции и затрагиваются права и свободы человека и гражданина <17>.

<17> Постановление Конституционного Суда РФ от 07.03.1996 N 6-П "По делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 16 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" в связи с жалобами граждан Р.И. Мухаметшина и А.В. Барбаша"; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 5 октября 2001 г. N 199-О; Определение Конституционного Суда РФ от 09.06.2005 N 288-О "По жалобе гражданина Елсакова Анатолия Васильевича на нарушение его конституционных прав Федеральным законом "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации"; Определение Конституционного Суда РФ от 17.07.2007 N 540-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Елсакова Анатолия Васильевича на нарушение его конституционных прав положениями пункта 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации".

В научной литературе еще в связи с Кодексом чести судьи Российской Федерации высказывалось мнение о необходимости придания ему силы федерального законодательного акта и распространения его на всех без исключения судей государственных судов России. Более того, существует мнение, что необходимо распространить перечисленные в Кодексе ограничения и на кандидатов в судьи <18>.

<18> Клеандров М.И. Указ. соч. С. 55.

Следует отметить, что законодатель, приняв в декабре 2001 г. дополнения и изменения в Закон о статусе судей, включил в ст. 3 ряд ограничений, налагаемых Кодексом чести судьи Российской Федерации. Однако правовой статус самого Кодекса и его правопреемника - Кодекса судейской этики - остался неопределенным.

Еще один акт, представляющий особый интерес с точки зрения оценки его правовой природы, - положение о порядке работы квалификационных коллегий, утверждаемое ВККС в соответствии с п. 9 ст. 17 ФЗ о судейском сообществе.

В 1993 году Постановлением Верховного Совета Российской Федерации было утверждено Положение о квалификационных коллегиях <19>. Затем законодатель установил, что порядок организации и деятельности, а также полномочия Высшей и иных квалификационных коллегий судей определяются положением о квалификационных коллегиях судей, утверждаемым Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации <20>, однако этого сделано не было, но и не было отменено действие Положения о квалификационных коллегиях судей, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации.

<19> Постановление Верховного Совета РФ от 13.05.1993 N 4960-1 "Об утверждении Положения о квалификационных коллегиях судей и Положения о квалификационной аттестации судей".
<20> Федеральный закон от 21.06.1995 N 91-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации".

Принятие ФЗ о судейском сообществе не устранило неопределенность в правовом статусе квалификационных коллегий и уровне регулирования их полномочий. С одной стороны, этот Закон, казалось бы, определил статус квалификационных коллегий. С другой стороны, установив ряд положений, регламентирующий порядок деятельности квалификационных коллегий, Закон одновременно предоставил ВККС право утверждать положение о порядке работы квалификационных коллегий судей.

На основании этих положений Закона о судейском сообществе ВККС 15 июля 2002 г. утвердила Положение о квалификационных коллегиях судей, которое распространяется на деятельность всех квалификационных коллегий судей <21>.

<21> Положение о квалификационных коллегиях судей, утв. Высшей квалификационной коллегией судей Российской Федерации 15 июля 2002 г. // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2002. N 10. С. 134.

ВККС, приняв указанное Положение, явно вышла за пределы своих полномочий, определенных п. 3 ст. 14 ФЗ о судейском сообществе, в котором ей предоставлено право устанавливать не статус квалификационных коллегий судей, а лишь порядок их работы.

Спустя пять лет ВККС утвердила Положение о порядке работы квалификационных коллегий судей <22>. Положение в значительной части закрепляет нормы, определяющие правовое положение не только квалификационных коллегий судей субъектов Российской Федерации, но и свое собственное. Однако нельзя не согласиться с проф. Клеандровым в том, что сомнительным выглядит правомочие ВККС РФ утверждать положение о порядке работы квалификационных коллегий судей, в том числе и в отношении самой себя <23>.

<22> Положение о порядке работы квалификационных коллегий судей, утв. Высшей квалификационной коллегией судей РФ 22.03.2007 // Вестник Высшей квалификационной коллегии судей РФ. 2007. N 2(12).
<23> Клеандров М.И. Статус судьи: правовой и смежный компоненты. М.: Норма, 2008. С. 60.

Серьезность и важность функций квалификационных коллегий несомненна, ведь от деятельности квалификационных коллегий зависит качественный состав судейского сообщества. Закон о судейском сообществе регулирует производство в квалификационных коллегиях судей, в частности, устанавливает порядок рассмотрения квалификационными коллегиями судей представленных материалов и принятия по ним решений.

За семнадцать лет, которые прошли с момента, когда 30 июня 1993 г. II Всероссийский съезд судей тайным голосованием избрал первый состав ВККС, состоявший из 32 человек - руководителей судов и рядовых судей, и утвердил Положение об органах судейского сообщества, произошли существенные изменения как в статусе судей, так и в полномочиях не только квалификационных коллегий судей, но и других органов судейского сообщества.

Полномочия же квалификационных коллегий, установленные в Положении о порядке работы квалификационных коллегий, утвержденном ВККС, по выражению М.И. Клеандрова, "слишком "сгущены". По содержанию оно выходит не только за рамки своего названия, но и за рамки полномочий ВККС, определенные законом <24>. На основании анализа действующего законодательства к такому же выводу приходит и О.В. Макарова, полагающая, что компетенция и полномочия квалификационных коллегий судей являются чрезмерно завышенными и требующими корректировки <25>.

<24> Там же. С. 60 - 61.
<25> Макарова О.В. Обеспечение независимости судей в Российской Федерации // Журнал российского права. 2010. N 1. С. 95 - 104.

М.И. Клеандров видит выход из создавшегося положения в том, чтобы положение о квалификационных коллегиях судей утверждалось высшим органом судейского сообщества - Всероссийским съездом судей, "ибо ясно, что никто не вправе быть судьей в собственном деле" <26>.

<26> Клеандров М.И. Статус судьи: правовой и смежный компоненты. М.: Норма, 2008. С. 61.

Однако представляется, что деятельность квалификационных коллегий судей выходит далеко за рамки выражения интересов судей как носителей судебной власти, то есть целей, определенных органам судейского сообщества и обозначенных в п. 1 ст. 3 Закона о судейском сообществе, в связи с чем уровень регламентации полномочий квалификационных коллегий судей не может снижаться по сравнению с установленным Верховным Советом РФ и должен быть только законодательным, так как их деятельность напрямую связана с ограничением прав судьи как гражданина: "Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства" (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ).

Четвертый вид актов органов судейского сообщества - акты по толкованию отдельных норм законодательства о судебной власти.

Появление ФЗ о судейском сообществе стало катализатором "разъяснительной" деятельности органов судейского сообщества по толкованию законодательства о судебной власти. Толкование законодательства о статусе судей осуществляет Совет судей Российской Федерации и ВККС.

Попытки такого толкования предпринимались и раньше. Так, 30 октября 1998 г. Совет судей Российской Федерации принял Постановление о возможности привлечения судей, пребывающих в отставке, к работе в системе Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. Тем самым этот орган судейского сообщества дал расширительное толкование п. 3 ст. 3 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" <27>.

<27> Судебная система Российской Федерации: Сборник нормативных актов. М.: Инфра-М, 2001.

На основании этого акта органа судейского сообщества квалификационные коллегии рассматривают работу в системе Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации судей, пребывающих в отставке, как непосредственно связанную с осуществлением полного и независимого правосудия и не противоречащую ограничениям, налагаемым на судей в отставке указанным Законом.

Представляет практический интерес и Постановление Совета судей РФ, принятое в 2008 г. о включении работы в Судебном департаменте при Верховном Суде РФ в стаж работы судьей.

С точки зрения правовой оценки и соответствия закону представляет интерес разъяснение, данное Высшей квалификационной коллегией судей Российской Федерации в отношении уровня высшего юридического образования, требуемого для занятия должности судьи.

Федеральным законом "О высшем и послевузовском образовании" в Российской Федерации предусмотрено три ступени высшего профессионального образования: бакалавр, дипломированный специалист и магистр (ст. 6). Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" не конкретизирует, какую именно ступень высшего профессионального образования должен иметь кандидат на должность судьи, что влечет затруднение в применении данной нормы при определении требований, предъявляемых к кандидатам на должность судьи.

Министерство образования Российской Федерации в своем письме от 1 сентября 2003 г. N 14052-1018ин/15 разъяснило, что препятствий для назначения на должность судьи лица, которому присвоена степень бакалавра юриспруденции, не усматривается.

Высшей квалификационной коллегией судей было дано разъяснение (разъяснение Высшей квалификационной коллегии судей от 18 марта 2004 г. // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2004. N 6), согласно которому квалификация "бакалавр" недостаточна для назначения на должность судьи, поскольку срок освоения основных образовательных программ для получения квалификации "бакалавр" составляет не менее чем четыре года. Для назначения на должность судьи необходима квалификация "дипломированный специалист".

В целях исключения различного толкования законодательных норм разными ведомствами Магаданская областная Дума внесла в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации законопроект об изменении ст. 4 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" в части установления точных требований к ступени высшего юридического образования и установления, что кандидат на должность судьи должен иметь квалификацию "дипломированный специалист" либо квалификацию (степень) "магистр". Соответствующий законопроект N 287443-4 должен был быть рассмотрен Государственной Думой 19 сентября 2008 г. одновременно с законопроектом N 627-5 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с установлением двух уровней высшего профессионального образования", который был внесен в Государственную Думу ФС РФ 25.12.2007.

Этим законопроектом предлагается внести изменения в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", Федеральные законы "О мировых судьях в Российской Федерации" и "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации", предусмотрев, что для занятия должности судьи необходимо иметь квалификацию "специалист" или квалификацию (степень) "магистр". Но до сих пор законопроект так и не сдвинулся с места.

А на чем основываться работникам кадровых служб и квалификационным коллегиям?

Выход из создавшегося тупика нашла Высшая квалификационная коллегия судей, которая письмом Председателя ВККС РФ В.В. Кузнецова, адресованным председателям квалификационных коллегий судей, дала интересное разъяснение <28>.

<28> Опубликовано в Вестнике Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации. 2009. N 3(21). С. 48.

В письме отмечается следующее: "В соответствии с п. 3 ст. 5 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" любой гражданин, достигший установленного этим Законом возраста, имеющий высшее юридическое образование, требуемый стаж работы по юридической профессии и не имеющий заболеваний, препятствующих назначению на должность судьи, вправе сдать квалификационный экзамен на должность судьи.

Из этого следует, что судьей районного суда - при соответствии другим требованиям - может быть гражданин, имеющий к моменту сдачи квалификационного экзамена на должность судьи стаж работы по юридической специальности не менее 5 лет.

Наличие стажа работы по юридической специальности определяется с момента получения претендентом на должность судьи высшего юридического образования любого уровня (п. 2 ст. 6 Федерального закона "О высшем и послевузовском профессиональном образовании") и начала работы на должностях, указанных в п. 5 ст. 4 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации".

Однако к сдаче квалификационного экзамена на должность судьи может быть допущен лишь претендент, имеющий высшее юридическое образование, подтверждаемое присвоением лицу, успешно прошедшему итоговую аттестацию, квалификации (степени) "специалист" или "магистр" (выделено нами. - Г.Е.).

Инструкция о порядке определения стажа работы по юридической профессии для кандидатов на должности судей федеральных судов от 27 декабря 1996 г. после принятия Федерального закона от 25 декабря 2008 г. N 274-ФЗ действует в той мере, в какой она не противоречит указанному и другим федеральным конституционным и федеральным законам. Согласно п. 5 Инструкции в спорных случаях окончательное решение о стаже работы по юридической профессии принимается соответствующей квалификационной коллегией судей, рассматривающей заявление кандидата о рекомендации на должность судьи, с приведением в заключении мотивов принятого решения.

Что касается Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2004 г. N 214-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Верховного Суда Российской Федерации о проверке соответствия Конституции Российской Федерации ряда положений пункта 1 статьи 4 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", следует учитывать, что указанное Определение принято до внесения 25 декабря 2008 г. изменений в Закон Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", согласно которым в стаж работы по юридической специальности, необходимый для назначения на должность судьи, включается время работы на должностях, требующих высшего юридического образования. В прежней редакции Закона требовалось наличие юридического (не обязательно высшего) образования.

По сути дела, указанное письмо ВККС преградило путь к должности судьи лицам, имеющим высшее юридическое образование, подтверждаемое присвоением лицу, успешно прошедшему итоговую аттестацию, квалификации (степени) "бакалавр".

С одной стороны, такие толкования помогают практическим работникам кадровых служб органов судебной власти единообразно разрешать возникающие в правоприменительной деятельности вопросы. Тем более что потребность в разъяснениях тех или иных положений законодательства, как правило, возникает из-за нечеткости норм, неполноты законодательного регулирования или наличия пробела в законодательстве. С другой стороны, правовая обоснованность таких актов органов судейского сообщества требует дополнительного исследования.

К этому необходимо быть готовым в случае оспаривания заинтересованными лицами в судебном порядке действий кадровых служб органов судебной власти, основанных на указанных толкованиях.

Анализ нормотворческой (правотворческой?) деятельности органов судейского сообщества приводит к выводу о том, что следует провести водораздел между актами органов судейского сообщества, принимаемыми по вопросам правового регулирования организации и деятельности органов судебной власти, тех или иных гражданских прав судей (нормативными и ненормативными) и актами органов судейского сообщества, регулирующими вопросы внутренней жизни судейского сообщества, которые к правовым явно не могут быть отнесены.

Введение в правовое поле актов судейского сообщества, принимаемых по вопросам регулирования организации и деятельности органов судебной власти, тех или иных гражданских прав судей (правового статуса судьи как гражданина), фактически уже состоялось, задача состоит в другом - в законодательном установлении открытой для обсуждения процедуры их разработки и принятия компетентным органом, что повысит гарантии независимости судьи, его правовую защищенность, реальный контроль их содержания.

Без этого расширяются возможности произвольного их толкования и, как следствие, усиливаются возможности прямого или опосредованного воздействия на судей, что, несомненно, противоречит конституционному принципу независимости судей.