Мудрый Юрист

Проблемы определения суверенитета в России *

<*> Ereklinceva E.V. Problem of determination of sovereignty in Russia.

Ереклинцева Е.В., старший преподаватель кафедры истории и социологии Магнитогорского государственного технического университета им. Г.И. Носова, соискатель кафедры теории государства и права и конституционного права юридического факультета Челябинского государственного университета.

В статье рассматриваются проблемы понимания народного, национального и государственного суверенитета в Российской Федерации различными субъектами политико-правовых отношений. Для определения специфики отношения к российскому суверенитету автор обращается к истории трансформации взглядов на данный предмет в России.

Ключевые слова: суверенитет, государство, республика, право нации на самоопределение, Конституционный Суд.

The article touches upon the problems of determination of national and state sovereignty in the Russian Federation by different subjects of political and legal relations. To define the specific attitude to Russian sovereignty the author turns to the history of transformation of the opinion on this subject in Russia.

Key words: sovereignty, state, republic, right of the nation to self-determination, Constitutional Court.

Со времени введения Жаном Боденом в науку и политическую жизнь понятия "суверенитет" прошло уже более четырехсот лет. За это время учение о суверенитете превратилось в весьма сложную и запутанную систему концепций, доктрин и воззрений. Отражение данного принципа в конституциях цивилизованных государств, с одной стороны, определило формальное его закрепление, с другой стороны, развитие глобальных процессов подчас ставит под сомнение его фактическое проявление. Тем самым концепция суверенитета остается для современного дискурса центральной. Это вытекает не только из анализа мировых политико-правовых исследований <1>, но и, в частности, из последних публичных выступлений государственных деятелей, ученых, экспертов России <2> и мировых лидеров <3>.

<1> См., например: Саква Ричард. Суверенитет и демократия: конструкции и противоречия // Сравнительное конституционное обозрение. 2007. N 5. С. 117 - 123; Томас Ф. Ремингтон. Суверенитет, конституционная демократия и плюрализм // Сравнительное конституционное обозрение. 2008. N 2. С. 59 - 63.
<2> См., например: Выступление Дмитрия Медведева на международной конференции "Современное государство и глобальная политика". Все государства разные, но государства созданы людьми // URL: http://www.kreml.org/other/223500279; Лавров С. Новая модель мирового развития // URL: http://www.adm.yar.ru/index.aspx; Собянин С. Опасная самоуспокоенность // URL: http://www.adm.yar.ru/index.aspx; Павловский Г. Медведев пытается обновить политический словарь // URL: http://www.kreml.org/news/223512703; Лужков Ю. Без государства - никуда // URL: http://www.adm.yar.ru/index.aspx.
<3> См., например: Фийон Франсуа. Кризис не отменяет реформы // URL: http://www.adm.yar.ru/index.aspx; Павловский Г. Многообразие демократий - от дебатов к стандартам. Спор Барака Обамы с Джорджем Бушем-младшим: взгляд из Москвы // URL: http:// russ.ru/ pole/ Mnogoobrazie- demokratij- ot- debatov- k- standartam; Родригес Сапатеро Хосе Луис. Цивилизаторская миссия // URL: http:// www.adm.yar.ru/ index.aspx.

Итак, остановимся на проблеме суверенитета в Российской Федерации. Во-первых, "вопросу о правовом и политическом значении государственного суверенитета в отечественной юридической литературе, как представляется, в последние годы не уделяется достаточного внимания" <4>. Во-вторых, до сих пор существуют проблемы четких представлений "народного" и "национального" суверенитета, прежде всего из-за специфики федеративных отношений в России <5>. В-третьих, сами граждане Российской Федерации неоднозначно трактуют и по-разному относятся к данному термину <6>. В-четвертых, активные процессы глобализации все больше "растворяют" суверенитет <7>.

<4> Крылов Б.С. Государственный суверенитет: современные проблемы // Конституционное и муниципальное право. 2008. N 6. С. 2.
<5> См., например: Авакьян С.А. Точка отсчета - народ // Российская газета. 2006. 28 октября; Конституционный Суд предложил республикам РФ забыть о суверенитете // Известия. 2009. 9 июня.
<6> См., например: Валерий Федоров. Директор Всероссийского центра изучения общественного мнения // URL: http:// www.edinros.ru/ text.shtml?5/ 4172,100063; Кутковец Т., Клямкин И. Что ждет Россия от Путина. М., 1999; Конституционный суд Якутии признал право Республики на суверенитет. Комментарии // URL: http://www.pravo.ru/news/view/8125/.
<7> См., например: Лукашук И.И. Глобализация, государство, право, XXI век. М., 2000. С. 139 - 145; Тихомиров Ю.А. Суверенитет в условиях глобализации // Право и политика. 2006. N 11. С. 37 - 44; Пастухова Н.Б. Глобализация и государственный суверенитет // Суверенная демократия в конституционно-правовом измерении: Сборник статей и материалов / Сост. С.Е. Заславский. М., 2007. С. 149 - 173; Лужков Ю. Без государства - никуда // URL: http://www.adm.yar.ru/index.aspx.

Чтобы определить специфику отношения к российскому суверенитету (подразумевая и государственный, и народный, и национальный), следует обратиться к истории трансформации взглядов на данный предмет в России.

Вопросы теории и практики суверенитета занимали важное место в трудах русских дореволюционных теоретиков права. В то время державность или суверенитет понимались как независимость государственной власти от других государств в ее действиях как внутри государства, так и во внешних сношениях <8>. Однако о народном суверенитете, о власти народа как его права участвовать в решении государственных дел, тем более решать их, не было и речи. Тем самым, в отечественной правовой науке концепция суверенитета в целом развивалась в русле общемировых тенденций. Однако проблема ограничения суверенной власти государства в отечественной доктрине не занимала столь важного места, как в трудах европейских ученых.

<8> См.: Грабарь В.Э. Материалы к истории литературы международного права в России. М., 1958. С. 396.

Опасная тенденция к абсолютизации власти сохраняется и в концепциях суверенитета советского периода, которые к тому же были отягощены пресловутым "классовым подходом" <9>. Так, известный русский и советский теоретик Я.М. Магазинер писал: "В пределах государства нет власти выше, чем власть государственная: ее правовой авторитет выше всякой другой власти, ее веления имеют высшую правовую силу, одним словом, это верховная власть, т.е. такая, выше которой нет в государстве. Высшая власть иначе называется суверенною" <10>. Первый советский учебник государственного права под суверенитетом понимал "верховенство государственной власти, в силу которого она является неограниченной и самостоятельной внутри страны и независимой во внешних отношениях" <11>.

<9> См.: Валяровский Ф.И. Суверенитет в конституционном строе Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 32.
<10> Магазинер Я.М. Лекции по государственному праву. Пг., 1919. С. 228.
<11> Советское государственное право: Учебник для юридических институтов. М., 1938. С. 262.

Как мы видим, в последней цитате акцент сделан на неограниченности государственной власти. Что же касается возвышения принципа классового расслоения, то он был ярко отражен в характеристике "суверена". Первоначально в советской России объявляли о принадлежности власти то рабочим, то рабочим и крестьянам, то трудовому народу, то трудящимся. Формально говорили о народе. Но конституционно власть закреплялась все-таки не за народом, а за государственными органами. Так, Конституция РСФСР 1918 г. <12> начиналась Декларацией прав трудящегося и эксплуатируемого народа. В ее первой статье Россия объявлялась республикой Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. "Вся власть в центре и на местах принадлежит этим Советам". Конституция РСФСР 1925 г. <13> во второй статье утверждала фактически тот же принцип: "Вся власть в пределах Российской Социалистической Федеративной Советской Республики принадлежит Советам рабочих, крестьянских, казачьих и красноармейских депутатов". По Конституции 1937 г. РСФСР <14> провозглашалась социалистическим государством рабочих и крестьян, в котором вся власть принадлежала трудящимся города и деревни в лице Советов депутатов трудящихся. Статья 2 Конституции РСФСР 1978 г. <15> утверждала, что "вся власть в РСФСР принадлежит народу. Народ осуществляет государственную власть через Советы народных депутатов, составляющие политическую основу РСФСР". О "непосредственной власти народа" не говорилось.

<12> Конституция (Основной Закон) РСФСР от 10 июля 1918 г. (принята V Всероссийским съездом Советов) // СУ РСФСР. 1918. N 51. Ст. 582.
<13> Конституция (Основной Закон) РСФСР от 11 мая 1925 г. (принята XII Всероссийским съездом Советов) // СУ РСФСР. 1925. N 30. Ст. 218.
<14> Конституция (Основной Закон) РСФСР от 21 января 1937 г. (принята Чрезвычайным XVII Всероссийским съездом Советов) // Собрание узаконений и распоряжений Рабоче-Крестьянского Правительства РСФСР. 1937. N 2.
<15> Конституция (Основной Закон) РСФСР от 12 апреля 1978 г. (принята на внеочередной седьмой сессии Верховного Совета РСФСР девятого созыва) // Ведомости ВС РСФСР. 1978. N 15. Ст. 407.

Тем самым суверенитет из важнейшего правового понятия превращался в аморфную идеологическую категорию, поскольку "узкоклассовый подход" к вопросам первого не позволял подойти к данной проблеме с позиций чистой юридической науки. Только в конце 80 - начале 90-х годов прошлого столетия данный подход в понимании правовой природы государства, народа и суверенитета был преодолен. Суверенитет начинает пониматься как неотъемлемое свойство (особенность) государственной власти, выражающее ее единство и неделимость. В литературе того периода утверждаются взгляды, в соответствии с которыми государство обладает как внешним суверенитетом, т.е. независимостью от других государств в международных отношениях, так и внутренним - независимостью от всякой иной власти внутри страны, верховенством по отношению к любым другим организациям. Так, С.С. Алексеев считал, что суверенная власть в государстве - это власть, "отделенная от иных видов власти (вовне от власти других государств, а также от корпоративной власти - партийной, церковной - внутри страны), независимая от них и имеющая исключительное, монопольное положение в сфере государственных дел. В этом отношении власть является "единой и неделимой" <16>. Во-вторых, наметился возврат к незаслуженно забытой идее народного суверенитета. Так, 15 декабря 1990 г. в Конституцию РСФСР <17> было включено два важных положения. Статья 2 Основного Закона теперь стала утверждать, что "вся власть в РСФСР принадлежит многонациональному народу РСФСР" и "народ осуществляет государственную власть через Советы народных депутатов... и непосредственно".

<16> Алексеев С.С. Государство и право. Начальный курс. М., 1993. С. 16 - 17.
<17> Закон РСФСР "Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) РСФСР" от 15 декабря 1990 г. N 423-1 // Российская газета. 1990. 22 декабря.

Сегодня, с одной стороны, преамбула Конституции РФ 1993 г. подчеркивает возрождение "суверенной государственности России", с другой - в первых двух частях статьи третьей Основного Закона мы встречаем положение о производном характере государственной власти: "Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ" и "Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления". "Однако приведенная формулировка представляется недостаточно корректной. Существует два вида публичной власти: 1) государственная власть; 2) самоуправление. Но если в государственной власти выражается воля всего народа, всего государства, то в местном самоуправлении реализуется власть только местного самоуправления. Поэтому нельзя говорить, что через органы местного самоуправления народ (понимаемый как единый российский народ) осуществляет свою власть" <18>. Кроме того, следует помнить, что олицетворением государственной власти в России являются не только федеральные государственные органы, но и государственные органы субъектов РФ. Последние подчас пытаются вывести "свой", "титульный", народ из "многонационального народа Российской Федерации" и определить собственный государственный суверенитет. Данная проблема вытекает прежде всего из советской истории развития "национального суверенитета" в России.

<18> Валяровский Ф.И. Суверенитет в конституционном строе Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 43.

В 1917 г. российская государственность в ее традиционном виде была отдана в жертву идее мировой коммунистической революции. Лидеры большевиков своей стратегической целью объявили общество тотального равенства. Установить такое равенство, по их убеждению, должно было стирание всех и всяческих различий между людьми: не только юридических, социальных, имущественных, но и этнических, языково-культурных и даже расовых. Главным условием "стирания различий" большевистские теоретики объявили "исчезновение государственных границ и национальных разграничений, создание единого мирового трудового государства" <19>.

<19> Малая советская энциклопедия: В 10 т. Т. 4. М., 1929. Стлб. 100.

Таким образом, стратегический лозунг большевиков был связан с национальным нигилизмом, сводился к ликвидации любой национальной дифференциации. "С точки зрения элементарной логики они, казалось бы, должны были отвергать все, что тормозит такую ликвидацию, но на деле все выглядело иначе: свои подлинные цели большевистские лидеры густо украсили разнообразными тактическими лозунгами" <20>. В сфере национальных отношений таким лозунгом стало "право наций на самоопределение". Ленин писал: "За всеми нациями, входящими в состав России, должно быть признано право на свободное отделение и на образование самостоятельного государства" <21>. Кроме того, Ленин требовал установить такую форму национальных отношений, которая сводилась бы "не только к соблюдению формального равенства, но и к такому неравенству, которое возмещало бы неравенство со стороны нации большой" <22>. Русским ставилось в вину то, что они являются большим народом. Ленин настаивал на бесспорности принципа самоопределения наций, которое, по его словам, "не может иметь с историко-экономической точки зрения иного значения кроме как политическое самоопределение, государственная самостоятельность, образование национального государства" <23>, построение "своего" государства.

<20> Рыбаков С.В. Право наций на самоопределение в российском конкретно-историческом контексте // Проблемы национальных отношений в России: Сборник статей Всероссийской научно-практической конференции (15 февраля 2007 г.). Магнитогорск-Челябинск, 2007. С. 102.
<21> Ленин В.И. Резолюция по национальному вопросу // Избранные произведения: В 3 т. Т. 2. М., 1978. С. 95.
<22> Ленин В.И. О праве наций на самоопределение // Избранные произведения: В 3 т. Т. 1. М., 1978. С. 583.
<23> Ленин В.И. О праве наций на самоопределение // Полн. собр. соч. Т. 25. С. 263.

Итак, при большевиках была поставлена задача форсированного формирования "новых социалистических наций". Учреждалась система национальных территорий: союзные и автономные республики, автономные области и округа. Кадровое распределение и государственная атрибутика в директивно созданных национально-территориальных формированиях подчеркивали приоритет так называемых титульных наций. Следует отметить, что во всех этих формированиях "нетитульное" население составляло заметную долю, а в некоторых являлось большинством. Так, государственному патриотизму стал противопоставляться патриотизм этнический. Выстраивалась новая государственная система, подготовившая почву для распада единой государственности по национальному признаку <24>.

<24> См.: Рыбаков С.В. Указ. соч. С. 105.

Социокультурный конфликт, который был заложен при формировании РСФСР и СССР, стал бомбой замедленного действия. И в итоге, во-первых, распад СССР не только не снял национальные проблемы в бывших союзных республиках, но и обострил их с новой силой. Во-вторых, "парад суверенитетов" союзных республик перешел в "парад суверенитетов" российских советских республик, причем каждая республика определяла собственный уровень суверенитета по-своему.

Так, в декларациях о своем государственном суверенитете большинство республик, в частности Калмыкия, Карелия, Марий Эл и Бурятия, заявляли, что, не разрывая с Россией, они объявляют себя суверенными государствами в составе РСФСР. А в Декларации о государственном суверенитете Татарстана, по существу, заявлялось о разрыве Татарстана с Россией и его самостоятельности как независимого государства. В данном документе не нашлось ни одного слова, чтобы отметить существование многолетних плодотворных связей Татарстана с его соседями и его нахождение и развитие в составе сначала Российской империи, а затем и РСФСР. В Декларации о государственном суверенитете Башкирии ни прямо, ни косвенно не говорилось о вхождении Республики в состав России <25>.

<25> См.: Крылов Б.С. Государственный суверенитет России: как его понимают в Казани // Журнал российского права. 2001. N 11. С. 11 - 12.

Сегодня прошло уже более 17 лет такого противоречивого юридического и фактического "суверенитета". Несмотря на соответствующие решения Конституционного Суда РФ, несмотря на введение дополнительных органов, контролирующих соответствие законодательства субъектов РФ законодательству РФ, многие республики так и не изменили своих позиций в вопросах суверенитета. В ответ на знаменитое Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 г. N 10-П <26>, содержащее исчерпывающий ответ о сущности суверенитета в РФ, российские республики отреагировали либо критикой, либо бездействием.

<26> Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ. 2000. N 25. Ст. 2728.

Конституционный Суд РФ в п. 2.1 данного акта разъяснил, что, во-первых, суверенитет Российской Федерации как демократического федеративного правового государства, распространяющийся на всю ее территорию, закреплен Конституцией Российской Федерации в качестве одной из основ конституционного строя (ч. 1 ст. 4). Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации согласно Конституции Российской Федерации является ее многонациональный народ (ч. 1 ст. 3), который, сохраняя исторически сложившееся государственное единство, исходя из общепризнанных принципов равноправия и самоопределения народов и возрождая суверенную государственность России, принял Конституцию Российской Федерации.

Во-вторых, суверенитет, предполагающий по смыслу статей 3 - 5, 67 и 79 Конституции Российской Федерации верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной властей государства на всей его территории и независимость в международном общении, представляет собой необходимый качественный признак Российской Федерации как государства, характеризующий ее конституционно-правовой статус.

В-третьих, Конституция Российской Федерации связывает суверенитет Российской Федерации, ее конституционно-правовой статус и полномочия, а также конституционно-правовой статус и полномочия республик, находящихся в составе Российской Федерации, не с их волеизъявлением в порядке договора, а с волеизъявлением многонационального российского народа - носителя и единственного источника власти в Российской Федерации. Основной Закон Российской Федерации, определяя статус республик как субъектов Российской Федерации, исходит из относящегося к основам конституционного строя РФ, а следовательно, к основам конституционного строя республик принципа равноправия всех субъектов. Признание же за республиками суверенитета нарушило бы этот принцип, поскольку другие субъекты суверенитетом не обладают.

Наиболее красноречивым ответом на данное Постановление Конституционного Суда РФ стало выступление Президента Республики Татарстан Минтимера Шаймиева на Пленарной сессии Государственного Совета, посвященной 10-й годовщине провозглашения Декларации о государственном суверенитете Республики Татарстан от 29 августа 2000 г. Он заметил: "В последнее время все чаще твердят, даже на самом высоком уровне, что у республик в составе Федерации нет и не может быть даже ограниченного суверенитета. Это мнение, освященное официальным определением Конституционного Суда России, вызывает откровенное удивление и сожаление. По мнению многих независимых экспертов, решение Суда является скорее политическим, нежели юридическим. Оно игнорирует волю многонационального народа Республики, неоднократно на референдуме и в ходе выборов высказавшегося за суверенитет. Получается, что уважаемый Суд не учел один из базовых конституционных принципов - народовластие...

Традиционное понимание суверенитета, - продолжает М. Шаймиев - как чего-то неделимого, уже давно разрушилось. В федеративных государствах суверенитет распределяется между субъектами федерации и центральной властью, причем для каждого уровня существует своя исключительная, гарантированная от постороннего вмешательства сфера распространения суверенитета. Сегодня вся Европа опирается на принцип субсидиарности, предполагающий максимальную передачу полномочий нижестоящим органам власти. В 1990 г. Б.Н. Ельцин выразил это фразой: "Берите суверенитета столько, сколько сможете"... Именно такой принцип должен лежать в основе отношений центра, субъектов Федерации и органов местного самоуправления... Однако смысл и значение суверенитета Татарстана мы оцениваем не только политическими, но и человеческими мерками. Насколько хорошо живется каждому человеку и его семье в Татарстане! Возможностью реализовать себя, свои способности и таланты! Защищенностью в невзгодах! Спокойствием родителей за будущее своих детей! Гордостью жителей Татарстана за свою Республику! Десять лет татарстанского суверенитета - это более 3 тысяч километров новых дорог с твердым покрытием. Газ, который пришел практически во все населенные пункты и дома Республики... Десять лет татарстанского суверенитета - это 15 млн. квадратных метров нового жилья. Это более 400 новых школ, 125 больниц и поликлиник. Это новые перспективы для молодых семей и защищенная старость. Это чувство уверенности в завтрашнем дне и законной гордости за свой труд... Суверенитет уже нельзя вычеркнуть из нашей жизни. Сегодня мы можем утверждать, что именно Татарстан, российские республики сумели раздвинуть смысл и значение понятия федерализма для многонациональной России, придав понятию "суверенитет" исключительно позитивный смысл" <27>.

<27> Десять лет по пути укрепления суверенитета // URL: http://president.tatar.ru/pub/view/694.

Следует отметить, что экономический прогресс Республики Татарстан, о котором так восторженно заявляет ее Президент, явился и следствием нарушения законодательства Российской Федерации в налоговой сфере. Так, например, в 1995 г. "Республика Башкортостан перечислила в федеральный бюджет только 26,2% всех собранных в ней налогов, Республика Татарстан - 22,7%, Республика Саха (Якутия) - только 0,5%, в то время как Свердловская область - 43,1%, Москва - 45,6%, Московская область - 49,1% и т.д. Эта тенденция неравного подхода к республикам и краям, областям сохранялась и все последующие годы" <28>. В частности, осенью 1999 г. Башкирия отказалась платить в федеральный бюджет подоходный налог, хотя по бюджетному законодательству РФ обязана была это исправно делать. Правительство Башкирии мотивировало отказ тем, что с 1994 г. взаимоотношения Республики с федеральным бюджетом основываются на ежегодных соглашениях между Правительствами РФ и Башкирии. А соглашение на 1999 г. к тому времени якобы не было пролонгировано <29>. Такие красноречивые данные могли привести лишь к одному: "где-то прибыло - где-то убыло". И в ответ на это мэр Москвы Ю. Лужков, выступая 23 октября 1996 г. в Совете Федерации по вопросу о межбюджетных отношениях в России в 1997 г., заявил: "Мне все больше приходит в голову мысль, желание остаться не самостоятельным субъектом Федерации, а стать городом Татарстана. И в этом случае город Москва, потеряв свою самостоятельность, приобретет могучий, небывалый экономический потенциал" <30>.

<28> Конституционное законодательство России / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М., 1999. С. 97.
<29> См.: Парад суверенитетов в России закончен // URL: http:// news.km.ru/ parad_ suverenitetov_ v_ rossii_ zak/print.
<30> Цит. по: Аринин А.Н. Российская государственность и проблемы федерализма // Исследования по прикладной и неотложной этнологии. М., 1997. С. 24 - 25.

Думается, что такая жесткая тенденция рассмотрения суверенитета в республиках говорит о сложности ее преломления. Тем не менее и сегодня работа федеральных органов за сохранение единства РФ продолжается. Так, 17 апреля 2009 г. Президент Российской Федерации Д.А. Медведев поручил Председателю Конституционного Суда В.Д. Зорькину довести до конца работу по приведению региональных законодательств в соответствие с Конституцией. "Это абсолютно недопустимо, если конституционные суды республик вольно или невольно входят в противоречия с Конституцией. Нужно спокойно, без избыточной экзальтации доводить ту работу, которая шла уже восемь или девять лет, до логического завершения" <31>, - отметил Медведев. Следует напомнить, что, в частности, депутаты Госсобрания Якутии, приняв по требованию республиканской прокуратуры ряд поправок к местной Конституции, не стали исключать из нее Положение о суверенитете Республики. Основанием для этого стало решение Конституционного суда Якутии, признавшего его не противоречащим Конституции РФ <32>.

<31> Медведев поручил Зорькину контролировать конституционность региональных законов // URL: http:// www.pravo.ru/ news/ view/10416/.
<32> См.: Конституционный суд Якутии признал право Республики на суверенитет // URL: http:// www.pravo.ru/ news/ view/ 8125/.

В соответствии с решением Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2009 г. <33> информация об исполнении решений Конституционного Суда была направлена Президенту Российской Федерации, Председателю Правительства Российской Федерации, в Совет Федерации, в Государственную Думу, руководителям и должностным лицам других федеральных государственных органов, а также лидерам политических партий, главам исполнительной, законодательной и судебной власти регионов, руководителям федеральных СМИ. Данная информация фактически подвела итоги борьбы с "парадом суверенитетов", которую начал в 2000 г. В.В. Путин. Конституционный Суд призвал Республики Татарстан, Башкортостан, Саха (Якутия) и Тува в кратчайшие сроки изъять из своих Конституций положения о государственном суверенитете. Кроме того, высший орган конституционного контроля указал на недопустимость наличия в Конституциях таких Республик, как Башкортостан, Кабардино-Балкарская Республика, Коми, Саха (Якутия), Тува, Татарстан, Чеченская Республика, Бурятия, а также в уставах Ненецкого и Ямало-Ненецкого автономных округов, Краснодарского края положения о народе этих регионов как высшем "источнике власти". Помимо этого, в текстах Конституций Татарстана и Тувы до сих пор имеются положения о гражданстве Республики. Между тем в отношении гражданства субъекта Российской Федерации Конституционный Суд РФ в Определении от 6 декабря 2001 г. <34> пояснил, что Конституция Российской Федерации не предусматривает гражданство республик либо других субъектов, поскольку "только суверенное государство правомочно законодательно определять, кто является его гражданами, признавая их тем самым полноправными субъектами права, обладающими всеми конституционными правами человека и гражданина".

<33> Решение "Об информации об исполнении решений Конституционного Суда РФ" от 21 апреля 2009 г. // URL: www.ksrf.ru/ News/ Pages/ ViewItem.aspx?ParamId=701.
<34> Определение Конституционного Суда РФ от 6 декабря 2001 г. N 250-О "По запросу Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан о толковании ряда положений статей 5, 11, 71, 72, 73, 76, 77 и 78 Конституции РФ" // Документ опубликован не был. СПС "КонсультантПлюс".

Кроме того, в Конституции Башкирии имеются противоречащие правовым позициям Конституционного Суда РФ ссылки на Декларацию о государственном суверенитете Республики, а в Конституции Карачаево-Черкесской Республики закреплено, что земля и ее недра, воды, растительный и животный мир являются достоянием народов Карачаево-Черкесии и составляют основу их жизни и деятельности.

Таким образом, республикам придется согласиться, что "Конституция Российской Федерации не допускает какого-либо иного носителя суверенитета и источника власти, помимо многонационального народа России, и, следовательно, не предполагает какого-либо иного государственного суверенитета, помимо суверенитета Российской Федерации. Суверенитет Российской Федерации в силу Конституции Российской Федерации исключает существование двух уровней суверенных властей, находящихся в единой системе государственной власти, которые обладали бы верховенством и независимостью, т.е. не допускает суверенитета ни республик, ни иных субъектов Российской Федерации" <35>.

<35> Постановление Конституционного Суда РФ от 7 июня 2000 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ. 2000. N 25. Ст. 2728.

Уже 17 июня 2009 г. в Якутии Госсобрание Республики одобрило изменения в текст региональной Конституции, из которой вычеркнуты упоминания о суверенитете и гражданстве. Также во исполнение решения Конституционного Суда РФ новый текст Конституции Якутии установил в качестве источника власти "народ России". Однако не все указанные выше субъекты РФ были так же оперативны и законопослушны.

Таким образом, абсолютизация понятий национального и народного суверенитета не дает качественного осмысления суверенитета государственного. В свою очередь, абсолютизация государственного суверенитета ведет к удовлетворению интересов прежде всего супергосударства, формированию так называемого мягкого суверенитета, не позволяет выйти различным странам из эпохальных кризисов. Поэтому сегодня государственные деятели различных стран все чаще используют иной подход к трактовке суверенитета. Так, российский Президент Д. Медведев на ярославской международной конференции "Современное государство и глобальная безопасность" предложил свежий взгляд на определение суверенитета. Для него суверенитет - это не самоизоляция, а открытая ответственность и особый пакет обязательств <36>. Суверенными он считает страны, которые способны нести ответственность и перед своими гражданами, и друг перед другом. В этом проявляется их эффективность в обеспечении общественной и глобальной безопасности. Поэтому он призывает государства "быть более открытыми друг для друга... Государства должны знать друг о друге как можно больше и вправе критически оценивать не только внешнюю, но и внутреннюю политику друг друга, может быть, и указывать на недостатки этой политики, если она может привести к проблемам международного масштаба или игнорирует общепринятые этические нормы, принципы гуманизма" <37>. С данной позицией соглашается и премьер-министр Франции Франсуа Фийон. С его точки зрения, "этот кризис был кризисом ответственности. Он обнажил полный отрыв от реальности, царивший в финансовом мире, где единственным правилом стало отсутствие правил" <38>.

<36> См.: Павловский Г. Медведев пытается обновить политический словарь // URL: http:// www.kreml.org/ news/ 223512703.
<37> Выступление Дмитрия Медведева на Международной конференции "Современное государство и глобальная политика". Все государства разные, но государства созданы людьми // URL: http:// www.kreml.org/ other/ 223500279.
<38> Фийон Франсуа. Кризис не отменяет реформы // URL: http:// www.adm.yar.ru/ index.aspx.

Итак, сегодня, помимо специфики конституционного определения суверенитета нации, народа и государства, все чаще выходят на первый план проблемы государственного суверенитета с точки зрения международно-правовых отношений, "размывания" и фикции как государственного, так и народного суверенитета. Поэтому Председатель Конституционного Суда РФ Валерий Зорькин призывает "международное сообщество специалистов по конституционному праву тщательно проанализировать современное понятие полноценного суверенитета. Этот анализ должен учитывать как императивы либеральной идеологии, так и необходимость обеспечивать все компоненты сильной и правовой (именно правовой) власти" <39>. Ведь сегодня вопрос о суверенитете отражается прежде всего на качестве и судьбе государства и демократии.

<39> Зорькин В. Апология Вестфальской системы // Российская газета. 2006. 22 августа.

Кризис понятия суверенитета в российской науке и реальности исходит не только из многогранности данного явления, но и из противоречия его классических принципов современному правовому содержанию. Сущность данного понятия сложно определить как ученым, так и простым гражданам. Тем не менее мы не должны забывать, что суверенитет России уже неотвратимо заложен со времен Ивана III, и прежде всего это связывают с событиями 1480 г. - стоянием на реке Угре, освобождением русских земель от золотоордынского ига. Великий российский историк Н.М. Карамзин охарактеризовал данную эпоху следующим образом: "Отселе История наша приемлет достоинство истинно государственной, описывая уже не бессмысленные драки Княжеские, но деяния Царства, приобретающие независимость и величие" <40>. Дополнением к словам великого российского историка можно привести тезис В.Ю. Суркова, что "вся история России от Ивана III - манифестация и интеллектуальной независимости, и государственного суверенитета" <41>. В свою очередь, история развития всего человечества доказывает, что единство народа предопределяет единство государства.

<40> Карамзин Н.М. История государства Российского. СПб., 1819. Т. 6. С. 5.
<41> Сурков В.Ю. Русская политическая культура: Взгляд из утопии // URL: http:// www.kreml.org/ opinions/ 152681586.