Мудрый Юрист

Проблемы адвокатского расследования в процессе осуществления защиты по уголовному делу *

<*> Zhunuskanov T.Zh. Problems of advocate's investigation in the process of execution of defense in criminal case.

Жунусканов Т.Ж., адвокат Костанайской областной коллегии адвокатов.

В статье автор дает анализ применения доказательств, собранных в рамках адвокатского расследования по уголовному процессуальному законодательству Казахстана.

Ключевые слова: адвокатское расследование, уголовное дело, процессуальные нормы, защитник.

The author of the article analyses application of evidence collected within the frames of advocate's investigation in accordance with criminal procedure legislation of Kazakhstan.

Key words: advocate's investigation, criminal case, procedure norms, defender.

Принято считать, что уголовное процессуальное законодательство Казахстана наделило защитника правом собирать доказательства. Однако, по сути, адвокат всего лишь обращает внимание на его наличие и не в состоянии самостоятельно конвертировать его в состав доказательства. По этой причине все документы, в том числе вещественные доказательства, собранные в рамках параллельного адвокатского расследования, всего лишь перепроверяются органом, ведущим уголовный процесс. Так будет, пока процессуальные действия адвокатов не будут законодательно включены в перечень доказательств.

К примеру, УПК РК всего лишь допускает упрощенную досудебную деятельность адвоката, без права закрепления доказательства. В этом не отстает и законодательство об адвокатуре, согласно которому адвокат, выступая в качестве защитника или представителя, правомочен в соответствии с процессуальным законом запрашивать и получать во всех государственных органах и негосударственных организациях сведения, необходимые для осуществления адвокатской деятельности; самостоятельно собирать фактические данные, необходимые для оказания юридической помощи, и представлять доказательства <1>. Как мы видим, неэффективность законодательства существенно влияет на активность защитника в использовании им уголовно-процессуальных прав.

<1> См.: статья 14 Закона Республики Казахстан от 5 декабря 1997 г. N 195 "Об адвокатской деятельности", с изменением и дополнением от 11 декабря 2009 г.

На практике встречаются случаи, когда полученная защитником информация по разным причинам не может быть опосредована предусмотренной законом формой следственного действия. Такое происходит потому, что только после исследования и оценки их органами следствия они могут получить процессуальный статус доказательства, но при условии, если защитник приложит усилия, чтобы облегчить следователю работу по определению относительности и допустимости представляемых им документов и предметов, тем больше шансов на приобщение их к делу в качестве доказательств <2>.

<2> См.: Адаменко В.Д. Сущность и предмет защиты обвиняемого. М., 1983. С. 50.

Говоря о генезисе применения права, В.В. Леоненко отмечает, что "анализ судебной практики свидетельствует, что процессуальное упрощенчество, отступление от предписаний процессуальных правил (скажем, по соображениям якобы целесообразности), низкая культура судопроизводства отрицательно сказываются на полноте, объективности и всесторонности исследования всех обстоятельств дела, приводят к вынесению поверхностных, недостаточно обоснованных, а иногда и ошибочных приговоров и решений. Кроме того, игнорирование процессуальных норм создает у граждан впечатление о формальном отношении суда к выполнению своих обязанностей, о его предвзятости, что снижает воспитательно-предупредительное воздействие правосудия" <3>.

<3> Леоненко В.В. Профессиональная этика участников уголовного судопроизводства. Киев, 1981. С. 78 - 79.

В осуществлении функций правосудия большая роль принадлежит личности судьи (здесь речь не идет о формальных требованиях к претендентам на должность судьи), его идеологической зрелости, нравственным устоям, профессиональному мастерству.

Выполнение этой профессиональной обязанности не допускает возникновения такого отрицательного психологического чувства, нередко развивающегося в профессиональной деятельности, как предвзятое отношение к подсудимому, его личности, к способу совершения преступления и т.д. Хотя в процессе осуществления профессиональной деятельности у судей могут развиваться личностные качества и черты, отрицательно сказывающиеся на результатах их работы, которые свидетельствуют о профессиональной деформации. В силу недостаточного идейно-политического развития, низкого культурного и нравственного уровня, ограниченных профессиональных знаний судьи на адекватность его оценок воздействуют укоренившиеся суждения и шаблоны, которые мешают правильному восприятию доказательственной информации, сказываются на объективности судейского убеждения и обусловливают субъективизм в выводах.

По этому поводу в научной литературе говорится, что косный стереотип в психологическом плане проявляется в том, что у судьи формируется мнение в безусловной правильности только его оценок и нежелание соотносить свое решение с конкретной ситуацией, возникшей по уголовному делу.

Ю.М. Грошева в работе "Проблемы формирования судейского убеждения в уголовном судопроизводстве" пишет, что косный стереотип в познавательной деятельности, по сути, подменяет дискурсивное рассуждение догадками, а пробел в системе доказательств восполняет предшествующим опытом. Иными словами, косный стереотип свертывает функцию анализа и поиска при принятии решения. Тогда в качестве противовеса влиянию косного стереотипа профессионального судьи на судебный приговор и на исследование дела выступают такие факторы, как участие народных заседателей в отправлении правосудия; коллегиальное вынесения приговора; досрочное прекращение полномочий судей за ненадлежащее качество рассмотрения дел и за такую же организацию работы суда и т.д.

С другой стороны, необъективность в деятельности судьи может проявляться в чрезмерном доверии к следователю, прокурору, обусловленном высокими деловыми качествами последних. В известной мере этому способствуют сами адвокаты, считающие для себя основной работу в зале суда, вкупе с мнениями судьи и прокурора. Хотя согласно УПК РК, казалось бы, защитник, исходя из конкретных обстоятельств дела, самостоятельно может принимать решение, каким образом он воспользуется своим правом участия в следственных действиях и в суде, с использованием полномочий, закрепленных в УПК РК (ст. 74).

Однако анализ диспозитивных норм УПК РК <4> утверждает обратное. К примеру, согласно ст. 115 доказательствами по уголовному делу являются законно полученные фактические данные, на основе которых в определенном УПК РК порядке дознаватель, следователь, прокурор, суд устанавливают наличие или отсутствие деяния, предусмотренного УК РК, совершение или несовершение этого деяния обвиняемым и виновность либо невиновность обвиняемого, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а ст. ст. 125 - 126 позволяют защитнику представлять доказательства, при этом фактические данные могут быть использованы в качестве доказательств только после их фиксации в протоколах процессуальных действий, ибо проведение следственных действий является прерогативой органов расследования и суда.

<4> См.: Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан от 13 декабря 1997 г. N 206, с изменением и дополнением от 11 декабря 2009 г.

То есть реальная ситуация такова, что роль защитника сведена лишь к заявлению ходатайств о производстве тех или иных следственных действий либо о приобщении к делу документов или предметов, а судьбу ходатайств, как всегда, решал следователь либо суд (ст. ст. 102 и 343), тогда о процессуальной самостоятельности защитника в уголовном процессе в собирании и закреплении доказательств говорить не приходится.

В этой связи в литературе отмечается, что, оказавшись в "тисках" следователя, под угрозой уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, допрашиваемое лицо может дать в показаниях совершенно иное, чем то, что было изложено им в объяснении адвокату <5>.

<5> См.: Давлетов А. Право защитника собирать доказательства // Российская юстиция. 2003. С. 7.

Проще говоря, орган, ведущий уголовный процесс, всегда чувствовал себя "хозяином" дела и не нуждался в оправдательных доказательствах, а защитник в силу законодательных причин не в состоянии превратить имеющуюся у него информацию в полноценные доказательства.

Ведь известно, что объявить право и гарантировать его реализацию - далеко не одно и то же. Тогда установление истины по уголовному делу должно быть единственной целью как для стороны защиты, так и для стороны обвинения, и в этом должно быть заинтересовано в первую очередь государство.

Значит, с целью превращения предварительного расследования и судебного следствия в состязательное необходимо законодательно закрепить право защитника самому конвертировать наработанные в рамках параллельного адвокатского расследования документы в состав доказательства, а также признать параллельное адвокатское расследование как самостоятельное процессуальное действие.