Мудрый Юрист

Практика уголовно-правовой квалификации рейдерских поглощений

/"Право и экономика", 2011, N 10/
А.Ю. ФЕДОРОВ

Федоров Алексей Юрьевич, начальник кафедры совершенствования деятельности ОВД Уральского юридического института МВД России, майор милиции, кандидат юридических наук, специалист по проблемам государственной политики противодействия преступлениям в сфере корпоративных правоотношений, организации правоохранительной деятельности.

Родился 18 мая 1981 г. в г. Омске. В 2002 г. окончил Омскую академию МВД России. До 2006 г. служил в практических подразделениях органов внутренних дел, с 2006 г. ведет преподавательскую деятельность в вузе МВД России.

Автор более 90 научных и учебно-методических работ, в том числе автор монографии "Рейдерство и корпоративный шантаж (организационно-правовые меры противодействия)" (М., 2010), соавтор монографий "Криминальное манипулирование в сфере экономической деятельности: криминологическая характеристика и предупреждение" (Омск, 2008) и "Криминальное банкротство и рейдерство: криминологическая характеристика и противодействие" (Омск, 2009).

Статья посвящена проблеме неправомерных захватов собственности (рейдерству) в России. Анализу подвергнуты общественная опасность рейдерства, практика уголовно-правовой квалификации рейдерских поглощений.

Ключевые слова: рейдерство, захват собственности, общественная опасность, экономическая безопасность.

Criminal law qualification of raiding absorptions: current practice

A.Yu. Fedorov

The article is devoted to the problem of illegal seizure of property (raids) in Russia. The article analyses the public danger of raids and the criminal law qualification of raiding in current practice.

Key words: raids, seizure of property, public danger, economic security.

Проблему уголовно-правовой квалификации рейдерских поглощений автор рассматривал и ранее [1 - 5]. Однако в силу повышенной актуальности данного вопроса, внесения ряда изменений и дополнений в уголовное законодательство в последние два года требуется еще раз обратиться к анализу тенденций правоприменительной практики.

В настоящее время идет интенсивная работа по научному обобщению результатов практической деятельности правоохранительных органов. Изучение следственной и судебной практики по расследованию и рассмотрению уголовных дел о преступлениях, связанных с захватом предприятий, показывает их комплексный и организованный характер. Это обусловлено длинной цепью действий, производимых с целью незаконного отчуждения имущественного комплекса юридического лица. Более того, в ряде случаев цепь преступлений носит межрегиональный характер. Примерами может служить захват МЭЗ "Кропоткинский", "Михайловский ГОК" (ущерб 2,3 млрд. долл.!), сети элеваторов в Краснодарском крае (уголовные дела в ГСУ при ГУВД г. Москвы и СУ СК при МВД России по ЮФО), внешнеэкономического объединения "Автотрактороэкспорт" (уголовные дела в СУ при УВД ЦАО г. Москвы и ГСУ при ГУВД Кемеровской области)" [6, 7].

Некоторые практические работники считают возможным квалификацию рассматриваемых деяний по ст. 212 "Массовые беспорядки" и ст. 162 "Разбой" УК РФ <1>. При этом, однако, не учитывается, что концепция судебной защиты прав, предусмотренная ст. 46 Конституции РФ, позволяет недобросовестным участникам материальных отношений задействовать судебную процедуру без особых проблем для решения далеко не правовых целей. Достаточно письменно указать предусмотренное нормами Гражданского процессуального кодекса РФ и Арбитражного процессуального кодекса РФ содержание (ст. ст. 131, 132 и 125, 126 соответственно) в исковом заявлении, и задача выполнена. Именно этим сегодня недобросовестные участники общих гражданских правоотношений и предпринимательских в особенности. В части последних актуальной в современном российском бизнесе является проблема по захвату предприятий рейдерами с помощью судебных актов. Путь довольно надежен и обеспечен исполнением по соответствующему законодательству [8].

<1> См.: Первый судебный процесс над "черными" рейдерами начался в Екатеринбурге // vestnikao.ru/news/?id.

Согласно результатам исследования, проведенного в 2006 г. ВНИИ МВД России, основанного на анализе 100 обвинительных заключений по уголовным делам, связанным с рейдерством, правоохранительные органы:

В диссертационных исследованиях по праву также предпринимаются попытки провести анализ следственно-судебной практики. Так, по результатам изучения более 110 обвинительных заключений по уголовным делам, связанным с противоправными поглощениями, было установлено, что более 85% преступлений, связанных с рейдерством, квалифицируются по следующим статьям: 159, 160, 165, 168, 176, 179, 183, 185, 204, 210, 303, 327, 330 и некоторым другим статьям УК РФ [10]. Аналогичный перечень уголовно-правовых норм приведен в работах М.А. Сергеева, А.Э Козловского [11, 12].

В 2004 - 2008 гг. чаще всего (57,8%) эти деяния расценивались как мошенничество (ст. 159 УК РФ). Значительное число квалифицировано как подделка документов (ст. 327 УК РФ) - 15,8%, самоуправство (ст. 330 УК РФ) - 7,2%, преднамеренное банкротство (ст. 196 УК РФ) - 6,1%, неправомерные действия при банкротстве (ст. 195 УК РФ) - 2,2%, злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК РФ) - 2,0%, фальсификация доказательств (ст. 303 УК РФ) - 1,8%, превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) - 1,6%, присвоение или растрата (ст. 160 УК РФ) - 1,6%, кража (ст. 158 УК РФ) - 1,0%. По другим статьям УК РФ такие преступления квалифицировались в единичных случаях. Это статьи: вымогательство (ст. 163 УК РФ), причинение имущественного ущерба путем обмана (ст. 165 УК РФ), умышленное уничтожение имущества или повреждение имущества (ст. 167 УК РФ), легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления (ст. 174.1 УК РФ), незаконное получение или разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну (ст. 183 УК РФ), злоупотребления при эмиссии ценных бумаг (ст. 185 УК РФ), злостное уклонение от предоставления инвестору или контролирующему органу информации, определенной законодательством Российской Федерации о ценных бумагах (ст. 185.1 УК РФ), фиктивное банкротство (ст. 197 УК РФ), массовые беспорядки (ст. 212 УК РФ), злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), вынесение заведомо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта (ст. 305 УК РФ). В сумме они составили 3,1% [13, 14].

В противодействии рейдерству применимы такие нормы, как умышленные причинения тяжкого (ст. 111 УК РФ), средней тяжести (ст. 112 УК РФ), легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ), побои (ст. 116 УК РФ), незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ); при причинении вреда собственности - умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение имущества (ст. ст. 167, 168 УК РФ). Если совершается убийство в процессе захвата компании, оно, видимо, может расцениваться как убийство из корыстных побуждений (п. "з" ч. 2 ст. 105). Возможно применение ст. 330 "Самоуправство" УК РФ, поскольку нарушается порядок осуществления таких действий, суть которых состоит в обращении в судебные органы, получении судебного решения и исполнении его службой судебных приставов (путь очень долгий, потому и заменяемый быстрыми "масками-шоу"). Не исключены открытый и насильственный способы завладения ценными бумагами; при этом не только в результате хищений, но и посредством иных корыстных посягательств на собственность - вымогательств (ст. 163 УК РФ) и причинения имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием (ст. 165 УК РФ). Встречается в рейдерстве и другая группа посягательств, связанных с ценными бумагами, - преступления в сфере экономической деятельности, предусмотренные ст. ст. 185 и 185.1 УК РФ, поскольку, например, дополнительная эмиссия широко практиковалась рейдерами в конце девяностых годов и используется сейчас, хотя и в меньшем объеме (позитивное законодательство изменено, и тем самым закрыло в основном лазейки, которые ранее давали жизнь таким методикам) [15].

Рейдеры, оказывая психическое и физическое воздействие на акционеров, заставляли их продавать им акции. В УК РФ есть статья "Принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения". Это не нормы Гражданского кодекса РФ о недействительных и ничтожных сделках, которые оказались малоэффективными для защиты акционеров. Часть 2 ст. 179 УК РФ за принуждение к продаже акций с применением насилия или организованной группой предусматривает лишение свободы от пяти до десяти лет. Кража реестров и других документов юридического лица образует состав незаконного получения сведений, составляющих коммерческую тайну (ст. 183 УК РФ). Представление в регистрационные органы поддельных документов - это похищение документов и их подделка (ст. ст. 324, 327 УК РФ). Нотариусы, заверившие поддельные документы, отвечают за соучастие в преступлениях, которые они "легализовали", за должностные преступления, в том числе халатность, частные нотариусы - по ст. 202, а также за коммерческий подкуп. Мошенничество и самоуправство, причинение вреда здоровью, сопротивление представителю власти, служебные злоупотребления - все это предусмотрено в УК РФ. Обоснована квалификация и по ст. 210 УК РФ о создании преступного сообщества для совершения тяжких и особо тяжких преступлений. Практика научилась квалифицировать преступление захвата по следующим статьям УК РФ: 158, 159, 163, 303, 305, 315, 330 и даже по ст. 212 "Массовые беспорядки" и ст. 210 "Организация преступного сообщества". Поэтому предложение ряда юристов о введении в УК РФ новой нормы о преступном рейдерстве не вызывается необходимостью [16].

С этим мнением можно было согласиться, если практика применения указанных уголовно-правовых норм была бы достаточно представительной и эффективной. К сожалению, изучая такую практику, нельзя сделать ни того, ни другого вывода. Имеются лишь единичные случаи эффективной деятельности правоохранительных органов по привлечению к уголовной ответственности рейдеров по указанным статьям УК РФ. По этому поводу в отчете о результатах социологического исследования "Рейдерство как социально-экономический и политический феномен современной России" ("Центр политических технологий", г. Москва, май 2008 г.) отмечается следующее: "По самым скромным подсчетам, в год на каждые 10 тыс. рейдерских атак приходится всего 100 обвинительных приговоров. Можно посчитать эффективность рейдерского захвата, даже с нарушением существующих уголовно-правовых норм. Получается, что там только один из тысячи может быть привлечен к уголовной ответственности. Фактически минимальный риск. Страшнее ездить на автомобиле" [17]. Вполне справедливое и красноречивое замечание.

Анализ эмпирического материала (уголовные дела, приговоры судов) позволяет сделать предварительные выводы о квалификации уголовно наказуемых деяний данной категории.

В большинстве случаев органы предварительного расследования и суды квалифицируют рейдерские захваты предприятий по ст. 159 УК РФ как хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием (мошенничество).

При наличии явных признаков хищения (фактов подделки учредительных и правоустанавливающих документов, заявлений со стороны акционеров (участников) и руководителя предприятия о причинении им ущерба, отчуждения принадлежащих им долей в уставном капитале без их ведома) действия "захватчиков", действительно, следует квалифицировать по ст. 159 УК РФ. Таковыми признаны, например, действия по захвату ОАО "Тулабумпром", Сокольского целлюлозно-бумажного комбината, Мытищинского электромеханического завода [7. С. 37 - 42; 18].

Городским судом г. Чебоксары К. и П. признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ по факту захвата ОАО "Чебоксарский электроаппаратный завод", ООО "Ишлейский завод высоковольтной аппаратуры" и других предприятий и приговорены к семи и восьми годам лишения свободы [19].

Следует отметить, что органы предварительного следствия МВД и прокуратуры при направлении в суд уголовных дел о захватах предприятий, используют в основном данную квалификацию.

Так, ГСУ при ГУВД г. Москвы направлено в суд уголовное дело по факту покушения на хищение путем обмана и злоупотребления доверием акций ОАО "Михайловский ГОК" рыночной стоимостью 2,3 млрд. долл. К уголовной ответственности привлечено семь человек.

Установлен и привлечен к уголовной ответственности заказчик данного преступления, крупный предприниматель, у которого при обыске в офисе изъяты документы с планом захвата ГОКа и копии судебных решений, на основании которых на акции накладывался арест. Данному лицу заочно предъявлено обвинение, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, объявлен международный розыск. Действия всех обвиняемых квалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Председатель Ростовского арбитражного суда, вынесший неправосудное решение, был лишен судейских полномочий.

По статье 159 УК РФ также были квалифицированы действия генерального директора ОАО "Кристина" Ш. и ее заместителя Р., которые, приняв на себя юридическое обеспечение хозяйственной деятельности ОАО "Мытищинский электромеханический завод" и войдя в доверие к руководству завода, сфальсифицировали договор купли-продажи контрольного пакета акций, протокола собрания акционеров, на котором генеральный директор ОАО якобы был переизбран.

По документам генеральным директором стал Д., председателем совета директоров - Р., а членом совета директоров - Ш.

Втайне от руководства завода они представили в ИФНС Мытищинского района пакет подложных документов, свидетельствующих об изменении единоличного исполнительного органа <2>.

<2> Заявление с приложением решения (протокола собрания) учредителей и утвержденного устава общества (для ООО - еще и учредительного договора, если больше одного участника), а также документа об уплате госпошлины представляется непосредственно (при личной явке) в регистрирующий орган или пересылается по почте почтовым отправлением с объявленной ценностью и описью вложения. В течение пяти дней с момента принятия регистрирующим органом вносится соответствующая запись в ЕГРЮЛ и выдается лично или высылается по почте свидетельство о госрегистрации юридического лица. По требованию учредителя выдается выписка из ЕГРЮЛ с указанием подробной информации о юридическом лице, в том числе с указанием единоличного исполнительного органа.

Получив выписку из ЕГРЮЛ о том, что именно они являются полномочными руководителями завода, организовали захват при помощи сотрудников ЧОПа территории завода, вытеснив законную охрану и взяв завод под свой контроль. Захват закончился хищением оборудования, имеющего оборонное назначение(!), и распродажей материальных ценностей предприятия.

В 2005 г. СУ СК при МВД России по Центральному федеральному округу уголовное дело N 91229 направлено в суд. Согласно приговору суда подсудимые были осуждены: Ш. (15 лет) и Р. (14,5 лет) за хищение и легализацию контрольного пакета акций завода (п. п. "а" и "б" ч. 4 ст. 158, п. п. "а" и "б" ч. 3 ст. 159, п. п. "а" и "б" ч. 2 ст. 174.1 УК РФ).

Другой пример - в сентябре 2007 г. гендиректор ООО "Веста" В. и его заместитель С., приняв на себя юридическое обеспечение хозяйственной деятельности ОАО "Кордун", с целью захвата предприятия подделали договор купли-продажи 432 акций ОАО "Кордун", устав предприятия и протокол очередного собрания акционеров, в результате чего стали владельцами 52% голосующих акций.

Далее указанными лицами был составлен фиктивный протокол внеочередного собрания акционеров, которым был снят с должности генеральный директор ОАО "Кордун" и назначен новый - В. Затем при поддержке ЧОП был осуществлен силовой захват здания ОАО "Кордун".

Мытищинским городским судом Московской области В. и С. были осуждены по ч. 4 ст. 159 УК РФ <3>. Есть и другие примеры, в том числе из следственной практики прокуратуры.

<3> См.: Постановление Мытищинского городского суда Московской области от 14 декабря 2007 г. // Архив Мытищинского городского суда Московской области.

Так, СУ СК при прокуратуре РФ по Тверской области 21 января 2009 г. направлено в суд уголовное дело в отношении Б. и К., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в связи с незаконным приобретением права на имущество ОАО "Тверской ДСК".

В апреле 2010 г. Центральный районный суд г. Омска приговорил за попытку захвата строительной организации "Передвижная механическая колонна N 6" бывшего директора конструкторского института "Омский Промстрой-проект" П. к 3,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима (уголовное дело расследовалось СУ СК при прокуратуре РФ по Омской области). Осужденный признан виновным в покушении на мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

В юридической практике Прииртышья это первый случай, когда рейдер оказался на скамье подсудимых. Ранее подобные уголовные дела "разваливались", не доходя до суда из-за отсутствия достаточной доказательной базы.

Имеют место случаи переквалификации действий подозреваемых в ходе расследования уголовного дела.

Так, не стало исключением уголовное дело N 395609 по обвинению Г., П. и др., возбужденное по факту хищения акций ЗАО "Корпорация "Уралинвестэнерго" (ГСУ при ГУВД Свердловской области, 2006 г.). Первоначально уголовное дело было возбуждено по ст. 158 УК РФ, однако по указанию Генпрокуратуры России действия обвиняемых были переквалифицированы по ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Суд подтвердил правильность такой квалификации, признав П. и Г. виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, и назначив: П. - наказание в виде лишения свободы на срок 5,5 лет и штраф 500 тыс. руб.; Г. - наказание в виде лишения свободы на срок пять лет и штраф 500 тыс. руб.

Суд также удовлетворил гражданский иск потерпевшего А. (по факту причиненного материального ущерба), взыскав солидарно с осужденных в пользу потерпевшего 74982,918 руб. 40 коп. <4>.

<4> См.: Приговор Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 20 июня 2007 г.

Разумеется, ст. 159 УК РФ является основной, и ей, как правило, сопутствует целый комплекс иных составов преступлений. В качестве доказательств совершения хищения могут расцениваться в том числе и факты перехода права собственности на предприятие к самим подозреваемым или подконтрольным (аффилированным) организациям, распродажи или других способов перевода активов предприятия в собственность иных юридических лиц, "сворачивания" производства, а также сдачи в аренду или отчуждения недвижимого имущества предприятия. Один из главных элементов объективной стороны состава данного преступления - обман или злоупотребление доверием законных собственников предприятия, что выражается в фальсификации правоустанавливающих документов и регистрации их под видом подлинных в органах исполнительной власти либо посредством юридического лица, осуществляющего регистрацию прав акционеров (регистратора).

Примером такой ситуации является уголовное дело N 640400, расследованное СУ СК при Прокуратуре РФ по Челябинской области в 2007 г. Обвинение было предъявлено восьми участникам преступного сообщества по следующим статьям УК РФ: п. "а" ч. 4 ст. 158, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 303, ст. 173, ч. 4 ст. 174.1, ч. 1 ст. 210, ч. 1 и 3 ст. 327.

Список литературы

  1. Федоров А.Ю. Практика уголовно-правовой квалификации рейдерских поглощений // Уголовное право. 2010. N 2. С. 77 - 82.
  2. Федоров А.Ю. Правовые нормы против рейдерства // Законы России: опыт, анализ, практика. 2010. N 9. С. 79 - 86.
  3. Федоров А.Ю. Антирейдерская реформа уголовного законодательства // Адвокат. 2010. N 10.
  4. Федоров А.Ю. Совершенствование уголовно-правового механизма противодействия незаконной дополнительной эмиссии акций // Российский следователь. 2010. N 12. С. 19 - 22.
  5. Федоров А.Ю. Актуальные проблемы, возникающие при расследовании корпоративных преступлений // Адвокат. 2010. N 12.
  6. Алексеев Ю. Рейдеры атакуют // Финансовый контроль. 2005. N 11 (48).
  7. Сычев П.Г. Хищники: теория и практика рейдерских захватов. М., 2011. С. 53 - 58.
  8. Кузбагаров А.Н. Досудебный порядок урегулирования конфликтов частноправового характера как один из правовых механизмов в выявлении действительности спора // Арбитражный и гражданский процесс. 2005. N 12. С. 21.
  9. Методические рекомендации ВНИИ МВД России "Организация и тактика выявления, пресечения и раскрытия преступлений, совершаемых с целью за владения контрольным пакетом акций". М., 2006. С. 7.
  10. Прожерина А.Н. Криминологическое изучение и предупреждение преступлений, связанных с противоправным поглощением юридических лиц (рейдерством): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010. С. 15.
  11. Сергеев М.А. Особенности методики расследования преступлений, связанных с присвоением прав на владение и управление предприятиями и организациями: Дис. ... канд. юрид. наук. Тюмень, 2008. С. 37 - 41.
  12. Козловская А.Э. Уголовно-правовая охрана имущества юридических лиц от незаконных корпоративных захватов (криминологическое и уголовно-правовое исследование): Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2009. С. 130 - 136.
  13. Зенкин А.Н. Методика расследования преступлений, связанных с незаконным захватом ("недружественным поглощением") организаций с использованием подложных документов: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010. С. 5, 6.
  14. Защита субъектов предпринимательской деятельности от криминальных угроз: криминологический аспект / Под ред. А.П. Гуляева. М.: НИИ Академии Генпрокуратуры РФ, 2008. С. 17, 18.
  15. Лопашенко Н.А. Рейдерство // Законность. 2007. N 4.
  16. Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: Лекции по спецкурсу "Основы квалификации преступлений". М.: Городец, 2007. С. 223 - 225.
  17. Рейдерство как социально-экономический и политический феномен современной России // Неотложная правовая помощь: Информационно-аналитический бюллетень. М., 2008. С. 13 - 26.
  18. Сычев П.Г. Уголовно-правовой анализ недружественных поглощений // Корпоративный юрист. 2006. N 2.
  19. Манахов С.А., Акжигитов Р.И., Сычев П.Г. Расследование преступлений, связанных с незаконным захватом предприятий // Методический обзор. М.: Следственный комитет при МВД России, 2005. С. 3.

/"Право и экономика", 2011, N 11/

Суды в ряде случаев не усматривают в действиях лиц, захвативших имущественные комплексы юридических лиц, составы других видов хищений (грабеж, разбой), квалифицируя их деяния по ст. 330 УК РФ ("Самоуправство").

Такой квалификации способствует наличие (в определенных случаях) у "захватчиков" решений судов о применении обеспечительных мер в виде предписания не чинить препятствий новому исполнительному органу юридического лица, запрета старому руководству исполнять свои обязанности и т.д.

При наличии решения суда, вынесенного с соблюдением процессуальных требований, действия по реализации этого решения вопреки установленному порядку (например, без возбуждения исполнительного производства), действительно являются самоуправством и должны квалифицироваться по ст. 330 УК РФ. Если при возбуждении исполнительного производства судебный пристав превысил свои полномочия, в отношении его может быть возбуждено уголовное дело по ст. 286 УК РФ.

В декабре 2004 г. охране банка "Национальный капитал" было предъявлено определение Арбитражного суда Московской области о запрете препятствовать действиям "нового" руководителя <1>. Именно поэтому охрана бездействовала, когда банк захватывали неизвестные лица с применением физической силы и бейсбольных бит. В течение часа охрана банка была заменена, и банк удерживался неизвестными лицами. Действия данной группы рейдеров, захвативших банк с применением физической силы и подручных предметов, использовавшихся в качестве оружия, квалифицированы как разбой, совершенный с целью завладения имуществом в особо крупном размере (ст. 162 УК РФ). Благодаря решительным действиям сотрудников ГУВД 40 человек были задержаны по подозрению в совершении преступления, восемь из них были арестованы.

<1> При этом был нарушен порядок исполнения решения судебных органов Российской Федерации.

Однако изучение уголовного дела в СК при МВД РФ показало, что данная квалификация ошибочна, так как многие задержанные лица не подозревали, что участвуют в противоправной деятельности, накануне заключили контракт на работу охранниками в этом банке и о цели хищения не догадывались. В ходе следствия не было установлено умысла, свидетельствующего о намерениях завладеть денежными средствами.

8 ноября 2005 г. Басманный суд г. Москвы за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ (самоуправство, совершенное с применением насилия), приговорил восемь человек к наказанию в виде лишения свободы сроком на один год.

Аналогичное решение было вынесено Зеленоградским судом г. Москвы при рассмотрении уголовного дела по обвинению С. в совершении преступлений, предусмотренных п. "б" ч. 3 ст. 161, ч. 2 ст. 330, ст. 325 УК РФ, по факту захвата ОАО "Ассоциация "Арис".

С., намереваясь отстранить от исполнения обязанностей законного руководителя указанного ОАО К., имея зарегистрированный в ИМНС РФ по г. Солнечногорску фиктивный протокол об избрании гендиректором ОАО "Ассоциация "Арис" Л., заключил договор с ЧОП "М-Вижн" на оказание охранных услуг. Совместно с указанным ЧОПом С. вторгся в офис данного ОАО, завладел документами акционерного общества, а также причинил легкий вред здоровью К. и Ш., выталкивая их из офиса. Кроме того, С. похитил личные документы К.

Суд счел недоказанным умысел С. на хищение чужого имущества и личных документов, исключив из обвинения ст. ст. 161 и 325 УК РФ, признав его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Физическое вторжение на территорию захватываемого предприятия, сопряженное с нанесением телесных повреждений обороняющейся стороне, повреждением имущества, применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, если в таких действиях содержатся признаки нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, порой квалифицируется даже по ст. 213 УК РФ ("Хулиганство"). Примером является уголовное дело, возбужденное по факту захвата ЗАО "Пермский фанерный завод".

ГСУ при ГУВД Пермской области квалифицированы по ст. 213 УК РФ действия лиц, организовавших захват ЗАО "Пермский фанерный завод". Уголовное дело было соединено в одно производство с уголовным делом в отношении Б., В. и др. по ст. 330 УК РФ ("Самоуправство"), которое направлено в суд, в судебном заседании прекращено в связи с примирением сторон.

По статье 213 были квалифицированы следствием действия по захвату в 2009 г. нефтеперерабатывающего завода в Ростове-на-Дону и телецентра "Альтаир" в Туле. Количество участников захвата в обоих случаях насчитывало более 200 человек, которые были вооружены охотничьим и травматическим оружием [1, с. 97].

В ряде случаев действия рейдеров квалифицируются по ст. 212 УК РФ. Так, ГСУ при ГУВД Свердловской области деяния, связанные с незаконным силовым разрешением корпоративного спора, были квалифицированы как организация и участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся насилием, погромами, уничтожением имущества, оказанием вооруженного сопротивления представителям власти (ч. ч. 1, 2, 3 ст. 212 УК РФ).

5 декабря 2003 г. к административному зданию рыночного комплекса ОАО "Оборонснабсбыт" прибыли более 200 человек <2> в камуфляжном обмундировании и шлемах "Сфера". Представившись сотрудниками милиции, они предъявили подлинное решение суда и потребовали от службы безопасности предоставить им беспрепятственный проход в помещения. Получив отказ, они взломали двери и избили сотрудников охраны. Часть из нападавших направились в административное здание, а другие стали выгонять работников производственной территории за ее пределы. Начальник охраны был выброшен из окна второго этажа.

<2> За месяц до этого события в печати (и на местном телевидении) появились публикации о наборе мужчин для работы вахтовым методом, а также о времени и месте проведения предварительных сборов. В общественных местах были проведены предварительные встречи с лицами, желающими работать в качестве сторожей и охранников, составлены списки, было сообщено о дне, времени и месте встречи для выезда на работу. На этих встречах рассказывалось об условиях и графике работы, размере оплаты труда и порядке предоставления жилья. Сбор был назначен на территории мясокомбината, где этих лиц накормили и одели, вооружили и раздали радиостанции, выдали нарукавные повязки зеленого цвета и распределили по отрядам.

С целью завладеть огнестрельным оружием нападавшие попытались взломать дверь оружейной комнаты службы охраны ОАО, а также проникнуть в помещения банка, расположенные в административном здании. Лишь спустя девять часов сотрудникам ОВД удалось пресечь беспорядки.

В результате применения насилия трем работникам ОАО и двум сотрудникам милиции были причинены телесные повреждения, изгнаны с рабочих мест продавцы и покупатели рынка. Остановкой производства причинен ущерб в виде упущенной выгоды в размере более 300 тыс. руб. Противоправные действия повлекли причинение имущественного ущерба на общую сумму более 3 млн. руб. (!) Результатом преступных действий, совершенных в дневное время в публичном месте, явилась дезорганизация функциональной деятельности общества в течение последующих 12 месяцев (!).

Производство по данному уголовному делу окончено. В апреле 2008 г. Свердловским областным судом все подсудимые (9 человек) были осуждены, в том числе основной фигурант уголовного дела - екатеринбургский "предприниматель" Ф., стоящий за большинством рейдерских захватов в Уральском регионе (9 лет лишения свободы со штрафом 1 млн. руб.). Суд признал его виновным в совершении ряда преступлений: мошенничество (ч. 4 ст. 159), организация массовых беспорядков (ч. 3 ст. 212), фальсификация доказательств (ч. 3 ст. 303), а также изготовление поддельных документов (ч. 2 ст. 327). Судья арбитражного суда, вынесший неправосудное решение в пользу Ф., был осужден по ст. 305 УК РФ на 4 года лишения свободы.

При захвате предприятия иногда выдвигаются незаконные требования о передаче имущества под угрозой применения насилия. Данные действия квалифицируются по ст. 163 УК РФ ("Вымогательство"). Например, в мае 2010 г. в Забайкальском крае группа лиц под угрозой оружия заставила участников ООО подписать договоры дарения своих долей, по факту чего следствие возбудило уголовное дело по ст. 163 УК РФ [1, с. 95].

Другое деяние, внешне схожее с вымогательством, - принуждение к совершению сделки или к отказу от ее совершения (ст. 179 УК РФ). Различие между ними состоит лишь в более узком объекте преступления, в данном случае - не прямое вымогательство собственности, а воспрепятствование сделке или, наоборот, принуждение к сделке вопреки интересам собственника.

В ряде случаев имеет место сбор информации частного рода и характера, носящей компрометирующий характер. Информация собирается в отношении мажоритарного акционера и (или) должностного лица с целью последующего применения данной информации против последних (шантаж). Такие действия квалифицируются по ст. 137 ("Нарушение неприкосновенности частной жизни") и ст. 138 ("Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений") УК РФ.

Отдельной квалификации по ст. 183 УК РФ заслуживает неправомерный доступ к содержащейся в реестре акционеров информации для ее использования в преступных целях. Причем по данной статье к ответственности могут быть привлечены как лица, осуществляющие незаконным способом сбор сведений, составляющих коммерческую тайну (по ч. 1 ст. 183 УК РФ), так и лица, незаконно разгласившие сведения служебного характера, которые были доверены или стали известны им в ходе работы (по ч. 2 ст. 183 УК РФ). В число последних входят сотрудники и руководители фирмы-регистратора. В качестве примера можно привести уголовное дело по факту разглашения информации, содержавшейся в реестре АОЗТ "Москомплектмебель". Результатом доступа к реестру стала скупка акций АОЗТ у физических лиц с последующей попыткой захвата предприятия, предотвращенной силами трудового коллектива [2].

В случае выявления фактов использования подложных документов следует обращать внимание на две особенности. Подделка документа и его использование преследуются по ст. 327 УК РФ в том случае, если этот документ является официальным и предоставляет права или освобождает от обязанностей. Если же он подделан с целью совершения мошенничества, то квалификации по ч. 1 указанной статьи подлежит только сам факт подделки, а использование поддельного документа охватывается диспозицией ст. 159 УК РФ. В случае если поддельный документ изготовлен и использован в суде в качестве доказательства по гражданскому делу, данное деяние квалифицируется по ч. 1 ст. 303 УК РФ.

В ряде случаев имеют место факты уклонения от уплаты налогов: применяется в целях юридической ликвидации предприятия; используется при выводе активов с предприятия; зачастую применяется с использованием "административного" ресурса (в том числе при участии ФНС). Такие действия квалифицируются по ст. 199 УК РФ ("Уклонение от уплаты налогов и (или) сборов с организации").

Действия руководителя коммерческой организации по неправомерному отчуждению активов, незаконному перераспределению финансовых потоков, формированию искусственной кредиторской задолженности, а также иные действия, противоречащие интересам организации и причинившие ей вред, могут быть квалифицированы по ст. 201 УК РФ, а при наличии документов, устанавливающих полную материальную ответственность руководителя, - по ст. 160 УК РФ. Если в результате таких действий возбуждена процедура банкротства юридического лица, руководителю может быть инкриминировано преступление, предусмотренное ст. 196 УК РФ, а в случае вывода активов с переводом денежных средств за границу в офшорные компании - преступление, предусмотренное ст. 193 УК РФ.

Возможно в соответствующих случаях (например, когда незаконно избранный гендиректор АО (смена исполнительного органа произошла путем внесения ложных сведений в ЕГРЮЛ) осуществляет сделки по неправомерному отчуждению активов) также вменение ст. 174.1 УК РФ ("Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления").

Вытеснение акционеров - сторонников прежнего руководства может производиться путем так называемого размывания пакета акций, т.е. регистрации дополнительной эмиссии акций и размещения ее среди своих единомышленников, в результате чего процентное соотношение акций изменяется в пользу последних. Представление подложных протоколов, учредительных и иных документов при регистрации проспекта акций может быть квалифицировано как злоупотребление при выпуске ценных бумаг, т.е. по ст. 185 УК РФ.

Иногда для оказания давления на акционеров, не желающих продавать свои акции, в их адрес поступают прямые угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Такие действия квалифицируются по ст. 119 УК РФ. Кроме того, встречаются случаи похищения акционеров или руководителей АО (используется для склонения акционеров или руководителей АО к принятию выгодных решений и оказыванию содействия криминальному завладению юридическим лицом). Такие действия квалифицируются по ст. 126 УК РФ.

В рейдерских схемах активную роль играет "административный" ресурс. Он используется в целях оказания давления на заведомую жертву "конфликта" для создания препятствий в деятельности предприятия, например привлечения к административной ответственности, отзыва лицензии при отсутствии законных оснований. Одна из сторон "конфликта" может способствовать получению преимуществ. Такие действия квалифицируются по ст. 285 УК РФ ("Злоупотребление должностными полномочиями").

В случае если в проверках юридического лица, намеченного к рейдерскому захвату, участвует должностное лицо, которое на самом деле полномочий для проверки не имеет, такие действия квалифицируются по ст. 286 УК РФ (Превышение должностных полномочий).

Не являются редкими случаи откровенного давления на следствие со стороны различных чиновников, находящихся в коррупционных взаимоотношениях с рейдерами. Как правило, имеет место ситуация, когда в исходе спора заинтересованы высокопоставленные представители власти, действующие на стороне преступников. Здесь применяется ст. 294 УК РФ ("Воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования").

В случае вынесения неправосудного решения судьей арбитражного суда такие действия следует квалифицировать по ст. 305 УК РФ. Примером является ситуация с ООО "Триона сервис".

Судья Арбитражного суда Ингушетии Ц. по иску московского ООО "Триона сервис" в сентябре 2003 г. к Кропоткинскому МЭЗу в Краснодарском крае на 913 тыс. руб. о якобы причиненном ущербе из-за поставки некачественного рапсового масла обратил взыскание на 43% акций завода "Кропоткинский", выдав в тот же день исполнительные листы, на основании которых спустя всего два дня состоялся силовой захват завода. По данному факту неправосудного решения судьи Генпрокуратурой РФ в 2006 г. было возбуждено уголовное дело в отношении Ц. по ч. 1 ст. 305 УК РФ.

Следует заметить, что в ряде случаев суды вообще не усматривают состава преступления в действиях, связанных с захватами предприятий.

Так, Преображенский районный суд г. Москвы оправдал братьев Т.-1 и Т.-2, обвинявшихся в совершении преступлений, предусмотренных ч. ч. 2, 3 ст. 159 и ч. 2 ст. 174.1 УК РФ, выраженных в хищении акций и фактическом захвате одного из ЗАО, а также последующей перепродаже акций ЗАО третьим лицам. В оправдательном приговоре суд указал, что между подсудимыми и потерпевшим имели место гражданско-правовые отношения, явившиеся следствием корпоративного конфликта, связанного с осуществлением руководства предприятием и владением контрольным пакетом акций, который должен решаться в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства. Данное решение было вынесено также в связи с тем, что действовали неотмененные решения арбитражного суда. Кассационной инстанцией приговор оставлен без изменений.

Имеют место случаи возвращения судом уголовных дел в порядке ст. 237 УПК РФ.

Так, Таганским районным судом г. Москвы 23 мая 2008 г. в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено уголовное дело по обвинению Т. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ. Основанием для его возвращения послужило отсутствие в обвинительном заключении указания на место совершения преступления, в связи с чем нельзя было определить подсудность уголовного дела. По аналогичным основаниям в январе 2008 г. Басманным районным судом г. Москвы возвращено уголовное дело по обвинению Б. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ. Данные уголовные дела расследовались органами прокуратуры.



Таким образом, преступления совершаются при: сделках с акциями; назначении нового исполнительного органа; организации и проведении повторных собраний; распространении влияния на решения общих собраний акционеров; регистрации эмиссии ценных бумаг; выработке решения совета директоров; регистрации перехода прав на недвижимость; внесении изменений в реестр акционеров, в ЕГРЮЛ и учредительные документы; вынесении решения судом; отчуждении имущественных комплексов.

С 2010 г. начала формироваться практика применения уголовно-правовых норм, которыми УК РФ был дополнен в июле этого года (ст. ст. 170.1, 185.5, 285.3 и ч. 3 ст. 185.2).

Так, СУ СК при прокуратуре РФ по Костромской области осенью 2010 г. возбуждено уголовное дело по ст. 185.5 УК РФ. Следствием установлено, что один из участников хозяйственного общества, который обладал относительно крупной долей участия в его уставном капитале, счел ненужным сообщить остальным участникам о проведении общего собрания и без их участия принял решение о смене генерального директора общества.

В этой ситуации именно благодаря новой уголовно-правовой норме удалось пресечь вывод активов компании уже на начальном этапе, т.е. когда было принято незаконное управленческое решение о смене органа управления общества.

Другой пример: СУ СК РФ по Республике Марий Эл 25 февраля 2011 г. возбуждено уголовное дело N 100024 по ч. 1 ст. 185.5 УК РФ. В ходе расследования установлено, что участник ООО "МИК" С.-1, не уведомив второго участника данного общества С.-2 о проведении общего собрания участников, изготовил протокол общего собрания участников общества от 10 декабря 2010 г. N 2, в который внес сведения о принятии решения об увеличении уставного капитала общества путем внесения в него С.-1 денежных средств в сумме 40 тыс. руб., с последующим распределением долей участников в уставном капитале общества пропорционально размерам вкладов, а именно: С.-1 - 90%, С.-2 - 10%. При этом подпись С.-2 в протоколе общего собрания была подделана.

Здесь следует отметить следующее. Внесение в протокол общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества, протокол заседания совета директоров хозяйственного общества и иные документы, отражающие ход и результаты голосования, заведомо недостоверных сведений может квалифицироваться по ст. 185.5 УК РФ только в тех случаях, когда собрание акционеров (участников) или заседание совета директоров в действительности проведено и фальсификационные действия совершались кем-либо из лиц, уполномоченных вносить подобные сведения в указанные документы и (или) подписывать их <3>.

<3> Протокол общего собрания акционеров составляется не позднее трех рабочих дней после закрытия общего собрания в двух экземплярах и подписывается председательствующим на общем собрании и секретарем собрания (п. 1 ст. 63 Закона об АО от 26 декабря 1995 г.). Протокол об итогах голосования составляется счетной комиссией и подписывается ее членами, а в случае ее отсутствия - лицом, осуществляющим ее функции, например регистратором или уполномоченным им лицом (п. 1 ст. 62 Закона об АО от 26 декабря 1995 г., п. 5 Положения о дополнительных требованиях к порядку подготовки, созыва и проведения общего собрания акционеров, утв. Постановлением ФКЦБ России от 31 мая 2002 г. N 17/пс).

Под статью 185.5 УК РФ подпадают также действия указанных уполномоченных составлять и подписывать документы лиц по внесению в протокол и иные документы, отражающие ход и результаты голосования, поддельной подписи от имени кого-либо из лиц, имеющих право на участие в голосовании, в целях фальсификации его голоса. Дополнительной же квалификации деяния по ст. 327 УК РФ не требуется, так как состав ст. 185.5 уже охватывает эти действия.



Если же общее собрание акционеров (участников) или заседание директоров общества не проводилось, протокол общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или протокол заседания совета директоров, выписка из него или иные документы полностью подделывались лицами, не имеющими права составлять или подписывать подобного рода документы, содеянное не может быть квалифицироваться по ст. 185.5 УК РФ. Если подобный подложный документ представляется в ИФНС для госрегистрации изменений уставного капитала общества или органов его управления, в зависимости от иных обстоятельств дела деяние может квалифицировано по ч. 1 ст. 170.1 УК РФ. Дополнительной же квалификации по ст. 327 УК РФ также не требуется, так как протокол общего собрания акционеров (участников) общества и ЕГРЮЛ не являются официальными документами.

Примером является уголовное дело N 706508, возбужденное 5 августа 2010 г. по ст. 170.1 УК РФ (СУ СК РФ по г. Москве). Расследованием установлено, что 12 июля 2010 г. в Межрайонную ИФНС России N 1 по Мурманской области неустановленным лицом были представлены заявление по форме N Р14001, содержащее заведомо ложные сведения о назначении на должность гендиректора ЗАО "Беломорская нефтебаза" С., а также соответствующее подложное решение единственного акционера ЗАО от 5 июля 2010 г.

Фальсификация решения общего собрания акционеров (участников) хозяйственного общества или решения совета директоров с последующим представлением регистрирующему органу документа, в котором отражено такое решение, для внесения соответствующих недостоверных данных в ЕГРЮЛ образует реальную совокупность преступлений, предусмотренных ст. ст. 185.5 и 170.1 УК РФ.

Требует разъяснения и другой вопрос. Одними из существенных отличий составов преступлений, предусмотренных ст. 170.1 и ч. 3 ст. 185.2 УК РФ, являются признаки субъекта преступления. Деяние, предусмотренное ч. 3 ст. 185.2 УК РФ, совершается исключительно лицом, обладающим полномочиями по внесению записей и изменений в реестр владельцев ценных бумаг, в то время как преступление, предусмотренное ст. 170.1 УК РФ, может совершаться в том числе лицом, не обладающим такими полномочиями. Если представитель эмитента, самостоятельно ведущего реестр акционеров, вносит в него заведомо недостоверные данные, деяние следует квалифицировать по ч. 3 ст. 185.2 УК РФ. Последующая передача сфальсифицированного списка владельцев ценных бумаг профессиональному участнику рынка ценных бумаг - специализированному регистратору образует состав преступления по ч. 1 ст. 170.1 УК РФ (деяния должны быть квалифицированы по двум статьям).

Всего с 5 июля 2010 г. по 1 апреля 2011 г. СК РФ было возбуждено 51 уголовное дело по ст. 170.1 и 26 - по ст. 185.5 УК РФ, из которых 11 направлено в суд (ст. 170.1 - 6, ст. 185.5 - 5) [3].

Таким образом, в процессе рейдерского поглощения юридических лиц совершаются преступления, предусмотренные главами 16, 19, 21 - 24, 30, 31 УК РФ. Однако кажущаяся разрозненность родовых и видовых групп преступлений в то же время таковой не является. Возникает вопрос: какие причины заставляют следователей расследовать столь разнородные преступления в едином комплексе?

Представляется, что востребован комплексный подход в расследовании рейдерских поглощений юридических лиц, который обусловлен следующими обстоятельствами:



все преступления, несмотря на разную видовую и родовую принадлежность, совершаются в одной объединяющей их сфере экономической деятельности;

предметом преступного посягательства являются имущественные комплексы юридических лиц. Перевод их от законных владельцев в чужую собственность невозможен без совершения серии преступлений, относящихся к различным видам и родам;

совокупность преступлений носит не случайный (ситуативный) характер, а объединена общим корыстным мотивом и умыслом участников организованной преступной группы.

О криминальном характере рейдерства свидетельствует механизм преступной деятельности, который охватывает определенные, типичные для такого захвата процедуры.

Преступная деятельность по захвату хозяйствующего субъекта и его активов является сложным, динамичным, длящимся процессом, состоящим из нескольких криминальных и некриминальных операций или поэтапно совершаемых отдельных преступлений, объединенных конечной целью, в связи с чем механизм данной преступной деятельности сопряжен с механизмами отдельных преступлений.

Любое противоправное поглощение предполагает использование ряда механизмов, свойственных в той или иной степени всем случаям захвата. Эти механизмы выстраиваются в единую цепочку, собственно и составляющую процесс преступного поглощения. В ряде случаев звенья этих механизмов могут меняться местами, некоторые из них могут не присутствовать в каждом конкретном случае.



Изученная практика позволяет классифицировать преступления, совершаемые в ходе рейдерских захватов, на преступления, сопутствующие реализации конечной цели, преступления, совершение которых позволяет непосредственно осуществить перехват права, и преступления, направленные на легализацию криминальной прибыли (доходов, полученных преступным путем).

К первой группе (опосредованно влияющей на рейдерский захват) относятся преступления, уголовная ответственность за которые предусмотрена следующими статьями УК РФ: 137, 138, 160, 169, 170, 170.1, 183, 185.1 - 185.5, 204, 210, 285.3, 299, 325, 327.

Ко второй группе преступлений (совершение которых направлено на непосредственное осуществление перехвата права) следует отнести деяния, предусмотренные статьями УК РФ: 119, 126, 127, 159, 162, 163, 179, 185, 196, 212, 285, 286, 291, 292, 303, 305, 330.

К третьей группе следует отнести два преступления, предусмотренные ст. ст. 174 и 174.1 УК РФ.

Практическое значение данной классификации заключается в следующем:

подтверждается сложность преступной деятельности по криминальному присвоению прав на владение и управление хозяйствующими субъектами и их активами, заключающаяся в множественности преступлений, совершаемых для достижения одной конкретной и единой цели. Это значит, что механизм преступной деятельности складывается из ряда последовательных процессов криминальной направленности;

наглядно демонстрируется и подтверждается возможность условного деления преступной деятельности на три этапа: подготовительный к рейдерскому захвату хозяйствующего субъекта; непосредственный его рейдерский захват; заключительный этап, связанный с легализацией незаконно полученных активов.



Все эти этапы - звенья единой цепи. В то же время каждый из них может рассматриваться в качестве целостного, относительно самостоятельного процесса, в известной мере автономного вида целенаправленной криминальной деятельности.

Таким образом, особенностью рейдерства является совершение не одного, а совокупности преступлений, объединенных единым умыслом. Эта система преступлений в целом складывается в организованную преступную деятельность.

Следует обратить внимание на то, что рейдерские захваты - это целеустремленная деятельность, которая стала отдельным криминальным бизнесом. С криминологической точки зрения это указывает на продолжающееся развитие экономических отношений в России по криминальному вектору. В этом состоит удручающий итог реформирования экономики в стране.

Список литературы

  1. Сычев П.Г. Хищники: теория и практика рейдерских захватов. М., 2011.
  2. Сычев П.Г. Уголовно-правовой анализ недружественных поглощений // Корпоративный юрист. 2006. N 2.
  3. Обзор практики применения новых положений уголовного законодательства Российской Федерации о противодействии рейдерству от 11 августа 2011 г. N 211-24016-11. М.: СК РФ, 2011.