Мудрый Юрист

Реформа порядка пересмотра судебных решений по уголовным делам: надзор

А.В. СМИРНОВ

Сведения об авторе:

Смирнов Александр Витальевич, доктор юр. наук, профессор, советник Конституционного Суда РФ, действительный государственный советник юстиции РФ 3 класса, заслуженный юрист РФ.

Федеральным законом от 29 декабря 2010 г. N 433-ФЗ в УПК РФ внесены законодательные новеллы (введены новые главы 45.1, 47.1 и 48.1), которые полностью вступают в действие с 1 января 2013 г., серьезно изменяя систему пересмотра судебных решений в апелляционном, кассационном и надзорном порядке. В двух предыдущих статьях нами был дан обзор новаций апелляционного и кассационного пересмотра. В этой статье речь пойдет о пересмотре судебных решений в порядке надзора и тех его особенностях, которые были привнесены в него новым Законом. Они состоят в следующем.

  1. Пересмотр судебных решений в порядке надзора существенно изменил свою форму. Необходимо отметить, что ее правомерность в прежней редакции Закона вызывала серьезные сомнения. Так, согласно правовой позиции Европейского суда по правам человека сохранение в российском судопроизводстве процедуры отмены в порядке надзора (и по гражданским, и по уголовным делам) вступивших в законную силу судебных решений может сделать право на доступ к суду иллюзорным и нарушить принцип правовой определенности (за исключением случаев, когда посредством отмены окончательных решений не исправляются лишь "фундаментальные нарушения" закона). Полномочия вышестоящих судов по пересмотру судебных решений должны осуществляться исключительно в целях исправления грубых судебных ошибок и несправедливости при отправлении правосудия, а не ради повторного рассмотрения дела ввиду несогласия с решением суда (оценкой доказательств или юридической оценкой фактов) той или иной стороны или вышестоящей судебной инстанции <1>. Новая регламентация пересмотра судебных решений в порядке надзора, изложенная в данной главе, учитывает эту позицию Страсбургского суда.
<1> См.: Тумилович против России от 22 июня 1999 г.; относительно приемлемости жалобы Питкевич против России от 08.02.2001; Рябых против России от 24 июля 2003 г. (п. 56 - 58); относительно приемлемости жалобы Бердзенишвили против России от 29 января 2004 г.; Волкова против России от 5 апреля 2005 г. (п. 34 - 36); Росэлтранс против России от 21 июля 2005 года (п. 27 - 28); Кот против России от 18 января 2007 г. (п. 24), Проценко против России от 31 июля 2008 г. (п. 25 - 34), Тишкевич против России от 4 декабря 2008 г. (п. 25 - 26); Стрельцов и другие "новочеркасские военные пенсионеры" против России от 29 июля 2010 г.; Таянко против России от 2 сентября 2010 г. и др.

Надзорное производство по уголовным делам по смыслу статей 17 (часть 3), 46, 50 (часть 3), 52, 55 (часть 3), 118 и 126 Конституции Российской Федерации призвано обеспечить исправление судебных ошибок путем пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений, с тем чтобы - исходя из принципов справедливости, соразмерности и правовой безопасности - гарантировать эффективную защиту конституционных ценностей, прежде всего прав и свобод человека и гражданина <2>.

<2> См.: п. 3.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 11 мая 2005 г. N 5-П.

Вместе с тем Президиум Верховного Суда Российской Федерации остается теперь единственной надзорной инстанцией. С учетом того, что не только надзорная, но и кассационная процедура серьезно ограничена в возможностях пересмотра дела ввиду неправильного разрешения его по существу (ст. 401.15 и 412.9 УПК РФ), а апелляционный пересмотр в основном сосредоточен в судах субъектов Федерации и равных им судах (за исключением случаев, указанных в пунктах ч. 3 ст. 412.1 УПК РФ), обжалование доказанности виновности лица в совершении преступления, т.е., по существу, решения по главному вопросу уголовного дела, в большинстве случаев не сможет выйти за пределы судопроизводства местного уровня. Принимая во внимание исторические традиции российского массового правосознания, привыкшего искать последнюю защиту от произвола удаленных от центра местных правителей именно у верховной власти, это может привести к негативным последствиям в виде роста числа граждан, недовольных осуществлением правосудия, что чревато увеличение количества жалоб в ЕСПЧ.

  1. Кто вправе обращаться в Верховный Суд РФ в порядке надзора? Рассматривая вопросы, связанные с обеспечением права на судебную защиту в уголовном судопроизводстве, Конституционный Суд РФ признал не соответствующим ст. 46 и 52 Конституции РФ ограничение права на судебное обжалование действий и решений, затрагивающих права и законные интересы граждан, на том лишь основании, что эти граждане не были признаны в установленном законом порядке участниками производства по уголовному делу <3>. Как подчеркнул Конституционный Суд, обеспечение гарантируемых Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве обусловлено не формальным признанием лица тем или иным участником производства по уголовному делу, а наличием определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующего права <4>. Так, например, лицо, пострадавшее от преступления, но не признанное потерпевшим в установленном УПК порядке, имеет право принести в вышестоящий суд жалобу на решение суда по его жалобе на отказ в возбуждении уголовного дела <5>.
<3> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 23.03.1999 N 5-П по делу о проверке конституционности положений ст. 133, ч. 1 ст. 218 и ст. 220 УПК РСФСР... // РГ. N 72. 15 апреля 1999 г.
<4> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 27.06.2000 N 11-П по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 47 и ч. 2 ст. 51 УПК РСФСР в связи с жалобой гр. В.И. Маслова // РГ. N 128. 4 июля 2000 г.
<5> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 22 января 2004 г. N 119-О по жалобе гражданки Семеновой Лилии Михайловны на нарушение ее конституционных прав частью четвертой статьи 354 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // РГ. 7 июня 2004 г.

Законные интересы наряду с правами являются самостоятельным объектом судебной защиты, т.к. иначе у правоприменителей может возникать повод для отказа в защите интересов лица, мотивируя это тем, что собственно права заявителя нарушены не были. В законодательстве не раскрывается содержание и соотношение понятия "законные интересы", которое получило разработку лишь в юридической доктрине. Представляется, что законный интерес лица в уголовном процессе есть его отношение к потенциальным материально или процессуально-правовым субъективным правам или обязанностям, которые у него пока еще не возникли, но могут реально появиться на основе объективного права при определенных условиях, опосредованная возможность возникновения которых в будущем вытекает из некоего уже состоявшегося или только еще предстоящего правоприменительного акта. Например, у членов семьи лица, в отношении которого состоялся обвинительный приговор и удовлетворен гражданский иск, может быть законный интерес, состоящий в отмене этого акта, поскольку их имущественные права (общей собственности, пользования) могут быть в будущем ограничены обращением взыскания на имущество осужденного.

Прокурором, полномочным подписывать надзорное представление, согласно ч. 3 ст. 412.3 УПК РФ является лишь Генеральный прокурор РФ или его заместители, которые могли и не принимать участия в судебном разбирательстве по данному делу в качестве государственного обвинителя.

  1. В п. 5 ч. 3 ст. 412.1 УПК РФ предусмотрено обжалование постановлений Президиума Верховного Суда в этот же самый орган, что, в сущности, есть не что иное, как отступление от принципа "никто не должен быть судьей в собственном деле". Такой порядок абсолютно оправдан, когда речь идет о новых или вновь открывшихся обстоятельствах, ранее практически не могущих быть известными суду при вынесении решения (а значит, и не связывающие судей моральной ответственностью за их необнаружение), однако исправление судом собственных ошибок, которые были сделаны им при предыдущем надзорном рассмотрении, ставит под сомнение его объективную независимость. По-видимому, регулирование, данное в названной статье, носит вынужденный и исключительный характер, связанный, во-первых, с тем, что решения Президиума Верховного Суда РФ просто некуда обжаловать (и потому допущение обжалования их в тот же орган есть "наименьшее зло"), а во-вторых, с тем, что если основания пересмотра не носят характера новых или вновь открывшихся обстоятельств, но тем не менее являются фундаментальными нарушениями закона, исправление такой судебной ошибки, пусть даже и самой инстанцией, которая ее допустила, является большей ценностью, чем внешние гарантии независимости суда. Вероятно, законодатель исходил здесь из того предположения, что высокий профессиональный уровень судей Верховного Суда РФ сам по себе служит достаточной гарантией против проявления ими предвзятости и необъективности при исправлении собственных ошибок.
  2. Надзорные жалоба, представление подаются теперь не через суд, постановивший обжалуемое решение, а непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации (ст. 412.2 УПК РФ). Следует указать на то, что годичный срок давности, т.е. срок, ограничивающий право обращения с жалобой или представлением, установленный данной статьей, явно конкурирует с таким же сроком для кассационного обжалования (ч. 3 ст. 401.2 УПК РФ). То есть, если заявитель полностью использовал такой срок для кассационного обжалования, он фактически теряет возможность обращения с надзорной жалобой или представлением. Представляется, что это призвано стимулировать заявителей к своевременному обращению в названные инстанции. При этом годичный срок для обжалования судебных решений, установленный в ст. 412.2 УПК РФ, не равнозначен такому же по продолжительности сроку пересмотра в надзорном порядке решения суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, предусмотренному ст. 401.6 того же Кодекса. Годичный срок, установленный в ст. 412.2 УПК РФ, относится к числу т.н. исковых сроков, т.е. тех, в течение которых сторона вправе обратиться в суд. Подобные сроки имеют целью обеспечить процессуальную экономию и обычно могут быть продлены судом при наличии уважительных причин их пропуска. Годичный же срок, предусмотренный ст. 401.6 УПК РФ, является не исковым, а пресекательным; он предназначен для исключения бессрочного уголовного преследования лица и обеспечения таким образом стабильности правоотношений, а потому не может быть продлен.
  3. Согласно ч. 4 ст. 412.3 УПК РФ к надзорным жалобе или представлению прилагаются лишь копии судебных решений. Так называемые дополнительно представленные материалы здесь не упоминаются, хотя о них говорится в ч. 5 ст. 401.4 УПК РФ применительно к кассационному пересмотру. Вероятно, это свидетельствует о том, что при рассмотрении дел в надзорном порядке дополнительные материалы использоваться не должны, т.к. эта процедура еще более, чем кассация, отдалена от апелляционной формы и не предполагает исследования новых доказательственных материалов.
  4. Как вытекает из содержания ст. 412.4 УПК РФ, надзорные жалоба, представление возвращаются без рассмотрения по существу, если: 1) надзорные жалоба, представление не отвечают требованиям, предусмотренным к их форме ст. 412.3; 2) поданы лицом, не имеющим права на обращение в суд надзорной инстанции; 3) пропущен срок обжалования судебного решения в порядке надзора; 4) поступила просьба об отзыве надзорных жалобы, представления; 5) надзорные жалоба, представление поданы с нарушением правил, установленных ч. 3 ст. 412.1 УПК РФ.

Возвращение надзорного представления или жалобы согласно ст. 412.4 УПК РФ делается по сугубо формальным основаниям, без рассмотрения их по существу. Под рассмотрением по существу здесь понимается изучение обращения и принятие по нему постановления судьей в порядке ст. 412.5 УПК РФ. Поэтому можно полагать, что такой возврат на практике может осуществляться не столько судьями, сколько аппаратом Верховного Суда РФ.

В соответствии со ст. 412.6 УПК РФ надзорные жалоба или представление рассматриваются в Верховном Суде РФ в течение 1 месяца со дня их поступления, если уголовное дело не было истребовано, или в течение 2 месяцев со дня их поступления, если уголовное дело было истребовано. То есть 10-дневный срок, предусмотренный для возврата поступивших жалобы или представления ч. 2 ст. 412.4 УПК РФ, также должен укладываться в эти сроки, вместе со временем предварительного изучения (рассмотрения) жалобы или представления судьей в порядке ст. 412.5. Причем, поскольку согласно ч. 1 ст. 412.4 речь идет о возврате жалобы "без рассмотрения по существу", а судья согласно названию ст. 412.5 именно "рассматривает" жалобу или представление, следует прийти к выводу, что данный 10-дневный срок установлен не для изучения и рассмотрения жалобы (представления) судьей с целью определения наличия или отсутствия оснований для пересмотра судебных решений в надзорном порядке, а лишь для ее внешнего исследования на предмет соответствия формальным требованиям, предусмотренным ст. 412.3 УПК РФ.

Вместе с тем надзорные жалоба, представление подлежат возврату, если они не отвечают требованиям, предусмотренным статьей 412.3 УПК РФ, в том числе если в них нет указания на предусмотренные законом основания пересмотра судебного решения в порядке надзора с приведением доводов, свидетельствующих о наличии таких оснований (п. 5 ч. 1 упомянутой статьи). В общем и целом вывод о том, свидетельствуют ли доводы жалобы о наличии оснований для пересмотра или нет, требует их правовой оценки. Более того, термин "свидетельствовать" в его буквальном истолковании (т.е. говорить в пользу какого-либо факта) предполагает, что основания для отмены судебного решения, на которые есть ссылка в жалобе, по меньшей мере, вероятны. Однако представляется, что данное положение следует в данном случае толковать ограничительно, в том смысле, что в жалобе или представлении должны быть хотя бы формально приведены некие доводы в обоснование утверждения о наличии оснований для надзорного пересмотра. Вопрос о том, подтверждают они или нет действительное существование оснований для пересмотра, в этот момент не ставится, т.к. иначе деятельность судьи, который затем будет рассматривать жалобу по существу, окажется предвосхищенной этим преждевременным выводом.

Возникает также вопрос: может ли заявитель после устранения недостатков, касающихся формы жалобы или представления, представить их в суд надзорной инстанции повторно? Поскольку нормы гл. 48.1 данного Кодекса - в отличие от ст. 412 УПК РФ, посвященной прежнему надзорному порядку пересмотра, равно как и нынешней ст. 401.17 УПК РФ, регулирующей кассационный порядок, - вообще не предусматривают запрета на повторную подачу жалоб и представлений в надзорную инстанцию, а также то, что речь идет о сугубо формальных нарушениях, которые могут быть допущены заявителем по незнанию закона и относительно легко им исправлены, представляется, что заявитель вправе подать данную жалобу повторно. Более того, на наш взгляд, при возвращении жалобы заявителю должна быть разъяснена сущность допущенного им недочета, препятствующего принятию жалобы к рассмотрению.

  1. Решение об отказе в передаче надзорной жалобы или представления для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда РФ является процессуальным и имеет форму мотивированного постановления судьи, который предварительно их исследовал в порядке ст. 412.5 УПК РФ. По сути, это решение об отказе в возбуждении надзорного производства. Судья обязан дать в своем постановлении аргументированные ответы на все доводы, в которых оспариваются законность судебного решения, и изложить мотивы, по которым эти доводы признаются неправильными или несущественными.

УПК не дает ответа на вопрос о том, должен ли председатель Верховного Суда РФ (его заместитель), действуя в порядке ч. 3 ст. 412.5 УПК РФ и принимая решение об отказе заявителю в отмене решения судьи, предварительно изучавшего жалобу или представление и принявшего решение об отказе в их передаче для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда РФ, также оформлять свое решение в виде постановления. Представляется, что такое решение председателя также должно иметь форму постановления, т.к. согласно п. 25 ст. 5 постановление - это любое решение, за исключением приговора, вынесенное судьей единолично, а председатель суда (его заместители) в силу ч. 1 ст. 6.2 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации" также имеют процессуальный статус судьи, который реализуется ими, в том числе в виде принятия процессуальных решений по делу.

Как указал Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 17 марта 2009 года N 5-П, проверка законности и обоснованности судебных актов осуществляется лишь в специальных, установленных процессуальным законом процедурах. Иная - не судебная - процедура ревизии судебных актов принципиально недопустима, поскольку означала бы возможность - вопреки обусловленным природой правосудия и установленным процессуальным законом формам пересмотра судебных решений и проверки их правосудности исключительно вышестоящими судебными инстанциями - замещения актов органов правосудия административными актами, что является безусловным отступлением от необходимых гарантий самостоятельности, полноты и исключительности судебной власти. Представляется, что решения председателя суда и его заместителей по отмене решения судьи являются не административными, а процессуальными актами, а потому должны иметь форму постановлений.

Под мотивами, по которым заявителю может быть отказано в передаче надзорных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда РФ, понимается содержательное юридическое обоснование в постановлении судьей или Председателем Верховного Суда РФ (его заместителем) вывода об отсутствии законных оснований для пересмотра судебных решений в порядке надзора (п. 1 ч. 2 ст. 412.5). Представляется, что при этом должны быть рассмотрены по их существу все аргументы заявителя, изложенные в жалобе или представлении.

Мотивы для передачи надзорных жалоб и представлений для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда РФ могут, на наш взгляд, несколько отличаться от мотивов отказного решения судьи. Конечно, судьей должен быть сделан мотивированный вывод о наличии законного основания (оснований) для пересмотра судебного решения, однако при этом ему нет необходимости перечислять и анализировать все доводы заявителя - этого не требуется, и потому достаточно изложить те юридические аргументы, которые сам судья считает необходимыми. Подробный разбор доводов заявителя по их существу - это задача суда надзорной инстанции по итогам рассмотрения дела в судебном заседании.

  1. В ст. 412.6 УПК РФ установлен одномесячный срок для рассмотрения жалобы или представления со дня их поступления в Верховном Суде РФ и двухмесячный - в случае истребования материалов дела. Однако фактически по смыслу этой статьи, в ее взаимосвязи с другими положениями ст. 412.10 УПК РФ, в этот срок включается лишь время предварительного исследования обращения судьей и время, в течение которого Председатель Верховного Суда (его заместитель) по жалобам заинтересованных лиц или по собственной инициативе может вынести постановление об отмене постановления судьи и о передаче надзорных жалобы, представления с уголовным делом для рассмотрения в судебном заседании.
  2. Установленный ч. 2 ст. 412.10 УПК РФ запрет Председателю Верховного Суда РФ или его заместителю, судье - члену Президиума Верховного Суда РФ, вынесшим постановление о передаче надзорных жалоб, представления для рассмотрения в судебном заседании Президиума Верховного Суда, на участие в рассмотрении данного уголовного дела Президиумом этого Суда, по сути, есть не что иное, как обстоятельство, исключающее участие судьи в деле. То же можно сказать о положении ч. 4 той же статьи, согласно которому дело докладывается в заседании Президиума лишь судьей Верховного Суда РФ, который ранее не принимал участия в рассмотрении данного уголовного дела. Эти ограничения направлены на предотвращение влияния на решение Президиума предустановленного мнения, которое могло сложиться у предварительно изучавшего дело судьи. Однако согласно ч. 3 ст. 63, регулирующей в общей части Кодекса основания для отвода судей, судья, принимавший участие в рассмотрении уголовного дела в порядке надзора, не может участвовать в рассмотрении того же уголовного дела лишь в суде первой или второй инстанций, но может это делать в суде надзорной инстанции. То есть такое основание для отвода судьи, как предварительное изучение им жалобы или представления и вынесение им соответствующего постановления либо его предшествующее участие в рассмотрении данного дела, в ст. 63 среди оснований для отвода отсутствует, в связи с чем участники судебного разбирательства лишены возможности заявить такому судье отвод, а сам он - самоотвод.

Представляется, что названные запреты, во-первых, являются контрпродуктивными, поскольку судья, предварительно рассматривавший жалобу (представление), по сути, мог бы выступить в заседании Президиума как наиболее компетентный судья-докладчик (теперь же другой судья вынужден изучать материалы дела заново, что удваивает трудозатраты), а во-вторых, избыточными, т.к. и предварительно исследовавший жалобу судья, и другие судьи, принимающие участвующие в рассмотрении дела в судебном заседании надзорной инстанции, находятся в равном положении, ибо могут судить об обстоятельствах дела лишь по его письменным материалам, а потому мнение, сложившееся у предварительно рассматривавшего жалобу (представление) судьи, вряд ли будет менее качественно, чем мнения других судей, рассматривающих дело в заседании Президиума, тем более что почти такое же предварительное изучение материалов дела (правда, без вынесения постановления) вовсе не препятствует участию в судебном заседании судьи-докладчика.

  1. Основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда в порядке надзора являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела (ч. 1 ст. 412.9 УПК РФ). Существенным, или фундаментальным, нарушением считается такое, оставление которого без исправления искажало бы саму суть правосудия, смысл приговора как акта правосудия, разрушая необходимый баланс конституционно защищаемых ценностей, в том числе прав и законных интересов осужденных и потерпевших (Постановление Конституционного Суда РФ от 17 июля 2002 г.).

В Постановлении Европейского суда по правам человека от 14.02.2008 по делу Пшеничный против России фундаментальными ошибками признаются, например, "ошибка подсудности, существенные процессуальные нарушения или превышение полномочий". Что же касается "ошибки факта", то по мнению ЕСПЧ "только ошибки фактов, которые не могли быть исправлены обычной жалобой, ввиду того что они стали очевидны только после того, как решение суда вступило в силу, могут считаться обстоятельством существенного и неопровержимого характера, оправдывающего отклонение от принципа правовой определенности". То есть ошибки факта, оправдывающие пересмотр окончательного судебного решения, - это, по сути, то, что в российском уголовном процессе называют вновь открывшимися или новыми обстоятельствами.

Под исходом дела должно, на наш взгляд, пониматься решение главного вопроса уголовного дела, то есть вопроса об уголовной ответственности (доказанности виновности обвиняемого, квалификации преступления и наказании), или, иначе говоря, разрешение дела по существу. Как видно, этот вопрос включает в себя и вопрос фактической обоснованности решения о наличии в деянии состава преступления и правовую оценку деяния. То есть неверно было бы полагать, что надзорная инстанция всегда имеет дело только с неправильным применением процессуального или материального закона и совершенно не касается вопросов факта. Однако последние попадают в поле зрения суда надзорной инстанции лишь через посредство допущенного по делу существенного нарушения закона, которое реально повлияло на исход дела, то есть разрешение его по существу, в том числе на фактическую обоснованность решения.

Представляется, что существенные (фундаментальные) нарушения материального уголовного закона, если они, как было сказано выше, искажают саму суть правосудия и смысл приговора как акта правосудия (например, осуждение за деяние, не запрещенное уголовным законом; назначение наказания в виде смертной казни при действии запрета или моратория на осуждение к ней и т.п.), всегда влияют на исход дела, ибо сами они и есть исход дела. Поэтому искать их связь с неправильностью разрешения дела по существу излишне.

Необходимо отметить, что вопреки прямому поручению Конституционного Суда РФ законодатель так и не сумел дать в законе безусловные основания для пересмотра окончательных судебных решений. В Постановлении от 11 мая 2005 г. N 5-П он указал, что "...из статей 17 (часть 3), 46, 49, 50 (части 1 и 3), 52, 55 (часть 3), 118 и 126 Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует, что федеральный законодатель, предусматривая - с соблюдением закрепленных в них критериев и условий - процессуальные механизмы и процедуры пересмотра и отмены вступившего в законную силу приговора, обязан сформулировать их безусловные основания (выделено мной. - А.С.), с тем чтобы исключить произвольное применение закона и с учетом того, что речь идет о пересмотре такого решения судебной власти, которое уже вступило в законную силу и которым, следовательно, окончательно решены вопросы о виновности лица и мере наказания" (п. 3.2).

Согласно ст. 4 Протокола N 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен быть повторно судим или наказан в уголовном порядке в рамках юрисдикции одного и того же государства за преступление, за которое уже был оправдан или осужден в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами этого государства (п. 1). Это не препятствует повторному рассмотрению дела в соответствии с законом и уголовно-процессуальными нормами соответствующего государства, если имеются сведения о новых или вновь открывшихся обстоятельствах или если в ходе предыдущего разбирательства были допущены существенные нарушения, повлиявшие на исход дела (п. 2). Согласно правоприменительной практике Европейского суда по правам человека право на судебное разбирательство, гарантированное п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, должно толковаться в контексте принципа господства права, одним из основополагающих аспектов которого является начало правовой определенности, которое среди прочего требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло бы быть оспорено <6>. Данный принцип предполагает, что ни одна из сторон не вправе добиваться пересмотра вступившего в законную силу и подлежащего неукоснительному исполнению судебного решения лишь в целях повторного рассмотрения дела и вынесения нового решения. Полномочия вышестоящих судов по пересмотру судебных решений должны осуществляться в целях исправления грубых судебных ошибок и несправедливости при отправлении правосудия, а не ради повторного рассмотрения дела. Пересмотр дела судами вышестоящих инстанций не должен рассматриваться как "скрытое обжалование", и сама лишь возможность существования двух точек зрения по вопросу не может служить основанием для пересмотра. Отклонение от этого принципа оправдано лишь наличием существенных и бесспорных обстоятельств (Постановления Европейского суда по делу Рябых против Российской Федерации, Праведная против России от 18 ноября 2004 г.; по делу Сидоренко против Российской Федерации от 26 июля 2007 г.; по делу Смирницкая и другие против Российской Федерации от 5 июля 2007 г.; по делу Кондрашина против Российской Федерации от 19 июля 2007 г.).

<6> Постановление Европейского суда по делу Брумареску против Румынии (Brumarescu v. Romania) от 28 октября 1999 г.

Конституционный Суд РФ также постановил, что "во всяком случае суд надзорной инстанции не вправе отменить вступивший в законную силу оправдательный приговор со ссылкой на его необоснованность, если в ходе предыдущего разбирательства не было допущено нарушение, отвечающее критерию, указанному в пункте 2 статьи 4 Протокола N 7 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Соответственно, и прокурор или потерпевший не вправе ставить перед судом надзорной инстанции вопрос о пересмотре приговора со ссылкой на необоснованность, не подпадающую под этот критерий. Иное противоречило бы статьям 15 (часть 4), 46, 50 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации" <7>. Он, кроме того, указал, что ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу постановления лишь в целях проведения повторного слушания и получения нового постановления (Определение от 4 апреля 2006 г. N 113-О).

<7> См.: пункт 3.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда РФ от 11 мая 2005 г. N 5-П.

Вместе с тем требование пересмотра в порядке надзора судебного решения ввиду иной оценки доказательств стороной защиты является ничем иным как требованием "повторного рассмотрения дела", или "скрытым обжалованием", ввиду существования другой точки зрения по вопросу о виновности, а потому несовместимо с надзорной формой пересмотра. Отсюда следует вывод, что пересмотр вступившего в законную силу судебного решения по мотивам несогласия с его фактической обоснованностью, например, ввиду недоказанности виновности обвиняемого в надзорном порядке невозможен, если только по делу не было выявлено существенного (фундаментального) нарушения закона, которое реально повлияло бы на разрешение этого дела по существу.

Конституционный Суд РФ в период действия прежнего регулирования надзорной стадии сформулировал правовую позицию, согласно которой "до внесения соответствующих изменений и дополнений в уголовно-процессуальное законодательство пересмотр в порядке надзора по жалобе потерпевшего, его представителя и по представлению прокурора (выделено мной. - А.С.) обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение года по вступлении их в законную силу" <8>. То есть суд надзорной инстанции не вправе не только изменять в сторону ухудшения, но также и отменять приговор с направлением дела на новое рассмотрение нижестоящим судом по мотивам необходимости ухудшения положения обвиняемого (осужденного, оправданного) - иначе как по жалобе (представлению) стороны обвинения. В ст. 401.6 не содержится такого условия ухудшения положения осужденного (оправданного), как только по требованию стороны обвинения; в ней лишь установлен запрет на пересмотр решения суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, в срок, превышающий 1 год со дня вступления его в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены фундаментальные нарушения закона. Следует ли считать это попыткой законодателя преодолеть решение Конституционного Суда принятием нового закона или приведенная правовая позиция Конституционного Суда регулирует существенно иной вопрос, а потому неприменима к новому закону?

<8> См.: пункт 2 резолютивной части Постановления Конституционного Суда РФ от 11 мая 2005 г. N 5-П.

На наш взгляд, позиция Конституционного Суда РФ, выраженная в названном Постановлении, состоит именно в признании необходимости, в силу требований норм Конституции РФ, распространения на надзорное производство аналогичного кассации правила о возможности поворота к худшему для осужденного или оправданного, во-первых, при наличии существенных (фундаментальных) нарушений закона, повлиявших на результат рассмотрения дела по существу, а во-вторых, при условии, что на этом настаивает сторона обвинения (прокурор, потерпевший или его представитель). Так, Конституционный Суд РФ установил, что "статья 405 УПК Российской Федерации (аналог нынешней ст. 412.9. - А.С.) в той мере, в какой в системе действующего уголовно-процессуального регулирования пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений суда она, не допуская поворот к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора по жалобе потерпевшего (его представителя) или по представлению прокурора (выделено мной. - А.С.), не позволяет тем самым устранить допущенные в предшествующем разбирательстве существенные нарушения, ведущие к неправильному разрешению дела... не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19, 21, 46 (часть 1), 52, 55 (часть 3) и 123 (часть 3)" (п. 4.2). Упоминание в данном Постановлении Конституционного Суда РФ о возможности пересмотра судебного решения против интересов обвиняемого (осужденного, оправданного и т.д.) только по требованию стороны обвинения, а не по жалобе самого обвиняемого не случайно, а объясняется необходимостью учета вытекающего из конституционного принципа судебной защиты правила о т.н. свободе обжалования приговоров, которое имеет целью избавить обвиняемого от опасений ухудшить собственное положение подачей жалобы в свою защиту на приговор в вышестоящий суд. Таким образом, отсутствие в гл. 48.1 УПК РФ положения о допустимости поворота к худшему лишь по требованию прокурора, потерпевшего или его представителя, но не по жалобе осужденного, оправданного или лица, в отношении которого судом было прекращено уголовное дело, можно считать пробелом и невыполнением законодателем поручения Конституционного Суда РФ. Причем данный пробел восполняется приведенной выше правовой позицией Конституционного Суда РФ, которую суды обязаны учитывать и применять при разрешении дел в порядке надзора.

  1. Двухмесячный срок, предусмотренный ч. 1 ст. 412.10 УПК РФ для рассмотрения надзорных жалоб и представлений, не следует путать с 1 - 2 месячным сроком, установленным в ст. 412.6 УПК, который также назван сроком рассмотрения жалоб и представлений в Верховном Суде Российской Федерации. Различие их состоит в том, что 2-месячный срок, упомянутый в ст. 412.10 УПК РФ, - это срок рассмотрения дела в судебном заседании Президиума Верховного Суда Российской Федерации, тогда как сроки, названные в ст. 412.6 УПК РФ, - это сроки предварительного изучения жалобы или представления судьей, завершающегося вынесением им постановления о передаче уголовного дела в суд надзорной инстанции или отказе в этом. Нельзя не отметить вводящую в заблуждение двусмысленность терминологии, употребляющейся в названных статьях, которая допускает использование практически одного и того же понятия - "срок рассмотрения" в Верховном Суде РФ или Президиуме того же Суда, т.е. в том же Верховном Суде РФ - применительно к совершенно разным процедурам.
  2. В ч. 8 ст. 412.10 УПК РФ рассматривается лишь одна из возможных ситуаций при голосовании судей, когда при равном количестве голосов, поданных за пересмотр дела и против его пересмотра, надзорные жалоба, представление считаются отклоненными. Однако неясно, что имеет преимущество, если после принятия решения о пересмотре конкурируют такие варианты решений, как отмена приговора, определения или постановления суда с прекращением производство по данному уголовному делу либо передачей его в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение, либо возвратом дела прокурору, или как внесение изменений в приговор, определение или постановление суда? Думается, что по аналогии с предыдущим положением при равенстве голосов членов Президиума предпочтение должно отдаваться наиболее благоприятному для осужденного или оправданного виду решения с учетом характера его оснований.
  3. В результате рассмотрения уголовного дела суд надзорной инстанции вправе: 1) оставить надзорные жалобу, представление без удовлетворения; 2) отменить приговор, определение или постановление суда и все последующие судебные решения и прекратить производство по данному уголовному делу; 3) отменить приговор, определение или постановление суда и все последующие судебные решения и передать уголовное дело в суд первой инстанции на новое судебное рассмотрение; 4) отменить решение суда апелляционной инстанции и передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение; 5) отменить решение суда кассационной инстанции и передать уголовное дело на новое кассационное рассмотрение; 6) отменить приговор, определение или постановление суда и все последующие судебные решения и возвратить уголовное дело прокурору при наличии оснований, предусмотренных ч. 3 ст. 389.22 УПК РФ (для устранения недостатков предварительного расследования); 7) внести изменения в приговор, определение или постановление суда.

Прекращение производства по делу в надзорной инстанции (п. 2 ч. 1 ст. 412.11 УПК РФ) производится по общим основаниям, предусмотренным УПК РФ (ст. 24 - 28). При этом, как, впрочем, и при вынесении любых решений судом надзорной инстанции, следует принимать во внимание особенности самого надзорного производства, равно как и оснований для отмены или изменения в нем судебных решений, которые состоят в том, что суд в порядке надзора проверяет лишь правильность применения норм уголовного и уголовно-процессуального законов нижестоящими судами (ч. 1 ст. 412.12 УПК РФ) и может отменять или изменять их только ввиду существенных нарушений закона, повлиявших на исход дела (т.е. повлекших неправильность разрешения его по существу). Так, например, представляется, что суд надзорной инстанции должен прекратить дело и по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 443 УПК РФ, если в ходе рассмотрения дела придет к выводу, что ввиду допущенных по делу существенных нарушений уголовно-процессуального закона суд не смог установить, что осужденный совершил деяние в состоянии невменяемости или что у него после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, либо осужденный не представляет опасности по своему психическому состоянию, либо им совершено деяние небольшой тяжести.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 412.11 УПК РФ суд надзорной инстанции может при отмене судебных решений не только передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение, но и возвратить его прокурору. Однако согласно позиции Конституционный Суд РФ <9> дело возвращается прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, неустранимые в судебном производстве. При этом Конституционный Суд РФ явно имел в виду препятствия для рассмотрения дела судом первой, а не надзорной инстанции, ибо возможности исследования обстоятельств дела в надзорном порядке намного беднее, чем в суде первой или апелляционной инстанций. Поэтому для производства в надзорной инстанции неустранимыми будут являться и такие нарушения, которые вполне преодолимы при непосредственном рассмотрении дела по существу в суде первой либо апелляционной инстанций. Причем вопрос о том, устранимы конкретные нарушения или нет, часто окончательно выясняется лишь в результате проверки имеющихся (а нередко также и собирания новых) доказательств, заслушивания мнения сторон по делу и т.д., что требует проведения судебного следствия, невозможного в стадии надзорного производства. Было бы нелогично, если суд надзорной инстанции, исследующий дело лишь по письменным материалам, заочно решал за суд первой или апелляционной инстанций, какие нарушения устранимы в их заседаниях, а какие нет. На наш взгляд, это противоречило бы принципам независимости судей и полноты судебной власти. В этой связи представляется, что было бы полезно предусмотреть возвращение судом надзорной инстанции дела на новое судебное рассмотрение в суд первой или апелляционной инстанции, которые - в случае действительной невозможности самостоятельно исправить это нарушение в судебном заседании - и принимали бы решение о возвращении дела прокурору.

<9> См.: п. 1 Постановления Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. N 18-П по делу о проверке конституционности положений ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан // РГ. N 257. 23 декабря 2003 г.
  1. Говоря о пределах прав Президиума Верховного Суда Российской Федерации как надзорной инстанции, законодатель не установил запрета суду своим собственным решением ухудшать положение осужденного или оправданного либо лица, в отношении которого было прекращено уголовное дело. Правда, в ч. 2 ст. 412.9 УПК РФ имеется положение о том, что поворот к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора не допускается, за исключением случаев, предусмотренных статьей 401.6 УПК РФ. В свою очередь, последняя устанавливает всего лишь два условия при осуществлении поворота положения обвиняемого к худшему: а) пересмотр в решения суда по основаниям, влекущим ухудшение положения обвиняемого, допускается в срок, не превышающий 1 года со дня вступления их в законную силу; б) в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Таким образом, независимо от того, кто и по каким основаниям приносит жалобу в Президиум Верховного Суда РФ, он, действуя в порядке надзора, вправе повернуть обвинение к худшему для осужденного, оправданного или лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, даже, если те жалуются на излишнюю неблагоприятный для них характер судебного решения.

Следует однако иметь в виду, что согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ (и фактически поручению, данному им законодателю) "до внесения соответствующих изменений и дополнений в уголовно-процессуальное законодательство пересмотр в порядке надзора по жалобе потерпевшего, его представителя и по представлению прокурора (выделено мной - А.С.) обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение года по вступлении их в законную силу" <10>. Какие выводы можно сделать из названной правовой позиции Конституционного Суда РФ? Учитывая, что понятие "пересмотр" охватывает как изменение, так и отмену судебного решения, суд надзорной инстанции не вправе не только изменять в сторону ухудшения, но также и отменять приговор с направлением дела на новое рассмотрение нижестоящим судом по мотивам необходимости ухудшения положения обвиняемого (осужденного, оправданного) - иначе как по требованию стороны обвинения. Упоминание в данном Постановлении Конституционного Суда РФ о возможности пересмотра судебного решения против интересов обвиняемого (осужденного, оправданного и т.д.) только по требованию стороны обвинения, а не по жалобе самого обвиняемого не случайно, объясняется необходимостью учета вытекающего из конституционного принципа судебной защиты правила о т.н. свободе обжалования приговоров, которое имеет целью избавить обвиняемого от опасений ухудшить свое положение подачей жалобы на приговор в вышестоящий суд. Отсутствие в УПК РФ (в ред. ФЗ от 29 декабря 2010 г.) этого положения является, на наш взгляд, пробелом, ограничивающим свободу обжалования приговоров, который должен восполняться непосредственным применением положения, сформулированного в названном решении Конституционного Суда РФ.

<10> См.: пункт 2 резолютивной части Постановления Конституционного Суда РФ от 11 мая 2005 г. N 5-П.

Согласно ч. 1 ст. 412.12 УПК РФ Президиум Верховного Суда РФ в интересах законности вправе выйти за пределы доводов надзорных жалобы, представления и рассмотреть уголовное дело в полном объеме, в том числе в отношении лиц, которые не обжаловали судебные решения в порядке надзора. Данное положение можно понимать как известный в теории процесса и реально используемый в ряде правовых систем (например, во Франции) т.н. пересмотр в интересах закона, в отличие от пересмотра в интересах сторон, когда само по себе судебное решение либо не отменяется, либо отменяется, но все субъективные права и обязанности, им порожденные, сохраняют свою силу и значение. Однако при этом Верховный Суд констатирует нарушение закона, допущенное судом при принятии данного судебного решения, единственно, в видах недопущения таковых в дальнейшем. Впрочем, наиболее вероятно, что российский законодатель просто имеет здесь в виду ревизионный характер полномочий надзорной инстанции. В этом случае не исключено изменение или отмена судебного решения с наступлением соответствующих последствий для осужденных или оправданных. В пользу такого предположения говорит то, что даже суды кассационной инстанции наделены ярко выраженными ревизионными полномочиями (ч. 1 и 2 ст. 401.16 УПК РФ).

  1. При отмене приговора, определения, постановления с направлением дела на новое расследование или судебное рассмотрение суд надзорной инстанции, в силу ч. 3 ст. 412.12 УПК РФ, не вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены или отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции. Кроме того, он не может предрешать вопросы: о достоверности или недостоверности того или иного доказательства и о преимуществах одних доказательств перед другими, а также определять, какое судебное решение должно быть принято при новом рассмотрении дела, т.ч., очевидно, о применении того или иного уголовного закона и о мере наказания. Вместе с тем в своем постановлении об отмене судебного решения и передаче уголовного дела на новое судебное рассмотрение, надзорная инстанция вправе обосновать, почему у нее имеются сомнения по указанным вопросам, и предложить нижестоящему суду вернуться к их обсуждению. Только в этом смысле можно понимать применительно к указанным вопросам предписание ч. 2 настоящей статьи о том, что указания суда надзорной инстанции обязательны при повторном рассмотрении данного уголовного дела судом нижестоящей инстанции. Содержащиеся в постановлении (определении) суда надзорной инстанции указания на процессуальные нарушения, допущенные в предыдущем судебном разбирательстве либо досудебном производстве, имеют обязательный характер для нижестоящих судов и прокурора при новом рассмотрении дела. Невыполнение этих указаний служит основанием к отмене судебного решения ввиду нарушения уголовно-процессуального закона.

Положения ч. 3 названной статьи направлены на недопустимость ограничения независимости нижестоящего суда, который будет рассматривать дело лишь после отмены судебного решения надзорной инстанцией. Вместе с тем по буквальному смыслу данной нормы указанные изъятия не распространяются на случаи изменения судебного решения. То есть, изменяя (но не отменяя!) решение, Президиум Верховного Суда РФ вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре суда или были отвергнуты им, разрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности того или иного доказательства и преимуществах одних доказательств перед другими (конечно, только при том общем условии, что исправляемые таким образом ошибки нижестоящих судов явилось результатом существенных нарушений закона и при этом надзорная инстанция не использует новых доказательств, не прошедших проверку в судебном следствии в первой или апелляционной инстанциях). При этом в ст. 412.12 УПК РФ, в отличие от кассационной стадии (п. 2 ч. 7 ст. 401.16 УПК РФ), не содержится запрета суду надзорной инстанции предрешать вопрос о доказанности или недоказанности обвинения, однако представляется, что такого права у надзорной инстанции нет, т.к. оно исключается более общим запретом устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Отсутствует в ст. 412.12 УПК РФ и установленный ныне для кассационного порядка пересмотра (п. 3 ч. 7 ст. 401.16 УПК РФ) - а ранее, в п. 3 ч. 7 ст. 410 УПК РФ и для надзорного порядка в отношении судов первой и апелляционной инстанций - запрет принимать решения о применении судом первой или апелляционной инстанции того или иного уголовного закона и о мере наказания. То есть по буквальному смыслу ст. 412.12 УПК РФ Президиум Верховного Суда РФ на первый взгляд обладает правом давать нижестоящим судам обязательные указания о применении уголовного закона и о мере наказания. Однако при применении п. 2 и 3 данной статьи следует учитывать позицию Конституционного Суда РФ, согласно которой независимость судей, призванная обеспечивать при отправлении правосудия права и свободы личности, приоритет которых закреплен в Конституции РФ, не затрагивается возложением на суд вышестоящим судом обязанности исходить при новом рассмотрении уголовного дела из принятых именно им решений - при условии, что такие решения непосредственно не связаны с вопросами, подлежащими разрешению в приговоре суда, в том числе о фактических обстоятельствах дела, оценке достоверности и достаточности доказательств, квалификации деяния, наказании осужденного и т.д. Таким образом, судья или суд, не согласный с мнением суда вышестоящей инстанции, сформулированным применительно к самому существу уголовного дела и выступающим, по его мнению, в качестве препятствия для вынесения законного, обоснованного и справедливого приговора, вправе при новом рассмотрении дела, подчиняясь только Конституции РФ и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции РФ), принять процессуальное решение самостоятельно в пределах собственной компетенции. Иное истолкование означало бы нарушение закрепленных в Конституции РФ принципов самостоятельности суда и судей и их независимости <11>. Такой вывод подтверждается и последней фразой ч. 3 ст. 412.12 УПК РФ, в которой надзорной инстанции воспрещается "определять, какое судебное решение должно быть принято при новом рассмотрении дела".

<11> Определение Конституционного Суда РФ от 5 ноября 2004 г. N 380-О по запросу Всеволожского городского суда Ленинградской области о проверке конституционности ч. 6 ст. 388 и ч. 1 ст. 402 УПК РФ.