Мудрый Юрист

Нетипичные формы государственного правления: к вопросу об определении института

Пушкарев Станислав Вадимович, аспирант кафедры теории и истории государства и права Чебоксарского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации.

Михайлова Елизавета Михайловна, заведующая кафедрой философии, истории и педагогики Чебоксарского кооперативного института (филиала) Российского университета кооперации, доктор исторических наук, профессор.

Настоящая статья посвящена концептуально новому пониманию категории формы правления как правоотношения. С этой же точки зрения авторами выделяются нетипичные формы правления, дается их определение.

Ключевые слова: форма правления как правоотношение, классические формы правления, нетипичные формы государственного правления.

Non-typical forms of state government: on the issue of determination of institute

S.V. Pushkarev, E.M. Mikhajlova

Current article is devoted to the conceptual new understanding of legal category of form of government as a legal relationship. From this point of view the author marks out untypical forms of government and gives its definitions.

Key words: form of government as a legal relationship, classical forms of government, untypical forms of government.

В концепции государства и права выделяется уникальный институциональный феномен, которому отечественные исследователи уделяют недостаточно внимания. Речь идет о нетипичных формах государственного правления.

Для исследования данного феномена принципиально важным является понимание их сущности, отграничение их от классических форм правления. В целях методологического определения этого института обратимся к дефиниции классической формы правления, рассмотрим ее характерные особенности.

Классическая форма правления - это идеальная модель правоотношения, в которой на основании идеальных, абстрактных представлений о системе сдержек и противовесов и концепции разделения властей (а также других оснований и критериев, в частности числа правящих лиц, способа передачи государственной власти и др.) стороны правоотношения в своих взаимоотношениях по поводу его объекта, государственной власти играют исключительно по правилам, используют характерные для них права и полномочия, несут идеальную ответственность и т.п. По сути, это такая идеальная модель, которая в политико-правовых реалиях практически не встречается, реализуясь концептуально в учебных пособиях и теоретических исследованиях (law in books).

Реализация подобной модели на более или менее продолжительных этапах функционирования и развития общества и государства практически невозможна. Дело в том, что форма правления как явление общественное, социальное это открытая система, на которую значительное влияние оказывают разнообразные факторы, степень действенности которых нельзя учесть и тем более заложить в абстрактно идеальную модель. Если же попытаться учесть все особенности внешних условий в идеальной модели системы, то это, как абсолютно верно отмечает В.Н. Протасов, может привести к наложению на нее ненужных ограничений <1>. Для данного феномена неприменимы математические методы моделирования. Попытки конструирования подобной системы показывают, что она через определенный промежуток времени (как правило, достаточно короткий) неизбежно начинает испытывать на себе влияние внешних факторов, которые не могли быть учтены в полной мере отцами-создателями. Влияние их способно привести к непредсказуемым последствиям и дестабилизировать систему. Следует учесть, что с момента своего оформления форма правления с неизбежностью начинает сама себя регулировать, ограничивая или, наоборот, привлекая к себе элементы внешнего влияния. Форма правления, соприкасаясь с иными сферами жизни общества, начинает выживать в реальной политико-правовой инфраструктуре (real politique), приспосабливаясь к ее условиям, становясь во многом саморегулируемой системой, при этом постоянно стремящейся привести себя в состояние первоначального равновесия. Но, не имея возможности изолировать себя от внешних факторов, инкорпорируя ряд инородных элементов, изменяясь под внешним влиянием, форма правления для сохранения системного равновесия продолжает адаптировать к этому состоянию и собственные элементы.

<1> Протасов В.Н. Правоотношение как система. М.: Юридическая литература, 1991. С. 29.

Таким образом, классические формы правления - это теоретическая "чистая" максима, которая в реальной действительности существует только в единичных случаях. Недаром большинство современных исследователей рассматриваемой проблематики сходятся на позиции, что при соблюдении строгих критериев к классификации государств на основе формы правления классическим вариантом президентской республики являются, пожалуй, только США, классическим примером парламентской модели - Великобритания <2>.

<2> См., напр.: Зазнаев О.И. Смешанные формы правления, или Как масло соединяется с водой // Полис. 2005. N 4. С. 160.

То же самое можно сказать в целом и о форме правления: в большинстве государств признаки парламентской и президентской (дуалистической) систем правления смешиваются друг с другом так же, как и признаки республиканского и монархического типов правления.

Необходимо отметить, что характеристика формы правления складывается из двух составляющих: типа и системы правления.

Система правления представляет собой характеристику полномочий суфражистов и гонорантов, субъектов формы правления, в области исполнительной власти. В случае если последняя реализуется президентом либо формируемым им органом (администрацией, советом, кабинетом), несущим политическую и юридическую ответственность перед ним, а не перед парламентом, то это президентская система правления. При осуществлении исполнительной власти органом, формируемым или зависимым от парламента, систему относят к парламентской модели. Однако на практике случаи, когда исполнительная власть абсолютно независима от законодательной власти или, наоборот, когда она ей полностью подотчетна, встречаются крайне редко. В большинстве государств показатели силы влияния парламента на правительство далеки от крайних значений.

Тип правления - это характеристика полномочий суфражистов и гонорантов в сфере их правопреемства. Если суфражист определяется единоличным гонорантом (существуют разные системы престолонаследия), то это монархический тип правления, а если предыдущий и последующий суфражисты наделяются полномочиями на осуществление государственной власти гонорантом и предыдущий суфражист никак не может связать гоноранта своим мнением на этот счет, то это республиканский тип правления.

При этом для классификации формы правления как нетипичной, по нашему мнению, достаточно, чтобы данный тип правоотношения отличался от эталонного типа хотя бы по одному из этих критериев - или по типу, или по системе.

Говоря выше о том, что форма правления изменяется и эволюционирует, мы, разумеется, имеем в виду действия ее субъектов, которые, стремясь сохранить равновесие, будут перестраивать и перекраивать в процессе государственного строительства первоначальную конструкцию формы правления, заложенную в конституционное устройство. Так, law in books, преломляясь в политической практике, превращается в law in action, как это называют в зарубежном праве.

Ответом на вызовы политико-правовых реалий, встающих перед классической формой правления, становится нетипичная форма правления, которая представляет собой в наиболее упрощенном виде наиболее подходящее для успешного функционирования государства в условиях реальной неидеальной действительности преломление в политической практике изначально заложенной в конституционных актах идеальной модели управления этого государства с учетом объективных и субъективных факторов данного конкретного государства и облеченное в форму правоотношения.

При этом нельзя констатировать, что конкретной форме государственного правления соответствует своя нетипичная форма, в которую она трансформируется, преломляясь в реальной действительности.

На наш взгляд, нетипичная форма правления в подобной вариации будет основываться на своей базовой форме, но образовывать уже собственный состав. Как подчеркивает известный казанский исследователь О.И. Зазнаев, "каждая атипичная форма оказывается "привязанной" к определенному "материнскому" типу, но при этом приобретает признак или признаки другой формы <3>. Реальная политическая практика может зайти гораздо дальше, и ее выбор будет шире. Как справедливо высказался по этому поводу В.Н. Протасов, "даже незначительные изменения в структуре могут повлечь существенные изменения в свойствах явления. Так, графит и алмаз имеют один и тот же состав (углерод), а различие их в твердости обусловлено только их структурой (различным строением кристаллических решеток)" <4>.

<3> Зазнаев О.И. Атипичные президентские и полупрезидентские системы // Ученые записки Казанского государственного университета. 2005. Т. 147. Кн. 1. С. 54 - 69.
<4> Протасов В.Н. Указ. соч. С. 55.

В результате проявления в каждом конкретном случае многочисленных факторов форма правления конкретного государства может превратиться в один из вариантов нетипичной формы правления (в частности, классическая президентская республика способна трансформироваться как в сторону парламентаризации формы правления, так и в сторону ее суперпрезиденциализации; а по системе правления - в сторону приобретения отдельных признаков монархии). Причем, на наш взгляд, некорректно рассматривать нетипичные формы государственного правления исключительно как результат волевого преодоления недостатков или минусов форм правления. Как правило, это объективное выражение сущности современного государства.

Тем более нелогично рассматривать нетипичные формы государственного правления как негативное явление в теории государства и права. В корне неверно противопоставление классических и нетипичных форм государственного правления, потому что вторые - это зачастую первые, адаптированные под условия конкретных государств.

С точки зрения понимания формы правления как правоотношения в ее структуре выделяют такие элементы, как субъекты, объект, содержание. Следовательно, адаптация к внешним условиям может для формы правления проходить как в одном (любом) из этих элементов, так и в нескольких из них одновременно.

О нетипичности формы государственного правления резонно говорить как в случае качественного изменения в ее содержании (дисбалансе полномочий различных государственных органов и должностных лиц), так и в случае количественного изменения (например, в случае существования в государстве коллективного главы государства) и в других случаях, исчерпывающий перечень которых дать нам представляется затруднительным ввиду динамичности и многофакторности этого типа правоотношения.

Формы правления, наиболее приближенные к идеальным, типичным, классическим образцам, сложились, как правило, в государствах Западной Европы и Северной Америки, т.е. в тех, которые принято относить к развитым государствам. В развивающихся же странах, где социально-общественные условия жизни общества в целом и отдельных его членов далеки от стандартов западного демократического общества, и возникают, как правило, нетипичные формы правления. Логично предположить, что именно вследствие этого несоответствия высоким стандартам и идеалам, характерным для западноевропейских обществ, идеальные модели при их транзите на условия развивающихся государств эволюционируют в нетипичные формы государственного правления. Но это только один из сценариев.

Что касается проявления нетипичных форм правления в развитых государствах (например, полупрезидентская республика во Франции или квазимонархия в Швеции), то эти вариации можно объяснить, на наш взгляд, постоянной динамикой уровня социально-политического развития каждого из этих обществ. Логично предположить, что в то время как в одних государствах, отстающих от принятых канонов и идеалов в конституционном праве, нетипичные формы правления являются реакцией более совершенных моделей на несовершенные внешние условия, в которых им приходится функционировать, в других государствах уровень развития общества и оформление политико-правовых идей в нем уже опережает принятые модели, кажущиеся сейчас идеалом. В результате в этих государствах нетипичная форма правления - это результат стремления уже не совсем идеальной (не наиболее оптимальной) модели за более продвинутыми внешними условиями, которые складываются в социуме. Внешние условия обогнали уровень конституционно-правовых разработок и моделей. Поскольку форма правления представляет собой открытую и динамичную систему, поэтому, испытывая на себе влияние более лучших обстоятельств, она изменяется в сторону своей оптимизации или совершенствования.

Смеем предположить, что и самые последние события в государствах Северной Африки и Ближнего Востока (так называемая Арабская весна) во многом объясняются как раз несоответствием уровня социально-экономического и политического развития таких государств, как Тунис или Ливия, тем формам, в которые были облечены режимы в этих государствах. Если двадцать или тридцать лет тому назад их население довольствовалось минимальным набором прав и социальных гарантий, то в начале XXI в. общество в них если и не достигло того состояния, чтобы называться гражданским, но уже оказалось готово к столь радикальным изменениям политико-правовой системы в государстве.