Мудрый Юрист

О перспективах развития социальной культуры современной России

Скворцов Игорь Петрович, кандидат философских наук, доцент, декан факультета рекламы и социально-культурной деятельности Краснодарского государственного университета культуры и искусств.

В статье рассматриваются тенденции изменений социального сознания и социальной культуры современной России. По мнению автора, происходит их движение в сторону либеральной модели, вместе с тем сохраняются базовые органичные для русской цивилизации социальные ценности и принципы поведения, опора на которые определяет успех общественных преобразований.

Ключевые слова: социальная культура, солидарность, идентичность, социальные ценности.

The article deals with development tendencies of the social awareness and social culture in modern Russia. In author's opinion, there is a trend towards their liberalization, whereas the basic and for the Russian civilization natural social values and behaving principles remain stable and provide basis for a successful social transformation.

Key words: social culture, solidarity, identity, social values.

Социальная культура, как следует из самого названия, является частью более широкого явления - культуры, и определяется через понимание последней. Можно сказать, что социальная культура - это все то в культуре, что относится к статусным позициям, взаимодействию, взаимоотношениям людей. В широком смысле социальная культура выступает как культура общественных отношений, взаимодействий индивидов, социальных групп.

В узком аспекте социальную культуру можно представить как культуру социальности (солидарности) - приоритета в сознании и поведении человека, групп, функционировании общественных институтов социальных ценностей; построения оснований жизни общества на их базе; ведущей роли социальных мотивов в поведении человека, способности людей действовать сообща, соотносить индивидуальный успех с результатами жизнедеятельности социальных групп и общества в целом, учитывать общественные, групповые, государственные интересы при реализации интересов частных.

Состояние социальных ценностей и социальной культуры России в современных условиях есть, с одной стороны, результат развития 1000-летней русской цивилизации, а с другой - результат существенного влияния коренных социально-культурных сдвигов, которые пережила Россия в XX столетии.

За последние 25 лет в нашей стране произошли глубокие общественные преобразования, повлиявшие на систему ценностных ориентаций граждан, их установки и мотивы поведения. В современных исследованиях отечественных социологов подчеркивается наличие негативной тенденции нарастания атомизации, разрушающей переживаемое чувство общности, и тем самым устои социальной солидарности граждан России. Стало общим местом утверждение, что для сегодняшней России характерно глубокое недоверие людей друг к другу, к коллективным действиям и общественным институтам, включая институты власти, низкие соучастие и взаимопомощь как основа общественной жизни и реальной практики.

Для характеристики негативных тенденций в общественном сознании России используется и понятие "охлократизации" российского социума, находящей выражение в утрате прежних культурных смыслов и цивилизационных критериев человеческого общежития, снижении уровня интеллектуальных и культурных запросов населения, в изменении вектора утверждающихся ценностных ориентаций, в укоренении стандартов массовой культуры в образе жизни, досуге, межличностных отношениях [1. С. 114 - 115].

Преобразования конца 1980-х - начала 1990-х существенно изменили структуру социального пространства, и в первую очередь они затронули представления людей о прежде понятной "системе координат" российского общества, сделав ее - в субъективном восприятии - "лоскутной", "символической" (в противовес реальному участию в реальных объединениях и общностях) и в определенной степени ситуативной. Это не могло не сказаться на системе социальных идентификаций личности, что выразилось в ослаблении чувства близости со множеством групп и общностей. Современные исследования показывают, что, по мнению подавляющего числа россиян (76%), в сегодняшней России преобладают разобщенность и несогласие. Противоположной точки зрения - что (в нем) преобладают согласие и сплоченность - придерживаются только 8% респондентов [2. С. 246].

По мнению М. Горшкова, анализ динамики изменения самоидентификаций россиян за годы реформ позволяет сделать несколько важных выводов. Во-первых, за этот период резко (почти в полтора раза) выросли идентификации, характерные для классовых обществ индустриального этапа развития - имущественная и политическая. Причем освоение этих идентификаций интенсивно происходило не только в старших возрастных когортах, но и (в отношении идентификации по материальному положению) в младших возрастах.

Во-вторых, столь же резко выросли различные идентификации, связанные с близкими по духу людьми, что свидетельствует о наличии в современном российском обществе значимых мировоззренческих и ценностных расхождений, которые в равной степени характеризуют все возрастные когорты.

Результаты исследований показывают, что в пореформенной России сосуществуют традиционалистски и патерналистски настроенная часть общества и те сограждане, в сознании которых доминируют идеи личной ответственности, инициативы, индивидуальной свободы. Речь идет о двух полярных типах мировоззрения, или, можно сказать, о двух моделях альтернативного видения мира. Выделяется и та часть населения, которую следует охарактеризовать как носителей промежуточного типа сознания, сочетающего в себе элементы традиционализма и модернизма [3. С. 13].

Сравним имеющиеся социологические данные с традиционными представлениями о российской ментальности и социальной культуре. Считается, что в истории России традиционно интересы личности всегда оказывались на периферии общественного внимания. Самодовлеющим фактором идентификации было коллективное, а не индивидуальное начало. Это обстоятельство затрудняло выделение границ личного в политическом и социальном пространстве. Высшим олицетворением коллективного начала выступало государство [4. С. 103].

Можно если не согласиться, то, по крайней мере, - за давностью лет - не спорить с тем, что до начала XX века русский менталитет более или менее соответствовал распространенному и поныне представлению о нем: духовность, коллективизм (соборность), широта души, доброта, свободолюбие, религиозность, патриотизм, простота. В современных же условиях, как отмечают многие отечественные авторы, психологический строй личности наших сограждан, их менталитет существенно изменились.

Отметим, что именно стремление граждан России к индивидуализации, построению жизни на частных началах обусловило успех либерально-консервативных преобразований и поражение идей социализма. Последние в ходе решающих для страны событий, например, президентских выборов, не были приняты большинством граждан. И речь в данном случае может идти не только о психологической усталости от идей коммунизма, привлекательности потребительской модели западного общества и неспособности государственного социализма обеспечить сравнимый с западными странами уровень жизни. Существенную роль сыграло и подавлявшееся строем социализма стремление к обособлению, присущее значительной части российских граждан.

Что же может объединить российское общество и повысить потенциал солидарности? По нашему мнению, утверждение солидарности требует наличия "общего дела", общего смысла, общего будущего для всех слоев и социальных групп. Солидарность определенной общности базируется на осознании идентичности ее составляющих и, в свою очередь, влияет на формирование определенной социальной культуры. Мотивы совместных действий людей могут иметь основу в религии, этническом начале, идеологии и т.д.

В советское время солидарность, пусть искусственная, мобилизованная, культивировалась на основе осознания принадлежности "к передовой социальной общности - советскому народу, решающему историческую задачу построения нового передового общественного строя - коммунизма", базировалась на основе "передового идеологического проекта", "единства наций и народов", где коммунизм играл роль новой религии.

Солидарность России царской основывалась на религиозном чувстве, мессианском представлении о России как строителе подлинного христианского мира.

Солидарность граждан США, для сравнения, в своей основе - это единство жителей страны, реализующей идею создания "сияющего града на холме", "подлинно свободного общества", которое будет служить "примером для остального мира".

В основе солидарности жителей исламских стран - религиозное начало.

По аналогии с вышесказанным солидарность народа России может основываться на ясно выраженной идеологической основе. Таковой может выступить в настоящее время идея общества - "хранителя человечности, гуманизма и нравственности" в эпоху "морального и ценностного релятивизма", мира "нового феодализма", "многоэтажного человечества" и прочее. Неслучайно, например, глава русской Православной Церкви Патриарх Кирилл в своих выступлениях последнего времени неоднократно утверждал тезис о том, что сугубо утилитарная идея роста материального благосостояния, не соединенная с высшими идеалами, вряд ли может быть прочной основой для формирования единства общества по ключевым вопросам.

Формулирование такого проекта во многом есть залог сохранения страны, ее продолжения в истории. Другой вопрос, насколько присутствуют в стране соответствующие социально-политические субъекты, социальная энергия масс, ресурсы. По оценке директора ВЦИОМ В. Федорова, те амбициозные программы, которые в последнее время генерирует наша политическая элита, находят слабый отклик у россиян, их вообще трудно мобилизовать на что-либо. Даже молодые хотят только достичь определенного уровня, амбиции же в дефиците. Общество не хочет амбициозных программ, не готово жертвовать чем-то существенным ради страны и ее будущего, они сосредоточены на собственных интересах и темах. "Верхний план" в их сознании почти отсутствует, нет и идеологических запросов. Торжествуют частные интересы, потребительские ценности, социальный консерватизм [5].

Но проект России как "нормальной европейской страны", на наш взгляд, недостаточно жизнеспособен. На России лежит историческое бремя большой страны с трудной историей и традицией многовекового самостоятельного развития, подразумевающее способность и необходимость ставить и решать крупные исторические задачи.

На формирование подобного общезначимого смысла и плана действий должны быть направлены первоочередные политика государства и усилия общественных структур, существо которых должно состоять в более активном и заинтересованном участии в формировании базовых предпосылок согласия относительно идентичности российского общества и его цивилизационной определенности, создающей, в свою очередь, исходные основы отношения к прошлому и перспективам будущего, принципы культурной, образовательной, информационной политики.

Речь идет, в частности, о том, что распространение и обоснование в информационном, культурном, образовательном пространствах концепта цивилизационно-культурной состоятельности России может заложить основы органичной социальной сплоченности общества. Кроме того, утверждение в общественно-политической практике, духовно-культурной сфере нравственных основ бытия людей, солидарности поколений, социальных групп, власти и общества может также способствовать общественному согласию и ускоренному развитию российского общества и государства.

Появление перспектив для гармоничного социального развития связано и со всемерным продвижением принципа справедливости в социальном и экономическом смыслах. Его утверждение предполагает лечение глубинных болезней современной России: резкой имущественной поляризации, ослабления движения социальных лифтов, разделения общества по перспективам жизни и др.

В политическом плане солидарность предполагает утверждение принципов народовластия и демократии, создание условий для сопричастности людей к делам государства и власти, ответственности политической элиты. Учитывая характер политической культуры общества, первые шаги к социальному оздоровлению может и обязано делать государство, опираясь на взращиваемые гражданскую и социальную культуру.

От решения данных вопросов, на наш взгляд, главным образом будет зависеть укрепление социальной сплоченности общества, создание самих перспектив его дальнейшего развития.

Европейские ученые, к примеру, также предполагают возможность существования обществ, которые основываются на ином распределении властей и на других принципах сохранения социального и экологического равновесия. При "новой" демократии свобода должна существовать уже не за счет справедливости и социальной защищенности, но, наоборот, справедливость и социальная защищенность должны быть условиями для всеобъемлющих прав на свободу отдельного человека. При этом данная социокультурная модель не может быть осуществлена на сугубо национальном уровне. Речь идет о глобальном проекте, о создании Европейского социально-экологического союза, а затем и Социального и демократического мирового сообщества [6. С. 66].

Вместе с тем, по мнению многих авторов, обыденному взгляду, а иногда и просвещенному профессиональному наблюдателю может показаться, что мы переживаем революцию ценностного сознания, на самом деле, эти внешние признаки ценностной переориентации новых поколений не затрагивают базовые ценности.

Как отмечает М.К. Горшков, традиционные ценности, несмотря на воздействие трансформационных процессов, постоянно восстанавливают свое влияние на общество, переходящее от романтических увлечений к реальной жизни в условиях современного демократического устройства и рыночной экономики. Тем самым ценностно-смысловое ядро российского менталитета продолжает демонстрировать устойчивость и непохожесть. Под воздействием глубоких экономических и социально-политических преобразований общенациональный менталитет и социальная культура россиян представляет собой если не константу, то, во всяком случае, величину достаточно независимую, которую нельзя изменить по заказу, но можно и нужно использовать через государственный политический курс и политическую волю [3. С. 13].

В этой связи представляют интерес результаты одного из опросов ВЦИОМ относительно ценностных ориентаций, нравственных установок и гражданской активности молодежи. Молодое поколение действительно несколько отстает от старшего по включенности в морально-нравственный контекст жизни общества, относясь ко многим вещам несколько легковесно. Однако большинство все-таки осознают актуальность традиционных ценностей для общества. Структура ценностных ориентаций разных поколений в целом схожа, кроме двух моментов: моральные принципы в иерархии ценностей старшего поколения занимают 2-е место (после семьи), в то время как у молодого поколения только 8-е (у среднего поколения - 4-е) [7].

С учетом смены поколений наблюдается движение российского общества в сторону либеральной модели системы ценностных ориентаций (с приоритетом опоры на собственные силы, индивидуализма как способа социального выживания, роста ценностей успеха, иерархии). Но в более широком плане можно отметить различные точки зрения на перспективы трансформации социального сознания граждан России: от объяснений происходящего в терминах упрощения и примитивизации социальных ценностей и культуры до глубоких изменений, все же пока не затронувших органичные для русской цивилизации ценности.

Социальная и культурная катастрофа России предвидится при определенных условиях пока что лишь в трудах и выступлениях ученых, специалистов, политиков, но объем культурных, экономических, социальных проблем, стоящих перед страной, требует неординарных решений и действий государства и общества.

По нашему мнению, в ближайшее время от целенаправленной, продуманной стратегии и политики государства зависит выработка принципов сохранения и утверждения жизненных начал общества, его социокультурной идентичности и социальной сплоченности. Одними из этих принципов может и должна быть опора на энергию, потенциал, инициативу самого общества, содействие формированию институтов укрепления социальных сетей доверия и взаимопомощи. Необходимы не только надежды на "естественный" ход исторических событий, а акцент на направляемое и управляемое до отодвигания реальной угрозы коллапса государственности создание механизмов ускоренного социально-экономического и культурного развития страны.

Литература

  1. Меняющаяся социальность: контуры будущего: Круглый стол журнала "Полис" и Института философии РАН // Полис. 2011. N 11. С. 97 - 121.
  2. Шубкин В.Н., Климов И.А. Социальная разобщенность как феномен массового сознания // Россия реформирующаяся: Ежегодник-2004 / Отв. ред. Л.М. Дробижева. М.: Институт социологии РАН, 2004. С. 245 - 261.
  3. Горшков М.К. Российская идентичность в условиях трансформационных процессов // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник / Пивоваров Ю.С. (отв. ред.) и др. М.: ИНИОН, 2008. Вып. 3. Часть I. С. 9 - 17.
  4. Семененко И.С. Культурные факторы и механизмы формирования национально-цивилизационной идентичности на рубеже XXI в. // Полис. 2004. N 1. С. 101 - 114.
  5. ВЦИОМ. Архив. Социальные настроения, социальное самочувствие. URL: http:// wciom.ru/ arkhiv/ tematicheskii-arkhiv/ item/ single/ 4123.htmI?no_cache= 1&cHash= a360c33fb1 (дата обращения: 17.04.2009).
  6. Орлов Б.С. Социал-демократия в XXI веке: проблемы, поиски, перспективы: Аналитический обзор / РАН. ИНИОН. Центр научно-информ. исслед. глобал. и регион. пробл. Отд. Зап. Европы и Америки. М., 2009. 90 с. (Сер.: Проблемы современной социал-демократии).
  7. Горшков М.К., Шереги Ф.Э. Ценностные ориентации, нравственные установки и гражданская активность молодежи. URL: http:// wciom.ru/ fileadmin/ Monitoring/ 95_1/ 2010_ 1%2895%29_ 2_ Gorwkov_ Weregi.pdf (дата обращения: 16.05.2011).