Мудрый Юрист

Некоторые особенности раскрытия преступлений, совершаемых "черными копателями" в отношении культурных ценностей

Шандра Светлана Алексеевна, аспирант кафедры криминалистики Краснодарского университета МВД России.

Данная статья посвящена особенностям выявления, раскрытия и расследования преступлений, совершаемых так называемыми "черными копателями" в отношении культурных ценностей.

Ключевые слова: памятники, объекты культурного наследия, "черное копательство", выявление преступления, следственные ситуации, возбуждение уголовного дела.

Given article is dedicated to particularity of the discovery, opening and investigations of the crimes, made so named "black digger" in respect of cultural valuables.

Key words: monuments, the objects of the cultural heritage, "black digger", revealing the crime, the investigstion situations, excitement of the criminal deal.

Памятники - реальные вехи развития общества, следы его деятельности. По мере развития человеческого общества началось собирание этих памятников, их сохранение, охрана [1]. Однако также длительна история их разрушения, различных противоправных и именно корыстных посягательств.

Преступные деяния в отношении объектов культурного наследия запрещаются действующим уголовным законом в четырех составах преступлений, два из которых относятся к таможенным преступлениям: контрабанда (ст. 188 УК РФ) и невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов РФ и зарубежных стран (ст. 190 УК РФ); один - к преступлениям против собственности: хищение предметов, имеющих особую ценность (ст. 164 УК РФ), и один - к преступлениям против общественной нравственности: уничтожение или повреждение памятников истории и культуры (ст. 243 УК РФ) [2].

Следственно-судебная практика последних лет показывает, что существенно участились как корыстные посягательства на памятники истории и культуры, составляющие в том числе и недвижимую их разновидность [3]. Изъятие движимых предметов из недвижимого памятника археологии (кургана, могилы, захоронения и т.п.), выявленного и поставленного на учет в качестве такового государством, будет охватываться запретительными нормами ст. 243 УК РФ "Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры".

В настоящее время такие деяния называются рядом авторов "черным копательством". А Закон "О вывозе и ввозе культурных ценностей" [4] относит все предметы и их фрагменты, полученные в результате археологических раскопок, к культурным ценностям. Исходя из положений ст. 18 Федерального закона от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", объекты археологического наследия считаются выявленными со дня их обнаружения.

"Черное копательство", как и в целом уничтожение или повреждение памятников истории и культуры, можно отнести к неочевидным преступлениям, которые активно скрываются преступниками, происходят преимущественно в удаленных от поселений местах, в вечернее и ночное время [5].

В криминалистической литературе и в работах по теории оперативно-розыскной деятельности вопросам организации выявления и раскрытия неочевидных преступлений уделяется значительное внимание [6]. Преступление считается выявленным юридически с момента принятия по сообщению о нем решения в порядке, предусмотренном УПК РФ [7]. Однако фактически деятельность по выявлению преступления, предусмотренного ст. 243 УК РФ, весьма сложна, не является одномоментной и требует организации и системного подхода.

По справедливому утверждению С.И. Гирько, обнаружение преступления свидетельствует об успешном завершении соответствующей административной или розыскной деятельности и служит основанием для возбуждения уголовного судопроизводства. Для этого, в свою очередь, нужно установить основной признак деяния, предусмотренного уголовным законом - событие преступления [8].

В теории оперативно-розыскной деятельности выявление преступления - самостоятельная задача ОРД, под которой понимается установление, обнаружение общественно-опасных деяний, запрещенных уголовным законом, а также лиц, их совершающих, с помощью оперативно-розыскных сил, средств и методов, содержанием которого выступает сыскное установление события преступления и выраженных в нем признаков конкретного состава преступления.

Подлежат установлению, прежде всего, обязательные признаки объективной стороны состава преступления, т.е. совокупность признаков, которые характеризуют его внешнюю сторону. В ряде случаев необходимо установить факультативные признаки объективной стороны: место, время, обстановку, орудия, средства и способ совершения преступления. Если же преступление совершается в соучастии, то подлежат установлению все участники (члены группы) и выяснение роли каждого в проведении преступной деятельности [9]. Задача выявления преступлений, по справедливому мнению А.Е. Чечетина, всегда включает в себя три составных элемента: обнаружение лиц, их совершивших, установление в их действиях признаков состава уголовного наказуемого деяния для решения вопроса о возбуждении уголовного дела и установление потерпевшей стороны [10].

Выявление лиц и фактов, представляющих оперативный интерес в оперативно-розыскной деятельности, предшествует другой форме ОРД - раскрытию преступления, включающему в себя в широком смысле, установление всех основных, имеющих уголовно-правовое значение обстоятельств преступления, лица (лиц), его совершивших, сопровождение расследования уголовного дела вплоть до вступления приговора суда в законную силу [11].

Выявление преступления не может являться частью или этапом расследования преступления, ведь в ст. 156 УПК РФ прямо указывается, что предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела. Деятельность же по выявлению преступления предшествует этому этапу уголовного судопроизводства. Ведомственные нормативные акты не освобождают упомянутых выше субъектов от обязанности выявлять преступления и при расследовании конкретных уголовных дел. Кроме того, полномочия по обнаружению признаков преступления дознаватель (следователь) реализует при проведении доследственной проверки информации о преступлении в порядке ст. 144 УПК РФ, а в случае возвращения материалов прокурором и при осуществлении дополнительной проверки - в соответствии со ст. 146 УПК РФ.

Подчеркивая уголовно-процессуальное значение проверочных действий, необходимо отметить и то, что эти действия, по нашему мнению, носят также и криминалистический характер, поскольку направлены на исследование и оценку полученной информации о преступлении ("данных, указывающих на признаки преступления") [12]. Весьма значимые тактические аспекты деятельности субъекта расследования, связанные с получением информации, достаточной для принятия решения о возбуждении уголовного дела, по нашему мнению, подлежат более пристальному рассмотрению криминалистической наукой вообще и применительно к деятельности по раскрытию и расследованию данной категории преступлений, в частности. В связи с этим мнение С.Н. Чурилова о том, что "рекомендации по рассмотрению первичных материалов и возбуждению уголовного дела должны относиться к науке уголовного процесса, а не к методике расследования и не к криминалистике вообще", представляется ошибочным [13].

Как начальный этап противодействия рассматриваемому виду преступлений, выявление уничтожения или повреждения памятника и проведение проверочных действий занимает особое место в системе деятельности правоохранительных органов. Само название этой деятельности, указывает на то, что речь идет об обнаружении и начале исследования события, вероятно, носящего криминальный характер. Как правило, в таких случаях компетентные органы испытывают серьезные трудности, порождаемые дефицитом информации о познаваемом объекте, сложностью ее получения. Поэтому круг задач на начальном этапе существенно ограничен. Главная задача здесь - обнаружение каждого признака и именно события преступления, что в конечном итоге и требует от субъекта такой деятельности уголовно-процессуальный закон (ст. 73 УПК РФ). На данном этапе решаются и другие задачи: принимаются меры по пресечению противоправной деятельности [14], кроме того, согласно п. 3 ст. 145 УПК РФ, субъект этой деятельности принимает меры по сохранению следов преступления.

Решение этих и других задач направлено на реализацию основной цели выявления уничтожения (повреждения) памятников истории и культуры - обнаружение его признаков и непосредственно события преступления. Однако содержание деятельности, связанной с выявлением преступления, не сводится только к принятию решения о возбуждении уголовного дела. Большинство авторов, несмотря на отдельные различия в названии данной деятельности, в определении ее границ и содержания, едины в главном: такая деятельность имеет единую тактическую направленность, обусловливающую подготовку субъекта расследования к принятию важного процессуального решения [15]. Эта деятельность включает в себя ряд мер поискового, организационного, стимулирующего и иного характера, обеспечивающих возможность установления носителей первичной информации о преступлении, а также с применением определенной совокупности способов и приемов получения от них информации о его событии.

С появлением же повода к возбуждению уголовного дела она выходит на новый уровень. Не меняя своей сущности, она становится более целенаправленной, конкретной по содержанию, обретает процессуальную форму, т.е. переходит в разряд процессуально-регламентированной деятельности, что в конечном итоге обеспечивает принятие законного и обоснованного решения о возбуждении уголовного дела или отказа в возбуждении дела [16].

Судебно-следственная практика показывает, что наиболее проблемными с точки зрения выявления являются именно преступления, предусмотренные ст. 243 УК РФ, заключающиеся в неправомерном изъятии предметов (объектов), сокрытых в земле или иной среде, памятника, с разрушением последнего.

Для выявления таких преступлений наиболее часто проводятся следующие проверочные мероприятия: 1) установление свидетелей, очевидцев преступления; 2) назначение предварительных криминалистических исследований; 3) "отработка" подучетного элемента; 4) действия по оценке материального ущерба. Исходя из конкретной следственной ситуации, предмета преступного посягательства и следовой картины, на месте преступления проводятся: опрос лиц, ранее совершавших подобные преступления (98,1%); опрос лиц, на которых возложены функции охраны (сохранения) памятника, работников органа охраны и сохранения объектов культурного наследия (61,3%); опрос приемщиков металла в специализированных пунктах, проверка их документации (при совершении преступления по корыстным мотивам, связанном с демонтажем металлических фрагментов памятника) (59,5%). Весьма эффективна при выявлении корыстных посягательств организация контроля оперативными методами лиц, занимающихся сбытом предметов, представляющих культурную ценность (47,8%). В ряде случаев проводится работа с негласным аппаратом, связанным с оборотом культурных ценностей (28,8%), и используются сведения криминалистических и иных учетов (9,2%).

Литература

  1. Тельчаров А.Д. Основы музейного дела. Введение в специальность: Курс лекций. М.: Омега-Л, 2005. С. 6.
  2. Беспалько В.Г. Понятие и признаки культурных ценностей как предметов преступлений // Журнал российского права. 2005. N 3. С. 71 - 81.
  3. Яни С.А., Сырых В.М. Эффективность уголовного законодательства об охране памятников // Сов. государство и право. 1990. N 3. С. 74 - 78.
  4. Закон РФ от 15.04.1993 N 4804-1 "О ввозе и вывозе культурных ценностей" (ред. от 02.11.2004) // Российская газета. 1993. 15 мая. N 92.
  5. Текнеджи А.В. Правовая охрана и расследование уничтожения или повреждения памятников истории и культуры / Под ред. В.А. Джемелинского. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2007. С. 172, 178; Макаров Н.А. Грабительские раскопки как фактор уничтожения археологического наследия России // http://historia.ru/2004/01/makarov.htm.
  6. Бордиловский Э.И. Раскрытие неочевидных преступлений (организация и тактика). М., 1991; Лекарь А.Г., Безруких Р.К. Организационно-тактические основы раскрытия преступлений. М., 1977; Смагоринский Б.П. Оперативно-розыскная тактика и организация раскрытия краж, грабежей, разбойных нападений и мошенничеств. Минск: ВШ МВД РФ, 1986.
  7. Исаенко В.Н. Выявление преступлений в предмете криминалистики // Актуальные проблемы криминалистики на современном этапе: Сб. науч. трудов / Под ред. З.Д. Еникеева. Уфа, 2003. Ч. 1. С. 109 - 116.
  8. Гирько С.И. Роль и функции милиции в уголовном процессе России: Монография. М.: Издательство "Щит-М", 2005.
  9. Комментарий к Федеральному закону "Об оперативно-розыскной деятельности" (с постатейным приложением нормативных правовых актов и документов) / Авт.-сост. проф. А.Ю. Шумилов. 6-е изд., доп. и перераб. М., 2004. С. 17 - 18.
  10. Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности: Учебное пособие / Под ред. А.Е. Чечетина. 8-е Изд., перераб. и доп. М.: ИМЦ ГУК МВД России, 2004. С. 12.
  11. Зубач А.В., Кокорев А.Н., Русакова Р.А. Основные направления деятельности милиции: Учеб. пособие. М., 2006. С. 214 - 215.
  12. См. определение науки криминалистики Р.С. Белкина (Белкин Р.С. Курс криминалистики: В 3 т. М.: Юристъ, 1997. Т. 1: Общая теория криминалистики. С. 112).
  13. Чурилов С.Н. Криминалистическая методика: История и современность. М.: Маркетинг, 2002. С. 227.
  14. Самыгин Л.Д. Расследование преступлений как система деятельности. М., 1989. С. 35.
  15. Арестова Е.Н. Деятельность органов внутренних дел на этапе возбуждения уголовного дела // Российский следователь. 2003. N 5. С. 27 - 30; Васильев А.Н. Введение в курс советской криминалистики. М., 1962. С. 21; Копылова О.П. Проверка заявлений и сообщений о преступлениях: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 1999. С. 6 - 7; Рыжаков А.П. Уголовный процесс: возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Тула, 1996. С. 9; и др.
  16. Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел: Учебное пособие. Ташкент, 1986. С. 23.