Мудрый Юрист

Становление возрожденного суда присяжных: история повторяется! *

<*> Barsukova M.A. Formation of restored jury: history repeats itself.

Барсукова Маргарита Александровна, доцент кафедры социально-гуманитарных дисциплин Уральского юридического института МВД России, кандидат исторических наук, доцент.

Статья посвящена суду присяжных в России. В ней рассматривается процесс становления данного института в современной и царской России, анализируются основные события, повлиявшие на ограничение компетенции присяжных заседателей. Автор статьи, исследуя юрисдикцию суда присяжных на разных этапах развития, приходит к выводу, что история во многом повторяется.

Ключевые слова: суд присяжных, присяжный заседатель, юрисдикция суда присяжных, оправдательный вердикт суда присяжных, дело Засулич, дело Ульмана, Федеральный закон, постановление Конституционного Суда.

The article is devoted to a jury in Russia. It deals with the process of formation of this institution in modern and tsarist Russia, analyses basic events which have influenced the limitation of jurors' competence. The author having examined the jurisdiction of Russian jury at different stages of development comes to the conclusion that history repeats itself.

Key words: jury, juror, jurisdiction of jury, not guilty verdict of jury, Zasulich case, Ulman case, Federal Law, ruling of Constitutional Court.

В последнее время на страницах периодической печати появляется немало статей, где авторы проводят исторические параллели между нынешним и прошлым суда присяжных. Ряд исследователей, занимающихся сравнительным правоведением, увидев сходные тенденции в Законах от 30 декабря 2008 г. о противодействии терроризму <1> и от 9 мая 1878 г. о подсудности дел по государственным преступлениям <2> и в вердиктах присяжных заседателей по делу Э. Ульмана и В. Засулич, оправдавших заведомо виновных, задались вопросом: "Неужели история повторяется?" <3>. При более детальном изучении процесса становления института присяжных заседателей в современной и царской России аналогов оказалось значительно больше.

<1> Федеральный закон от 30.12.2008 N 321-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам противодействия терроризму" // СЗ РФ. 2009. N 1. Ст. 29.
<2> Высочайше утвержденное мнение Государственного совета "О подсудности и порядке производства дел о государственных преступлениях". 9 мая 1878 г. // ПСЗРИ. N 58487.
<3> Рябцева Е.В. Изменение компетенции присяжных заседателей: история повторяется? // Российская юстиция. 2009. N 6. С. 52 - 53; Колоколов Н. Оправдание Веры Засулич: ошибка или закономерность? Две эпохи, два взгляда! // Человек и закон. 2010. N 7. С. 108 - 117.

В деятельности возрожденного суда из народа отчетливо прослеживаются две важные вехи. Это дело Ульмана и Постановление Конституционного Суда от 6 апреля 2006 г. N 3-П <4>, а также Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. N 321 и Постановление Конституционного Суда от 19 апреля 2010 г. N 8-П <5>.

<4> Постановление Конституционного Суда РФ от 06.04.2006 N 3-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального конституционного закона "О военных судах Российской Федерации", федеральных законов "О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации", "О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Президента Чеченской Республики, жалобой гражданки К.Г. Тубуровой и запросом Северо-Кавказского окружного военного суда" // СЗ РФ. 2006. N 16. Ст. 1775.
<5> Постановление Конституционного Суда РФ от 19.04.2010 N 8-П "По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части второй статьи 30 и части второй статьи 325 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Р.Р. Зайнагутдинова, Р.В. Кудаева, Ф.Р. Файзулина, А.Д. Хасанова, А.И. Шаваева и запросом Свердловского областного суда" // СЗ РФ. 2010. N 18. Ст. 2276.

Дело Ульмана в свое время получило огромный общественный резонанс. Разберемся, почему? В Чеченской Республике проводилась спецоперация по поимке полевого командира Хаттаба. 11 января 2002 г. разведгруппа ГРУ под командованием капитана Ульмана, блокировавшая дорогу в Грузию, обстреляла машину, которая не остановилась по требованию. В автомобиле находилось шесть пассажиров, среди которых пожилой директор местной школы, беременная женщина и инвалид. Во время обстрела один пассажир погиб, двое - получили ранения. Военные оказали раненым первую помощь, Ульман доложил обстановку в штаб. От оперативного дежурного майора А. Перелевского поступил приказ о ликвидации чеченцев. Командир трижды просил повторить распоряжение, после чего дал команду лейтенанту А. Калаганскому и прапорщику В. Воеводину уничтожить задержанных. Один из чеченцев, будучи смертельно раненным, сумел бежать. Впоследствии Перелевский утверждал, что приказ был отдан полковником В. Плотниковым, руководившим операцией. Плотников же сей факт отрицал. Через день в часть, где находилась группа Ульмана, явились чеченские милиционеры с требованием выдать им группу спецназа. Вооруженное командование заявило, что виновные будут отданы под суд <6>.

<6> Ульман Эдуард Анатольевич. URL: http://ru.wikipedia.org/wiki.

И вот тут началась "большая" политика. Если признать, что приказы об уничтожении чеченских мирных жителей отдаются российским военным руководством, то это выглядело бы как геноцид, что, без сомнения, привело бы к обострению обстановки в Чечне и бойкоту России со стороны международного сообщества. А если признать, что убийство ни в чем не повинных людей осуществляется распоясавшимися спецназовцами, то это можно рассматривать всего-навсего как криминальный сюжет. Одно дело - профессиональная деформация, и совсем другое - организованный геноцид. Но вдруг произошел непредвиденный "сбой". Ростовские присяжные дважды оправдывали подсудимых, признав, что они действовали по приказу. Военная коллегия Верховного Суда дважды отменяла оправдательный приговор, а Конституционный Суд в связи с запросом Президента Чеченской Республики постановил, что коллегия присяжных должна формироваться из граждан того региона, где совершено преступление. А так как на тот момент в Чечне суд присяжных еще не был учрежден, то, значит, подобные дела должна рассматривать коллегия из профессиональных военных судей.

Подобное постановление Конституционного Суда один из разработчиков судебной реформы, С.А. Пашин, из-за парадоксальности вывода назвал "совершенно изумительным": хотя у Ульмана есть право на суд присяжных, но формально это право ниже, чем право некоего потенциального чеченца судить его <7>. Это было первое ограничение компетенции суда общественной совести.

<7> Пашин С.А. История суда присяжных в постсоветской России. URL: http://index.org.ru/ journal/30/02-pashin.html.

Следующим значимым событием на пути становления института присяжных заседателей стал Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. о противодействии терроризму, на основании которого из ведения присяжных были изъяты девять составов преступлений: террористический акт, захват заложника, организация незаконного вооруженного формирования, массовые беспорядки, диверсия, шпионаж, государственная измена, насильственный захват власти, вооруженный мятеж. Это можно рассматривать как второе наступление на юрисдикцию суда присяжных.

По поводу данного закона профессор МГУ Л.В. Головко высказал такое мнение: "Законодатель ограничил право граждан на суд присяжных. Предусмотренный ч. 2 ст. 55 Конституции РФ запрет издания законов, "умаляющих права", имеет не абсолютный, а относительный характер. Законодатель вправе их ограничивать в "публичных целях", так как "общее благо" выше "индивидуального". В такой ситуации Закон конституционно корректен, если власть смогла внятно объяснить, в чем здесь заключается "общее благо". Что мы услышали от власти? Невнятные сетования на то, как трудно нести в суде присяжных бремя доказывания и сколь часто суд присяжных выносит оправдательный приговор? Но "общим" для всех граждан России благом является отнюдь не освобождение прокуратуры от бремени доказывания и не превращение суда в "штамповочную машину", а прямо противоположное. Любые попытки правоохранителей облегчить свою "процессуальную участь" не только не соответствуют идее публичного интереса, но и прямо противоречат ей. Услышали мы также и рассуждения о необходимости реформы в связи с тем, что суд присяжных наносит вред обеспечению стабильности на Северном Кавказе <8>.

<8> Головко Л.В. Конституционный Суд и суд присяжных // ЭЖ-Юрист. 2010. N 10. С. 5.

По мнению властей, специфика Кавказского региона не позволяет присяжным быть объективными в отношении преступников, принадлежащих к тому же тейпу. Якобы это нарушает принцип справедливой оценки доказательств. Кстати, предыдущий акт, ограничивающий компетенцию суда присяжных, отстаивал как раз права тех чеченских присяжных, которых следующим законом лишили. Странная логика! Академик Ю. Дмитриев полагает, что "...сначала законодатель, а затем и КС РФ пошли на поводу у спецслужб. А эффективность их деятельности можно оценить по стремительно растущему числу терактов, совершаемых как на Кавказе, так и в иных регионах России" <9>.

<9> Дмитриев Ю. Зачем России суд присяжных? URL: http:// www.klerk.ru/ columnists/ dmitriev/187359.

Теперь перейдем к анализу основных событий, повлиявших на ограничение компетенции присяжных заседателей более столетия назад. Первой вехой в становлении дореволюционного суда присяжных стало дело Пыпина, рассматриваемое Петербургским окружным судом в августе 1966 г. А.Н. Пыпин и Ю.Г. Жуковский обвинялись в "оскорблении чести и достоинства всего дворянского земледельческого сословия" в связи с публикацией антикрепостнической статьи "Вопрос молодого поколения". Суд, проходивший без участия присяжных заседателей, оправдал подсудимых за отсутствием состава преступления.

Этот факт привел министра внутренних дел П.А. Валуева в страшную ярость, в результате чего в газете "Весть" появилась статья, в которой говорилось: "Преследование гг. Жуковского и Пыпина начато Главным управлением по делам печати. Суд оправдал обоих. Таким образом является столкновение между властями административной и судебной..." <10>. Валуев добился издания первой новеллы к Судебным уставам - Закона от 12 декабря 1866 г. по делам о печати <11>, в соответствии с которым для данной категории дел первой инстанцией стала Судебная палата. Подобным образом был создан прецедент ограничения юрисдикции суда присяжных путем передачи определенных дел в ведение других судебных учреждений.

<10> Жирков Г.В. История цензуры. URL: http:// www.textfighter.org/ text9/ 37_ pechati_ vnutrennih_ delam_19.php.
<11> Высочайше утвержденные правила "О порядке судопроизводства по делам о печати". 12 декабря 1866 г. // ПСЗРИ. N 43978.

Следующим шагом на пути сокращения объема юрисдикции присяжных заседателей явился Закон от 9 мая 1878 г. о подсудности дел по "дерзким" преступлениям против государственной власти. Это был правительственный ответ на оправдательный вердикт присяжных заседателей по известному делу Засулич.

24 января 1878 г. генерал-адъютант Ф.Ф. Трепов принимал посетителей. Засулич подала ему прошение, а затем неожиданно выхватила револьвер и выстрелила, ранив генерала. На вопрос о том, что побудило ее стрелять в градоначальника, она ответила: "Боголюбовская история". Что это за история?

Под именем Архипа Боголюбова по делу о демонстрации на Казанской площади в Петербурге был осужден и приговорен к пятнадцати годам каторги в действительности не участвовавший в ней народоволец Емельянов. После суда Боголюбов (Емельянов) содержался в доме предварительного заключения, куда приехал Трепов. Несколько заключенных, Боголюбов в том числе, гуляли по двору и, проходя мимо генерала, поздоровались с ним, сняв шапки. Градоначальник заметил смотрителю, что заключенные, подлежащие раздельному содержанию, не должны выходить вместе. Боголюбов, вмешавшись в разговор, сказал, что он уже осужден, а потому может общаться со всеми заключенными. Такая вольность вызвала у Трепова вспышку гнева, и он, подбежав с криком: "Шапку долой!", замахнулся на арестанта. Боголюбов сумел уклониться от удара, но при этом у него с головы свалилась шапка. Заключенным, наблюдавшим за этой сценой из окон, показалось, что генерал ударил Боголюбова, и они стали бешено кричать. Трепов, утратив самообладание, отдал незаконный приказ высечь Боголюбова. В такой ситуации революционные организации посчитали своим долгом наказать сатрапа. Будучи членом киевского народнического кружка "Бунтари", Засулич специально приехала в Петербург для проведения террористического акта <12>.

<12> Ларин А.М. Государственные преступления. Россия. XIX век (Взгляд через столетие). Тула, 2000. С. 378 - 379.

Любопытно, что через три дня после выстрела председатель Петербургского окружного суда А.Ф. Кони спросил у прокурора Судебной палаты Лопухина, нет ли в деле Засулич признаков политического преступления. На что тот решительно ответил: "Нет, это дело простое и пойдет к присяжным, которым представится возможность отличиться" <13>. Присяжные отличились - вынесли оправдательный вердикт.

<13> Там же. С. 380.

Вслед за оправданием Засулич министр юстиции граф Пален внес в Государственный совет представление об изъятии из компетенции суда присяжных дел о восстании против установленных правительством властей, противодействии или сопротивлении исполнению судебных определений или распоряжений властей, об убийстве или покушении на убийство должностных лиц, о нанесении им ран и увечий при исполнении служебных обязанностей. В результате появился известный Закон от 9 мая 1878 г.

А теперь подведем некоторые итоги. Историко-сравнительный анализ событий и источников, повлекших уменьшение компетенции присяжных заседателей в XIX и XXI вв., выявил удивительные совпадения. Это дела Пыпина и Ульмана (здесь мы видим лингвистическое сходство), ставшие первой вехой на пути становления суда присяжных. Это законы о печати и о терроризме, явившиеся превентивными мерами государства ("как бы чего не вышло"), направленными на ограничение деятельности суда присяжных путем передачи "особо опасных" дел в другие судебные учреждения. Это Законы от 9 мая 1878 г. от 30 декабря 2008 г., изъявшие из ведения общественных судей преступления против государственной власти. Это процессы над Засулич и Ульманом, показавшие гражданскую позицию присяжных заседателей, которые вынесли оправдательный приговор подсудимым и обвинительный приговор властям. Это нормативно-правовые акты от 9 мая 1878 г. и от 6 апреля 2006 г., продемонстрировавшие ответную реакцию государства на оправдательный вердикт общества. Это конфликты между судебной и исполнительной властью, традиционно завершавшиеся победой последней. Однако XXI в. продемонстрировал и новые реалии: в столкновении властей Конституционный Суд, встав на сторону администрации, выступил против суда присяжных, что привело к парадоксальной ситуации "суд против суда".