Мудрый Юрист

Проблемы добровольного исполнения судебных актов (по материалам постановлений президиума ВАС РФ от 14 декабря 2010 г. № 8893/10 и № 3809/07)

Юдин А.В., доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского процессуального и предпринимательского права Самарского государственного университета.

В статье автор анализирует правовые позиции ВАС РФ по вопросам добровольного исполнения судебных постановлений.

Ключевые слова: арбитражный процесс, исполнительное производство.

The author analyzes the legal positions of the Russian Federation Supreme Arbitration Court on voluntary compliance with court orders.

Key words: arbitrate process, enforcement proceedings.

В конце 2010 г. Президиумом ВАС РФ в порядке надзора было рассмотрено два интересных, событийно не связанных между собой дела, которые тематически можно было бы объединить под рубрикой проблем добровольного исполнения судебных актов (приводимые постановления затрагивают и другие, важные для практики вопросы, на которых мы внимание не акцентируем). Характерно также, что Президиум ВАС РФ (далее также - Президиум) указал на то, что предпринятое им толкование правовых норм по этим делам является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел (по терминологии КС РФ - правовые позиции с обратной силой <1>).

<1> Пункт 5 Постановления КС РФ от 21 января 2010 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности положений части 4 статьи 170, пункта 1 статьи 311 и части 1 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами закрытого акционерного общества "Производственное объединение "Берег", открытых акционерных обществ "Карболит", "Завод "Микропровод" и "Научно-производственное предприятие "Респиратор" // СЗ РФ. 2010. 8 февр. N 6. Ст. 699.

Жанр настоящей публикации требует, чтобы фабула дел, вызвавших внимание Президиума ВАС РФ, по возможности была приведена максимально подробно.

Дело N 8893/10. Негосударственное образовательное учреждение "Краевая школа парикмахерского искусства "Кибалион" (далее - учреждение) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с иском к администрации г. Владивостока (далее - администрация) о взыскании 141 858 рублей 94 копеек процентов, начисленных в порядке, установленном ст. 395 ГК РФ, на сумму неосновательного обогащения за период с 6 августа 2007 г. по 9 октября 2009 г. (с учетом уточнения искового требования). Решением Арбитражного суда Приморского края от 27 октября 2009 г. исковое требование удовлетворено частично, с администрации в пользу учреждения взыскано 113 487 рублей 12 копеек процентов, в остальной части иска отказано. Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 24 декабря 2009 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Дальневосточного округа Постановлением от 9 марта 2010 г. судебные акты первой и апелляционной инстанций отменил и во взыскании 141 858 рублей 94 копеек процентов отказал в связи с неправильным применением судами ст. 395 ГК РФ и неприменением ст. 242.1, 242.2 БК РФ.

Суд кассационной инстанции исходил из того, что непредъявление исполнительного листа к исполнению в порядке, предусмотренном ст. 242.1, 242.2 БК РФ, является просрочкой кредитора, приведшей к задержке исполнения исполнительного документа, в связи с чем основания для взыскания процентов отсутствуют.

Президиум посчитал, что оспариваемое Постановление суда кассационной инстанции подлежит отмене, а судебные акты первой и апелляционной инстанций - оставлению без изменения по следующим основаниям.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 5 июля 2007 г. по делу N А51-3281/2007-28-84 с администрации Владивостокского городского округа как с главного распорядителя средств бюджета г. Владивостока за счет казны г. Владивостока в пользу учреждения взыскано 503 214 рублей 50 копеек неосновательного обогащения в связи с завышением арендодателем (Управлением муниципальной собственности г. Владивостока) размера арендной платы за период с марта 2005 г. по январь 2007 г.

Администрация добровольно не исполнила решение Арбитражного суда Приморского края от 5 июля 2007 г. по делу N А51-3281/2007-28-84 о взыскании с нее в пользу учреждения суммы неосновательного обогащения, что явилось основанием для обращения учреждения в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно п. 26 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" при рассмотрении споров, возникающих в связи с неосновательным обогащением одного лица за счет другого лица (гл. 60 ГК РФ), судам следует иметь в виду, что в соответствии с п. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Статьей 7 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и ч. 1 ст. 16 АПК РФ установлено, что вступившие в законную силу судебные акты - решения, определения, постановления арбитражных судов обязательны для всех государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. Неисполнение судебных актов, а также невыполнение требований арбитражных судов влекут за собой ответственность, установленную данным Кодексом и другими федеральными законами.

Таким образом, закон предусматривает обязательность исполнения судебных актов, что предполагает их безусловное исполнение органами государственной власти.

Исходя из смысла данных правовых норм, обязанность исполнения судебного акта лежит на должнике независимо от совершения взыскателем действий по принудительному исполнению судебного решения, поэтому непредъявление исполнительного листа к исполнению не должно рассматриваться в качестве основания освобождения государственного органа от ответственности за несвоевременное исполнение судебного акта.

Установленные БК РФ особенности порядка исполнения судебных актов, предусматривающие взыскание средств за счет бюджетов по предъявлении исполнительного листа, не регулируют имущественные гражданско-правовые отношения, не затрагивают соотношения прав и обязанностей их участников и сами по себе не изменяют оснований и условий применения гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств.

В этой связи непредъявление взыскателем исполнительного листа к исполнению не может быть расценено как просрочка кредитора или его вина в нарушении должником гражданско-правового обязательства.

Иное толкование противоречило бы принципу равенства участников гражданско-правовых отношений.

Дело N 3809/07. Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам N 1 (далее - инспекция) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о взыскании с открытого акционерного общества "Самаранефтегаз" (далее - общество) 1 825 855 715 рублей 39 копеек налоговых санкций, начисленных на основании решения инспекции от 26 ноября 2004 г. N 52/959, принятого по результатам выездной налоговой проверки общества за 2002 г.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 27 декабря 2005 г. требование инспекции удовлетворено. После вступления решения суда в законную силу выдан исполнительный лист от 10 февраля 2006 г. N 021718 о взыскании с общества в доход бюджета Российской Федерации штрафа в размере 1 825 855 715 рублей 39 копеек.

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа Постановлением от 2 июня 2006 г. решение от 27 декабря 2005 г. отменил, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 31 августа 2006 г. требования инспекции были вновь удовлетворены.

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа Постановлением от 15 декабря 2006 г. решение суда от 31 августа 2006 г. отменил, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Отменяя решения Арбитражного суда Самарской области и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции дважды указывал на необходимость проверки довода общества о пропуске инспекцией срока на обращение в суд с заявлением о взыскании налоговых санкций, а также на необходимость назначения экспертизы оттиска календарного штемпеля на конверте, представленного инспекцией в подтверждение факта своевременной отправки заявления в суд.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 3 июля 2007 г. в удовлетворении требования инспекции отказано. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 1 ноября 2007 г. решение от 3 июля 2007 г. оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Поволжского округа Постановлением от 21 февраля 2008 г. решение от 3 июля 2007 г. и Постановление от 1 ноября 2007 г. оставил без изменения.

Между тем в период с 12 июля 2006 г. по 29 марта 2007 г., т.е. после вступления в законную силу решения от 27 декабря 2005 г. и выдачи исполнительного листа, общество на основании платежных поручений перечислило в бюджет Российской Федерации 1 742 545 380 рублей 12 копеек налоговых санкций, в отношении которых в порядке арбитражного судопроизводства рассматривался соответствующий спор.

Оценивая уплаченную сумму как исполнение решения от 27 декабря 2005 г., исполнение по которому в период уплаты не было прекращено, общество обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о повороте исполнения указанного решения и возврате исполненного - штрафных санкций в сумме 1 742 545 380 рублей 12 копеек.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12 января 2009 г. взыскание по решению от 27 декабря 2005 г. прекращено. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 7 апреля 2009 г. Определение от 12 января 2009 г. оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Поволжского округа Постановлением от 4 июня 2009 г. Определение от 12 января 2009 г. и Постановление от 7 апреля 2009 г. отменил, дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку суд вышел за рамки заявленного требования и не рассмотрел по существу заявление общества о повороте исполнения судебного акта путем возврата уплаченных денежных средств.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24 июля 2009 г. обществу отказано в повороте исполнения решения от 27 декабря 2005 г. и возврате 1 742 545 380 рублей 12 копеек налоговых санкций в порядке поворота исполнения. Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 октября 2009 г. Определение от 24 июля 2009 г. оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Поволжского округа Постановлением от 19 января 2010 г. Постановление от 8 октября 2009 г. оставил без изменения.

Отказывая в удовлетворении заявления о повороте исполнения, арбитражные суды трех инстанций указали, что уплата начисленных штрафных санкций производилась обществом в добровольном порядке, а не на основании судебного решения и исполнительного листа, по которому исполнительное производство не возбуждалось, поэтому решение от 27 декабря 2005 г. нельзя признать приведенным в исполнение и положения ч. 1 ст. 325 АПК РФ к данным обстоятельствам неприменимы.

В заявлении, поданном в ВАС РФ, о пересмотре в порядке надзора судебных актов, которыми было отказано в повороте исполнения решения от 27 декабря 2005 г. и возврате уплаченного штрафа, общество просит их отменить, ссылаясь на нарушение единообразия в толковании и применении судами норм материального и процессуального права, и принять новый судебный акт об удовлетворении его требования.

В отзыве на заявление инспекция просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения как соответствующие действующему законодательству.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении, отзыве на него и выступлениях присутствующих в заседании представителей участвующих в деле лиц, Президиум отменил решение Арбитражного суда Самарской области от 24 июля 2009 г. по делу N А55-11607/2005, Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 октября 2009 г. и Постановление ФАС Поволжского округа от 19 января 2010 г. по тому же делу, произвел поворот исполнения решения Арбитражного суда Самарской области от 27 декабря 2005 г. по указанному делу и возвратил открытому акционерному обществу "Самаранефтегаз" 1 742 545 380 рублей 12 копеек уплаченных налоговых санкций.

Согласно ч. 1 ст. 325 АПК РФ, в случае, если приведенный в исполнение судебный акт отменен полностью или в части и принят новый судебный акт о полном или частичном отказе в иске, либо иск оставлен без рассмотрения, либо производство по делу прекращено, ответчику возвращается все то, что было взыскано с него в пользу истца по отмененному или измененному в соответствующей части судебному акту.

Таким образом, предусмотренный в указанной статье Кодекса институт поворота исполнения судебного акта призван восстановить права ответчика, которые были нарушены в результате исполнения судебного акта, впоследствии отмененного судом вышестоящей инстанции или тем же судом, пересмотревшим дело по вновь открывшимся обстоятельствам.

При этом все действия должника, производимые в рамках судебного процесса и направленные на добровольное исполнение предъявленного к нему требования, законность которого подтверждена решением суда, следует рассматривать в качестве исполнения судебного акта.

В силу положений ст. 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" и ст. 16 АПК РФ судебные акты являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Ввиду этого вступивший в законную силу судебный акт может и должен быть исполнен добровольно даже в отсутствие исполнительного листа, а обязательность решения суда и необходимость его неукоснительного соблюдения и исполнения не должны зависеть от факта возбуждения исполнительного производства.

Довод судов об отсутствии у общества оснований для уплаты штрафа, поскольку дело о его взыскании несколько раз передавалось судом кассационной инстанции на новое рассмотрение с отменой ранее состоявшихся судебных актов, которыми в пользу бюджета была присуждена его уплата, также не имеет правового значения.

Лицо, чьи права нарушены, вправе требовать их защиты любыми способами, установленными законом, в том числе и путем предъявления заявления в порядке, предусмотренном ст. 325 АПК РФ, о повороте исполнения судебного акта; в связи с этим общество вправе было обратиться как с самостоятельным требованием к инспекции о возврате из бюджета неосновательно полученных денежных средств, так и направив заявление о повороте исполнения решения от 27 декабря 2005 г.

Юридический анализ приводимых дел прежде всего предполагает решение вопроса о правовой урегулированности отношений, находящихся на рассмотрении Президиума ВАС РФ. Как известно, одним из ключевых оснований "вмешательства" надзорной инстанции является необходимость исправления допущенных судами нарушений единообразия в толковании и применении норм права (п. 1 ч. 1 ст. 304 АПК РФ). Поскольку по настоящему делу какое-либо сложившееся единообразие практики по данному вопросу отсутствовало и, следовательно, не могло быть нарушено отмененными судебными актами, то правильнее говорить о том, что Президиум ВАС РФ взял на себя несколько иную функцию, которая пока не закреплена в законе, но которая подспудно присутствует во многих постановлениях надзорной инстанции и, существуя ранее на уровне законопроекта <1>, не вошла в окончательную редакцию закона, - функцию развития права.

<1> Проект Федерального закона N 343802-5 "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации" был внесен в Государственную Думу РФ Постановлением Пленума ВАС РФ от 4 марта 2010 г. N 10 "О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта Федерального закона "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации"" (СПС "КонсультантПлюс").

Сфера добровольного исполнения судебных актов арбитражных судов и судов общей юрисдикции не получила какого-либо внятного нормативного оформления, и связано это, на наш взгляд, с единственной причиной - кажущимся отсутствием необходимости в правовой регламентации добровольного исполнения лицом судебного акта. Действительно, если должник или лицо, еще не успевшее приобрести подобный статус (например, ответчик, добровольно исполняющий решение до вступления его в законную силу), добровольно исполнит требования исполнительного документа, то исчезает сам предмет возможного правового воздействия, поскольку отношения получают логическое и желательное завершение. В некоторых случаях дело обстоит именно подобным образом: должник добровольно уплачивает денежную сумму, и кредитор более не имеет к нему претензий, отказываясь от взыскания или иным образом прекращая процесс принудительного исполнения. Однако определенные ситуации, связанные с добровольным исполнением, настоятельно требуют правовой регламентации, что выливается в обсуждение соответствующих проблем на страницах юридической прессы <1>.

<1> См., например: Мурашкина Д. Добровольное исполнение решения суда. Как не заплатить дважды // Юрист компании. 2011. N 4. С. 24 - 27.

Еще советскими процессуалистами обращалось внимание на недостаточную разработку проблем добровольного исполнения судебных актов; на несводимость исполнения только к принудительной форме исполнения <1>; на недостаточную урегулированность данной сферы отношений законом <2> и др. Так, Л.Н. Завадская писала о том, что проблема принудительного исполнения является частной по отношению к проблеме реализации судебных решений <3>. В нереализованном проекте Исполнительного кодекса РФ принцип поощрения добровольного исполнения был возведен в ранг основных начал исполнительного производства (ст. 8 проекта) <4>.

<1> Завадская Л.Н. Реализация судебных решений, вынесенных в порядке искового производства: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1979. С. 9.
<2> См., например: Заворотько П.П. Процессуальные гарантии исполнения судебного решения. М.: Юрид. лит., 1974. С. 201.
<3> Завадская Л.Н. Реализация судебных решений. Теоретические аспекты. М.: Издательство "Наука", 1982. С. 40, 45 и др.
<4> Исполнительный кодекс Российской Федерации. Проект / Под ред. д.ю.н., проф. В.М. Шерстюка, д.ю.н., проф. В.В. Яркова. М.: Проспект, 2009. С. 12, 24.

Основной практический тезис, который был заложен в обсуждаемые Постановления, сводится к тому, что вступивший в законную силу судебный акт может и должен быть исполнен добровольно даже в отсутствие исполнительного листа. С доктринальной стороны это обосновывается обязательностью решения суда и необходимостью его неукоснительного соблюдения и исполнения, которые не должны зависеть от факта возбуждения исполнительного производства.

Проблема выбора "подходящей" нормы для квалификации отношений по добровольному исполнению - это прежде всего проблема определения места потенциальных правовых норм о добровольном исполнении в системе стадий и этапов судебного процесса и исполнительного производства. По мнению Президиума ВАС РФ, сформулированному им применительно к обстоятельствам конкретных дел, обязанность по исполнению возникает с момента вступления судебного акта в законную силу и может быть исполнена вплоть до возбуждения исполнительного производства.

С общетеоретических позиций рамки существования возможности добровольного исполнения могут быть раздвинуты за счет прибавления периода вступления судебного акта в законную силу. Сторона, против которой состоялось решение суда, имеет возможность исполнить его и до вступления в законную силу (разумеется, возможность добровольного исполнения обязательств существует у лица и в ходе судебного процесса, однако в этом случае речь не может идти об исполнении решения суда), если оно не намеревается его обжаловать (вместе с тем закон не запрещает обжаловать в том числе и добровольно исполненное решение: данное обстоятельство не может стать препятствием для удовлетворения апелляционной жалобы) и внутренне убеждено в его правильности (это условие также характеризуется известной условностью: можно исполнить решение, даже будучи с ним несогласным).

Таким образом, процедура добровольного исполнения судебного акта располагается в системе стадий и этапов правоприменительной деятельности где-то "между" состоявшимся судебным процессом <1> и процедурой принудительного исполнения судебных актов.

<1> Мы не затрагиваем случаи добровольного исполнения определений суда, которое предполагает некое имущественное или иное предоставление, поскольку, во-первых, определения, как правило, подлежат немедленному исполнению (ст. 187 АПК РФ), во-вторых, число таких определений незначительно, так как основной массив определений касается чисто процессуальных вопросов.

В настоящий момент правовое регулирование охватывает сферы, лишь "примыкающие" к отношениям, связанным с добровольным исполнением.

  1. Нормы гражданского законодательства, относящиеся к исполнению обязательств (гл. 22 ГК РФ). Многие из содержащихся в ГК РФ положений могут быть спроецированы на сферу добровольного исполнения, несмотря на то что речь идет уже не об исполнении гражданско-правового обязательства, а об исполнении судебного решения, которым властно подтверждено гражданско-правовое обязательство. Так, например, по одному из комментируемых дел суд кассационной инстанции для аргументации своих выводов воспользовался конструкцией просрочки кредитора, выразившейся в "позднем" предъявлении исполнительного листа к исполнению.

Л.Н. Завадской было высказано мнение о том, что при добровольном исполнении судебного акта возникают материально-правовые отношения, предпосылками развития которых являются решение суда и волеизъявление субъекта исполнить его добровольно <1>. Подобное мнение представляется нам не вполне точным; в частности, сам автор именует субъектов данных материально-правовых отношений по добровольному исполнению взыскателем и должником <2>, тогда как субъектный состав материально-правовых (обязательственных) правоотношений не тождественен субъектному составу исполнительного производства и представлен кредитором и должником.

<1> Завадская Л.Н. Указ. соч. С. 54.
<2> Там же. С. 55.
  1. Нормы процессуальных законов. Недостаточность правовых норм, относящихся к добровольному исполнению, вынудила Президиум ВАС РФ оперировать положениями АПК РФ, имеющими достаточно общий характер, в частности нормами об обязательности судебных актов, вступивших в законную силу (ч. 1 ст. 16 АПК РФ). В итоге получается, что обязательность судебного акта и обязанность по его исполнению вытекают из норм процессуальных кодексов и законов судоустройственного характера, в которых провозглашается обязательность требований, распоряжений и актов органов судебной власти. Однако подобное регулирование не может быть признано полностью удовлетворительным.

Нормы процессуальных кодексов в части установления обязательности судебных актов, требований и распоряжений, помещенные в гл. 1 АПК РФ "Основные положения", имеют достаточно общий и декларативный характер, и впоследствии законодатель, как правило, прибегает к конкретизации императивности требований суда применительно к отдельной ситуации, специально устанавливая, например, обязанность лиц по представлению истребуемых у них доказательств и ответственность за неисполнение таких требований (ч. 9 - 12 ст. 66 АПК РФ). Иное понимание данной нормы может породить обманчивое впечатление обязательности абсолютно любых требований и распоряжений суда (например, на практике суды общей юрисдикции со ссылкой на ст. 13 ГПК РФ признают обязательной явку сторон, тогда как Кодекс и практика его применения, сформулированная в абз. 2 п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 26 июня 2008 г. N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" <1>, не позволяют суду признавать явку сторон в суд обязательной).

<1> Бюллетень ВС РФ. 2008. N 10.
  1. Нормы Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" <1> (далее - Закон, Закон об исполнительном производстве). Данными нормами, в частности, устанавливается пятидневный срок для добровольного исполнения судебного акта, который судебный пристав-исполнитель предоставляет должнику в постановлении о возбуждении исполнительного производства (ч. 11 - 12 ст. 30 Закона). Добровольное исполнение интерпретируется в Законе преимущественно в двух направлениях: 1) установление последствий неисполнения требований исполнительного документа в срок для добровольного исполнения; 2) установление перечня исполнительных действий, которые могут быть совершены в срок, установленный для добровольного исполнения (см., например, ч. 1 ст. 80 Закона).
<1> СЗ РФ. 2007. 8 окт. N 41. Ст. 4849.

Таким образом, процедура добровольного исполнения в целом оказывается вне правового поля, порождая тем самым определенные проблемы, решение которых предлагает судебная практика.

Важным представляется также обсуждение вопроса о природе анализируемого установления по добровольному исполнению судебного акта, в частности, в координатах "права" или "обязанности" <1>. Президиум решает данный вопрос посредством указания на то, что лицо может и должно добровольно исполнить вступивший в законную силу судебный акт. Подобное суждение внутренне противоречиво, поскольку обязанность добровольно исполнить отдает тавтологией. Указание на "добровольность" решает здесь другую задачу: оно призвано подчеркнуть контраст между процедурой исполнительного производства, характеризующегося принудительностью, и процедурой добровольного исполнения. Логически верным было бы все же указание на "просто" исполнение и исполнение, осуществляемое принудительно.

<1> Сама по себе обязанность должника по исполнению судебного акта в принудительном порядке может быть охарактеризована в качестве таковой только со множеством оговорок. Более подробно см.: Юдин А.В. Правовая природа обязанности должника по исполнению судебного акта // Исполнительное производство: процессуальная природа и цивилистические основы: Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции / Отв. ред. Д.Х. Валеев, М.Ю. Челышев; Казанский государственный университет. М.: Статут, 2009. С. 193 - 197.

Вместе с тем это не позволяет решить вопрос об отнесении исполнения в период до предъявления исполнительного документа к праву или обязанности субъекта. Исходя из постулата теории права о том, что обязанность является таковой только при условии обеспечения ее необходимыми мерами ответственности, можно прийти к выводу о ненаказуемости поведения должника по неисполнению в добровольном порядке судебного акта в период от его вынесения до периода окончания срока по добровольному исполнению, назначенного судебным приставом-исполнителем. Действительно, если должник будет ждать предъявления исполнительного листа кредитором, не исполняя судебного акта добровольно, то никаких мер ответственности для него не последует.

Должник может не торопиться с исполнением и по соображениям чисто практического толка.

Во-первых, как известно, право предъявления исполнительного листа к исполнению - это проявление диспозитивных полномочий взыскателя, и должник может испытывать определенные сомнения в том, пожелает ли его кредитор воспользоваться своим правом требовать принудительного исполнения судебного акта, или даже будет уверен в том, что кредитор не будет прибегать к принудительным средствам исполнения. В итоге должник, поспешивший исполнить решение суда, рискует заплатить "лишнее".

Во-вторых, должник может быть заинтересован в получении бесспорных доказательств исполнения судебного акта (например, в том, чтобы не передать сумму долга кредитору, а перечислить ее на депозитный счет подразделения службы судебных приставов-исполнителей), которые не позволят в будущем утверждать недобросовестному кредитору отсутствие произведенного исполнения.

Компромисс между готовностью должника к исполнению и его осторожностью в исполнении предлагает Закон об исполнительном производстве, закрепляя для должника возможность добровольно исполнить требования исполнительного документа в ограниченный срок, после того как взыскатель выразил свое волеизъявление на принудительное исполнение, предъявив исполнительный лист в орган принудительного исполнения, не рискуя при этом подвергнуться мерам ответственности прежде всего в виде взыскания исполнительского сбора (ч. 1 ст. 112 Закона).

Таким образом, получается, что добровольное исполнение судебного акта в период с момента вынесения решения суда до истечения срока добровольного исполнения, установленного судебным приставом-исполнителем в постановлении о возбуждении исполнительного производства, - это право ответчика-должника и неисполнение судебного акта в указанный период неосуждаемо с точки зрения правовых норм.

Означает ли это, что Президиум ВАС РФ несколько преувеличил в первом случае вину должника в неисполнении судебного акта, а во втором случае - его заслугу в своевременном исполнении? Полагаем, что нет, и с учетом обстоятельств конкретных дел возникшие ситуации были разрешены за счет вполне адекватных юридических средств.

Несмотря на то что добровольное исполнение судебного акта было определено Президиумом как долженствование (разумеется, данный вывод был сделан для разрешения конкретного практического вопроса и суд непосредственно не ставил цель определения правовой природы действий по добровольному исполнению), добровольное исполнение можно причислить к числу обязанностей в том смысле, что их неисполнение влечет для должника не прямые меры юридической ответственности, а некие неблагоприятные последствия, и, напротив, добровольное исполнение судебного акта гарантирует должника от подобного рода негативных последствий.

Характерно, что в гражданском и арбитражном процессе число подобных обязанностей, которые ранее мы предлагали именовать в качестве относительных (квазиобязанностей), противостоящих обязанностям абсолютным, исполнение которых обеспечено мерами юридической ответственности <1>, весьма велико. Анализируя обязанности, предусмотренные ст. 50, 61, 63 - 64, 69, 111, 127 и др. ГПК РСФСР (обязанность доказывания; указания на факты, для подтверждения которых истребуется доказательство; сообщения о перемене адреса во время производства по делу; направление лицам копий искового заявления), О.Э. Лейст приходит к выводу, что, "если достижение того или иного правового результата не вменяется лицу в юридическую обязанность, право определяет лишь порядок совершения тех или иных действий, но не содержит ни запрещения уклоняться от него, ни веления обязательно совершать эти самые действия. Поэтому последствия несоблюдения названных правил санкцией не являются, поскольку санкции направлены против правонарушения, а не против тех действий, совершение которых предоставлено усмотрению лица (порядок осуществления его субъективного права)" <2>. М.А. Гурвич характеризовал обязанность доказывания как "промежуточную" правовую категорию, относя ее к явлениям, "которые целиком не охватываются одним из элементов принятой для этих явлений классификации. Они характерны тем, что отдельные классификационные признаки в них либо отсутствуют, либо проявляются в ослабленном, "стертом" виде. Утратив признаки одного элемента классификации, они еще полностью или совсем не приобрели признаков другого" <3>.

<1> Юдин А.В. Гражданское процессуальное правонарушение и ответственность: Монография. СПб.: ООО "Университетский издательский консорциум "Юридическая книга"", 2009. С. 157 - 167.
<2> Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву (теоретические проблемы). М., 1981. С. 26.
<3> Гурвич М.А. Является ли доказывание в гражданском процессе юридической обязанностью? // Советская юстиция. 1975. N 5. С. 16.

Не будет преувеличением сказать, что процессуально-правовое регулирование преимущественно опирается на моделирование такого рода обязанностей, поскольку именно таким способом достигается необходимый правовой эффект (например, вряд ли целесообразно наложение судебного штрафа на неправильное оформление искового заявления, хотя норма, устанавливающая такую форму (ст. 125 АПК РФ), безусловно, имеет императивный и обязывающий характер).

Аналогичным образом добровольное исполнение судебного акта не вменяется в обязанность "бывшему ответчику" и "будущему должнику" в том смысле, что неисполнение такой обязанности повлекло бы привлечение субъекта к ответственности. Президиум ВАС РФ обозначил два направления, по которым должник, в зависимости от добровольного исполнения или неисполнения судебного акта, мог бы соответственно приобрести определенные дивиденды либо подвергнуться определенным лишениям.

  1. В распоряжении должника, добровольно исполнившего требования судебного акта, оказываются те же самые средства процессуальной защиты, что и у должника, подвергшегося процедуре принудительного исполнения. Так, по вышеприведенному делу Президиум ВАС РФ констатировал, что лицо, не подвергшееся мерам принудительного исполнения, вправе требовать осуществления поворота исполнения судебного акта, вопреки тому, что из буквального содержания ч. 1 ст. 325 АПК РФ вытекает указание на судебный акт, приведенный в исполнение, и на ответчика, с которого было взыскано в пользу истца. По рассматриваемому делу ответчик произвел добровольное исполнение, следовательно, приведение в исполнение судебного акта (которое мыслимо только властным субъектом, стоящим над сторонами исполнительного производства) и взыскание, осуществленное в ходе такого исполнения, не имели места. Отсюда мы должны вести речь о расширительном толковании Президиумом ВАС РФ нормы ст. 325 АПК РФ, которое тем не менее представляется вполне оправданным.

В распоряжении должника, безусловно, имелся и другой путь, с помощью которого он мог возвратить уплаченные денежные средства и на который указал Президиум, - это обращение с самостоятельным требованием о возврате неосновательно полученных денежных средств. Однако инициирование такого процесса было сопряжено с известными сложностями, и Президиум ВАС РФ признал за должником право на использование более льготной процедуры.

  1. Должник, добровольно не исполнивший требования судебного акта, не может апеллировать к тому, что взыскатель не совершил действий, направленных на принудительное исполнение судебного решения. Иными словами, должник, пренебрегший исполнением судебного акта, принятого не в его пользу, оказывается "вне закона" и не вправе ссылаться на то, что он не исполнил судебный акт по "вине" взыскателя.

Из сформулированных Президиумом ВАС РФ правовых позиций также можно сделать вывод о существовании в данной сфере презумпции того, что истец-кредитор-взыскатель имеет интерес в исполнении, хотя бы он и не выразил на это свое волеизъявление, предъявив к исполнению исполнительный лист. Соответствующее предположение основано на том, что истец обратился с исковыми требованиями, из которых усматривается его интерес во взыскании суммы долга, не отказался от них в ходе процесса и после вынесения решения каким-либо образом не выразил своего волеизъявления на отказ от взыскания.

Правовые позиции Президиума ВАС РФ, сформулированные в обсуждаемых постановлениях, позволяют выйти на определенный теоретический уровень обобщения и рассматривать процедуру исполнения судебных актов, которая бы объединяла в себе две тесно связанные формы: добровольную и принудительную. В частности, это вытекает из суждения Президиума ВАС РФ, согласно которому все действия должника, производимые в рамках судебного процесса и направленные на добровольное исполнение предъявленного к нему требования, законность которого подтверждена решением суда, следует рассматривать в качестве исполнения судебного акта.

Сфера добровольного исполнения судебных актов, помимо правовой регламентации, требует и теоретических изысканий, поскольку в настоящий момент многие вопросы этой сферы остаются без должного научного освещения. Так, например, Президиум ВАС РФ оперирует термином "должник" применительно к лицу, в отношении которого не возбуждалось исполнительное производство. В силу ч. 4 ст. 49 Закона об исполнительном производстве "должником является гражданин или организация, обязанные по исполнительному документу совершить определенные действия (передать денежные средства и иное имущество, исполнить иные обязанности или запреты, предусмотренные исполнительным документом) или воздержаться от совершения определенных действий". В связи с этим возникает вопрос: можно ли именовать должником субъекта, обязанного к уплате денежной суммы или к передаче имущества, в отношении которого взыскатель не обращался за получением исполнительного документа и не предъявлял его к исполнению?

И в завершение другой "назидательный" аспект поднятых Президиумом ВАС РФ проблем - это проблема мотивации добровольного исполнения судебного акта. Л.Н. Завадская видела решение проблемы добровольного исполнения преимущественно в изменении правового сознания должника: по ее мнению, "отказ от добровольного исполнения, как правило, означает, что судебным решением разрешен лишь правовой конфликт или установлена юридическая определенность в правах и обязанностях, однако социальный конфликт не получил надлежащего разрешения" <1>. Для социальных реалий того времени, когда писались эти строки, подобный мотив неисполнения судебного акта в добровольном порядке был доминирующим. В современном обществе должники зачастую оказываются движимы не тем, что суд "не убедил" их в справедливости решения, а элементарным нежеланием платить по своим долгам, ничем не мотивированной недобросовестностью по отношению к кредитору <2>.

<1> Завадская Л.Н. Указ. соч. С. 109.
<2> Об этом свидетельствует и тон публикаций в прессе на данную тему (см., например: Маркелов Р. Долги - в закон. Россияне не отдали банкам 7 процентов кредитов и продолжают брать взаймы // Российская газета. 2011. 25 авг. С. 6; Новоселова Е. Ванна с шампанским. Почему молодые россияне не платят по счетам? // Российская газета. 2011. 24 авг. С. 11 и др.).

Как отмечал Председатель ВАС РФ А.А. Иванов, "в стране пока не создана современная институциональная система, которая выталкивает из общества людей, не желающих платить по долгам. В Европе, если ты не заплатил хоть раз, тебе больше не дадут кредитов, откажут в льготах. Должник превращается в изгоя, он обречен. В дореволюционной России было так же" <1>. Принятые Президиумом ВАС РФ Постановления в общем плане нацелены на стимулирование добровольного исполнения судебных актов, что способствует решению задач по укреплению законности, предупреждения правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, формирования уважительного отношения к закону и суду, содействию становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота (п. 4 - 6 ст. 2 АПК РФ).

<1> К решению суда надо относиться с фатализмом. Интервью Председателя ВАС РФ А.А. Иванова // Родная газета. 2005. 8 апр. N 13(99) (http://www.arbitr.ru/press-centr/news/2093.html).