Мудрый Юрист

Наследственное право России в 1835 - 1917 гг. *

<*> Abramenkov M.S. Inheritance law of Russia in 1835 - 1917.

Абраменков Михаил Сергеевич, доцент кафедры гражданского права и процесса Димитровградского филиала Самарской гуманитарной академии, кандидат юридических наук.

Статья посвящена описанию регулирования наследственных отношений в отечественном гражданском праве от Свода законов Российской империи 1835 г. до 1917 г. Автор обращается также к рассмотрению регламентации наследования в проекте Гражданского уложения России, разработанном в 1906 г.

Ключевые слова: наследование, наследование по закону, наследование по завещанию, Свод законов Российской империи, Гражданское уложение 1814 г., Гражданское уложение 1906 г.

The article is devoted to description of regulation of inheritance relations in the Russian civil law for Svod Zakonov of the Russian Empire of 1835 till 1917. The author also addresses to consideration of inheritance in draft Civil Statute worked out in 1906.

Key words: inheriting, legal succession, testamentary succession, Svod Zakonov of the Russian Empire, Civil Statute of 1814, Civil Statute of 1906.

Уже ранние правовые памятники Древней Руси свидетельствуют, что наследственные отношения подверглись в той или иной мере юридическому регулированию. Так, в договоре князя Олега с византийцами ("греками") 911 г. содержалась специальная статья, посвященная русским, находящимся на службе у императора, которая гласила: "Если кто из них умрет, не завещав своего имущества, а своих родственников у него в Греции не будет, то пусть возвратят все имущество ближайшим родственникам на Руси. Если же он составит завещание, то пусть тот, кому он написал распоряжение наследовать имущество, возьмет имущество и наследует в нем" <1>. В дальнейшем правила, касающиеся наследования, включались - с той или иной степенью проработанности - во все крупные юридические акты (Русскую Правду, Судебники 1497 и 1550 гг., Соборное уложение 1649 г., Указ о единонаследии 1714 г. и др.).

<1> См.: Неволин К.А. История российских гражданских законов. Часть третья: Книга вторая об имуществах. Раздел третий о правах на действия лиц и раздел четвертый о наследстве. М., 2006. С. 266 - 267. Подробный анализ правил о наследовании в русско-византийских договорах см., в частности: Цитович П.П. Значение договоров русских с греками в истории русского наследственного права. Харьков, 1870.

Однако наиболее существенно отечественное законодательство о наследовании было систематизировано и переработано с принятием в 1835 г. Свода законов Российской империи (далее - Свод законов, Свод) <2>, в котором нормам наследственного права были отведены гл. 5 разд. I и гл. 1 - 5 разд. II книги 3. В ст. 1104 Свода давалось легальное определение наследства, под которым понималась "совокупность имуществ, прав и обязательств, оставшихся после умершего". Наследование осуществлялось по закону и по завещанию. Законодатель особо оговаривал, что от наследования не устраняются иностранцы, дети, зачатые при жизни отца и рожденные после его смерти, а также лица, имеющие физические и умственные недостатки, - немые, глухие и безумные (ст. 1106 Свода). Открывалось наследство смертью, лишением всех прав состояния, пострижением в монашество и безвестным отсутствием <3>.

<2> Текст Свода цитируется по следующему источнику: CD-ROM "Свод законов Российской империи" // КонсультантПлюс, 2008. Т. X, часть 1. Свод законов гражданских.
<3> См.: Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Т. 2. М., 2005. С. 337.

Наследование по закону имело место в тех случаях, когда в состав наследственного имущества входило родовое имение и, кроме того, когда умерший не оставил завещания об ином имуществе или завещание было признано судом недействительным. Характерной чертой порядка законного наследования, установленного в Своде законов, была неограниченность круга наследников: "право наследования в порядке, законами определенном, простирается на всех членов рода, одно кровное родство составляющих, до совершенного прекращения оного, не токмо в мужском, но и в женском поколении" (ст. 1111 Свода). Род представлял собой связь между лицами, рожденными в законном браке, основанную на происхождении их от общего предка, даже если они "не носили его имени или прозвания" (ст. 1112). Родство определялось по степеням и линиям. Степень представляла собой связь лиц посредством рождения, а линия - "связь степеней, непрерывно продолжающихся". Линии делились на восходящие, нисходящие и боковые (ст. 1114 - 1117).

Давая общую характеристику порядка наследования по закону, составители Свода законов указывали, что, во-первых, приоритет отдается родственникам умершего по нисходящей линии, и лишь при "недостатке их" имущество может переходить к боковой или восходящей линиям; ближайший по степени родственник одной линии отстранял более отдаленного (ст. 1121 - 1122). Во-вторых, признавалось наследование по праву представления ("право заступления"): "если при открытии наследства лицо, ближайшее или равное другим по степени родства, не находится уже в живых, то место его занимают и в степень его вступают его дети, а за смертию оных - внуки и другие их нисходящие по порядку степеней" (ст. 1123). Представляющие наследники получали вместе ту часть, которая причиталась бы их умершему предку. Таким образом, основным принципом формирования круга наследников по закону было кровное родство их с наследодателем, а отнюдь не семейная близость.

Ближайшими наследниками считались нисходящие умершего - его дети, а также - по праву представления - их потомки (ст. 1127 Свода). Дети делили имущество между собой поровну ("поголовно"), внуки - "поколенно". До принятия в 1912 г. специального закона дочери устранялись от наследования при сыновьях или их нисходящих, получая лишь 1/14 часть из недвижимого и 1/8 часть из движимого имущества отца (так называемая указная доля). Сестры при живых братьях не наследовали совершенно. После 1912 г. женщины были уравнены с мужчинами в наследственных правах, за исключением наследования земельного внегородского имущества, из которого они получали 1/7 часть. Это правило не применялось в том случае, если отсутствовали сыновья и их нисходящие или если при разделе сыновние части оказались бы менее дочерних (например, при большом количестве дочерей). В указанных случаях земельное внегородское имущество распределялось между детьми умершего поровну (ст. 1128). Дети сводные ("принадлежащие одному из супругов") наследовали только после своих родителей, но не после отчима и мачехи. Усыновленные дети в своих имущественных правах и обязанностях приравнивались к законным детям и могли наследовать благоприобретенное имущество усыновителя. Однако в случае если после умершего оставались только родные дочери и усыновленный, то имущество делилось между ними поровну. Нисходящие усыновленного наследовали после усыновителя по праву представления.

При отсутствии нисходящих родственников наследство переходило к боковой линии, при этом "линия боковая ближайшая исключает дальнейшую. Если будет не одна, но многие, равные между собою, т.е. от одного родоначальника происходящие, боковые линии, то наследство поступает в оные и делится так же, как и в линях нисходящих", т.е. родственники ближайшей степени родства отстраняли более отдаленных, родственники равной степени делили наследство поровну с соблюдением норм о праве представления (ст. 1136). С учетом этих положений к наследованию призывались братья и сестры умершего, его дяди и тетки и т.д. Родовые имения всегда переходили к родственникам их владельца: отцовское - в род отца, материнское - в род матери. Имение, приобретенное бездетным лицом, переходило также в род его отца. В обоих этих случаях, если у умершего не было родных братьев и сестер и их нисходящих, предпочтение отдавалось его единокровным и единоутробным сестрам и братьям (ст. 1139 - 1140 Свода).

Специальному регулированию подверглись права родителей на имущество умерших детей. Во-первых, родители получали в пожизненное пользование благоприобретенное имущество своих детей, умерших бездетными, но не могли это имущество отчуждать (ст. 1141). Во-вторых, если такое имущество было получено умершим от родителей своих в дар, то оно, при отсутствии у наследодателя нисходящих, возвращалось в собственность дарителей (ст. 1142). Аналогичные правила действовали в отношении вкладов в кредитных учреждениях, средства на которые были получены детьми от родителей. В том же случае, если денежные средства, внесенные наследодателем во вклад, были им приобретены самостоятельно, то родители могли пожизненно получить лишь проценты по этим вкладам (ст. 1144 - 1145). В том случае, если на эти денежные средства обращались взыскания от казны или частных кредиторов, то требования последних имели приоритет перед требованиями родителей умершего, которые получали причитающееся им лишь в последнюю очередь, "токмо то, что за сим удовлетворением останется" (ст. 1146). Если усыновленный наследодателем умирал бездетным, то его имущество поступало к усыновителю по описанным выше правилам, при этом имущество, полученное усыновленным в дар, после его смерти возвращалось соответственно родителям или усыновителю.

Переживший супруг имел право на получение "указной части" в размере 1/7 части из недвижимого имущества и 1/4 части из движимостей, независимо от наличия у умершего нисходящих наследников. Авторское право переходило полностью к пережившему супругу (ст. 1148 - 1161).

Давая общую характеристику юридической регламентации законного наследования в Своде, Г.Ф. Шершеневич справедливо указывал: "Если вообще наследственное право отдаленных родственников, с которыми в огромном большинстве случаев наследодателя не связывает чувство привязанности, представляется с современной точки зрения довольно трудно объяснимым, то оно является безусловно несправедливым, когда влечет за собою устранение из-за этих неизвестных наследодателю лиц других, наиболее ему близких - супруга, родителей, внебрачных детей, усыновленных. Такое именно явление представляет действующее русское законодательство" <4>.

<4> Там же. С. 386.

Незадолго до издания Свода законов было принято Положение о духовных завещаниях (1831 г.). Данный акт устанавливал две основные формы завещаний - крепостные, совершавшиеся при участии публичных властей (в уездном суде, магистрате, гражданской палате и т.п.), и домашние, учинявшиеся завещателем в месте его пребывания <5>.

<5> См.: Неволин К.А. Указ. соч. С. 295 - 310.

В соответствии со ст. 1010 Свода законов "духовное завещание есть законное объявление воли владельца о его имуществе на случай его смерти". "Законность" последней воли завещателя обусловливалась, во-первых, тем, что он на момент совершения завещания должен был находиться "в здравом уме и твердой памяти" (ст. 1016). В силу этого признавались недействительными завещания безумных ("не имеющих здравого рассудка с самого их младенчества", ст. 365), сумасшедших ("тех, коих безумие происходит от случайных причин и, составляя болезнь, доводящую иногда до бешенства, может наносить обоюдный вред обществу и им самим", ст. 366) и умалишенных, составленные ими во время помешательства, и завещания самоубийц (ст. 1017). Во-вторых, составить завещание могло лишь то лицо, которое имело право распоряжаться имуществом. Соответственно не имели силы завещания лиц, не достигших 21 года, и лиц, лишенных всех прав состояния, когда приговор им объявлен (ст. 1018 - 1019). Не могли совершать завещания лица, принявшие монашеский постриг - с момента пострижения. В-третьих, завещание имело силу лишь тогда, когда оно совершалось в установленной законом форме - в виде нотариального или домашнего (ст. 1012 Свода). Устные ("словесные") завещания законодатель прямо запрещал (ст. 1023). Запрещались также завещания, содержащие в одном документе волю двух лиц (ст. 1032), так как это, по мнению законодателя, ограничивало свободу завещателя по изменению и отмене своих распоряжений.

Практически единственным ограничением свободы завещания был запрет завещать родовые имения (ст. 1068).

Нотариальное завещание, как видно из его названия, совершалось при участии нотариуса в личном присутствии завещателя и трех свидетелей. Текст завещания заносился в актовую книгу и подписывался завещателем, которому выдавалась выписка из этой книги, имевшая силу подлинного завещания (ст. 1036 - 1040). Домашние завещания писались в том месте, где пребывал завещатель, на бумаге любого формата и размера с тем лишь ограничением, что документ должен был писаться на полном листе, а не клочках или обрывках бумаги. Текст завещания мог учиняться как самим завещателем, так и, по просьбе или со слов его, другими лицами. По безграмотности или иным причинам завещание могло быть подписано не завещателем, а иным лицом вместо него - рукоприкладчиком (ст. 1053). Домашнее завещание должно было совершаться при двух свидетелях, которые его подписывали (ст. 1051). Завещатель мог хранить домашнее завещание у себя или передать его на хранение в органы или должностным лицам, указанным в законе (например, нотариусу). Кроме названных основных форм завещания существовали также завещания специальные ("особенные") - завещания военных, находящихся в походе за границей (ст. 1071), завещания, совершенные на военном корабле или ином казенном судне во время похода (ст. 1072), завещания, совершенные на торговом судне (ст. 1073), завещания, совершенные русскими подданными за границей (ст. 1077 - 1079), завещания, совершенные в военных госпиталях (ст. 1081), завещания вдов и девиц (ст. 1082).

Для исполнения завещания оно после открытия наследства должно было быть представлено в окружной суд по месту жительства завещателя или по месту нахождения наследственного имущества в течение года, а для лиц, находящихся за границей, - в течение двух лет. По истечении этих сроков завещания к исполнению не принимались и считались ничтожными (ст. 1060, 1063, 1065 Свода). В качестве исключения из этих правил Свод устанавливал, что "ежели наследник по завещанию может представить неопровержимые доказательства, что срок для утверждения к исполнению пропущен или по неизвестности о существовании завещания, или по другой законной причине, в таком случае оставляется ему право иска до истечения общей земской давности (исковой давности. - М.А.), считая оную также со дня смерти завещателя" (ст. 1066).

Исполнение духовных завещаний возлагалось на лицо, специально назначенное в завещании, - душеприказчика или на наследников.

Наследникам принадлежало право принять наследство или отказаться ("отречься") от него. Принятие могло осуществляться как путем соответствующего заявления перед компетентными органами, так и путем совершения таких действий, "когда наследники ни отзыва о неплатеже долгов не учинили, ни доходов с имения умершего не сохранили, а владели и пользовались имуществом в личную себе прибыль" (ст. 1261). Отречение от наследства, напротив, могло осуществляться лишь посредством "заявления о том наследников в надлежащем присутственном месте" (ст. 1266). В целях сохранения наследственного имущества после открытия наследства принимались такие меры, как опись наследственного имущества (ст. 1226 - 1238) и вызов наследников (ст. 1239 - 1253).

Если наследник принял наследство, то к нему переходили "не только наличное имущество и капиталы, но и следующие к получению долги, заслуженное жалованье, и тому подобное, по службе умершему законно принадлежавшее" (ст. 1258), а также обязанности "платить долги умершего соразмерно наследственной доле и ответствовать, в случае недостатка имения, даже собственным капиталом и имуществом; выполнять обязательства по договорам с казною и частными лицами и удовлетворять открывшиеся на умершем казенные начеты и взыскания; вносить судебные пошлины и штрафы, которые при жизни внесены им не были, и вообще ответствовать в исках по имуществу" (ст. 1259). При этом законодатель особо оговаривал, что "дети не обязаны платить долгов за родителей, если по смерти их никакого наследства не получили, хотя бы по праву представления и досталось им потом наследство от дедов и других родственников" (ст. 1262).

Специальному регулированию в Своде законов подверглись случаи выморочности наследственного имущества, когда "после умершего владельца не останется вовсе наследников, или хотя и останутся, но никто из них не явится в течение десяти лет со времени последнего припечатания в ведомостях вызова о явке для получения наследства, или же из явившихся в сей срок никто не докажет своего права" (ст. 1162). Выморочные имущества поступали по общему правилу в казну, на которую возлагалась ответственность по долгам умершего <6>.

<6> Как видим, законное наследование строилось исключительно на родовом принципе призвания к преемству в имуществе умершего. В принципе цель, которую преследовал законодатель, достаточно ясна - избежать дробления наследственного имущества. Однако ответа на вопрос, почему круг наследников строился именно таким образом, какими образцами руководствовались составители законодательных актов, нам в литературе найти не удалось.

Регулирование наследственных отношений, присутствовавшее в Своде законов Российской империи, сохраняло силу на ее территории до 1917 г. Однако уже в конце XIX в. было очевидно несоответствие данных норм потребностям динамично развивающегося гражданского оборота. В 1906 г. группа виднейших отечественных ученых-цивилистов подготовила проект нового Гражданского уложения (далее - Уложение) <7>, в котором наследственному праву отводилась отдельная часть - книга четвертая. При разработке Уложения был учтен опыт кодификации гражданского законодательства во Франции, Германии, Швейцарии. К сожалению, согласование окончательного текста нового кодекса затянулось, а последовавшие скоро Первая мировая война и две революции окончательно прервали кодификационную работу.

<7> Текст проекта цитируется по следующему источнику: Гражданское уложение. Кн. 4: Наследственное право: проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения (с объяснениями, извлеченными из трудов Редакционной комиссии) / Под ред. И.М. Тютрюмова; Сост. А.Л. Саатчиан. М., 2008.

В соответствии со ст. 1342 Уложения наследство представляло собой совокупность прав и обязательств, оставшихся после наследодателя. Открывалось наследство смертью, присуждением к определенным в уголовном законе наказаниям (они были перечислены в ст. 29 Уголовного уложения; лица, присужденные к этим наказаниям, не могли наследовать по закону), а также безвестным отсутствием (ст. 12, 1343 Уложения). Основаниями наследования Уложение называло завещание и закон (ст. 1345).

Уложение вводило ранее неизвестный российскому наследственному праву институт отстранения от наследования по недостойности. К числу недостойных наследников относились две категории лиц: 1) умышленно лишившие наследодателя жизни или причинившие ему такое повреждение здоровья, что он уже до самой смерти не мог совершить или отменить завещание; 2) побудившие наследодателя посредством принуждения или обмана к совершению или отмене завещания, воспрепятствовавшие наследодателю посредством принуждения или обмана совершить или отменить завещание или скрывшие или уничтожившие завещание наследодателя, составленное в пользу других лиц, а равно подделавшие или переделавшие завещание (ст. 1347). Иск об отстранении недостойного наследника могли предъявить лица, к которым перешло бы наследственное имущество при отсутствии отстраняемого. Данный иск должен был быть предъявлен в течение года со дня, когда заинтересованное лицо узнало о недостойном поведении наследника, но в любом случае не позже десяти лет с момента открытия наследства и при жизни отстраняемого лица. Последствия признания наследника недостойным таковы, как если бы он умер до открытия наследства (ст. 1350 Уложения). В то же время проект допускал возможность прощения недостойного лица наследодателем.

Наследование по закону согласно Уложению наступало в том случае, если оно не было устранено завещанием. По закону могли призываться к преемству в имуществе умершего лишь те лица, которые существовали на момент открытия наследства, при этом к ним приравнивались дети, зачатые при жизни наследодателя и родившиеся живыми после открытия наследства (ст. 1352 - 1354). В круг законных наследников входили родственники умершего, связанные с ним посредством рождения в браке. Различия между наследниками женского и мужского пола в аспекте их прав на наследство не проводилось.

Призываемые к законному наследованию лица делились на пять разрядов-очередей: 1) дети наследодателя и их нисходящие; 2) родители наследодателя и их нисходящие; 3) деды и бабки наследодателя и их нисходящие; 4) прадеды и прабабки наследодателя и их нисходящие; 5) прапрадеды и прапрабабки наследодателя и их нисходящие. Родственники предыдущего разряда отстраняли от наследования последующий разряд, а родственники, не входящие ни в один из разрядов, вообще не наследовали (ст. 1357 Уложения).

Наследники первого разряда призывались следующим образом. Дети наследодателя делили имущество поровну; если кто-либо из детей или все дети умерли, оставив нисходящих, то наследство делилось поголовно между потомками каждого из умерших детей - внуками наследодателя, которые вместе получали долю, причитавшуюся их умершему родителю, и делили ее между собой поровну. Если не было внуков, то к наследованию призывались правнуки и т.д. без ограничения степеней. Второй разряд наследников - родители умершего - получали имущество в равных долях, а если кого-либо из родителей к моменту открытия наследства не было в живых, то на их место заступали нисходящие, т.е. полнородные и неполнородные (единоутробные и единокровные) братья и сестры наследодателя или нисходящие последних. При отсутствии родственников со стороны одного из родителей имущество переходило в полном объеме родственникам второго родителя. В третьем разряде к наследованию призывались дед и бабка умершего. Наследственное имущество делилось поровну между родителями отца и родителями матери наследодателя, а в случае их смерти - между их нисходящими. Каждая половина делилась между дедом (его нисходящими) и бабкой (ее нисходящими). Если умерший имел родственников третьего разряда только со стороны отца или только со стороны матери, то они получали все наследство. При наследовании в четвертом и пятом разряде родственник, ближайший по степени к наследодателю, устранял дальнейшего, а родственники одинаковой степени делили наследство поровну (ст. 1358 - 1362).

Внебрачные дети по общему правилу наследовали после матери наравне с ее законными детьми, а она наследовала после них. Внебрачные дети одной и той же матери могли наследовать друг после друга (ст. 1363). После своего отца внебрачные дети (или их законные нисходящие) могли наследовать в том случае, если он усыновил их. Отец мог наследовать своему усыновленному внебрачному ребенку лишь в том случае, если после наследодателя не осталось детей или их законных нисходящих, матери, супруга или внебрачных братьев и сестер (ст. 1363 - 1365). Усыновленные наследодателем лица и их нисходящие могли наследовать как после своих кровных родственников, так и после усыновителя. Если после смерти усыновленного не оставалось ни супруга, ни родственников первых трех разрядов, то наследство переходило к усыновителю (ст. 1367).

Переживший супруг не включался ни в один из разрядов и наследовал наряду с призываемыми родственниками, получая: 1) одну четвертую часть наследства при наследовании совместно с первым разрядом; 2) половину наследства - со вторым разрядом; 3) три четверти наследства - с третьим разрядом. При отсутствии наследников первых трех разрядов переживший супруг получал все наследство (ст. 1368 Уложения). Кроме того, если супруг наследовал совместно со вторым или третьим разрядом родственников умершего, то получал сверх своей доли имущества всю домашнюю утварь. Супруги, брак которых расторгнут или признан недействительным, друг после друга не наследовали (ст. 1372).

Завещание в Уложении определялось как облеченное в установленную законом форму распоряжение, сделанное кем-либо на случай своей смерти обо всем своем имуществе или части его (ст. 1379). Завещание должно было совершаться лично наследодателем, пребывающем в здравом уме и твердой памяти, и не могло содержать в себе распоряжения двух или более лиц (ст. 1381 - 1383 Уложения). Завещательной дееспособностью не обладали несовершеннолетние, а также лица, объявленные недееспособными вследствие душевной болезни, немоты, глухонемоты, расточительности или привычного пьянства (ст. 1384).

Обусловливая действительность завещания облечением его в установленную законом форму, Уложение выделяло две такие формы - завещания домашние и нотариальные. Домашнее завещание учинялось в месте пребывания завещателя и должно было быть подписано им самим и двумя свидетелями. В определенных случаях завещание могло быть написано и подписано за завещателя другим лицом - рукоприкладчиком. Домашнее завещание могло быть депонировано у нотариуса или в иных компетентных учреждениях, которым законом предоставлено было право принимать завещания на хранение. Нотариальное завещание совершалось в порядке, установленном соответствующими нормативными актами, вносилось в актовую книгу, а завещателю выдавалась соответствующая выписка (ст. 1400 - 1401 Уложения). К специальным формам завещательных распоряжений относились домашние завещания, совершенные в различных "лечебных заведениях", богадельнях, местах заключения и т.п. Русский подданный за границей мог совершить домашнее завещание в соответствии с правилами, установленными в Уложении, совершить нотариальное завещание в русском консульстве либо совершить его по законам той страны, в которой он находится. В последнем случае законодатель особо оговаривал, что словесные завещания, даже допускаемые законом места совершения распоряжения, не признаются действительными ни в каком случае (ст. 1405).

Относительно содержания завещательных распоряжений следует сказать, что в соответствии со ст. 1406, 1409 Уложения они могли заключаться в предоставлении имущества в собственность или на ином вещном праве, в возложении на получателя имущества исполнения обязанности в пользу другого лица, а также в иных распоряжениях, не противоречащих закону, "добрым нравам или общественному порядку". Исполнение завещания возлагалось на назначенного в завещании душеприказчика или на наследников.

Признавая в весьма широких пределах свободу завещателя по распоряжению принадлежащим ему имуществом, Уложение вводило ранее неизвестный отечественному наследственному праву институт ограничения свободы завещания в интересах близких умершему лиц - обязательную долю в наследстве (ст. 1460 - 1482). Под ней понималась часть наследства, "которой не могут быть, по произволу завещателя, лишены его законные нисходящие, супруг или родитель". К необходимым наследникам относились также внебрачные дети после матери и усыновленные отцом внебрачные дети - после него. Размер обязательной доли составлял половину того, что причиталось бы необходимому наследнику при призвании его к наследованию по закону.

Для того чтобы завещание могло быть исполнено и произвело ожидаемый наследодателем и наследниками юридический результат, оно после открытия наследства должно было быть утверждено компетентными органами. Срок для представления завещания к утверждению составлял два года, и по истечении его завещание по общему правилу не могло быть утверждено (ст. 1547).

Наследник имел право как принять наследство, так и отречься от него. Заявление наследника о принятии или отречении от наследства не могло сопровождаться какими-либо условиями, сроками или оговорками. Принятие части наследства означало принятие всего наследства в целом, отречение от части наследства не допускалось (ст. 1507, 1510). В Уложении также закреплялся институт наследственной трансмиссии: "право принять наследство или отречься от него в случае смерти лица, в пользу которого наследство открылось, переходит к наследникам этого лица" (ст. 1508). В том случае, если наследник не заявлял определенно о своем намерении принять наследство или отречься от него, суд по просьбе заинтересованных лиц мог назначить ему срок для этого, по истечении которого наследник, при отсутствии с его стороны заявления об ином, считался отрекшимся от наследства. В случае его смерти до истечения установленного судом срока его наследникам назначался новый срок (ст. 1511).

После открытия наследства компетентными учреждениями могли быть приняты меры, имеющие целью охрану наследственного имущества, а также розыск отсутствующих наследников. Для их вызова устанавливался шестимесячный срок, по истечении которого имеющиеся наследники утверждались в своих правах на имущество и не обязаны были доказывать отсутствие иных наследников (ст. 1539 - 1540, 1545).

Принятие наследства осуществлялось двумя способами - формально и фактически. В первом случае лицо, призванное к наследованию, должно было заявить суду о принятии наследства. В то же время наследник мог считаться принявшим наследство, если он, зная об открытии наследства, владел, пользовался и распоряжался наследственным имуществом и совершал по отношению к нему такие действия, которые вправе совершать только наследник (ст. 1514). Отречение от наследства могло быть совершено только посредством соответствующего заявления наследника в суде (ст. 1518). Принявший наследство наследник нес полную ответственность по долгам наследодателя (ст. 1522, 1531 Уложения).

Если отсутствовали лица, имеющие право наследовать, то имущество умершего признавалось выморочным (ст. 1373) и поступало в распоряжение различных коллективных образований - дворянских обществ (после дворян), городов (после городских жителей), сельских общин (после крестьян) и т.п. (ст. 1374 - 1378).