Мудрый Юрист

Реализация принципа состязательности при решении судом вопроса о помещении обвиняемого (подозреваемого) в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы *

<*> Grishina E.P. Realization of principle of competitiveness in resolution by the court of the issue on placement of the accused person (suspect) into medical or psychiatric hospital for effectuation of judicial expertize.

Гришина Екатерина Павловна, доцент кафедры "Уголовно-правовые дисциплины" Юридического института Московского государственного университета путей сообщения (МИИТ), кандидат юридических наук, доцент.

В статье на основе международных правовых актов и правовых позиций Конституционного Суда РФ рассматриваются современные проблемы обеспечения основополагающих прав личности, а также состязательных начал судопроизводства при вынесении судом решения о помещении обвиняемого (подозреваемого) в соответствующий стационар для производства судебной экспертизы.

Ключевые слова: правовые позиции Конституционного Суда РФ, обвиняемый, подозреваемый, неприкосновенность и личная свобода человека, суд, состязательный процесс, судебная экспертиза.

In the article on the basis of international legal acts and legal positions of the Constitutional Court of the Russian Federation examines modern problems of ensuring the fundamental rights of the individual, as well as arms, began legal proceedings, in the court of the decision on placement of the accused (suspect) in the hospital for the production of the judicial examination.

Key words: legal positions of the Constitutional Court of the Russian Federation, suspect, accused, integrity and personal freedom of the person, the court, adversarial proceedings, the judicial examination.

Состязательная модель российского уголовного процесса, получившая законодательное закрепление в ст. 15 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее - УПК РФ), разделила функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела, запретив возлагать их на один и тот же орган или должностное лицо.

Реализация состязательных начал и назначения уголовного судопроизводства начинается со стадии возбуждения уголовного дела и распространяется в дальнейшем на судебные стадии. Кроме прочего, только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения в порядке ч. 2 ст. 29 УПК РФ о производстве ряда действий, обладающих особым правоограничительным характером.

Уголовно-процессуальный закон должен олицетворять собой систему норм, отвечающих потребностям правоприменительной практики и являющих собой основу правового режима объективного, беспристрастного и законного правосудия <1>.

<1> М. Соловьев именовал такое состояние закона обобщением тех нравственных и экономических отношений, которые создаются народной жизнью, т.е. "чем совершеннее закон, тем он пригоднее для жизни" // Прения по докладу Н.В. Калачова "Об отношении обычного права к законодательству". Первый съезд русских юристов в Москве в 1875 г. Изд. под ред. С.И. Баршева и др. М.: Тип. Мамонтова А.И. и Ко, 1882, 131.

Объективным и беспристрастным, а также гуманным суд должен оставаться в процессе принятия любых решений (актов судебного контроля, санкционирования-разрешения, назначения уголовного дела к слушанию, вынесения приговора и т.п.). Для достижения подобного результата необходимо обеспечить защиту прав участников производства по уголовному делу, режим законности и состязательность сторон на всех стадиях процесса.

Т.В. Зеленская рассматривает подобную защиту во взаимосвязи с назначением уголовного судопроизводства. По ее мнению, оно "имеет внешнее и внутреннее содержание. Внешняя форма проявляется... в правозащитной функции, где задача уголовного судопроизводства состоит в процессуальной обеспеченности ограничения прав и свобод человека и гражданина в целях защиты конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции). Внутренняя форма... выражается в условии реализации задач уголовно-процессуальной деятельности при соблюдении беспристрастия ее субъектов" <2>.

<2> Зеленская Т.В. Соотношение уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельности. Иркутск: Вост.-Сиб. ин-т МВД России, 2010. С. 28.

Проанализировав приведенную точку зрения, несложно прийти к выводу о том, что назначение уголовного судопроизводства может быть достигнуто лишь при условии соблюдения и равновеликой защиты прав сторон в условиях подлинной состязательности.

С.А. Шейфер, отмечая существенные различия в правах стороны обвинения и защиты, особенно в суде, пишет: "Следует признать, что неравноправие сторон обвинения и защиты делает противоборство сторон эфемерным, декларативным, но не реальным" <3>.

<3> Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам. М.: Норма, 2009. С. 144.

Равенство сторон обвинения и защиты должно обеспечиваться в том числе в процессе получения судебного разрешения на производство следственных действий в порядке ст. 165 УПК РФ, и прежде всего о помещении обвиняемого или подозреваемого в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы. Согласно ч. 2 ст. 203 УПК РФ эти лица, не содержащиеся под стражей, помещаются в соответствующий стационар на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ, которая, в свою очередь, отсылает к п. п. 4 - 9, 11 и 12 ч. 2 ст. 29 УПК РФ. Но ни в одном из этих пунктов нет даже намека на помещение в стационар <4>.

<4> О помещении обвиняемого, подозреваемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства соответственно судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы говорится в п. 3 ч. 2 ст. 29 УПК.

Принудительное на основании судебного решения помещение лица в стационар затрагивает наиболее значимые, естественные, присущие индивидууму от рождения, неотчуждаемые права и свободы.

Всеобщая декларация прав человека (Резолюция 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 г.) (ст. 3), Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Европейская конвенция) от 4 ноября 1950 г. <5> с последующими изменениями (ст. 5), а в дальнейшем - Конституция РФ (ст. 22) закрепляют право каждого человека на свободу и личную неприкосновенность. Неприкосновенность личности является одним из основополагающих принципов уголовного судопроизводства России (ст. 10 УПК РФ).

<5> СПС "КонсультантПлюс".

Отрешенность ст. ст. 29, 165 и 203 УПК РФ от важнейшей юридической проблемы - разумного, оправданного и законного ограничения прав личности, пусть даже и вынужденного и определяемого назначением уголовного судопроизводства, существенно осложняет возможности защиты, и прежде всего адвоката-защитника, по отстаиванию интересов доверителя при решении вопроса о помещении последнего в медицинский или психиатрический стационар.

Проблемы применения вышеназванных статей в оптимальном правовом режиме, соответствия их международным актам о правах человека, Конституции, а также вопросы участия стороны защиты при решении судом вопроса о принудительном помещении в медицинский или психиатрический стационар неоднократно освещались в правовых позициях Конституционного Суда РФ (далее - КС).

В Определении КС от 8 июня 2004 г. N 194-О "По жалобе гражданина Капустяна Владимира Николаевича на нарушение его конституционных прав статьями 165 и 203 УПК РФ" <6> отмечено, что "под судебной защитой понимается эффективное восстановление каждого в правах независимым судом на основе справедливого судебного разбирательства, что предполагает обеспечение состязательности и равноправия сторон, в том числе предоставление им достаточных процессуальных правомочий для защиты своих интересов при осуществлении процессуальных действий, результат которых имеет существенное значение для определения его прав и обязанностей.

<6> СПС "КонсультантПлюс".

К числу таких процессуальных действий относится помещение подозреваемого (обвиняемого) в психиатрический стационар, поскольку с этим сопряжено не только ограничение его свободы, но и возможности полноценно осуществлять судебную защиту своих прав.

Необходимость обеспечения участия подозреваемого, обвиняемого в разрешении судом такого вопроса подтверждается и нормами уголовно-процессуального закона, в частности, статьей 198 УПК РФ, согласно которой при назначении и производстве судебной экспертизы подозреваемый, обвиняемый, его защитник вправе заявлять отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном заведении, о внесении в постановление судебной экспертизы дополнительных вопросов к эксперту и др." (п. 2).

В Определении КС от 18 июня 2004 г. N 206-О "По жалобе гражданина Корковидова Артура Константиновича на нарушение его конституционных прав статьями 195, 198 и 203 УПК РФ" <7> содержится категоричное положение, согласно которому положения ст. 203 УПК РФ в их конституционно-правовом истолковании не предполагают право суда первой инстанции принимать окончательное решение по ходатайству следователя о помещении подозреваемого в психиатрический стационар для производства судебно-психиатрической экспертизы без предоставления ему и (или) защитнику возможности ознакомиться с таким ходатайством и изложить свою позицию по данному вопросу.

<7> СПС "КонсультантПлюс".

Необходимость обеспечения обвиняемому возможности личного участия при решении вопроса о применении к нему правоограничительных мер на основании судебного решения отмечена и в иных актах КС. В частности, в Определении КС от 10 декабря 2002 г. N 315-О "По жалобе гражданина Худоерова Дониера Тошпулатовича на нарушение его конституционных прав статьей 335 УПК РФ" и в Определении от 25 марта 2004 г. N 61-О "По жалобе гр-на Дмитриенко Виталия Павловича на нарушение его конституционных прав частями 2 и 3 ст. 376 УПК РФ" <8> КС признал, что не только осужденному, но и другим лицам (в том числе обвиняемому, содержащемуся под стражей), чьи права затрагиваются проверяемым судом решением, должно быть предоставлено право довести до сведения суда факты по обсуждаемым в ходе заседания вопросам.

<8> СПС "КонсультантПлюс".

Знаковым в правовом регулировании вопроса о назначении и производстве судебной экспертизы может быть по праву названо положение ч. 13 ст. 109 УПК РФ, предусматривающее особый порядок рассмотрения судом ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей в случае нахождения обвиняемого на стационарной судебно-психиатрической экспертизе и иных обстоятельств, исключающих возможность его доставления в суд, что должно быть подтверждено соответствующими документами, - участие защитника обвиняемого в судебном заседании является обязательным.

Закон РФ от 2 июля 1992 г. N 3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" (с посл. изменениями) <9> (далее - Закон о психиатрической помощи) требует обязательного участия лица, в отношении которого ставится вопрос о принудительном помещении в психиатрический стационар, в заседании суда (ст. ст. 21 и 34).

<9> СПС "КонсультантПлюс".

П.А. Лупинская акцентирует внимание на отсутствии у суда обязанности по установлению истины (а значит, собирания подтверждающих ее сведений. - Е. Г.) и объясняет такой подход законодателя построением судебного разбирательства на началах состязательности <10>; значит, подтверждать или опровергать должны стороны, но для этого они как минимум должны присутствовать в судебном заседании. Применительно к решению судом вопроса о помещении обвиняемого, подозреваемого в медицинский или психиатрический стационар это может означать только одно - невозможность принятия подобного решения в отсутствие обвиняемого, подозреваемого или его защитника, независимо от того, содержится лицо под стражей или нет.

<10> Лупинская П.А. Доказательственное право в УПК РФ // Материалы международной научно-практической конференции, посвященной принятию нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. М., 2002. С. 80.

Аналогичная позиция отражена в приведенных актах КС и ст. 109 УПК РФ.

В.Д. Зорькин определяет значимость решений КС для правоприменительной деятельности следующим образом: "Правовые позиции Конституционного Суда РФ, содержащиеся в его решениях, по своей сути фактически отражают особого рода правотворчество данного Суда. Будучи источниками права, решения Конституционного Суда с содержащимися в них правовыми позициями занимают особое место в общей системе источников права России. Юридическая сила итоговых решений Конституционного Суда превышает юридическую силу любого закона, следовательно, практически равна юридической силе любого закона" <11>.

<11> Зорькин В.Д. Россия и Конституция в XXI веке. М.: Норма, 2008. С. 132 - 133.

Приведенное высказывание отвечает нуждам правоприменительной практики и отражает политику российского государства по защите прав личности от незаконного, неправомерного и непропорционального ограничения. Здесь с закономерностью возникает другой вопрос: насколько эффективно используют судьи решения КС в свой профессиональной деятельности и насколько оправданно ссылаться на правовые позиции КС в резолютивной части решений судов общей юрисдикции <12>. Теоретически это возможно, но на практике встречается крайне редко.

<12> С. Даровских в докторской диссертации выдвигает тезис о приемлемости в качестве аргументации использования в описательно-мотивировочной части оправдательного приговора ссылки на правовые позиции КС и Европейского суда по правам человека (Даровских С.М. Судебные правовые позиции в уголовном судопроизводстве: теоретические основы и процессуальные формы: Автореф. докт. дис. М., 2011. С. 16).

Действующий УПК РФ, таким образом, содержит нормы, формально не согласующиеся с правовыми позициями КС, а также отличающиеся внутренним противоречием внутри самого кодекса (ст. ст. 109, 29, 195, 203). О Законе о психиатрической помощи речи быть не может, так как он обладает меньшей юридической силой по сравнению с УПК.

Сказанное свидетельствует о необходимости внесения в УПК ряда конструктивных изменений. Прежде всего часть 2 ст. 203 УПК целесообразно изложить в следующей редакции: "Подозреваемый или обвиняемый, не содержащийся под стражей, помещается в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьей 165 и пунктом 3 части второй статьи 29 настоящего Кодекса".

Для обеспечения прав подозреваемого, обвиняемого, не содержащегося под стражей, при решении вопроса о помещении его в медицинский или психиатрический стационар ст. 203 целесообразно дополнить ч. 2.1 следующего содержания: "Суд принимает меры по обеспечению личного участия обвиняемого, подозреваемого, не содержащегося под стражей, в отношении которого решается вопрос о помещении в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы, в судебном заседании. При этом участие защитника обвиняемого, подозреваемого является обязательным".

Предложенные законодательные новации способны оказать позитивное влияние на формирование режима обеспечения конституционных прав и свобод граждан в отечественном уголовном судопроизводстве.