Мудрый Юрист

Общественная опасность незаконного участия в предпринимательской деятельности: законодательная и доктринальная оценки

Панова Н.В., судья Мытищинского городского суда Московской области.

Статья посвящена вопросам общественной опасности незаконного участия в предпринимательской деятельности.

Ключевые слова: уголовное право, общественная опасность.

Article is devoted to the social danger of illegal participation in entrepreneurial activities.

По общему признанию специалистов, решающим, определяющим критерием, свидетельствующим о социальной потребности в криминализации деяния, является его общественная опасность (а точнее, степень его общественной опасности) <1>. Как известно, общественная опасность деяния представляет собой свойство, способность деяния причинять вред (ущерб) общественным отношениям и интересам, взятым под охрану законом <2>. Следовательно, деяние может быть признано общественно опасным, если оно оказывает деструктивное воздействие на охраняемые законом отношения, нарушает их нормальное развитие, ущемляет интересы личности, общества и государства. Подобное понимание общественной опасности не оставляет сомнений в том, что предусмотренные ст. 289 УК РФ деяния являются объективно общественно опасными, поскольку незаконное участие в предпринимательской деятельности причиняет весьма ощутимый вред целому ряду общественных отношений и интересов, охраняемых законом.

<1> Ляпунов Ю.И. Общественная опасность как универсальная категория советского уголовного права: Учебное пособие. М., 1989. С. 4; Фефелов П.А. Критерии установления уголовной наказуемости деяний // Советское государство и право. 1970. N 11. С. 101.
<2> Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М., 1960. С. 138; Ляпунов Ю.И. Общественная опасность как универсальная категория советского уголовного права: Учебное пособие. М., 1989. С. 39; Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть: Курс лекций. М., 2000. С. 126.

Во-первых, указанные в ст. 289 УК РФ деяния существенно затрудняют нормальную деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, снижают ее эффективность, так как занятие предпринимательством забирает у должностных лиц немало сил и времени; подрывают авторитет государственной и муниципальной службы, демонстрируя, что должностные лица полностью пренебрегают запретами, установленными служебным законодательством.

Во-вторых, незаконное участие в предпринимательской деятельности создает серьезные препятствия для развития конкурентной среды, ограничивает добросовестную конкуренцию <3>. Незаконно участвующее в предпринимательской деятельности должностное лицо, оказывая покровительство учрежденной или управляемой им организации, ставит ее тем самым в привилегированное положение по отношению к другим субъектам предпринимательства, не обладающим административным ресурсом. Как отмечается в юридической литературе, организация, в управлении которой участвует должностное лицо, может получить следующие необоснованные конкурентные преимущества и возможности: безнаказанность или минимальные наказания при нарушении законодательства, регулирующего осуществление предпринимательской деятельности; получение госзаказов, субсидий с нарушением конкурсных условий; выгодные схемы по "распиливанию" государственных средств за счет фиктивных работ; информационное сопровождение, в т.ч. упреждающего характера, о готовящихся нововведениях; устранение конкурентов силами правоохранительных органов; использование государственных ресурсов (финансовых, силовых, интеллектуальных и др.) для развития фирмы; приоритетный учет интересов фирмы при выработке законодательства (лоббирование частных интересов) <4>. Это подрывает рыночные отношения как таковые, создает новые, коррупционные монополии (часто связанные с организованной преступностью), снижает эффективность экономики в целом <5>.

<3> Муравьева Н.И. Общественная опасность незаконного участия в предпринимательской деятельности // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сборник материалов научно-практической конференции с международным участием (14 - 15 февраля 2008 г.): В 2-х ч. Красноярск: Изд-во СибЮИ МВД России, 2008. Ч. 2. С. 55.
<4> Барсукова С.Ю. Теневая экономика и теневая политика: механизм сращивания. М.: ГУ ВШЭ, 2006. С. 7 - 8.
<5> Сулакшин С.С., Максимов С.В., Ахметзянова И.Р. и др. Государственная политика противодействия коррупции и теневой экономике в России: Монография: В 2-х т. М.: Научный эксперт, 2008. Т. 1. С. 95.

Так, и.о. отдела по борьбе с контрабандой наркотиков Центральной оперативной таможни ЦТУ ФТС России в сентябре 2008 г. создал общество с ограниченной ответственностью, основным направлением деятельности которой являлась торговля биологически активными добавками и спортивным питанием. Используя свое должностное положение, он умышленно предпринимал действия по устранению конкурентов своей фирмы путем проведения в отношении них необоснованных оперативных проверочных мероприятий и угроз с целью прекращения деятельности по продаже спортивного питания на российском рынке. После проведения сотрудником таможни оперативных мероприятий в отношении 5 фирм-конкурентов они прекратили свою предпринимательскую деятельность по продаже биологически активных добавок и спортивного питания.

В-третьих, о высокой общественной опасности незаконного участия в предпринимательской деятельности может свидетельствовать тот факт, что оно обладает криминогенным эффектом, порождая целый ряд других преступлений. С одной стороны, незаконное участие в предпринимательской деятельности обусловливает совершение других коррупционных преступлений. Так, незаконное участие в бизнесе побуждает должностных лиц злоупотреблять своими полномочиями и превышать их; получать взятки за покровительство, оказываемое структуре, в управлении которой участвует должностное лицо; воспрепятствовать законной предпринимательской деятельности конкурирующих организаций и т.п. С другой стороны, предусмотренное ст. 289 УК РФ преступление способно продуцировать совершение преступлений лицами, выполняющими управленческие функции в подконтрольных должностному лицу организациях. Причем речь идет не только о даче взятки, но и о других преступлениях, поскольку "покровительство со стороны должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов позволяет предпринимателям избегать необходимого контроля, порождает безнаказанность и безответственность. Следствием отсутствия государственного влияния может выступить выпуск недоброкачественной и опасной для здоровья граждан продукции, оказание некачественных услуг, завышение цен, невыполнение налоговых и иных финансовых обязательств" <6>. Этот список можно дополнить и другими преступлениями.

<6> Борков В.Н. Роль нормы о незаконном участии в предпринимательской деятельности в системе предупреждения коррупции // Международные юридические чтения: Материалы ежегодной научно-практической конференции (Омск, 22 мая 2009 г.). Омск: Изд-во Омск. юрид. ин-та, 2009. Ч. III. С. 9.

Таким образом, спектр негативных последствий, причиняемых незаконным участием в предпринимательской деятельности, настолько широк, что полностью охватить его вряд ли возможно <7>. Это не оставляет никаких сомнений в том, что рассматриваемое деяние обладает высокой степенью общественной опасности, которая свойственна только преступлениям, а это, в свою очередь, обусловливает необходимость противодействия незаконному участию в предпринимательской деятельности уголовно-правовыми средствами. Более того, масштабы и глубина деструктивного воздействия, оказываемого незаконным участием должностных лиц в предпринимательстве, заставляют полностью согласиться с выводом бывшего премьер-министра России и экс-председателя Торгово-промышленной палаты Е.М. Примакова о том, что "сращивание госчиновников с бизнесом - в списке самых тяжелых болезней страны" <8>.

<7> Это, кстати, весьма характерная черта всех коррупционных проявлений, к числу которых относится предусмотренное ст. 289 УК РФ преступление. Как отмечается в Национальной стратегии противодействия коррупции, "коррупция по-прежнему серьезно затрудняет нормальное функционирование всех общественных механизмов, препятствует проведению социальных преобразований и модернизации национальной экономики, вызывает в российском обществе серьезную тревогу и недоверие к государственным институтам, создает негативный имидж России на международной арене и правомерно рассматривается как одна из угроз безопасности Российской Федерации" (См.: Указ Президента РФ от 13 апреля 2010 г. N 460 "О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010 - 2011 годы" // Российская газета. 2010, 15 апреля).
<8> Российская коррупция бессмертна? // Регионы России. Информационно-аналитический портал. 2011. 26 мая.

Высокая общественная опасность незаконного участия в предпринимательской деятельности признается и в уголовно-правовой литературе, причем не без оснований утверждается, что это деяние "относится к числу наиболее опасных коррупционных преступлений" <9>. Однако подобные доктринальные оценки общественной опасности незаконного участия в предпринимательской деятельности, которые, на наш взгляд, вполне объективны, резко контрастируют с санкцией ст. 289 УК РФ, являющейся формализованным показателем общественной опасности исследуемого преступления.

<9> Борков В.Н. Роль нормы о незаконном участии в предпринимательской деятельности в системе предупреждения коррупции // Международные юридические чтения: материалы ежегодной научно-практической конференции (Омск, 22 мая 2009 г.). Омск: Изд-во Омск. юрид. ин-та, 2009. Ч. III. С. 11.

Судя по санкции ст. 289 УК РФ (максимальное наказание - лишение свободы на срок до двух лет), незаконное участие в предпринимательской деятельности относится к категории преступлений небольшой тяжести. Причем, опять же, исходя из санкции, можно заключить, что это преступление является одним из наименее опасных в главе 30 УК РФ (менее строгие санкции установлены только за присвоение полномочий должностного лица, служебный подлог без квалифицирующих признаков и халатность без отягчающих обстоятельств).

Очевидно, что подобная законодательная оценка общественной опасности рассматриваемого преступления, выраженная в санкции ст. 289 УК РФ, явно не отражает фактическую вредоносность незаконного участия в предпринимательской деятельности, характер и степень тяжести причиняемых им последствий. Таким образом, законодатель существенно недооценивает общественную опасность преступления, предусмотренного ст. 289 УК РФ, что негативным образом сказывается на практике уголовно-правового противодействия незаконному участию в предпринимательской деятельности.