Мудрый Юрист

Баланс интересов сторон в процессе заключения гражданско-правового договора: сравнительно-правовой аспект *

<*> P'yankova A.F. Balance of interests of parties in the procedure of conclusion of civil-law contract: comparative-law aspect.

Пьянкова Анастасия Федоровна, аспирантка кафедры гражданского права и процесса Пермского государственного университета.

В статье обосновывается целесообразность постановки проблемы баланса интересов сторон договора. Показана реализация принципа баланса интересов сторон в процессе заключения договора в праве зарубежных стран.

Ключевые слова: договор, интерес в гражданском праве, заключение договора, сравнительное правоведение.

The article substantiates the expediency of the problem of the balance of interests of the parties of the contract. Shows the implementation of the principle of balance of interests of parties in the process of conclusion of the contract the right of foreign countries.

Key words: contract, the interest in the civil law, conclusion of contracts, comparative law.

В юридической науке на протяжении многих веков остается неразрешенным вопрос об обеспечении баланса частных и публичных интересов <1>. Еще Н.М. Коркунов обращал внимание на сложность решения вопроса о взаимном учете интересов личности и общества: "Право необходимо предполагает противоположение нескольких самостоятельных интересов, друг другу противопоставляемых и друг друга ограничивающих. Назначение права и заключается именно в разграничении сталкивающихся между собой интересов" <2>.

<1> См.: Бартошек М. Римское право: Понятия, термины, определения. М., 1989. С. 163 - 167; Покровский И.А. История римского права. СПб., 1998. С. 128 - 129; Черепахин Б.Б. К вопросу о частном и публичном праве // Труды по гражданскому праву. М., 2001. С. 93 - 120; Белов В.А. Основное разделение права // Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / Под общ. ред. В.А. Белова. М., 2007. С. 35 - 63.
<2> Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2003. С. 40.

Таким образом, возникает вопрос не только о балансе частных и публичных интересов, но и о разграничении частных интересов конкретных субъектов. В юридической литературе сегодня нередко обращаются к проблеме баланса интересов сторон <3>; все чаще к этой категории апеллирует судебная практика <4>. На актуальность исследуемой проблемы обращают внимание и авторы проекта Концепции развития гражданского законодательства РФ <5>. Целый ряд новелл проекта изменений в раздел III Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) посвящен имплементации этого принципа в российское законодательство <6>.

<3> См., например: Зинковский М.А. Договор поставки товара от производителя в торговые сети: баланс интересов сторон // Налоги (газета). 2009. N 9 // СПС "КонсультантПлюс"; Шичанин А.В., Гривков О.Д. Залог как способ обеспечения обязательств и баланс интересов участников гражданских правоотношений // Адвокат. 2004. N 9. С. 33 - 41.
<4> См., например: Постановление ФАС Северо-Западного округа от 20 октября 2006 г. по делу N А56-40785/2005; Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 марта 2006 г. по делу N А56-29010/2005; решение Арбитражного суда г. Москвы от 11 мая 2007 г. по делу N А40-5028/07-91-28 // СПС "КонсультантПлюс".
<5> Здесь и далее цит. по: Концепция совершенствования общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2009. N 4; Концепция развития общих положений обязательственного права России // Приложение к журналу "Хозяйство и право". 2009. N 3.
<6> Так, проект вводит в ГК РФ, в частности, ст. 446.1, посвященную оспариванию незаключенного договора, согласно которой суд вправе признать незаключенный договор заключенным "с учетом необходимости обеспечить баланс интересов обеих сторон договора и исходя из требований разумности и справедливости" // URL: http:// www.privlaw.ru/ index.php?section_id= 100.

В юридической литературе не предложено определения категории "баланс интересов". Представляется, что под балансом интересов сторон правоотношения следует понимать такое состояние правоотношения, при котором стороны имеют равные возможности для реализации своих законных интересов <7>.

<7> Подробнее см.: Пьянкова А.Ф. Баланс интересов сторон в правовом регулировании договорных отношений // Традиции и новации в системе российского права. Международная межвузовская научная конференция молодых ученых: Сб. тезисов. М., 2009. С. 241 - 243.

Баланс интересов можно рассматривать как принцип-идею гражданского права, так как идея баланса интересов пронизывает содержание гражданско-правовых норм. Вместе с тем содержание принципа, по существу, входит в содержание принципа равенства. В связи с этим следует согласиться с О.А. Кузнецовой в том, что принцип баланса интересов является составляющей принципа равенства участников гражданских правоотношений <8>.

<8> Кузнецова О.А. Нормы-принципы российского гражданского права. М., 2006. С. 133 - 140.

Принцип баланса интересов наиболее значим в тех сферах, где субъекты права обладают конкурирующими интересами <9>. Среди них следует особо выделить договорные правоотношения, в рамках которых интересы сторон, как правило, разнонаправленны. При этом принцип баланса интересов проявляется на всех этапах договорного регулирования: на стадии согласования условий договора; на стадии исполнения и на стадии прекращения договора. Предметом рассмотрения в данной статье является реализация принципа баланса интересов на этапе заключения договора. Именно на этом этапе происходит значительное количество злоупотреблений свободой договора. Принцип баланса интересов является своего рода "противовесом" крайним проявлениям принципа свободы договора.

<9> См.: Там же. С. 138.

Действующее российское гражданское законодательство практически не уделяет внимания обеспечению баланса интересов сторон при заключении договора. В связи с грядущим совершенствованием гражданского законодательства считаем необходимым проанализировать опыт зарубежного регулирования.

Объектом исследования в данной статье стали законодательство развитых правопорядков системы континентального права (Германское гражданское уложение <10>, французский Гражданский кодекс <11>), гражданские кодексы постсоветского пространства <12>, а также право стран англосаксонской правовой семьи.

<10> Гражданское уложение Германии. М., 2004.
<11> Гражданский кодекс Франции (Кодекс Наполеона). М., 2006.
<12> Гражданский кодекс Латвийской Республики. СПб., 2001; Гражданский кодекс Республики Беларусь / Науч. ред. и предисл. В.Ф. Чигира. СПб., 2003; Гражданский кодекс Республики Казахстан. СПб., 2002; Гражданский кодекс Украины: Пер. с укр. Харьков, 2003; Гражданский кодекс Грузии / Науч. ред. З.Г. Бигвава. СПб., 2002.

Одной из основных проблем в процессе согласования договорных условий является проблема эквивалентности взаимных обязательств сторон договора. Эпохе расцвета свободного предпринимательства соответствует точка зрения о том, что человек, берущийся за дело, способен самостоятельно отстаивать свои интересы <13>. В связи с этим представляет интерес доктрина неравенства переговорных позиций, получившая развитие в зарубежных странах. С точки зрения ее представителей, в прошлом стороны вступали в договор, будучи равными субъектами; в наши же дни договорное взаимодействие характеризуется неравенством переговорных позиций сторон, и законодатели вкупе с судебными органами призваны скорректировать это неравенство <14>. Вместе с тем государства подходят к решению проблемы по-разному.

<13> См.: Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. Том 2. М., 1998. С. 13 - 14.
<14> Daniel D. Barnhizer. Bargaining Power in Contract Theory // Michigan State University College of Law. Legal studies research paper N 03-04.

Так, § 2 ст. 138 Германского гражданского уложения (далее - ГГУ) признает недействительной, в частности, сделку, по которой одно лицо, пользуясь стесненным положением, неопытностью, легкомыслием или слабоволием другого, в обмен на какое-либо предоставление со своей стороны заставляет его пообещать либо предоставить себе или третьему лицу имущественные выгоды, явно несоразмерные указанному предоставлению.

Согласно статье 1674 французского Гражданского кодекса (далее - ФГК) продавец недвижимого имущества, который потерпел ущерб в размере более 7/12 цены недвижимости, вправе признать продажу ничтожной, даже если он по договору прямо заявил, что подарил часть стоимости, не оплаченную покупной ценой. В отличие от немецкого законодательства по ФГК для оспаривания "убыточных" сделок необязательно сознательное использование одной стороной затруднительного положения другой стороны - достаточно лишь существенного несовпадения встречных предоставлений.

Данному положению ФГК близка норма ст. 2042 ГК Латвии, которая содержит возможность отмены договора купли вследствие чрезмерных убытков. Под чрезмерными убытками понимается ситуация, когда покупная плата не достигает даже и половины обыкновенной стоимости вещи.

Согласно доктрине общего права обещание оказать какую-либо услугу вообще считается серьезным только при наличии встречного удовлетворения (consideration) <15>.

<15> Осакве К. Свобода договора в англо-американском праве: понятие, сущность, ограничения // Журнал российского права. 2006. N 8. С. 133.

ГК РФ содержит лишь норму ст. 179 о кабальных сделках, диспозиция которой сформулирована значительно уже, чем приведенные правовые предписания ГГУ и ФГК, и не охватывает иных возможных злоупотреблений на этапе согласования условий договора. Статья 180 ГК Беларуси, п. 9 ст. 159 ГК Казахстана предусматривают аналогичное основание оспаривания сделок. Статья 233 Гражданского кодекса Украины, посвященная данному вопросу, содержит существенную оговорку: такая сделка может быть признана недействительной независимо от того, кто был ее инициатором, а также специально оговаривается право на возмещение морального вреда.

Примечательно, что авторы проекта изменений в ГК РФ предлагают дополнить ст. 179 следующими положениями об оспаривании кабальных сделок: "Предполагается, поскольку не доказано иное, что сделка во всяком случае является кабальной, если цена, процентная ставка или иное предоставление, передаваемое потерпевшим, в два раза или более превосходит то, что предоставляет по сделке другая сторона. Правила о кабальных сделках соответственно применяются к сделкам, совершенным гражданином на крайне невыгодных условиях вследствие неопытности в делах, легкомыслия или слабоволия".

Проблема эквивалентности прав и обязанностей сторон синаллагматических договоров становится все более актуальной в связи с монополизацией рынка. "В договорах, в которых одной из сторон является в большей или меньшей степени монополизированное предприятие, - отмечает И.А. Зенин, - волеизъявление их контрагентов становится чистой фикцией: условия договоров разрабатываются монополиями, а другой стороне остается лишь принять их" <16>.

<16> Зенин И.А. Гражданское и торговое право зарубежных стран. М., 2008. С. 95 - 96.

В связи с этим в гражданские кодексы зарубежных стран были включены нормы и целые разделы, направленные на защиту экономически более слабой стороны договора.

Так, согласно § 307 ГГУ положения общих условий сделок недействительны, если вопреки требованиям доброй совести они ставят контрагента стороны, использующей общие условия, в чрезмерно невыгодное положение (т.е. настолько ограничивают существенные права или обязанности, вытекающие из природы договора, что это ставит под угрозу достижение цели договора).

Статья 347 ГК Грузии в числе недействительных стандартных условий договора называет, в частности, положения, которые дают право одной из сторон необоснованно и без указанных в договоре оснований отказаться от исполнения своего обязательства.

Согласно Директиве 93/13/EEC Совета Европы "О несправедливых условиях в договорах с потребителями" несправедливым является такое условие, которое вносит значительный дисбаланс в права и обязанности сторон по договору в ущерб потребителю. При этом несправедливым может быть признано лишь то условие, которое не было предметом специального согласования с потребителем (п. 1 ст. 3) <17>.

<17> Council Directive 93/13/EEC of 5 April 1993 on unfair terms in consumers contracts // URL: http://eur-lex.europa.eu/ LexUriServ/ LexUriServ.do?uri= CELEX:31993L0013:EN:HTML.

Определенное ограничение свободы договора содержится в ст. 627 ГК Украины: "Стороны являются свободными в заключении договора... с учетом... требований разумности и справедливости". Это правило в чем-то близко надзорным доктринам по содержанию договора, известного общему праву (content-oriented policing doctrines in equity). Цель этих надзорных доктрин сводится к недопущению несправедливости в распределении прав и обязанностей между сторонами в договоре <18>.

<18> Осакве К. Указ. соч. С. 134.

Так, договор может быть признан недействительным на основании его процессуально-правовой обременительности для одной из сторон, например если "из-за туманного, неясного и путаного изложения текста договора его содержание непонятно среднему здравомыслящему человеку; некоторые существенные условия договора "спрятаны" мелким шрифтом в сносках" <19>.

<19> Там же.

В ГК РФ, пожалуй, единственным средством защиты от злоупотребления свободой договора со стороны экономически более сильного контрагента служит норма ст. 428 о договоре присоединения. Аналогичные формулировки содержат ст. 398 ГК Беларуси, ст. 634 ГК Украины, ст. 389 ГК Казахстана.

Однако данная норма не дает гарантий защиты для контрагентов, вступающих в договор в связи с осуществлением предпринимательской деятельности. В связи с этим п. 3 ст. 428 проекта изменений в ГК РФ предлагает использовать правила о договоре присоединения и в тех случаях, когда при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора. В такой ситуации, справедливо отмечает М. Ефремова, контрагенты хотя и имеют юридическую возможность повлиять на формирование договорных условий (например, инициировать преддоговорной спор), но временные и финансовые затраты на такое согласование несоразмерны выгодам, которые контрагент может получить <20>.

<20> См.: Ефремова М. Защита слабой стороны в договорах страхования. Сравнительно-правовой аспект // Хозяйство и право. 2008. N 1. С. 23.

Таким образом, гражданскому законодательству зарубежных стран имманентно присущ принцип баланса интересов сторон договора. По существу, данный принцип ограничивает крайние проявления принципа свободы договора. В связи с недостаточностью правовых ограничений указанного принципа в российском законодательстве, с учетом изучения зарубежного опыта, предлагаем дополнить п. 4 ст. 421 ГК РФ абзацем следующего содержания: "Условия договора, которые чрезмерно ограничивают существенные права или обязанности одной из сторон, вытекающие из природы договора, с учетом необходимости обеспечить баланс интересов обеих сторон и исходя из требований разумности и справедливости могут быть признаны судом недействительными по иску потерпевшей стороны договора".