Мудрый Юрист

Решения судьи в стадии предварительного слушания, пресекающие движение уголовного дела

/"Мировой судья", 2010, N 12/
Н.А. КОЛОКОЛОВ

Колоколов Н.А., судья Верховного Суда Российской Федерации (в отставке), профессор кафедры судебной власти и организации правосудия Государственного университета - Высшей школы экономики, доктор юридических наук.

Возвращение уголовного дела прокурору - институт уголовного процесса.

Российский уголовный процесс разделен на стадии. Среди важнейших предназначений каждой последующей стадии - контроль качества предыдущей процессуальной деятельности. Стадия подготовки к судебному заседанию - это своеобразный фильтр между досудебным и судебным производством. На данном этапе законодателем перед судом поставлена задача не допустить дальнейшего движения уголовных дел, по которым органами предварительного расследования и прокурором допущены нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, препятствующие нормальному осуществлению правосудия. Следовательно, одной из основных проблем, подлежащих разрешению на данной стадии, является выявление судом конкретных обстоятельств, препятствующих рассмотрению уголовного дела по существу в строгом соответствии с целями и задачами уголовного судопроизводства. Для обеспечения возможности достижения судом вышеуказанной цели, разрешения стоящих перед ним задач в уголовном процессе учрежден самостоятельный процессуальный институт возвращения уголовного дела прокурору (ст. 237 УПК РФ).

За годы существования данного института судами накоплена обширная положительная практика, наличие которой позволило законодателю оптимизировать нормативное регулирование <1>, а Пленуму Верховного Суда Российской Федерации - дать соответствующие разъяснения по вопросам применения ст. 237 УПК РФ <2>.

<1> В ст. 237 УПК РФ изменения вносились дважды, 04.07.2003 и 02.12.2008, в результате чего норма приобрела относительную стройность и завершенность и более удачно вписалась в общую идеологию российского уголовного процесса.
<2> См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующего подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Следует подчеркнуть и то обстоятельство, что в вопросах уточнения предназначения анализируемого института, оптимизации свойственных ему процедур ключевую роль сыграли акты Конституционного Суда Российской Федерации <3>.

<3> См.: Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 04.03.2003 N 2-П "По делу о проверке конституционности положений п. 2 ч. 1 и ч. 3 ст. 232 УПК РСФСР в связи с жалобами граждан Л.И. Батищева, Ю.А. Евграфова, О.В. Фролова и А.В. Шмелева"; от 08.12.2003 N 18-П "По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан"; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 02.02.2006 N 57-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Всеволожского городского суда Ленинградской области о проверке конституционности ч. ч. 2 и 5 ст. 237 УПК РФ".

В силу состязательного характера уголовного судопроизводства предполагается, что инициаторами постановки вопроса о необходимости возвращения уголовного дела прокурору должны выступать стороны. В этой связи генеральный прокурор Российской Федерации требует от подчиненных ему прокуроров учитывать следующие обстоятельства: "Принимая во внимание, что в ходе предварительного слушания могут быть заявлены и разрешены ходатайства об исключении доказательств, о возвращении уголовного дела прокурору, о прекращении уголовного дела или уголовного преследования, обеспечить обязательное участие прокурора на этом этапе уголовного судопроизводства, поскольку бремя опровержения доводов защиты лежит на прокуроре" <4>.

<4> П. 1.7 Приказа генерального прокурора Российской Федерации от 20.11.2007 N 185 "Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства".

По смыслу суд закона вправе приступить к рассмотрению уголовного дела по существу в судебном заседании только после выполнения всех необходимых действий по подготовке к судебному разбирательству, принятия всех характерных для данной стадии уголовного процесса решений (главы 33 - 34 УПК РФ). Указание, содержащееся п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2009 г. N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующего подготовку уголовного дела к судебному разбирательству", прямо нацеливает суд на своевременное принятие мер по выявлению и устранению препятствий для рассмотрения уголовного дела в судебном заседании.

Таким образом, несмотря на отсутствие конкретного указания в законе, по смыслу ст. 237 УПК РФ судья по поступившему уголовному делу наряду с выполнением целого комплекса различных обязанностей должен лично проверить, нет ли оснований для постановки вопроса о возвращении его прокурору. Наличие в ч. 1 ст. 237 УПК РФ формулировки "судья по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору" есть не что иное, как подтверждение законодателем активной роли суда в стадии подготовки к судебному заседанию. Очевидно также и то, что, наделяя суд обязанностью возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий, законодатель принял исчерпывающие меры, направленные на оптимизацию хода уголовного судопроизводства, поскольку иное противоречило бы его целям и задачам, вело бы к ущемлению прав и законных интересов участников процесса. Наличие у судьи обязанности инициировать вопрос о возвращении уголовного дела прокурору дополняется наличием у него обязанности вынести обнаруженную им проблему на обсуждение сторон, что реализуется им посредством вынесения постановления о назначении предварительного слушания (п. 2 ч. 1 ст. 236 УПК РФ). Если о возвращении уголовного дела прокурору ходатайствует сторона (ходатайствуют стороны), вывод о его возвращении сделан судьей, последний, вынося постановление о назначении предварительного слушания, отражает в данном документе все обозначенные к возвращению уголовного дела основания. Такой подход к решению выявленных проблем позволяет всем участникам процесса реализовать свое право на обоснование собственной правовой позиции.

Согласно прямым указаниям в законе уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрению судом в случаях, когда: 1) обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта; 2) копия обвинительного заключения или обвинительного акта не была вручена обвиняемому, за исключением случаев, если суд признает законным и обоснованным решение прокурора, принятое им в порядке, установленном ч. 4 ст. 222 или ч. 3 ст. 226 УПК РФ; 3) есть необходимость составления обвинительного заключения или обвинительного акта по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера; 4) имеются предусмотренные ст. 153 УПК РФ основания для соединения уголовных дел; 5) при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Перечень оснований для возвращения судом уголовного дела прокурору, приведенный в ч. 1 ст. 237 УПК РФ, является исчерпывающим и расширенному толкованию не подлежит, поскольку иное противоречило бы целям и задачам уголовного судопроизводства, месту и роли суда в уголовном процессе. По смыслу закона возвращение уголовного дела прокурору допустимо лишь для восполнения пробелов предварительного расследования, следовательно, возвращение уголовного дела прокурору в целях предъявления обвиняемому более тяжкого обвинения по общему правилу недопустимо. В то же время очевидно, что устранение некоторых препятствий для рассмотрения дела в судебном заседании немыслимо без восполнения определенной неполноты предварительного расследования.

Статья 220 УПК РФ устанавливает обязательные требования к обвинительному заключению. В нем, в частности, указываются: 1) фамилии, имена и отчества обвиняемого или обвиняемых; 2) данные о личности каждого из них; 3) существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; 4) формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление; 5) перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; 6) перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; 7) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 8) данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением; 9) данные о гражданском истце и гражданском ответчике (ч. 1 ст. 220 УПК РФ). Обвинительное заключение должно содержать ссылки на тома и листы уголовного дела (ч. 2 ст. 220 УПК РФ). Документ подписывается следователем с указанием места и даты его составления (ч. 3 ст. 220 УПК РФ). К обвинительному заключению прилагается список подлежащих вызову в судебное заседание лиц со стороны обвинения и защиты с указанием их места жительства и (или) места нахождения (ч. 4 ст. 220 УПК РФ). К обвинительному заключению также прилагается справка о сроках следствия, об избранных мерах пресечения с указанием времени содержания под стражей и домашнего ареста, вещественных доказательствах, гражданском иске, принятых мерах по обеспечению гражданского иска и возможной конфискации имущества, процессуальных издержках, а при наличии у обвиняемого, потерпевшего иждивенцев - о принятых мерах по обеспечению их прав. В справке должны быть указаны соответствующие листы уголовного дела (ч. 5 ст. 220 УПК РФ). Уголовное дело направляется прокурору только с согласия руководителя следственного органа (ч. 6 ст. 220 УПК РФ). В случаях, предусмотренных ст. 18 УПК РФ, следователь обеспечивает перевод обвинительного заключения (ч. 6 ст. 220 УПК РФ).

Согласно ст. 225 УПК РФ обвинительный акт должен содержать следующие обязательные реквизиты: 1) дата и место его составления; 2) должность, фамилия, инициалы лица, его составившего; 3) данные о лице, привлекаемом к уголовной ответственности; 4) место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; 5) формулировка обвинения с указанием пункта, части, статьи УК РФ; 6) перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания, а также перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; 7) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 8) данные о потерпевшем, характере и размере причиненного ему вреда; 9) список лиц, подлежащих вызову в суд (ч. 1 ст. 225 УПК РФ). Обвиняемый, его защитник должны быть ознакомлены с обвинительным актом и материалами уголовного дела, о чем делается отметка в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела (ч. 2 ст. 225 УПК РФ). Обвинительный акт, составленный дознавателем, утверждается начальником органа дознания (ч. 4 ст. 225 УПК РФ).

При утверждении обвинительного акта прокурор вправе своим постановлением исключить из него отдельные пункты обвинения либо переквалифицировать обвинение в менее тяжкое. В данном случае обвиняемому, его защитнику и потерпевшему в порядке, установленном ст. 222 УПК РФ, вручается копия обвинительных документов со всеми имеющимися по делу приложениями.

При решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст. 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. ст. 220, 225 УПК РФ положений, которые служат препятствием для принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого; обвинительное заключение или обвинительный акт не подписаны следователем (дознавателем), обвинительное заключение не согласовано с руководителем следственного органа либо не утверждено прокурором, обвинительный акт не утвержден начальником органа дознания или прокурором; в обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствует указание на прошлые неснятые и непогашенные судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу <5>.

<5> Абзац 1 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

При этом следует помнить, что невыполнение органами предварительного расследования возложенной на них ч. 1 ст. 11 и п. 2 ч. 5 ст. 217 УПК РФ обязанности по разъяснению обвиняемому права ходатайствовать при ознакомлении с материалами уголовного дела о применении особого порядка судебного разбирательства влечет нарушение права обвиняемого на защиту и в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ является основанием для проведения предварительного слушания для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору. В то же время, если в ходе предварительного слушания имеется возможность восстановить права обвиняемого, судья по ходатайству обвиняемого принимает решение о назначении судебного заседания в особом порядке. При невозможности устранить допущенные в ходе предварительного расследования нарушения уголовно-процессуального закона дело подлежит возвращению прокурору <6>.

<6> Абзац 2 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Если по окончании предварительного расследования обвиняемым заявлено ходатайство об особом порядке судебного разбирательства в соответствии с главой 40 УПК РФ, но мнение потерпевшего по данному вопросу не выяснялось, судья при отсутствии препятствий для рассмотрения уголовного дела в особом порядке назначает судебное заседание с учетом положений главы 40 УПК РФ. При этом мнение потерпевшего выясняется в подготовительной части судебного заседания. В случае если потерпевший возражает против заявленного обвиняемым ходатайства, судебное заседание продолжается в общем порядке (ч. 4 ст. 314 УПК РФ) <7>.

<7> Абзац 3 п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

По смыслу ч. 5 ст. 247 УПК РФ суд вправе рассмотреть уголовное дело в отсутствие обвиняемого, находящегося за пределами Российской Федерации, который уклоняется от явки в суд и не был привлечен к уголовной ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу, а также в случаях, когда обвиняемый, находящийся на территории Российской Федерации, уклоняется от явки в суд и его место нахождения неизвестно <8>. В силу п. 2 ст. 228 и ч. 3 ст. 265 УПК РФ при рассмотрении в ходе предварительного слушания ходатайства о назначении судебного заседания в отсутствие подсудимого судье надлежит проверить, вручена ли прокурором защитнику подсудимого копия обвинительного заключения или постановления прокурора об изменении обвинения, которая может быть вручена защитнику судом без возвращения уголовного дела прокурору <9>.

<8> Абзац 2 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".
<9> Абзац 3 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Уголовное дело подлежит возвращению прокурору, если возникает необходимость устранения иных препятствий для рассмотрения уголовного дела, указанных в п. п. 2 - 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, судья в соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в порядке, предусмотренном ст. ст. 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений <10>.

<10> Абзац 2 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Если в ходе предварительного слушания, назначенного по иным основаниям, установлено, что имеются неустранимые препятствия для рассмотрения дела судом, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе вправе возвратить его прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ <11>.

<11> Абзац 3 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

В соответствии с ч. 2 ст. 222 УПК РФ копия обвинительного заключения с приложением вручается обвиняемому прокурором. Если обвиняемый отказался от получения копии обвинительного заключения или обвинительного акта (ч. 4 ст. 222 и ч. 3 ст. 226 УПК РФ) либо иным способом уклонился от его получения и дело поступило в суд с указанием прокурором причин, по которым копия обвинительного заключения или обвинительного акта не была вручена обвиняемому, суд принимает одно из решений, указанных в п. п. 1 - 3 ч. 1 ст. 227 УПК РФ. Вместе с тем в каждом конкретном случае необходимо выяснять, по каким причинам обвиняемому не вручена копия обвинительного заключения или обвинительного акта, оформлен ли отказ от ее получения в письменном виде, подтвержден ли документально факт неявки по вызову и т.п. <12>.

<12> Абзац 1 п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Отсутствие в материалах уголовного дела расписки в том, что обвиняемому вручена копия обвинительного заключения, не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору, если, по утверждению обвиняемого, она фактически ему была вручена <13>. По общему правилу бремя вручения обвиняемому копии обвинительного акта возложено на прокурора, следовательно, бремя подтверждения факта вручения обвиняемому копии обвинительного заключения при отсутствии расписки о его вручении также возлагается на него.

<13> Абзац 2 п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

К основаниям возврата уголовного дела прокурору Пленум Верховного Суда Российской Федерации обычно относит "неточность" и "неконкретность обвинения" <14>.

<14> См.: например, абзац 2 п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2006 N 64 "О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления"; абзац 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2008 N 25 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения".

/"Мировой судья", 2011, N 1/

Роль решений Конституционного Суда Российской Федерации для формирования института возвращения уголовного дела прокурору.

Для уточнения законодательных дефиниций при разрешении вопросов, связанных с возвращением судьей уголовного дела со стадии предварительного слушания, необходимо руководствоваться не только уголовно-процессуальными нормами, но и постановлениями, определениями Конституционного Суда Российской Федерации.

Впервые вопрос о характере "препятствий к рассмотрению уголовного дела судом", возможных путях их устранения стал предметом исследования в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.03.2003 N 2-П "По делу о проверке конституционности положений п. 2 ч. 1 и ч. 3 ст. 232 УПК РСФСР в связи с жалобами граждан Л.И. Батищева, Ю.А. Евграфова, О.В. Фролова и А.В. Шмелева".

В рамках конституционного судопроизводства проверялось наличие права у суда требовать от органов предварительного расследования по личной инициативе:

Заявители утверждали, что суд не вправе по личной инициативе требовать от органов предварительного расследования восполнения пробелов в их работе, обязан вынести решение на основе материалов уголовного дела, предоставленного в его распоряжение стороной защиты, иными словами, постановить по делу оправдательный приговор только ввиду того, что по делу имеются препятствия к его рассмотрению.

Уточняя предмет исследования, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что правовая позиция относительно недопустимости инициирования судом дополнительной следственной деятельности по собиранию новых доказательств им сформулирована, поэтому "предметом рассмотрения являются взаимосвязанные положения, содержащиеся в п. 2 ч. 1 ст. 232 УПК РСФСР, - в части, допускающей возвращение уголовного дела прокурору для устранения существенных нарушений уголовно-процессуального закона, если это не связано с восполнением неполноты расследования, и в ч. 3 той же статьи, на основании которой судья при направлении дела для дополнительного расследования разрешает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого". "В случае выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений суд, самостоятельно осуществляя правосудие (ст. 120 Конституции Российской Федерации), вправе принимать в соответствии с уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав, что позволяет всесторонне и объективно рассмотреть дело по существу. Тем самым обеспечивается право каждого на судебную защиту его прав и свобод (ст. 46 Конституции Российской Федерации) и право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации). Основанием для возвращения прокурору уголовных дел граждан Л.И. Батищева, Ю.А. Евграфова, О.В. Фролова и А.В. Шмелева послужили допущенные органами предварительного расследования существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые не могли быть исправлены в ходе судебного разбирательства. Существенное процессуальное нарушение является препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией функцию осуществления правосудия. Такие процессуальные нарушения не касаются ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации действий и доказанности вины обвиняемых, а их устранение не предполагает дополнение ранее предъявленного обвинения. Направляя в этих случаях уголовное дело прокурору, суд не подменяет сторону обвинения - он лишь указывает на выявленные нарушения, ущемляющие процессуальные права участников уголовного судопроизводства, требуя их восстановления. Возвращение уголовного дела прокурору имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными в уголовно-процессуальном законе, что дает возможность после устранения выявленных существенных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия решения. Тем самым обеспечиваются гарантированные Конституцией право обвиняемого на судебную защиту и право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 46 и ст. 52). Таким образом, п. 2 ч. 1 ст. 232 УПК РСФСР в той части, в какой он допускает возвращение уголовного дела прокурору для устранения существенных нарушений уголовно-процессуального закона, если это не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, не противоречит Конституции Российской Федерации".

Конституционный Суд Российской Федерации подтвердил свою правовую позицию относительно того, что достижение целей правосудия допускает ограничение прав и свобод граждан. Руководствуясь изложенным, он сделал вывод, вынесенный в резолютивную часть постановления, о том, что Конституции Российской Федерации не противоречат положения уголовно-процессуального закона, допускающие:

Во второй раз обязанность суда возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению фундаментальной проверке была подвергнута в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2003 N 18-П "По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан". Поводом явились запросы ряда судов, а также жалобы граждан С.С. Зимина, Л.М. Курилко, В.А. Кухранова, Л.С. Лариной, Д.Н. Мамедова, Л.Н. Мельниковой, Л.Г. Носовой, Г.В. Павлюк и В.Л. Фадеевой, в которых оспаривается конституционность в том числе и положений ст. ст. 236, 237 УПК РФ, препятствующих суду:

Оспаривалась также конституционность отсутствия:

Предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации явились:

По результатам рассмотрения дела Конституционным Судом Российской Федерации были сделаны следующие выводы. Существенное процессуальное нарушение является препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия; такие процессуальные нарушения не касаются ни фактических обстоятельств, ни вопросов квалификации действий и доказанности вины обвиняемых, а их устранение не предполагает дополнение ранее предъявленного обвинения; направляя в этих случаях уголовное дело прокурору, суд не подменяет сторону обвинения - он лишь указывает на выявленные нарушения, ущемляющие права участников уголовного судопроизводства, требуя их восстановления. Возвращение уголовного дела прокурору имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными в уголовно-процессуальном законе, что дает возможность - после устранения выявленных существенных процессуальных нарушений и предоставления участникам уголовного судопроизводства возможности реализовать соответствующие права - вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия решения; тем самым обеспечиваются гарантированные Конституцией Российской Федерации право каждого, в том числе обвиняемого, на судебную защиту и право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. ст. 46 и 52). Суд общей юрисдикции при осуществлении производства по уголовному делу может по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, когда в досудебном производстве допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия; при этом устранение допущенных нарушений предполагает осуществление необходимых для этого следственных и иных процессуальных действий. В противном случае участники уголовного судопроизводства, чьи права и законные интересы были нарушены в ходе досудебного производства, по существу, были бы лишены судебной защиты. Согласно ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если: обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта (п. 1); копия обвинительного заключения или обвинительного акта не была вручена обвиняемому, за исключением случаев, если суд признает законным и обоснованным решение прокурора, принятое им в порядке, установленном ч. 4 ст. 222 или ч. 3 ст. 226 УПК РФ; есть необходимость составления обвинительного заключения или обвинительного акта по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера (п. 3); имеются предусмотренные ст. 153 УПК РФ основания для соединения уголовных дел (п. 4); при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела ему не были разъяснены права, предусмотренные п. 3 ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Из ст. ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями УПК РФ. По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 во взаимосвязи с п. п. 2 - 5 ч. 1 этой же статьи, а также со ст. ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям УПК РФ. Положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ не исключают - по своему конституционно-правовому смыслу в их взаимосвязи - правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях существенных нарушений уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. Придание иного смысла указанным положениям уголовно-процессуального закона неправомерно ограничивало бы право на судебную защиту, на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ч. ч. 1 и 2 ст. 46, ст. 52, ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации), а также прерогативы суда по осуществлению правосудия и обеспечению им прав и свобод человека и гражданина (ст. 18; ст. 118 Конституции Российской Федерации). Между тем положение ч. 4 ст. 237 УПК РФ, не позволяющее осуществлять необходимые для устранения обнаруженных нарушений следственные и иные процессуальные действия, исключает какое бы то ни было эффективное восстановление нарушенных прав участников судопроизводства не только допустившими эти нарушения органами расследования, но и при последующем разбирательстве дела судом, что не согласуется с требованиями независимого, беспристрастного и справедливого осуществления правосудия, вытекающими, в частности, из ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, по смыслу которой каждому, в том числе обвиняемому и потерпевшему, при определении его прав и обязанностей должны обеспечиваться гарантии справедливого правосудия. В системе действующих уголовно-процессуальных норм это означает нарушение ч. 1 ст. 45, ч. ч. 1 и 2 ст. 46 и ст. 52 Конституции Российской Федерации и не согласуется также с требованиями ее ст. ст. 18, 49, 50 и ч. ч. 1 и 2 ст. 118. В резолютивной части постановления указано:

В третий раз положения ст. 237 УПК РФ были предметом конституционного производства в Определении КС РФ от 02.02.2006 N 57-О "Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Всеволожского городского суда Ленинградской области о проверке конституционности ч. 2 и 5 ст. 237 УПК РФ". Постановлением судьи Всеволожского городского суда Ленинградской области от 24 мая 2005 г. уголовное дело в отношении гражданина А.С. Харькова было возвращено прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального законодательства, которые выразились в том, что в постановлении о возбуждении данного уголовного дела не указано, кем оно вынесено, предварительное следствие проведено следователем без принятия дела к своему производству, в результате чего доказательства, положенные в основу обвинительного заключения, не могли быть признаны судом допустимыми; кроме того, в обвинительном заключении не указаны сведения о судимости обвиняемого. Следователь принял уголовное дело к производству, срок предварительного следствия по нему был продлен на три месяца, в течение которых производились следственные действия, направленные на повторное собирание доказательств, в том числе допросы потерпевшей и свидетелей, судебно-медицинская экспертиза. 31 августа 2005 г. уголовное дело с утвержденным прокурором обвинительным заключением вновь поступило на рассмотрение во Всеволожский городской суд Ленинградской области. Судья, принявший уголовное дело А.С. Харькова к производству, полагая, что он не вправе проводить по нему судебное разбирательство, поскольку приведенные в обвинительном заключении доказательства получены в результате следственных действий, проводившихся по истечении пяти суток, которые были определены судом на основании ст. 237 УПК РФ для устранения допущенных при производстве предварительного следствия нарушений закона, приостановил производство по делу и обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности ч. ч. 2 и 5 ст. 237 УПК РФ. По мнению заявителя, оспариваемые законоположения, обязывающие прокурора обеспечить по возвращенному ему уголовному делу устранение процессуальных нарушений, являющихся препятствием для рассмотрения этого дела судом, в течение пяти суток и признающие недопустимыми доказательства, полученные по истечении указанного процессуального срока, препятствуют реализации участниками уголовного судопроизводства прав, гарантированных им ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст. 46 и ст. 53 Конституции Российской Федерации. Конституционный Суд Российской Федерации подтвердил полномочие суда общей юрисдикции при осуществлении производства по уголовному делу по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращать дело прокурору в случаях, когда в досудебном производстве допущены существенные не устранимые в судебном производстве нарушения уголовно-процессуального закона, которые влекут лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, являются препятствием для рассмотрения уголовного дела, исключая возможность реализации судом возложенной на него Конституцией Российской Федерации функции осуществления правосудия. Конституционный Суд Российской Федерации признал, что возвращение судом уголовного дела прокурору в случаях выявления допущенных в ходе досудебного производства существенных процессуальных нарушений имеет целью приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями, установленными в уголовно-процессуальном законе, с тем чтобы - после устранения выявленных нарушений и предоставления участникам уголовного судопроизводства возможности реализовать соответствующие права - вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия решения, благодаря чему обеспечиваются гарантированные Конституцией Российской Федерации, ее ст. ст. 46 и 52, право каждого, в том числе обвиняемого, на судебную защиту и право потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Признав ч. 4 ст. 237 УПК РФ, не позволявшую осуществлять необходимые для этого следственные и иные процессуальные действия, не соответствующей Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что недопустимость осуществления таких действий лишала бы смысла возвращение уголовного дела прокурору и не позволяла бы восстановить нарушенные права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, лишив их реальной судебной защиты. По смыслу приведенных правовых позиций, на случаи возвращения судом уголовного дела прокурору по основанию, связанному с необходимостью устранения существенных не устранимых в судебном производстве нарушений закона, требование о соблюдении пятидневного срока, в течение которого прокурор обязан обеспечить устранение иных, указанных в ч. 1 ст. 237 УПК РФ препятствий к рассмотрению уголовного дела судом, распространяться не может. При этом, однако, возвращение в такого рода случаях уголовного дела прокурору с последующим проведением по нему необходимых процессуальных действий не должно быть связано с решением задачи восполнения неполноты произведенного дознания или предварительного следствия в качестве самостоятельной задачи.

В любом случае при вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту и права потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора. Следует также иметь в виду, что в таких случаях после возвращения дела судом прокурор (а также по его указанию следователь или дознаватель) вправе, исходя из конституционных норм, провести следственные или иные процессуальные действия, необходимые для устранения выявленных нарушений, и, руководствуясь ст. ст. 221 и 226 УПК РФ, составить новое обвинительное заключение или новый обвинительный акт (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2004 N 1).

/"Мировой судья", 2011, N 3/

Статья 3. Эволюция практики применения ст. 237 УПК РФ.

После введения в действие УПК РФ значительную часть возвращенных прокурорам дел составили дела, в которых не было сведений о вручении обвиняемому копии обвинительного заключения. Сложившаяся судебная практика уже позволяет сделать вывод, что отсутствие в деле расписки о фактическом получении обвиняемым копии обвинительного заключения (если отсутствуют данные об уклонении обвиняемого от получения этого документа) признается судами препятствием к рассмотрению дела. Если обвиняемый отказался от получения копии обвинительного заключения или обвинительного акта (ч. 4 ст. 222 и ч. 3 ст. 226 УПК РФ) и дело поступило в суд с указанием прокурором причин, по которым копия обвинительного заключения (обвинительного акта) не была вручена обвиняемому, суд принимает одно из решений, указанных в п. п. 1 - 3 ч. 1 ст. 227 УПК РФ. Вместе с тем суду в каждом конкретном случае необходимо выяснять, по каким причинам обвиняемому не вручена копия обвинительного заключения (обвинительного акта), оформлен ли отказ в его получении в письменном виде, подтвержден ли документально факт неявки по вызову и т.п. Если обвиняемый скрылся и его местонахождение неизвестно, судья принимает решение в соответствии с ч. 2 ст. 238 УПК РФ (п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 05.03.2004 N 1).

Невручение копии обвинительного заключения ввиду содержания в нем сведений, составляющих государственную тайну, является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

В силу п. 2 ч. 4 ст. 47 УПК, ч. 2 ст. 222 УПК РФ постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение подлежат обязательному вручению обвиняемому. В связи с этим данные документы не должны содержать сведений, препятствующих вручению их копий обвиняемому, в том числе составляющих государственную тайну. Сделав такой вывод, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала обоснованным возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению ввиду невручения обвиняемому копии обвинительного заключения, по мотивам содержания в нем сведений, составляющих государственную тайну <1>.

<1> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 15-О06-3сп // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

Бланкетная диспозиция предполагает включение в структуру постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого сведений из специальных нормативных актов (законов, постановлений, приказов, инструкций и т.п.). Исходя из положений главы 34 УПК РФ, по поступившим уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ, судам следует проверять, наличествуют ли в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении данные о том, какие конкретно нормы законодательства о налогах и сборах, действовавшего на момент совершения преступления, нарушены обвиняемым, а также сроки уплаты конкретного налога или сбора. Отсутствие в обвинительном заключении указанной выше и иной информации исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. В силу ст. 237 УПК РФ по ходатайству стороны или по собственной инициативе судье необходимо решить вопрос о возвращении дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению <2>.

<2> См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.12.2006 N 64 "О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления".

В любом случае судья, указывая на недостатки предварительного расследования как на обстоятельства, препятствующие судебному разбирательству, обязан указать, каким именно образом данное нарушение препятствуют его рассмотрению <3>. Несоответствие постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого требованиям п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ (описание преступления), а обвинительного заключения - требованиям п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ (существо обвинения, описание, характеристика и обстоятельства преступления) - основание к возвращению уголовного дела прокурору.

<3> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21.02.2006 N 74-О06-1 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в кассационном определении указала, что органы предварительного расследования, предъявляя Г. обвинение в неуважении к суду, выразившемуся в оскорблении участников процесса, ограничились ссылкой на то, что оскорбление было выражено в неприличной форме, однако в чем конкретно выражается данная форма, в постановлении указано не было. Понятие "неприличная форма" является оценочным и определяется исходя из характера допущенных высказываний, предполагающих циничную, глубоко противоречащую нравственным нормам, правилам поведения в обществе форму унизительного общения человека с человеком <4>.

<4> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19.06.2006 N 45-О06-57 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

Наличие противоречий в обвинительном заключении также является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Обвиняемый Н. в стадии предварительного расследования показал, что Ю. нанес потерпевшему удар ножом, а он добил его кувалдой. Других доказательств вины Ю. в совершении убийства стороной обвинения не представлено. Органами предварительного расследования Н. предъявлено обвинение в том, что он нанес удары потерпевшему ногами. В обвинительном заключении следователь, перечисляя доказательства, подтверждающие обоснованность обвинения Н. в участии в убийстве, привел его показания о том, что он "добил потерпевшего кувалдой". Свердловский областной суд своим постановлением уголовное дело в отношении Н. и Ю. возвратил прокурору в порядке ст. 236 УПК и предложил устранить противоречие между содержащимися в обвинительном заключении показаниями Н. и сведениями, содержащимися в постановлении о привлечении его в качестве обвиняемого. Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление Свердловского областного суда отменено. Данное решение мотивировано тем, что суд первой инстанции, разрешая вопрос о соответствии обвинительного заключения закону, вошел в оценку доказательств <5>.

<5> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19.06.2006 N 53-О06-10 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

В то же время следует учитывать, что силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ уголовное дело возвращается прокурору, если обвинительное заключение составлено с нарушением закона. В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении приводится перечень доказательств, подтверждающих обвинение. По делу в отношении Н. в обвинительном заключении приведены совершенно иные доказательства. В судебном заседании Н. показал, что он нанес удары и ножом и кувалдой. Ю. ударов не наносил. В конечном итоге по приговору Свердловского областного суда Н. осужден за нанесение ударов ножом и "тупым твердым предметом". Вопрос о том, что под ним следует подразумевать - "ноги" или "кувалду", остался в приговоре без ответа и стороной защиты пока не оспорен. Ю. по данному эпизоду оправдан, поскольку показания Н. относительно его участия в убийстве противоречивы. На приговор подано кассационное представление, в котором ставится вопрос об отмене приговора в части оправдания Ю., суду предлагается переоценить показания Н.

В удовлетворении кассационного представления Судебной коллегией Верховного Суда РФ отказано, поскольку органы предварительного расследования не согласились с первоначальными показаниями Н. о том, что потерпевшего он добил кувалдой.

Действия обвиняемого должны быть квалифицированы с указанием пункта и части соответствующей статьи Особенной части УК РФ.

Постановлением Свердловского областного суда уголовное дело в отношении К. и других возвращено прокурору для устранения препятствий для его рассмотрения судом. Из материалов уголовного дела следует, что органами предварительного расследования К. предъявлено обвинение в том, что преступные действия, направленные на лишение жизни Б., он совершил по найму. Несмотря на это, содеянное им по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицировано не было.

В кассационном представлении заместитель прокурора Свердловской области, не оспаривая "наличия в обвинительном заключении вышеуказанного противоречия", просит постановление отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, мотивируя это тем, что суду "для принятия законного и обоснованного решения следовало исследовать имеющиеся в уголовном деле доказательства", "исключить из обвинения указание на совершение К. преступления по найму".

Судебная коллегия по уголовным делам нашла постановление законным и обоснованным, оставила его без изменения по следующим основаниям. Факт наличия противоречия в обвинительном заключении между его описательно-мотивировочной и резолютивной частями авторами кассационного представления и кассационных жалоб не оспаривается.

В постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должны быть указаны описание преступления (п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ) и пункт, часть и статья УК РФ (п. 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ). Из обвинительного заключения следует, что К. предъявлено обвинение в том, что преступные действия, направленные на лишение жизни Б., он совершил "по найму" (п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ). При таких обстоятельствах содеянное им органам предварительного расследования надлежало квалифицировать по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ (п. 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ). Данное требование уголовно-процессуального закона органами предварительного расследования выполнено не было.

На этапе предварительного слушания государственный обвинитель наличие вышеуказанного противоречия в обвинительном заключении признал, от обвинения К. по факту его найма в целях лишения Б. жизни не отказался, оставил разрешение спорного вопроса на усмотрение суда. При таких обстоятельствах суд обоснованно принял решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований закона (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ).

Что касается довода автора кассационного представления о том, что суду следовало исследовать имеющиеся по делу доказательства в их совокупности, исключить указание на совершение К. преступления по найму, то он несостоятелен, поскольку в стадии подготовки к судебному заседанию решение данных вопросов в компетенцию суда не входит. Не основан на законе и содержащийся в кассационном представлении, а также в кассационной жалобе защитника обвиняемого К. - адвоката довод о том, что в силу ст. 15 УПК РФ суд не вправе возвратить уголовное дело прокурору для того, чтобы обвинительное заключение было приведено в соответствие с требованиями закона путем квалификации содеянного К. в соответствие с предъявленным ему обвинением.

В стадии подготовки дела к судебному заседанию суд выполняет контрольную функцию. В его компетенцию в данном случае входит выявление фактов нарушения законодательства при составлении обвинительного заключения. Как следует из постановления о возвращении уголовного дела прокурору, судом выявлено именно такое нарушение. Оно заключается в том, что органы предварительного расследования, квалифицируя содеянное К. как совершенное по найму, не указали, как требуется в законе, соответствующий пункт обвинения <6>.

<6> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 45-О06-12 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

Отказ следователя включить в список лиц, подлежащих вывозу в судебное заседателей, свидетелей со стороны защиты - основание к возвращению уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом <7>.

<7> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 06.04.2005 N 74-О05-11 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

Еще одним основанием возвращения дела прокурору является положение, когда выявляется необходимость составления обвинительного заключения по делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера. Такая ситуация может возникнуть, когда судья признает, что психическое расстройство лица, уголовное дело в отношении которого направлено в суд, не установлено или что заболевание лица, совершившего преступление, не является препятствием для применения к нему уголовного наказания (ч. 5 ст. 443 УПК РФ). Однако, направляя по собственной инициативе уголовное дело прокурору для привлечения к уголовной ответственности лица, которое до этого по решению органов следствия было фактически от этой ответственности освобождено, судья по существу выйдет за пределы, очерченные ч. 3 ст. 15 УПК РФ, согласно которой суд не является органом уголовного преследования.

По смыслу ст. 217 УПК РФ обвиняемые и их защитники вправе знакомиться со всеми материалами уголовного дела, а не только с теми, которые непосредственно относятся к эпизодам их преступной деятельности.

Предварительное расследование по уголовным делам N 382233 в отношении М., Ц. и N 742233 в отношении З. было проведено раздельно. По окончании предварительного расследования обвиняемые ознакомились лишь с материалами, относящимися к эпизодам, непосредственно относящимся к их преступной деятельности. Прокурор Санкт-Петербурга указанные дела соединил в одно производство, присвоив ему N 383333, и, не выполняя требований ст. 217 УПК РФ по объединенному уголовному делу, направил его в суд для рассмотрения по существу. Судья расценил данное обстоятельство как обстоятельство, препятствующее судебному разбирательству, и возвратил уголовное дело прокурору. Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление судьи оставлено без изменения <8>.

<8> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 02.06.2005 N 78-О05-38 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

Если следователь не рассмотрел ходатайство о выделении уголовного дела в отдельное производство в отношении лиц, которые не желают, чтобы уголовное дело рассматривалось судом с участием присяжных заседателей, то оно подлежит возвращению прокурору <9>.

<9> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 77-О05-1 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

Если обвиняемый не согласен на рассмотрение уголовного дела в отношении него судом с участием присяжных заседателей, то ходатайства о выделении уголовного дела в отношении него в отдельное производство он вправе подать только при выполнении требований ст. 217 УПК РФ.

В стадии предварительного слушания несколько обвиняемых заявили ходатайство о рассмотрении уголовного дела в отношении них судом с участием присяжных заседателей, в то время как другие настаивали на рассмотрении их дела судьей единолично. По результатам предварительного слушания уголовное дело возвращено прокурору ввиду возникновения необходимости выделения материалов в отношении нескольких обвиняемых в отдельное производство.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменяя данное постановление, указала, что вопрос о выделении уголовного дела в отдельное производство решается следователем только при выполнении требований ч. 5 ст. 217 УПК РФ. Если ходатайство о выделении материалов уголовного дела заявляется обвиняемым на последующих этапах движения уголовного дела, то оно оставляется без удовлетворения, так как закон не предусматривает данного обстоятельства в качестве основания к возвращению уголовного дела прокурору и не наделяет суд первой инстанции правом на выделение материалов уголовного дела <10>.

<10> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21.02.2006 N 74-О06-1 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

Основания и порядок принятия решений о приостановлении производства по уголовному делу установлены ст. 238 УПК РФ. Они носят исчерпывающий характер. Судья не связан мнением сторон, и вправе принять решение и при отсутствии ходатайства стороны об этом. Такой вывод следует из ст. 229 УПК РФ, согласно которой суд и по собственной инициативе вправе назначить предварительное слушание, когда имеются основания для приостановления уголовного дела.

Весьма важным является вопрос о правовом регулировании возобновления судебного разбирательства после того, как основания для приостановления производства по делу будут устранены, поскольку законодательно он не решен. Судья в этом случае должен вновь назначить предварительное слушание (если имеются основания, предусмотренные ст. 229 УПК РФ) либо назначить судебное заседание в порядке, предусмотренном ст. 231 УПК РФ.

Прецедентное значение получило следующее определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ.

По делу в отношении В. и П. защитниками подсудимых своевременно было заявлено ходатайство об исключении ряда доказательств как не обладающих качествами допустимости. В этой связи по делу было назначено предварительное слушание, однако ходатайство защитников об исключении доказательств в нем не рассматривалось, поскольку дело было возвращено прокурору для пересоставления обвинительного заключения. Несмотря на то что вышеуказанные ходатайства стороной защиты не отзывались, вторично судебное заседание было назначено без проведения предварительного слушания. В этой связи на постановление о назначении судебного заседания стороной защиты была принесена кассационная жалоба, в которой ставился вопрос об отмене постановления о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания. В удовлетворении данной жалобы было отказано, поскольку ходатайство об исключении доказательств без ущерба для дела могло быть разрешено в судебном заседании <11>.

<11> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 26.09.2005 N 33-О05-65 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

В судебной практике встречаются случаи незаконного оставления кассационной жалобы на постановление о возвращении уголовного дела прокурору без рассмотрения.

Постановлением федерального судьи Ухтинского городского суда Республики Коми от 12 марта 2004 г. уголовное дело в отношении Л. возвращено прокурору по основаниям, предусмотренным ст. 237 УПК РФ. Сторона защиты, полагая, что судом первой инстанции при этом был неправильно применен уголовно-процессуальный закон, перед кассационной инстанцией поставила вопрос об отмене постановления.

Судебная коллегия Верховного суда Республики Коми кассационную жалобу оставила без рассмотрения, а производство по ней прекратила, мотивируя это тем, что возврат дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ в перечень предметов кассационной проверки не входит <12>.

<12> См.: Материал по надзорной жалобе N 3-у05-323 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

Данное решение противоречит ст. 19 УПК РФ, правовым позициям Конституционного Суда РФ, судебной практике, а также общетеоретическому положению о том, что проверке подлежат все решения и действия, препятствующие нормальному движению дела.

Имеют место и случаи необоснованного возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Органами предварительного расследования в отношении Я. возбуждено уголовное дело по признакам ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 30, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ. В стадии предварительного расследования у Я. обнаружилось психическое расстройство, препятствующее проведению в отношении нее процессуальных действий. Органы предварительного расследования обратились в суд для разрешения вопроса о помещении Я. в психиатрический стационар. Судом уголовное дело возвращено прокурору, по мотивам нарушения права Я. на защиту, что выразилось в ошибочной квалификации содеянного Я, в неполноте представленных суду материалов.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление судьи о возвращении уголовного дела прокурору отменила, поскольку нарушений, препятствующих рассмотрению дела в отношении Я. в суде, органами предварительного расследования не допущено. Суду следовало разрешить вопрос о возможности помещения Я. в психиатрический стационар на основании предоставленных ему материалов <13>.

<13> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 38-О06-21 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

/"Мировой судья", 2011, N 4/

Статья 4. Особенности применения судами ст. 237 УПК РФ на современном этапе развития уголовного судопроизводства

Постановление о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ должно быть мотивированным.

В ходе предварительного слушания государственный обвинитель заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку содеянное обвиняемым, по ее мнению, следовало квалифицировать не по п. п. "в" и "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ, а по п. п. "в", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ. Данное ходатайство было удовлетворено судьей Верховного Суда Республики Коми.

В кассационной жалобе защитник обвиняемого поставил вопрос об отмене постановления, поскольку считает, что его подзащитный совершил убийство мальчика не после совершения разбойного нападения, а во время него.



Отменяя постановление судьи, Судебная коллегия по уголовным делам РФ указала, что из протокола судебного заседания неясно, на чем основан вывод об изменении квалификации действий обвиняемого, поскольку каких-либо суждений относительно квалификации его действий в части похищения чужого имущества государственным обвинителем не высказано. Остался немотивированным и вывод суда о необходимости изменения квалификации действий обвиняемого.

  1. Устранение препятствий к рассмотрению уголовного дела после возвращения его судом в порядке ст. 237 УПК РФ может выразиться: в уменьшении объема обвинения, изменении подсудности дела.

Постановлением судьи Московского городского суда от 01.06.2006 уголовное дело в отношении П. и др. возвращено генеральному прокурору РФ для устранения препятствий к его рассмотрению.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 июля 2006 г. Постановление судьи Московского городского суда в части возвращения уголовного дела прокурору оставлено без изменения. Суд второй инстанции согласился с тем, что "формулировка предъявленного П. и др. обвинения препятствует рассмотрению дела судом, поскольку исключает возможность постановки вопросов, подлежащих рассмотрению присяжными заседателями".

После этого уголовное дело в отношении П. и др. органами предварительного расследования было принято к производству, по нему продлевались сроки предварительного расследования, содержания обвиняемых под стражей, по ряду эпизодов уголовное дело прекращено, а по ряду других - выделено в отдельное производство, в остальной части направлено в Брянский областной суд для рассмотрения по существу.

По итогам предварительного слушания Постановлением судьи Брянского областного суда от 27 декабря 2006 г. уголовное дело в отношении П. и других назначено к слушанию.

В кассационных жалобах сторона защиты поставила вопрос об отмене данного Постановления, поскольку все вышеперечисленные процессуальные действия органы предварительного расследования выполнили за рамками уголовно-процессуального закона, уголовное дело в отношении П. и других должно быть рассмотрено тем судом, которым оно возвращено для устранения препятствий.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ Постановление Брянского областного суда о назначении судебного заседания оставила без изменения, мотивируя свою правовую позицию следующим образом. Уголовное дело возвращалось прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению, в том числе и путем уточнения обвинения. Данное судебное решение стороной защиты оспорено не было. Вместе с тем уточнение обвинения невозможно без проведения следственных и процессуальных действий. В этой связи органы предварительного расследования, действуя строго в пределах своих полномочий, уменьшили объем обвинения, что в конечном итоге привело к изменению подсудности уголовного дела. Содержащийся в кассационных жалобах довод о том, что уголовное дело должно быть рассмотрено тем судом, которым оно возвращалось для устранения препятствий к его рассмотрению, не основан на законе. Возвращение уголовного дела прокурору для выполнения требований, предусмотренных ч. 2 ст. 217 УПК, не влечет необходимости пересоставления обвинительного заключения.



Уголовное дело было возвращено прокурору для выполнения требований ч. 5 ст. 217 УПК. Вторично возвращая данное дело прокурору, суд указал, что после выполнения требований ст. 217 УПК органам предварительного расследования следовало пересоставить обвинительное заключение.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ Постановление о возвращении уголовного дела прокурору отменила, мотивируя это тем, что в данном случае пересоставление обвинительного заключения не требуется, поскольку новые следственные действия по уголовному делу не проводились.

Уголовное дело возвращается прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. ст. 217, 218 УПК РФ следователь, ознакомив обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела, разъясняет обвиняемому права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК, и составляет протокол по правилам, предусмотренным ст. ст. 166, 167 УПК РФ. Из материалов уголовного дела следует, что обвиняемый и его защитник с материалами уголовного дела знакомились, однако выполнение данного процессуального действия составлением вышепоименованного протокола завершено не было. Обвинительное заключение составлено за пределами срока предварительного расследования. Органы предварительного расследования, сославшись в обвинительном заключении на нарушение обвиняемым требований ст. ст. 15, 16 Закона РФ "О милиции", не указали, какие именно положения данных статей обвиняемым были нарушены, чем ущемлено право последнего на защиту.

В судебной практике встречаются случаи незаконного возвращения уголовного дела прокурору из подготовительной части судебного заседания.

По результатам предварительного слушания уголовное дело в отношении трех лиц по ходатайству одного из них - М. назначено к рассмотрению с участием присяжных заседателей. В подготовительной части судебного заседания защитники двух других подсудимых заявили ходатайство о выделении уголовного дела в отношении их подзащитных в отдельное производство. Данное ходатайство судом удовлетворено: уголовное дело возвращено прокурору для решения вопроса о выделении уголовного дела в отношении двух лиц в отдельное производство.

Государственный обвинитель в кассационном представлении поставил вопрос об отмене Постановления суда о возвращении уголовного дел прокурору, мотивируя это тем, что и М. отказалась от рассмотрения ее уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.



Поскольку глава 36 и ст. 327 УПК РФ не предусматривают рассмотрения в подготовительной части судебного заседания ходатайств о рассмотрении или нерассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ Постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору отменила, уголовное дело направила на рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства.

При выполнении требований ст. 237 УПК РФ положение обвиняемого по инициативе суда ухудшено быть не может.

Предварительное расследование в отношении П. было проведено в форме дознания, завершившегося обвинительным актом. Из данного документа усматривалось, что в действиях П. содержатся составы двух преступлений:

Несмотря на наличие совокупности двух преступлений, фабула дела в обвинительном акте была изложена как единое целое, а содеянное П. квалифицировалось по одной статье Особенной части УК РФ - ч. 2 ст. 297. Поскольку П. в вину были вменены два состава преступления, то из содержания обвинительного акта было неясно, какие именно ее действия квалифицированы по ч. 2 ст. 297 УК РФ.

Нечеткость в изложении обстоятельств дела, нарушение требований закона при квалификации содеянного П. суд обоснованно расценил как обстоятельство, препятствующее рассмотрению дела в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона. Согласно протоколу судебного заседания в ходе предварительного слушания председательствующий обратил внимание государственного обвинителя на нарушение стороной обвинения норм материального и процессуального права. Государственный обвинитель по данному вопросу какого-либо суждения не высказал, оставив разрешение проблемы на усмотрение суда. Другие участники процесса со стороны обвинения в судебное заседание не явились, хотя и были уведомлены о его проведении надлежащим образом, суждений по поводу наличия противоречий в деле путем подачи письменных заявлений, ходатайств, жалоб не высказывали.

В соответствии со ст. ст. 236 - 237 УПК РФ уголовное дело в отношении П. было возвращено прокурору для устранения недостатков, препятствующих его рассмотрению. Стороны с данным решением суда согласились. Обвинительный акт в отношении П. был пересоставлен, ее действия квалифицированы по совокупности преступлений, предусмотренных ч. ч. 1 и 2 ст. 297 УК РФ. По результатам судебного разбирательства по ч. 2 ст. 297 УК РФ был постановлен обвинительный приговор, а по ч. 1 ст. 297 УК РФ уголовное дело в отношении нее было прекращено. Государственный обвинитель в кассационном представлении, потерпевшая в кассационной жалобе поставили вопрос об отмене Постановления о прекращении уголовного дела, мотивируя это тем, что общепризнанной является правовая позиция Конституционного Суда РФ о том, что в ходе устранения препятствий к рассмотрению уголовного дела положение обвиняемого не может быть ухудшено, в том числе и путем вменения ему в вину преступлений, по которым обвинение ему ранее не предъявлялось.



Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в Кассационном определении от 21 февраля 2007 г. по данному поводу указала, прекращая уголовное дело в отношении П. по ч. 1 ст. 297 УК РФ, что суд правильно применил уголовно-процессуальный закон, поскольку из материалов уголовного дела следует, что обвинение по ч. 1 ст. 297 УК РФ осужденной было вменено исключительно по инициативе суда, несмотря на то что в соответствии со ст. 15 УПК РФ функция обвинения на суд возложена быть не может.

Принятое судом первой инстанции решение в полной мере соответствует правовым позициям Конституционного Суда РФ относительно разделения процессуальных функций в уголовном судопроизводстве. Из материалов уголовного дела однозначно следует, что стороной обвинения право на формирование обвинения в отношении П. в полном объеме реализовано не было ни при составлении первого обвинительного акта, ни при разрешении судом вопроса о соответствии его требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов.

Постановление судьи, принятое по результатам предварительного слушания, в части отказа в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела кассационному обжалованию не подлежит.

По делам о преступлениях, образующих идеальную совокупность, изложения доказательств по каждому преступлению не требуется.

А. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162 УК.

Тюменский областной суд 30 января 2007 г. по ходатайству стороны защиты, заявленному при проведении предварительного слушания, возвратил уголовное дело в отношении А. для устранения нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 апреля 2007 г. по кассационному представлению государственного обвинителя данное Постановление отменила, указав следующее.



А. обвиняется в совершении преступлений, образующих идеальную совокупность. Перечня доказательств отдельно к каждому из преступлений в данном случае не требуется.

Основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Т. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. п. "а", "б", "д", "ж", "з", "к" ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 131, ч. 3 ст. 158, п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 167, ч. 1 ст. 244 УК РФ, Б. - п. п. "а", "б", "д", "ж" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 2 ст. 167 УК РФ.

Пятого февраля 2007 г. Курганским областным судом по результатам предварительного слушания уголовное дело в отношении них возвращено прокурору для устранения препятствий для его рассмотрения судом.

К нарушениям, препятствующим рассмотрению дела, суд первой инстанции отнес следующее.

Т. и Б. в ходе разбойного нападения на Г. завладели имуществом на сумму 1620 руб., лишили жизни Г. и К., путем поджога уничтожили имущество К. на сумму 97950 руб. В обвинительных документах не отражено, кому именно причинен ущерб, является ли он значительным. Это нарушает права их родственников, участвующих в деле в качестве потерпевших.

В перечне доказательств, подтверждающих обвинение в совершении и разбоя, и убийства, следователь указал только на источники, содержащие доказательства, и иные документы по другому уголовному делу (протокол допроса свидетеля Г., копия постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Т., копия заявления К., копия обвинительного заключения по другому делу и др.), но не раскрыл их.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 марта 2007 г. по кассационному представлению государственного обвинителя данное Постановление отменила, указав следующее.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 N 18-П "По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан", по смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. При этом основанием для возвращения уголовного дела прокурору являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Потерпевшими по делу признаны надлежащие лица.

Квалифицирующий признак "причинение значительного ущерба" - категория оценочная, по мнению органов предварительного расследования, в действиях виновных он содержится. Окончательный вывод о его наличии - компетенция суда. Препятствий для принятия такого решения нет.

Обвинительное заключение содержит обширный перечень доказательств, подтверждающих вину Т. и Б.

Часть источников доказательств, которые суд привел в своем постановлении, такие как постановление о возбуждении уголовного дела, обвинительное заключение, доказательствами не являются.

То обстоятельство, что содержание допроса свидетеля Г., копия заявления К. и копия протокола допроса Т. в обвинительном заключении не раскрыты, не исключает возможности постановления приговора или иного судебного решения по делу.

Включать или не включать доказательство в обвинительное заключение - прерогатива следователя.

Б. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики 2 февраля 2007 г. по итогам предварительного слушания возвратил уголовное дело в отношении Б. для устранения нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения.

К нарушениям, препятствующим рассмотрению дела, суд первой инстанции отнес тот факт, что следователь не привел в обвинительном заключении показания обвиняемого в стадии предварительного расследования.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 28 марта 2007 г. по кассационному представлению государственного обвинителя данное Постановление отменила, указав следующее.

Включать или не включать доказательство в обвинительное заключение - прерогатива следователя.

Давая указание органам предварительного расследования включить в обвинительное заключение показания обвиняемого, суд, как правильно указано в Кассационном представлении, вышел за пределы предоставленных ему полномочий.

/"Мировой судья", 2011, N 5/

Статья 5. Возвращение уголовного дела прокурору не должно преследовать цель вменения более тяжкого обвинения.

Законом не предусмотрена возможность возвращения уголовного дела прокурору для изменения обвинения на более тяжкое.

Л. и Б. предъявлено обвинение в покушении на убийство с особой жестокостью - путем поджога, а также в уничтожении и повреждении чужого имущества путем поджога, по последнему эпизоду содеянное квалифицировано по ч. 1 ст. 167 УК РФ.

Ставропольский краевой суд 14 февраля 2007 г. по итогам предварительного слушания возвратил уголовное дело для устранения нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения, поскольку, по его мнению, квалификация действий обвиняемых по ч. 1 ст. 167 УК РФ предполагает необходимость исключения поджога как способа убийства.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 24 апреля 2007 г. по кассационному представлению государственного обвинителя данное постановление отменила, указав следующее.

Повреждение, уничтожение чужого имущества путем поджога в соответствии с ч. 2 п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога, либо в результате небрежного обращения с огнем", умышленное уничтожение или повреждение отдельных предметов с применением огня в условиях, исключающих его распространение на другие объекты, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 167 УК РФ, если потерпевшему причинен значительный ущерб.

В связи с этим квалификация действий обвиняемых по ч. 1 ст. 167 УК РФ необоснованно расценена судом как нарушение закона, препятствующее рассмотрению судом дела по существу.

Покушение на убийство путем поджога и умышленное повреждение, уничтожение чужого имущества путем поджога, как правильно указано в кассационном представлении, самостоятельные преступления.

Нельзя согласиться с выводом суда о том, что квалификация повреждения, уничтожения чужого имущества путем поджога по ч. 1 ст. 167 УК исключает возможность квалификации покушения на убийство путем поджога.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 20.04.1999 N 7-П "По делу о проверке конституционности положений п. п. 1 и 3 ч. 1 ст. 232, ч. 4 ст. 248 и ч. 1 ст. 258 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда города Нижний Новгород" Конституции РФ не соответствует обязанность суда по собственной инициативе возвращать уголовное дело для восполнения неполноты расследования, изменения обвинения на более тяжкое <1>.

<1> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24.04.2007 N 19-О07-17 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2007 г.
  1. В стадии предварительного следствия адвокат защищал двух обвиняемых, несмотря на то что интересы одного противоречили интересам другого. Суд, выявив данный факт, обоснованно расценил его как обстоятельство, препятствующее рассмотрению дела судом, возвратил дело прокурору для его устранения.

Адвокат Л. в стадии предварительного расследования защищал обвиняемых Гаврилову и Гаврилова, несмотря на то что последний изобличал первую в совершении преступлений, а Гаврилова свою причастность к преступной деятельности отрицала.

Воронежский областной суд 29 мая 2006 г. по ходатайству заинтересованных лиц удовлетворил ходатайство об отводе адвоката Л. и возвратил уголовное дело в отношении Гавриловых прокурору для устранения нарушений, допущенных при составлении обвинительного заключения.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 22 сентября 2006 г. постановление суда оставила без изменения, указав следующее.

Суд обоснованно отвел адвоката, поскольку в стадии предварительного расследования он защищал интересы Гавриловых, несмотря на то что интересы одного обвиняемого противоречили интересам другого.

В соответствии с ч. 6 ст. 49, п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ это исключает возможность участия адвоката в деле. Данное обстоятельство свидетельствует о нарушении права Гавриловой на защиту в стадии предварительного следствия. Нарушение права Гавриловой на защиту в стадии предварительного расследования - препятствие для рассмотрения дела в суде <2>.

<2> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 22.09.2006 N 14-О06-31 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.
  1. Отказ органов предварительного расследования предоставить лицу, не владеющему языком, на котором ведется уголовное судопроизводство, переводчика - основание для возвращения уголовного дела прокурору.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 5 июля 2007 г. оставила без изменения постановление Оренбургского областного суда о возвращении уголовного дела прокурору, указав следующее.

В соответствии ч. 2 ст. 18 УПК РФ участникам уголовного судопроизводства, не владеющим языком, на котором ведется уголовное судопроизводство, должен быть предоставлен переводчик.

Как следует из материалов уголовного дела, Л. русским языком не владеет.

После направления уголовного дела прокурору с обвинительным заключением следователем вынесено постановление "О целесообразности предъявления переводчика обвиняемому Л.".

Суд дважды возвращал уголовное дело прокурору для устранения существенного нарушения уголовно-процессуального закона, однако оба решения суда выполнены не были.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу, что Л. незаконно был лишен права иметь надлежащего переводчика при расследовании уголовного дела <3>.

<3> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 05.07.2007 N 47-О07-57 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2007 г.
  1. Исключив из ст. 237 УПК РФ ч. ч. 2, 4, 5, законодатель в определенной мере восстановил существовавший до 1 июля 2002 г. механизм исправления следственных ошибок. Принцип его работы предельно прост: от судьи уголовное дело поступает к прокурору, который с соответствующими указаниями направляет его руководителю следственного органа для организации дополнительного расследования (п. 2 ч. 1 ст. 221, п. 2 ч. 1 ст. 226 УПК РФ).
  2. Как следует из постановлений Пленума Верховного Суда РФ, уголовное дело для проведения дополнительных следственных и процессуальных действий возвращается из любой судебной стадии: предварительного слушания, судебного разбирательства в первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях <4>.
<4> См.: Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 N 1 (абзац 2 п. 14); от 23.12.2008 N 28 "О применении норм УПК РФ, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанции" (абз. 2 п. 17, п. 18); от 11.01.2007 N 1 "О применении судами норм гл. 48 УПК РФ, регламентирующих производство в надзорной инстанции" (п. 15).
  1. Грубые нарушения уголовно-процессуального закона в стадии возбуждения уголовного дела, на этапе предъявления обвинения являются основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Постановлением Промышленного районного суда г. Курска от 11 марта 2009 г. уголовное дело в отношении Л. возвращено прокурору Сеймского административного округа г. Курска для устранения препятствий к рассмотрению его судом.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Курского областного суда от 12 мая 2009 г. данное постановление оставлено без изменения.

Органами предварительного расследования Л. обвиняется в совершении тайного хищения чужого имущества с незаконным проникновением в жилище группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба гражданину.

По инициативе суда в судебном заседании был постановлен на обсуждение участников процесса вопрос о возвращении уголовного дела прокурору Сеймского административного округа г. Курска в связи с наличием препятствий рассмотрения его судом, так как постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Л. не выносилось, что препятствует вынесению судом процессуального решения по делу.

В надзорном представлении прокурор Курской области просил принятые по делу судебные решения первой и второй инстанции в отношении Л. отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, поскольку считает, что никаких препятствий к постановлению судом приговора или вынесению иного решения в судебном заседании не имеется. Органами предварительного следствия соблюдены положения ст. ст. 140, 146, 149 УПК РФ, а последующее привлечение Л. в качестве обвиняемого по уголовному делу, выделенному в отдельное производство, без возбуждения в отношении его отдельного уголовного дела, не является нарушением уголовно-процессуального законодательства.

Обвинение Л. было предъявлено с соблюдением требований ст. ст. 171, 172 УПК РФ. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, нарушений прав участников судопроизводства не допущено.

В удовлетворении данного надзорного представления отказано по следующим основаниям.

Районный суд, принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, проводя анализ имеющихся процессуальных документов, собранных и составленных органами следствия, а также исходя из позиций, содержащихся в Определении Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2004 г. N 392-О, о том, что на суд в уголовном процессе возложены полномочия по осуществлению контроля за законностью и обоснованностью процессуальных решений и действий (бездействия) органов и должностных лиц, правомочных на осуществление уголовного преследования, в целях защиты конституционных прав и свобод граждан, правомерно исходил из того, что органами следствия были нарушены нормы процессуального права, регламентирующие процедуру возбуждения уголовного дела.

Как предусмотрел законодатель, для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в порядке ст. 146 УПК РФ орган дознания, дознаватель, следователь, а также руководитель следственного органа в пределах своей компетенции в силу ст. 140 УПК РФ устанавливают не только наличие поводов и оснований к возбуждению уголовного дела, достаточность данных, указывающих на признаки преступления, дают юридическую квалификацию деянию, обстоятельства, исключающие возбуждение уголовного дела, и соответственно, достаточность доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, но и причастность конкретных лиц, совершивших преступление.

Утверждение автора надзорного представления о том, что уголовное дело от 4 марта 2008 г. по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ является законным, поскольку возбуждалось не только в отношении перечисленных в постановлении граждан: Д., И. и К., но и в отношении неизвестных лиц, которые затем были установлены и привлечены к ответственности, в том числе и Л., было предметом рассмотрения судебной коллегии и обоснованно признано несостоятельным.

Следователь, проводя расследование и привлекая к уголовной ответственности Л., составляя в отношении его обвинительное заключение, в нарушение требований закона уголовное дело в отношении его не возбудил, чем нарушил его права за защиту.

Сам по себе факт того, что уголовное дело возбуждалось в отношении Д., И. и К. и неустановленных лиц, не снимал обязанности с компетентных лиц принять решение о возбуждении уголовного дела в отношении Л., о причастности которого органы следствия были осведомлены еще до возбуждения уголовного дела.

О том, что уголовное дело должно быть возбуждено, как в данном случае отдельным процессуальным решением в отношении Л., свидетельствует и тот факт, что в описательной части постановления о возбуждении уголовного дела указаны как установленные Д., И. и К., так и неустановленные лица, однако в резолютивной части постановления вопрос о возбуждении уголовного дела по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ в отношении неустановленных лиц разрешен не был.

Об обоснованности данного вывода свидетельствует и правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в Определении от 21 октября 2008 г. N 523-О-О, о том, что, определяя поводы и основания для возбуждения уголовного дела и регулируя порядок возбуждения уголовного дела публичного обвинения, с учетом фактических обстоятельств, уголовное дело может быть возбуждено как по факту совершения преступления, так и в отношении конкретных лиц, если они к моменту принятия такого решения известны органам расследования.

О том, что Л. на стадии до возбуждения уголовного дела как лицо, причастное к совершению кражи, органам следствия был известен, свидетельствуют материалы уголовного дела, а поэтому с учетом вышеизложенной позиции Конституционного Суда РФ в отношении его также должен быть решен вопрос о возбуждении уголовного дела.

Любой процессуальный документ должен быть мотивированным, понятным и нести в себе такие ясные исчерпывающие формулировки, чтобы не было двойственного, расплывчатого понимания либо толкования.

Однако постановление о возбуждении уголовного дела таковым критериям не соответствует.

Постановление о возбуждении уголовного дела от 4 марта 2008 г. по п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ имеет противоречия, касающиеся круга лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, что является недопустимым, поскольку нарушает права неустановленных лиц, а в данном случае Л. на судебную защиту, а именно своевременно знать о начале уголовного преследования, адекватно реагировать и регулировать свое поведение, как это было предоставлено Д., И. и К.

С учетом изложенных обстоятельств, вывод судебных инстанций о том, что обвинительное заключение в отношении Л. составлено без возбуждения в отношении его уголовного дела, в связи с чем суд лишен возможности принять в отношении Л. законное и обоснованное решение, является правильным <5>.

<5> См.: Постановление судьи Курского областного суда об отказе в удовлетворении надзорного представления от 17.06.2009 N 4-у-623.
  1. Суд, установив, что уголовное дело возбуждено ненадлежащим лицом, например ввиду нарушения положений ст. 448 УПК РФ, в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ, возвращает его прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению.

В нарушение п. 11 ч. 1 ст. 448 УПК РФ уголовное дело в отношении Слюсаренко В.Т. - депутата Совета Забойского сельского поселения Славянского района Краснодарского края от 9 декабря 2008 г. было возбуждено постановлением не соответствующим руководителем следственного органа, а старшим следователем по особо важным делам следственного отдела Управления Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Краснодарскому краю.

Темрюкский районный суд Краснодарского края в постановлении от 22 июля 2009 г. признал факт нарушения требований уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела в отношении Слюсаренко как депутата представительного органа местного самоуправления.

В удовлетворении ходатайства Слюсаренко о признании незаконным постановления о возбуждении уголовного дела и всех последующих действий и решений, принятых в рамках производства предварительного расследования, а также о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления судом отказано.

Уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Рассматривая данный вопрос, Конституционный Суд РФ, сославшись на свое Постановление от 8 декабря 2003 г. N 18-П, указал, что содержащиеся в нем положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм не исключают правомочие суда возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом в случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, при условии, что возвращение дела не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Данное Постановление в силу ст. ст. 6 и 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде РФ" сохраняет свою силу.

Таким образом, сама по себе ст. 237 УПК РФ, в том числе п. 1 ее ч. 1, наделяющий суд правом возвращать прокурору уголовное дело для устранения нарушений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по такому основанию, как незаконное возбуждение уголовного дела (в том числе и в случае возбуждения уголовного дела ненадлежащим лицом), конституционные права заявителя не нарушает.

При этом данная статья не регламентирует ни вопрос о последствиях такого возвращения, ни вопрос прекращения уголовных дел. Придание же содержащимся в ней положениям иного смысла привело бы к неправомерному ограничению конституционного права на судебную защиту и неисполнению государством своей обязанности по обеспечению потерпевшим доступа к правосудию и компенсации причиненного ущерба (ч. 1 ст. 46; ст. 52 Конституции РФ).

Вопрос о том, возможно ли устранение препятствий для рассмотрения судом уголовного дела, решение о возбуждении которого было принято ненадлежащим лицом, без восполнения неполноты предварительного следствия, связан с исследованием и оценкой фактических обстоятельств такого дела и относится к ведению судов общей юрисдикции <6>.

<6> Определение Конституционного Суда РФ от 13 мая 2010 г. N 623-О-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр. Слюсаренко Владимира Терентьевича на нарушение его конституционных прав п. 1 ч. 1 ст. 237 и ст. 254 УПК РФ.
  1. Отказ в заключении досудебного соглашения о сотрудничестве не является препятствием к рассмотрению уголовного дела в суде, поэтому не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Постановлением Иркутского областного суда от 28 января 2010 г. уголовное дело в отношении Комарова В.В., Афанасьевой И.В. возвращено, так как органами предварительного следствия обвиняемым не разъяснены положения гл. 40.1 УПК РФ о праве на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве. С учетом заявления обвиняемого Комарова о наличии у него желания заключить таковое суд признал это обстоятельство существенным нарушением УПК РФ, препятствующим рассмотрению уголовного дела по существу.

Государственный обвинитель просил постановление отменить, поскольку глава 40.1 УПК РФ не содержит требования о необходимости отдельного разъяснения порядка заключения досудебного соглашения о сотрудничестве подозреваемому или обвиняемому следователем. При предъявлении обвинения Комарову В.В. и Афанасьевой И.В. разъяснено право заявлять любые ходатайства, следовательно, и о заключении досудебного соглашения. Согласно ст. 38 УПК РФ в обязанности следователя не входит разъяснение нормы ст. 317.1 УПК РФ. В ходе предварительного следствия Комаров вину в совершении преступления не признавал и отказался от дачи показаний, что свидетельствует о его нежелании сотрудничать со следствием. Преступление совершено в условиях неочевидности и раскрыто в результате проведения оперативно-следственной работы. Лишь в последнем судебном заседании Комаров заявил о своем желании заключить досудебное соглашение, что свидетельствует о его намерении затянуть сроки рассмотрения дела по существу. Доводы суда о нарушении права на защиту обвиняемого Комарова в связи с тем, что ему не разъяснено право на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, являются необоснованными.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, проверив материалы дела, обсудив доводы кассационного представления и кассационной жалобы, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 317.1 УПК РФ ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве подается подозреваемым или обвиняемым в письменном виде на имя прокурора. Подозреваемый или обвиняемый вправе заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с момента начала уголовного преследования до объявления об окончании предварительного следствия. В этом ходатайстве подозреваемый или обвиняемый указывает, какие действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления.

Как видно из материалов дела, в ходе предварительного следствия Комаров вину в совершении преступления не признавал и отказывался от дачи показаний. Заявление о желании заключить досудебное соглашение Комаров В.В. сделал лишь в предварительном слушании, назначенном в связи с заявлением обвиняемых о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей. При этом Комаров не указал, какие именно действия он обязуется совершить в целях содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления. В то же время Комаров заявил ходатайства об исключении из числа доказательств протоколов допроса ряда свидетелей и опознания по фотографии, об исследовании в судебном заседании всех материалов уголовного дела, вызове в судебное заседание дополнительных свидетелей и лиц, участвовавших при проведении следственных действий.

Изложенные обстоятельства не подтверждают согласие Комарова с предъявленным обвинением, что предусматривается ч. 1 ст. 317.7, ст. 316 УПК РФ, и его заявление о желании сотрудничать с органами следствия.

В суде кассационной инстанции Комаров и Афанасьева подтвердили свое несогласие с предъявленным им обвинением.

По смыслу главы 40.1 УПК РФ заключение досудебного соглашения о сотрудничестве обязанностью стороны обвинения не является, зависит не только от желания подозреваемого (обвиняемого), но и от волеизъявления следователя, руководителя следственного органа и прокурора, представляющих сторону обвинения.

По настоящему делу сторона обвинения возражает против удовлетворения заявления Комарова, считая его направленным на затягивание рассмотрения уголовного дела по существу.

Кроме того, возможности для заключения досудебного соглашения о сотрудничестве между обвиняемыми и стороной обвинения по данному делу уже утрачены, поскольку, по мнению органов следствия, преступление раскрыто, все его участники установлены и изобличены, собранные доказательства подтверждают виновность Комарова и Афанасьевой во вменяемом им преступлении, предварительное расследование закончено, уголовное дело направлено в суд для рассмотрения по существу.

Что касается нарушения органами предварительного следствия уголовно-процессуального закона (ч. 1 ст. 11 УПК РФ), выразившегося в том, что обвиняемым Комарову и Афанасьевой не были разъяснены право заявить ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве с органами следствия и порядок рассмотрения такого ходатайства, то с учетом изложенных обстоятельств в данном конкретном случае это не препятствует рассмотрению дела по существу и не исключает возможности постановления судом приговора или вынесения другого решения.

Поэтому Судебная коллегия считает, что оснований для возврата дела прокурору у суда не имелось, в связи с чем постановление подлежит отмене, а дело - направлению на судебное рассмотрение <7>.

<7> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14.04.2010 N 66-О10-41 по делу в отношении Комарова В.В., Афанасьевой И.В. // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

/"Мировой судья", 2011, N 6/

Статья 6. Некоторые особенности практики применения ст. 237 УПК РФ на современном этапе развития уголовного судопроизводства.

Основанием для возвращения дела прокурору являются нарушения норм уголовно-процессуального закона, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости. По данному делу такие основания отсутствовали.

Л. обвинялся в получении должностным лицом через посредника взятки в виде денег в крупном размере.

В ходе судебного разбирательства от государственного обвинителя поступило ходатайство о переквалификации действий Л. с п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ на ст. 159 УК РФ, о признании П. на основании ст. 42 УПК РФ потерпевшим по данному делу и о возвращении дела прокурору, поскольку нарушены права потерпевшего П., который не ознакомлен в соответствии с требованиями ст. 216 УПК РФ с материалами уголовного дела и не включен в список лиц, подлежащих вызову в судебное заседание.

Суд удовлетворил ходатайство государственного обвинителя, признал П. потерпевшим по уголовному делу, возвратил уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации отменила постановление суда в части возвращения уголовного дела прокурору по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями ст. 42 УПК РФ П. признан потерпевшим по уголовному делу.

Однако каких-либо заявлений в суд о нарушении его прав П. не подавал и пользоваться другими правами потерпевшего не пожелал. Кроме того, суд при возвращении дела прокурору не интересовался его мнением по данному вопросу.

Как видно из материалов дела, обвиняемый Л. и его защитник, возражая в судебном заседании против возвращения дела прокурору и признания П. потерпевшим, поскольку ни материального, ни морального ущерба ему действиями Л. не причинено, выразили согласие с мнением государственного обвинителя о смягчении обвинения, однако в этой связи на какие-либо нарушения прав Л. на защиту не указывали.

Таким образом, в судебном заседании не выявлено процессуальных нарушений, повлекших лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства и исключающих возможность постановления законного и обоснованного приговора. Указанные в постановлении суда обстоятельства не являются препятствием для рассмотрения дела судом и принятия по нему законного и обоснованного решения. Следовательно, предусмотренные законом основания для возвращения уголовного дела прокурору отсутствовали. Суду надлежало рассмотреть уголовное дело и вынести по нему итоговое решение с учетом установленных фактических обстоятельств дела и на основании исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств.

Судебная коллегия направила уголовное дело в отношении Л. на новое судебное рассмотрение <1>.

<1> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 43-О08-12 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2008 г.
  1. Постановление суда о возвращении дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом отменено.

В судебном заседании потерпевшая заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку имеются основания для предъявления Б. другого обвинения, а именно по п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство двух лиц).

Постановлением суда уголовное дело в отношении Б., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвращено прокурору области для устранения препятствий его рассмотрения судом, а именно для перепредъявления обвинения Б. в соответствии с требованиями закона, в частности ст. 17 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, обсудив доводы кассационного представления прокурора, отменила постановление суда по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, на который сослался суд, уголовное дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, исключающим возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе этого заключения. По данному делу у суда не было препятствий для принятия какого-либо из указанных решений на основе представленного обвинительного заключения и, соответственно, законных оснований для возвращения уголовного дела прокурору. Кроме того, согласно ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, а в соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению, изменение которого в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого. В данном случае эти требования закона судом не соблюдены. Ссылка суда на то, что предъявленное обвинение "фундаментально нарушает права потерпевших и препятствует для постановления справедливого приговора", несостоятельна и не основана на требованиях закона. Уголовное дело в отношении Б. направлено в тот же суд на новое судебное разбирательство <2>.

<2> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 48-О08-32 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2008 г.

Только незаконный отказ органов предварительного расследования обеспечить участников процесса переводчиками - является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Постановлением судьи Краснодарского краевого суда от 17 ноября 2009 г. уголовное дело по обвинению В. и др. возвращено прокурору Краснодарского края для устранения нарушений, препятствующих его рассмотрению в судебном заседании, так как обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, а В. был лишен права давать показания на родном языке.

В кассационном представлении государственные обвинители поставили вопрос об отмене данного постановления, мотивируя это тем, что В. владеет языком, на котором ведется судопроизводство, является гражданином России, получил образование на русском языке и при производстве следственных действий не испытывал языковые сложности, более того, В. разъяснялось право пользоваться бесплатно услугами переводчика. Одновременно они обратили внимание суда кассационной инстанции на то, что перед проведением предварительного слушания уголовного дела В. в суде с участием переводчика ознакомился со всеми материалами уголовного дела. Считают, что после устранения в суде всех допущенных на предварительном следствии нарушений не было оснований для направления дела прокурору.

В письменных возражениях В. утверждал, что русским языком владеет "только на бытовом уровне" и просит оставить без удовлетворения кассационное представление государственных обвинителей.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ пришла к выводу, что постановление судьи в части возвращения уголовного дела прокурору подлежит отмене с направлением на новое рассмотрение со стадии назначения предварительного слушания.

Как видно из материалов дела, судья предоставил В. и другим обвиняемым для ознакомления все материалы уголовного дела, создав надлежащие условия и обеспечив В. переводчиком.

В обвинительном заключении действительно указано, что ряд преступлений совершались с участием В., К., С., З. и др., которым обвинение по настоящему делу не предъявлялось.

1. Однако описание в обвинительном заключении обстоятельств совершения преступлений с участием лиц, которым обвинение по настоящему делу не предъявлялось, не означает виновность указанных лиц и не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

2. Нельзя согласиться с тем, что обвиняемого В. лишили права пользоваться бесплатно услугами переводчика.

Как видно из материалов уголовного дела, В. неоднократно разъяснялось право иметь бесплатно переводчика, однако только при ознакомлении с материалами дела он заявил ходатайство о предоставлении ему переводчика.

Одиннадцатого сентября 2009 г. при ознакомлении с материалами уголовного дела В. заявил ходатайство о предоставлении ему переводчика, указал, что с материалами дела ознакомился не в полном объеме и без переводчика.

В Постановлении от 11 сентября 2009 г. зам. начальника СЧ ГСУ при ГУВД Краснодарского края, сославшись, что В. не просил переводчика, указал, что "обвиняемый В. без уважительных причин не ознакомился с материалами уголовного дела".

По просьбе обвиняемых, в том числе и В. с участием переводчика, были ознакомлены со всеми материалами уголовного дела до назначения предварительного слушания.

Следует согласиться с доводами представления о том, что после ознакомления в суде с материалами дела В. с участием переводчика и адвоката право его на ознакомление с материалами дела на предварительном следствии с участием переводчика было реализовано.

При обстоятельствах, когда судья для восполнения упущений органов предварительного расследования по своей инициативе ознакомил обвиняемых с материалами дела, следует признать, что суд первой инстанции необоснованно возвратил дело по этим основаниям прокурору.

Таким образом, уголовное дело в отношении В. и др. необоснованно возвращено прокурору края для устранения нарушений закона, устраненных в суде первой инстанции, и недостатков обвинительного заключения, не имеющих существенного значения.

Поскольку судьей не было вынесено постановление о назначении предварительного слушания, уголовное дело следует направить в суд первой инстанции для рассмотрения со стадии назначения предварительного слушания <3>.

<3> Кассационное Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 09.02.2010 N 18-010-1 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Нарушение права обвиняемого на защиту при проведении предварительного расследования повлекло возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

По Постановлению Тюменского областного суда от 6 августа 2008 г. уголовное дело в отношении Б., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, возвращено прокурору Тюменской области для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом. В постановлении указывалось о нарушении положений ч. 3 ст. 50 УПК РФ, что повлекло нарушение права Б. на защиту. Как следует из материалов дела, в ходе предварительного расследования интересы Б. защищал адвокат П. по соглашению. Для выполнения следственных действий, предусмотренных ст. ст. 171 - 175 УПК РФ, и предъявления обвинения Б. адвокат П. был приглашен 23 июня 2008 г. В связи с болезнью адвокат 24 июня 2008 г. направил следователю ходатайство об отложении следственных действий до его выздоровления. Однако 25 июня 2008 г. обвинение Б. было предъявлено с участием адвоката по назначению следователя.

В кассационном представлении прокурор просил об отмене постановления Тюменского областного суда от 6 августа 2008 г., направлении уголовного дела на новое разбирательство в тот же суд в ином составе судей, считая вывод суда о нарушении права Б. на защиту необоснованным, поскольку при предъявлении обвинения ему был назначен адвокат, от которого обвиняемый не отказался. Таким образом, существенных нарушений ст. 217 УПК РФ не допущено.

В возражениях на кассационное представление обвиняемый Б. просил Постановление Тюменского областного суда от 6 августа 2008 г. оставить без изменения. Он утверждал, что в ходе расследования было нарушено его право на защиту: несмотря на его заявление о вызове адвоката П. на предъявление обвинения, защитник следователем был заменен. Адвокат П. в возражениях на кассационное представление просил Постановление от 6 августа 2008 г. оставить без изменения, указывая, что в нарушение процессуального закона следователь самостоятельно заменил адвоката, хотя П. во время предъявления обвинения Б. был болен и ходатайствовал об отложении следственного действия. Допущенные нарушения существенно нарушили право Б. на защиту и не могут быть устранены в судебном заседании.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 6 ноября 2008 г. Постановление Тюменского областного суда оставила без изменения, а представление прокурора - без удовлетворения, указав следующее.

В силу ст. 237 УПК РФ уголовное дело подлежит возвращению прокурору при наличии препятствий для его рассмотрения. Это обстоятельство имеет место по настоящему делу. В соответствии со ст. 50 УПК РФ защитник может быть приглашен подозреваемым или обвиняемым. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника следователь или суд вправе предложить подозреваемому или обвиняемому другого защитника. Указанные положения закона при расследовании данного уголовного дела нарушены. Как следует из материалов дела, адвокат П. был болен и направил следователю ходатайство об отложении следственных действий. Никакого решения по данному ходатайству принято не было. Новое, более строгое обвинение Б. было предъявлено с участием защитника по назначению следователя. При этом из протокола допроса Б. нельзя сделать вывод, давал ли он согласие на участие в деле другого адвоката. Нет данных о том, почему в нарушение положений ст. 50 УПК РФ следственное действие проводилось без адвоката, участвующего в деле по соглашению. Вместе с тем, как видно из материалов дела, в ходе допроса в качестве обвиняемого Б. свою вину не признал, дать показания отказался и протокол не подписал. Следовательно, право на защиту Б. нарушено: он был лишен возможности пригласить защитника по своему усмотрению, лишен права на участие в деле защитника, с которым было заключено соглашение <4>.

<4> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 06.11.2008 N 89-О08-62 // Бюллетень. 2009. N 8.

Основание для возвращения уголовного дела прокурору может явиться необходимость соединения его с другим делом.

Постановлением Приморского краевого суда от 10.03.2010 уголовное дело по обвинению К. возвращено прокурору для соединения уголовных дел в связи с наличием оснований, предусмотренных ст. 153 УПК РФ.

Приморский краевой суд возвратил указанное дело прокурору, сославшись на нормы ст. ст. 237 и 153 УПК РФ, указав, что выделенное из него дело в отношении О.И. Ковальчука возобновлено в связи с задержанием обвиняемого, а потому дела в отношении лиц, совершивших преступление в соучастии, подлежат соединению в одном производстве.

Государственный обвинитель И.С. Луговская в кассационном представлении просит постановление суда отменить, направить дело на новое рассмотрение, утверждая, что положения ст. 157 УПК РФ применяются с учетом конкретных обстоятельств дела. Направлением дела прокурору право подсудимых быть судимыми без неоправданной задержки будет нарушено, равно как и право потерпевшей на доступ к правосудию. По мнению обвинителя, раздельное рассмотрение дел не может привести к установлению взаимоисключающих обстоятельств совершения преступления. Выводы суда о неясности процессуального статуса О.И. Ковальчука при его допросе носят преждевременный характер и не могут служить основанием для возвращения дела прокурору.

Защитник Л.Л. Пугачева в интересах подсудимого В.И. Ковальчука также просит отменить постановление суда и направить дело на новое судебное рассмотрение, утверждая, что вопрос о соединении дел затрагивает интересы только одной из сторон и не препятствует суду рассмотреть дело по существу. Кроме того, направляя дело прокурору, суд лишает сторону защиты возможности обжаловать вместе с итоговым решением по делу промежуточные судебные решения, уже вынесенные судом по делу.

Проверив материалы уголовного дела и обсудив доводы кассационных представления и жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора суда.

Нормами ст. 237 УПК РФ закреплено право суда по собственной инициативе возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом независимо от наличия ходатайств сторон об этом.

Таким образом, доводы кассационной жалобы защитника о том, что наличие оснований для возвращения дела прокурору затрагивает интересы только одной стороны и, таким образом, не может служить препятствием для рассмотрения дела судом, являются несостоятельными.

Доводы стороны защиты о лишении ее права обжаловать промежуточные судебные решения вместе с окончательным решением также противоречат материалам дела, поскольку принятое судом решение о возвращении дела прокурору направлено именно на обеспечение условий, позволяющих суду вынести по делу окончательное решение, которое стороны, в зависимости от их позиции, могли бы иметь возможность обжаловать, приводя мотивы, касающиеся в том числе и промежуточных судебных решений.

Одним из фактических обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела судом, ст. 237 УПК РФ признает наличие предусмотренных ст. 153 УПК РФ оснований для соединения уголовных дел.

Именно такое основание соединения уголовных дел в отношении нескольких лиц, совершивших преступление в соучастии, установил суд. Это обстоятельство не отрицается сторонами, обжаловавшими постановление суда.

Таким образом, имеются предусмотренные законом основания для возвращения уголовного дела прокурору, следовательно, принятое судом решение является законным.

Кроме того, суд привел в постановлении конкретные обстоятельства, свидетельствующие о том, что именно в данном случае раздельное рассмотрение уголовных дел может повлиять на обоснованность окончательных судебных решений.

Утверждения государственного обвинителя о том, что возвращением указанного уголовного дела прокурору нарушается право потерпевшего на доступ к правосудию, не соответствует материалам дела, из которых видно, что принятое судом решение имеет своей целью устранить препятствия рассмотрения дела судом и обеспечить, таким образом, доступ к правосудию заинтересованным в деле лицам.

Право подсудимых быть судимыми без неоправданной задержки также не нарушается по данному делу, поскольку задержка в рассмотрении дела является оправданной, так как принятое судом решение предопределено уголовно-процессуальным законом.

Утверждение суда о неясности процессуального статуса О.И. Ковальчука при его допросе по данному делу хотя и не может служить основанием для возвращения дела прокурору, однако не влечет признание решения суда о возвращении дела незаконным и его отмену.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 388 УПК РФ, судебная коллегия определила Постановление Приморского краевого суда от 10.03.2010 по делу в отношении Владимира Ивановича Ковальчука и Александра Васильевича Зеленцова оставить без изменения, кассационные представление и жалобу - без удовлетворения <5>.

<5> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18.05.2010 N 56-010-37 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Постановление, вынесенное по итогам предварительного слушания об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору обжалованию в кассационном порядке не подлежит, следовательно, соответствующая кассационная жалоба должна быть оставлена без рассмотрения, возбужденное кассационное производство должно быть прекращено, о чем суд второй инстанции выносит определение.

Постановлением Красноярского краевого суда от 18 мая 2010 г., вынесенным по итогам предварительного слушания, уголовное дело в отношении А. назначено к рассмотрению на 15 июня 2010 г. Этим же постановлением отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возвращении дела прокурору.

В кассационной жалобе адвокаты просили постановление отменить. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в удовлетворении жалоб отказала, указав следующее.

В соответствии со ст. 236 УПК РФ по результатам предварительного слушания судья принимает одно из следующих решений: 1) о направлении уголовного дела по подсудности в случае, предусмотренном частью пятой настоящей статьи; 2) о возвращении уголовного дела прокурору; 3) о приостановлении производства по уголовному делу; 4) о прекращении уголовного дела; 5) о назначении судебного заседания; 6) об отложении судебного заседания в связи с наличием не вступившего в законную силу приговора, предусматривающего условное осуждение лица, в отношении которого в суд поступило уголовное дело, за ранее совершенное им преступление.

Судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, может быть обжаловано, за исключением судебного решения о назначении судебного заседания в части разрешения вопросов, указанных в п.п. 1, 3 - 5 ч. 2 ст. 231 УПК РФ.

Согласно ч. 5 ст. 355 УПК РФ не подлежат кассационному обжалованию определение или постановление об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства.

Таким образом, возможность самостоятельного обжалования в кассационном порядке судебных решений об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении дела прокурору в законе не предусмотрена.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 2 июля 1998 г. N 20-П и в последующих его решениях, в том числе в Определении от 18 июля 2006 г. N 290-О, заинтересованным участникам уголовного процесса еще до завершения производства в суде первой инстанции должна быть обеспечена возможность обжаловать судебные решения, которыми объективно создаются препятствия для дальнейшего движения дела либо ограничиваются конституционные права граждан на защиту, доступ к правосудию и судебную защиту, поскольку отсроченная проверка таких решений - одновременно с рассмотрением кассационной жалобы на приговор - не может быть признана эффективным средством защиты их нарушенных прав. Наряду с этим Конституционный Суд РФ признал допустимым отсроченный контроль за законностью и обоснованностью вынесенных судом первой инстанции промежуточных судебных решений, связанных с разрешением ходатайств, заявленных сторонами, в частности по поводу исследования доказательств, поскольку это не препятствует подсудимому реализовать свое право на защиту, заявлять вновь соответствующее ходатайство в ходе судебного разбирательства и обжаловать отказ в его удовлетворении в вышестоящие суды одновременно с подачей жалобы на вынесенное судом первой инстанции итоговое решение по делу.

Постановлением Красноярского краевого суда от 18 мая 2010 г. препятствий для дальнейшего движения дела не создано, конституционные права А. на защиту, доступ к правосудию и судебную защиту не ограничены.

На основании изложенного кассационная инстанция пришла к выводу о том, что в целях обеспечения независимости судьи при осуществлении им уголовного судопроизводства, исключения текущего контроля со стороны вышестоящей судебной инстанции за ходом рассмотрения дела судом первой инстанции, а также вмешательства в разрешение вопросов, относящихся к компетенции суда первой инстанции, постановление судьи, вынесенное по итогам предварительного слушания, в части отказа в удовлетворении ходатайства об исключении доказательств и возвращения уголовного дела прокурору обжалованию в кассационном порядке не подлежит, а кассационное производство подлежит прекращению.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ вынесла определение о прекращении кассационного производства <6>.

<6> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 04.08.2010 N 53-010-43 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Жалоба на постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору рассмотрению не подлежит и возвращается подавшему ее лицу.

Постановлением судьи Сахалинского областного суда от 1 апреля 2009 г. кассационная жалоба подсудимого К. на Постановление судьи Сахалинского областного суда от 26 марта 2009 г. об отказе в удовлетворении его ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору оставлена без рассмотрения и возвращена подсудимому К.

Постановление о возвращении кассационной жалобы обжаловано подсудимым в вышестоящий суд. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отказывая в ее удовлетворении, указала следующее.

В соответствии с п. 2 ч. 5 ст. 355 УПК РФ не подлежат обжалованию в порядке, установленном главой 43 УПК РФ, постановления, вынесенные в ходе судебного разбирательства об удовлетворении или отклонении ходатайств участников судебного разбирательства, а положения ч. 7 ст. 236 УПК РФ не предусматривают возможности обжалования судебного решения, принятого по результатам предварительного слушания об отказе в удовлетворении ходатайства участника процесса о возвращении уголовного дела прокурору.

Законность и обоснованность принятого судом решения об отказе в возвращении уголовного дела прокурору, как правильно указал судья в постановлении, может быть проверена в случае обжалования итогового решения, принятого по результатам рассмотрения уголовного дела. Данные выводы судьи не противоречат вышеуказанным нормам уголовно-процессуального закона и правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой обжалованы до вынесения итогового решения по делу могут быть те судебные решения, которые препятствуют дальнейшему производству по делу. Отказ же К. в удовлетворении ходатайства о возвращении дела прокурору дальнейшему производству по делу не препятствует.

Возможность обжалования К. в кассационном порядке постановления судьи об отказе в принятии его жалобы на Постановление Сахалинского областного суда от 26 марта 2009 г. свидетельствует о несостоятельности доводов о нарушении права на защиту и принципа состязательности сторон. Доводы о том, что судья областного суда не вправе был принимать такое решение по жалобе, не основаны на нормах уголовно-процессуального закона.

Изложенные К. в жалобе и дополнениях доводы о необоснованности отказа в удовлетворении ходатайства об отказе в возвращении дела прокурору предметом кассационного рассмотрения по настоящему материалу не являются.

Постановлением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда постановление судьи Сахалинского областного суда о возвращении жалобы подсудимому оставлено без изменения <7>.

<7> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 02.09.2009 N 64-009-21 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

По данной теме см. также: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 31 марта 2009 г. N 5-О-09-49.

/"Мировой судья", 2011, N 7/

Статья 7. Нарушение права на защиту как основание для возвращения уголовного дела прокурору.

Право обвиняемого на защиту должно быть реально нарушено.

Постановлением Пермского краевого суда от 11 мая 2010 г. уголовное дело в отношении В. возвращено прокурору Пермского края для устранения препятствий в его рассмотрений судом. К числу таковых суд отнес нарушение права обвиняемого на защиту.

Из материалов уголовного дела следует, что суд удовлетворил заявленный государственным обвинителем отвод защитнику обвиняемого В. - адвокату А. в связи с тем, что он ранее защищал интересы осужденного по данному делу Ар., которые противоречат интересам обвиняемого В. Установлено, что в процессе предварительного следствия представлял интересы осужденного Ар., выполнял с ним следственные действия. Затем он стал представлять интересы В., выполнял с ним следственные действия, что является существенным нарушением процессуального закона. Суд пришел к выводу, что данные нарушения процессуального закона невозможно устранить в судебном заседании.

В кассационном представлении государственный обвинитель указывает, что органами следствия не допущено нарушений процессуального закона, исключающих возможность постановления судом приговора. Считает, что эти нарушения не являются существенными. Утверждает, что эти нарушения могут быть устранены в ходе судебного разбирательства при исследовании и оценке доказательств с точки зрения их допустимости. Просит постановление суда отменить, а дело направить на судебное рассмотрение.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ нашла постановление суда первой инстанции законным и обоснованным.

Суд подробно и обоснованно мотивировал решение о возвращении дела прокурору, указал причины, препятствующие его рассмотрению в судебном заседании.

При решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст. 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. ст. 220, 225 УПК РФ положений, которые служат препятствием для принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

Если возникает необходимость устранения иных препятствий в рассмотрении уголовного дела, указанных в п. п. 2 - 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, неустранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, судья в соответствии с ч. 1 ст. 237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в порядке, предусмотренном ст. ст. 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству").

Участие адвоката А. в следственных действиях в качестве защитника обвиняемого В. нарушало его право на защиту, что является существенным нарушением процессуального закона. В частности, адвокат А. принимал участие в качестве защитника В. на его очной ставке с Ар., при предъявлении обвинения В. и его допросе в качестве обвиняемого, при ознакомлении с материалами уголовного дела. В обвинительном заключении результаты указанных следственных действий приведены как доказательства виновности В. В связи с чем несостоятельны доводы кассационного представления о возможности устранения указанных нарушений процессуального закона в судебном заседании <1>.

<1> Кассационное Определение Судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 17.07.2010 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.
  1. По ходатайству обвиняемого уголовное дело в отношении мирового судьи подлежит рассмотрению Верховным Судом РФ. Следователь, завершив предварительное расследование, обязан разъяснить данное право обвиняемому. Невыполнение данного требования уголовно-процессуального закона является основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом.

Органами предварительного следствия Соснин обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ, т.е. в получении должностным лицом, занимающим государственную должность субъекта Российской Федерации, через посредника взятки в виде денег за действия в пользу взяткодателя, входящие в служебные полномочия должностного лица.

Кроме того, он обвинялся в совершении пяти преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 290 УК РФ, т.е. в получении должностным лицом, занимающим государственную должность субъекта Российской Федерации, через посредника взятки в виде денег за незаконные действия в пользу взяткодателя, и в совершении двенадцати преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 305 УК РФ, т.е. в вынесении судьей заведомо неправосудного судебного акта.

На момент совершения инкриминируемых органами предварительного следствия деяний Соснин являлся мировым судьей.

Постановлением судьи Кемеровского областного суда от 11 февраля 2010 г. уголовное дело в отношении Соснина возвращено прокурору Кемеровской области для устранения препятствий в его рассмотрении судом. Основанием для возвращения дела прокурору, как указано в постановлении судьи, явилось невыполнение органами следствия требований уголовно-процессуального закона о разъяснении обвиняемому права ходатайствовать о рассмотрении его дела Верховным Судом РФ.

В кассационном представлении государственного обвинителя содержалась просьба об отмене постановления судьи и о направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания. По мнению прокурора, все права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, обвиняемому были разъяснены; оснований для возвращения дела прокурору у судьи не было, поскольку данное дело Верховному Суду РФ не может быть подсудно.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставив кассационное представление без удовлетворения, указала следующее.

Согласно правовым позициям, изложенным в Постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. N 18-П "По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан", по смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место по ходатайству стороны, инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. При этом основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований УПК РФ, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям УПК РФ.

Одним из оснований возвращения дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ является неразъяснение обвиняемому его прав при ознакомлении с материалами уголовного дела. Возвращая дело прокурору, судья обоснованно указал, что при ознакомлении с материалами уголовного дела следователем Соснину не было разъяснено его право в соответствии со ст. 452 УПК РФ до начала судебного разбирательства ходатайствовать о рассмотрении дела Верховным Судом РФ.

Возражение представителя прокуратуры о том, что перечень прав, подлежащих разъяснению обвиняемому следователем, указан в ч. 5 ст. 217 УПК РФ, которая не предусматривает обязанности следователя разъяснять обвиняемому положения ст. 452 УПК РФ, не основано на законе.

Согласно ч. 1 ст. 11 УПК РФ суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав.

Применительно к стадии предварительного следствия разъяснение прав обвиняемому возлагается на следователя, в производстве которого находится уголовное дело.

Более того, согласно ч. 4 ст. 217 УПК РФ по окончании ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела следователь выясняет, какие у них имеются ходатайства или иные заявления.

В данном случае следователь обязан был не только разъяснить обвиняемому Соснину права, предусмотренные ст. 452 УПК РФ, но и выяснить, имеются ли у него в связи с этим ходатайства.

Судьей обоснованно сделан вывод о том, что недостатки предварительного следствия не могут быть восполнены в суде путем разъяснения судом Соснину прав, предусмотренных ст. 452 УПК РФ.

Как следует из протокола судебного заседания, С.В. Соснин просил суд возвратить дело прокурору в связи с ненадлежащим выполнением следователем требований ст. 217 УПК РФ.

В случае заявления обвиняемым ходатайства о рассмотрении дела Верховным Судом РФ обвинительное заключение по делу подлежит утверждению Генеральным прокурором РФ или одним из его заместителей, наделенных по уголовно-процессуальному закону соответствующими полномочиями.

Мнение государственного обвинителя о том, что уголовные дела в отношении мировых судей не подлежат рассмотрению Верховным Судом РФ, ошибочно.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 447 УПК РФ мировой судья входит в категорию лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам.

В соответствии со ст. 451 УПК РФ в случае, когда уголовное дело было возбуждено либо привлечение лица в качестве обвиняемого состоялось в порядке, установленном ст. 448 УПК РФ, после окончания предварительного расследования уголовное дело в отношении такого лица, за исключением случаев, предусмотренных ст. 452 УПК РФ, направляется в суд, которому оно подсудно в соответствии с подсудностью, установленной ст. ст. 31 - 36 УПК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 УПК РФ Верховному Суду РФ подсудны уголовные дела, указанные в ст. 452 УПК РФ, а также иные уголовные дела, отнесенные федеральным конституционным законом и федеральным законом к его подсудности.

Согласно п. 11 ст. 16 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации", определяющей гарантии неприкосновенности судьи, уголовное дело в отношении судьи по его ходатайству, заявленному до начала судебного разбирательства, рассматривается Верховным Судом РФ.

При этом, как правильно отмечено в постановлении судьи о возвращении уголовного дела прокурору, в соответствии со ст. 2 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации" все судьи в Российской Федерации обладают единым статусом. Особенности правового положения некоторых категорий судей, включая судей военных судов, определяются федеральными законами, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, - также законами субъектов Российской Федерации.

Согласно ст. 2 Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" на мировых судей распространяются гарантии независимости судей, их неприкосновенности, установленные Законом РФ "О статусе судей в Российской Федерации" и иными федеральными законами.

Органами следствия С.В. Соснин обвиняется в совершении ряда преступлений, связанных с судейской деятельностью.

Часть 1 ст. 47 Конституции РФ и ч. 3 ст. 8 УПК РФ предусматривают, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.

Руководствуясь этими, а также другими положениями закона, судья Кемеровского областного суда обоснованно возвратил дело прокурору Кемеровской области для устранения препятствий в его рассмотрении судом <2>.

<2> Кассационное Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15.04.2010 N 81-О10-27 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.
  1. Прокурор, отказываясь от обвинения по одной статье Особенной части УК РФ и ставя одновременно с этим вопрос о квалификации содеянного обвиняемым по другой статье Особенной части УК РФ, обязан четко сформулировать новое обвинение, если оно существенно отличается от предыдущего, ибо несоблюдение данного правила неизбежно влечет нарушение права обвиняемого на защиту.

Органами предварительного следствия Сухов обвинялся по ч. 1 ст. 222 и п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ, в частности в том, что, являясь главой г. Каменки Пензенской области - председателем Собрания представителей этого города, получил взятку от Мурадяна в размере 1200000 руб. за оказание ему содействия в заключении договора купли-продажи муниципального имущества, принадлежащего МУП "Каменское транспортное предприятие".

Прокурор предложила квалифицировать данные действия Сухова по ч. 3 ст. 159 УК РФ. Суд, считая, что обвинение по ч. 3 ст. 159 УК РФ существенно отличается по фактическим обстоятельствам от обвинения, предусмотренного п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ, кроме того, государственным обвинителем не приведена новая формулировка обвинения, что не дает возможности Сухову подготовиться надлежащим образом к защите в судебном заседании, возвратил дело прокурору для устранения препятствий к рассмотрению дела.

Постановлением Пензенского областного суда от 31 марта 2010 г. уголовное дело в отношении Сухова возвращено прокурору Пензенской области для устранения препятствий в его рассмотрении судом.

Мера пресечения Сухову изменена с содержания под стражей на подписку о невыезде и надлежащем поведении, из-под стражи он освобожден в зале суда.

В кассационном представлении государственным обвинителем поставлен вопрос об отмене постановления суда, направлении дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания.

По доводам представления суд без достаточных к тому оснований удовлетворил ходатайство стороны защиты и со ссылкой на решение Европейского суда по правам человека от 25 сентября 2008 г. возвратил дело прокурору. В указанном решении Европейского суда и принятых в связи с ним решениях Президиума Верховного Суда РФ, Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ не содержится высказываний о наличии оснований, препятствующих рассмотрению дела судом первой инстанции, после изменения обвинения.

Суд не учел, что изменение обвинения Сухову сформулировано стороной обвинения в стадии судебных прений в присутствии подсудимого.

Судебная коллегия по уголовным делам, отказывая в удовлетворении кассационного представления, указала следующее.

Государственный обвинитель предложила суду переквалифицировать действия В.П. Сухова с п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ на ч. 3 ст. 159 УК РФ и попросила приобщить к материалам дела рапорт о частичном отказе от обвинения, утвержденный первым заместителем прокурора Пензенской области. Как следует из данного рапорта, выступления прокурора, сторона обвинения привела мотивы, в силу которых действия подсудимого не могут быть квалифицированы как получение взятки.

В то же время, как правильно отмечается в постановлении суда, ни в рапорте, ни в выступлении государственного обвинителя не содержится формулировки нового обвинения, не указаны объект посягательства, у кого было похищено имущество, кому причинен материальный ущерб, не приведены субъективная и объективная стороны мошенничества, не указан способ хищения - путем обмана или злоупотребления доверием, если имел место обман, то в чем конкретно он выразился.

В постановлении о привлечении Сухова в качестве обвиняемого по п. "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ и обвинительном заключении указано, что он, используя занимаемое им положение главы г. Каменки, оказал содействие Г.А. Мурадяну в приобретении по заниженной стоимости нежилых помещений на третьем и четвертом этажах здания, расположенного в г. Каменке по ул. Чернышевского, 1 Б, за что 5 марта 2009 г. получил часть взятки в размере 50000 руб.

Сведения об обмане либо злоупотреблении доверием Г.А. Мурадяна, а также Н.Г. Соловьева - директора МУП "Каменская горэлектросеть", от имени которого тот выступал в качестве продавца, в обвинительных документах не приведены.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что предъявленное Сухову обвинение в получении взятки существенно отличается по фактическим обстоятельствам от обвинения в мошенничестве, а потому такое изменение обвинения повлечет нарушение права на защиту Сухова, что в силу требований ст. 252 УПК РФ недопустимо.

Судебное следствие и допрос подсудимого в судебном заседании при отсутствии формулировки нового обвинения вопреки доводам кассационного представления также не могут обеспечить надлежащую защиту подсудимого от обвинения.

Довод кассационного представления о том, что суду после окончания судебного следствия и прений сторон надлежало назначить предварительное слушание, по результатам которого при наличии неотмененного постановления о назначении судебного заседания вынести новое постановление и отразить в нем изменение обвинения, не основан на законе.

Правильным является и решение суда об изменении Сухову меры пресечения на подписку о невыезде. Принимая данное решение, суд учел: сущность предъявленного Сухову обвинения, данные о личности, отсутствие сведений, свидетельствующих о том, что, находясь на свободе, он может скрыться, воспрепятствовать производству по делу, срок, в течение которого он содержался под стражей (более года) <3>.

<3> Кассационное Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15.06.2010 N 29-О10-9 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.
  1. Прокурор вправе отказаться от обвинения как полностью, так и в его части. Одной из форм отказа прокурора от обвинения является заявление им ходатайства о переквалификации действий обвиняемого на менее тяжкое преступление. Ставя вопрос о такой переквалификации действий обвиняемого, прокурор должен сформулировать новое обвинение. Выполнение данного требования прокурором надлежащим образом свидетельствует об отсутствии препятствий к рассмотрению уголовного дела в судебном заседании.

Органами предварительного расследования Селиверстов обвинялся по ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ в покушении на получение должностным лицом взятки группой лиц по предварительному сговору с вымогательством в крупном размере при пособничестве Тарасова и Захарова.

Уголовное дело после отмены приговора от 23 апреля 2001 г. по Кассационному определению Верховного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2009 г. поступило на новое рассмотрение в тот же суд со стадии предварительного слушания.

Постановлением от 3 ноября 2009 г. по результатам предварительного слушания уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении по тем основаниям, что в связи с ходатайством государственного обвинителя о переквалификации действий обвиняемых на п. "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ и направлении дела по подсудности в Сарапульский городской суд, по мнению суда, право обвиняемых на защиту может быть реализовано лишь путем составления нового обвинения и перепредъявления его всем обвиняемым.

В кассационном представлении государственного обвинителя поставлен вопрос об отмене постановления и направлении дела на новое судебное рассмотрение со стадии предварительного слушания по тем основаниям, что:

1) суд фактически не рассмотрел заявленное государственным обвинителем ходатайство о переквалификации;

2) изменением обвинения на стадии предварительного слушания государственным обвинителем не нарушено право обвиняемых на защиту и обвиняемые имели возможность заявить ходатайство о предоставлении времени как для ознакомления с делом, так и для подготовки к защите от нового обвинения.

В кассационных жалобах обвиняемые просили об отмене постановления суда и прекращении уголовного дела по их обвинению за отсутствием события преступления, так как полагают, что оснований для изменения обвинения со взятки на мошенничество не имеется и это ухудшает их положение согласно позиции, высказанной Европейским Судом по правам человека и Конституционным Судом РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, удовлетворив кассационное представление государственного обвинителя и направив уголовное дело на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания в ином составе судей, указала следующее.

Статьей 236 УПК РФ предусмотрены виды решений, принимаемых судьей на предварительном слушании, и, как видно из протокола судебного заседания, государственный обвинитель просил об изменении обвинения и переквалификации действий Селиверстова с ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. "б" ч. 3 ст. 159 УК РФ, а действий Захарова и Тарасова - с ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ на ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, ст. 159 УК РФ и направлении уголовного дела по подсудности в Сарапульский городской суд.

Таким образом, государственный обвинитель выразил свою позицию в соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 236 УПК РФ, и суду следовало принять решение по заявленному ходатайству.

Однако суд постановил о возвращении уголовного дела прокурору со ссылкой на Постановление Европейского суда по правам человека, принятое 25 сентября 2008 г, указав, что изменение обвинения, предложенное государственным обвинителем, ухудшает положение обвиняемых.

Между тем из Постановления Европейского суда такого вывода сделать нельзя, поскольку из него усматривается, что по уголовному делу в отношении Селиверстова были допущены нарушения п. 1 и пп. "a" и "b" п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, касающихся права заявителя на подробную информацию о природе обвинения и права на получение достаточного времени для подготовки к защите.

То есть в Постановлении речь шла о допущенном нарушении прав заявителя по уже рассмотренному уголовному делу, и трактовка суда об ухудшении положения обвиняемых в связи с изменением обвинения на менее тяжкое не соответствует нормам уголовного права и является необоснованной.

Необоснованным является и утверждение суда о том, что формулирование нового обвинения должно производиться не прокурором, а органами предварительного расследования, поскольку государственный обвинитель сформулировал новое обвинение, исходя из тех же фактических обстоятельств, изменив квалификацию действий обвиняемых, действуя в пределах своих полномочий, предусмотренных ст. 246 УПК РФ.

С доводами кассационных жалоб обвиняемых о необходимости прекращения уголовного дела за отсутствием события преступления согласиться нельзя, поскольку вопросы прекращения уголовного дела на стадии предварительного слушания регламентированы ст. 239 УПК РФ. Доказанность или недоказанность обвинения решается путем исследования, проверки и оценки представленных сторонами обвинения и защиты доказательств в условиях судебного разбирательства, по результатам которого выносится соответственно обвинительный или оправдательный приговор.

Таким образом, Постановление суда не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания, и суду следует в случае удовлетворения заявленного государственным обвинителем ходатайства о переквалификации действий обвиняемых решить вопрос о направлении уголовного дела по подсудности <4>.

<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24.12.2009 N 43-О09-24 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.
  1. Возвращая уголовное дело прокурору, судья в соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ принимает решение о мере пресечения в отношении обвиняемого (в том числе о заключении под стражу). В постановлении следует указать конкретный срок, на который продлевается содержание лица под стражей или домашний арест, исходя из его разумности с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ, а также дату его окончания. По вступлении постановления суда в законную силу уголовное дело направляется прокурору, после чего обвиняемый, содержащийся под стражей, перечисляется за прокуратурой.
  2. Кроме того, при возвращении уголовного дела прокурору судья должен разрешить вопрос о процессуальных издержках. В соответствии со ст. ст. 131 и 132 УПК РФ при наличии к тому оснований может быть решен вопрос о возмещении процессуальных издержек (например, связанных с участием в деле защитника, потерпевшего, свидетеля, переводчика, когда уголовное дело или уголовное преследование прекращено по результатам предварительного слушания). При этом, исходя из положений ч. 1 ст. 132 УПК РФ, согласно которым процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета либо подлежат взысканию с осужденного, судья не вправе возложить обязанность по возмещению расходов, относящихся к процессуальным издержкам, на обвиняемого, поскольку в отношении его не был постановлен обвинительный приговор <5>.
<5> Пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".
  1. Постановление о возвращении уголовного дела прокурору может быть обжаловано в кассационном порядке, поскольку его вынесение препятствует поступательному движению дела <6>.
<6> См.: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ N 74-О05-11 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

/"Мировой судья", 2011, N 8/

Статья 8. Приостановление производства по уголовному делу.

В соответствии со ст. 238 УПК РФ судья выносит постановление о приостановлении производства по уголовному делу: 1) в случае, когда обвиняемый скрылся и место его пребывания неизвестно; 2) в случае тяжелого заболевания обвиняемого, если оно подтверждается медицинским заключением; 3) в случае направления судом запроса в Конституционный Суд РФ или принятия Конституционным Судом РФ к рассмотрению жалобы о соответствии закона, примененного или подлежащего применению в данном уголовном деле, Конституции РФ; 4) в случае, когда место нахождения обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в судебном разбирательстве отсутствует.

В случае, предусмотренном п. 1 ч. 1 ст. 238 УПК РФ, судья приостанавливает производство по уголовному делу и, если совершил побег обвиняемый, содержащийся под стражей, возвращает уголовное дело прокурору и поручает ему обеспечить розыск обвиняемого или, если скрылся обвиняемый, не содержащийся под стражей, избирает ему меру пресечения в виде заключения под стражу и поручает прокурору обеспечить его розыск.

Пункты 1 и 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ не применяются при наличии ходатайства одной из сторон о проведении судебного разбирательства в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 247 УПК РФ.

Приостановление производства по уголовному делу, безусловно, препятствует его нормальному движению, следовательно, участники процесса имеют право на принесение жалоб на постановление о приостановлении производства по делу. Несмотря на то что УПК РФ не содержит прямого указания на наличие у них такого права, о наличии такого можно сделать вывод, проанализировав ряд документов Конституционного Суда РФ. Так, в Постановлении Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 N 18-П "По делу о проверке конституционности положений ст. ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан" был рассмотрен вопрос о наличии у участников процесса права "обжаловать постановления судьи о приостановлении производства по уголовному делу, вынесенного по итогам предварительного слушания". Предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ явилось положение ч. 7 ст. 236 УПК РФ, исключающее обжалование в кассационном порядке постановления судьи о приостановлении производства по делу, вынесенного по итогам предварительного слушания. По результатам рассмотрения дела Конституционным Судом РФ были сделаны выводы о неконституционности ч. 7 ст. 236 УПК РФ, не допускающей обжалование в кассационном порядке вынесенного по итогам предварительного слушания решения суда о приостановлении производства по делу, "поскольку тем самым объективно создаются препятствия для дальнейшего движения дела, а невозможность их обжалования порождает опасность неоправданной и незаконной задержки в принятии решения по делу и нарушения прав граждан, судебная защита которых в дальнейшем не может быть обеспечена или не может привести к эффективному их восстановлению". В резолютивной части Постановления указано, что неконституционны ч. 4 ст. 237 УПК РФ и ч. 7 ст. 236 УПК РФ, исключающие обжалование вынесенного по итогам предварительного слушания постановления суда о приостановлении производства по делу, не имеют юридической силы с момента принятия и не подлежат применению.

Экстрадиция - исключительная компетенция генерального прокурора РФ. Приостановленное уголовное дело обоснованно направлено прокурору для решения вопросов о розыске обвиняемого и его экстрадиции.

Органами предварительного расследования Б. и Т. обвинялись в совершении ряда преступлений. Б. от суда скрылся. 28 января 2008 г. Московский городской суд в подготовительной части судебного заседания вынес постановление, которым: 1) избрал в отношении Б. меру пресечения - заключение под стражу; 2) приостановил производство по уголовному делу до его розыска; 3) уголовное дело возвратил генеральному прокурору РФ для обеспечения организации розыска.

Принимая данное решение, суд сослался на ч. 2 ст. 238 УПК РФ, указав, в частности, что Б. является обвиняемым, который согласно сообщению УУР КМ ГУВД г. Санкт-Петербурга пребывает за пределами Российской Федерации. В отношении его должен быть решен вопрос об экстрадиции в порядке ст. 460 УПК РФ, который находится в исключительной компетенции Генеральной прокуратуры РФ.

Государственные обвинители на данное постановление принесли кассационное представление, в котором поставили вопрос о его отмене, направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство. В обоснование своей правовой позиции сторона обвинения привела следующие доводы. Согласно ч. 2 ст. 238 УПК РФ суд в стадии предварительного слушания приостанавливает производство по уголовному делу и возвращает его прокурору для организации розыска скрывшегося лица. Вместе с тем Б. является не обвиняемым, а подсудимым, решение о приостановлении производства по делу, возвращении его прокурору принято не в стадии предварительного слушания, а в судебном заседании. Отнесение решения вопроса об экстрадиции к исключительной компетенции Генеральной прокуратуры РФ не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Защитник подсудимого Б. также поставил вопрос об отмене вышеуказанного постановления, так как достоверных данных о том, что его подзащитный скрывается за границей, нет.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменив постановление Мосгорсуда в части возвращения уголовного дела Генеральному прокурору РФ, указала следующее. Судья выносит постановление о приостановлении производства по уголовному делу, если обвиняемый скрылся и место его нахождения неизвестно (п. 1 ч. 1 ст. 238 УПК РФ), если место нахождения обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в судебном заседании отсутствует. Если по делу проходит несколько обвиняемых, то согласно ст. 253 УПК РФ суд продолжает судебное разбирательство по делу в отношении присутствующих участников процесса. Если раздельное разбирательство препятствует рассмотрению уголовного дела, то все производство по нему приостанавливается. Данные требования закона судом выполнены. Ходатайств от сторон о рассмотрении уголовного дела в отсутствие Б. не поступило. Поскольку согласно данным стороны обвинения на момент вынесения постановления Б. находился в Эквадоре, а решение вопроса об экстрадиции в компетенцию суда не входит, то уголовное дело обоснованно было возвращено Генеральному прокурору РФ. Поскольку в суд кассационной инстанции поступила информация о том, что Б. задержан в Эквадоре, доставлен в Россию и 4 марта 2008 г. водворен в учреждение ИЗ 77/1 г Москвы, а также учитывая то, что вопрос о возможности возобновления судебного разбирательства может быть разрешен без возвращения уголовного дела прокурору, постановление Мосгорсуда от 28 января 2008 г. в части возвращения уголовного дела прокурору было отменено, а в остальном объеме оставлено без изменения <1>.

<1> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25.03.2008 N 5-О08-49 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2008 г.

Вопрос о возможности рассмотрения уголовного дела в отсутствие одного из подсудимых находится в исключительной компетенции суда, рассматривающего уголовное дело по существу.

Постановлением Санкт-Петербургского городского суда от 21 июля 2006 г., которое было вынесено по итогам предварительного слушания, производство по уголовному делу в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 126 УК РФ, приостановлено до его розыска. Мера пресечения в отношении К. изменена на заключение под стражу, прокурору г. Санкт-Петербурга поручено обеспечить его розыск. Этим же постановлением в отношении М., Г. и еще 12 обвиняемых назначено судебное заседание.

Защитники М. и Г. поставили вопрос об отмене постановления, мотивируя это тем, что рассмотрение уголовного дела без участия К. невозможно, поскольку сторона обвинения, обосновывая виновность их подзащитных, а равно вину еще 6 лиц, ссылается исключительно на показания К.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила постановление суда первой инстанции, мотивируя это тем, что приостановление производства по всему уголовному делу неизбежно приведет к нарушению права участников процесса на доступ к правосудию, соблюдению разумных сроков судебного разбирательства, а равно к нарушению прав потерпевших на судебную защиту <2>.

<2> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27.09.2006 N 78-О06-79 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

Вопрос о невозможности рассмотрения уголовного дела в отсутствие одного из подсудимых находится в исключительной компетенции суда, рассматривающего уголовное дело по существу.

Постановлением Тюменского областного суда от 17 апреля 2009 г. К., обвиняемый органами предварительного расследования в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "е", "з" ч. 2 ст. 105, п. п. "а", "б", "в" ч. 4 ст. 162, ч. 3 ст. 222, ст. 317 УК РФ, объявлен в розыск. Одновременно в отношении его избрана мера пресечения - заключение под стражу, производство по уголовному делу в отношении К., а также пяти других подсудимых приостановлено до розыска К.

Защитник-адвокат З. поставил вопрос об отмене данного постановления, мотивируя это тем, что суд не исчерпал всех мер к вызову К. в судебное заседание, в отношении других лиц уголовное дело может быть рассмотрено и без участия К.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставив постановление Тюменского областного суда без изменения, а кассационную жалобу адвоката без удовлетворения, указала следующее.

Из материалов уголовного дела следует, что К. самовольно покинул больницу, скрылся, мероприятия по его розыску положительного результата не принесли. Следовательно, ранее избранная в отношении К. мера пресечения оказалась неэффективной, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение о необходимости его розыска и заключения под стражу. Вопрос о необходимости приостановления производства по уголовному делу в отношении всех проходящих по делу лиц был предметом обсуждения, все участники процесса, в том числе и адвокат А., выказались за необходимость приостановления производства по всему уголовному делу, так как объективное судебное разбирательство без участия К. невозможно <3>.

<3> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30.06.2009 N 89-О09-24 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

В случае тяжкого заболевания обвиняемого, если оно подтверждено медицинским заключением, уголовное дело подлежит приостановлению (п. 2 ч. 1 ст. 238 УПК РФ).

Постановлением Ярославского областного суда от 15 июня 2005 г., вынесенного по итогам предварительного слушания, назначено судебное заседание на 4 июля 2005 г., предварительное уголовное дело в отношении Т. приостановлено, в отношении его продлена мера пресечения содержания под стражей.

Данное постановление было обжаловано защитником в кассационном порядке, который оспорил законность одновременного назначения судебного заседания, приостановления производства по делу и продления срока содержания Т. под стражей.

Судебная коллегия по уголовным делам оставила постановление суда первой инстанции без изменения, а жалобу адвоката без удовлетворения по следующим основаниям.

Т. обвиняется в совершении тяжкого преступления (ч. 1 ст. 30, п. п. "а", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ), ранее от суда скрывался за границей. Кроме наличия у Т. тяжкого заболевания, иных препятствий к рассмотрению уголовного дела нет, поскольку имеются достаточные основания полагать, что к означенной в постановлении дате Т. наступит его выздоровление, рассмотрение уголовного дела назначено на конкретный срок <4>. Постановлением Рязанского областного суда от 18 марта 2004 г. уголовное дело в отношении И. было приостановлено в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 238 УПК РФ. Рассмотрение уголовного дела в отношении Ф. и др. было продолжено. Защитник Ф. в кассационной жалобе поставил вопрос об отмене постановления о приостановлении, поскольку он лишен возможности непосредственно исследовать показания И. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отказывая в удовлетворении жалобы, указала следующее. Из материалов уголовного дела следует, что И. страдает открытой формой туберкулеза, нуждается в длительном лечении в условиях стационара, опасен для окружающих. При таких обстоятельствах суд обоснованно принял решение о приостановлении уголовного дела в отношении И. В то же время суд не лишен обязанности: полно и всесторонне исследовать доказательства по уголовному делу, в том числе при необходимости он вправе решить вопрос о возможности допроса И. в зависимости от состояния здоровья последнего <5>.

<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11.08.2005 N 8-О05-26 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.
<5> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28.04.2004 N 6-О04-20сп // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2004 г.

Судебное разбирательство в отношении обвиняемого на территории другого государства в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ является основанием приостановления производства по делу.

Согласно постановлению Брянского областного суда от 15 февраля 2006 г., вынесенному по итогам предварительного слушания, уголовное дело в отношении Т. приостановлено в связи с невозможностью его участия в судебном разбирательстве, поскольку последний находится на территории Республики Украины, где в отношении его ведется судебное разбирательство в Жевтневом суде г. Запорожья Республики Украина. Этим же постановлением назначено судебное заседание в отношении М., М. и У.

М., М., а также защитник У. постановление о назначении судебного заседания обжаловали в кассационном порядке, мотивируя это тем, что препятствий к участию Т. в судебном разбирательстве нет.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставив постановление без изменения, а жалобы без удовлетворения, указала следующее. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 238 УПК РФ уголовное дело подлежит приостановлению в случае, когда нахождение обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в судебном заседании отсутствует. Как следует из материалов уголовного дела, Т. содержится в следственном изоляторе N 10 г. Запорожья Республики Украина, в отношении его рассматривается уголовное дело Жевтневым судом г Запорожья. Оснований, препятствующих рассмотрению уголовного дела в отношении М., М. и У. в отсутствие Т., нет <6>.

<6> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15.02.2006 N 83-О06-26. Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

При вынесении постановления о приостановлении производства по уголовному делу судья обязан изучить вопрос о мере пресечения в отношении каждого из обвиняемых, при необходимости поставить его на обсуждение сторон, выяснить мнение каждой из них.

Вынося по результатам предварительного слушания постановление о приостановлении производства по делу, судья в соответствии со ст. ст. 131 и 132 УПК РФ при наличии к тому оснований обязан решить вопрос о возмещении процессуальных издержек (например, связанных с участием в деле защитника, потерпевшего, свидетеля, переводчика, когда уголовное дело или уголовное преследование прекращено по результатам предварительного слушания). При этом исходя из положений ч. 1 ст. 132 УПК РФ, согласно которым процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета либо подлежат взысканию с осужденного, судья не вправе возложить обязанность по возмещению расходов, относящихся к процессуальным издержкам, на обвиняемого, поскольку в отношении его не был постановлен обвинительный приговор <7>.

<7> Пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Постановление о приостановлении по делу, вынесенное в стадии предварительного слушания, может быть обжаловано в апелляционном или кассационном порядке заинтересованными лицами.

Основанием для возобновления производства по уголовному делу, решение о приостановлении которого было вынесено в стадии предварительного слушания, является получение судом информации о том, что причины, по которым оно было приостановлено, отпали (местонахождение обвиняемого установлено, и он задержан либо обвиняемый по состоянию здоровья может участвовать в судебном заседании). В таком случае судья единолично без участия сторон выносит постановление о возобновлении производства по делу и назначении судебного заседания либо при наличии к тому оснований, предусмотренных ст. 229 УПК РФ, назначает предварительное слушание <8>.

<8> Абзац 3 п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

Если в отношении обвиняемого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, решение о дальнейшем содержании его под стражей или домашним арестом принимается с участием сторон <9>.

<9> Абзац 4 п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".

/"Мировой судья", 2011, N 9/

Статья 9. Прекращение уголовного дела или уголовного преследования в стадии предварительного слушания.

В случаях, предусмотренных подп. 3 - 6 ч. 1, ч. 2 ст. 24 и подп. 3 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, а также в случае отказа прокурора от обвинения в порядке, установленном ч. 7 ст. 246 УПК РФ, судья выносит постановление о прекращении уголовного дела.

По общему правилу возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям: 1) отсутствие события преступления; 2) отсутствие в деянии состава преступления; 3) истечение сроков давности уголовного преследования; 4) смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего; 5) отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе, как по его заявлению (за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ); 6) отсутствие заключения суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в подп. 2 и 2.1 ч. 1 ст. 448 УПК РФ, либо отсутствие согласия соответственно Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда РФ, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в подп. 1 и 3 - 5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ (ч. 1 ст. 24 УПК РФ). Уголовное дело подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом (ч. 2 ст. 24 УПК РФ). Прекращение уголовного дела влечет за собой одновременно прекращение уголовного преследования (ч. 3 ст. 24 УПК РФ). Уголовное дело подлежит прекращению в случае прекращения уголовного преследования в отношении всех подозреваемых или обвиняемых, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (ч. 4 ст. 24 УПК РФ).

Также по общему правилу уголовное преследование в отношении обвиняемого прекращается по следующим основаниям: 1) непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления; 2) прекращение уголовного дела по основаниям, предусмотренным подп. 1 - 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ; 3) вследствие акта об амнистии; 4) наличие в отношении обвиняемого вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению либо определения суда или постановления судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению; 5) наличие в отношении обвиняемого неотмененного постановления органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела; 6) отказ Государственной Думы Федерального Собрания РФ в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности данного лица (ч. 1 ст. 27 УПК РФ). В перечисленных случаях допускается прекращение уголовного преследования в отношении подозреваемого, обвиняемого без прекращения уголовного дела (ч. 4 ст. 27 УПК РФ).

Уголовное преследование в отношении лица, не достигшего к моменту совершения деяния предусмотренного уголовным законом возраста, с которого наступает уголовная ответственность, подлежит прекращению по основанию, указанному в п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. По этому же основанию прекращается уголовное преследование в отношении несовершеннолетнего, который, хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом.

Судья может также прекратить уголовное дело при наличии оснований, предусмотренных ст. ст. 25 и 28 УПК РФ, по ходатайству одной из сторон. Прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон регламентируется ст. 25 УПК РФ. Согласно данной норме суд вправе (но не обязан) на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, исключительно в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо, во-первых, примирилось с потерпевшим, во-вторых, загладило причиненный ему вред. Прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием регламентируется ст. 28 УПК РФ. Согласно данной норме суд вправе (но не обязан) прекратить уголовное преследование в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 75 УК РФ (ч. 1 ст. 28 УПК РФ). Прекращение уголовного преследования лица по уголовному делу о преступлении иной категории при деятельном раскаянии лица в совершенном преступлении осуществляется судом только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ (ч. 2 ст. 28 УПК РФ).

Прекращение уголовного преследования по делам, связанным с нарушением законодательства о налогах и сборах (ст. 28.1 УПК РФ) ст. 239 УПК РФ прямо не предусмотрено. Вместе с тем оснований для применения данной нормы в стадии предварительного слушания нет. Такой подход к решению проблемы позволит оптимизировать уголовное судопроизводство. Согласно названной норме уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 198 - 199.1 УК РФ, прекращается по основаниям, предусмотренным ст. ст. 24 и 27 УПК РФ, если до окончания предварительного следствия ущерб, причиненный бюджетной системе Российской Федерации в результате преступления, возмещен в полном объеме. Под возмещением ущерба понимается уплата в полном объеме следующих сумм: 1) недоимки в размере, установленном налоговым органом в решении о привлечении к ответственности, вступившем в силу; 2) соответствующих пеней; 3) штрафов в размере, определяемом в соответствии с НК РФ.

До прекращения уголовного дела или уголовного преследования лицу, в отношении которого может быть принято соответствующее процессуальное решение, должны быть разъяснены основания его прекращения, а также право возражать против прекращения уголовного дела или уголовного преследования. Прекращение уголовного дела или уголовного преследования не допускается, если лицо, в отношении которого выносится соответствующее постановление, против этого возражает. В данном случае производство по уголовному делу продолжается в обычном порядке.

В постановлении о прекращении уголовного дела или уголовного преследования: 1) указываются основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования; 2) решаются вопросы об отмене меры пресечения, а также наложения ареста на имущество, корреспонденцию, временного отстранения от должности, контроля и записи переговоров; 3) разрешается вопрос о вещественных доказательствах.

Копия постановления о прекращении уголовного дела направляется прокурору, а также вручается лицу, в отношении которого прекращено уголовное преследование, и потерпевшему в течение 5 суток со дня его вынесения.

В то же время следует помнить, что ст. 239 УПК РФ в ее конституционно-правовом истолковании, вытекающем из сохраняющих свою силу постановлений Конституционного Суда РФ, не препятствует суду рассмотреть по существу находящееся в его производстве уголовное дело, если до вынесения приговора новым уголовным законом устраняется преступность и наказуемость инкриминируемого обвиняемому деяния, и не лишает обвиняемого права на доступ к правосудию и права на эффективную судебную защиту в установленных законом процессуальных формах <1>.

<1> Определение Конституционного Суда РФ от 05.11.2004 N 361-О.

По результатам предварительного слушания действия обвиняемых могут быть переквалифицированы на менее тяжкое преступление, а уголовное дело может быть направлено по подсудности в нижестоящий суд <2>.

<2> Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 29.12.2005 N 81-О05-117 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2005 г.

В случае отказа прокурора от обвинения в стадии предварительного слушания судья выносит постановление о прекращении уголовного дела. Если прекращение уголовного дела в части влечет изменение подсудности, то уголовное дело подлежит направлению в суд, к подсудности которого оно отнесено законом.

Органами предварительного расследования И. обвинялся в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 129 УК РФ, и в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 298, ч. 2 ст. 306 и ст. 319 УК РФ. В стадии предварительного слушания государственный обвинитель, руководствуясь ст. 239 УПК РФ, от обвинения по ч. 3 ст. 298 УК РФ отказался. Постановлением Верховного Суда Чувашской Республики от 3 октября 2006 г. уголовное дело по ч. 3 ст. 298 УК РФ было прекращено, в остальной части оно было направлено по подсудности в Московский районный суд г. Чебоксары для рассмотрения по существу.

Обвиняемый И. на данное постановление принес кассационную жалобу, в которой поставил вопрос об исследовании Верховным Судом Чувашской Республики нарушений закона, допущенных органами предварительного расследования.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ жалобу И. оставила без рассмотрения, а кассационное производство по ней прекратила, мотивируя это следующим. В соответствии с ч. 7 ст. 236 УПК РФ судебное решение, вынесенное по результатам предварительного слушания, обжалованию не подлежит, за исключением случаев прекращения уголовного дела и разрешения вопроса о мере пресечения <3>.

<3> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 11.01.2007 N 31-О06-27. Электронный архив Верховного Суда РФ за 2007 г.

Уголовное дело в отношении И. прекращено по реабилитирующим основаниям, законность и обоснованность прекращения уголовного дела обвиняемым не оспаривается, им также не оспаривается законность и обоснованность направления уголовного дела по подсудности.

Проверка законности и обоснованности действий органов предварительного следствия по прекращенному уголовному делу в компетенцию суда не входит.

Отказ прокурора от обвинения в стадии предварительного слушания - основание для решения вопроса о прекращении уголовного дела. По делам публичного и частно-публичного обвинения лишь прокурор определяет объем обвинения, подлежащий рассмотрению в судебном заседании.

Постановлением Верховного Суда Республики Карелия от 24 сентября 2008 г. уголовное дело в отношении Ш. по ч. 1 ст. 330 УК РФ, двум эпизодам обвинения по ч. 2 ст. 303 УК РФ прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. Основанием отказа прокурора от обвинения был тот факт, что Ш. специальным субъектом преступлений, предусмотренных ст. 303 УК РФ, не является. Одновременно уголовное дело в отношении Ш. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30, подп. "а", "в", "з" ч. 2 ст. 126, ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч. 1 ст. 195 УК РФ, направлено по подсудности в Петрозаводский городской суд.

Потерпевший в кассационной жалобе поставил вопрос об отмене постановления о прекращении уголовного дела, возвращении его прокурору для решения вопроса о привлечении Ш. к уголовной ответственности по ч. 3 ст. 306 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отказав в удовлетворении жалобы потерпевшего, указала: Ш. не является специальным субъектом преступлений, предусмотренных ст. 303 УК РФ. Следовательно, государственный обвинитель законно и обоснованно отказался от обвинения, а суд первой инстанции также законно и обоснованно принял отказ от обвинения.

Отмена постановления о прекращении уголовного дела, возвращение его прокурору, безусловно, ухудшает положение Ш. <4>.

<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 3.12.2008 N 75-О08-28 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2008 г.

При решении вопроса о прекращении уголовного дела частного обвинения суд обязан выяснить мнение потерпевшего.

Органами предварительного расследования К. обвинялась по ч. 1 ст. 297 УК РФ. В стадии предварительного слушания прокурор от обвинения по ч. 1 ст. 297 УК РФ отказался, мотивируя это тем, что действия обвиняемой полностью охватываются ст. 130 УК РФ.

Постановлением Тамбовского областного суда от 17 декабря 2007 г. уголовное дело в отношении К. по ч. 1 ст. 297 УК РФ прекращено в связи с отказом прокурора от обвинения. Это же уголовное дело в отношении К. по ст. 130 УК РФ прекращено по п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием заявления потерпевшей.

Потерпевшему разъяснено право на обращение к мировому судье Октябрьского района г. Тамбова с заявлением о привлечении К. к уголовной ответственности за оскорбление.

В обоснование данного решения суд привел следующее рассуждение. В соответствии со ст. 318 УПК РФ вопрос о возбуждении уголовного дела о совершении преступления, предусмотренного ст. 130 УК РФ, разрешается мировым судьей при наличии соответствующего заявления потерпевшего. Таковое в материалах уголовного дела отсутствует.

Государственный обвинитель и потерпевший поставили вопрос об отмене постановления о прекращении уголовного дела ввиду отсутствия потерпевшего в судебном заседании, что лишило его возможности высказать свою позицию относительно возможности прекращения уголовного дела по ст. 130 УК РФ ввиду отсутствия соответствующего заявления.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменяя постановление Тамбовского областного суда, указала следующее. Решая вопрос о возможности прекращения уголовного дела по ст. 130 УК РФ, суд был обязан выяснить мнение потерпевшего по данному вопросу. Судом данное общее правило было проигнорировано. Данных о том, что потерпевший о месте и времени слушания извещен надлежащим образом, в деле нет <5>.

<5> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 14.02.2008 N 13-О08-4 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2008 г.

По делам публичного обвинения в материалах уголовного дела далеко не всегда имеются заявления потерпевших, в которых они просят привлечь кого-либо к уголовной ответственности за совершение конкретных преступных действий.

Согласно давно сложившейся практике судьи, переводя уголовное дело публичного обвинения в разряд дел частного или частно-публичного обвинения, особое внимание уделяют выяснению у потерпевшего (его законного представителя), во-первых, наличия у него желания возбуждения уголовного дела, во-вторых, наличия у него желания продолжить уголовное преследование конкретного обвиняемого в рамках производства по делу частного обвинения.

Отсутствие заявления потерпевшего (его законного представителя) о возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132, ч. 1 ст. 136, ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139, ст. 145, ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 147 УК РФ, а равно отсутствие у них желания такое заявление подать автоматически влечет прекращение уголовного дела в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Очевидно также и то, что отказ потерпевшего (его законного представителя) от продолжения уголовного преследования в отношении конкретного лица при переводе дела публичного обвинения в дело частного обвинения также автоматически влечет прекращение уголовного дела в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Представляется, что органы прокуратуры, ходатайствуя о прекращении уголовного дела публичного обвинения и констатируя одновременно с этим наличие возможности возбуждения дела частного обвинения, обязаны учитывать наличие в материалах дела соответствующего заявления потерпевшего. Если таковое в материалах уголовного дела отсутствует, то прокурор, поддерживающий обвинение и одновременно с этим являющийся координатором действий стороны обвинения, обязан принять своевременные меры для согласования своей позиции с интересами потерпевшего.

В случае отказа прокурора от обвинения судья выносит постановление о прекращении уголовного дела (ч. 1 ст. 239 УПК РФ), после чего решает вопрос о направлении уголовного дела по подсудности (ч. 5 ст. 236 УПК РФ).

Органами предварительного расследования К., О. и др. обвинялись по ч. 4 ст. 159 и ч. 2 ст. 210 УК РФ, К. также и по ч. 1 этой же статьи. В стадии предварительного слушания прокурор от обвинения по ст. 210 УК РФ отказался, ходатайствовал о направлении уголовного дела в один из районных судов г. Воронежа. Постановлением Воронежского областного суда от 13 июня 2006 г. ходатайство прокурора о направлении уголовного дела по подсудности было удовлетворено.

Обвиняемые К. и О., ходатайствовавшие о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных, данное постановление обжаловали.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ постановление Воронежского суда отменила, указав следующее.

В соответствии с ч. 1 ст. 239 УПК РФ в случае отказа прокурора от обвинения в стадии предварительного слушания судья выносит постановление о прекращении уголовного дела в части. Вопрос о направлении уголовного дела по подсудности (ч. 5 ст. 235 УПК РФ) разрешается только после решения вопроса о прекращении уголовного дела. Этот вопрос в установленном законом порядке по делу разрешен не был, в этой связи направление уголовного дела по подсудности незаконно. При таких обстоятельствах постановление Воронежского областного суда о направлении уголовного дела по подсудности подлежит отмене, а уголовное дело - направлению в Воронежский областной суд на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания <6>.

<6> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13.06.2006 N 14-О06-18 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2006 г.

/"Мировой судья", 2011, N 10/

Статья 9. Некоторые проблемы применения ст. 239 УПК РФ

Постановление, вынесенное по итогам предварительного слушания, в части отказа в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела обжалованию в кассационном порядке не подлежит.

Постановлением Санкт-Петербургского городского суда от 19 января 2009 г., вынесенным по итогам предварительного слушания, отказано в удовлетворении ходатайства прокурора о прекращении уголовного дела по обвинению К. по ч. 1 ст. 309 УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования, назначено судебное заседание.

Подсудимый и его защитник подали кассационные жалобы, в которых, в частности, указали, что предварительное слушание было проведено без участия К.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ нашла данное постановление законным и обоснованным.

В соответствии с требованиями ч. 7 ст. 236 УПК РФ судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, обжалованию не подлежит, за исключением решений о прекращении и (или) о назначении судебного заседания в части разрешения вопроса о мере пресечения, а с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в его Постановлении от 8 декабря 2003 г. N 18-П, Определениях от 22 января 2004 г. N 100-О, от 9 июня 2004 г. N 223-О, от 30 сентября 2004 г. N 252-О, от 20 октября 2005 г. N 404-О, и за исключением решений о возвращении уголовного дела прокурору, о направлении уголовного дела по подсудности и о приостановлении производства по уголовному делу. Как видно из постановления, принятого по результатам предварительного слушания, Санкт-Петербургский городской суд вынес законное и обоснованное решение о назначении судебного заседания с участием присяжных заседателей.

Отказ в удовлетворении ходатайства государственного обвинителя о прекращении уголовного дела его дальнейшему движению не препятствует, при необходимости данный вопрос может быть разрешен и в судебном заседании.

Из протокола предварительного слушания видно, что председательствующий пресекал нарушение порядка судебного заседания со стороны К., предупреждал его о недопустимости нарушения порядка и в соответствии со ст. 258 УПК РФ удалял его из зала предварительного слушания. Поэтому доводы жалоб подсудимого и его защитника о необоснованном удалении Казакова неосновательны <1>. Постановлением Кировского областного суда от 27 января 2010 г. по итогам предварительного слушания назначено судебное заседание в отношении К.

--------------------------------

<1> Кассационное Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 06.04.2009 N 78-О09-33 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

На данное процессуальное решение подсудимым была подана кассационная жалоба, в которой он, в частности, указал, что суд необоснованно отказал ему в прекращении уголовного дела. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставив постановление без изменения, а кассационную жалобу К. без удовлетворения, указала следующее.

Судом обоснованно указано на отсутствие процессуальных оснований для прекращения уголовного дела в отношении К., принятое решение согласно ч. 7 ст. 236 УПК РФ обжалованию не подлежит <2>.

<2> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24.03.2010 N 10-О10-4 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Частичное прекращение уголовного дела в форме сокращения обвинения судом кассационной инстанции признано незаконным.

Постановлением Хабаровского краевого суда от 28 декабря 2009 г., принятым по итогам предварительного слушания, наряду с назначением судебного заседания принято решение об исключении из уголовного дела обвинения К. и Е. по ч. 3 ст. 162 УК РФ. Свою правовую позицию суд первой инстанции мотивировал тем, что уголовное дело в отношении их по данной статье уголовного закона в установленном законом порядке возбуждено не было.

Постановление суда было обжаловано потерпевшими в кассационном порядке. В своих жалобах они заявили, что суд, сократив часть обвинения без рассмотрения дела по существу, лишил их доступа к правосудию. По мнению потерпевших, в документе не содержится надлежащего обоснования принятого судом решения. В кассационном представлении государственный обвинитель также поставил вопрос об отмене постановления и возвращении уголовного дела на новое рассмотрение в Хабаровский краевой суд со стадии предварительного слушания. Ссылаясь на п. 4 ст. 236 УПК РФ, ч. 1 ст. 239 УПК, п. п. 3 - 6 ч. 1 и ч. 2 ст. 24, п. п. 3 - 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, ст. ст. 25, ст. 28 УПК РФ, государственный обвинитель высказывает мнение о том, что данные правовые нормы не свидетельствуют ни о наличии оснований для прекращения уголовного дела или уголовного преследования, ни об отсутствии обстоятельств, необходимых для вынесения обвинительного приговора, поэтому оснований для исключения из обвинения К. и Е. ч. 3 ст. 162 УК РФ у суда не имелось. В представлении также указывается, что положения ст. 175 УПК РФ не требуют от органа предварительного следствия возбуждения нового уголовного дела, если в ходе предварительного следствия появится основание для изменения предъявленного обвинения. В этом случае закон лишь обязывает следователя вынести новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и предъявить ему новое обвинение в установленном порядке. Поскольку в стадии предварительного следствия были уточнены фактические обстоятельства дела и установлены признаки других преступлений в действиях обвиняемых, возникла необходимость квалифицировать их действия по другим статьям уголовного закона. Указанные требования закона были выполнены следователем. Кроме того, суд в нарушение требований п. 1 ч. 3 ст. 239 УПК РФ не указал в своем постановлении основания прекращения уголовного преследования К. и Е. по ч. 3 ст. 162 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, удовлетворив кассационное представление и кассационные жалобы в части исключения из постановления, указала следующее.

Шестого октября 2008 г. постановлением следователя возбуждено и принято к производству уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в отношении старшего оперуполномоченного по особо важным делам УФСБ РФ по ДВО подполковника К., заместителя начальника отдела РУ ФСКН по Хабаровскому краю подполковника полиции Е., использовавшего свое должностное положение, и гражданина Т., которые, согласно данному постановлению, 6 октября 2008 г., действуя по предварительному сговору, из корыстных побуждений путем обмана похитили у потерпевших деньги в сумме 115000 руб.

Впоследствии предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 162 УК РФ в связи с совершением ими противоправных действий 2 октября 2008 г.

Из представленных в Судебную коллегию материалов усматривается, что в соответствии с постановлением от 6 октября 2008 г. о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству, настоящее уголовное дело возбуждено по ч. 3 ст. 159 УК РФ в связи с тем, что около дома 83 по ул. Шелеста в г. Хабаровске Т., действуя по предварительному сговору со старшим оперуполномоченным по ОВД УФСБ РФ по ДВО подполковником К. и заместителем начальника отдела РУ ФСКН по Хабаровскому краю подполковником полиции Е., использующих свое должностное положение, из корыстных побуждений путем обмана похитили деньги в сумме 115000 руб. у Савельевой и Царегородцева.

28 ноября 2008 г. К. и Е. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 162 ч. 3 УК РФ, совершенного 2 октября 2008 г. в отношении вышеуказанных потерпевших, без вынесения дополнительного постановления о возбуждении уголовного дела по данному преступлению.

Окончательно вынесены постановления о привлечении в качестве обвиняемых:

- 22 июня 2009 г. Т. в совершении преступлений, предусмотренных п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 163, ч. 5 ст. 33 и п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ;

- 29 июля 2009 г. Е. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 163, п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ;

- 29 июля 2009 г. К. в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 162, п. п. "а", "в", "г" ч. 2 ст. 163, ч. 5 ст. 33 и п. п. "а", "б" ч. 3 ст. 286 УК РФ.

В стадии рассмотрения дела по итогам предварительного слушания и решения вопроса о назначении судебного заседания суд пришел к выводу о необходимости исключения из уголовного дела обвинения Е.Д.Н. и К.А.А. в совершении ими преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, имевшего место 2 октября 2008 г., поскольку такое дело не возбуждалось и отсутствие решения о возбуждении уголовного дела является препятствием для рассмотрения данного уголовного дела в судебном заседании.

По мнению Судебной коллегии, данное решение суда в этой части, без исследования собранных по делу доказательств в стадии судебного разбирательства при рассмотрении дела по существу предъявленного обвинения является преждевременным. Доводы в этой части, приведенные в кассационном представлении и в кассационных жалобах потерпевших, заслуживают внимания и проверки в стадии судебного следствия.

После проверки и оценки собранных по делу доказательств суду надлежит решить вопрос, являются ли инкриминируемые подсудимым действия составной частью преступления, по поводу которого возбуждено уголовное дело, или они образуют самостоятельное преступление, относительно которого должно быть возбуждено новое уголовное дело. В соответствии с разъяснениями, изложенными в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 г. N 533-О и от 21 октября 2008 г. N 600-О-О.

В остальной части, по мнению Судебной коллегии, постановление суда является законным и обоснованным.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия определила постановление Хабаровского краевого суда от 28 декабря 2009 г. о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания в отношении Е, К., Т. в части принятого решения об исключении из уголовного дела обвинения Кирина А.А. и Ефремова Д.Н. по ч. 3 ст. 162 УК РФ отменить и дело в этой части направить на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания. В остальной части Постановление суда оставлено без изменения <3>.

<3> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24.02.2010 N 58-О10-11 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Отказ в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела должен быть законным и мотивированным.

Органами предварительного расследования Гонтмахер и др. обвинялись в совершении преступлений, предусмотренных:

- ч. 2 ст. 253 УК РФ - в разработке природных ресурсов континентального шельфа и исключительной экономической зоны Российской Федерации, проводимой без соответствующего разрешения;

В ходе предварительного слушания постановлением Камчатского краевого суда от 27 мая 2010 г. отказано в удовлетворении ходатайства адвокатов о прекращении уголовного дела по обвинению Гонтмахера и др. по ч. 4 ст. 174.1 УК РФ.

В кассационных жалобах обвиняемый Гонтмахер и его защитники просили данное постановление отменить как незаконное, необоснованное и немотивированное. Судом отклонено их ходатайство о прекращении уголовного дела по ч. 4 ст. 174.1 УК РФ в связи с декриминализацией деяния. Исходя из обвинительного заключения предметом доказывания и квалифицирующим признаком по ч. 4 ст. 174.1 УК РФ является совершение финансовых операций и использование денежных средств и имущества в предпринимательской деятельности. Однако 9 апреля 2010 г. Федеральным законом N 60-ФЗ ст. 174.1 УК РФ принята в новой редакции. Установлена ответственность за легализацию денежных средств и имущества, добытого преступным путем, только при условии, что подобного рода сделки будут совершаться с определенной целью - придания им вида правомерного владения, пользования и распоряжения. Кроме того, при вынесении данного постановления судом не принято во внимание то обстоятельство, что в новой редакции вообще не предусматривается уголовная ответственность по ч. 4 ст. 174.1 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставив постановление краевого суда без изменения, указала следующее.

Статья 174.1 УК РФ "Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления" действительно подвергалась изменениям.

Статьей 174.1 УК РФ в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ была предусмотрена уголовная ответственность за совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными лицом в результате совершения им преступления, либо использование указанных средств или иного имущества для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

Статьей 174.1 УК РФ в редакции Федерального закона 9 апреля 2010 г. N 60-ФЗ предусмотрена уголовная ответственность за финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом, приобретенными лицом в результате совершения им преступления, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом, совершенные в крупном размере.

Таким образом, уголовным законом предусматривалась и предусматривается уголовная ответственность за легализацию денежных средств и имущества, добытых преступным путем, при условии, что подобного рода финансовые операции и другие сделки будут совершаться для (с целью) осуществления предпринимательской или иной имеющей вид правомерной, экономической деятельности.

В любом случае принятое в данной части судебное постановление не лишает сторону защиты права обращаться с подобными ходатайствами в ходе дальнейшего судебного разбирательства.

Что касается указания в тексте постановления на ч. 4 ст. 174.1 УК РФ в действующей редакции, содержащей лишь три части, то это указание является явной технической ошибкой, которая не влияет на существо, законность и обоснованность принятого судебного решения <4>.

<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18.08.2010 N 60-О10-11 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Если частичный отказ прокурора от обвинения влечет изменение подсудности, суд по итогам предварительного слушания принимает решение о направлении уголовного дела по подсудности, разрешая при необходимости вопрос о продлении срока содержания обвиняемого под стражей.

Постановлением судьи Свердловского областного суда от 7 июля 2009 г. уголовное дело в отношении Л. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 209 УК РФ прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения за отсутствием в действиях Л. состава данного преступления, а по оставшемуся обвинению, так же как и по обвинению А, направлено по подсудности в Шалинский районный суд Свердловской области с продлением срока содержания под стражей на 1 месяц, т.е. до 7 августа 2009 г. включительно.

В кассационных жалобах обвиняемые и их защитники просят об отмене данного постановления. По их мнению, после прекращения дела по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 209 УК РФ, по которой было возможно рассмотрение дела с участием присяжных заседателей, дело подлежало возвращению прокурору для повторного выполнения требований п. п. 4, 5. ст. 217 УПК РФ. Не выполнив данного требования, суд нарушил права обвиняемых на защиту.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставив постановление без изменения, указала следующее. Согласно ч. 5 ст. 236 УПК РФ, если в ходе предварительного слушания, как это имело место и по настоящему делу, прокурор изменяет обвинение, то судья отражает это в постановлении и в случаях, предусмотренных УПК РФ, направляет уголовное дело по подсудности. При этом в законе отсутствует упоминание о необходимости возвращения уголовного дела прокурору, как об этом ставится вопрос в жалобах, а содержится императивное указание: сразу направлять уголовное дело по подсудности в соответствии с требованиями ст. 31 УПК РФ.

Поскольку судопроизводство по делу не закончено, оснований для отмены либо изменения избранной обвиняемым меры пресечения не имелось, суд обоснованно принял решение о ее продлении на срок, достаточный для принятия дела к производству другим судом <5>.

<5> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21.10.2009 N 45-009-107 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

Просьба о переквалификации действий обвиняемого на менее тяжкое обвинение - форма отказа прокурора от обвинения. Если частичный отказ от обвинения влечет изменение подсудности, то суд по итогам предварительного слушания принимает решение о направлении уголовного дела по подсудности.

По общему правилу отказ в удовлетворении ходатайств об исключении доказательств и о прекращении уголовного дела обжалованию не подлежит. С учетом конкретных обстоятельств уголовного дела Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрела кассационную жалобу на постановление, принятое по итогам предварительного слушания, в части отказа в удовлетворении вышеозначенных ходатайств.

Органами предварительного расследования Минкин по ст. 292 и ч. 3 ст. 303 УК РФ обвинялся в фальсификации доказательств по уголовному делу о тяжком преступлении, а также в совершении служебного подлога, т.е. внесении должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если данные деяния совершены из личной заинтересованности.

В стадии предварительного слушания прокурор заявил ходатайство о переквалификации им содеянного на ст. 292 УК РФ (в редакции от 08.12.2003).

Постановлением Верховного суда Республики Коми от 18 марта 2009 г. данное ходатайство удовлетворено, уголовное дело направлено по подсудности в Интинский федеральный городской суд Республики Коми.

Одновременно отказано в удовлетворении заявленного стороной защиты ходатайства о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, и о признании недопустимым доказательством явки Минкина Т.Р. с повинной от 15 января 2008 г.

В кассационной жалобе обвиняемый Минкин Т.Р. просит отменить постановление суда и прекратить уголовное дело в отношении его на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Полагаем, что Интинский суд в своем заключении вышел за рамки представления руководителя СУ Следственного комитета при прокуратуре РФ по Республике Коми о даче заключения о наличии в его действиях признаков состава преступления. Заключение суда незаконно и необоснованно, так как принято с нарушением ст. 448 УПК РФ. В судебном заседании отсутствовал инициатор представления, в представленной в суд доверенности на участие в судебном заседании Киселева не были указаны пределы его полномочий. Представление рассмотрено незаконным составом суда, поскольку судья подлежал отводу по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 61 УПК РФ.

Предъявленное Минкину обвинение по ч. 3 ст. 303 УК РФ незаконно, так как не конкретизировано. Сторона защиты, соглашаясь с предложенной государственным обвинителем переквалификацией, не соглашалась с обвинением по ст. 292 УК РФ, как ошибочно посчитал суд, а просила прекратить дело в полном объеме.

Обстоятельства, которые защита расценивает как нарушения, допущенные в постановлении о привлечении Минкина в качестве обвиняемого, связаны с оценкой представляемых сторонами доказательств и правильно не рассматривались судом на предварительном слушании.

В судебном заседании государственный обвинитель в соответствии с предоставленными ему законом полномочиями изменил предъявленное Минкину обвинение, квалифицируя инкриминируемое деяние по ст. 292 УК РФ (в редакции ФЗ N 162 от 08.12.2003). В связи с изменением обвинения Минкину государственный обвинитель пришел к выводу о направлении уголовного дела по подсудности в Интинский федеральный суд РК.

Заслушав мнение сторон, суд обоснованно удовлетворил заявленное государственным обвинителем ходатайство, поскольку изменение обвинения Минкину Т.Р. не ухудшает положение обвиняемого.

Изменение обвинения государственным обвинителем повлекло за собой изменение подсудности рассмотрения дела. Поэтому в соответствии с ч. 5 ст. 236 УПК РФ суд был обязан направить уголовное дело по подсудности в Интинский федеральный суд РК.

Таким образом, все доводы сторон защиты и обвинения судом рассмотрены и по ним принято решение, соответствующее требованиям уголовно-процессуального закона. Поэтому судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы <6>.

<6> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18.05.2009 N 3-009-7 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

Постановление судьи, принятое по итогам предварительного слушания, об отказе в удовлетворении ходатайств о возвращении уголовного дела прокурору, его прекращении обжалованию не подлежит. В случае возбуждения кассационного производства, жалобы подлежат оставлению без рассмотрения, а кассационные производства - прекращению.

Постановлением судьи Нижегородского областного суда от 31 декабря 2008 г., которым по уголовному делу в отношении Моисеева Евгения Владимировича, родившегося 11 марта 1970 г. в городе Арзамас-16 Нижегородской области, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 303 УК РФ, назначено судебное заседание по результатам предварительного слушания.

Заслушав доклад судьи Воронова А.В., выступление прокурора Химченковой М.М., полагавшей необходимым прекратить кассационное производство, Судебная коллегия установила:

органами предварительного расследования Моисеев по ч. 3 ст. 303 УК РФ обвинялся в фальсификации доказательств по уголовному делу о тяжком или об особо тяжком преступлении.

По итогам предварительного слушания судья Нижегородского областного суда вынес постановление от 11 марта 1970 г., которым назначил открытое судебное заседание, оставил без изменения меру пресечения - подписку о невыезде и надлежащем поведении, отказал в удовлетворении ходатайств стороны защиты об исключении ряда доказательств, возвращении уголовного дела прокурору, прекращении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

В кассационных жалобах участники процесса со стороны защиты просили отменить постановление судьи в части отказа в удовлетворении ходатайств о возвращении уголовного дела прокурору и прекращении уголовного дела, дело возвратить прокурору Нижегородской области для устранения недостатков обвинительного заключения.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ, сославшись на ч. 7 ст. 236 УПК РФ, в рассмотрении кассационных жалоб отказала, производства по ним прекратила. В обоснование своей позиции кассационная инстанция привела следующие доводы.

В соответствии с правовой позицией, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлениях от 2 июля 1998 г. N 20-П, от 8 декабря 2003 г. N 18-П и Определениях от 9 июня 2004 г. N 223-О, от 30 сентября 2004 г. N 252-О, от 20 октября 2005 г. N 404-О, положения ч. 7 ст. 236 УПК РФ предоставляют заинтересованным участникам уголовного процесса возможность обжалования в кассационном порядке помимо вышеуказанных также и тех судебных решений, принятых в ходе предварительного слушания, которыми объективно создаются препятствия для дальнейшего движения дела и его рассмотрения в разумные сроки либо ограничиваются конституционные права граждан на судебную защиту и доступ к правосудию еще до завершения производства в суде первой инстанции.

Указанные решения не препятствовали дальнейшему движению дела и рассмотрению его в разумные сроки и не ограничивали конституционные права участников уголовного судопроизводства на судебную защиту и доступ к правосудию. Не исключали такие решения и возможность заявления подобных ходатайств в ходе судебного разбирательства и обжалования отказа в их удовлетворении одновременно с обжалованием итогового решения суда, а поэтому самостоятельному обжалованию в кассационном порядке они не подлежали <7>.

<7> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17.03.2009 N 9-О09-3 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

/"Мировой судья", 2011, N 11/

Статья 11. Особенности применения ст. 239 УПК РФ на современном этапе развития российского уголовного процесса.

Особенности производства о применении принудительных мер медицинского характера регламентируются главой 51 УПК РФ. По общему правилу рассмотрение уголовного дела производится в общем порядке с изъятиями, предусмотренными положениями данной главы (ч. 1 ст. 441 УПК РФ). При этом суд, признав, что лицо не представляет опасности по своему психическому состоянию либо им совершено деяние небольшой тяжести, выносит постановление о прекращении уголовного дела и об отказе в применении мер медицинского характера. Одновременно разрешается и вопрос о мере пресечения (ч. 2 ст. 443 УПК РФ).

Органами предварительного расследования Прудникову инкриминировалось совершение в состоянии невменяемости запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 116, ч. 2 ст. 297, ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Постановлением Свердловского областного суда от 21 апреля 2010 г. уголовное дело в отношении Прудникова в части совершения им запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 116, ч. 2 ст. 297 УК РФ, в состоянии невменяемости прекращено, отказано в применении по ним принудительных мер медицинского характера.

Принято решение копию постановления направить в орган здравоохранения для решения вопроса о лечении Прудникова или направлении его в психиатрический стационар.

Это же уголовное дело в отношении Прудникова в части инкриминируемого ему запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, направлено по подсудности в Слободо-Туринский районный суд Свердловской области для рассмотрения по существу.

Мера пресечения в отношении В.К. Прудникова оставлена прежняя - подписка о невыезде.

В кассационной жалобе Прудников просил его отменить, считая, что судом были неправильно разрешены его отводы, заявленные судье; производство по делу возобновлено незаконно, безмотивно, постановление об этом, подписанное судьей, в материалах дела отсутствует; его ходатайства, связанные с необходимостью размещения в зале судебного заседания надлежащего изображения Государственного герба РФ, необоснованно не были удовлетворены.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в удовлетворении жалобы отказала по следующим основаниям.

Обжалуемое судебное решение отвечает требованиям закона, вынесено в рамках ст. 236 УПК РФ. Установив, что В.К. Прудникову инкриминированы запрещенные уголовным законом деяния, отнесенные к категории небольшой тяжести, суд обоснованно, в соответствии с ч. 2 ст. 443 УПК РФ принял правильное решение о прекращении в отношении его уголовного дела в части, касающейся деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 116 и ч. 2 ст. 297 УК РФ. Такое решение соответствует п. 4 ч. 1 ст. 236 УПК РФ.

Поскольку уголовное дело в части деяния, запрещенного уголовным законом, предусмотренным ч. 1 ст. 318 УК РФ, подсудно районному суду, постановление суда, касающееся направления уголовного дела в этой части по подсудности в Слободо-Туринский районный суд Свердловской области для рассмотрения по существу, является обоснованным. Принятие подобного рода решений на стадии предварительного слушания по делу прямо предусмотрено в законе, а именно в п. 1 ч. 1 ст. 236 УПК РФ. Вопреки доводам жалобы В.К. Прудникова, все отводы и ходатайства, заявленные им в судебном заседании, разрешены в установленном законом порядке. Оснований для отводов судьи, председательствующего по делу, из материалов дела не усматривается.

Поскольку у Прудникова В.К. появилась реальная возможность явиться в судебное заседание, суд обоснованно возобновил производство по делу, о чем имеется запись в протоколе судебного заседания от 19 апреля 2010 г. (т. 5 л.д. 28). Вопреки доводам жалобы, вынесения постановления о возобновлении судом производства по делу в виде отдельного процессуального документа, ст. 256 УПК РФ не требует.

Судебное заседание проведено с соблюдением принципа состязательности сторон, с соблюдением права Прудникова В.К. на защиту, поскольку в его интересах на судебном разбирательстве принимали участие адвокат и законный представитель.

Отсутствие в зале судебных заседаний Герба РФ, изображенного должным образом, не обесценивает судебное решение по своей сути, не влияет на его законность и обоснованность, поскольку обжалуемое постановление суда вынесено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основано на правильном применении норм уголовного закона.

Решение суда об оставлении Прудникову меры пресечения принято судом в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона <1>.

<1> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 15.07.2010 N 45-О10-65 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.
  1. Очевидно, что вышеуказанное постановление краевого суда подлежало обжалованию лишь в части прекращения уголовного дела, направления его по подсудности и в части меры пресечения. В остальной части жалоба Прудникова подлежала оставлению без рассмотрения, а кассационное производство в этой части прекращению.

Отказ прокурора от обвинения полностью или в части обязателен для суда. Удовлетворяя ходатайство прокурора об отказе в обвинении, суд отражает в постановлении, об исключении какого обвинения и в какой части ходатайствовал прокурор; формулировка при этом нового обвинения - обязанность не суда, а прокурора. Данную функцию государственный обвинитель выполняет в подготовительной части судебного заседания, когда излагает позицию стороны обвинения.

Органами предварительного расследования Фастовец обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, п. "а", "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ.

В стадии предварительного слушания удовлетворено ходатайство прокурора: из обвинения Фастовца исключен квалифицирующий признак п. "в" ч. 4 ст. 290 УК РФ - получение взятки, совершенной с вымогательством; исключено указание на то, что привлечение Джальмишева к преступной деятельности имело место как "совместно действующего соучастника, осведомленного о предназначении денег в качестве взятки.

По результатам предварительного слушания назначено открытое судебное заседание с участием коллегии присяжных заседателей.

В ходатайстве стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору отказано.

В кассационных жалобах участники процесса со стороны защиты просили постановление отменить, мотивируя это тем, что суд должен был исследовать доказательства по делу и только после того принимать отказ прокурора от обвинения. В соответствии со ст. 239 УПК РФ суд должен был прекратить дело в этой части, но не сделал этого.

Мотивы отказа от обвинения прокурор не указал, доказательства не проанализировал. Непонятно, в чем теперь обвиняется Фастовец и от какого обвинения он должен защищаться. Судья необоснованно исключила из обвинения Фастовца указание о том, что Джальмишев является соучастником получения взятки от Мурадяна. Это ухудшает положение Фастовца. Прокурор отказался от обвинения в том, что Фастовец получил взятку через посредника. Поскольку посредник освобожден от уголовной ответственности, делается вывод о том, что Фастовец взятку не получал.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не нашла оснований для отмены постановления суда по результатам предварительного слушания уголовного дела.

Принятое судом решение соответствует положениям ст. 236 УПК РФ, согласно которым в ходе предварительного слушания уголовного дела прокурор вправе изменить обвинение и судья должен отразить это в постановлении по результатам предварительного слушания уголовного дела.

Закон допускает изменение обвинения прокурором в ходе предварительного слушания дела в сторону, не ухудшающую положение обвиняемого (подсудимого). Из материалов данного дела видно, что прокурор просил исключить из обвинения Фастовца получение взятки через посредника, поскольку органы следствия пришли к выводу, что посредник (Джальмишев) заблуждался относительно действий Фастовца, и прекратил в отношении Джальмишева уголовное дело за отсутствием в деянии состава преступления. Кроме того, прокурор отказался от обвинения Фастовца Н.Н. в вымогательстве взятки.

Эти обстоятельства судья отразил в Постановлении, что соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.

Исследование доказательств в стадии предварительного слушания уголовного дела и прекращение дела законом не предусмотрено.

В соответствии с требованиями ст. 273 УПК РФ государственный обвинитель обязан изложить (сформулировать) обвинение в начале судебного следствия. Таким образом, действия суда соответствуют закону <2>.

<2> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 12.08.2010 N 4-О10-107 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2010 г.

Органами предварительного расследования Фомин и др. обвинялись в совершении целого ряда преступлений. Постановлением судьи Иркутского областного суда от 4 февраля 2009 г. уголовное дело со стадии предварительного слушания возвращено прокурору Иркутской области для устранения препятствий его рассмотрения судом, каковыми, по мнению судьи, явились нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные органами следствия при ознакомлении обвиняемых Фомина и др. с материалами уголовного дела, а также нарушения прав Андреева, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера.

В кассационном представлении государственный обвинитель просил постановление судьи отменить и дело направить на новое судебное разбирательство, так как органами следствия не было допущено нарушений прав обвиняемых, а допущенное в отношении Андреева нарушение является несущественным и не может служить безусловным основанием для возвращения уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным ст. 237 УПК РФ.

Суд сам мог восполнить права Андреева, предоставив ему возможность ознакомиться с материалами уголовного дела. Вывод судьи о том, что законный представитель Андреева не может представлять в силу возраста и физических недостатков интересы Андреева, по мнению автора кассационного представления, является ошибочным.

В кассационной жалобе обвиняемый Е.А. Фомин, не оспаривая по существу выводов судьи о допущенных органами следствия нарушениях закона, просил не возвращать уголовное дело прокурору, а исправить их при рассмотрении уголовного дела в суде. Он полагает, что возвращение уголовного дела "приведет к затягиванию его рассмотрения", а также к нарушению прав потерпевших.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ пришла к выводу о наличии оснований для изменения постановления судьи.

Из содержания постановления следует, что основанием для возвращения уголовного дела прокурору явилось: нарушение следователем требований ст. 217 УПК РФ (ознакомление обвиняемых с материалами уголовного дела не в полном объеме и не в том виде, в каком они поступили в суд; отсутствие некоторых протоколов ознакомления с материалами дела обвиняемого Фомина с содержащимися в них ходатайствами); нарушение права на защиту обвиняемого Фомина, выразившееся в поверхностном ознакомлении его защитника адвоката Беловой с материалами уголовного дела по окончании предварительного следствия; проведение следственных действий следователем Лобастовым, который не входил в следственную группу и которому это дело не передавалось в установленном законом порядке; нарушение органами следствия прав Андреева, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера: знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять ходатайства, обжаловать принятые по делу процессуальные решения, получать копию постановления о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, осуществлять свои права с помощью законного представителя.

Постановление судьи в части решения о возвращении уголовного дела прокурору в связи с нарушениями органами следствия прав Андреева, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, является законным и обоснованным.

Судья, с учетом адекватного поведения Андреева в судебном заседании, обоснованно пришел к выводу о том, что органами следствия Андрееву, в целях реализации его права на защиту, должны быть представлены лично для ознакомления материалы уголовного дела, а также вручена копия постановления о направлении материалов уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера.

Такой вывод судьи согласуется с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в Постановлении N 13-П от 20 ноября 2007 г., содержание которых приведено в обжалуемом Постановлении судьи Иркутского областного суда от 4 февраля 2009 г.

Возможность участия в суде Андреева ему предоставлена в целях обеспечения его права быть выслушанным и довести до сведения суда свое мнение относительно рассматриваемых судом вопросов, поскольку они непосредственно затрагивают его конституционные права и свободы.

Для этого ему должны быть предоставлены равные с другими обвиняемыми по данному делу лицами процессуальные права, в частности, знакомиться с материалами уголовного дела, заявлять ходатайства, обжаловать принятые по делу процессуальные решения.

Иное противоречило бы принципу, закрепленному в ст. 46 Конституции РФ, о гарантии судебной защиты прав и свобод каждого, а также принципам состязательности судопроизводства и равноправия сторон, предусмотренным ч. 3 ст. 123 Конституция РФ.

Судом также обоснованно сделан вывод о том, что Вьюшин, признанный законным представителем Андреева, не способен в силу своего престарелого возраста (83 года) и физических недостатков (плохого зрения и слуха) представлять его интересы при ознакомлении с материалами уголовного дела и эффективно осуществлять защиту Андреева.

Между тем закрепленное в ч. 1 ст. 437 УПК РФ правило о привлечении на основании постановления следователя или суда законного представителя лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, к участию в уголовном деле служит важной гарантией прав лиц, не способных (или недостаточно способных) самостоятельно участвовать в судопроизводстве в силу наличия у них психического расстройства.

В такой ситуации органы следствия обязаны устранить указанные недостатки, поскольку допущенные ими нарушения прав являются существенными и неустранимыми в судебном заседании, что исключает возможность вынесения судом решения в отношении него.

Вывод судьи о том, что обвиняемые не были ознакомлены с материалами уголовного дела в полном объеме, не основан на материалах уголовного дела.

Из протоколов, составленных следователем в порядке ст. 218 УПК РФ, следует, что все обвиняемые ознакомлены с материалами уголовного дела в полном объеме.

Об этом свидетельствуют их подписи в протоколах, а также подписи защитников, ознакомившихся с материалами уголовного дела вместе с обвиняемыми.

Отказ Золотарева от подписания протокола 15 декабря 2008 г. удостоверен следователем, а также подписями защитника в порядке, предусмотренном ст. 167 УПК РФ. При этом Золотареву была предоставлена возможность дать объяснения причин отказа, однако свой отказ от подписания протокола он ничем не мотивировал.

Из протоколов указанных следственных действий видно, что обвиняемые и их защитники не пожелали знакомиться с вещественными доказательствами по делу.

Каких-либо ходатайств после ознакомления с материалами уголовного дела ни обвиняемые, ни их защитники не заявили.

Протоколы ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела составлены в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 218 УПК РФ.

Каких-либо оснований ставить под сомнение правильность и достоверность изложенных в них сведений не имеется.

То обстоятельство, что к материалам дела не приобщены графики ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела, на что сослался судья в постановлении о возвращении дела прокурору, не может служить основанием для принятия такого решения. Как установлено судьей, и это следует из рапорта следователя, графики ознакомления с материалами дела были утеряны при обстоятельствах, указанных в рапорте.

Уголовно-процессуальным законом не предусмотрено обязательного ведения таких графиков при ознакомлении обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела.

Ссылка судьи на то, что в материалах уголовного дела отсутствует несколько протоколов ознакомления Фомина с материалами уголовного дела, которые исследовались в Свердловском районном суде г. Иркутска при рассмотрении вопроса об установлении обвиняемому определенного срока для ознакомления с материалами уголовного дела, не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Протоколы ознакомления Фомина со всеми материалами уголовного дела в деле имеются. Сам Фомин, как следует из протокола судебного заседания, не отрицал, что подписи в данных протоколах выполнены им лично.

Утверждение Фомина о том, что эти подписи "были добыты под психологическим давлением и обманным путем" ничем объективно не подтверждено.

Вывод судьи о том, что в протоколах ознакомления с материалами дела могли содержаться ходатайства обвиняемого Фомина, по которым следователем не принималось решений, является предположением и ни на чем не основан.

Из протокола судебного заседания видно, что сами обвиняемые, в том числе и Фомин, в судебном заседании не высказывали утверждений о том, что ими при ознакомлении с материалами уголовного дела были заявлены ходатайства, связанные с производством или дополнением предварительного следствия, которые бы остались следователем не рассмотренными.

В протоколах ознакомления с материалами уголовного дела, которые имеются в деле и подписаны обвиняемыми и их защитниками, каких-либо ходатайств также не содержится.

Кроме того, Судебная коллегия отмечает, что ознакомление обвиняемых с материалами уголовного дела велось с августа 2007 г. по декабрь 2008 г., т.е. один год и четыре месяца.

В материалах дела не содержится сведений о том, что обвиняемые и их защитники обращались с жалобами прокурору или в суд на действия следователя, которые были бы вызваны ограничением прав обвиняемых на ознакомления с материалами уголовного дела, равно как и с жалобами на то, что к обвиняемым применялись незаконные методы воздействия при подписании протоколов следственных действий или же что следователь не разрешает их ходатайств в установленном законом порядке.

Из материалов дела видно, что органы следствия сами инициировали перед судом вопросы, связанные с выполнением требований ст. 217 УПК РФ.

Так, в деле имеется судебное решение, вынесенное в порядке, предусмотренном ст. 125 и ч. 3 ст. 217 УПК РФ, по ходатайству руководителя следственного отдела по г. Ангарску следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ об установлении обвиняемому Фомину определенного срока для ознакомления с материалами уголовного дела в связи с тем, что он явно затягивал время ознакомления с материалами уголовного дела.

То обстоятельство, что в постановлении судьи Свердловского районного суда г. Иркутска, установившего Фомину определенный срок для ознакомления с материалами уголовного дела, указано, что Фомин ко 2 сентября 2008 г. ознакомился лишь с 20 томами уголовного дела, вовсе не свидетельствует о том, что дело ему и другим обвиняемым предлагалось к ознакомлению в 20 томах, о чем судьей Иркутского областного суда ошибочно сделан вывод в обжалуемом Постановлении от 4 февраля 2009 г.

Именно данное обстоятельство (ознакомление с 20 томами уголовного дала, а не со всеми материалами дела) и затягивание Фоминым времени ознакомления с материалами дела в полном объеме побудили руководителя следственного отдела обратиться в Свердловский районный суд г. Иркутска с ходатайством об установлении определенного срока для ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела.

Обвиняемый в судебном заседании не отрицал, что он ознакомился с уголовным делом в полном объеме, которое, судя по протоколу ознакомления с делом, на тот момент составляло 25 томов.

Право обвиняемых на дополнительное ознакомление с материалами уголовного дела, о чем некоторые из них заявили в суде, могло быть им обеспечено судьей и без возвращения уголовного дела прокурору.

Вывод судьи о том, что право Фомина на защиту было нарушено, поскольку его защитник знакомилась с материалами дела непродолжительное время, не может быть признан обоснованным. Из материалов дела видно, что ни обвиняемый, ни сам адвокат в ходе следствия не подавали каких-либо жалоб или заявлений о том, что указанный адвокат недостаточно полно ознакомился с материалами уголовного дела.

Кроме того, как уже отмечалось, обвиняемый и его защитник вправе знакомиться с материалами дела как на предварительном следствии, так и дополнительно в суде.

Законом предусмотрена возможность обвиняемого и его защитника снимать копии с имеющихся в уголовном деле документов, в том числе и с помощью технических средств (ч. 2 ст. 217 УПК РФ).

Ссылка судьи на то, что в выполнении требований ст. 217 УПК РФ принимал участие следователь Лобастов, которым дело не принималось к своему производству, не может служить основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

По смыслу ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия.

Из материалов дела видно, что требования ст. ст. 217 и 218 УПК РФ, касающиеся ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела и составления протоколов соответствующих следственных действий, в полном объеме выполнены следователем, которому заместителем руководителя следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Иркутской области было поручено принять к своему производству уголовное дело и провести расследование по нему.

Каких-либо процессуальных решений, которые бы затрагивали права обвиняемых по данному делу лиц, при их ознакомлении с материалами уголовного дела, следователем не принималось. В самом Постановлении судьи Иркутского областного суда также не содержится аргументированных выводов о том, что действиями следователя было допущено неустранимое в судебном производстве нарушение процессуальных прав обвиняемых по данному делу лиц, и что в результате возвращения дела прокурору эти права могут быть каким-то образом восстановлены.

Согласно ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ.

Данные требования уголовно-процессуального закона судьей при возвращении дела прокурору и решении вопроса о мере пресечения в отношении обвиняемого не нарушены.

Доводы кассационной жалобы обвиняемого Фомина о том, что органами следствия при предъявлении ему материалов дела для ознакомления были нарушены требования ч. 5 ст. 109 УПК РФ, не основаны на материалах уголовного дела, из которых видно, что данные требования уголовно-процессуального закона следователем выполнены.

Материалы дела для ознакомления Фомину, судя по протоколу данного следственного действия, были предъявлены 17 августа 2007 г., в то время как Постановлением судьи Иркутского областного суда от 14 июня 2007 г. срок содержания его под стражей был продлен до 21 сентября 2007 г.

Несмотря на то, что решение судьи в части, содержащей выводы о нарушениях органами следствия прав обвиняемых и о возвращении по этому основанию уголовного дела прокурору Иркутской области для устранения препятствий его рассмотрения судом признано необоснованным, уголовное дело подлежит возвращению прокурору, поскольку органам следствия надлежит устранить нарушение прав Андреева, уголовное дело в отношении которого не выделено в отдельное производство.

В результате Постановление судьи Иркутского областного суда от 4 февраля 2009 г. было изменено: в части, содержащей выводы о нарушениях органами следствия прав обвиняемых Фомина и др. и о возвращении по этому основанию уголовного дела прокурору Иркутской области для устранения препятствий его рассмотрения судом, решение судьи признано необоснованным.

Это же постановление, касающееся выводов судьи о нарушении органами следствия прав Андреева, а также о продлении Фомину срока содержания под стражей оставлено без изменения <3>.

<3> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 09.04.2009 N 66-009-34 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

Постановление судьи Белгородского областного суда от 28 июля 2009 г., по которому дело в отношении Андрея Семеновича Шатерникова, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 241 УК РФ; Евгения Алексеевича Шутяева, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, п. "а" ч. 2 ст. 241 УК РФ, по итогам предварительного слушания направлено по подсудности в Октябрьский районный суд г Белгорода в связи с изменением квалификации действий А.С. Шатерникова, Е.А. Шутяева и других лиц.

По тому же Постановлению суд оставил без удовлетворения ходатайство А.С. Шатерникова об изменении ему меры пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и продлил А.С. Шатерникову и Е.А. Шутяеву срок содержания их под стражей на два месяца, т.е. до 15 октября 2009 г.

Заслушав доклад судьи Н.Г. Лаврова, изложившего обстоятельства дела и доводы жалобы, мнение прокурора В.А. Аверкиевой, полагавшей постановление оставить без изменения, судебная коллегия <4>.

<4> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда от 13.10.2009 N 57-о09-16 // Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.
  1. Органами предварительного следствия Шатерников и Шутяев обвинялись в организации занятия проституцией, содержании притона для занятия проституцией. В ходе предварительного слушания прокурор заявил об отказе от обвинения по ч. ч. 1 и 2 ст. 210 УК РФ - создании преступного сообщества для совершения тяжких преступлений, в руководстве таким сообществом, в участии в преступном сообществе, за отсутствием состава преступления. Удовлетворив ходатайство прокурора, суд направил дело по подсудности в Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит постановление судьи законным и обоснованным.

В соответствии с требованием Закона, отказ государственного обвинителя от обвинения полностью или в части является обязательным для суда.

Как видно из материалов дела, прокурор частично изменил предъявленное А.С. Шатерникову и Е.А. Шутяеву обвинение и заявил об отказе от обвинения А.С. Шатерникова, Е.А. Шутяева и других обвиняемых по ч. 1 ст. 210, ч. 2 ст. 210 УК РФ. Данное ходатайство судом удовлетворено.

В связи с изменением квалификации действий обвиняемых и в соответствии со ст. ст. 31, 34 и ч. ч. 1 и 5 ст. 236 УПК РФ суд обоснованно принял решение о направлении дела по подсудности для рассмотрения Октябрьским районным судом г. Белгорода.

Одновременно с вынесением постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования судья в соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ принимает решение о мере пресечения в отношении обвиняемого (в том числе о заключении под стражу). В постановлении следует указать конкретный срок, на который продлевается содержание лица под стражей или домашний арест, исходя из его разумности с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ, а также дату его окончания. По вступлении постановления суда в законную силу уголовное дело направляется прокурору, после чего обвиняемый, содержащийся под стражей, перечисляется за прокуратурой <5>.

<5> Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 13.10.2009 N 57-О09-17. Электронный архив Верховного Суда РФ за 2009 г.

Вынося по результатам предварительного слушания постановление о прекращении уголовного дела, уголовного преследования, судья в соответствии со ст. ст. 131 и 132 УПК РФ при наличии к тому оснований должен решить вопрос о возмещении процессуальных издержек (например, связанных с участием в деле защитника, потерпевшего, свидетеля, переводчика, когда уголовное дело или уголовное преследование прекращено по результатам предварительного слушания). При этом, исходя из положений ч. 1 ст. 132 УПК РФ, согласно которым процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета либо подлежат взысканию с осужденного, судья не вправе возложить обязанность по возмещению расходов, относящихся к процессуальным издержкам, на обвиняемого, поскольку в отношении него не был постановлен обвинительный приговор <6>.

<6> Пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству".