Мудрый Юрист

Еще раз о малозначительности административных правонарушений

Непринцев А.В., мировой судья судебного участка N 2 Поворинского района Воронежской области.

Статья посвящена вопросу малозначительности административных правонарушений.

Ключевые слова: административное правонарушение, малозначительность.

The article is devoted insignificance of administrative offenses.

В статье "К вопросу о малозначительности административных правонарушений: некоторые проблемы теории и практики" старший преподаватель Сибирского университета потребительской кооперации О.Н. Шерстобоев предпринял попытку доказать, что применение положений ст. 2.9 КоАП РФ возможно только при условии комплексной оценки всех элементов состава административного правонарушения (Российская юстиция. 2008. N 10).

Искренне уважая право О.Н. Шерстобоева на отстаивание своей точки зрения, считаю все-таки его позицию ошибочной.

Главные ошибки О.Н. Шерстобоева в подходе к теме исследования заключаются в оставлении без внимания семантического (смыслового) значения понятия "малозначительность" и допущении своеобразной игры терминологией, повлекшей подмену понятий.

В этой связи в первую очередь необходимо акцентировать внимание на том, что исследование любого правового понятия обязательно должно начинаться с семантического анализа, то есть с выяснения его смысла, буквального значения. Каждый нормативный акт есть совокупность слов, выражений, оборотов речи, сочетание которых определяет смысл правовой нормы, а в итоге - волю законодателя.

"Значительный - 1) большой по размерам, силе; 2) имеющий большое значение, важный; 3) очень выразительный, наполненный каким-нибудь значением. Мало - первая часть сложных слов в значении немного, недостаточно" (См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1987. С. 190, 272).

Семантический анализ не оставляет никаких сомнений в том, что судить о значительности или малозначительности административного правонарушения возможно только по интенсивности его внешнего проявления, степени негативного воздействия и влияния на охраняемые законом общественные отношения, то есть исключительно по объективной стороне правонарушения.

Отправной точкой своего исследования О.Н. Шерстобоев выбрал суждение о том, что, поскольку в ст. 2.9 КоАП РФ говорится о малозначительности именно совершенного административного правонарушения, то малозначительность является качеством всего административного правонарушения.

Действительно, о малозначительности деяния можно вести речь только при совершенном административном правонарушении. При отсутствии состава административного правонарушения рассуждения о малозначительности деяния становятся беспредметными. При такой постановке вопроса малозначительность, бесспорно, является качеством всего правонарушения.

Однако О.Н. Шерстобоев, утверждая, что "степень вредности (опасности) противоправного деяния следует оценивать через всю совокупность элементов, а не какой-то его части", пытается доказать, что малозначительность представляет собой своеобразную сумму, обязательно складывающуюся из малозначительности каждого признака правонарушения. В этой связи, анализируя все признаки состава правонарушения, он пытается выявить критерии определения малозначительности объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны административного правонарушения.

Между тем стремление привести все признаки деяния к общему знаменателю заведомо не может дать желаемого результата, поскольку отсутствие в тексте ст. 2.9. КоАП РФ каких-либо пояснений, уточнений, ссылок, оговорок свидетельствует о том, что законодатель использовал понятие "малозначительность" именно в его буквальном смысле, предопределяемом, повторюсь, исключительно объективной стороной правонарушения.

Таким образом, любые попытки доказать зависимость малозначительности деяния от других, кроме объективной стороны, признаков административного правонарушения не имеют под собой ни методологических, ни правовых оснований. Закономерно, что все доводы О.Н. Шерстобоева о значимости объекта, субъекта и субъективной стороны состава административного правонарушения для вывода о малозначительности деяния сопровождаются неизбежными оговорками о необходимости дополнительного учета других обстоятельств, которые в конечном счете сводятся опять же к признанию фундаментального значения только объективной стороны.

В ошибочности суждений и выводов О.Н. Шерстобоева достаточно легко убедиться на таких примерах.

Граждане А. и Б. совершили правонарушения, предусмотренные ч. 4 ст. 12.15. КоАП РФ, не повлекшие реального вреда, при следующих обстоятельствах.

А., ранее неоднократно привлекавшийся к административной ответственности за правонарушения в области безопасности дорожного движения, управляя автомобилем, рано утром, в условиях хорошей видимости, на пустынной автодороге, в нарушение Правил дорожного движения, умышленно выехал на полосу встречного движения, проехал по ней значительное расстояние и был остановлен сотрудниками ГИБДД. Проверкой установлено, что действия водителя были обусловлены тем, что дорожное покрытие на данном участке было очень низкого качества, имело значительные повреждения, вследствие чего автомобиль сильно трясло. Выехав на полосу встречного движения с хорошим дорожным покрытием, гражданин А. думал о покое малолетнего ребенка, спавшего на заднем сиденье автомобиля, и о сохранении нормального технического состояния транспортного средства.

Законопослушный гражданин Б. задумался за рулем и по неосторожности выехал на полосу встречного движения, создав аварийную обстановку, вынудившую водителя встречного автомобиля во избежание столкновения транспортных средств на значительной скорости съехать в кювет. Только по счастливой случайности люди и транспортные средства не пострадали.

Следуя логике суждений О.Н. Шерстобоева, вопрос об освобождении гражданина А. от административной ответственности по мотиву малозначительности его действий не может обсуждаться в принципе, поскольку водитель нарушил Правила дорожного движения умышленно и ранее неоднократно привлекался к административной ответственности за однородные правонарушения.

Однако такой подход к решению вопроса противоречит принципу равенства перед законом, закрепленному в ст. 1.4 КоАП РФ, согласно которому физические лица подлежат административной ответственности независимо от перечисленных в данной норме, а также других обстоятельств (выделено мною. - А.Н.).

Совершенно очевидно, что для применения к гражданину А. положений ст. 2.9 КоАП РФ имеются все основания, поскольку нарушение им Правил дорожного движения в данном конкретном случае носило чисто формальный характер и заведомо не создавало никакой угрозы общественным отношениям. Неосторожные же действия "хорошего" водителя Б. были намного опаснее умышленных действий "плохого" водителя А.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют об абсолютной правильности разъяснений, содержащихся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", согласно которым малозначительным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений, а такие обстоятельства, как личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, должны учитываться лишь при назначении административного наказания.

Примеры из судебной практики, приведенные в статье О.Н. Шерстобоева, нисколько не опровергают сказанного выше.

Если отвлечься от эмоционального описания злоключений граждан Узбекистана, совершивших правонарушение, предусмотренное ст. 18.10 КоАП РФ, станет абсолютно очевидно, что в конечном счете они были освобождены от административной ответственности именно ввиду отсутствия общественно опасных последствий их деяний. С этим фактически согласился и автор статьи, констатировавший, что по делу негативный результат (как признак объективной стороны) был сведен к минимуму. Не может вызывать возражений и суждение О.Н. Шерстобоева о том, что гораздо опаснее иностранцы, "принципиально не соблюдающие законодательство страны пребывания". Однако данный довод является правильным не потому, что эта категория иностранцев более опасна сама по себе, а только в связи с тем, что именно их "злостные" действия с неизбежностью причиняют серьезный вред или создают реальную угрозу его причинения охраняемым законом общественным отношениям.

Случай освобождения от административной ответственности иностранца только по причине его "желания интегрироваться в российском обществе" свидетельствует лишь о неправильном толковании и применении закона в конкретном деле, но никак не об остроте проблемы малозначительности административных правонарушений.

Также о недостатках правоприменительной деятельности свидетельствует и очень странный пример с человеком, похитившим имущество, принадлежавшее ОАО "Кнауф Гипс Новомосковск".

О.Н. Шерстобоев пишет: "Из материалов дела не видно, что правонарушитель предпринял попытку совершить именно мелкое хищение (то есть административное правонарушение) ... Скорее всего, правонарушитель не представлял стоимость указанного имущества, и окажись она чуть выше, то результатом для него могла бы стать и уголовная ответственность...".

Прежде всего возникает вопрос о том, как судья вообще мог приступить к рассмотрению дела и тем более сделать вывод о малозначительности деяния, если из представленных материалов не усматривалось административного правонарушения, а гражданин не имел представления о стоимости похищаемого имущества? Какие же сведения вообще содержались в материалах такого дела, если для правильной квалификации хищения необходимо установить стоимость похищаемого имущества и направленность умысла виновного. Если стоимость имущества не превышала ста рублей и виновный знал об этом или относился к данному факту безразлично, то он подлежал административной ответственности за мелкое хищение по фактически наступившим последствиям. В том случае, когда виновный считал это имущество более дорогостоящим, в его действиях, исходя из направленности умысла, содержался состав уголовно наказуемого покушения на кражу.

Статья 2.9 КоАП РФ в том виде, как она сформулирована, теоретически не препятствует освобождению от административной ответственности лиц, совершивших любые правонарушения, независимо от объектов посягательства, санкций соответствующих статей закона (которые в большинстве случаев являются альтернативными), формы вины правонарушителей, данных об их личности и других обстоятельств. Естественно, из любого правила могут быть и исключения.

Так, Верховный Суд РФ, реализовав полномочия, предоставленные ст. 126 Конституции РФ, в п. 9 Постановления Пленума от 24.10.2006 N 18 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" запретил судам расценивать в качестве малозначительных правонарушения, предусмотренные ст. ст. 12.8 и 12.26 КоАП РФ, повышенная общественная опасность которых ни при каких обстоятельствах не вызывает ни малейших сомнений. Достаточно вспомнить известную всем фразу: "Пьяный за рулем - преступник".

Совершенно очевидно, что здравомыслящий правоприменитель будет руководствоваться положениями ст. 2.9 КоАП РФ крайне избирательно, осторожно и только тогда, когда административные правонарушения не причинили существенного вреда общественным отношениям и не создали реальной угрозы его причинения. При наличии же такого вреда или серьезной угрозы его причинения попытки расценить деяние как малозначительное через другие элементы состава правонарушения будут являться откровенно незаконными.

При таком подходе к проблеме мысль о малозначительности вообще не возникнет, а ответы на мучительные вопросы о том, осознает ли делинквент последствия нарушения закона, раскаивается ли он, стремится ли вернуться в рамки российского правопорядка, не собирается ли в дальнейшем совершать противоправные деяния, на законном основании станут лишь средством индивидуализации наказания.

Положения о малозначительности деяния являются исключением из правила о том, что лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит административной ответственности и наказанию.