Мудрый Юрист

Порядок совещания судей при рассмотрении уголовного дела в президиуме суда нуждается в более детальном урегулировании

Давыдов В.А., кандидат юридических наук, судья, член Президиума Верховного Суда РФ.

Специфика надзорного производства, производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, особенность вопросов, которые в этих случаях подлежат разрешению судьями, настоятельно требуют самостоятельного регулирования порядка совещания судей. Автор предлагает свое видение проблемы.

Ключевые слова: уголовный процесс, УПК РФ, надзорное производство, производство ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, порядок совещания судей.

Specificity of supervisory, production due to new or newly discovered circumstances, especially the issues that in these cases to be settled by judges, urgently requires an independent regulation of the procedure of judges' deliberations. The author offers a vision problem.

При рассмотрении уголовного дела (пересмотре судебного решения) в президиуме суда по правилам производства в надзорной инстанции либо ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств порядок совещания судей имеет чрезвычайно важное значение, поскольку именно на данном этапе судебно-проверочной деятельности и решается судьба уголовного дела: то ли судебные акты, которые обрели силу закона, будут пересмотрены (отменены или изменены), а может быть и вовсе аннулированы, то ли оставлены в силе. Между тем порядок совещания судей в законе не урегулирован. Положения ст. 301 УПК РФ, устанавливающие порядок совещания судей при рассмотрении уголовного дела в суде первой инстанции, по правилу процессуальной аналогии, которая допускается в уголовном судопроизводстве, в принципе могут быть применены и при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов. Однако специфика надзорного производства и производства ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, особенности вопросов, которые подлежат разрешению судьями, настоятельно требует самостоятельного регулирования порядка совещания судей.

Данные судебной статистики свидетельствуют о том, что в российском уголовном судопроизводстве все еще достаточно большое количество ошибок, допущенных судами, выявляется и устраняется после вступления судебных актов в законную силу. Так, в 2010 г. президиумами судов удовлетворены надзорные жалобы и представления на приговоры и определения мировых судей - в отношении 1242 лиц. При этом отменены приговоры мировых судей в отношении 199 осужденных, 4 оправданных и определения по существу дела в отношении 61 человека, изменены приговоры и определения в отношении 718 человек <1>. За этот же период времени этими же судебными инстанциями удовлетворены надзорные жалобы и представления на приговоры и определения районных судов - в отношении 15826 человек, в том числе: приговоры отменены в отношении 1048 осужденных, 2 оправданных и определения по существу дела в отношении 465 человек, изменены приговоры в отношении 8748 человек <2>.

<1> Обзор статистических данных по уголовным делам, рассмотренным судами Российской Федерации в 2010 году // Архив ВС РФ.
<2> Там же.

Приведенные цифры лишний раз подтверждают правильность позиции Конституционного Суда РФ о том, что "исключение действующих надзорных процедур без одновременного создания системы своевременного предупреждения и исправления судебных ошибок привело бы к процессуально-правовому вакууму, дезорганизации не только деятельности судов надзорной инстанции, но и в целом гражданского судопроизводства, поставило бы под угрозу осуществление основной функции правосудия - обеспечение и эффективное восстановление нарушенных прав и свобод человека и гражданина" <3>. Очевидно, что названная позиция Конституционного Суда РФ в полной мере применима не только к гражданскому, но и к уголовному судопроизводству и подтверждением тому - Федеральный закон от 29 декабря 2010 г. N 433-ФЗ <4>, вступающий в силу с 1 января 2013 г. и сохраняющий, как минимум на ближайшую историческую перспективу, производства в президиумах судов по пересмотру вступивших в законную силу судебных актов.

<3> Постановление КС РФ от 05.02.2007 N 2-П "По делу о проверке конституционности статей 16, 20, 112, 336, 376, 377, 381, 382, 383, 387, 388 и 389 ГПК РФ в связи с запросом Кабинета Министров Республики Татарстан, жалобами открытых акционерных обществ "Нижнекамскнефтехим" и "Хакасэнерго", а также жалобами ряда граждан" // СЗ РФ. 2007. N 7. Ст. 932.
<4> Федеральный закон от 29.12.2010 N 433-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" // СЗ РФ. 2011. N 1. Ст. 45.

Нельзя не отметить, что законодатель, совершенствуя судебно-проверочные производства, в упомянутом Законе предусмотрел некоторые важные нововведения, направленные на упорядочивании процедуры совещания судей.

Например, заслуживает поддержки давно ожидаемая норма, предписывающая судам, пересматривающим вступившие в законную силу судебные акты, принимать решения исключительно в совещательной комнате (ч. 8 ст. 401.13 УПК РФ в ред. Федерального закона от 29.12.2010 N 433-ФЗ). Наряду с этим не вполне ясно, почему аналогичное правило не предусмотрено в ст. 412.10 УПК РФ этого же закона, для суда надзорной инстанции - Президиума Верховного Суда РФ. Думается, что здесь имеет место техническая ошибка, которая должна быть устранена до введения Закона в действие.

С 1 января 2013 г. при рассмотрении уголовного дела в президиуме суда первым будет голосоваться не проект постановления, как это заведено в судебной практике, а предложение, влекущее наиболее благоприятные последствия для осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено (ч. 9 ст. 401.13 УПК РФ в ред. Федерального закона от 29.12.2010 N 433-ФЗ). Причем неважно, кто вносит это предложение: автор жалобы или представления, судья-докладчик в проекте постановления, стороны в выступлениях либо член президиума при совещании судей. Думается, что уже сегодня это правило, в основе которого принципы презумпции невиновности и благоприятствования защите (favor defensionis), может и должно применяться президиумами, не дожидаясь 1 января 2013 г.

В связи с этой же новеллой законодателя, вполне логичным было бы по аналогии с положениями ч. 3 ст. 301 УПК РФ урегулировать и алгоритм поведения судьи, проголосовавшего за наиболее благоприятное для осужденного решение, но оставшегося в меньшинстве. Очевидно, что судья не вправе воздержаться (уклониться) от голосования. Однако очевидно и другое: судья, проголосовавший за отмену приговора и прекращение производства по делу за отсутствием в деянии состава преступления, не должен (вопреки своему убеждению и совести) привлекаться к голосованию по вопросам квалификации и меры наказания, если большинством голосов принято решение о внесении изменений в приговор. В таких случаях голос судьи, поданный за не нашедшее поддержки большинства наиболее благоприятное для осужденного решение, должен присоединяться к голосам, поданным за квалификацию преступления по уголовному закону, предусматривающему менее тяжкое преступление, и за назначение менее строгого наказания. Кроме того, судье, оставшемуся при особом мнении, закон должен гарантировать право письменно изложить это мнение в совещательной комнате.

Законодатель, сохраняя преемственность с положениями ныне действующего уголовно-процессуального закона (ч. 9 ст. 407 УПК РФ), предложил считать отклоненными жалобу и представление при равенстве голосов судей при производстве в кассационной инстанции (ч. 9 ст. 401.13 УПК РФ), а также в Президиуме Верховного Суда РФ (ч. 8 ст. 412.10 УПК РФ). Соответственно, это же правило распространяется и на производство ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств, где уголовное дело рассматривается по правилам надзорного производства (кассационного - в терминологии нового Закона).

Правило принятия решения большинством голосов - универсальное демократическое общепризнанное, правило, зародившееся во времена античных демократий и получившее широкое распространение, вначале в качестве способа формирования выборных органов государственной власти, а затем было распространено и на иные сферы общественных отношений. "Правило большинства" по самой своей сути - компромисс, своего рода договоренность, в соответствии с которой, меньшинство обязуется подчиниться воле большинства и этим обеспечивается стабильность общественных отношений, предотвращаются анархия и хаос. Конечно, абсолютно справедливым это правило назвать сложно, поскольку большинство, как правило, действует в интересах большинства. Однако какого-либо иного, более эффективного способа принятия решений, нежели голосование с признанием "права большинства", человечество пока не изобрело.

Нужно отметить, что в целом правило принятия решения большинством голосов не только приемлемо для правосудия, но и просто необходимо, поскольку в противном случае велика вероятность того, что уголовное дело, например при равенстве числа голосов судей, так и не найдет своего окончательного разрешения. В случаях, когда дело рассматривается тремя профессиональными судьями, решение в принципе не может быть принято иначе, кроме как единогласно либо двумя голосами против одного. Другой вопрос, когда уголовное дело рассматривается в президиуме верховного суда республики, краевого, областного или равного им суда либо в Президиуме Верховного Суда РФ, где голоса членов президиума могут разделиться поровну. Закон в таких случаях, как мы отмечали, предписывает считать отклоненными надзорные жалобу или представление, равно как и заключение прокурора и представление Председателя Верховного Суда РФ, вне зависимости от оснований, по которым ставился вопрос о пересмотре судебного акта (либо оснований, высказанных в процессе рассмотрения уголовного дела и совещания судей) <5>.

<5> У советского законодателя подход был аналогичным (ч. 5 ст. 377 УПК РСФСР 1960 г.): при равенстве голосов протест, как не собравший большинства, считался отклоненным (соответственно, и заключение прокурора).

Представляется, что такая позиция законодателя не согласуется с общепризнанным правилом "благоприятствование защите" (favor defensionis), а главное, с конституционным принципом презумпции невиновности, который нашел отражение в уголовно-процессуальном законе (ч. 3 ст. 14 УПК РФ), поскольку при равенстве голосов "в пользу осужденного" и "во вред ему" сомнения в виновности закон предписывает толковать не в пользу осужденного, а "в пользу обвинительного приговора".

В качестве примера можно привести уголовное дело в отношении П., рассмотренное Президиумом Верховного Суда РФ по представлению Председателя Верховного Суда РФ в связи с решением Европейского суда по правам человека. После принятия решения об отмене судебных решений с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение встал вопрос об изменении меры пресечения в отношении П., который содержался под стражей, на подписку о невыезде. При голосовании голоса членов Президиума распределились поровну. В итоге П. остался под стражей, причем в полном соответствии с законом <6>.

<6> См.: Постановление Президиума ВС РФ от 29.08.2007 N 290-П07.

По другому уголовному делу Президиум Верховного Суда РФ четырьмя голосами против четырех отклонил надзорную жалобу осужденного З., в которой ставился вопрос об отмене судебных решений и передаче уголовного дела на новое судебное рассмотрение в связи с тем, что приговор был постановлен незаконным составом суда <7>.

<7> См.: Постановление Президиума ВС РФ от 16.03.2011 N 404-П10.

Позиция законодателя относительно существа решения суда при равенстве голосов основана на все том же "правиле большинства": поскольку большинство судей не проголосовало за удовлетворение жалобы, представления, заключения, постольку и нет оснований для отмены или изменения судебного акта. Между тем иметь в виду следует в первую очередь совсем иной аспект, а именно: можно ли, вопреки презумпции невиновности игнорировать мнение 1/2 состава суда, причем суда вышестоящего, а в приведенном примере - высшей судебно-надзорной инстанции страны? Правомочно ли государство ограничивать конституционные права гражданина на основании судебного решения, принятого двумя голосами против двух или тремя голосами против трех? Ответ очевиден и что любопытно, законодатель в принципе не отрицает возможность иного подхода в принятии решения при равенстве голосов.

Так, например, в соответствии с ч. 5 ст. 343 УПК РФ, если при вынесении вердикта голоса присяжных заседателей разделились поровну, то принимается наиболее благоприятный для подсудимого ответ. В этой связи не вполне понятно, почему при равенстве голосов присяжных заседателей (судей факта) принимается решение в пользу подсудимого, а при таком же результате голосования профессиональных судей в президиуме суда (судей права) - не в пользу осужденного.

В контексте наших рассуждений вполне уместным будет напомнить, что правило "при равенстве голосов - результат в пользу "преследуемого" законодатель использовал в ч. 3 ст. 8 Федерального конституционного закона "О Дисциплинарном судебном присутствии" <8>, в соответствии с которой, при равном количестве голосов жалоба судьи считается удовлетворенной, а обращения Председателя Верховного Суда РФ или Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ о прекращении полномочий судьи, в которых ставился вопрос о прекращении полномочий судьи, - отклоненными.

<8> ФКЗ от 09.10.2009 N 4-ФКЗ "О Дисциплинарном судебном присутствии".

В заключение хотелось бы напомнить, что аналогичный порядок голосования применялся при рассмотрении уголовных дел в Древней Греции, то есть более двадцати трех веков тому назад.

Аристотель, описывая "современный государственный строй афинян" (примерно 325 г. до н.э.), организацию суда и судопроизводства, отмечал следующее. Большинство судебных отделений состоит из 501 члена. Когда требуется поставить особо серьезное дело на обсуждение тысячного состава, в гелиэю собирается двойной состав суда. Дела исключительной важности передаются на рассмотрение 1500 судей, то есть тройного суда.

Судьи голосовали баллотировочными камешками (просверленные за истца, цельные - за ответчика), которые опускали в две амфоры - одну бронзовую (с решающим значением), другую деревянную (не имеющую значения). Лица, приставленные по жребию к баллотировочным камешкам, подсчитывали их на счетной доске, отдельно цельные, отдельно просверленные. Затем глашатай объявлял число голосов. За кого окажется больше, тот выигрывает дело, а если голосов окажется поровну, выигрывает подсудимый <9>.

<9> Аристотель. Афинская полития: Хрестоматия по истории государства и права зарубежных стран. Т. 1. Древний Мир и Средние века. М.: Норма, 2010. С. 170.

Думается, что это демократичное, справедливое, гуманное и известное с древности правило следовало бы восстановить в нормах уголовно-процессуального закона.