Мудрый Юрист

Консолидация теории и практики в решении проблем, связанных с юридической ответственностью и наказанием

Наука - это кладбище гипотез.

А.Пуанкаре

Вележев С.С., старший научный сотрудник организационно-научного и редакционно-издательского отдела Самарского юридического института ФСИН России, кандидат юридических наук.

Современная отечественная юридическая наука переживает период бурного развития. За последние пять лет в России появилось много замечательных работ, касающихся различных направлений юридической мысли. Ученые смело берутся за самые насущные, острые ранее не изученные проблемы. Особенно стоит отметить, что ученые стали понимать, что создать что-то действительно полезное можно только совместными усилиями, о чем свидетельствует большое количество научных мероприятий, проводимых ежегодно различными организациями, учебными заведениями, органами власти, общественными организациями. Зачастую число данных мероприятий вызывает негативное отношение: "Зачем проводить еще одно научное мероприятие, если их проводится и так много?". Однако именно это и порождает своего рода научную конкуренцию. Уже для того, чтобы привлечь известнейших ученых и квалифицированных сотрудников практических органов, организаторы научных мероприятий стараются выбирать наиболее актуальные проблемы, решение которых крайне необходимо в настоящее время и всецело способствует конструктивному диалогу, что позволяет получить новые продуктивные идеи относительно решения той или иной проблемы.

К сожалению, в России, как и в некоторых других государствах, наблюдается излишняя теоретизированность юридических научных исследований, и практики в этом неоднократно совершенно справедливо упрекали теоретиков. По сути дела, получается, что наука, призванная помогать практическому работнику в его повседневной деятельности, отстраняется от своих обязанностей, и практики вынуждены довольствоваться теми уже давно устаревшими моделями, что у них есть. Можно сказать, что наука существует ради науки. И проблемы преступления и наказания тому не исключение. А ведь именно в настоящее время, в период глобальных реформ, осуществляемых в системе МВД и УИС России, остро ощущается потребность консолидации усилий теоретиков и практиков. Абсолютно справедливо, на наш взгляд, по этому поводу говорит ныне действующий директор ФСИН России А. Реймер: "Необходимо развивать прикладную составляющую науки. Наука должна работать на практику, а не существовать сама для себя". Такой попыткой и было проведение Самарским юридическим институтом ФСИН России совместно с Самарским государственным университетом, Институтом права Самарского государственного экономического университета (при поддержке губернской Думы, правительства и прокуратуры Самарской области) международной научно-практической конференции "Преступление и наказание: теоретическое моделирование, законодательное закрепление, правоприменительная практика". В приветственном слове начальник института Р.А. Ромашов сказал, что основная задача конференции - объединение ученых, представляющих не только разные страны и города, но и разные сферы научных знаний и практической деятельности. И, надо сказать, цель была достигнута. Особо радует тот факт, что на приглашение к участию в научном мероприятии откликнулось более 120 отечественных и зарубежных специалистов в области юриспруденции, представителей общественных организаций, территориальных органов ФСИН России, а также различных органов власти. Впервые в истории Самарского юридического института ФСИН России на конференции присутствовало такое большое количество людей, имеющих ученые степени и различные почетные звания. Среди них: 25 докторов наук и 57 кандидатов наук. В их числе: 1 академик, 18 профессоров, 27 доцентов.

Хотелось бы особо подчеркнуть, что описываемое научное мероприятие проходило на базе сравнительно молодого и, более того, специализированного вуза, что предопределяет в определенной степени изолированность от "гражданских" вузов. Учитывая это, география участников данной конференции просто впечатляет - в работе конференции приняли очное участие ведущие специалисты таких российских вузов, как Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики"; Московская государственная юридическая академия им. О.Е. Кутафина; Научно-исследовательский институт общественных и гуманитарных наук Волгоградской академии государственной службы; Российский университет Дружбы народов (г. Москва); Кубанский государственный университет; Санкт-Петербургский государственный университет; Самарский государственный университет; Санкт-Петербургский государственный университет экономики и финансов; Саратовский государственный университет; Курганский государственный университет; Псковский юридический институт ФСИН России; Воронежский государственный университет; Мордовский государственный университет им. Н.П. Огарева; Кировский филиал Академии ФСИН России; Ивановский государственный университет; Пензенский государственный университет; Институт экономики, управления и права (г. Казань); Саратовский государственный университет им. Н.Г. Чернышевского; Санкт-Петербургский институт академии Генпрокуратуры РФ; Курский государственный университет; Северо-Кавказский филиал Российской академии правосудия (г. Краснодар); Нижневартовский филиал Южно-Уральского государственного университета; Северо-Западная академия государственной службы; Новосибирский военный институт внутренних войск им. генерала армии И.К. Яковлева МВД России; Юридический институт Иркутского государственного университета.

Не может не радовать тот факт, что участие в конференции принимали и представители зарубежных вузов, международной русско-украинской общественной организации "Диалог-мир" и организации "Международная тюремная реформа" (PRI). Среди них президент международной русско-украинской общественной организации "Диалог-мир" и старший научный сотрудник Института государства и права им. В.М. Корецкого Национальной академии наук Украины кандидат экономических наук, профессор Гульнара Наримановна Муртазаева; декан юридического факультета Черновицкого национального университета доктор юридических наук, профессор Петро Станиславович Пацуркивский; профессор кафедры права Европейского союза и сравнительного правоведения Одесской национальной юридической академии доктор юридических наук, доцент Хашматулла Набиевич Бехруз; ведущий научный сотрудник Института государства и права им. В.М. Корецкого Национальной академии наук Украины доктор юридических наук, профессор Ольга Федоровна Андрийко; доцент кафедры теории и истории государства Одесского государственного университета внутренних дел кандидат юридических наук, доцент Лилия Георгиевна Матвеева; доцент кафедры гражданского права Одесской национальной юридической академии кандидат юридических наук Екатерина Михайловна Глиняная; доцент кафедры публичного права юридического факультета Учреждения образования Федерации профсоюзов Беларуси "Международный институт трудовых и социальных отношений" Светлана Юрьевна Яковишина; докторант кафедры конституционного, административного и финансового права Черновицкого национального университета кандидат юридических наук, доцент Руслана Александровна Гаврилюк; координатор программ в Украине и Беларуси организации "Международная тюремная реформа" (PRI) Сергей Михайлович Шимоволос. Кроме того, заочное участие в конференции приняли представители Академии МВД Республики Беларусь, Института государства и права им. В.М. Корецкого Национальной академии наук Украины, Генеральной прокуратуры Украины, Киевского университета права Национальной академии наук Украины, Института повышения квалификации кадров Национальной академии наук Украины, Центра поддержки русского языка в г. Антверпене (Бельгия).

Большой интерес к развитию диалога между наукой и практикой проявили и, что более важно, приняли непосредственное активное участие в конференции: председатель Самарской губернской Думы В.Ф. Сазонов; вице-губернатор Самарской области - руководитель аппарата правительства Самарской области А.И. Бендусов; советник аналитического отдела секретариата Конституционного Суда РФ кандидат юридических наук, доцент О.П. Егоршина; заместитель председателя правительства Самарской области - руководитель департамента по вопросам общественной безопасности Самарской области И.К. Миронов; начальник ГУФСИН по Самарской области генерал-лейтенант внутренней службы В.С. Яковлев; прокурор Самарской области государственный советник юстиции 3-го класса, кандидат юридических наук Ю.Д. Денисов; заместитель прокурора Самарской области старший советник юстиции, кандидат юридических наук, доцент А.Ф. Галузин; декан юридического факультета Самарского государственного университета кандидат юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ А.А. Напреенко, а также заведующий кафедрой православной педагогики Самарской православной духовной семинарии доктор педагогических наук Игумен Георгий (Шестун).

Участие столь широкого круга представителей теории и практики способствовало обсуждению научных проблем не только с точки зрения теории, но и с точки зрения возможности применения тех или иных идей на практике.

Надо сказать, стремление основного организатора конференции Р.А. Ромашова направить диалог в русло взаимодействия теории и практики проявилось в самом начале научного мероприятия. Все привыкли к тому, что научное мероприятие открывается именно руководителем учебного заведения или организации, на базе которых проводится данное мероприятие. Однако вопреки устоявшейся традиции конференция была открыта высокопоставленными представителями различных органов власти. В своем приветственном слове председатель Самарской губернской Думы В.Ф. Сазонов, начальник ГУФСИН по Самарской области генерал-лейтенант внутренней службы В.С. Яковлев, заместитель прокурора Самарской области старший советник юстиции, кандидат юридических наук, доцент А.Ф. Галузин совершенно справедливо напомнили ученым, что именно от их сплоченности и взаимодействия с представителями практических органов зависит дальнейшее развитие отечественного механизма правового регулирования. Думается, следует согласиться с их мнением, что именно в настоящее время складывается благоприятная ситуация для раскрытия талантливыми учеными своего потенциала на благо Отечества.

Комплексный, многоаспектный характер темы конференции позволил в рамках пленарного и секционного заседаний обсудить большое количество вопросов, связанных с пониманием, юридическим закреплением и практическим воплощением институтов преступления и наказания. Явления "преступление", "наказание", "юридическая ответственность" были детально рассмотрены как в формально-юридическом, так и в социально-философском и историко-культурологическом дискурсах.

Конечно, хотелось бы осветить все доклады, представляющие практический интерес, но тогда пришлось бы публиковать отдельную монографию. В связи с этим отметим наиболее яркие и актуальные выступления. Желающие узнать больше, думаем, заинтересуются вышедшим в Самарском юридическом институте ФСИН России трехтомником, включающим в себя все материалы конференции.

Представители общественности и различных органов власти неоднократно замечали, что на современном этапе развития правовой системы России привлечение представителей различных конфессий способно оказать неоценимую помощь в решении различных проблем, являющихся спутниками с давних времен таких явлений, как преступление, наказание, ответственность. Кроме того, их участие в процессе исполнения наказания уже дает свои плоды. Совершенно верно отметил на конференции В.С. Яковлев, что служба психологов в исправительных учреждениях на настоящий момент находится только на этапе становления. В связи с этим в процессе ресоциализации осужденных их работа приносит менее значительный эффект, нежели представителей конфессий. В этой связи выступление игумена Георгия (Шестуна) оказалось весьма уместным и актуальным. Его доклад "Понятие преступления в контексте отечественной религиозной традиции" наглядно продемонстрировал, что термин "преступление" представителями церкви понимается немного иначе, нежели юристами. Думается, для представителей общества, поддерживающих взгляды той или иной конфессии, точка зрения, согласно которой за любое совершенное преступление субъект автоматически сам наказывает себя, обрекая себя на мучения в моральном и, как следствие, в физическом плане, таит в себе определенную ценность. Данная точка зрения поддерживалась ранее и психологами. Более того, значительная часть российского общества с большим уважением относится именно к религиозным нормам, нежели нормам права (чему есть свои небезосновательные причины, берущие исток в карательной сущности политики государства). В теоретическом же плане хочется отметить, что при таком понимании преступления и наказания причинно-следственная связь между данными явлениями просто не может не существовать. Из положений же юридической науки следует лишь теоретическая модель существования причинно-следственной связи между преступлением и наказанием. На практике же далеко не каждое преступление сопровождается наказанием. Возникает резонный вопрос: "Совершенное деяние, подпадающее под признаки преступления, не является таковым, потому что лицо, его совершившее, не было подвергнуто наказанию?". И тогда вообще получается путаница: данное лицо не является преступником в принципе, потому что не было подвергнуто наказанию. Эта ситуация, думается, требует пересмотра некоторых положений относительно понимания преступления и наказания в юридической науке либо признания отсутствия причинно-следственной связи между ними.

В плане признания традиций, согласно которым религиозные нормы гармонично связаны с нормами права, отсутствия их отторжения у представителей общества показательно исламское правосудие, которое стало темой выступления известного знатока исламского права доктора юридических наук, профессора Х.Н. Бехруза. В своем докладе Хашматулла Набиевич осветил отдельные малоизвестные вопросы процесса становления классического исламского правосудия и его эволюции вместе с развитием исламского общества, государства и права. Вопреки мнениям некоторых ученых-теоретиков права он совершенно точно подметил: "Концепция исламского судопроизводства, основные положения которой были сформированы более тысячи лет назад, сохраняет свою актуальность и сегодня. Несмотря на отказ большинства исламских государств от норм классического исламского права, их судебные системы генетически связаны с основными принципами исламского права". Опыт мусульманских стран в использовании религиозных норм в процессе правоприменения наводит на размышления о том, действительно ли так крайне необходимо развести религию и правовое регулирование.

Возвращаясь в светское русло, хотелось бы отметить выступление маститого ученого доктора юридических наук, профессора С.А. Шейфера, вызвавшее немалый интерес у участников конференции. В своем выступлении "Механизм расследования преступлений в России: прошлое, настоящее, будущее" Семен Абрамович небезосновательно отметил несовершенство и противоречивость правовой регламентации следственной деятельности. Основываясь на анализе практики, он акцентировал проблему объективности, беспристрастности и самостоятельности следователя, которая еще более обострилась в связи с принятием Федерального закона от 5 июня 2007 г. N 87-ФЗ и последующих связанных с реформой предварительного следствия нормативных актов. Опираясь на глубокую теоретическую проработанность данных проблем, Семен Абрамович выделил два аспекта возможных преобразований, которые представляются ему актуальными и заслуживают первоочередного внимания.

"Первый. Совершенствование предварительного следствия возможно без его кардинальной ломки. При таком подходе целесообразно либо исключить следователей из числа участников процесса на стороне обвинения и ограничить их деятельность исследовательской функцией, либо, сохранив их нынешний статус, дополнить его обязанностью всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства предмета доказывания.

Второй. Совершенствование предварительного следствия требует более глубоких преобразований. Целесообразно придать предварительному следствию характер предварительного судебного исследования и возложить эту функцию на судебного следователя, который в результате станет, как и в прежние времена, носителем судебной власти, полностью отделенной от уголовного преследования" <1>.

<1> Шейфер С.А. Механизм расследования преступлений в России: прошлое, настоящее, будущее // Преступление и наказание: теоретическое моделирование, законодательное закрепление, правоприменительная практика: Мат-лы Межд. научно-практ. конф. (25 - 27 июня 2010 г.): В 3 т. / Под общ. ред. Р.А. Ромашова. Самара: Самарский юридический институт ФСИН России, 2010. Т. 1: Преступление: социально-правовая девиация и явление культуры. С. 358.

А.Ф. Галузин продолжил конференцию докладом "О пенитенциарной безопасности", непосредственно затрагивающим проблемы практики, в котором он предложил понятие пенитенциарной безопасности (защищенности) от порождаемых системой исполнения уголовных наказаний собственных опасностей, включающих низкий уровень законности исполнения уголовных наказаний, необеспечение безопасности в исправительных учреждениях. Вызывает определенный интерес подход Александра Федоровича к разграничению понятий "пенитенциарная безопасность", "безопасность в исправительном учреждении", "безопасность уголовно-исполнительной системы". В заключение он подчеркнул, что "пенитенциарная безопасность не является безопасностью правоприменения (толкования и применения нормативных правовых актов), необходимой в прокурорской, следственной, судейской, пенитенциарной и иной правоприменительной практике, поэтому не может включаться в безопасность УИС. Это безопасность от иной природы социальных опасностей и обстоятельств возникновения необходимости обеспечения безопасности личности, общества, государства, порождаемых специфической, особо значимой сферой уголовно-исполнительных правоотношений при недопустимой подмене этих правоотношений криминальными отношениями, в связи с криминализацией сотрудников, необеспечением изоляции осужденных в ИУ их криминальной деятельности, созданием условий для самосохранения и воспроизводства преступности, ее организованности, криминальной практики в ИУ и вне ее, совершением пенитенциарных и иных правонарушений, включающих массовые беспорядки, дезорганизации деятельности ИУ, носящие экстремистский, террористический характер" <2>.

<2> Галузин А.Ф. О пенитенциарной безопасности // Там же. Т. 2. С. 57 - 58.

Неподдельный интерес у участников конференции вызвало выступление заслуженного деятеля науки РФ, доктора юридических наук, профессора Р.А. Ромашова. В своем докладе "Наказание как конструкция в "теле" юридической ответственности" Роман Анатольевич дал определение терминам "юридическая конструкция" и "юридическое тело", рассматривал понятие юридической ответственности, отметил признаки наказания, дал анализ различных точек зрения на соотношение наказания и юридической ответственности, а также на основные цели наказания. Применительно к заявленной теме в качестве юридического тела им определяется механизм юридической ответственности, а в качестве конструктивного элемента (юридической конструкции) рассматривается наказание <3>. Далее в своем выступлении он отметил, "что не существует наказания без ответственности, вместе с тем не все виды ответственности имеют своим конечным результатом наказание" <4>.

<3> См.: Ромашов Р.А. Наказание как конструкция в "теле" юридической ответственности // Там же. Т. 2. С. 256.
<4> Ромашов Р.А. Указ. соч. Т. 2. С. 257.

Говоря о соотношении наказания и юридической ответственности, ученый указывал на необходимость исходить из двух точек зрения:

" - наказание есть центральный элемент юридической ответственности;

Если руководствоваться первой точкой зрения, получившей наибольшее распространение у представителей уголовного права, наказание и ответственность связаны неразрывно. В частности, ст. 73 УК РФ называется "Условное осуждение", что предполагает фактическое отождествление понятий "уголовная ответственность" и "уголовное наказание", хотя, как абсолютно справедливо замечает Л.Л. Кругликов, "обозначение "условное осуждение" неадекватно отражает сущность описанного в ст. 73 УК института. Осуждение как порицание виновного от имени государства является безусловным, реальным. Условной же является реализация наказания".

Если рассматривать наказание как факультативный элемент юридической ответственности, то прежде всего следует отказаться от принципа неотвратимости наказания, заменив его принципом неотвратимости юридической ответственности. В таком понимании "юридическая ответственность и наказание соотносятся как общее и частное" <5>.

<5> Ромашов Р.А. Указ. соч. Т. 2. С. 258.

В своем выступлении Р.А. Ромашов выделил две основные цели наказания:

"- кару, представляющую собой исходящее от государства принудительное ограничение правового статуса субъекта;

<6> Ромашов Р.А. Указ. соч. Т. 2. С. 259.

Ценность подхода Р.А. Ромашова к пониманию сущности преступления, наказания заключается в том, что он позволяет на практике перейти от карательной идеологии исполнения наказания, так сказать, к ресоциализационной идеологии.

Рассматривая такие явления, как наказание, преступление, ответственность, обязательно наталкиваешься на проблему соотношения понятий "наказание", "справедливость", "насилие". В этой связи было выступление кандидата юридических наук Б.К. Мартыненко с докладом "Корреляция понятий: право, насилие, наказание, справедливость". Рассматривая данные явления, он приходит к следующему выводу: "...право, насилие и наказание очень тесно переплетены между собой, а что касается справедливости, то она не всегда следует в ногу с ними. Особенно это актуально для современной России, реставрирующей капитализм не в самом лучшем его виде. Возрождены антагонистические классы, общество разделено на очень богатых и очень бедных (большая часть населения). А так как общеизвестно: сытый голодного не поймет, то, как нам представляется, вряд ли сегодня можно говорить о какой-либо "видимой справедливости" права, наказания, насилия" <7>.

<7> Мартыненко Б.К. Корреляция понятий: право, насилие, наказание, справедливость // Там же. Т. 2. С. 173.

В первый день проведения конференции вызвал бурную дискуссию доклад кандидата юридических наук Ю.Ю. Ветютнева "Социокультурная природа наказаний в связи с жертвенной теорией права". Практически сразу же отдельные положения данного доклада были подвергнуты критике. Последовал вопрос со стороны заместителя прокурора Самарской области А.Ф. Галузина о том, каким образом данную теорию можно применить на практике и какова ее польза. Дальнейшее развитие диалога между ними показало затруднительность использования данной теории в практической деятельности. Именно во время данного выступления и проявилась вся польза взаимодействия представителей теории и практики.

Следует отметить, что ученые-юристы давно обращают внимание практиков на необходимость учета различных социально-исторических особенностей государства в процессе реформирования того или иного института власти. Данный вопрос на конференции был затронут доктором юридических наук профессором М.В. Немытиной. В своем докладе "Система исполнения наказаний в контексте социальных перемен" Марина Викторовна детально раскрывала особенности детерминации развития системы наказания и исполнения наказаний от различных социально-исторических событий. Интерес, как теоретический, так и практический, вызывает прослеженная ею эволюция отношения к тем или иным деяниям в зависимости от общественно-политического устройства страны. Абсолютно справедливо она замечает, что "без уяснения социально-исторического контекста, в котором существовала (и существует) система исполнения наказаний в нашей стране, все попытки ее реформирования (или модернизации) не имеют под собой реальной почвы и устойчивых оснований.

В стране, где часто происходят перемены в социально-экономических и политических устоях общества, где вчера считалось уголовно наказуемым то, что сегодня вполне адекватно соотносится с реалиями жизни, стирается грань между нормальным и социально опасным поведением человека" <8>.

<8> Немытина М.В. Система исполнения наказаний в контексте социальных перемен // Там же. Т. 2. С. 208.

Пристальное внимание вызывают сделанные М.В. Немытиной выводы: "Предлагаемые разработанной ФСИН и Минюстом Концепцией развития уголовно-исполнительной системы до 2020 года меры, предусматривающие использование залога, домашнего ареста и поручительства в качестве меры пресечения, внешне кажутся направленными на декриминализацию составов УК, гуманизацию уголовного законодательства, смягчение уголовной ответственности. Реально же они прежде всего преследуют цель сокращения численности тюремного контингента страны, который российскому обществу содержать не под силу.

Представляется, что за последние два десятка лет так и не сформулированы общественно значимые приоритеты развития столь тревожной сферы жизни российского общества, каковой является система исполнения наказаний, в общем русле социально-экономического развития страны" <9>.

<9> Немытина М.В. Указ. соч. Т. 2. С. 210.

В определенной степени логическим продолжением доклада М.В. Немытиной можно считать выступление кандидата юридических наук доцента О.А. Адоевской и помощника самарского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях А.П. Адоевского. В своем докладе "О значении преемственности этапов развития уголовно-исполнительной системы в Российской Федерации" ученые предложили вопросы реформирования уголовно-исполнительного законодательства решать "с учетом накопленного опыта в сфере исполнения наказаний и на научной основе. Для отечественной юридической науки историческая обусловленность правовых явлений является аксиомой... Исторический (генетический) подход к изучению уголовно-исполнительной системы в Российской Федерации должен включать в себя исследование проблем становления и реформирования уголовно-исполнительного законодательства в целом и отдельных его институтов, роль юридической доктрины и научных школ (как отечественных, так и зарубежных) в развитии законодательства и правовой практики. Нарушение сложившихся тенденций и закономерностей преемственности этапов развития уголовно-исполнительной системы зачастую приводит к процессам дезорганизации последней и необходимости применения высокозатратных мер по восстановлению нарушенного баланса. В связи с этим настоятельным требованием реформирования уголовно-исполнительной системы должен стать обязательный учет сложившихся на протяжении столетий закономерностей развития данной системы, их научное исследование и адаптация к новым потребностям и условиям жизни. Преемственность в развитии уголовно-исполнительного законодательства должна стать его закономерностью" <10>.

<10> Адоевская О.А., Адоевский А.П. О значении преемственности этапов развития уголовно-исполнительной системы в Российской Федерации // Там же. Т. 2. С. 10.

С интересным докладом "Идеолого-политические основания уголовного законотворчества в современной России" выступила доктор юридических наук, профессор Т.В. Кленова. В ее выступлении затрагивались проблемы законотворчества в России, истоками которых является политико-юридическая природа самого закона. Она совершенно справедливо отметила, что "решения о принятии уголовных законов имеют политико-юридическую природу. Это решения представителей власти, которые обосновываются исходя из политической целесообразности, при этом юридические доводы имеют вторичное значение. Государственная власть активно использует возможности уголовно-правового регулирования в государственном управлении, рассматривая уголовно-правовые методы воздействия на поведение людей как необходимые и радикальные, дающие быстрый эффект обеспечения властеотношений и общественной безопасности" <11>. Представляется справедливым и вывод, сделанный Т.В. Кленовой в конце своего выступления: "Не обусловленный объективно, используемый для защиты интересов одного класса, политической партии или политического движения, идеологизированный уголовный закон может стать самостоятельной причиной конфликта государства, общества и личности и дестабилизировать власть. Признавая включение уголовно-правового регулирования в политико-идеологические процессы как реальность, необходимо считаться с угрозой избыточной политизации законотворчества. Чтобы закон был полезным не только в конкретно-исторической ситуации, но и на долгие годы, необходим учет интересов всех социальных групп и партий при определении уголовно-правовых средств защиты личности, общества и государства" <12>.

<11> Кленова Т.В. Идеолого-политические основания уголовного законотворчества в современной России // Там же. Т. 2. С. 141.
<12> Там же. С. 143.

Следует констатировать тот факт, что одной из особенностей проводимой в России реформы уголовно-исполнительной реформы является стремление к использованию европейского опыта исполнения наказания. Данный вопрос был поднят на конференции координатором программ организации "Международная тюремная реформа (PRI)" С.М. Шимоволосом. В своем докладе "Роль европейских пенитенциарных правил в реформе ФСИН" он совершенно справедливо заметил: "Для Российской Федерации ЕПП бесспорно имеют особое значение. Прежде всего потому, что при всех позитивных изменениях в уголовно-исполнительной системе (УИС России) пенитенциарная система пока не смогла стать структурой, ориентированной на новые, современные задачи и принципы" <13>. Далее он отметил: "Принципы соразмерности и минимизации ограничений прав в полной мере не раскрыты и не защищены в законодательстве России, что подтверждается решениями Европейского суда по правам человека. Не упоминаются эти принципы и в пенитенциарном законодательстве" <14>. Справедливо и замечание о том, что "практика обращения с заключенными в значительной степени сохраняет репрессивные традиции и нацелена на умаление их человеческого достоинства" <15>. В то же время одна из целей проводимой реформы УИС - ликвидация данного негативного явления.

<13> Шимоволос С.М. Роль европейских пенитенциарных правил в реформе ФСИН // Там же. Т. 2. С. 339.
<14> Там же. С. 341.
<15> Там же. С. 341.

В своем выступлении С.М. Шимоволос затронул также и тему демилитаризации уголовно-исполнительной системы УИС России. Так, он заметил: "К сожалению, задача демилитаризации УИС России в полной мере не достигнута. В настоящее время в УИС сохраняется двоякая система работы персонала - наряду с аттестованными сотрудниками в учреждениях УИС России работают неаттестованные (гражданские) специалисты. Эта ситуация во многом усложняет управление, подготовку и социальное обеспечение сотрудников" <16>. По этому поводу возникает много вопросов и противоречий. Ведь и во многих европейских государствах тюремный персонал не состоит сплошь из гражданских специалистов. Мы считаем, что к данному вопросу следует отнестись крайне внимательно. Зарубежный опыт показывает, что демилитаризация может нести и негативные последствия. Так, в Южной Африке процесс демилитаризации был воспринят как отказ от дисциплины, что привело впоследствии к значительным беспорядкам в исправительных учреждениях. Резкой критике было подвергнуто и стремление властей Германии заменить персонал тюрем работниками фирм, специализирующимися на электронной охранной технике. Думается, страшна не сама милитаризованность тюремного персонала, а присутствие среди него коррупционных проявлений.

<16> Шимоволос С.М. Указ. соч. Т. 2. С. 344.

Следует отметить, что за последние несколько лет в России резко возрос интерес к данному негативному явлению, пронизывающему практически все сферы жизни общества. Президент России в своих Посланиях Федеральному Собранию РФ из года в год уделяет центральное место теме противодействия коррупции. Систематически проводится работа по приведению российского законодательства в соответствие с международными стандартами, выработанными международно-правовыми документами в борьбе с коррупцией. Кроме того, в общественных и политических кругах нашего общества коррупционные проявления как проблема широко обсуждаются. Следует констатировать и тот факт, что в настоящее время в России проведено множество научных исследований, посвященных данной проблеме, опубликованы десятки книг и сотни статей. Однако до сих пор должного эффекта от предпринятых мер не наблюдается. В связи с этим большой интерес у участников конференции вызвало выступление адъюнкта Самарского юридического института ФСИН России С.А. Сивцова, который в своем докладе "Пенитенциарная коррупция в системе коррупционных проявлений России" на основе детальной теоретической проработанности проблемы выдвинул предложения практического характера по предотвращению данного негативного явления.

Россия - далеко не единственное государство, где проблеме коррупции уделяется пристальное внимание. В этой связи актуален доклад представителя Института государства и права им. В.М. Корецкого Национальной академии наук Украины доктора юридических наук профессора Ольги Федоровны Андрийко "Организационно-правовые модели предупреждения и противодействия коррупции в Украине". Из ее доклада прослеживается схожесть антикоррупционных мер, предпринимаемых в Украине и России.

Незабываемым для многих участников конференции стало выступление кандидата юридических наук доцента Андрея Владимировича Березкина и кандидата филологических наук доцента Светланы Юрьевны Крицкой с докладом-презентацией "Английские тюрьмы в изобразительном искусстве XVIII века". С определенной долей точности можно сказать, что их выступление меняет взгляд на систему источников, при помощи которых мы получаем знания об особенностях функционирования тюрем прошлого. Доклад и презентация наглядно показали, как, анализируя произведения изобразительного искусства прошлого, можно проследить изменения в особенностях английских тюрем. А ведь далеко не многие ученые задумываются о том, что культурное наследие в виде изобразительного искусства таит в себе ключ к исследованию многих проблем, непосредственно касающихся пробелов в истории развития государства и права.

В целом на конференции было представлено много актуальных и интересных докладов, содержащих в себе ценные идеи и предложения как теоретического, так и практического характера. Многообразие представленных на конференции точек зрения, безусловно, способствовало расширению научных горизонтов. Особо стоит отметить, что конференция не оказалась лишь полезным для ученых разговором. Уже в настоящее время ее результаты используются в процессе проведения Самарским юридическим институтом ФСИН России эксперимента по созданию на базе отдельных пенитенциарных учреждений, исполняющих наказание, связанное с лишением свободы, секторов социальной, психологической и воспитательной работы с осужденными. При этом данный эксперимент реализуется в рамках реформирования уголовно-исполнительной системы России. Поэтому хочется надеяться, что проведение подобных научных мероприятий столь высокого уровня станет теперь традицией в институте и будет способствовать воплощению на практике тех идей, которые действительно могут повысить эффективность правового регулирования России.