Мудрый Юрист

К вопросу о реализации конституционного права на защиту подозреваемого, обвиняемого в уголовном судопроизводстве

Неретин Н.Н., преподаватель кафедры криминалистики и информатизации правовой деятельности юридического факультета ГОУ "Оренбургский государственный университет", кандидат юридических наук.

Права человека являются универсальными правами фундаментального характера, которые принадлежат каждому лицу при его взаимоотношениях с государством. Права человека могут быть ограничены только законом и только в той мере, в какой это необходимо для обеспечения безопасности общества, защиты нравственности, здоровья, прав других людей. Термин "права человека" относится только к взаимоотношениям между человеком и государством. Наличие у человека определенного права означает, что у власти есть соответствующая обязанность обеспечить реализацию этого права. Иначе говоря, права человека - это характеристика соотношения "общество - власть". На современном этапе эксперты дают такое определение: "Права и свободы человека - это общепризнанные социальные возможности личности, обеспечение которых реально в условиях достигнутого человечеством прогресса" <1>. Соответственно, можно определить конституционные права и свободы как установленные Конституцией РФ социальные возможности личности.

<1> Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. В.М. Лебедева. М., 2003. С. 115.

Таким образом, "право на защиту - это установленная Конституцией совокупность социальных возможностей личности пользоваться всеми не запрещенными законом способами для защиты своих интересов в сфере судопроизводства" <2>. Реализация конституционных прав и свобод выражается в действиях государства по предупреждению, пресечению неправомерных посягательств на права и свободы гражданина, наказанию правонарушителей, возмещению ущерба. И только при необходимости гражданин сам предпринимает активные, юридически значимые действия по осуществлению, защите своих конституционных прав и свобод.

<2> Там же. С. 116.

Конституционное право на защиту в России недостаточно регламентировано. В частности, в Конституции РФ необходимо закрепить право на информацию с формулировкой: "...каждый имеет право быть в срочном порядке и подробно уведомленным о характере и основании задержания, подозрения либо предъявляемого ему обвинения". Такое правило закреплено в международных правовых актах. Согласно ст. 15 Конституции РФ подобные источники являются частью правовой системы России, что подтвердил и Пленум ВС РФ в Постановлении от 10 октября 2003 г. "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации". Формулировка ч. 4 ст. 15 Конституции РФ расплывчата, а в указанном Постановлении не конкретизируется, какие акты надо применять в практике. Это влечет за собой трудности в практической реализации данного права. Следует признать, что российские нормативно-правовые акты для работников правоохранительных, судебных органов и простых граждан ближе, понятнее и доступнее, чем международные стандарты в сфере обеспечения права на защиту. Конечно, право знать суть обвинения (подозрения) устанавливается ст. ст. 47 и 46 УПК РФ, но отраслевое законодательство вводится в действие федеральными законами, а огромное количество изменений и дополнений в действующий УПК РФ позволяет предположить и возможность изменения указанных статей. Следовательно, нужно официально закрепить в Конституции РФ право знать суть обвинения (подозрения) либо причины задержания.

Также нерешенной остается проблема, напрямую связанная с реализацией конституционного права на защиту - средства и способы защиты. Формально защита имеет возможность представлять доказательства. Адвокат вправе обращаться к экспертам за заключением и истребовать документы у различных организаций и частных лиц <3>. Между тем официальные инстанции и негосударственные структуры не признают полномочий адвокатов.

<3> Аленин А.П. Виды и система следственных действий // Правоведение. 2009. N 1. С. 88 - 90.

Как известно, сбор доказательств требует серьезных расходов, которые основная масса подозреваемых и обвиняемых не могут себе позволить. Адвокат также вправе опрашивать свидетелей. Вместе с тем в списке допустимых доказательств, перечисленных в ст. 74 УПК РФ, результаты проведенных адвокатом опросов не указаны. Защита не может назначать проведение экспертиз, это исключительная компетенция следственных органов. В то же время экспертная деятельность является монополией государства, а независимые экспертные органы не развиты <4>. Участие защитника в следственных действиях, проводимых с участием его подзащитного, зависит не только от самого адвоката, но и от следователя, от организации и проведения данного действия. Поэтому, "когда защитник изъявляет желание принимать участие в следственных действиях, следователь должен заблаговременно уведомить его о времени и месте проведения данного действия. Неизвещение следователем защитника о дополнительных следственных действиях с участием его подзащитного в судебной практике расценивается как нарушение права на защиту" <5>.

<4> Баранов А.М. Толкование "старых" норм в УПК РФ // Судебная власть в России, закон, теория и практика: Сб. статей по итогам Межд. научно-практ. конф. М.: Юрист, 2005. С. 238.
<5> Бюллетень ВС РФ. 1990. N 2. С. 10.

Защитнику разрешается сбор доказательств, однако их приобщение к материалам дела зависит от усмотрения следователя, дознавателя. Эти должностные лица вправе своей властью объявлять лишенными юридической силы оправдательные доказательства. Такое происходит, в частности, когда данные участники судопроизводства умышленно или по неосторожности нарушают требования УПК РФ в части собирания доказательств. Защитник не упоминается среди лиц, уполномоченных проверять доказательства и оценивать их по внутреннему убеждению. Нормы УПК РФ предоставляют защите право ходатайствовать о проведении тех или иных следственных действий, однако удовлетворение этого ходатайства зависит опять-таки от усмотрения органов следствия.

Механизм защиты предполагает широкие возможности для собирания доказательств и обоснования своих выводов. Однако важно не только иметь такие права, но и эффективно их использовать. К сожалению, на практике они реализуются не в полной мере. На основании действующего законодательства реальная состязательность процесса на принципах равенства сторон (и их возможностей) не может быть обеспечена. Это обусловлено и несовершенством, половинчатостью правовых норм, и неготовностью участников уголовного судопроизводства изменить свои подходы к обеспечению прав человека.

Обратим внимание еще на одну проблему, связанную с понятием состязательности сторон в уголовном судопроизводстве. Положение о состязательности закреплено в ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и в ч. 1 ст. 15 УПК РФ. Кроме того, ст. 15 УПК РФ содержит дополнение: "...суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав". На практике это означает, что стороны, вместо того чтобы представлять суду доказательства, зачастую перекладывают данную обязанность на суд. Они заявляют ходатайства о вызове свидетелей, истребовании документов и т.д. После чего суд должен направлять повестки и соответствующие запросы. В случае неявки свидетелей и неисполнения запросов выносить постановление об их принудительном приводе и контролировать исполнение этого постановления, повторно направлять запросы. О какой объективности в данной ситуации может идти речь, если суд, по сути, занимается сбором доказательств? Представители стороны обвинения и защиты обязаны приходить в суд со свидетелями, письменными и другими доказательствами. Это не должно быть заботой суда. Такое положение вещей можно изменить, только исключив из закона указание на обязанность суда каким-либо образом содействовать сторонам в представлении доказательств. Нормы УПК РФ основываются на конституционных положениях, поэтому необходимо уточнить понятие "состязательность" в Конституции РФ.

Право на защиту отнюдь не сводится к праву иметь защитника. Обвиняемому и подозреваемому предоставляются права, дающие им возможность лично защищаться от предъявленного обвинения. Кроме того, важнейшей составляющей в деятельности органов предварительного следствия по защите конституционных прав и свобод человека и гражданина является контроль за применением конкретных правовых норм <6>. Безусловно, судебный порядок защиты прав и свобод наиболее надежен и эффективен, он позволяет пресечь злоупотребления любых органов и должностных лиц. Более того, известно, какую огромную работу проводит Конституционный Суд РФ по защите прав и свобод граждан, их обеспечению в порядке судебного контроля за исполнением законов органами предварительного расследования. Существует мнение, что Конституционный Суд явочным порядком творит новое право и формирует новое направление в области обеспечения реализации прав человека в сфере уголовного судопроизводства <7>.

<6> Гаврилов Б.Я. Актуальные проблемы правоприменительной практики в условиях действия Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации // Уголовно-процессуальное право: понятие, содержание, источники: Материалы научно-практической конференции. М.: МГУ, 2008. С. 89.
<7> Доля Е.А. Конституционность п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ // Законность. 2007. N 5. С. 41 - 45.

Из всего сказанного можно сделать следующий вывод. Необходимо провести реформирование уголовного судопроизводства с целью наиболее полного обеспечения конституционного права на защиту. Обвинение и защита должны иметь равные права и состязаться в судебном производстве. Это в полной мере соответствует ч. 3 ст. 123 Конституции РФ. В связи с этим необходимо нормы УПК РФ привести в соответствие с принципом состязательности, равноправия сторон и соблюдения прав подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, в частности их конституционного права на защиту. Кроме того, из УПК РФ будет целесообразно исключить указание на обязанность суда каким-либо образом содействовать сторонам.