Мудрый Юрист

Уголовно-правовые гарантии жизни ребенка до и после рождения по законодательству некоторых зарубежных государств *

<*> Minaeva M.M. Criminal-law guarantees of child's life before and after birth under foreign legislation.

Минаева Мария Михайловна, старший прокурор отдела прокуратуры г. Москвы.

В статье анализируются основные положения зарубежного уголовного законодательства в сфере защиты жизни ребенка до и после рождения, выделяются его положительные и негативные моменты. Положительный опыт развития уголовного законодательства зарубежных стран может быть использован в правотворческой деятельности России.

Ключевые слова: зарубежное уголовное законодательство, ребенок, защита жизни, незаконный аборт.

The article analyses basic provisions of foreign criminal legislation in the sphere of protection of a child's life before and after birth are analyzed. The author points out its positive and negative aspects. Positive experience of foreign countries criminal legislation could be used in Russian legislation.

Key words: foreign criminal legislation, child, protection of life, illegal abortion.

Международное право содержит минимальные гарантии защиты жизни детей и не регламентирует вопрос наделения нерожденного ребенка правом на жизнь <1>, относя его разрешение к компетенции отдельных государств. В связи с этим единственной общей чертой зарубежного уголовного законодательства является установление ответственности за убийство рожденного ребенка и за незаконное производство аборта. В остальном правовая регламентация этих вопросов в различных странах отличается своей спецификой.

<1> Исключение составляет американская Конвенция о правах человека 1969 г., согласно которой каждый человек имеет право на уважение его жизни, защищаемое законом, как правило, с момента зачатия (ст. 14) // Международные акты о правах человека: Сб. док-в. М., 2002.

Так, законодатели либо не выделяют детоубийство в качестве самостоятельного состава преступления и квалифицируют его наравне с убийством взрослого человека (ст. ст. 393 - 395 УК Бельгии <2>, ст. 199 УК Японии <3>, ст. 232 УК Китая <4>), либо относят к специальному квалифицированному (ст. 221-4 УК Франции <5>, ст. 19.03 УК штата Техас <6>) или привилегированному преступлению. Соответственно варьируются наказания за эти деяния от минимальных санкций до смертной казни.

<2> Уголовный кодекс Бельгии 1867 г. / Пер. с фр. Г.И. Мачковского; науч. ред. и предисл. Н.И. Мацнев. СПб., 2004.
<3> Уголовный кодекс Японии. Закон от 24 апреля 1907 г. N 45 / Пер. с яп. В.Н. Еремина; науч. ред. А.И. Коробеев. СПб., 2002.
<4> Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. Принят 5-й сессией Всекитайского собрания народных представителей 6-го созыва 14 марта 1997 г. / Пер. с кит. Д.В. Вичикова; под ред. А.И. Коробеевой. СПб., 2001.
<5> Уголовный кодекс Франции. Принят в 1992 г. Вступил в силу 1 марта 1994 г. / Пер. с фр.; науч. ред. Л.В. Головко, Н.Е. Крылова (пер., предисл.). СПб., 2002.
<6> Уголовный кодекс штата Техас. Принят Законодательным собранием штата Техас: 63-я законодательная сессия. Вступил в силу 1 января 1974 г. / Пер. с англ. Д.Г. Осипова; науч. ред. и предисл. И.Д. Козочкин (пер.). СПб., 2006.

Неоднозначны и тенденции развития норм об ответственности за привилегированное убийство матерью своего новорожденного ребенка. Например, если законодательству американских штатов этот состав преступления неизвестен, а в европейских государствах происходит постепенный отказ от него (в частности, эта норма исключена из УК Германии, Франции, Испании) <7>, то страны ближнего зарубежья, в том числе ранее не выделявшие норму о детоубийстве со смягчающими обстоятельствами (Республика Беларусь <8>, Кыргызская Республика <9>, Грузия <10>), закрепили ее в ныне действующем уголовном законодательстве <11>.

<7> Капинус О.С., Додонов В.Н. Убийство матерью новорожденного ребенка. Кто и как в мире конструирует состав этого преступления // Закон. 2004. N 4. С. 106 - 110.
<8> Уголовный кодекс Республики Беларусь. Принят Палатой представителей 2 июня 1999 г. Одобрен Советом Республики 24 июня 1999 г. / Отв. ред. Р.М. Асланов, А.И. Бойцов, Н.И. Мацнев. СПб., 2001.
<9> Уголовный кодекс Кыргызской Республики. Принят Законодательным собранием Жогорку Кенеша Кыргызской Республики 18 сентября 1997 г. / Предисл.: П.Ю. Константинов, А.П. Стуканов. СПб., 2002.
<10> Уголовный кодекс Грузии. Принят 22 июля 1999 г. Введен в действие 1 июля 2000 г. / Пер. с груз.; науч. ред. З.К. Бигвава; пер. И. Мериджанашвили; вступ. ст. В.И. Михайлов; обзор. ст. О. Гамкрелидзе. СПб., 2002.
<11> Грубова Е.И. Ответственность за убийство матерью новорожденного ребенка в странах ближнего зарубежья: сравнительно-правовой анализ // Международное уголовное право и международная юстиция. 2008. N 2. С. 33 - 36.

Выделение убийства матерью своего новорожденного ребенка в качестве привилегированного преступления, как правило, связано с ее негативным психофизическим состоянием, обусловленным беременностью и родами. В частности, обстоятельствами, смягчающими ответственность, признаются: влияние процесса родов (ст. 131 УК Литовской <12> и ст. 119 УК Латвийской Республик <13>, § 79 УК Австрии <14>, ст. 116 УК Швейцарии <15>), состояние психического расстройства, не исключающего вменяемости (ст. 97 УК Республики Казахстан <16>, ст. 147 УК Республики Молдова <17>), влияние сильного переживания, связанного с родами, увечьем ребенка, особо трудной ситуацией в личной жизни (ст. 149 УК Польши <18>), страх раскрытия рождения ребенка (ст. ст. 290, 291 УК Голландии <19>, ст. 332 УК Иордании, ст. 551 УК Ливана, ст. 527 УК Сирии, ст. 407 УК Ирака <20>, ст. 453 УК Турции <21>). Однако в некоторых странах для смягчения ответственности такой матери установление ее особого психофизического состояния не требуется. Достаточно того, что преступление совершено в определенный временной промежуток - во время или сразу после родов (ст. 121 УК Азербайджанской Республики <22>, ст. 112 УК Грузии, § 234 УК Норвегии <23>), а нахождение виновной в "нормальном" состоянии на квалификацию не влияет.

<12> Уголовный кодекс Литовской Республики. Утвержден Законом от 26 сентября 2000 г. / Пер. с лит. В.П. Казанскене; предисл. Н.И. Мацнев; вступ. ст. А. Абрамавичус, А. Дракшене; науч. ред. и вступ. ст. В. Павилонис. СПб., 2003.
<13> Уголовный кодекс Латвийской Республики. Принят 8 июля 1998 г. Введен в действие 1 апреля 1999 г. / Пер. с латыш.; науч. ред. А.И. Лукашов (пер.), Э.А. Саркисова. СПб., 2001.
<14> Уголовный кодекс Австрии. Принят 29 января 1974 г. Вступил в силу 1 января 1975 г. / Пер. с нем. Л.С. Вихрова; предисл. Э.О. Фабрици; науч. ред. и вступ. ст. С.В. Милюков. СПб., 2004.
<15> Уголовный кодекс Швейцарии 1937 г. / Пер. с нем.; науч. ред. А.В. Серебрянникова (пер., предисл.). СПб., 2002.
<16> Уголовный кодекс Республики Казахстан. Закон Республики Казахстан от 16 июля 1997 г. N 167 / Предисл. И.И. Рогов. СПб., 2001.
<17> Уголовный кодекс Республики Молдова. Принят парламентом Республики Молдова 18 апреля 2002 г. Введен в действие 21 июня 2002 г. / Вступ. ст. А.И. Лукашов. СПб., 2003.
<18> Уголовный кодекс Республики Польша. Закон от 6 июня 1997 г. / Пер. с польского Д.А. Барилович; науч. ред. Н.Ф. Кузнецова, А.И. Лукашов (вступ. ст.); вступ. ст. Э.А. Саркисова. СПб., 2001.
<19> Уголовный кодекс Голландии, утвержден 3 марта 1881 г. / Пер. с англ. И.В. Мироновой; науч. ред. Б.В. Волженкин. СПб., 2001.
<20> Халдун Фаузи Ибрагим Гандах. Ответственность за преступления против жизни по уголовному праву арабских стран: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 1994. С. 116 - 117.
<21> Уголовный кодекс Турции. Принят Великим Национальным Собранием Турции 1 марта 1926 г. / Пер. с турец. Х. Бабаева; науч. ред. и предисл. Х. Аджар, Н. Сафаров (пер.). СПб., 2003.
<22> Уголовный кодекс Азербайджанской Республики. Утвержден Законом Азербайджанской Республики от 30 декабря 1999 г. Вступил в силу 1 сентября 2001 г. / Пер. с азерб. Б.Э. Аббасова; науч. ред. И.М. Рагимов (предисл.). СПб., 2001.
<23> Уголовное законодательство Норвегии 1902 г. / Пер. с норвеж. А.В. Жмени; науч. ред. и вступ. ст. Ю.В. Голик. СПб., 2003.

Жизнь нерожденного ребенка в зарубежных странах подлежит уголовно-правовой охране либо как самостоятельная социальная ценность, либо косвенно, в связи с защитой жизни и здоровья беременной женщины. Так, ряд законодателей выделяют в качестве квалифицированного преступления убийство заведомо беременной женщины (в странах ближнего зарубежья, во Франции). По уголовным кодексам зарубежных стран, диспозиции статей которых не содержат большого количества отягчающих обстоятельств, это преступление рассматривается как простое убийство, предусматривающее максимальное или близкое к максимальному наказание (в Бельгии, Голландии, Дании, Китае, штате Техас, Испании, Швейцарии) <24>.

<24> Киселева М.В. Уголовно-правовая охрана материнства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2010. С. 23.

Наиболее сложной остается проблема незаконного прерывания беременности. Если аборт, проведенный ненадлежащим лицом, единогласно признается странами незаконным как создающий опасность для жизни и здоровья женщины, то в остальном уголовное законодательство отдельных государств варьируется от ненаказуемости производства этой операции с нарушением иных норм медицинского права (к примеру, в Китае) до презумпции незаконности аборта и его разрешения в условиях крайней необходимости (в частности, в Швейцарии). В отдельных американских штатах посягательство на жизнь нерожденного ребенка признается убийством. При этом в штате Юта стадия развития плода на квалификацию не влияет (ст. 76-5-201 УК), а в штате Нью-Йорк прерывание беременности признается убийством после двадцати четырех недель беременности (§ 125.00 УК) <25>. Согласно ст. 187 УК штата Калифорния под тяжким убийством понимается противоправное умерщвление человеческого существа или зародыша (от трех месяцев беременности) с заранее обдуманным злым умыслом <26>.

<25> Шулепов Н.А. Международно-правовые основания и способы криминализации посягательств на жизнь человека в зарубежных странах // Международное публичное и частное право. 2006. N 3. С. 52 - 55.
<26> Никифоров А.С. Квалифицированное убийство в современном европейском континентальном и англо-американском уголовном праве // Журнал российского права. 2001. N 5. С. 125 - 131.

Прерывание беременности против воли потерпевшей признается некоторыми законодателями (например, Литовской Республики, Республики Молдова) как причинение тяжкого вреда ее здоровью. Однако данный подход нехарактерен для законодательства зарубежных стран. В большинстве случаев это обстоятельство рассматривается в качестве квалифицирующего признака незаконного производства аборта (ст. 135 УК Латвийской Республики, § 218 УК ФРГ <27>, ст. 223-10 УК Франции, ст. 144 УК Испании <28>, § 98 УК Австрии, ст. 296 УК Голландии, § 245 УК Норвегии, ст. 153 УК Польши, ст. 119 УК Швейцарии, ст. 85 УК Аргентины <29>, ст. 215 УК Японии, ст. 468 УК Турции).

<27> Уголовный кодекс Федеративной Республики Германия от 15 мая 1871 г. / Под ред. Д.А. Шестакова. СПб., 2003.
<28> Уголовный кодекс Испании от 24 ноября 1995 г. / Под ред. и с предисл. Н.Ф. Кузнецова, Ф.М. Решетников; пер. В.П. Зырянова, Л.Г. Шнайдер. М., 1998.
<29> Уголовный кодекс Аргентины. Опубликован 29 октября 1921 г. Вступил в силу 29 апреля 1922 г. / Вступ. ст. Ю.А. Голик. СПб., 2003.

Следует отметить, что законодатели стран, в которых нерожденный ребенок признается человеческим существом, подлежащим самостоятельной защите, устанавливают уголовную ответственность за самоаборт (Германия, Испания, Австрия, Швейцария, Япония). В некоторых государствах наказуемость как общего субъекта, так и беременной женщины усиливается с определенного этапа развития плода (во Франции, Турции).

Интересными представляются положения зарубежных уголовных законов, направленные на профилактику посягательства матери на жизнь ребенка. Такие нормы предусматривают ответственность мужчины - отца ребенка или иных лиц, способствовавших поставлению беременной женщины в бедственное положение, т.е. косвенно виновных в совершении ею детоубийства или самоаборта. В силу § 255 УК Дании подлежит привлечению к ответственности мужчина, не оказывающий беременной от него вне брака женщине необходимую для родов помощь, если это привело к ее бедственному положению, а также любое другое лицо, знающее о приближении родов принадлежащей его семье женщины и не оказывающее ей необходимую помощь. Аналогичные нормы предусмотрены УК Норвегии.

В целом проведенный анализ зарубежного уголовного законодательства в сфере защиты жизни ребенка до и после рождения позволяет выделить как негативные, как и положительные его черты. Фактическое признание приоритета интересов женщины перед правом ребенка на жизнь в привилегированных составах детоубийства свидетельствует о принятии законодателями недостаточных мер по реализации международного принципа наилучшего обеспечения интересов ребенка <30>. Отсутствие в уголовных законах ряда стран норм об ответственности за многие возможные случаи незаконного производства аборта не соответствует требованиям международного права о надлежащей правовой защите ребенка до рождения <31>.

<30> Преамбула, принципы 2, 8 Декларации прав ребенка 1959 г. // Международная защита прав и свобод человека: Сб. док. М., 1990; ст. 3 Конвенции ООН о правах ребенка 1989 г. // Сборник международных договоров СССР. Вып. XLVI. М., 1993.
<31> Преамбулы Декларации прав ребенка и Конвенции ООН о правах ребенка.

К положительным тенденциям развития зарубежного уголовного законодательства следует отнести признание за нерожденным ребенком права на жизнь наряду с его матерью и установление ответственности за посягательства на плод, особенно с определенного этапа его развития. Усиление наказания за убийство рожденного ребенка как особо уязвимого потерпевшего и включение в уголовные законы норм, направленных на профилактику преступлений против жизни детей до и после рождения, соответствует принципу наилучшего обеспечения интересов ребенка, способствует его более эффективной защите, в том числе от действий собственных родителей. Изложенное, а также более обстоятельная проработанность некоторыми странами ответственности за посягательства на жизнь ребенка, выделение проблемы незаконного производства аборта в специальные разделы или главы, дифференцирование видов и размеров наказаний в зависимости от обстоятельств или субъектов преступления свидетельствуют о понимании законодателями необходимости эффективного использования уголовно-правовых инструментов для охраны жизни ребенка <32>.

<32> Киселева М.В. Указ. соч. С. 22.

Полагаем, что положительный опыт развития зарубежного уголовного законодательства может быть использован при разработке и совершенствовании соответствующих правовых гарантий защиты жизни ребенка до и после рождения в Российской Федерации.