Мудрый Юрист

Нужны ли уголовному процессу задачи?

Зажицкий В.И., доктор юридических наук, профессор.

В данной статье системному научному анализу подвергаются предписания уголовно-процессуального закона, определяющие назначение уголовного судопроизводства. Показано, что данное правовое понятие недостаточно отражает общесоциальную направленность уголовно-процессуальной деятельности и обосновывается необходимость более полного формулирования в УПК РФ задач уголовного процесса, в числе которых непременно должны быть указаны задачи полного и быстрого раскрытия преступлений и изобличение виновных.

Ключевые слова: задачи уголовного процесса, раскрытие преступлений, назначение уголовного судопроизводства, эффективность уголовного процесса.

In this article systematic scientific analysis are the requirements of procedural law, determines the assignment of criminal proceedings. Demonstrate that this legal concept does not sufficiently reflect general social orientation of the criminal procedural activity and substantiate the need for better formulation of objectives of the Code of criminal procedure, among which surely must be specified tasks complete and rapid disclosure of crimes and expose the perpetrators.

Важнейший признак уголовного процесса усматривают в том, что это, прежде всего, деятельность государственных органов и должностных лиц, осуществляемая в установленном законом порядке.

Общепризнано, что любая человеческая деятельность, любая работа, в том числе юридически значимая, объективно направлена на выполнение конкретных задач. Без них всякая деятельность была бы беспредметной. Поэтому во всех законах Российской Федерации, правовые нормы которых регламентируют соответствующие виды юридической деятельности, закономерно формулируются социально значимые задачи (ст. 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ст. 2 Закона РФ "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы", ст. 2 ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", ст. 2 Гражданского процессуального кодекса РФ и др.). Указом Президента РФ от 24 ноября 2003 г. утверждено Положение о Совете при Президенте Российской Федерации по борьбе с коррупцией. Во втором разделе этого документа также четко формулируется задача Совета <1>.

<1> См.: Рос. газ. 2003. 26 нояб.

Задачи любого вида государственной деятельности являются важнейшей правовой категорией, которая обусловливает полномочия и правовое положение субъектов деятельности, ее принципы, а также средства и способы успешного решения этих задач. Существенно также то, что именно задачи обусловливают необходимость дальнейшего совершенствования российских законов, внесения в них соответствующих изменений и дополнений.

В ст. 2 ранее действовавшего УПК РСФСР задачи уголовного судопроизводства были определены следующим образом:

"Задачами советского уголовного судопроизводства являются быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона, с тем чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден. Уголовное судопроизводство должно способствовать укреплению социалистической законности и правопорядка, предупреждению и искоренению преступлений, охране интересов общества, прав и свобод граждан, воспитанию граждан в духе неуклонного соблюдения Конституции СССР, Конституции РСФСР и советских законов, уважения правил социалистического общежития".

В таком виде задачи уголовного процесса представляли собой содержание уголовного процесса, выражали социальный заказ общества, адресованный его властным участникам, служили надежным ориентиром для судебно-следственной практики. Без такого ориентира не могло быть эффективного производства по уголовным делам.

Обоснованно отмечается, что "любой правовой акт, в том числе уголовно-процессуальный, и практика его применения, которые не обеспечивают достижение какой-то определенной цели или решение социально значимой задачи, - это нечто бессмысленное, никому не нужная безделушка. Он должен издаваться и претворяться в жизнь во имя чего-то, для получения какого-то определенного результата, т.е. для достижения какой-то цели или выполнения какой-то задачи" <2>.

<2> Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 2005. С. 12.

Изложенные обстоятельства нельзя было не учитывать при разработке действующего уголовно-процессуального закона. Но, несмотря на это, в УПК РФ не сформулированы задачи уголовного процесса, среди которых важнейшей должна была быть задача раскрытия преступлений. Вместо этого в ч. 1 ст. 6 УПК РФ, озаглавленной "Назначение уголовного судопроизводства", сказано, что уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. В ч. 2 данной статьи лишь упоминается, что "уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию".

Как видим, задачи заменены назначением уголовного процесса, в котором на первом месте стоит его правоохранительная функция. Свое отношение к ст. 6 УПК РФ о назначении уголовного судопроизводства эксперт Совета Европы, профессор университета Северного Лондона Билл Бауринг в своем заключении от 11 октября 2001 г. выразил следующим образом: "Непонятно, зачем эту статью вообще нужно было включать в новый УПК" и "кто и с какой целью будет ссылаться на положение этой статьи".

Замену четко сформулированных задач уголовного процесса его назначением, в котором превалирует правоохранительная функция, нельзя признать научно обоснованной и продуктивной для судебно-следственной практики. Отсутствуют научные разработки, которые убеждали бы в том, что предписания закона о назначении уголовного судопроизводства более полезны и предпочтительны.

Необходимо было также учитывать, что понятие "задачи уголовного судопроизводства" гармонично вписывалось в терминологическую систему уголовно-процессуального права, выполняло в нем роль системообразующего понятия. В частности, логично было объяснять, что уголовно-процессуальная форма направлена на успешное решение задач уголовного процесса или что уголовно-процессуальные гарантии - это предусмотренные Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законодательством правовые средства, направленные на успешное решение этих задач.

В отличие от задач уголовного процесса понятие "назначение уголовного судопроизводства" не вписывается в терминологическую систему уголовно-процессуального права, является многозначным и не является системообразующим. Его использование вносит дисгармонию в лексико-лингвистические способы отражения сложной уголовно-процессуальной материи. Например, в одном из определений уголовного судопроизводства сказано, что "это деятельность государственных органов, направленная на достижение назначения уголовного судопроизводства" <3>. Здесь последнее словосочетание довольно неуклюжее и трудно воспринимаемое. Такой же характеристики заслуживает словосочетание "для того чтобы выполнить назначение уголовного судопроизводства..." <4>.

<3> Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. М., 2009. С. 21.
<4> Там же. С. 282.

Правомерен вывод о том, что в ст. 6 УПК РФ под видом назначения уголовного судопроизводства, по существу, сформулирована важнейшая, социально значимая часть его общих задач. Однако "каждому юристу ясно, что не необходимость их достижения вызывает к жизни уголовный процесс, а то, что преступления, к сожалению, совершаются и их надо раскрывать, устанавливать и изобличать виновных в их совершении лиц. И такая задача не может не быть первоосновной уголовного процесса" <5>.

<5> Зинатуллин З.З., Зинатуллин Т.З. УПК РФ 2001 года и проблема надлежащего уголовно-процессуального регулирования // Материалы международной научно-практической конференции, посвященной принятию нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. М., 2002. С. 29.

Обращает на себя внимание то, что ст. 6 "Назначение уголовного судопроизводства" помещена в главу 2 УПК РФ, озаглавленную "Принципы уголовного судопроизводства". Такая конструкция обязывает назначение уголовного судопроизводства считать одним из его принципов. Однако с научной точки зрения и требований юридической техники такой подход неправомерен. Конечные результаты, которые должны быть достигнуты, или его задачи, что более корректно, нельзя относить к принципам уголовного процесса. Каждая из этих основополагающих категорий имеет самостоятельное значение: задачи - это то, что должно быть достигнуто в ходе уголовно-процессуальной деятельности, а принципы - это правовые средства, обеспечивающие успешное решение задач уголовного процесса. Поэтому правильно поступают авторы, которые при рассмотрении вопроса о принципах уголовного процесса в их систему не включают назначение уголовного судопроизводства <6>.

<6> См.: Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. С. 99 - 128; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. С. 233 - 281; Уголовный процесс / Под ред. В.П. Божьева. М., 2009. С. 53 - 80; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина, И.Б. Михайловской. М., 2010. С. 64 - 94; Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России: Учебное пособие. М., 2010. С. 30 - 40.

Концепция судебной реформы в Российской Федерации цель уголовной юстиции усматривает в реализации уголовного закона, которая обусловливает ее предназначение: "выявить и пресечь преступление; раскрыть преступление; осудить виновного" <7>. К сожалению, эта основополагающая концептуальная идея в УПК РФ реализована не была. Вызывает недоумение то, что ни в одном предписании действующего уголовно-процессуального закона в императивной форме не сформулирована задача полного и быстрого раскрытия преступлений, ни один принцип уголовного процесса на это не ориентирует. Вследствие этого и особенно в связи с совершением в последнее время тягчайших преступлений со всей очевидностью проявилась парадоксальная ситуация: Президент РФ Д.А. Медведев, все другие государственные деятели, общественность России требуют раскрывать преступления, и только УПК России умалчивает об этом <8>.

<7> Концепция судебной реформы в Российской Федерации. С. 77.
<8> Свое недоумение по поводу исчезновения из УПК РФ задач уголовного судопроизводства откровенно выражали участники научно-практической конференции "Правовая и криминологическая оценка нового УПК РФ", которая проходила 19 - 20 марта 2002 г в Институте государства и права РАН (см.: Гос. и право. 2002. N 9. С. 91, 103, 105).

Уголовный процесс как сложная социально значимая деятельность не должен оставаться без задач, представляющих собой важнейшую научную и правовую категорию и существующих объективно. Правоохранительная функция, выраженная в ст. 6 УПК РФ, исключительно важна, и ее следует считать частью общих задач уголовного процесса. Однако неправильно то, что в их числе не предусмотрена задача полного и быстрого раскрытия преступлений. Такое положение противоречит логике уголовно-процессуальной деятельности.

Известно, что каждое уголовное дело возбуждается при наличии признаков преступления в целях установления события преступления и изобличения лица или лиц, виновных в его совершении (ч. 2 ст. 21 УПК РФ), иначе говоря, в целях раскрытия преступления. Это и есть первоначальная задача уголовного процесса. Только в ходе успешного раскрытия преступления, а также по ее результатам обеспечивается защита лиц и организаций, потерпевших от преступлений <9>, и защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. Это признают даже авторы, которые безоговорочно соглашаются с конструкцией ст. 6 УПК РФ. Так, в учебнике "Уголовно-процессуальное право Российской Федерации" под ред. П.А. Лупинской отмечено: "Назначение уголовного судопроизводства в части защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, достигается тем эффективнее, чем быстрее раскрывается преступление и обеспечивается неотвратимость ответственности для лиц, чья вина достоверно доказана" <10>.

<9> См.: Панькина И.Ю. К вопросу о демократизации уголовно-процессуальной политики РФ // Актуальные проблемы уголовного судопроизводства: вопросы теории, законодательства, практики применения (к 5-летию УПК РФ). М., 2007. С. 95; Корнуков В.М. Системность УПК РФ и ее отражение в практике его применения и изучения // Материалы международной научно-практической конференции "Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: год правоприменения и преподавания". М., 2004. С. 14 - 15.
<10> Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. С. 25. См. также: Лазарева В.А. Указ. соч. С. 14.

Правомерен вывод о том, что все нормы доказательственного права и реальное доказывание призваны обеспечивать задачу раскрытия преступлений и изобличение виновных, а не только правоохранительную функцию. Это подтверждается требованиями закона при производстве по уголовному делу доказывать событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица в совершении преступления, форму его вины и мотивы, а также характер и размер вреда, причиненного преступлением (п. п. 1 - 2, 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ). Аналогичное требование содержится в ч. 2 ст. 21 УПК РФ, которое дополнено предписанием принимать меры по изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления.

Задачи раскрытия преступления и изобличения лица или лиц, виновных в его совершении, могут быть успешно достигнуты тогда, когда в ходе доказывания по уголовному делу будут получены достаточные доказательства, дающие основания для обвинения лица в совершении преступления (ч. 1 ст. 171 УПК РФ). В зависимости от результатов последующего доказывания предъявленное лицу обвинение может быть изменено или дополнено (ст. 175 УПК РФ).

Эффективной деятельности властных участников уголовного процесса не может быть без четко сформулированных в законе задач, которые "...будучи определены законодателем, программируют содержание норм УПК" <11>, служат важнейшими ориентирами в судебно-следственной практике и обусловливают необходимость дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства. Отсутствие их в действующем УПК РФ пытаются объяснить рядом причин.

<11> Куцова Э.Ф. УПК РФ и задачи раскрытия преступлений, изобличения виновных // Актуальные проблемы уголовного судопроизводства: вопросы теории, законодательства, практики применения (к 5-летию УПК РФ). М., 2007. С. 56.

Так, О.А. Малышева в полемике с авторами по поводу отсутствия в УПК нормы-задачи, которая обязывала бы органы предварительного расследования быстро и полно раскрывать преступления, рассуждает следующим образом: "В качестве оппонирования следует заметить, что УПК РФ отражает не только новые процессы, которые происходят в России, но и фактически олицетворяет новую идеологию российского уголовного процесса. Отказ от нормы, аналогичной той, которая содержалась в УПК РСФСР, означает отказ от обвинительного уклона в уголовном правосудии. Иными словами, отныне правосудие не отождествляется с выявлением и раскрытием преступления" <12>.

<12> Малышева О.А. Уголовно-процессуальное законодательство России: аргументы "за" и "против" // Уголовно-процессуальное право: понятие, содержание, источники: Материалы научно-практической конференции, посвященной 100-летию со дня рождения профессора Д.С. Кареева. М., 2006. С. 88 - 89.

Приведенные рассуждения более чем странные. Новые процессы, происходящие в России, не могут и не должны исключать раскрытие преступлений. Эти процессы привели к безудержной криминализации общества, преступность в котором продолжает реально угрожать национальной безопасности страны. Поэтому необходимо совершенствовать уголовно-процессуальный закон, с тем чтобы он стал более эффективным и действенным средством раскрытия преступлений. И если новая идеология российского уголовного процесса предполагает отказ от раскрытия преступлений, наносит ущерб борьбе с преступностью, то от такой идеологии необходимо немедленно отказаться.

Правосудие по уголовным делам предполагает вынесение не только оправдательных, но и обвинительных приговоров. Но последние возможны только в тех случаях, когда преступления выявлены и раскрыты. В правильной, социально ориентированной уголовно-процессуальной идеологии должны быть сбалансированы правовые средства раскрытия преступлений и правовые средства, надежно обеспечивающие права, свободы и законные интересы любой личности, вовлекаемой в сферу уголовного судопроизводства. Эта проблема представляется более существенной по сравнению с той, которой озабочен цитируемый автор.

Отсутствие в уголовно-процессуальном законе конкретных задач общесоциальной направленности не способствует формированию у практических работников правильного правосознания, что не может не отражаться на результатах их деятельности. Неоднозначно решается рассматриваемый вопрос и в научной и учебной литературе, которая характеризуется двусмысленными, неопределенными и противоречивыми суждениями, отсутствием должного анализа правовых предписаний.

Например, в одних учебниках в определениях уголовного процесса наряду с другими задачами раскрытие преступлений в самом общем виде только упоминается <13>. В других учебниках такие определения содержат понятие "задачи уголовного судопроизводства", но содержание их не раскрывается <14>. Автор учебного пособия "Уголовный процесс России" Б.Т. Безлепкин в своем определении уголовного процесса о его задачах не упоминает, а содержание уголовно-процессуальной деятельности сводит к возбуждению уголовных дел, предварительному расследованию, судебному рассмотрению и разрешению уголовных дел, а также судебной деятельности по исполнению приговора <15>. В учебнике "Уголовный процесс" под редакцией К.Ф. Гуценко содержится правильный призыв не оставлять уголовный процесс без конкретно формулируемых задач. Но к ним отнесены только две группы задач: "задачи непосредственные (они в основном определены в приведенной выше ст. 6 УПК) и задачи общесоциальные - охрана прав и свобод человека и гражданина в широком смысле этих слов, а равно других многоплановых интересов общества и государства" <16>. Как видим, места раскрытию преступлений и изобличению виновных в числе задач уголовного процесса здесь также не нашлось. Наконец, в учебниках встречаются определения уголовного судопроизводства как деятельности, "направленной на достижение назначения уголовного судопроизводства" <17>.

<13> См., напр.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. И.Л. Петрухина. С. 7.
<14> См., напр.: Уголовный процесс / Под ред. В.П. Божьева. С. 19.
<15> См.: Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России. С. 7.
<16> Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. С. 16.
<17> См., напр.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. С. 21.

От такого обилия суждений по важнейшему вопросу уголовного процесса у студентов может кругом идти голова, только определенного и однозначного понимания рассматриваемого правового явления не появится.

Отсутствие в УПК РФ нормы-задачи объясняют также тем, что наличие ее в ранее действовавшем уголовно-процессуальном законе не обеспечивало успешного раскрытия всех преступлений. Но в данном случае речь идет о самостоятельной проблеме методологического характера, которая не исключает общего правового требования раскрывать преступления.

Наконец, по мнению авторов, находящихся в плену ложной идеи о российском уголовном процессе как процессе состязательном, раскрытие преступлений не может быть общей задачей для всех властных участников уголовного процесса. При этом подразумевают, конечно же, суд. Но в данном случае не берется во внимание предписание закона о том, что суд является субъектом доказывания (ст. 17, ч. 1 ст. 74, ст. ст. 86 - 87 и др. УПК РФ). Как субъект доказывания в судебном заседании он должен активно участвовать в исследовании доказательств, активизировать деятельность сторон в этом направлении, по их или по собственной инициативе получать другие доказательства. Но можно ли в данной ситуации рассуждать так, что суд, проявляя себя подобным образом, совершенно безразличен к раскрытию преступления, не должен иметь к этому никакого отношения? Очевидно, нельзя. И безосновательны опасения относительно того, что поскольку суд играет роль субъекта доказывания, то тем самым он осуществляет функцию уголовного преследования. На самом деле такую функцию суд не осуществляет, поскольку не формулирует обвинительного тезиса и не предъявляет его конкретному лицу.

Согласно ч. 2 ст. 243 ранее действовавшего УПК РСФСР председательствующий в судебном заседании, а следовательно, суд как коллегиальный орган, обязаны были принимать все предусмотренные законом меры к всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств дела и установлению истины. Тем самым закон определял объективную позицию суда, без которой эффективное правосудие по уголовным делам было невозможно. В приведенном нормативном предписании по существу выражалось требование раскрывать преступления в судебном разбирательстве.

Не только судебно-следственные работники, но и должностные лица, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, нуждаются в надежном ориентире, которым являются задачи уголовного процесса в их правильном понимании. В их числе наряду с правоохранительными задачами непременно должно быть полное и быстрое раскрытие преступлений, изобличение лица или лиц, виновных в их совершении. Успешное решение всех других, в том числе правоохранительных задач, обусловлено именно этими задачами. Они вытекают из анализа соответствующих предписаний уголовно-процессуального закона. Однако в целях повышения эффективности уголовного судопроизводства считаю целесообразным придать им форму правового требования и отразить в отдельной статье УПК РФ. В основе такого требования должна лежать фундаментальная идея о том, что "уголовно-процессуальное законодательство призвано регулировать практическую деятельность по выявлению и раскрытию преступлений, установлению и изобличению лиц, виновных в их совершении, и последующему судебному разрешению вопроса о виновности или невиновности лиц, привлеченных к уголовной ответственности" <18>.

<18> Корнуков В.М. Достоинства и проблемные аспекты нового УПК России // Материалы международной научно-практической конференции, посвященной принятию нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. М., 2002. С. 19.

При создании в УПК РФ нормы-задачи целесообразно воспользоваться формулировкой задач уголовного процесса, которая содержалась в проекте УПК РФ, подготовленном Министерством юстиции РФ ко второму чтению в Государственной Думе по состоянию на 1 июля 1999 г.:

"Статья 7. Задачи уголовного процесса

(1) Задачами уголовного процесса является защита личности, прав и свобод человека и гражданина, интересов общества и государства от преступных посягательств путем быстрого и полного раскрытия преступлений, уголовного преследования лиц, их совершивших, объективного судебного разбирательства, правильного применения закона на основе строгого соблюдения норм, установленных настоящим Кодексом.

(2) Задачами уголовного процесса является также обеспечение защиты лиц от необоснованного обвинения и осуждения, незаконного ограничения прав и свобод человека и гражданина, в случае обвинения или осуждения невиновного - его незамедлительной и полной реабилитации.

(3) Порядок производства по уголовному делу, установленный настоящим Кодексом, призван способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению преступлений, формированию уважительного отношения к закону".

Именно такие задачи вытекают из анализа соответствующих предписаний уголовно-процессуального закона. С ними органически связано доказательственное право и вообще вся уголовно-процессуальная деятельность. Предлагаемое дополнение закона послужит более надежным ориентиром в судебно-следственной практике, усилит публичный характер уголовного процесса и, уверен, будет с удовлетворением принято судебно-следственными работниками.