Мудрый Юрист

Об относимости постановлений конституционного суда Российской Федерации к системе источников российского экологического права *

<*> Krasil'nikova K.O. On relevancy of decrees of the Constitutional Court of the Russian Federation to the system of sources of the russian environmental law.

Красильникова К.О., помощник юриста ООО "Авако холдинг".

Статья посвящена вопросам соотношения постановлений Конституционного Суда Российской Федерации с источниками экологического права.

Ключевые слова: источники экологического права, постановления Конституционного Суда Российской Федерации, нормы права.

The article is devoted to the issues of correlation of decrees of the Constitutional Court of the Russian Federation with the sources of environmental law.

Key words: sources of environmental law, decrees of the Constitutional Court of the Russian Federation, norms of law.

Конституционным Судом Российской Федерации принимается немало решений, посвященных рассмотрению вопросов о конституционности норм экологического законодательства. При этом такие акты, как, например, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о проверке конституционности положения подпункта "б" пункта 4 Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Порядка определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия" в связи с запросом Верховного Суда Республики Татарстан" <1>, Постановление Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" <2>, оказывают существенное влияние на регулирование общественных отношений в сфере охраны окружающей среды, вследствие чего под влиянием актов Конституционного Суда претерпевает изменения система источников экологического права.

<1> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 мая 2009 г. N 8-П "По делу о проверке конституционности положения подпункта "б" пункта 4 Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Порядка определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия" в связи с запросом Верховного Суда Республики Татарстан" // СЗ РФ. 2009. N 22. Ст. 2752.
<2> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июня 2000 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // СЗ РФ. 2000. N 25. Ст. 2728.

Признание актов Конституционного Суда Российской Федерации в качестве источника экологического права в настоящее время относится к спорным вопросам. В научной доктрине в указанной области не сформировалось единого мнения: некоторые ученые признают в качестве источников права постановления Конституционного Суда (М.В. Баглай, С.А. Боголюбов, Е.В. Колесников, Б.С. Эбзеев), другие считают такое признание недопустимым (М.М. Бринчук, О.И. Крассов). Анализируя различные мнения относительно рассматриваемого вопроса, необходимо иметь в виду наличие различных подходов к определению понятия источников экологического права. От определения источников права, которое используется при проведении анализа, в данном случае решающим образом зависит и его результат.

Если руководствоваться тем, что "источник экологического права - это нормативный правовой акт, принятый органом государственной власти или органом местного самоуправления в пределах установленной для них компетенции, который устанавливает, изменяет или отменяет эколого-правовые нормы" <3>, нет оснований признавать в качестве таковых источников постановления Конституционного Суда Российской Федерации, так как Конституционный Суд правотворческим органом не является и соответственно его акты не признаются нормативно-правовыми актами. Постановления Конституционного Суда не содержат норм экологического права, а лишь могут лишить их полностью или в части юридической силы.

<3> Крассов О.И. Экологическое право: Учебник для вузов. М.: Норма, 2004. С. 40.

В основном определения источника права, и источника экологического права в частности, представляют в литературе источник как акт, закрепленный нормативно. Нормативность предстает ключевым признаком определения источника права. В рамках такого подхода к определению источника права невозможно выработать однозначную позицию относительно признания в качестве такового постановлений Конституционного Суда, потому что, строго говоря, его акты не носят нормативного характера. Оппоненты признания постановлений Конституционного Суда источниками права придерживаются мнения о том, что Конституционный Суд не относится к числу правотворческих органов и в связи с этим его акты не могут выступать в качестве источников права.

При этом следует отметить существование мнений о том, что Конституционный Суд не формально, но "по существу" является "правотворческим органом, акты которого по юридической силе" стоят "выше актов парламента и Президента" <4>, а также о том, что "решения Конституционного Суда, в результате которых нормативные акты, признанные неконституционными, утрачивают силу", "обладают нормативной силой" <5>.

<4> Конституционное право Российской Федерации: Учебник для вузов / М.В. Баглай. М.: Норма, 2007. С. 41.
<5> Экологическое право: Учебник / Под ред. С.А. Боголюбова. М.: Проспект, 2009. С. 28.

Для формирования позиции по обозначенному вопросу представляется необходимым рассмотрение не только теоретических основ, но также и соответствующего законодательства.

Пункт 6 ст. 125 Конституции Российской Федерации <6> предусматривает утрату силы актами или отдельными положениями, признанными Конституционным Судом Российской Федерации неконституционными. Таким образом, уже на уровне Конституции Российской Федерации закреплена возможность влияния Конституционного Суда Российской Федерации на формирование права путем изъятия неконституционных норм из общего массива источников права.

<6> См.: Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. // Рос. газ. N 237. 1993. 25 дек.

Статьей 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" <7> устанавливается непосредственное действие решений Конституционного Суда и отсутствие необходимости подтверждения их другими органами и должностными лицами, а также то, что решения Конституционного Суда окончательны, не подлежат обжалованию, не могут быть преодолены путем повторного принятия отвергнутого неконституционного акта и вступают в силу немедленно после их провозглашения.

<7> См.: Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" // СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447.

В то же время из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации" <8> следует, что "решения Конституционного Суда Российской Федерации, в результате которых неконституционные нормативные акты утрачивают юридическую силу, имеют такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же, как соответствующие нормативные акты, общее значение", что "Конституционный Суд Российской Федерации выносит официальные решения, имеющие общеобязательное значение", а также что "его постановления обязывают всех правоприменителей, включая другие суды, действовать в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации".

<8> См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 1998 г. N 19-П "По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации" // СЗ РФ. 1998. N 25. Ст. 3004.

Как сторонники, так и противники признания постановлений Конституционного Суда источниками экологического права в большинстве сходятся во мнении, что указанные акты оказывают существенное влияние на регулирование общественных отношений в соответствующей сфере.

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о проверке конституционности положения подпункта "б" пункта 4 Постановления Правительства Российской Федерации "Об утверждении Порядка определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия" в связи с запросом Верховного Суда Республики Татарстан", которым признается не соответствующим Конституции положение, предоставившее органам исполнительной власти субъектов Российской Федерации право освобождать от платы за загрязнение окружающей природной среды отдельные организации, служит одним из ярких примеров актов Конституционного Суда, оказывающих влияние на правовое регулирование отношений в сфере охраны окружающей среды. Важность этого Постановления для экологического права в целом определяется совершенствованием правового регулирования экологических общественных отношений в сфере взимания платы за загрязнение окружающей среды, которое произошло благодаря исключению нормы, в результате которого освобождение субъектов загрязнения от платы лежит исключительно в пределах компетенции федеральных органов государственной власти. Теперь правовое регулирование общественных отношений в сфере взимания платы за загрязнение окружающей среды приведено в соответствие с правовыми принципами "научно обоснованного сочетания экологических, экономических и социальных интересов человека, общества и государства в целях обеспечения устойчивого развития и благоприятной окружающей среды", "охраны, воспроизводства и рационального использования природных ресурсов как необходимых условий обеспечения благоприятной окружающей среды и экологической безопасности", "платности природопользования и возмещения вреда окружающей среде", в соответствие с "принципом приоритета публичных интересов", охарактеризованным в Постановлении как "один из основных принципов правового регулирования отношений в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности", а также в соответствие с положением ст. 5 Федерального закона "Об охране окружающей среды" <9>, согласно которому "установление порядка определения размера платы за выбросы и сбросы загрязняющих веществ в окружающую среду, размещение отходов и другие виды негативного воздействия на окружающую среду" относится к компетенции федеральных органов государственной власти.

<9> См.: Федеральный закон от 10 января 2002 г. N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" // СЗ РФ. 2002. N 2. Ст. 133.

Примечательно, что ранее именно с принятием постановления Конституционного Суда урегулировался вопрос права собственности на природные ресурсы на территории субъектов Российской Федерации - важный аспект общественных отношений в сфере охраны окружающей среды и природопользования. Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации "По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" было признано неконституционным положение Конституции Республики Алтай, "согласно которому земля, недра, леса, растительный и животный мир, водные и другие природные ресурсы являлись достоянием (собственностью) Республики Алтай", как допускающее признание за Республикой Алтай права собственности на все природные ресурсы, находящиеся на ее территории. При этом в Постановлении специально отмечается, что "с Российской Федерации и субъектов Российской Федерации не снимается вытекающая из статей... Конституции Российской Федерации обязанность в установленном федеральным законом порядке гарантировать использование и обеспечивать охрану земли и других природных ресурсов как основы жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории".

В обоих рассмотренных случаях постановления Конституционного Суда не просто обеспечили соответствие законодательства Конституции Российской Федерации, но и внесли баланс в правовое регулирование экологических отношений в соответствующей сфере, и их значение для такого регулирования очевидно велико.

Таким образом, мы сталкиваемся с противоречием. С одной стороны, исходя из приведенных положений постановлений Конституционного Суда и законодательства логично было бы сделать вывод о причислении постановлений Конституционного Суда Российской Федерации, в соответствии с которыми эколого-правовые нормы утрачивают силу, к источникам экологического права, ведь они "имеют такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же, как соответствующие нормативные акты, общее значение", "обязывают всех правоприменителей, включая другие суды, действовать в соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации" <10>. С другой стороны, большинством определений источника права, имеющихся в работах российских ученых, в качестве основной характеристики источника права так или иначе признается нормативность, и, в соответствии с этим, постановления Конституционного Суда, отменяющие правовую норму, хоть и влияют на правовое регулирование общественных отношений и могли бы быть признаны источником права по содержанию (по значению, по характеру применения и т.п.), однако формально не могут быть признаны таковыми в соответствии с преобладающей теоретической точкой зрения.

<10> Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 1998 г. N 19-П "По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации" // СЗ РФ. 1998. N 25. Ст. 3004.

Итак, для того чтобы постановления Конституционного Суда Российской Федерации, лишающие нормы права юридической силы, можно было бесспорно признать источниками экологического права, необходимо пересмотреть подходы к определению источников права таким образом, чтобы оно характеризовало все источники права, включая такие постановления.

Если основной характеристикой источника права признать не нормативность как отражение того, что источник права содержит и устанавливает правовые нормы, а установление, изменение или отмену нормы права, приводящие к изменению правового регулирования общественных отношений в соответствующей сфере, то постановления Конституционного Суда, признающие неконституционными отдельные нормы права, можно будет рассматривать в качестве источников права.

Однако на данный момент, основываясь на вышеприведенных положениях, можно сделать следующий вывод: постановление Конституционного Суда Российской Федерации, в результате которого норма права утрачивает юридическую силу, - особый акт, обладающий признаками источника права. Не являясь, строго говоря, нормативно-правовым актом, такое постановление изменяет правовое регулирование общественных отношений, внося коррективы в законодательство путем отмены неконституционных норм, обладая при этом такими признаками, как непосредственное действие, окончательность, общеобязательность применения, присущими нормативно-правовым актам.