Мудрый Юрист

Доктрина и судебный прецедент как источники зарубежного экологического права *

<*> Nikishin V.V. The doctrine and judicial precedent as sources of the foreign ecological right.

Никишин Вадим Владиславович, аспирант кафедры гражданского права и процесса Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева.

В статье анализируются вопросы правового содержания доктрины и судебного прецедента, возможности расширения сферы их применения как источников экологического права.

Ключевые слова: экологические права, источник права, толкование, доктрина, судебный прецедент.

The questions of law content of doctrine and judicial precedent, the possibilities of broadening of their applications, as sources of ecological law are analyzed in the article.

Key words: ecological rights, source of law, interpretation, doctrine, judicial precedent.

Развитие экологического права во многом определяется разнообразием источников <1>. Споры ведутся о возможностях и перспективах использования доктрины и судебного прецедента как источников экологического права и возможности их трансформации в правовой системе России <2>. Для уяснения места и роли доктрины и судебного прецедента в системе источников экологического права важное значение имеет анализ их соотношения в странах англосаксонской и романо-германской правовых семей, международном экологическом праве <3>.

<1> Под источниками российского экологического права, как правило, понимаются нормативные правовые акты, содержащие нормы, регулирующие отношения в сфере взаимодействия природы и общества. См.: Бринчук М.М. Экологическое право: Учебник. М.: Эксмо, 2010. С. 85.
<2> Роль расширяющейся судебной, административной и общественной практики по охране природы рассматривалась еще В.В. Петровым и О.С. Колбасовым в процессе определения места эколого-правовых норм в системе советского права // Правовая охрана природы в СССР: Учеб. пособие. М.: Юрид. лит., 1976. С. 61.
<3> О.Л. Дубовик к числу источников международного экологического права относит работы наиболее известных и квалифицированных юристов различных стран. См.: Дубовик О.Л., Кремер Л., Люббе-Вольфф Г. Экологическое право: Учебник. М.: Эксмо, 2005. С. 48.

Правовая доктрина является вторичным источником англосаксонского права <4>. Однако, несмотря на определенную ее недооценку, элементы правовой доктрины оказывают существенное влияние на судебное правотворчество <5>. Подчеркивается, что на современном этапе развития правовой системы стран общего права мнения выдающихся юристов как таковые по-прежнему сохраняют свое значение, признаются в качестве источника права (в нашем случае - экологического), в силу того что содержат необходимые обобщения, анализ правовых норм <6>. Кроме того, в национальных правовых системах стали иметь большое значение цельные систематизированные доктрины, в числе которых доктрина обязательности следования прецеденту вышестоящего суда (принцип stare decisis) <7>.

<4> Доктрина рассматривается как учение, научная философская теория, система идей и взглядов, совокупность ведущих положений и принципов, заложенных в основу правового механизма регулирования отдельного вида общественных отношений. См.: Марченко М.Н. Источники права. М.: ТК Велби, 2005. С. 605.
<5> Издавна существовали отдельные учебники, в которых пытались дать как общую картину права, так и осветить отдельные вопросы. Такие учебники писались судьями, и их ценность заключалась в ссылках на первичный материал статутов, которыми пользовался автор. Формулировка правовой нормы в такой работе, при отсутствии других, принималась в качестве источника права. См.: Нерсесянц В.С., Батлер У. Источники английского права и правовой мысли // История права: Англия и Россия / Рук. авт. кол. В. Нерсесянц, У. Батлер. М.: Прогресс, 1990. С. 162; Апарова Т.В. Суды и судебный процесс Великобритании: Англия, Уэльс, Шотландия. М.: Институт международного права и экономики, 1996. С. 126.
<6> См.: Марченко М.Н. Источники права. С. 607.
<7> Экологический судебный прецедент представляет собой решение суда - эталон при разрешении сходного круга вопросов по охране окружающей среды, природопользованию, являющийся, как правило, обязательным к соблюдению определенными категориями судов. Тогда термин "прецедент" означает не что иное, как судебное решение по эколого-правовому спору. Формулируя решения по конкретному спору, суд, с одной стороны, выносит решение, обязывающее стороны этого конкретного спора к выполнению какого-либо действия или к воздержанию от выполнения какого-либо действия, т.е. обязывает конкретные стороны спора. С другой стороны, суд в своем решении формулирует общую правовую норму, которая является обязательной для применения всеми судами нижестоящих инстанций и судом равной инстанции. Тем самым важную особенность прецедента во внутригосударственном праве составляет такой элемент, как общеобязательность для однородных отношений, в том числе экологических, всеобщность и устойчивость его применения.

Английские суды руководствуются не столько действующим экологическим законодательством <8>, сколько выработанными судейским сообществом принципами и нормами права. Применяя право, судебные инстанции Великобритании связаны юридической силой его источника. Обязательные прецеденты подлежат неукоснительному применению, как и законы. Убедительные прецеденты судьи принимают во внимание, но следовать им не обязаны <9>.

<8> В числе экологически значимых правовых актов Великобритании называются: в сфере охраны атмосферного воздуха - акты об охране атмосферного воздуха от вредных выбросов (законы о "чистом" воздухе) 1958, 1968, 1973 гг., Закон о контроле над загрязнением атмосферы 1978 г.; в сфере правовой охраны земель - Закон о диких животных и сельской местности 1981 г., Закон о сельской местности и правах на дорогу 2000 г., Закон о местном самоуправлении и жилищном строительстве 1989 г., Закон о пестицидах 1989 г.; в сфере охраны вод - Закон о водных ресурсах 1991 г.; в сфере охраны недр - Закон об угольной промышленности 1990 г., Закон о шахтах 1998 г., Закон о нефти 1998 г.; в сфере правовой охраны растительности - Закон о диких животных и растениях 1974 г., Закон о разновидностях растений 1997 г., Закон о королевских парках 2000 г.; в сфере правовой охраны животного мира - Закон о морской рыбе 1992 г., Закон о морском рыболовстве 1992 г. См.: Высторобец Е.А. Экологическое право - мотивации в международном сотрудничестве. М.: Наука, 2006. С. 109 - 117.
<9> Кроме того, существуют как различимые, так и неразличимые прецеденты. Применяются лишь различимые (по материалам дела) прецеденты. Различимые и неразличимые прецеденты учитываются потому, что в английском праве действует запрет на применение прецедента по аналогии. Не подлежит применению прецедент к обстоятельствам сходным, но не одинаковым с делом, в котором он возник. См.: Романов А.К. Право и правовая система Великобритании: Учеб. пособие. М.: Форум, 2010. С. 233, 239 - 240.

Действительно, значение доктрины недооценивается в Англии еще больше, чем на континенте, так как английское право обязано ученым, а больше - судьям <10>. Однако следует остерегаться окончательных формулировок. Поскольку доктринальные труды, написанные судьями, получили квалификацию авторитетных книг, а изучение материального права в современных университетах основывается на таких книгах и учебниках, неизбежно возникает новое отношение к доктрине как источнику экологического права <11>.

<10> См.: Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы современности / Пер. с фр. В.А. Туманова. М.: Международные отношения, 1998. С. 267.
<11> Напомним, что доктрина обязательности прецедентов не могла появиться без официальной публикации судебных отчетов, а сам принцип обязательности прецедентов не мог быть реализован без установления определенной иерархии судов. Таким образом, доктрина прецедента как таковая древнее, но только в XIX в. прецедент стал обязательным, а не просто имеющим силу убеждения. См. об этом: Уолкер Р. Английская судебная система / Пер. с англ. М.: Юрид. лит., 1980. С. 181 - 182; Апарова Т.В. Указ. соч. С. 11.

Оценивая соотношение судебного прецедента с доктриной в странах романо-германской правовой семьи, следует иметь в виду, что правовым фундаментом здесь с самого начала служила общность культуры и традиций западноевропейских стран, в том числе в сфере охраны окружающей среды, природопользования <12>. В ряду источников права доктрина имела первостепенную важность, так как именно она создавала в различных странах разный инструментарий для работы юристов <13>.

<12> Современная доктрина российского экологического права также не исключает отнесение судебной практики и судебных прецедентов к источникам экологического права. См.: Дубовик О.Л., Кремер Л., Люббе-Вольфф Г. Указ. соч. С. 293 - 294.
<13> Для французского юриста, изучающего немецкое право, затруднительно не столько различие по содержанию между французским и немецким правом, сколько различие по форме, существующее между произведениями немецких и французских правоведов. См.: Давид Р., Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 106 - 107.

В Испании правотворческая роль судебной практики, будучи основанной на ряде решений Верховного суда Испании, формирует doctrina legal. Нарушение ее согласно закону является одним из важнейших оснований для обжалования судебных решений в Верховный суд. Если в Германии и Италии предпочтение отдается фундаментальным доктринам <14>, то во Франции весьма высоко ценятся академические мнения, касающиеся прикладных аспектов экологического права <15>. В процессе правоприменения судебные решения хотя и не используются как первичные источники экологического права Франции, однако в повседневном регулировании общественных отношений они играют далеко не последнюю роль. В особенности это касается решений кассационного суда, которые нередко служат не только общим ориентиром для судебной практики, но и принципиальным указателем при решении конкретных дел <16>. Это происходит, когда имеются пробелы в законодательстве - суды в процессе рассмотрения дел сталкиваются с такими ситуациями, при которых рассматриваемые отношения либо не урегулированы нормами экологического права, либо используются неясные по содержанию, противоречивые нормы.

<14> См.: Брандт Э. Право окружающей среды в контексте наук об окружающей среде // Экологическое право. 2004. N 6. С. 50 - 51.
<15> См.: Кромарек П. О чудо-кодексе Франции // Экологическое право. 2002. N 5. С. 39 - 40.
<16> См.: Марченко М.Н. Источники права. С. 517 - 518; Он же. Правовые системы современного мира: Учеб. пособие. М.: ИКД "Зерцало-М", 2008. С. 50, 125.

Полагаем, что исследование практики использования доктрины и судебного прецедента как источников экологического права стран англосаксонской и романо-германской правовых семей будет способствовать оценке возможности их трансформации в российской правовой системе.