Мудрый Юрист

Значение правовой идеологии в решении задачи легитимации государственной власти *

<*> Besedin A.A. Importance of legal ideology in solution of the task of legitimation of state power.

Беседин Александр Александрович, соискатель кафедры теории государства и права Московского университета МВД России.

Статья посвящена анализу ключевых идей, положенных в основу легитимации государственной власти средствами и механизмами правовой идеологии.

Ключевые слова: правовая идеология, справедливость, свобода, легитимация, власть, властеотношение, обязанность, ответственность.

The article deals with the analysis of the key ideas behind the legitimation of Government means and mechanisms of legal ideology.

Key words: legal ideology; justice; freedom; legitimation; power; duty; responsibility.

Легитимация государственной власти представляется сегодня крайне важной задачей. Американский ученый Ф. Фукуяма писал: "Монополия легитимной власти, которую государство применяет, позволяет избегать внутри страны того, что Томас Гоббс называл "войной всех против всех"..." <1>.

<1> Фукуяма Ф. Сильное государство. М., 2006. С. 13.

Мы полагаем, что изначально власть (не в своем конкретном выражении, а по своей сущности) - это не право (иначе она не нуждалась бы в легитимации); власть - это лишь возможность права, лишь притязание, обеспеченное силой и рассчитанное на признание <2>. При этом власть может стать правом в том случае, если ее носитель посредством механизма правовой идеологии убедит тех, на кого она направлена, в своей справедливости и необходимости власти для поддержания порядка. Воспринимать власть как естественное право государства можно только в самом абстрактном и отвлеченном смысле, и именно этот смысл транслирует правовая идеология применительно к конкретным формам и проявлениям государственной власти.

<2> Маритен Ж. Человек и государство. М., 2000. С. 119.

Следует сформулировать понятие легитимации власти. Легитимация государственной власти - это механизмы и приемы, посредством которых властные отношения приобретают свойство легитимности, т.е. предстают в общественном сознании как естественные, онтологически необходимые и справедливые. Говоря об "обосновании государства", Г. Еллинек имел в виду именно легитимацию, т.е. объяснение феномена государственной власти на теоретическом - научном и философском уровнях <3>. Легитимная государственная власть в контексте правовой идеологии может быть представлена в виде естественного права повелевать, в виде естественной обязанности властвовать (предполагающей ответственность) либо в виде естественного порядка властеотношений.

<3> Еллинек Г. Общее учение о государстве. СПб., 2004. С. 194 - 235.

В системе правовой идеологии следует выделить такую важную идею, как идея справедливости. Эта идея является одной из системообразующих для правовой идеологии. Правовая идеология соотносит власть со справедливостью, так как ценность справедливости является одной из базовых, на которых основана правовая идеология любого государства. Таким образом, чтобы "оправдать" власть, правовая идеология должна обосновать справедливость власти как таковой и справедливость власти в ее конкретном выражении, т.е. чтобы доказать, что всякая власть справедлива. С другой стороны, любая власть связана с принуждением и в этом смысле воспринимается как зло. И даже если в этом смысле зло необходимо, оно тем не менее остается злом <4>. Не случайно и в своей концепции власти М. Фуко указывает на контрстратегию власти, неизбежно возникающую там, где существуют властеотношения <5>. Иными словами, власть в "чистом виде" всегда воспринимается критически и вызывает сопротивление либо на уровне действия, либо на идеологическом уровне. Минимизация сопротивления власти и является задачей правовой идеологии.

<4> См.: Исаев И.А. Власть и закон в контексте иррационального. М., 2006.
<5> См.: Коэн Дж.Л., Арато Э. Гражданское общество и политическая теория. М., 2003.

Следует обратить внимание на идею Ж. Маритена о власти как о праве, воспринимая ее, что является принципиальным, как идеологическую установку <6>. Для того чтобы власть воспринималась как право, она должна идеологически представляться справедливой сама по себе, и она должна также представляться справедливой в конкретном своем выражении и в каждом конкретном акте. Справедлива власть именно вследствие того, что служит основанием для арбитража между людьми. Справедлива она и потому, что проистекает из "природы вещей". Ж. Маритен по этому поводу пишет: "Итак, власть означает право. Если данная человеческая природа во вселенной может быть сохранена и развита только в структуре культуры и если структура культуры с необходимостью вызывает в социальной группе функции повеления и управления, нацеленные на общее благо, то этой функции требует естественное право, и она заключает в себе право повелевать и управлять" <7>. Таким образом, государственная власть, по мнению Ж. Маритена, в своем основании справедлива. Мы можем, учитывая соображения, приведенные в начале статьи, согласиться с ним лишь отчасти, принимая во внимание вышеприведенные оговорки, т.е. именно легитимную государственную власть в любом случае следует рассматривать как право. При этом задача укрепить в общественном сознании представление о власти как о праве - задача правовой идеологии, определяемая ее легитимационной функцией. В содержании правовой идеологии власть предстает как право, а механизм правовой идеологии, внедряя такое представление о власти, вместе с тем должен снять все идейные основания сопротивления власти.

<6> Маритен Ж. Указ. соч. С. 119.
<7> Маритен Ж. Указ. соч. С. 119.

Что касается конкретного властного акта (использования власти), то он не должен выглядеть произвольным. Властный акт всегда должен апеллировать к правовым основаниям, он должен быть объяснимым с точки зрения правосознания, сообразовываться с чувством справедливости. Таким образом, правовая идеология призвана легитимировать не только основание (сущность), но и применение (использование) государственной власти.

Вместе с тем, говоря, что в контексте правовой идеологии власть может быть представлена как справедливое право, мы не можем не обратить внимания на такую важную деталь, как представление о власти как об обязанности. Это представление в контексте правовой идеологии тесно связано с идеей справедливости. Власть - это право делегированное, следовательно, его надлежащая реализация выступает обязанностью носителя власти. А обязанность предполагает ответственность. Дело в том, что носитель права власти предстает как лицо, ответственное за надлежащую реализацию этого права (мы ведь не можем говорить о том, что право на власть рассматривается как сугубо индивидуальное право; напротив, оно всегда публично и политично по своей природе, так как затрагивает вопросы реализации личной свободы многих). Сама власть, воспринимаемая как естественное право, право, происходящее из природы вещей, всегда предполагает необходимость своей реализации, причем реализации в принципе, а не только надлежащей реализации. Таким образом, власть приближается к совершенно иному качеству, к качеству обязанности. На субъект власти возложена обязанность реализации власти в принципе, с одной стороны, и именно надлежащая (справедливая) реализация власти - с другой.

Власть в идеологическом ракурсе представлена также и как бремя, как страдание носителя власти. Это выражено в контексте правовой идеологии, в частности на мифологическом уровне, и служит для демонстрации необходимости власти; власть преподносится как жертва, "проклятие" властвующего. Отсюда и образ утомленного трудами "слуги народа", страдающего под грузом ответственности. Властеотношение в принципе, таким образом, предстает как обязанность. При этом обязанности править соответствует обязанность повиноваться. Это хорошо видно на примере феодального периода развития общества, и в частности на примере вассально-сеньориальных отношений, основанных на договоре с взаимными правами и обязанностями.

Ответственность власти сама по себе, в контексте правовой идеологии, выступает как ретроспективная форма идеи справедливости. Справедливость восстанавливается через ответственность. Если субъект власти допускает произвол, то этот произвол искупается через ответственность. Реализованная ответственность выступает как осуществленная компенсаторная справедливость. Как справедливо указывает А.И. Клименко, "правовая идея ответственности тесно связана с правовой идеей справедливости, а вопрос о легитимности государственной политики, в свою очередь, предполагает, что она должна быть справедлива. Здесь мы также видим логическую связку: если власть ответственна, то она и справедлива..." <8>. Он также отмечает: "...ответственность государственной власти, конечно, априори не лишает ее возможности принимать несправедливые решения в процессе осуществления государственной политики. Однако даже несправедливое решение власти становится обратимым, так как создает основания для восстановления справедливости посредством ответственности властного института за принятое решение..." <9>. Из вышесказанного следует, что субъект власти должен иметь идеологически оформленный образ того, что стоит выше него, т.е. то, что способно призвать его к ответственности. Это может быть народ в демократических правовых идеологиях, право как некие правовые принципы в идеологии правового государства, Бог в теократиях.

<8> Клименко А.И. Легитимация государственной политики // Закон и право. 2005. N 4. С. 6.
<9> Клименко А.И. Указ. соч. С. 6.

Таким образом, власть в правовой идеологии предстает и как право, и как обязанность. Справедливость власти требует ответственности ее носителя, а ответственность предполагает подконтрольность. Из этого следует вывод о том, что подконтрольность власти (реальная или видимая) есть условие ее легитимности. И задача правовой идеологии - убедить граждан в том, что государственная власть справедлива, так как она есть право и обязанность. Как обязанность она даже необходима, ответственна, следовательно, подконтрольна.

В идеологической сфере создается система правовой легитимационной мифологии. Уже в различных мифах мы можем выделить выраженный в них правовой легитимационный компонент <10> - идею принесения жертвы "во искупление", т.е. во имя восстановления справедливости, естественного порядка вещей, причем в качестве такой жертвы может выступать субъект власти или представитель власти.

<10> См.: Исаев И.А. Politika hermetika: Скрытые аспекты власти. М., 2003; Он же. Власть и закон в контексте иррационального. М., 2006; Кольев А.Н. Политическая мифология: реализация социального опыта. М., 2003.

Проблема легитимации власти тесно связана с проблемой произвола и насилия. Произвол власти предполагает, что субъект власти действует, сообразуясь лишь со своей волей, по собственному усмотрению. В данном контексте задачей правовой идеологии является защита тезиса о том, что субъект власти не действует по собственному усмотрению, а имеет в качестве основы решения либо подлинное социально верифицированное чувство справедливости, либо принятый порядок. В отношении судейского усмотрения здесь заслуживает внимания концепция Р. Дворкина, который доказывает, что судья, принимая решение, не действует по собственному усмотрению в значении произвола. Ученый указывает на то, что "следует избегать одного возможного смешения понятий. Решение по собственному усмотрению в сильном смысле не равносильно неограниченной свободе и не исключает критики. Почти в любой ситуации, в которой действует человек (включая и те, когда не встает вопрос о решении в соответствии с особым авторитетом, а потому нельзя говорить о действии по собственному усмотрению), важное значение имеют определенные стандарты рациональности, справедливости и эффективности. С позиции этих стандартов мы критикуем действия любых людей, и у нас нет оснований отказываться от критики, когда действия совершаются в сфере влияния особого авторитета, а не за ее пределами" <11>. Он также отмечает, что "право должностного лица решать по собственному усмотрению означает не то, что он волен принимать решения, не считаясь со стандартами разума и справедливости, а лишь то, что его решения не определены стандартами, установленными каким-то конкретным авторитетом, который мы имеем в виду, когда ставим вопрос о решении по собственному усмотрению" <12>. Р. Дворкин делает верный вывод о том, что "даже в зачатке не существует социальной нормы, которая решение по своему усмотрению, требующее оценки, превращает в решение по своему усмотрению, исключающее долг" <13>. Таким образом, применяя концепцию Р. Дворкина не только к носителям судебной власти, но и к носителям государственной власти вообще, можно сделать вывод о том, что легитимная власть исключает действие по собственному усмотрению в значении ничем не ограниченного произвола, оно всегда диктуется стандартами правовой идеологии <14>.

<11> Дворкин Р. О правах всерьез. М., 2004. С. 59.
<12> Дворкин Р. Указ. соч. С. 60.
<13> Дворкин Р. Указ. соч. С. 108.
<14> См.: Дворкин Р. Указ. соч.

Еще один важный путь легитимации власти можно условно определить как легитимацию через идею порядка. Идея порядка многоаспектна в приложении к феномену государственной власти. Порядок во временном измерении можно рассматривать как порядок власти-действия, порядок реализации властного усилия. Порядок в пространственном измерении следует рассматривать как порядок территориальной иерархии "центр - периферия". Порядок по кругу лиц рассматривается как иерархия. М. Фуко достаточно точно отмечал сетевой характер властных социальных отношений и порядка современного общества <15>. Это означает, что легитимационная схема правовой идеологии в плане актуализации идеи порядка именно сегодня наиболее востребованна. В этом плане Н.М. Коркунов верно отмечал, что "подчинение конкретным правителям никогда не бывает безусловным. Им повинуются лишь настолько, насколько видят в них представителей чего-то стоящего выше их личной воли" <16>. Это "что-то" может быть представлено в виде некоего отвлеченного от конкурирующих социальных интересов порядка.

<15> См.: Коэн Д.Л., Арато Э. Указ. соч.
<16> Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2004. С. 297.

Идея свободы задает смысловой фон легитимации власти. Кроме того, следует отметить, что сама государственная власть в контексте правовой идеологии рассматривается как непременное условие существования свободы (в этом смысле на теоретическом уровне данное представление отражено в произведении Т. Гоббса "Левиафан") <17>. В условиях "войны всех против всех" свобода нереализуема, так как реализуется лишь произвол. В условиях же государственно-организованного общества реализация свободы гарантируется на основе принципа формального равенства, т.е. на правовой основе <18>. Здесь уместно указать на положение ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым "осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц".

<17> См.: История политических и правовых учений / Под ред. В.П. Малахова, Н.В. Михайловой. М., 2007.
<18> См.: Нерсесянц В.С. Юриспруденция. М., 2002.

Следует сказать, что свобода в обществе может быть реализована лишь в условиях безопасности, т.е. в тех условиях, когда человек чувствует свою независимость в самом существенном смысле. Человек, находящийся в атмосфере страха, несвободен. Причиной этого страха может быть как само государство, так и определенные социальные силы. Правовая идеология постулирует идею о том, что о свободе можно говорить лишь в государственно-организованном обществе с эффективной системой правовой регламентации, при наличии правопорядка, основанного на законности. Из этого логично вытекает вывод о том, что государственная власть есть благо в том случае, если она действует в правовом поле, так как она обеспечивает безопасность, а лишь в безопасных условиях человек может ощущать себя свободным и быть свободным.

Подводя итог соображениям, предложенным в настоящей статье, следует указать на то, что легитимация государственной власти является одной из основных задач правовой идеологии. Легитимность есть важное свойство государственной власти (но не власти вообще), потеряв которое она более не сможет существовать в обществе. Легитимация государственной власти посредством правовой идеологии возможна через актуализацию системообразующих идей правовой идеологии (в частности, идей справедливости и порядка). Идея свободы как системообразующая идея правовой идеологии и идея безопасности также содержат в себе легитимационный потенциал.