Мудрый Юрист

Сущность конституции

Макушин А.А., старший научный сотрудник Челябинского государственного университета, кандидат юридических наук, доцент.

Известно, что, для того чтобы дать объективную характеристику любой конституции, необходимо не только опираться непосредственно на ее текст, что в науке принято называть юридической конституцией <*>, но также необходимо учитывать и тот реальный порядок осуществления государством принадлежащей ему власти, и те реальные условия и возможности, которые государство предоставляет обществу и человеку для реализации ими своих интересов, прав и свобод, словом, все то, что составляет фактическую конституцию. Жизнь показала, что применительно к институту прав и свобод человека юридическая и фактическая конституции зачастую не то чтобы не совпадали, но в отдельные исторические периоды они достигали состояния полного взаимоисключения.

<*> Мишин А.А. Конституционное (государственное право) зарубежных стран: Учебник. 9-е изд., испр. и доп. М., 2002. С. 21 - 23.

Такая ситуация объясняется тем, что человек под влиянием различных факторов (как правило, страха или обмана) голосовал за ту конституцию, где ему как мнимому обладателю власти сулились всевозможные права и свободы, а в действительности жил он совсем по другой конституции, которая строилась независимо от него людьми, обладающими реальной властью. Несомненно, если бы народ был действительным источником власти и носителем суверенитета, то принимаемая им юридическая конституция если не во всем, то во многом совпадала бы с фактической. Любая между ними коллизия носила бы характер исключения, поскольку желаемое в данном случае становилось бы должным.

Спрашивается тогда, почему же сразу на голосование человеку не предлагать ту конституцию, по которой согласны были бы жить как простой человек, так и человек, обладающий реальной властью? Ответ здесь очевиден. Не все люди, которые становятся носителями государственной власти, еще готовы себя отождествлять с народом. Эта избранная или назначенная на государственные должности часть населения иногда находит себя особенной. Возможно, так оно и есть, однако иногда этими людьми явно переоценивается их роль и значение государства в развитии человека и общества. Представляется, что одна из главных причин гиперболизации значения государства лежит в плоскости понимания сущности конституции - ее социальной, политической и юридической природы.

Вопрос о сущности конституции всегда занимал внимание общественной мысли и всякий раз приобретал остроту в ту пору, когда общество вставало перед необходимостью принятия или совершенствования конституции <*>. Находит он свое отражение и в современной юридической литературе, где мнения правоведов в основном сходятся в том, что конституция есть выражение общей воли и интересов народа, продукт общего согласия всех классов и групп, составляющих общество, создающих свою государственность для достижения общей цели. При этом считается, что ее общедемократическая сущность выражается в том, что полноправными гражданами признаются все члены общества, как согласные с конституцией, так и не согласные с ней, поскольку, принимаемая и поддерживаемая большинством, она обеспечивает права меньшинства <**>.

<*> См., например: Пейн Т. Избр. соч. М., 1959. С. 207; Лоссаль Ф. О сущности конституции: Речь, произнесенная в одном берлинском бюргерском окружном собрании в 1962 году // Конституционное право: Общая часть. Учебное пособие: Ч. II: Хрестоматия. 2-е изд. / Авт. вступ. ст. и сост. Н.А. Богданова. М., 1996. С. 44; Ленин В.И. Как социалисты-революционеры подводят итоги революции и как революция подвела итоги социалистам-революционерам // Полн. собр. соч. Т. 17. С. 345.
<**> См., например: Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России. М., 1998. С. 49 - 52.

Принято также считать, что конституция является не только правовым документом. Например, по мнению А.Е. Козлова, наряду с юридической конституция выполняет также политическую и идеологическую функцию <*>. С.А. Авакьян, кроме названных функций, выделяет также учредительную, организаторскую и внешнеполитическую <**>. А.И. Коваленко в Конституции РФ 1993 г. наряду с правовой и политической усматривает также и гуманистическую функцию, которая выражает целевое назначение Конституции. Состоит она, по его мнению, в том, что в Конституции воплощаются общечеловеческие ценности, закреплены права и свободы, характерные для цивилизованного общества, объявляются составной частью правовой системы государства общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, провозглашается, что человек, его свобода являются высшей ценностью. При этом Конституция возлагает на государство обязанность обеспечения его достойного и цивилизованного существования <***>.

<*> Конституционное право России. Учебник / Отв. ред. А.Е. Козлов. М., 1996. С. 30 - 31, 399.
<**> Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. 2-е изд. М., 2000. С. 9 - 15.
<***> Коваленко А.И. Конституционное право России. М.: Право и закон, 1997. С. 17.

Близкой по своему характеру к гуманистической можно отнести функцию защиты человека. Например, по мнению Ж.-П. Жакке, на защиту индивида от вмешательства государства была направлена Конституция США <*>.

<*> Жакке Ж.-П. Конституционное право и политические институты: Учебное пособие. Пер. с франц. М., 2002. С. 105.

Несомненно, что все названные функции свойственны любой конституции. Но какие из них наиболее близки реальным интересам человека?

Социальная природа

Еще флорентиец Никколо Макиавелли во времена эпохи Возрождения утверждал, что прежде всего необходимо считаться с реальной природой человека, "ибо расстояние между тем, как люди живут и как должны жить, столь велико, что тот, кто отвергает действительное ради должного, действует скорее во вред себе, нежели на благо, так как, желая исповедовать добро во всех случаях жизни, он неминуемо погибнет, сталкиваясь с множеством людей, чуждых добру" <*>. Согласно его доктрине людьми движет стремление к выгоде, и решения они принимают из соображения пользы, а лояльное отношение людей к власти достижимо при условии, что правитель реально защищает основные интересы своих подданных, "большая часть людей довольна жизнью, пока не задета их честь или имущество" <**>.

<*> Макиавелли Н. Государь // Жизнь Никколо Макъявелли / Сост. Ю.В. Артемьева. СПб., 1993. С. 285. Цит. по: Полетухин Ю.А. Эгоистическая сущность человека как основа формирования основных принципов права Никколо Макиавелли // Правовое регулирование рыночных отношений в современной России. Материалы научно-практической конференции. Челябинск, 2003. С. 16 - 17.
<**> Там же. С. 272.

Если Макиавелли прав, то можно представить, каким бы функциям конституции человек отдал большее предпочтение. Представляется, что в качестве первой он назвал бы функцию защиты человека. Именно, следуя своей природе, каждый обычный, свободный от страха, обмана и навязчивых идей человек прежде всего подумает о том, как конституция будет способствовать ему в устройстве его жизни, т.е. как ее положения отразятся на его личных интересах, его личных правах и свободах. Далее человек отдал бы предпочтение функции защиты общества, поскольку человек, как коллективное существо, только через институты общества обнаруживает свою значимость и позиционируется среди других людей как личность. Таким образом, в необходимости защиты человека, его прав и свобод, а также защиты общества и тех его интересов, которые совпадают с интересами человека, проявляется социальная природа конституции. В этом же проявляется и социальная ценность конституции для человека, которая, как отмечает В.О. Лучин, "в конечном итоге определяется тем, насколько эффективно она способствует созданию условий для всестороннего и свободного развития человека и гражданина" <*>.

<*> Лучин В.О. Социальная ценность Конституции Российской Федерации // Конституция как символ эпохи: В 2 т. / Под ред. проф. С.А. Авакьяна. Т. 1. М.: Изд-во МГУ, 2004. С. 119.

Политическая природа

Между тем наряду с инстинктом самосохранения природа наградила человека и другими качествами. Среди них можно выделить стремление одних людей управлять другими, в то время как другие, при определенных условиях, согласны быть управляемыми. Например, касаясь русского народа, еще славянофилы поднимали тезис о том, что этот народ не любит власти и "государствования" и не хочет этим заниматься, хочет остаться в свободе духа. Народу нужна лишь свобода духа, свобода думы, совести, слова. "Государство как принцип - зло, государство по своей идее - ложь", - писал И.С. Аксаков <*>. Различия в притязаниях на власть ставят перед людьми задачу примирения между теми, кто стремится управлять, и теми, кто согласен быть управляемым. В необходимости регламентации порядка приема и передачи власти выражается политическая природа конституции.

<*> Аксаков И.С. Сочинения. М., 1986. С. 96.

Для того чтобы примирение политических интересов было действительным, люди должны выработать и установить в конституции такие правила приема-передачи власти, которые устраивали бы если не всех людей, то самое максимальное их число. Причем заранее должно быть оговорено, что, если какого-то человека эти правила не устраивают, он должен иметь право на временное или постоянное самоустранение из политической жизни общества и быть оставленным в покое <*>. В таком случае человек живет по правилам, которые устанавливаются текущим законодательством государства, а если лицо не принимает никакого гражданства, то живет только по правилам, регламентирующим частную жизнь того государства, на территории которого он находится. Здесь общество не вправе требовать от человека нести перед ним повинности, поскольку и сам человек не нуждается в таком обществе, конституцию которого он ставит под сомнение.

<*> Например, в США это право определяется как право на прайвеси, которое определяется "как право человека контролировать "свое жизненное пространство" и "свою личность", право жить так, чтобы органы власти и посторонние лица не вмешивались без достаточных на то оснований в личные дела. Подробнее см.: Николайчик В.М. США: полицейский контроль над обществом. М., 1987. С. 4.

Вместе с тем как обязательное условие должно быть установлено и то, что, если число выбывших из политической жизни людей достигает какого-то заранее определенного количества, конституция должна подлежать пересмотру, причем с обязательным учетом мнения всех абсентеистов. Если держатели власти не согласятся на мирный пересмотр конституции или окажутся не в силах по каким-либо причинам его организовать, у людей должно возникать легитимное право на принудительную смену власти, пересмотр старых или установление новых политических правил.

Заметим, что, например, в Конституции РФ 1993 г. вопросы приема-передачи власти совсем обходятся стороной и не подлежат хоть какой-либо регламентации. На этот счет в ней содержится только памятка о том, что единственным источником власти и носителем суверенитета является многонациональный народ России. Институт же избирательного права выведен за рамки текста Конституции. Порядок наделения конкретных лиц государственной властью устанавливается Федеральным законом Российской Федерации самим органом государственной власти <*>. При таком подходе общенародный вопрос о власти предрешается интересами государства, поскольку порядок его решения Конституция уступила государству. Возможно, с точки зрения мировой практики порядок установления и корректировки избирательной системы самими органами государственной власти соответствует демократическим нормам <**>. Однако очевидно, что сосредоточение реальной власти только в руках государства чревато гиперболизацией государственных интересов в ущерб интересам человека и общества. Только этим может объясняться парадоксальность экономической ситуации, в которой оказалась Россия осенью 2004 г., когда государство за счет неожиданного повышения мировых цен на нефть встало вдруг перед дилеммой расходования незапланированных доходов, это притом, что для населения страны рост цен на энергоресурсы обернулся повсеместным удорожанием жизни <***>. Возможно, что при разработке Конституции РФ 1993 г. никто и не помышлял о том, чтобы каким-либо образом ущемить права человека и общества в угоду интересам государства. Но реальность такова, что недостаточность теоретической проработки, в частности игнорирование политической природы Конституции, ослабляет ее защитный потенциал для человека.

<*> См.: Федеральный закон от 12 июня 2002 г. "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" // Рос. газета. 2002. 15 июня.
<**> См., например: У демократии нет шаблонов // Российская газета. 2004. 18 сент.
<***> См., например: Велетминский И. Две цены на бензин // Российская газета. 2004. 10 ноября.

Юридическая природа

Вслед за решением вопросов приема-передачи власти перед людьми неминуемо встает проблема установления порядка пользования этой властью, а также охраны этого порядка. Наделяя одних людей властью, другие люди, чтобы не оказаться пораженными ею, обязаны предусмотреть такую систему предупредительных мер, которая смогла бы предотвратить использование власти не по назначению. Российская история изобилует примерами "нецелевого" использования государственной власти. Это было как в случае с Конституцией РСФСР 1918 г., согласно которой государство объявлялось диктатором и, защищая интересы одних людей, подавляло права и свободы других, так и с другими советскими конституциями, когда под флагом широкого декларирования прав и свобод граждан государство, не спрашивая человека, строило планы на будущее, реально попирая его права и свободы.

Для того чтобы подобное не случалось, между человеком, обществом и государством должны быть установлены такие модельные отношения, развитие которых служило бы прежде всего интересам человека и способствовало бы его продвижению по пути создания общества, состоящего из свободных людей. В установлении реальных гарантий в целях охраны государственной власти от использования ее не по назначению проявляется юридическая природа конституции.

Еще Ю.С. Кукушкин и О.С. Чистяков обратили внимание на то, что "гарантии не могут быть произвольно провозглашены в конституции, они обусловлены общественным и государственным строем, развитием общества и государства" <*>. Для того чтобы гарантии действительно были реальными, необходимо, чтобы право в своем изначальном учредительном виде прежде всего служило человеку и обществу, а потом уже государству. Соответственно правила пользования властью должны устанавливаться не государством, после того как отдельные люди получат власть, а народом, до того как власть будет государству передана, поскольку именно "конституция представляет собой инструмент подчинения государства обществу" <**>, но никак не наоборот.

<*> Кукушкин Ю.С., Чистяков О.И. Очерк истории Советской Конституции. 2-е изд., доп. М., 1987. С. 46.
<**> Лучин В.О. Указ. соч. С. 118.

В такой постановке вопроса конституция является не основным законом государства, а является основным законом для государства. Когда же конституция преподносится как основной закон государства, то этим подчеркивается то, что право распространяет свое воздействие на человека и все другие институты общества только через государственную власть и не связывается напрямую с человеком и обществом. Несомненно, что так должно быть, когда речь идет о государственном регулировании. Но когда речь идет о конституционном регулировании, право изначально должно оказывать свое прямое и непосредственное влияние на всех участников конституционных правоотношений. Если признать в качестве субстанциональных субъектов конституционных правоотношений человека, общество и государство, то конституция как документ, устанавливающий основы их взаимоотношений, должна стать основным законом как для государства, так и для общества и для человека.

Конституция - это акт совместного творчества человека, государства и общества, а значит, она должна подвергать прямому регулированию не только вопросы организации государственной власти, но и принципиальные вопросы взаимоотношений человека, государства и общества, которые в конституционных правоотношениях должны являться паритетными субъектами.