Мудрый Юрист

Правовая мысль и профессиональная деятельность юристов

Жалинский Альфред Эрнестович - доктор юридических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, заведующий кафедрой уголовного права Государственного университета - Высшая школа экономики.

  1. Постановка проблемы. В представленном читателю материале ставится вопрос о связи между состоянием правовой мысли и профессиональной деятельностью юриста в современных условиях. Выдвигаемые гипотезы рассматриваются путем анализа некоторых распространенных воззрений в обществе и субъективным отношением юриста к своей профессии, что иначе обозначается как "правовой подход" <*>. Содержание материала определяется следующими соображениями.
<*> Частично такого рода соображения высказывались в работах: Жалинский А.Э. Социально-правовое мышление: проблемы борьбы с преступностью. М.: Наука, 1989; Жалинский А.Э. Профессиональная деятельность юриста. Введение в специальность. М.: БЕК, 1997. До и после написания этой книги было опубликовано много работ, которые так или иначе стимулировали выдвигаемые здесь гипотезы. Среди них - работы В.И. Кудрявцева, А.И. Ковлера, Е.А. Лупашевой, Н.Я. Соколова и других авторов, которых я не упоминаю по техническим причинам.

На протяжении последних лет высказано очень много критических замечаний и о профессиональной подготовке, и о профессиональной деятельности юристов в нашей стране. Здесь есть два объекта критики. Один связан с предполагаемым снижением качества подготовки юристов и, соответственно, со сравнительно медленной адаптацией юристов к происшедшим социальным изменениям, что независимо от желания самих юристов приводит к низкому качеству правотворчества и правоприменения. Второй объект критики связан с осознаваемыми отклонениями в профессии юриста, о которых (произвол, коррупция и пр.) много говорят и пишут. Трудно сказать, насколько справедливы такие претензии к юридической профессии. Но так или иначе есть основания полагать, что профессиональная деятельность юристов, ее институциональные основы, интеллектуальное содержание нуждаются в совершенствовании. Собственно, основания так полагать существуют всегда и во всех развитых странах, ибо юристы, как и право, будучи консервативны по своей природе, вынуждены поспевать за социально-экономическими изменениями, включая не всегда позитивные.

Это значит, что в стране существует проблемная ситуация необходимости согласованного совершенствования и правовой мысли, и юридической профессиональной деятельности, подлежащая осознанию, анализу и постепенному разрешению. При обдумывании этой ситуации можно с достаточным основанием предположить, что на состояние правовой профессии воздействует множество имеющих различную силу факторов: традиции поведения, неразвитость институтов, недостаточность развитого применения права, недоверие к праву и правоприменителям и другие. Все гипотезы такого рода нуждаются в тщательной проверке, а выводы - в обсуждении в рамках серьезного общественного дискурса. Здесь рассматривается лишь одна из них.

  1. Выдвигается и рассматривается в данном тексте предположение, что на состояние правовой системы среди иных факторов негативно влияют следующие особенности современной правовой мысли: а) неразвитость экономического подхода к профессиональной деятельности юриста, к праву и правовой практике, б) бессубъектность правовой мысли, т.е. правовой теории, правовой доктрины и даже обыденных правовых суждений, в) нарративная, повествовательная форма представления потребителю, во многих случаях обслуживающая имитационное регулирование. <*> Это означает слабую подготовленность фиксированных правовых утверждений или, используя более привычную формулировку, сложившейся системы знания к разрешению реальных правовых проблем, что в свою очередь негативно отражается на выращивании профессиональной группы юристов и эффективности их деятельности. На основе рассмотрения этой гипотезы делается попытка сформулировать некоторые выводы и предложения, относящиеся к профессиональной деятельности юриста. При этом проблема экономического подхода ввиду ее сложности здесь рассматриваться не будет.
<*> Все эти особенности присущи различным обществам. Так, Норбер Рулан, описывая ситуацию на юридическом факультете традиции, пишет, что описательная функция в праве приводит к тому, что "часто весьма пространное изложение юридических механизмов преобладает над их возможным критическим рассмотрением". См. его Историческое введение в право, Nota Bene. М., 2005. С. 13.
  1. О необходимости расширения субъектной составляющей правовой мысли правовой теории - преодоления ее деперсонализации. Результаты контент-анализа по меньшей мере ряда учебников и курсов общей теории права и нескольких учебников по отраслевым дисциплинам показывают, что правотворчество и правоприменение преимущественно рассматриваются как "безлюдный", осуществляющийся сам по себе, без участия профессионалов процесс, а человек и гражданин также преимущественно представлен как пассивный объект права, даже если говорится о защите его основных и иных прав <*>. Некоторые, возможно недостаточные, доказательства этой мысли будут приведены ниже. Здесь лишь в порядке примера можно указать на неразвитость теории правового мышления, определенную маргинальность проблем техники профессиональной деятельности юриста, которая отнюдь не сводится на практике к законодательной деятельности, неразвитость технологической стороны правового труда. На ином уровне проявляются слабое развитие гендерных и этнических исследований в праве, избыточная формализованная "уравненность" признаков субъекта права, непроясненность отражения личностного в правовых нормах и институтах. Споры криминалистов об уголовном праве деяния или деятеля.
<*> Здесь его желания упростить проблему личности в праве или игнорировать достигнутые результаты. В правовой литературе высказаны многие серьезные соображения по этой проблематике, ведутся острые дискуссии. Вопрос состоит в достаточности усилий и их воздействии на сознание юристов. Об этом полно и во многом убедительно см.: Ковлер А.И. Антропология права. М.: Норма, 2003. Обзор относимых к данной проблематике работ см. также: Лаптева А.Е. Институт государства и права РАН // Государство и право. 2005. N 5.

Право, между тем, по своей природе создается людьми, в том числе в значительной степени профессионалами, реализуется ими в интересах той или иной группы людей. Разумеется, оно предстает отдельному лицу как нечто внешнее, регулятор, с которым нужно считаться. Но все же право, правовая система, правовая практика - это продукты преобразовательной, творческой деятельности человека. В значительной степени это относится к профессиональной юридической деятельности, когда лица, исполняющие профессию юриста, даже в системе континентального права определяют содержание права и его реалии как социального регулятора в диапазоне от права как блага до отдельных законов, могущих оказаться злом. Перед общей теорией права, равно как и отраслевыми правовыми доктринами, в принципе постоянно, хотя и в разной форме, возникают задачи осознания и анализа личностного ресурса механизма действия права как в целом, так и применительно к профессии юриста, состояние которой беспокоит общество.

Правовая теория и - шире - правовая мысль при этом должны вписываться в общесоциальный дискурс. Не претендуя на монополию в этой сфере, правовая мысль должна давать со своих позиций оценку и дополнять исследования субъектной стороны правовой системы философами, социологами, политологами, экономистами, представителями иных отраслей общественного знания. Вероятно, правовая мысль должна в определенной степени противостоять недооценке роли профессиональной корпорации профессионала в правотворчестве и правореализации. В принципе никто не отрицает, вероятно, что право создается и реализуется людьми, отличающимися друг от друга и имеющими свои особенности, цели, интересы, а не абсолютным разумом или даже железной поступью революции, чем-то внешним, надчеловеческим. Но, повторяем, и на практике, и в сфере общественного сознания совсем нередко, говоря крайне осторожно, право оценивается как нечто заданное, самореализуемое <*>. В обществе это проявляется и в необоснованных надеждах на право, когда многие трудности связываются с отсутствием соответствующего закона, и в стремлении обмануть закон или использовать его в своих целях как природное явление, и, не в последнюю очередь, в представлении о возможности ставить перед профессиональной корпорацией юриста любые задачи (обеспечить неотвратимость наказания, полное соблюдение налоговой дисциплины и пр.).

<*> Возможно, здесь до сих пор сказывается влияние того, что Карл Поппер называл современным историцизмом, и в особенности гегельянства, понимавшего государство как божественную идею, как все, а индивида - как ничто. См.: Поппер К. Открытое общество и его враги. Т. II. М., 1992. С. 40 - 41.

Строго говоря, даже принятое в нашей теории широкое использование понятий государства или народа для обозначения творца права годится только при первом приближении к делу, ибо и государство, и народ даже в идеале не едины и их внутренняя противоречивость сказывается как на самом праве, так и на правовой практике. Разумеется, усиление субъектного начала требует анализа его содержания и выявления связанных с этим проблем. Все это означает, что необходимо в большей степени анализировать и, возможно, корректировать личностные качества юриста, влияющие на его профессиональную деятельность юриста, а с другой стороны, ориентировать эту деятельность на учет ценности, интересов, позиций, функций, способностей личности при решении правовых задач.

  1. Содержание субъектной составляющей права. Субъектный фактор или субъектная составляющая отражает активную роль личности и ее - в идеале - положение как создателя права и работодателя для всей системы юстиции. Субъектная сторона правовой системы, в частности, охватывает применительно к человеку и гражданину как участнику правового отношения: а) право человека и гражданина на физическую, социальную и национальную индивидуальность или идентичность, что, пожалуй, глубже права на равенство; б) подготовленность адресатов права в целом и их отдельных групп к пониманию и реализации права и в) состояние переносимости права или - более привычно - согласия с правом и готовности его реализовать активно либо пассивно. Оговоримся, что это отнюдь не полный перечень свойств субъектной стороны. Субъектная сторона деятельности юриста в ее профессиональном выражении будет рассмотрена ниже в рамках понятия правового подхода. Каждый из этих элементов относится ко всем гражданам, но реализуются они в значительной степени в процессе профессиональной деятельности юристов. Они подлежат научной разработке на онтологическом, гносеологическом и каузальном уровнях, возможно, как парные или оппонирующие понятиям "общество", "организация", "коллективизм", "соборность", отнюдь не исключая друг друга.

Исходное направление такого рода разработок, онтологический уровень, вероятно, состоит в качественно-количественном онтологическом описании выделенных составляющих, в рамках которого предметное, бытийное должно переводиться в нормативное. Необходимо, во всяком случае, разобраться, в чем состоит и каковы пределы права на идентичность, что связано с оппонированием принципу равенства и углубленным пониманием неприкосновенности личности, системы правовых благ или основных прав и свобод, ей присущих. Подготовленность адресатов права к его восприятию имеет различное содержание в периоды социальной стабильности и социальных перемен. За социальную стабильность отвечает государство, и оно в правовых нормах должно исходить из того, что оно свой долг не выполнило и адресаты права действуют в сложных условиях. Это же относится к личностной переносимости права. Система правовых ограничений и отягощений должна быть определена заранее. Она не может расширяться за пределы переносимости, что нередко имеет место.

Такая парадигма вовсе не сводится к исторической школе права либо акценту на национальной самобытности. Если есть необходимость искать предшественников, скорее можно говорить о М. Вебере, раскаявшемся в недооценке личности марксизмом, М. Фуко, Н. Лумане, Ю. Хабермасе, разумеется, Л. Петражицком и других. Во многих работах сущность права раскрывалась путем конкретизации участия в нем человека и гражданина, и это, на наш взгляд, чаще всего несло в себе позитивный заряд.

  1. Некоторые направления воздействия на правовую практику отдельных сторон субъектности и, соответственно, профессиональную деятельность юриста. Прежде всего следует обсудить проблему резкого повышения цены человеческой жизни и времени жизни, их значения как основы существования и безопасности страны и нации и необходимость учета этого процесса принятий правовых решений. Демографические процессы в России крайне неблагоприятны. Наказание, ограничивающее самым серьезным образом основные права личности, в частности, есть изъятие части жизни за иные блага, которые во многих случаях являются куда менее значимыми и в принципе поддаются восстановлению.

Состояние подготовленности адресатов права к его реализации воздействует на соотношение права и неформальных, отклоняющихся поведенческих институтов, например, права и понятий. С ней связано превращение на практике правовых предписаний, рассчитанных на реальное исполнение, в мнимые, имитационные нормы, имеющие в лучшем случае психологическое значение.

Право человека и гражданина на сохранение идентичности в принципе прежде всего наряду с иными основными правами образует материально-правовые пределы правового вмешательства в его жизнь. Далее, оно определяет правовые позиции лица и его место в правовой, индивидуальной или общесоциальной коммуникации. Наконец, ими программируется право на защиту от неправового законодательства. Все эти и иные линии воздействия подлежат самому серьезному и внимательному учету при осуществлении профессиональной деятельности как в сфере правотворчества, так и в сфере правоприменения.

Складывается, однако, впечатление, что в правоведении, во всяком случае, в работах систематического характера, проблемы такого рода деформации юридической профессии либо игнорируются, либо рассматриваются преимущественно с позиций недостатка ресурсов, злоупотребления властей или коррупции. Примеров этому масса. Понятие реализации права, форм реализации права, механизм правового регулирования в учебниках по теории излагается при полном игнорировании позиций субъектов этой деятельности так, как если бы авторы были согласны с пониманием судьи как автомата, а применение права сводили бы к силлогизму. Более конкретный пример. Сейчас в литературе высказываются соображения о необходимости осуществления т.н. правового мониторинга. Вопрос о субъектах мониторинга и определении возможных позиций его адресатов, как и в других случаях, при этом полностью игнорируется.

  1. Об избыточной повествовательности (нарративности) правовой теории. Здесь речь идет о том, что знания о праве, предназначенные для будущих юристов, могут быть представлены как ответ на проблемы либо как простые описания понятийного аппарата и содержания правовых норм. Примерами первого представления являются теории квалификации преступлений в уголовном праве, в меньшей степени методика индивидуализации наказания, построение гражданского права по характеру притязаний и пр. Однако гораздо чаще, если не как правило, знания о праве излагаются в форме, пригодной для воспроизведения, но не для применения. В результате они становятся имитационными, неприменимыми или, в крайнем случае, рассчитанными на инерционное исполнение обязанностей. Инновационная составляющая, необходимая и для профессиональной деятельности юриста, здесь стремится к нулю. Это и вызывает традиционные замечания, что на практике все иначе, чем в теории, хотя вряд ли лучше или просто хорошо <*>.
<*> К сожалению, отмечают это и иностранные юристы, специализирующиеся в сфере сравнительного права. Так, проф. Кристофер Осакве, работающий и в США и в России, в частности на факультете права ГУ-ВШЭ, т.е. Высшей школы экономики, позволил себе так охарактеризовать стиль научных трудов в России: в основном нетворческое и некритическое описание и повторение действующего закона (глоссаторский стиль). См.: Его же. Сравнительное правоведение в схемах: Общая и Особенная части. М.: Дело, 2000. С. 68.

Эти утверждения, нужно признать, нуждаются в специальном обосновании. Наиболее легко оно осуществляется и на основе данных упоминавшегося контент-анализа учебников по теории и отраслям права. В них преобладают разъяснения понятий и споры о содержании институтов. Даже проблемы правовой деятельности, такие, как правотворчество, юридический процесс, применение права, юридическая практика, механизм правового регулирования, именно описываются и рассматриваются без анализа технологий, без привязки к социальным группам, без учета статусных и иных противоречий. Здесь, понятным образом, были бы нужны все же конкретные ссылки и факты. Но в данном случае можно предоставить читателю проверку этого утверждения, которое подтверждается чтением едва ли не любого учебника.

Поскольку право и его реализация парадоксальным образом в теории и методике права характеризуются вне связи с реально подлежащими решению проблемами, оказывается слабой профессиональная подготовка юриста, не развивается должным образом способность к поиску и принятию самостоятельных решений, но растет готовность к следованию чужим решениям, что на практике проявляется иногда самым нежелательным образом. Такое понимание сложившейся проблемной ситуации, пусть неполное, обязывает искать пути ее разрешения. Одним из них, наверняка не главным, но доступным, не требующим больших затрат и в то же время могущим дать определенные результаты, является формирование правового подхода юриста к своей деятельности, соответствующего интереса общества как работодателя. Этому посвящена вторая часть данной статьи. В ней рассматриваются вопросы, выходящие за рамки сказанного выше с тем, что в последующем можно было охватить и не рассмотренные пока факторы профессиональной деятельности юриста.

  1. Понятие правового подхода к труду юриста. Правовой подход рассматривается здесь как избранная и принятая для себя с разной степенью осознанности юристом на основе социального и профессионального опыта совокупность или система предпосылок, определяющих его отношение к праву, профессии, своему труду и способам его осуществления. К таким предпосылкам относятся, в частности содержательные, процедурные и обозначающие (язык, понятийный аппарат) средства, которые юрист привычно использует в процессе труда. Далее, ими являются сложившиеся предпочтения, установки, стереотипы, оценки юристом-профессионалом социальной и личностной значимости объекта своего труда и стоящих перед ним задач. Разумеется, правовой подход зависит от состояния личностной интеллектуальной, физической и психофизиологической готовности специалиста к профессиональному труду, его методическая вооруженность, но эти вопросы здесь не рассматриваются.

Все эти составляющие в своей совокупности являются результатом обучения в школе и на практике. Они реально предпосланы действиям юриста, выбору им вариантов поведения, их интенсивности и настойчивости. В этом смысле правовой подход в его сложившемся виде есть регулятор, программа всей деятельности юриста, которая так или иначе ему предстоит. При этом набор структурных элементов правового подхода оказывается в наибольшей степени сориентированным на труд юриста. Как совокупность предпосылок труда он проявляется в преобразованном виде в мышлении юриста, уровне его рабочей техники, личных качествах, трудовой мотивации. Становление правового подхода юриста есть процесс, который опирается на выделенные выше и иные характеристики правовой науки и в значительно большей степени определяется социально-экономической ситуацией, особенно существующей на первых этапах становления правового подхода. Сумма (совокупность) правовых подходов и структура их распространенности представляет определенную данность на социальном уровне и ориентирует не только различие практики по странам, но и по регионам. При этом можно говорить о господствующем правовом подходе, находящихся в меньшинстве правовых подходах и пр.

  1. Цели изучения правовых подходов. Они чрезвычайно разнообразны. Основная цель состоит в понимании состояния и процессов профессиональной деятельности юриста. Затем их анализ позволяет уяснить, насколько легитимно право в глазах действующих юристов, какова эффективность правового регулирования, чем и как определяется правовая практика, что позволяет прогнозировать ее развитие и, соответственно, в возможных пределах управлять ею. Далее, цели исследования могут состоять в обеспечении готовности юриста к труду и прогнозированию на индивидуальном уровне его трудового поведения. Наконец, анализ правовых подходов позволяет уяснить противоречия между различными группами юристов, определяемые их функциями, мировоззрением, возрастом, прошлым.
  2. Предметность и реальность правового подхода. В сущности, это вопрос об обоснованности самого использования данного понятия. Не пытаясь внедряться в сферу психологии, можно с позиций здравого смысла утверждать, что правовой подход так же предметен, как предметны привычки, установки, убеждения, усвоенные приемы и пр. Предметно правовой подход проявляется в поведении юриста, принимаемых им решениях. Опыт, человеческая практика показывают, что каждый юрист, осознанно или не размышляя специально об этом, вырабатывает некоторое отношение к своей профессии и своему труду, которое может распространяться на предмет труда и иные самые различные профессиональные составляющие. Это внешне может выражаться и обычно выражается в стиле поведения, склонности к занятию определенным видом труда, ориентацией на решения определенного характера. Правовой подход проявляется вовне в склонности к определенному труду юриста, в выборе работ, насколько это возможно. Его содержание сказывается на процессе подготовки к труду и самой готовности к труду. Оно должно быть понято. Каждый юрист, руководители, коллеги, общество в целом должны понимать, как формируется личность юриста в сфере труда, и пытаться оптимизировать этот процесс.

Существуют различные по содержанию правовые подходы юристов. Множественность правовых подходов, несовпадения между ними определяются объективными и субъективными факторами: должностным положением, специальностью, открытыми или скрываемыми политическими убеждениями, наконец профессиональной подготовкой, характером, способностями и пр. Так, применительно к судебной деятельности Н.В. Кузнецова выделяет и характеризует пять стилей поведения судей: 1) авторитарный; 2) демонстративный; 3) лидирующий; 4) конструктивный; 5) ригидный, ориентированный на строгое следование требованиям пунктуальности <*>. Понятно, что эти стили отражают правовые подходы судей.

<*> См.: Кузнецова Н.В. А судьи кто? (К вопросу о профессиональном отборе на судебную работу) // Государство и право. 1994. N 8 - 9. С. 131.
  1. Возможности исследования правовых подходов юристов. Прежде всего следует признать, что это понятие, отражая явления, реально существующие и на социальном, и на индивидуальном уровнях, расширяет предмет правовой науки и обеспечивает получение дополнительной, причем полезной, правовой информации. Понятие "правовой подход" позволяет глубже осознавать механизмы, влияющие на тенденции и состояние следственной и судебной практики, на качество следственно-судебных материалов, содержание и манеру выступлений в судах и пр. Все эти явления на уровне больших чисел отражают устойчивые правовые подходы отдельных юристов. Реалии правового подхода можно проследить, и анализируя устойчивость правовых решений и действий одного лица на протяжении его профессиональной карьеры. Если согласиться с этим, то сведения о правовых подходах нуждаются в обобщении и оценке. При этом особенности правового подхода в целом и его развитость наиболее интенсивно сказываются на результатах работы в той области, где широки пределы усмотрения юриста и велика степень неопределенности стоящих перед ним задач.

Поэтому существующие правовые подходы должны, как минимум, наблюдаться обществом и привлекать внимание контрольно-управленческих структур. Их общая развитость и особенности могут быть признаны желаемыми для всего общества или представлять собой идеальную модель для определенной социальной группы. Они могут существовать реально как принятые корпорацией юристов или быть выражены только в правовой доктрине.

Подход может рассматриваться как действительно правовой, т.е. соответствующий позитивному праву. Он, напротив, может оцениваться как ложный, т.е. такой, который подменяет право, действующее в данном обществе, нормами иного содержания. Правовой подход может быть признан работающим или имитационным. При этом устанавливается, насколько реально применяются объявленные методы работы или они остаются в книгах популярных или непопулярных правоведов. Правовой подход, далее, может быть оценен как устоявшийся (подобно почерку взрослого человека) или как незавершенный, меняющийся под влиянием внеправовых или антиправовых факторов. Отсюда набор проблем, связанных с регулированием правовых подходов.

При этом общество, граждане, юристы: а) осознанно или неосознанно создают представления о негативном и позитивном правовом подходе; б) вырабатывают собственные мнения о том, как его нужно совершенствовать, приспосабливая к кругу решаемых ими задач; в) особо оценивают познавательный и преобразовательный потенциал правового подхода.

На этой основе решается практическая задача развития такого правового подхода, который соответствует данной правовой системе, признается обществом и соответствует его потребностям, опять-таки одобренным правом либо не противоречащим ему; т.е. обеспечивает решение признанных задач правовой системы. На индивидуальном уровне правовой подход воплощает юридически легитимное, предписываемое общее и допустимое личностное, индивидуальное. Но для осуществления этой задачи необходимо решить ряд теоретических и практических задач, поставить и решить проблему структурирования наличных, существующих правовых подходов, выработать критерии их целостной и поэлементной оценок. Одна из них - развитие правовой мысли по рассмотренным выше и иным направлениям. Лишь на такой основе можно представить правовые подходы как объект овладения, освоения, развития, корректировки и классифицировать их по меньшей мере на развиваемые, поощряемые, нежелательные. При этом нужно также выделить и элементы правовых подходов, подлежащие распространению, устранению, коррекции.

  1. Примеры правовых подходов. Их можно описать, а затем классифицировать на основе имеющихся эмпирических данных и научных суждений. Для иллюстрации существа проблемы рассмотрим различия правовых подходов, преобладающих в правовых системах ФРГ и США, сопоставив специфику приемов работы юристов ФРГ и американских юристов, как она понимается в немецкой литературе. Различаются эти подходы по эталонам профессиональных ролей. Эталоном для юристов ФРГ является профессиональная роль судьи, и, соответственно, основное направление деятельности судьи - применение позитивного права <*>.
<*> Такого рода различия описаны многими авторами, и не только компаративистами. См.: Рулан Н. С. 262 и сл.

Можно говорить, например, о формализме как проявлении правового подхода; ригористическом, жестком правовом подходе, ориентирующемся на наказание; о правовом подходе, ориентирующемся на целесообразность, на права человека, на интересы государства как высшие ценности и пр.

Юристы же США, по свидетельству проф. Реймана, ориентируются на другую профессиональную роль, а именно роль адвоката, которая выполняется в рамках такой правовой системы, в которой собственно позитивное право, разумеется, присутствует, но имеет все-таки иное, чем в континентальной системе, значение <*>. Это уже определяет становление различных правовых подходов. "Ориентация на профессиональный образ адвоката определяет американское образование, - пишет он, - так же, как профессиональный образ судьи - немецкое, только в совершенно ином роде. Американские студенты должны обучаться тому, что должен уметь американский адвокат. Иначе, чем судья, адвокат должен так проработать фактическое и правовое положение, чтобы добиться результата в пользу своего клиента. Цель его деятельности есть проведение, осуществление интересов клиента, которые он реализует всеми легитимными средствами. Легитимной при этом считается как односторонняя интерпретация фактических обстоятельств дела, так и аргумент, по которому позитивное право является неудовлетворительным и поэтому подлежит изменению. Американский студент поэтому обучается тенденциозным (ангажированным) и ориентированным на интересы клиента способам улучшать его фактическое и правовое положение. Он должен, ссылаясь на работы иных американских юристов, решаться на обоснованные прогнозы, хотя и не высказывать суждений в виде проектов окончательного приговора.

<*> Рейман М. От немецкого служителя государства к американскому адвокату. Понимание ролей как средства против "культурно-правового шока" при обучении в США // Юридическое образование. 1994. N 4. С. 284 (на нем. яз.).

Этос в таком духе образованного юриста, пишет далее Рейман, это этос свободного профессионала, который хотя и уважает предоставленные ему нормы, но не сам непосредственно применяет. Его обращение с правом состоит по существу не в следовании правилам, но в воздействии на всегда неопределенный процесс нахождения правового решения с помощью понимания фактов и правового мастерства, аргументов и внезапных богатых идей (находок) <*>.

<*> Там же. С. 285.

Формально такой подход для юристов, воспитанных в континентальной правовой системе, пусть и имеющей серьезные недостатки, кажется неприемлемым, изложенные тезисы - циничными <*>. Действительно, для российского юриста в принципе его деятельность направлена на установление истины и получение единственно правильного решения. Отсюда и споры, является ли истиной вывод о квалификации преступления или нет. Но в необходимости соответствия правового решения позитивному праву на теоретическом уровне сомнений, кажется, нет <**>.

<*> См.: Репе Давид, Жоффре-Спинози Камилла. Основные правовые системы современности. М., 1996. С. 269 и след.
<**> См.: Кудрявцев В.Н. О правопонимании и законности // Государство и право. 1994. N 3. С. 6.

Вполне понятно, что используемый для выполнения так понимаемых профессиональных задач правовой подход предполагает и своеобразную рабочую технику. Разумеется, состав деяния, обстоятельства, исключающие противоправность, умысел и неосторожность, причинность и возмещение вреда в общем означают одно и то же в американском и немецком праве. Однако отношение к ним различно. Немецкий юрист, как правило, избегает критики закона и ссылок на его недостаточность. Его деятельность эталонно связана с толкованием закона как проявления разумной и действительной воли законодателя. Главная операция - субсумпция (квалификация деяния), т.е. подведение факта под право.

Технически это порождает углубленное внимание к тексту закона, к догматическому обоснованию суждений, овладению логикой сопоставления реального поведения и правовых моделей. Необходимо серьезное отношение к позитивному праву и развернутому обоснованию вариантов его применения. Сказанное лишь примеры. В действительности разнообразие правовых подходов имеет место и внутри единой правовой системы.

  1. Классификация правовых подходов. Наглядно отражает влияние правовой мысли на профессиональную деятельность юриста, что проявляется и в профессиональной научной деятельности, когда нередко содержание работы, ее язык, выводы "задаются" подходом автора. Изучение юридической практики и юридической литературы, действий и высказываний юристов с учетом возможностей их верификации, проводимое социологическими и иными методами, простые наблюдения показывают, что юристы, решая свои задачи, используют несколько основных правовых подходов.

Среди них выделяются правовые подходы, ориентирующиеся: на интересы государства - этатистский; на интересы личности - либеральный; на жесткое осуществление буквы закона - буквалистский, догматический; на основные начала, природу, принципы права, позволяющие достигать социальной справедливости на основе свободного усмотрения, - свободно-правовой; на высокий уровень профессионализма и правовой культуры - профессионально-качественный; и, наконец, подход низкого профессионального уровня, ориентирующийся на временные личностные успехи и экономию сил, что можно назвать коррупционным подходом.

  1. Структура правового подхода. На наш взгляд, исходя из идеи содержания профессионализма и должного характера труда юриста, в правовой подход к юридическому труду входят такие элементы:

а) социально-правовая оценка значимости своих обязанностей, осознание специфики осуществляемого труда, взятого на различных уровнях как в целом, так и отдельных направлений юридической деятельности операций, групп операций, методик, предназначенных для решения правовых задач;

б) степень овладения основными исходными положениями, отражающими закономерности существования и функционирования права, которые можно назвать правовой методологией; включая личностную ориентацию, представление о субъектности права и правовой практики;

в) готовность к использованию собственных личностных ресурсов, как интеллектуальных, так и физических;

г) развитость социально-правового мышления, являющегося программирующей, сопровождающей и оценивающей основой предметной части юридического труда;

д) использование рабочей техники юриста.

Наряду с этим правовой подход включает в себя: ориентацию на применение методик проведения отдельных рабочих операций, систем (совокупностей) операций и осуществления отдельных направлений профессиональной деятельности юриста.

Каждый из названных элементов может быть осознанно включен в правовой подход юриста; он может интегрироваться в него и неосознанно, в результате подражания, либо просто в стремлении без особого обоснования разумно организовать свой профессиональный труд.

Разумеется, вполне возможно и часто имеет место такое положение, когда некоторые элементы как бы отсутствуют или очень слабо или деформированно выражены в правовом подходе. Тогда приходится разграничивать действительный и ложный, развитый и неразвитый правовые подходы юриста. Но важно еще раз подчеркнуть, что все эти элементы не возникают сами по себе. Это результат многих воздействий и, во всяком случае, теоретико-методического научения.

Здесь возникает вопрос, осуществляется ли вообще профессиональный труд юриста без правового подхода? По-видимому, исполнение его обязанностей всегда связано с правовым подходом, но он иногда оказывается ложным, деформированным, неполным. Это видно при обращении к практике.

  1. Влияние правового подхода на профессиональный труд. По-видимому, можно выделить несколько линий влияния правового подхода на профессиональный труд и его результаты, а значит, многогранно раскрыть его значение. Прежде всего развернутый и истинный, адекватный социальным потребностям, правовой подход определяет соответствие юридической деятельности праву, а значит, и достигнутому в обществе согласию. Только с позиций адекватного правового подхода, например, можно обеспечить эффективную, стремящуюся к достижению целей уголовного закона практику наказания по уголовным делам. Фактически можно выносить любые приговоры в формальных рамках, определяемых уголовным законом, но при отсутствии должного подхода к ним эти приговоры могут оказаться социально вредными, пусть даже формально законными.

Правовой подход, следовательно, обеспечивает социальное и юридическое качество профессиональной деятельности юриста.

Далее, он обеспечивает реализацию ее познавательных задач и тем самым создает предпосылки для вынесения законных и справедливых решений. Это чрезвычайно важная сторона дела. Юстиция изображается слепой, но на самом деле она должна быть зрячей, располагать фактами. Есть старое выражение: дайте мне факты, а я дам вам право. Найти факты и дать их правовую оценку - значит эффективно решить сложные задачи, о чем очень много и хорошо написано в работах по криминалистике. Правовой подход обеспечивает нахождение фактов и применение к ним права в сложных и простых случаях. Но его значение возрастает, когда усложняются задачи, ситуация оказывается неопределенной, право - коллизионным, когда налицо пробелы права, когда текст закона оказывается трудным для понимания и лишь с большими усилиями поддается толкованию.

Наконец, правовой подход обеспечивает эффективность, рациональность и безопасность профессионального труда юриста. Это также имеет колоссальное значение. Юрист, не владеющий правовой методологией, методиками, обречен на постоянные трудности, которые порождают практику присоединения к чужому мнению, послушание. Юрист просто не может сам выполнять поставленные перед ним задачи. Юрист, не умеющий работать, приносит вред, если он действует по своему усмотрению, ибо он принимает, как правило, неверные решения. Именно в этих случаях должностные лица постоянно жалуются на отсутствие полномочий. В то же время, и это также сознательно повторяется здесь, отсутствие развитого адекватного правового подхода или пренебрежение им опасно для самого должностного лица. История учит, что рано или поздно пусть не всем, но большинству приходится отвечать за сознательные отступления от права. Высокое должностное положение или высокое покровительство спасает в данной исторической ситуации, но она меняется быстро и радикально. Нередко юристы, служившие недостойному господину, оказываются первыми ответчиками за беззакония. Таким образом, понятие правового подхода описывает некоторую реальность и как таковое в известных границах способствует совершенствованию профессиональной деятельности юриста. Но это утверждение кажется необходимым обсудить еще раз.

  1. Некоторые выводы:

а) реально существует проблема зависимости состояния и направленности профессиональной деятельности юриста от содержания и особенностей правовой мысли, которая требует дальнейшей разработки;

б) такая разработка могла бы включать выявление содержания правовой мысли, как она юристу (юристам), изучение правового подхода в указанном выше смысле и анализ зависимостей правового подхода от предшествующего обучения;

в) в принципе отсутствуют запреты на использование понятия "правовой подход" как употреблявшегося в литературе ранее и как близкого понятиям "технология правовой работы", "методология", "методика", "стиль работы" и некоторым другим. Понятие "правовой подход" при этом может с соответствующими прилагательными, определениями употребляться для обозначения:

  1. отношения к труду юриста;
  2. используемых при этом посылок и средств;
  3. состояния подготовленности и готовности, не сводимого к наличию диплома, стажа или опыта, а представляющего собой подготовку некоторых результатов, переработку информации как готовность усилить мотивацию к качественной работе;
  4. действий, реализуемых на основе подготовленности и в условиях готовности;
  5. стиля работы и стиля поведения.