Мудрый Юрист

Частные и публичные интересы в конституционном праве

Шарнина Л.А., старший преподаватель кафедры конституционного, административного и муниципального права Красноярского государственного университета.

Соотношение публичных и частных интересов имеет для конституционного права принципиальное значение. Одной из проблем, решение которой зависит от правильного соотнесения указанных категорий, является проблема определения оснований и пределов правомерного ограничения прав и свобод личности, а также критериев разрешения их конкуренции. Довольно распространенной является ситуация, когда реализация прав одних лиц, например социальных, приводит к нарушению прав других лиц, например личных прав и свобод. Так, реализация права на медицинскую помощь женщиной, желающей сделать абортирование, может привести к нарушению свободы совести врача, вынужденного осуществлять операцию по прерыванию беременности. Здесь важно установить, какое из прав должно быть подвергнуто ограничению и в какой мере.

Для того чтобы определить соотношение понятий, необходимо обратиться к сущности явлений, ими обозначаемых. При этом следует выделить их общие и особенные черты. Ведь установление общих признаков есть постановка проблемы, ибо проблема разграничения понятий возникает лишь при наличии общего в их содержании; а установление отличительных признаков - путь к разрешению поставленной проблемы.

Общими признаками частных и публичных интересов является, во-первых, то, что их формирование осуществляется вполне личностно. Через индивидуальное осознание рождаются интересы, составляющие как индивидуальное, так и общее благо. Частный интерес, состоящий, например, в получении неким гражданином высшего профессионального образования, и публичный интерес по охране государственных границ осознаются конкретными людьми. Во-вторых, их удовлетворение лежит через удовлетворение интересов индивидов. В любом случае в результате реализации интересов пользу ощущают конкретные люди: от реализации приведенного нами частного интереса пользу получит конкретный гражданин, а от реализации интереса по охране государственных границ - все граждане государства.

Отличительные признаки публичных интересов от частных состоят в следующем.

  1. Частный интерес касается отдельных лиц, а потому имеет всегда значение исключительно этому лицу принадлежащего блага. Публичный же интерес принадлежит не отдельным лицам, а обществу или их идеальному единству. Например, интерес, состоящий в получении гражданства, носит индивидуальный характер, в его основе лежит благо конкретного лица. Интерес же по организации транспортного сообщения между крайними точками густонаселенного города принадлежит уже не индивиду, а всем жителям города.
  2. Публичные интересы могут быть реализованы только сообща. Частью это потребности, которые объективно не могут быть удовлетворены в индивидуальном порядке. Или, как выразился В. Остром, общественные блага, которые "не могут быть легко "расфасованы"; которые "не могут продаваться только тем лицам, которые готовы за них платить" <*>. Это организация систем водоснабжения, канализации, очистки, борьба с загрязнением, уличное освещение, охрана государственных границ. Другую часть общих потребностей составляют потребности, более эффективное осуществление которых будет при условии их совместного, а не индивидуального осуществления. К ним относятся снос старых домов, организация систем образования и здравоохранения.
<*> Остром В. Смысл американского федерализма. Что такое самоуправляющееся общество / Пер. с англ. М., 1993. С. 166.

Частные интересы также могут реализовываться сообща, например, возможно совместное осуществление прав собственности, свободы предпринимательской деятельности и др. Однако если в отношении публичных интересов эффективность совместного осуществления интересов носит объективный характер, то в отношении частных интересов - субъективный. Носители частного интереса сами решают, какая форма реализации интереса для них более предпочтительна. Кроме того, совместное осуществление публичных интересов является условием предоставления жизненно важного блага всем нуждающимся в нем лицам. При их индивидуальной реализации многие не смогут воспользоваться благом, на которое направлен интерес, по причине отсутствия средств или физических возможностей. В отношении же частных интересов можно сказать, что их совместное осуществление вовсе не является условием предоставления соответствующего блага всем лицам, в нем нуждающимся. Например, интерес, состоящий в запрете курения в общественных местах, может быть реализован как через деятельность общественного объединения, оказывающего влияние на органы государственной власти, так и посредством индивидуальной активности лица.

  1. Публичные интересы имеют характер общечеловеческий, доступный и присущий всем людям, независимо от социального статуса. Желание жить в теплых домах, ходить по освещенным улицам, пользоваться чистой водой свойственно каждому человеку. Частные же интересы более индивидуализированы, они несут в себе отпечаток личных пристрастий, вкусов, привычек и проч. Например, желание жить в доме по конкретному адресу есть уже частный интерес.
  2. Публичные интересы относятся, как к субъекту, к численно неопределенной массе людей, поскольку в ее состав включается и будущее потомство данного поколения. Общечеловеческий характер потребностей, лежащих в основе публичных интересов, обусловливает преемственность субъекта их обладания, состояние перманентного обновления его персонального состава.
  3. Реализация публичных интересов является условием реализации частных интересов. Например, условием реализации интереса по получению конкретным гражданином высшего профессионального образования является реализация публичного интереса по организации системы высшего профессионального образования. Условием реализации частного интереса по навещению родных, проживающих в ином населенном пункте, является организация транспортного сообщения.

Исходя из данных признаков, мы можем сделать несколько выводов.

В нормативных конструкциях отечественной правовой системы не всегда верно определяются субъекты прав. Возьмем, к примеру, формулировку ст. 42 Конституции РФ. В ней говорится, что каждый имеет право на благоприятную окружающую среду. В основе этого права лежит публичный интерес: благоприятная окружающая среда является общим благом, и удовлетворение этого интереса объективно невозможно в индивидуальном порядке. Следовательно, субъектом этого права индивид являться не может.

Или возьмем право на осуществление местного самоуправления. В Конституции в ст. 130 указывается, что местное самоуправление осуществляется гражданами путем референдума, выборов, других форм прямого волеизъявления, через выборные и другие органы местного самоуправления. Исходя из данной формулировки, можно сделать вывод, что субъектом права на осуществление местного самоуправления признается гражданин. Однако в основе права на осуществление местного самоуправления лежат местные интересы (по благоустройству места проживания, организации систем освещения, канализации, водоснабжения и др.), которые также носят публичный, а не частный характер. В связи с этим субъектом права должна быть территориальная общность (совокупность жителей, объединенных единством местных интересов на основе общности местожительства), а не каждый из жителей, ее составляющих. Граждане могут лишь принимать участие в осуществлении местного самоуправления.

При подобном закреплении субъектов права, вызванном смешением понятий публичного и частного интересов, права лишаются реальных гарантий со стороны государства. Индивиды их в принципе реализовать не могут, а для соответствующих общностей законодательство не устанавливает необходимых правовых гарантий.

Еще один вывод, следующий из наших рассуждений по поводу соотношения понятий частного и публичного интересов, относится к основаниям ограничения прав и свобод личности. Поскольку в публичном интересе заключается общее благо, обладание которым ценно для каждого индивида, ограничение прав и свобод личности вполне возможно, исходя из публичных интересов. В таком соотношении частного и публичного интереса заключается социальная справедливость. Ограничение права производится не в пользу какого-то иного лица, а в пользу общего блага, значит, и блага лица, права которого ограничиваются.

Однако иное представляется в случае ограничения прав и свобод в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Такая цель указывается в п. 3 ст. 55 Конституции РФ как одно из оснований ограничения прав и свобод человека и гражданина. На наш взгляд, противопоставление одного права другому, интересов одного лица интересам другого лица недопустимо. В Конституции все права рассматриваются как равнозначные, и ни одно не обозначено как приоритетное. Поэтому в случае конкуренции прав допустимо их ограничение, но оно должно производиться на взаимной основе и иметь целью достижение некоего компромиссного положения. Когда реализация одного права приводит к невозможности реализации своего права другим лицом, необходимо осуществить ограничение прав обоих лиц, не исключающее в полной мере возможности по реализации ими своих прав. Например, в случае, когда на имущество, подлежащее приватизации, претендуют несколько лиц, в целях обеспечения возможности для каждого из них реализовать право собственности следует организовать конкурс или аукцион. В состоянии конкуренции могут находиться и не одноименные права, например право на труд и свобода предпринимательства. Здесь для предпринимателя, являющегося нанимателем, должны устанавливаться ограничения произвольного увольнения работников, а с другой стороны, для работников - ограничения их свободы в виде необходимости отработать некоторый период времени после уведомления нанимателя о желании уволиться.

Данная рекомендация вполне уместна не только для законодателя, устанавливающего ограничения конституционных прав и свобод, но и для правоприменителя.

В качестве примера неверного разрешения конкуренции прав личности можно привести решение суда Автозаводского района г. Тольятти по иску профсоюзного комитета к АО "Автоваз" о предоставлении информации по распределению жилья.

Поводом к подаче иска послужило обращение в профком работников завода с просьбой проверить обоснованность распределения жилья в своем цехе в 1994 - 1996 гг. Профком обратился к администрации предприятия с требованием о предоставлении информации по выделению жилья, причем не только открытой - содержащейся в списках очередников, но и персональных данных работников, хранящихся в их личных делах по жилью.

Возможность ознакомиться с открытой информацией была им предоставлена, но в выдаче без согласия работников их персональных данных отказано.

В суде председатель профкома в обоснование своих требований выдвинул такие аргументы: "Ходят слухи, что значительная доля квартир досталась не очередникам... У рядовых работников возникли небеспочвенные подозрения. Так, некая счастливица, представившая справку о своей психической ненормальности, немало этим подивила всех знавших эту видную женщину".

Судом иск профсоюзного комитета был удовлетворен. Данное решение было оставлено в силе Самарским областным судом и Верховным Судом РФ.

На наш взгляд, в решении суда одно частное право было противопоставлено другому. Заинтересованность в обнародовании информации, содержащей персональные данные работников, коллектива людей, а не одного человека, не свидетельствует о том, что интерес направлен на достижение общего блага. Во-первых, в основе права на получение информации лежало не общечеловеческое, каждому присущее благо, а частный интерес по скорейшему получению жилья. Во-вторых, его удовлетворение вполне могло быть осуществлено индивидуально, а не коллективно. Следовательно, нельзя было ограничивать право на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны в пользу права на получение информации. Здесь следовало исходить из необходимости взаимного ограничения прав. С целью проверки обоснованности предоставления жилья можно было допустить раскрытие информации об основаниях внеочередного предоставления квартиры, но только лишь субъектам, на которых в соответствии с требованиями закона лежит обязанность по неразглашению информации о частной жизни лица, в отношении которых действует режим профессиональной тайны (например, работникам прокуратуры, судьям). Информация же о соответствии установленному порядку распределения жилья или, наоборот, о его нарушении уже могла быть обнародована общественности.

Таким образом, ограничение прав личности с целью защиты публичных интересов представляется вполне допустимым, причем ограничение может состоять в невозможности в течение определенного времени реализовать свое право гражданином. Ограничение же в целях защиты прав и законных интересов других лиц должно производиться на взаимной основе с тем, чтобы не исключить вовсе возможности реализации своих прав каждым из субъектов.