Мудрый Юрист

Преступления против интеллектуальной собственности и их место в уголовном кодексе Российской Федерации

Кудрявцев В.Л., ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского центра Московской академии экономики и права, доктор юридических наук.

Уголовный кодекс РФ не предусматривает ни раздела, ни главы с названием "Преступления против интеллектуальной собственности". Как следствие, в нем нет и строгого перечня преступлений, посягающих на интеллектуальную собственность.

В литературе существуют различные варианты перечня преступлений, посягающих на интеллектуальную собственность, где в основном фигурируют две статьи: ст. 146 "Нарушение авторских и смежных прав" и ст. 147 "Нарушение изобретательских и патентных прав" УК РФ <1>. И это закономерно.

<1> Кудрявцев В.Л. Преступления против интеллектуальной собственности: некоторые проблемы объединения и совершенствования // Преступления против интеллектуальной собственности: Материалы междунар. науч.-практ. конф. (Н. Новгород, 19 - 20 мая 2011 г.) / НИУ "Высшая школа экономики". Нижний Новгород; Под ред. проф. П.Н. Панченко, доц. А.В. Козлова. Н. Новгород, 2011. С. 77 - 78.

Во-первых, каждое из этих преступлений посягает только на свойственный каждому из них объект интеллектуальной собственности, отраженный в ч. 1 ст. 1225 ГК РФ. Во-вторых, именно такая общность объекта посягательства, как интеллектуальная собственность, позволила Пленуму Верховного Суда РФ объединить эти преступления, а также предусмотренное ст. 180 УК РФ незаконное использование товарного знака и рассматривать их в одном своем Постановлении от 26 апреля 2007 г. N 14 "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака". Подтверждение этому можно найти в следующих положениях данного Постановления Пленума.

Так, разрешая вопрос о наличии в действиях лица составов преступлений, предусмотренных ст. 146, 147 и 180 УК РФ, "суды должны учитывать положения гражданского законодательства о том, что использование результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, являющихся объектом исключительных прав (интеллектуальной собственностью), может осуществляться третьими лицами только с согласия правообладателя" (абз. 4 п. 4 Постановления).

Далее Пленум обращает внимание судов "на необходимость выполнения требований статьи 60 УК РФ о назначении лицам, виновным в нарушении прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации, справедливого наказания в соответствии с характером и степенью общественной опасности преступления, обстоятельствами его совершения и личностью виновного. Судам надлежит учитывать, в частности, характер и степень нарушений охраняемых законом прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, роль лица в совершении преступления, размер причиненного ущерба" (п. 29 Постановления) <2>.

<2> Бюл. Верхов. Суда Рос. Федерации. 2007. N 7.

Действующее гражданское законодательство рассматривает интеллектуальную собственность как через объекты интеллектуальной собственности, перечисленные в ч. 1 ст. 1225 ГК РФ, так и через интеллектуальные права на нее (ст. 1226 ГК РФ). Правами на интеллектуальную собственность (ч. 1 ст. 1225 ГК РФ) либо, иначе, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации согласно ст. 1226 ГК РФ признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом РФ, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и др.).

Подобная законодательная классификация интеллектуальных прав на интеллектуальную собственность имеет значение и для определения основного непосредственного объекта преступления, а значит, для его размещения в соответствующих главе и разделе УК РФ. Ведь в зависимости от того, на какие именно общественные отношения и блага (интересы) главным образом воздействует преступление, эти ценности и будут рассматриваться в качестве его основного непосредственного объекта <3>.

<3> Яцеленко Б.В. Виды объектов преступления // Уголовное право России. Общая часть: Учебник / Под ред. В.Н. Кудрявцева, В.В. Лунеева, А.В. Наумова. М.: Юристъ, 2004. С. 117.

Исходя из ст. 1226 ГК РФ, среди трех интеллектуальных прав исключительное (имущественное) право возникает всегда, а два других вида - только в случаях, предусмотренных ГК РФ. Тем самым любое посягательство на интеллектуальную собственность, в том числе и уголовно-правовое, всегда будет нарушать исключительное (имущественное) право, личное же неимущественное право и иные права будут нарушаться только тогда, когда они прямо обозначены в качестве таковых в ГК РФ и, в нашем случае, отражены в УК РФ. Но личное неимущественное право (либо иное право) не должно быть просто отражено в УК РФ. Именно на это право, на общественные отношения в сфере обеспечения этого права главным образом должно посягать преступление, то есть оно должно быть его основным непосредственным объектом.

Проанализировав в такой логике ст. 146 и 147 УК РФ на предмет охраны ими личного неимущественного права, отраженного в ГК РФ, приходим к выводу, что лишь части первые данных статей охраняют такое личное неимущественное право, как право авторства, в общем виде зафиксированное в ч. 2 ст. 1228 ГК РФ: ч. 1 ст. 146 УК РФ охраняет право авторства, отраженное в п. 2 ч. 2 ст. 1255 ГК РФ, в отношении авторских прав, то есть интеллектуальных прав на произведения науки, литературы и искусства (ч. 1 ст. 1255 ГК РФ), а ч. 1 ст. 147 УК РФ - право авторства, предусмотренное в п. 2 ч. 2 ст. 1345 ГК РФ, в отношении патентных прав, то есть интеллектуальных прав на изобретения, полезные модели и промышленные образцы (ч. 1 ст. 1345 ГК РФ).

На что направлено посягательство в том или ином случае нарушения права авторства? Сравним: по ч. 1 ст. 146 УК РФ это "присвоение авторства (плагиат), если это деяние причинило крупный ущерб автору или иному правообладателю", в то время как по ч. 1 ст. 147 УК РФ только в ее фрагменте, в качестве одного из деяний: "...присвоение авторства или принуждение к соавторству, если эти деяния причинили крупный ущерб".

Теперь, чтобы квалифицировать по ч. 1 ст. 146 УК РФ либо по ч. 1 ст. 147 УК РФ такое деяние, как нарушение личного неимущественного права - права авторства, оно должно быть направлено на причинение крупного ущерба автору или иному правообладателю по ч. 1 ст. 146 УК РФ, а по ч. 1 ст. 147 УК РФ - на то же самое (причинение крупного ущерба), только без потерпевшего, который здесь не указан. Тем самым такое деяние, как нарушение личного неимущественного права - право авторства, в преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 147 УК РФ, направлено главным образом на причинение потерпевшему крупного ущерба. Именно в этом и кроется основной непосредственный объект посягательства в том или другом случае.

Что же касается другого фрагмента ч. 1 ст. 147 УК РФ, где в качестве одного из деяний выступает "...разглашение без согласия автора сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них... если эти деяния причинили крупный ущерб", то в литературе находим мнение о том, что это деяние посягает на конституционные права и свободы человека и гражданина <4>, а значит, и на личное неимущественное право. На наш взгляд, это заблуждение, поскольку с точки зрения гражданского законодательства здесь идет речь о нарушении третьего вида интеллектуального права - иного права, а именно права на получение патента (ч. 3 ст. 1345 ГК РФ, ст. 1357 ГК РФ). Как справедливо отмечают в литературе, это право имеет комплексную природу, включая в себя одновременно элементы личного неимущественного и имущественного права. К элементам личного неимущественного характера можно отнести правомочие на подачу заявки, а к элементам имущественного - правомочие на передачу заявки или патента <5>. Таким образом, приводимый фрагмент из ч. 1 ст. 147 УК РФ нельзя отнести к нарушению личного неимущественного права, поскольку это нарушение третьего вида интеллектуального права - иного права, то есть такого, как право на получение патента. В любом случае это нарушение будет квалифицироваться по ч. 1 ст. 147 УК РФ лишь тогда, когда оно причинило крупный ущерб потерпевшему, впрочем, как и любое деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 147 УК РФ.

<4> Шульга А.В. Объект и предмет преступлений против собственности в условиях рыночных отношений и информационного общества: Автореф. дис. ... докт. юрид. наук. Волгоград, 2008. С. 49.
<5> Гаврилов Э.П., Еременко В.И. Комментарий к части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации (постатейный) // СПС "КонсультантПлюс".

Итак, деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 146 УК РФ и ч. 1 ст. 147 УК РФ, главным образом направлены на причинение потерпевшему крупного ущерба.

Отвечая на вопрос о том, чему причиняется крупный ущерб - личным неимущественным правам либо исключительному (имущественному) праву потерпевшего, мы определяем основной непосредственный объект посягательства. Обратимся с этой целью к рассматриваемому Постановлению Пленума Верховного Суда РФ. Согласно п. 24 этого Постановления лицо может быть привлечено к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 146, ст. 147 и 180 УК РФ "только при условии причинения крупного ущерба правообладателям указанных в них объектов интеллектуальной собственности и средств индивидуализации" <6>. Следовательно, потерпевшим по ч. 1 ст. 146, ст. 147 и 180 УК РФ является правообладатель, которому причинен крупный ущерб.

<6> Бюл. Верх. Суда Рос. Федерации. 2007. N 7.

Следует отметить, что в ч. 1 ст. 146 УК РФ потерпевший указан в диспозиции. Это - автор или иной правообладатель. Здесь категория "автор" используется законодателем в контексте категории "правообладатель". В ч. 1 ст. 147 УК РФ потерпевший не назван, и его необходимо определить.

В гражданском законодательстве (ч. 1 ст. 1229 ГК РФ) "правообладателем" являются гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, которые вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. В данном случае речь идет о том, что правообладатель по своему усмотрению может использовать результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, обладая только исключительным правом, которое согласно ст. 1226 ГК РФ является имущественным правом.

Таким образом, с категорией "правообладатель" закон неразрывно связывает гражданина (физическое) или юридическое лицо и исключительное (имущественное) право. Это означает, что нарушить у правообладателя, являющегося гражданином (физическим) или юридическим лицом, можно только его исключительное (имущественное) право. Но, чтобы деяние подлежало квалификации по ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 147 УК РФ, исключительному (имущественному) праву правообладателя, являющегося гражданином (физическим) или юридическим лицом, должен быть причинен крупный ущерб.

О том, что крупный ущерб причиняется исключительному (имущественному) праву гражданина или юридического лица, также свидетельствует ряд положений, отраженных в рассматриваемом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ. Так, Пленум указывает: "Учитывая, что применительно к части 1 статьи 146 и статье 147 УК РФ ущерб, который может быть признан судом крупным, в законе не указан, суды при его установлении должны исходить из обстоятельств каждого конкретного дела (например, из наличия и размера реального ущерба, размера упущенной выгоды, размера доходов, полученных лицом в результате нарушения им прав на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации). При этом следует учитывать положения статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы" (абз. 3 п. 24 Постановления). И ниже: "При квалификации действий виновных по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 146, 147 и 180 УК РФ, не должен учитываться причиненный потерпевшему моральный вред, в том числе связанный с подрывом его деловой репутации" (п. 28 Постановления) <7>.

<7> Там же.

Итак, на основании изложенного можно сделать вывод о том, что деяния, предусмотренные ч. 1 ст. 146 УК РФ и ч. 1 ст. 147 УК РФ, направлены на причинение крупного ущерба исключительному (имущественному) праву правообладателя (гражданина или юридического лица) на соответствующий объект интеллектуальной собственности, указанный в этих статьях УК РФ.

Что же касается другого самостоятельного состава ст. 146 УК РФ, изложенного в ч. 2 этой статьи, то там основным непосредственным объектом являются общественные отношения в сфере обеспечения исключительного (имущественного) права правообладателя на указанные в ней объекты интеллектуальной собственности.

Следовательно, основным непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 146, 147 УК РФ, являются общественные отношения в сфере обеспечения исключительного (имущественного) права правообладателя на соответствующий объект интеллектуальной собственности, указанный в этих статьях УК РФ. Потерпевшим здесь является правообладатель, то есть гражданин (физическое лицо) или юридическое лицо.

Однако, как мы выяснили выше, в ч. 1 ст. 146 УК РФ и ч. 1 ст. 147 УК РФ речь идет также и о нарушении такого личного неимущественного права, как право авторства, а в ч. 1 ст. 147 УК РФ - еще и нарушении такого иного права, как право на получение патента. Все это позволяет говорить о том, что в ч. 1 ст. 146 и ч. 1 ст. 147 УК РФ дополнительным непосредственным объектом выступают общественные отношения в сфере обеспечения такого личного неимущественного права, как право авторства, а в ч. 1 ст. 147 УК РФ еще есть и такой дополнительный непосредственный объект, как общественные отношения в сфере обеспечения такого иного права, как право на получение патента. Но не по признакам дополнительного непосредственного объекта нормы включаются в ту или иную главу, а только по признакам основного непосредственного объекта.

Размещение законодателем в разделе VII "Преступления против личности" и главе 19 "Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина" преступлений, предусмотренных ст. 146 и 147 УК РФ, предполагает, что их основным непосредственным объектом, по признакам которого нормы включаются в указанную выше главу, должны быть общественные отношения в сфере обеспечения личного неимущественного права автора. Это основано на том, что личные неимущественные права неотчуждаемы и непередаваемы (абз. 2 ч. 2 ст. 1228 ГК РФ) и могут принадлежать только автору (ч. 2 ст. 1228 ГК РФ), являющемуся гражданином (ч. 1 ст. 1228, ст. 1257 ГК РФ), то есть физическим лицом. Данному предположению противоречит реальное положение дел, когда основным непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 146 и 147 УК РФ, выступают общественные отношения в сфере обеспечения исключительного (имущественного) права правообладателя на соответствующий объект интеллектуальной собственности, указанный в этих статьях. Потерпевшим здесь будет являться правообладатель, то есть гражданин (физическое лицо) или юридическое лицо.

При выявлении этих противоречий, заключающихся в определении основного непосредственного объекта и потерпевшего, получаем следующую картину. Преступления, предусмотренные ст. 146 и 147 УК РФ, не могут быть размещены в главе 19 и разделе VII в силу того, что, во-первых, их основным непосредственным объектом являются общественные отношения в сфере обеспечения не личного неимущественного права автора, а только исключительного (имущественного) права правообладателя; во-вторых, потерпевшим же может быть не только гражданин (физическое лицо), но еще и юридическое лицо, которого явно не должно быть в качестве потерпевшего в главе 19 и разделе VII УК РФ.

Итак, основным непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 146, 147 УК РФ, выступают общественные отношения в сфере обеспечения исключительного (имущественного) права правообладателя на соответствующий объект интеллектуальной собственности, указанный в этих статьях УК РФ.

Такой подход представляется оправданным, поскольку он учитывает особенности действующего гражданского законодательства, регулирующего общественные отношения в сфере интеллектуальной собственности, отдельные объекты которой находятся под уголовно-правовой охраной.

Гражданское законодательство придает огромное значение регулированию исключительного (имущественного) права правообладателя, поскольку именно оно и призвано способствовать активизации нормального гражданско-правового оборота интеллектуальной собственности, ее активному включению в развитие экономики.

Эти и иные обстоятельства позволяют говорить о необходимости размещения всех преступлений против интеллектуальной собственности, в том числе предусмотренных ст. 146, 147 УК РФ, в разделе VIII "Преступления в сфере экономики", где должна появиться новая самостоятельная глава 21.1 "Преступления против интеллектуальной собственности" <8>.

<8> Кудрявцев В.Л. Указ. соч. С. 91 - 102.