Мудрый Юрист

Обращение векселей в иностранной валюте среди резидентов: международные и национальные нормы, вексельный оборот, правоприменительная практика. Исследование по вексельному праву

Р.Д. ЗОРКОЛЬЦЕВ

Зоркольцев Р.Д., адвокат, член Адвокатской платы г. Москвы.

Предлагаемое исследование обосновывает необходимость уточнения практиками, в том числе судебной практикой, своих позиций по вопросу толкования норм вексельного и валютного законодательства об обороте векселей в иностранной валюте без оговорки эффективного платежа между российскими резидентами.

Часть I. История проблемы и правоприменительная практика

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 11 марта 1997 г. N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе" (далее - Закон о векселях) по переводному и простому векселю вправе обязываться граждане Российской Федерации и юридические лица Российской Федерации. Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, городские, сельские поселения и другие муниципальные образования имеют право обязываться по переводному и простому векселю только в случаях, специально предусмотренных Федеральным законом.

Представляется, что на законодательном уровне существуют еще ограничения вексельной правоспособности. Некоторые авторы высказывали позицию о том, что переход права собственности на валютные ценности (к которым относятся и векселя с указанием вексельной суммы в иностранной валюте), минуя уполномоченные банки, запрещен; "держатель такого векселя может индоссировать такой вексель только в пользу уполномоченного банка" <1>. Это также было предусмотрено п. 1.1.9 Положения о порядке проведения в Российской Федерации некоторых видов валютных операций и об учете и представлении отчетности по некоторым видам валютных операций, утвержденного Приказом ЦБР от 24 апреля 1996 г. N 02-94 <2>.

<1> Вишневский А.А. Вексельное право. М., 1996. С. 34. При этом автор ссылается на п. 2 ст. 4 действовавшего ранее Закона РФ "О валютном регулировании и валютном контроле" от 9 октября 1992 г. N 3615-1.
<2> Этот Приказ был признан утратившим силу в связи с вступлением в силу Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" (см. указание ЦБР от 15 июня 2004 г. N 1450-У).

Является ли вексель, сумма которого выражена в иностранной валюте, валютной ценностью? Может ли он свободно обращаться между резидентами?

Ответ на эти вопросы в практике неоднозначен. Существует правовая позиция Банка России и ВАС РФ на этот счет, согласно которой такой вексель, если в нем отсутствует оговорка эффективного платежа, не будет признаваться валютной ценностью. Если проанализировать действовавшие ранее и существующие правовые акты, касающиеся этой проблемы, то можно отметить следующее.

Согласно ст. 41 Положения о переводном и простом векселе, утвержденного Постановлением ЦИК и СНК СССР от 7 августа 1937 г. N 104/1341 (далее - Положение о векселях), если переводный вексель выписан в валюте, не имеющей хождения в месте платежа, то сумма его может быть уплачена в местной валюте по курсу на день наступления срока платежа. Курс иностранной валюты определяется согласно обыкновениям, действующим в месте платежа. Однако векселедатель может обусловить, что подлежащая платежу сумма будет исчислена по курсу, обозначенному в векселе. Часть 3 указанной статьи гласит, что указанные выше правила не применяются в случае, когда векселедатель обусловил, что платеж должен быть совершен в определенной, указанной в векселе, валюте (оговорка эффективного платежа в какой-либо иностранной валюте).

Подпунктом "б" п. 4 ст. 1 ранее действовавшего Закона РФ N 3615-1 от 9 октября 1992 г. "О валютном регулировании и валютном контроле" ценные бумаги, номинированные в иностранной валюте, в том числе векселя, признавались валютными ценностями. При этом подп. "б" и "е" п. 10 ст. 1 этого Закона относили операции по приобретению таких ценных бумаг (портфельные инвестиции), а также все иные валютные операции, не входящие в перечень текущих валютных операций, к валютным операциям, связанным с движением капитала. То есть, по сути, приобретение векселедержателем (ремитентом) векселя в иностранной валюте считалось операцией, связанной с движением капитала.

В соответствии с п. 2 ст. 6 этого Закона валютные операции, связанные с движением капитала, должны были осуществляться резидентами в порядке, устанавливаемом Центральным банком РФ. При этом в том же пункте приведен перечень валютных операций, которые могли осуществляться без ограничений. Операции с векселями в иностранной валюте туда не входят. Поэтому логично предположить, что этот перечень являлся исчерпывающим, и на совершение операций с векселями в иностранной валюте необходимо было получать разрешение Центрального банка РФ.

Но при всем при этом ст. 9 Закона указывала, что именно Центральный банк РФ как орган валютного регулирования должен определять сферу и порядок обращения в Российской Федерации ценных бумаг в иностранной валюте, устанавливать правила проведения таких операций и издавать нормативные акты, обязательные к исполнению резидентами и нерезидентами.

Так, в п. 1.1.9 указанного выше Положения о порядке проведения в Российской Федерации некоторых видов валютных операций и об учете и представлении отчетности по некоторым видам валютных операций, утвержденного Приказом ЦБР от 24 апреля 1996 г. N 02-94, было указано, что без разрешения Банка России, при соблюдении требований, им установленных, осуществляются:

приобретение резидентами у уполномоченных банков за иностранную валюту векселей, выписанных этими уполномоченными банками в иностранной валюте;

предъявление резидентами к платежу указанных в настоящем подпункте векселей и получение ими платежа в иностранной валюте или валюте Российской Федерации;

отчуждение резидентами указанных в настоящем подпункте векселей уполномоченным банкам, выписавшим эти векселя, а также иным уполномоченным банкам как за иностранную валюту, так и за валюту Российской Федерации в порядке, установленном вексельным законодательством.

Из анализа этих норм следует, что векселя в иностранной валюте во всех случаях должны были приобретаться резидентами только у уполномоченных банков (абзац 1), отчуждаться ими только уполномоченным банкам (абзац 3) и предъявляться к платежу третьим лицам (абзац 2) без разрешения Банка России, но с соблюдением установленных им требований.

Однако в п. 5 информационного письма ЦБР от 17 июля 2002 г. N 18 "Вопросы по применению "Положения Банка России "О порядке проведения в Российской Федерации некоторых видов валютных операций и об учете и представлении отчетности по некоторым видам валютных операций" от 24.04.96 N 39" <3> указано следующее:

<3> Вестник Банка России. 2002. 17 июля. N 40 - 41.

Пунктом 15 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31 мая 2000 г. N 52 и пунктом 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2000 г. N 33/14 разъяснено, что вексель в иностранной валюте с местом платежа в Российской Федерации, не содержащий оговорки эффективного платежа в какой-либо иностранной валюте, не является валютной ценностью.

При этом если вексель, выписанный уполномоченным банком в иностранной валюте без оговорки эффективного платежа в какой-либо иностранной валюте, предъявляется к платежу в иностранной валюте, приобретается или отчуждается за иностранную валюту, то указанные платежи являются валютными операциями, связанными с движением капитала, и осуществляются в порядке, установленном Банком России.

На основании подпункта 1.1.9 Положения N 39 резиденты имеют право предъявлять рассматриваемые в настоящем пункте векселя к платежу в иностранной валюте, приобретать или отчуждать их за иностранную валюту без разрешения Банка России только у уполномоченных банков или уполномоченным банкам (соответственно).

Хотя это информационное письмо не отменено Банком России, однако фактически оно утратило силу в связи с изменением с 18 июня 2004 года валютного регулирования Федеральным законом от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" и отменой Положения ЦБ РФ от 24 апреля 1996 г. N 39.

К рассматриваемому вопросу имеют отношение абзацы первый и третий данного пункта. Исходя из абзаца первого, такого рода векселя (без эффективной оговорки) не являются валютной ценностью, при условии предъявления к платежу в валюте РФ. Исходя из абзаца третьего корректируется первый наш вывод, сделанный на основании анализа п. 1.1.9 Положения, утвержденного Приказом ЦБР от 24 апреля 1996 г. N 02-94: такие векселя должны предъявляться к платежу в иностранной валюте не любым третьим лицам, а только уполномоченным банкам, а предъявляться к платежу в рублях - уже любым лицам. Здесь виден прием аутентичного толкования нормы: Банк России разъяснил изданную собой же норму.

Стоит заметить, что в отношении векселей в иностранной валюте судебная практика склоняется к аналогичной точке зрения, что и Банк России, а именно к тому, что выдача и обращение таких векселей допустима без разрешения Банка России, так как они не являются валютной ценностью (точнее было бы сказать наоборот - позиция Банка России основана на мнении высших судебных инстанций).

Так, в п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 4 декабря 2000 г. N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" указано следующее:

Статья 41 Положения (о векселях - Прим. Р.З.) допускает уплату суммы векселя, выписанного в иностранной валюте, в национальной валюте страны места платежа. Обязанность оплаты векселя именно в указанной в нем иностранной валюте существует только по векселям, содержащим так называемую оговорку эффективного платежа (например, "только в такой-то валюте", "такую-то сумму в такой-то валюте эффективно", "такую-то сумму в такой-то валюте натурой").

В связи с изложенным судам при разрешении вопросов о правомерности выдачи, авалирования и передачи векселей, сумма которых выражена в иностранной валюте, необходимо иметь в виду следующее.

Выдача, акцепт, передача по индоссаменту векселя в иностранной валюте, не содержащего оговорки эффективного платежа, осуществленные хотя бы и без лицензии Центрального банка Российской Федерации, не являются нарушениями валютного законодательства Российской Федерации, поскольку сумма такого векселя всегда может быть уплачена в валюте Российской Федерации. Признавать сделки с таким векселем и сам вексель недействительными только лишь в силу обозначения в нем суммы в иностранной валюте нет оснований.

При рассмотрении требования о взыскании иностранной валюты по векселю с оговоркой эффективного платежа судам следует учитывать требования законодательства о валютном регулировании и валютном контроле.

Пункт 2 ст. 13 Федерального конституционного закона от 28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" устанавливает, что постановления Пленума ВАС РФ, принятые по вопросам своего ведения, обязательны для арбитражных судов в Российской Федерации. Несомненно, эта норма дает возможность Пленуму ВАС РФ своими Постановлениями разрешать коллизии в праве.

Позиция ВАС РФ относительно обращения векселей в иностранной валюте среди резидентов РФ выражена также в следующем п. 15 информационного письма Президиума ВАС РФ от 31 мая 2000 г. N 52 "Обзор практики разрешения арбитражными судами споров, связанных с применением законодательства о валютном регулировании и валютном контроле" <4>.

<4> Вестник ВАС РФ. 2000. N 8.

Выдача резидентом векселя в иностранной валюте с местом платежа в Российской Федерации при отсутствии в тексте векселя оговорки об эффективном платеже в какой-либо иностранной валюте не является нарушением валютного законодательства.

Резидент обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с резидента долга в рублях по векселю, выписанному в иностранной валюте. Ответчик предъявил встречный иск о признании недействительной сделки по выдаче векселя. При этом ответчик ссылался на отсутствие разрешения Банка России на выдачу (использование в качестве средства платежа) векселя, выраженного в иностранной валюте.

Суд первой инстанции удовлетворил иск о взыскании суммы по векселю и отклонил требование о признании сделки недействительной.

Апелляционная инстанция признала сделку по выдаче векселя недействительной, поскольку выдача (использование в качестве средства платежа) векселя, выраженного в иностранной валюте, является валютной операцией, связанной с движением капитала, которая в отсутствие разрешения Банка России должна рассматриваться как ничтожная сделка на основании подпункта "б" пункта 4, подпункта "а" пункта 7, подпункта "е" пункта 10 статьи 1 и пункта 2 статьи 6 Закона о валютном регулировании. По мнению апелляционной инстанции, под векселем, выраженным в иностранной валюте, должен пониматься всякий вексель, сумма которого обозначена в иностранной валюте.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации отменил Постановление апелляционной инстанции и оставил в силе решение суда первой инстанции, исходя из следующего.

Иск был основан на простом векселе, выписанном резидентом Российской Федерации в иностранной валюте с местом платежа в Российской Федерации.

Положение о переводном и простом векселе, введенное в действие Постановлением ЦИК и СНК СССР от 07.08.37 N 104/1341 (далее - Положение), различает валюту долга и валюту платежа в вексельных обязательствах (п. 41). Валюта, в которой выписан вексель, является валютой долга.

Согласно пункту 41 Положения, если переводной вексель выписан в валюте, не имеющей хождения в месте платежа, то его сумма может быть уплачена в местной валюте с соответствующим курсовым пересчетом, кроме случаев, когда векселедатель обусловил, что платеж должен быть совершен в определенной, указанной в векселе валюте (оговорка эффективного платежа в какой-либо иностранной валюте).

В соответствии со статьей 77 Положения данное правило применяется и к простому векселю.

Следовательно, при отсутствии в векселе оговорки эффективного платежа в иностранной валюте и назначении местом платежа Российской Федерации (п. 2 Положения), вексельный должник-резидент не принимает на себя обязательство уплатить вексельный долг в иностранной валюте. Вексель, выписанный в иностранной валюте на указанных условиях, не создает обязанности платежа иностранной валютой, и в силу подпункта "б" пункта 4 статьи 1 Закона о валютном регулировании не может быть признан валютной ценностью.

Режим валютных операций не распространяется на сделки между резидентами, связанные с такими векселями.

Согласно пункту 2 статьи 317 ГК РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

При таких обстоятельствах сделка по выдаче векселя ни гражданскому, ни валютному законодательству не противоречила, в связи с чем оснований для признания ее недействительной у суда не имелось.

Таким образом, проведенный выше анализ позволяет сказать следующее. Если векселя в иностранной валюте обращаются между резидентами без оговорки эффективного платежа, то с точки зрения гражданского, в том числе вексельного, и валютного законодательства, по мнению Центрального банка РФ, Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, ничего противозаконного в этом нет, так как платеж по векселю предполагается не в иностранной, а в национальной валюте. Условием такого обращения является то, что такие векселя должны предъявляться к платежу только в валюте РФ. Если в векселе присутствует эффективная оговорка или вексель без таковой предъявляется к платежу в иностранной валюте, то он будет считаться валютной ценностью, и на операции с ним должны распространяться валютные ограничения. При этом предполагается, что суды низших инстанций должны и будут руководствоваться указанными выше разъяснениями.

Некоторые авторы утверждают, что недопущение обращения векселей в иностранной валюте противоречит сущности векселя как оборотного документа. Ими подчеркивается, что указание в векселе на иностранную валюту, в случае отсутствия оговорки эффективного платежа, нужно расценивать как установление эквивалента не предмета, а эквивалента исполнения в определенных денежных единицах <5>. Если соотнести этот вывод с позицией Пленума ВАС РФ, то получится, что иностранная валюта, указанная в векселе без оговорки эффективного платежа, является валютой долга, а не валютой платежа; валютой платежа будет являться российский рубль. Согласно такому подходу признать, что обращение векселя в иностранной валюте может быть предметом операций российских резидентов только с санкции Центрального банка РФ, как валютная операция, связанная с движением капитала, значит (с точки зрения практики) "парализовать систему международных расчетов по экспорту, а с юридической точки зрения - снабдить вексельное законодательство оригинальным, не имеющим под собой какой-либо почвы ограничением по порядку применения" <6>.

<5> См.: Белов В.А. Очерки по вексельному праву. М., 2000. С. 215 - 217.
<6> Белов В.А. Указ. соч. С. 214.

По мнению авторов академического курса общей теории государства и права, "попытка рассматривать отрасли публичного и частного права в контексте противопоставления и искусственной изоляции не отвечает общему смыслу правового регулирования, логике построения и развития системы законодательства и отнесения отраслей, подотраслей. Главное заключается в умелом сочетании методов публично-правового и частноправового регулирования и гибком изменении их соотношения с учетом меняющихся ситуаций в экономике и социальной сфере" <7>.

<7> Общая теория государства и права. Академический курс в 2-х томах / Под ред. М.Н. Марченко. М., 2000. Т. 2. С. 260.

Надо сказать, вопрос о применении в отношениях между резидентами векселя, сумма которого выражена в иностранной валюте, до сих пор представляет существенную проблему для юристов. И мнения на этот счет между практиками вексельного обращения, государственными и правоохранительными органами и судами расходятся.

Как полагают некоторые исследователи, "с помощью векселя сегодня пытаются решить множество экономических задач, в том числе и задач налоговой оптимизации. Вполне естественно, что векселедатели в попытке "адаптировать" вексель для решения исключительно своих проблем пытаются иногда "нагрузить" вексель набором дополнительных качеств, чтобы таким образом несколько расширить возможности его применения. При этом векселю нередко придается не соответствующее вексельному законодательству правовое содержание, а также такие юридические качества, которые выходят за рамки собственно вексельного права" <8>.

<8> Гудков Ф.А. Вексель: Правила составления. Последствия оборота подделок. Правовые аспекты экспертизы. М., 2005. С. 3.

Представляется, что правоприменительная (в том числе судебная) практика адаптировала применение векселя в иностранной валюте между резидентами так, как это удобно для складывающихся экономических отношений, решив не признавать такой вексель недействительным, вероятно, для того чтобы способствовать формированию устойчивого гражданского оборота и не допускать злоупотребления правом его отдельными субъектами. Возможно, такой подход выгоден на определенном этапе развития общества в угоду сиюминутным тенденциям, однако он не учитывает природы и специфики самого объекта - векселя, одной из основных его черт как оборотного документа - вексельной строгости, а также истории и особенностей обращения этого давнего, интересного и сложного инструмента. Если быть точным, Президиум ВАС РФ в соответствии с законом, то есть правильно, истолковал норму ст. 41 Положения о векселях в части возможности содержания в векселе валюты долга и валюты платежа (если применять это толкование к случаям, когда вексель в иностранной валюте обращается в отношениях, осложненных иностранным элементом, или между резидентами, но с ограничениями, налагаемыми законодательством о валютном регулировании и валютном контроле). Однако при этом следует учесть, что это толкование должно распространяться на определенную сферу правоотношений - область международного частного права и, как следствие, на ограниченный круг субъектов права.

Часть II. Соотношение валютного и вексельного права

Для того чтобы правильно ответить на вопрос, в каких случаях и при каких условиях векселя в иностранной валюте могут обращаться среди резидентов, необходимо обратиться к сущности, природе векселя, его цели как оборотного документа.

Вексель является ценной бумагой. Обязательство, выраженное в нем, является денежным. Пункт 2 ст. 1 Положения о векселях устанавливает, что денежная сумма, выраженная в векселе, должна быть определенной. Следовательно, если она таковой не является, то документ не имеет вексельной силы.

В соответствии с п. 1 ст. 317 ГК РФ денежные обязательства должны быть выражены в рублях. Так как вексель является институтом гражданского права, то на него распространяют свое действие общие нормы гражданского права, но только при отсутствии специальных норм вексельного законодательства (п. 2 ст. 807 и абзац 2 ст. 815 ГК РФ); другими словами, если выдан вексель, то участники этих правоотношений должны "отложить гражданский кодекс в сторону и руководствоваться исключительно вексельным правом".

Пункт 2 ст. 317 ГК РФ распространяется только на те обязательства, которые являются как раз не определенными, а определимыми. В этой связи некоторые авторы указывают, что "правило п. 1 ст. 317 ГК о том, что обязательства должны быть выражены в рублях, является императивным. Сумма такого обязательства может быть определенной или определимой. Правило п. 2 ст. 317 ГК касается лишь способа определения суммы денежного обязательства, когда в рублях оказывается выражена не определенная, но определимая сумма" <9>. Поэтому указанные положения применяются, вероятнее всего, к договорным отношениям, нежели к вексельным.

<9> Эрделевский А.М. Постатейный научно-практический комментарий части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. М., 2001 (комментарий к ст. 317).

Можно предположить, что если вексельное обязательство выразить согласно условиям п. 2 ст. 317 ГК РФ, например, "обязуюсь уплатить по настоящему векселю сумму в рублях, эквивалентную 1000 долларам США", то этим будет поставлен под сомнение один из обязательных реквизитов векселя, так как сумма, указанная в таком векселе, будет принципиально определимой, но никак не определенной. Установлением же в векселе суммы обязательства в иностранной валюте, например, "обязуюсь уплатить по настоящему векселю 1000 долларов США", нарушаются требования п. 1 ст. 317 ГК РФ о необходимости выражения обязательств в рублях.

Следовательно, допуская приобретение, индоссирование и предъявление к платежу резидентами РФ векселей в иностранной валюте без разрешения Центрального банка РФ в пользу уполномоченных банков, Банк России в своих прежних нормативных правовых актах должен был на этом и остановиться. Примечательно уже то, что его позиция, выраженная в письме от 17 июля 2002 г. N 18, основана только на выводах Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ, а не на нормах публичного права, изложенных в Законе о валютном регулировании и валютном контроле.

Некоторые авторы считают норму, предусмотренную в ст. 41 Положения о векселях, "единственным исключением из общего правила, когда сумма платежа становится определимой", и "это считается допустимым" <10>.

<10> Гудков Ф.А. Указ. соч. С. 42.

Между тем не бесспорным является толкование, сделанное Президиумом ВАС РФ в п. 15 информационного письма от 31 мая 2000 г. N 52, о том, что Положение о переводном и простом векселе различает валюту долга и валюту платежа в вексельных обязательствах, и о том, что валюта, в которой выписан вексель, является валютой долга, если такое толкование давать векселям в иностранной валюте, обращающимся между резидентами. Подобное толкование о том, что в обязательствах может существовать валюта долга и валюта платежа, было бы характерно для денежных обязательств, возникающих из договорных отношений (договоров) резидентов, но не вексельных обязательств между ними.

Валюту долга, а точнее, валюту цены, а также валюту платежа различают прежде всего в международных сделках <11>; в отношении же внутринациональных сделок эти термины не столь уместны, так как внутри государства действует одна платежная и расчетная система, и в России единственным способом выражения обязательств и законным средством платежа является рубль (ст. 140, п. 1 ст. 317 ГК РФ). Случаи, порядок и условия использования иностранной валюты на территории РФ определяются законом или в установленном им порядке (п. 2 ст. 140 ГК РФ). Виды имущества, признаваемого валютными ценностями, и порядок совершения сделок с ними определяются законом о валютном регулировании и валютном контроле (ст. 141 ГК РФ).

<11> См., например: Международные валютно-кредитные и финансовые отношения / Под ред. Л.Н. Красавиной. М., 2002. С. 214 - 215.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" внутренние ценные бумаги - это эмиссионные ценные бумаги, номинальная стоимость которых указана в валюте Российской Федерации и выпуск которых зарегистрирован в Российской Федерации, и иные ценные бумаги, удостоверяющие право на получение валюты Российской Федерации, выпущенные на территории Российской Федерации (п. 3 ч. 1 ст. 1 Закона); внешние ценные бумаги - это ценные бумаги, в том числе в бездокументарной форме, не относящиеся в соответствии с настоящим Федеральным законом к внутренним ценным бумагам (п. 4 ч. 1 ст. 1 Закона); валютные ценности - иностранная валюта и внешние ценные бумаги (п. 5 ч. 1 ст. 1 Закона); к валютным операциям относится, в частности, приобретение резидентом у резидента и отчуждение резидентом в пользу резидента валютных ценностей на законных основаниях, а также использование валютных ценностей в качестве средства платежа (подп. "а" п. 9 ч. 1 ст. 1 Закона).

В связи с этим кажется странным произвольное отнесение к валютным ценностям имущества (векселей) высшими органами судебной власти и Центральным банком РФ, осуществленное в противоречии с нормой ст. 141 ГК РФ: откуда у высших судебных инстанции возникло такое право, ведь в данной статье ГК РФ прямо указано, что это прерогатива законодательной власти. Между тем, основываясь на таком выводе высших судебных инстанций, пускаются в истолкование ст. 41 Положения о векселях и практические работники, и тем самым принципиальнейшая ошибка кочует из публикации в публикацию. Так, например, в некоторых работах утверждается, что "вексельные обязательства без оговорки об эффективном платеже в силу ст. 41 Положения о переводном и простом векселе должны оплачиваться в рублях" <12>. Ответ на это будет: "нет, не обязательно они должны оплачиваться в рублях", и далее со ссылкой на международную практику обращения векселей будет показано почему.

<12> См., например: Сливкин И.В. Особенности правового регулирования вексельных обязательств в иностранной валюте // Вестник ФАС Западно-Сибирского округа. 2007. N 1.

Практики идут дальше и толкуют ст. 41 Положения о векселях с учетом законодательства о валютном регулировании и валютном контроле следующим образом: если вексель выдан с оговоркой эффективного платежа в иностранной валюте, то в силу п. 4 ч. 1 ст. 1 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" он будет относиться к внешним ценным бумагам, которые являются валютными ценностями (п. 5 ч. 1 ст. 1 Закона), а исполнение вексельного обязательства с оговоркой эффективного платежа будет квалифицироваться как валютная операция, что обусловливает распространение на него требований валютного законодательства; вексель же, выписанный в иностранной валюте на территории Российской Федерации без оговорки эффективного платежа, будет квалифицироваться как внутренняя ценная бумага <13>.

<13> Там же.

В настоящее время существует информационное письмо ЦБР от 31 марта 2005 г. N 31 "Вопросы, связанные с применением Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" и нормативных актов Банка России", в котором на вопросы в пункте 4 "К какому виду ценных бумаг (внутренним или внешним) относится выпущенный на территории Российской Федерации вексель, номинированный в иностранной валюте, без оговорки эффективного платежа в иностранной валюте и назначением места платежа Российской Федерации?" и "В какой валюте (рублях или иностранной валюте) должна осуществляться оплата указанного векселя?" дан следующий ответ.

Согласно пункту 41 Положения о переводном и простом векселе, утвержденного Постановлением ЦИК и СНК СССР от 07.08.1937 N 104/1341 (далее - Положение) и которое в соответствии с Федеральным законом от 11.03.1997 N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе" применяется на территории Российской Федерации, если вексель выписан в валюте, не имеющей хождения в месте платежа, то сумма может быть уплачена в местной валюте по курсу на день наступления срока платежа, за исключением случаев, когда векселедатель обусловил, что платеж должен быть совершен в определенной, указанной в векселе (оговорка эффективного платежа в какой-либо иностранной валюте).

В соответствии со статьей 77 Положения данное правило применяется и к простому векселю.

Следовательно, вексель, выписанный в иностранной валюте без оговорки эффективного платежа в иностранной валюте и назначением места платежа Российской Федерации, не создает обязанности платежа в иностранной валюте, а удостоверяет право на получение валюты Российской Федерации, и в соответствии с подпунктом "б" пункта 3 части 1 статьи 1 Закона такой вексель относится к внутренним ценным бумагам.

В соответствии с частью 8 статьи 8 Закона денежные расчеты между резидентами, включая уполномоченные банки, и нерезидентами по операциям с внутренними ценными бумагами осуществляются в валюте Российской Федерации.

Следовательно, уполномоченный банк в соответствии с Положением может осуществить оплату предъявленного нерезидентом векселя, номинированного в иностранной валюте, без оговорки эффективного платежа в иностранной валюте, в валюте, используемой в месте платежа (в случае, если местом платежа является Российская Федерация, - в рублях).

В данном ответе можно обратить внимание на то, как Банк России ушел от ответа на поставленный вопрос об отнесении векселя в иностранной валюте к категории внешних или внутренних бумаг. В то же время в вопросе не указывается, между кем такой вексель обращается - между российскими лицами или при участии нерезидента? Из изложенного можно сделать вывод о том, что уполномоченные органы и организации избегают прямого ответа на вопрос о возможности обращения векселей в иностранной валюте в отношениях между резидентами.

Здесь при решении проблемы на помощь приходит логика, логическое толкование права. Поскольку внутренние ценные бумаги - это те, которые удостоверяют право на получение валюты Российской Федерации, а внешние ценные бумаги - те, которые не относятся к внутренним ценным бумагам, следовательно, внешние ценные бумаги - это бумаги, которые удостоверяют право на получение иностранной валюты. Вексель, выписанный в иностранной валюте, как с оговоркой эффективного платежа, так и без нее, удостоверяет право его держателя на получение иностранной валюты, а в случаях, предусмотренных ст. 41 Положения о векселях, также и местной валюты, применительно к Российской Федерации - рублей.

Тогда возникают закономерные вопросы. Возможно ли, чтобы одна и та же вещь, ценная бумага (вексель) выступала одновременно в двух качествах - внешней и внутренней ценной бумаги, валютной и не валютной ценности, при этом определять, валютная это ценность или нет, участники вексельных правоотношений и суды будут уже в ходе обращения такого векселя, истолковывая его содержание? Как при этом надо понимать вывод, что отнесение этой вещи к валютной ценности должно и может зависеть от истолкования ее содержания судом или другими лицами? Скорее всего, вексель уже является валютной ценностью, если обязательство (вексельная сумма) в нем выражено в иностранной валюте. Это прямо следует из ст. 141 ГК РФ и ст. 1 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле". В этой связи представляется верным мнение авторов, считающих, что если вексель выписан в иностранной валюте, он относится к объектам, определенным в законе в качестве валютных ценностей <14>.

<14> Рассказова Н.Ю. Вексель, номинированный в иностранной валюте, как объект гражданского оборота // Хозяйство и право. 2000. N 3. С. 16.

Так все же, валютная или не валютная это ценность? Почему решать это должен суд, если это уже однозначно решено на законодательном уровне? Как видно, произвольное и сиюминутное толкование вексельного и валютного законодательства может увести далеко от истины.

Согласно п. 4 ч. 3 ст. 9 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" без ограничений осуществляются валютные операции между резидентами и уполномоченными банками, связанные с приобретением резидентами у уполномоченных банков векселей, выписанных этими или другими уполномоченными банками, предъявлением их к платежу, получением по ним платежа, в том числе в порядке регресса, взысканием по ним штрафных санкций, а также с отчуждением резидентами указанных векселей уполномоченным банкам в порядке, установленном Федеральным законом от 11 марта 1997 года N 48-ФЗ "О переводном и простом векселе". Таким образом, иные операции с векселями в иностранной валюте совершаются с ограничениями.

Применять выводы авторов о том, что "правило п. 2 ст. 317 ГК об обозначении суммы денежного обязательства в иностранной валюте или условных денежных единицах, так называемая валютная оговорка, является новым и позволяет устранить неблагоприятные последствия инфляции" <15>, к отношениям по векселям в иностранной валюте, свободно (с нарушением требований валютного законодательства) обращающихся среди резидентов, вероятно, неуместно. Логично предположить, что резиденты - коммерческие организации преследуют свои интересы, и, выдавая другим резидентам векселя с вексельным обязательством, например, в долларах США, полагают, что устраняют тем самым риск собственных экономических потерь в результате инфляции, а практики (специалисты, которые работают на эти организации) стремятся обосновать для научного юридического сообщества и других практиков правильность этого.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2005 (3-е издание, исправленное, переработанное и дополненное).

<15> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу РФ части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. М., 1998 (комментарий к ст. 317).

Стоит обратить внимание на то, что в ст. 41 Положения о векселях говорится только лишь о возможности оплаты в местной валюте векселя, выписанного в иностранной валюте. По смыслу данной нормы, если вексель выписан, например, в долларах США (опять же, если вексель обращается законно с учетом норм валютного регулирования и валютного контроля), то без наличия в векселе оговорки эффективного платежа оплата по нему может быть произведена как в долларах, так и в рублях, но ни в какой иной валюте. При этом допускается неакцепт плательщиком этого векселя, если он будет предъявлен к оплате в рублях.

Если в векселе имеется эффективная оговорка, то он уже подлежит оплате только в оговоренной валюте. Это может быть как доллар США, так и евро или фунт стерлингов или всякая иная валюта, специально (эффективно) оговоренная в векселе. Таким образом, правила об оплате в местной валюте по соответствующему курсу не применяются в случае, когда векселедатель обусловил, что платеж должен быть совершен в определенной, указанной в векселе, валюте (оговорка эффективного платежа в какой-либо иностранной валюте).

Следует также отметить несомненно важную деталь, имеющую принципиальнейшее значение для рассматриваемого вопроса.

Положение о векселях 1937 года полностью повторяет Единообразный закон о переводном и простом векселе (ЕЗВ). При этом нужно учитывать, что вексельное право изначально являлось интернациональным. ЕЗВ полностью, без изъятий, имплементирован в национальное российское (а точнее, еще в советское) законодательство Конвенцией от 7 июня 1930 г. N 358, то есть международным правовым актом. В преамбуле этой Конвенции указано, что ее стороны, принимая этот правовой акт, пожелали "предупредить трудности, вызываемые разнообразием между законодательством стран, в которых приходится обращаться переводным векселям, и придать таким образом устойчивость и быстроту взаимоотношениям в области международной торговли".

Норма международного частного права, изложенная в ст. 41 ЕЗВ, перенесена в Положение о векселях без какой бы то ни было корректировки применительно к национальному законодательству (в 30-е годы XX века в СССР, видно, в этом не было никакой необходимости в силу понимания этой нормы как нормы международного частного права) и в нынешнее время при соглашательстве с этим российской судебной практики (не являющейся, между прочим, источником права) стала применяться к отношениям между российскими субъектами общего гражданского права.

Из всего этого можно сделать вывод, что применение векселя, выписанного в иностранной валюте, на территории государства прежде всего связано с исполнением международных сделок, то есть векселя в иностранной валюте в основном применяются в отношениях с участием иностранного элемента (если, конечно, они не используются в отношениях между резидентами в особо оговоренных случаях и способами, которые разрешены законодательством о валютном регулировании и валютном контроле). Их применение в иностранной валюте на территории государства должно носить определенные ограничения, какие установлены принятым во исполнение статей Соглашения Международного валютного фонда (от 22 июля 1944 г. с последующими изменениями от 23 сентября 1997 г.) <16> Законом о валютном регулировании и валютном контроле.

<16> Статьи Соглашения опубликованы в издании Международного Валютного Фонда, Вашингтон, округ Колумбия, США, Международный Валютный Фонд, 1992 г., ISBN 1-55775-425-x.

Так, распространяющий действие на Россию <17> раздел 2 (b) статьи VIII Соглашения МВФ говорит именно о валютных обязательствах, контрактах и операциях: "Исполнение валютных контрактов с использованием валюты любого государства-члена, которые идут вразрез с правилами валютных операций такого государства-члена, сохраняемым или вводимым согласно настоящему Соглашению, не может быть обеспечено на территориях ни одного государства-члена. Кроме того, государства-члены по взаимному согласию могут сотрудничать в применении мер, направленных на повышение действенности правил валютных операций любого из них, при условии что такие меры и правила не противоречат настоящему Соглашению".

<17> Согласно Указу Президента РФ от 16 мая 1996 г. N 721 Россия приняла на себя обязательства, налагаемые на страны - члены МВФ статьей VIII настоящего Соглашения и определяющие режим конвертируемости национальной валюты РФ по всем видам текущих валютных операций.

Кроме того, отношение к векселям в иностранной валюте имеет ст. 7 Приложения II к Конвенции N 358, устанавливающей ЕЗВ, в соответствии с которой каждая из Высоких Договаривающихся Сторон имеет право, если она сочтет это нужным, в исключительных обстоятельствах, касающихся курса валюты этого государства, отступить от условия, предусмотренного в ст. 41 и касающегося эффективного платежа в иностранной валюте по переводным векселям с платежом на ее территории. То же правило может быть применено относительно составления переводных векселей в иностранной валюте на национальной территории.

Следовательно, такое правило, а именно "право государства-участника отступить от условия, предусмотренного в ст. 41 Конвенции о ЕЗВ и касающегося эффективного платежа в иностранной валюте по переводным векселям с платежом на ее территории, может применяться и при составлении векселей в иностранной валюте", и государство вправе установить ограничения на составление и оборот таких векселей.

Таким образом, при использовании векселей в иностранной валюте между резидентами следует руководствоваться нормами законодательства о валютном регулировании и валютном контроле как нормами публичного права, имеющими приоритет перед нормами частного права, и устраниться от произвольного толкования положений вексельного и валютного законодательства. При этом стоит помнить о том, что в рамках публичного права действует принцип "Разрешено только то, что предусмотрено законом", в отличие от принципа, действующего в частных правоотношениях: "Что не запрещено законом, то разрешено". В п. 4 ч. 3 ст. 9 Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" уже установлены способы использования векселей в иностранной валюте (как внешних ценных бумаг) между резидентами, поэтому какое-либо другое их использование в нарушение указанных норм публичного права недопустимо. В противном случае получается, что валютная ценность может свободно обращаться на территории страны в нарушение закона, и никакой ответственности за это никто не будет и не должен нести. Этим наносится вред основам правопорядка, что дает основания считать сделку по выдаче такого векселя между указанными лицами ничтожной без необходимости обращения в суд и взыскивать все полученное и причитавшееся по ней в доход государства (ст. ст. 166, 169 ГК РФ).

Часть III. Международная практика обращения векселей

Изложенные выводы подкрепляются анализом правовых норм и практики обращения векселей в разных странах мира, сведения о которой можно почерпнуть в заслуживающей исключительного внимания истории разработки и принятия Конвенции ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях, принятой в Нью-Йорке 9 декабря 1988 года <18>.

<18> Конвенция не вступила в силу. Согласно п. 1 ст. 89 она вступает в силу в первый день месяца, следующего за истечением 12 месяцев после даты сдачи на хранение десятой ратификационной грамоты или документа о принятии, утверждении или присоединении. Пока имеются акты восьми стран. СССР 30 июня 1990 года подписал указанную Конвенцию. С 24 декабря 1991 года Россия продолжает членство бывшего СССР в ООН и начиная с этой даты несет в полном объеме ответственность по всем правам и обязательствам СССР согласно Уставу ООН и многосторонним договорам, депозитарием которых является Генеральный секретарь. Текст Конвенции приводится по официальному изданию ООН, Нью-Йорк, 1988 год (см. на интернет-сайте ЮНСИТРАЛ: www.uncitral.org).

В настоящей работе исследована история подготовки именно этого документа, поскольку при его разработке учитывалось законодательство и правоприменение в двух основных вексельных системах мира, а также потому, что это новая и наиболее масштабная работа в области международной унификации вексельного права, предпринятая всеобъемлющая попытка охватить все возможные аспекты обращения векселей в мире <19>. Кроме того, из работы над этой Конвенцией прослеживаются принципы и практика применения как Женевских конвенций, так и норм в области векселей, применяемых в странах общего права.

<19> Унификация, предпринимавшаяся ранее в странах гражданского (с традициями римского) права, закончилась принятием сначала Гаагских единообразных положений 1912 года, а затем Женевского единообразного закона о переводном и простом векселе 1930 года. Параллельно проходившая в странах общего права унификация сопровождалась принятием закона Соединенного Королевства о переводных векселях 1882 года (который был утвержден без существенных изменений в странах Британского содружества), закона об оборотных документах 1896 года в США (который действовал не только во всех государствах Американского союза, но также в Колумбии и Панаме), а в настоящее время заменен соответствующими положениями Единого торгового кодекса США. ЕТК был также принят почти во всех государствах Американского союза и представляет собой исключительно важную попытку Американского института права кодифицировать в единообразном виде всю область торгового права для всех государств Американского союза. Об этом см.: Унификация правовых норм, касающихся переводных векселей и чеков: записка Генерального секретаря и предварительный доклад Международного института унификации частного права (МИУЧП) (A/CN.9/19) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.1. С. 278.

§ 1. История принятия и сфера применения Конвенции ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях

Конвенция ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях является результатом более чем 15 лет работы Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). Она была принята Генеральной Ассамблеей ООН по рекомендации Шестого комитета (Правовые вопросы) <20>.

<20> См.: Конвенция ООН о международных переводных векселях и международных простых векселях: записка Секретариата (A/CN.9/386) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1994. Т. XXV. Часть вторая, VI, B. С. 350.

В Конвенции содержится предназначенный для факультативного использования при международных сделках современный всеобъемлющий свод норм, применимых к международным переводным векселям и международным простым векселям, которые отвечают установленным в Конвенции требованиям в отношении формы. Текст Конвенции отражает продуманную политику, направленную на сведение к минимуму отхода от содержания двух существующих основных правовых систем и на сохранение, когда это возможно, тех норм, которые являются общими для этих систем. Там, где существуют коллизии, которые требуют выбора нормы одной из систем или принятия компромиссного решения, в Конвенцию включен ряд новых положений. Другая группа новых норм представляет собой результат специальных усилий, направленных на то, чтобы Конвенция отвечала современным потребностям коммерческой деятельности и практике банковского дела и финансовых рынков.

Конвенция является результатом стремления к установлению современного, независимого международного правового режима, который применялся бы во всем мире. На первой сессии ЮНСИТРАЛ в 1968 году было признано необходимым содействовать дальнейшему использованию переводных и простых векселей для осуществления международных платежей, несмотря на появление новых платежных механизмов. Было выражено мнение о том, что новые методы и практика не вытеснят более привычную практику, особенно в такой важной сфере, как финансирование международных сделок.

С самого начала работа ЮНСИТРАЛ в этой области заключалась в поиске путей преодоления многочисленных расхождений между различными нормами права, регулирующими оборотные документы, в разных странах мира. Прежние попытки унифицировать право, регулирующее оборотные документы, приносили определенные результаты лишь в ограниченных регионах или странах одной правовой системы. Например, усилия, предпринятые в Гааге в 1910 и 1912 годах и под эгидой Лиги Наций в 1930 и 1931 годах, которые завершились принятием женевских единообразных законов о переводных и простых векселях и о чеках, привели к согласованию правовых норм, регулирующих оборотные документы, лишь части стран гражданского права, а что касается системы общего права, аналогичный процесс согласования начался с принятия в 1882 году в Соединенном Королевстве Закона о переводных векселях, по образцу которого были подготовлены Закон Соединенных Штатов Америки об оборотных документах (замененный позднее статьей 3 Единого торгового кодекса) и различные законы о переводных векселях стран Содружества. Однако несмотря на эти факторы, значительные расхождения в прецедентном праве и коммерческой практике существуют даже между странами одной правовой системы.

Прежде всего ЮНСИТРАЛ провела консультации с Международным институтом по унификации частного права (МИУЧП), который уже рассматривал ранее вопрос об унификации права, регулирующего оборотные документы. По просьбе Комиссии МИУЧП подготовил предварительный доклад о возможностях расширения унификации права, касающегося переводных векселей и чеков. В свете этого доклада Комиссия рассмотрела три возможных метода содействия унификации: во-первых, содействие более широкому признанию Женевских конвенций 1930 и 1931 годов; во-вторых, пересмотр Женевских конвенций 1930 и 1931 годов, с тем чтобы сделать их более приемлемыми для стран, придерживающихся англо-американской системы; и, наконец, создание новой системы правового регулирования оборотных документов. Проведенные дискуссии показали, что методом, обеспечивающим наилучшие шансы на успех, является установление новых правовых норм, регулирующих оборотные документы. Было выражено мнение, что один лишь пересмотр Женевских конвенций не сделает их приемлемыми для государств общего права.

Прежде чем приступить к разработке новых правовых норм, регулирующих оборотные документы, Комиссия решила провести широкий опрос, с тем чтобы учесть мнения и предложения правительств, банков и торговых учреждений. Комиссия подготовила и распространила подробный вопросник и проанализировала полученные ответы, касающиеся применяемых в настоящее время методов и практики осуществления и получения международных платежей, проблем, встречающихся при урегулировании международных сделок посредством оборотных документов, и возможного содержания новых единообразных правовых норм <21>. Этот анализ ясно показал, что единственный эффективный подход заключается в разработке нового свода норм, применимых к специальному оборотному документу для факультативного использования при международных сделках.

<21> См.: Доклад Генерального секретаря: Комментарии к проекту Конвенции о международных переводных и международных простых векселях (A/CN.9/213) от 15 марта 1982 года // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 274.

Конвенция в том виде, в каком она была принята, направлена на содействие международной торговле и финансовой деятельности. На протяжении всего процесса этой нормоустановительной деятельности постоянно учитывались комментарии и замечания правительств, банков, представителей торговых и других заинтересованных кругов.

Конвенция не имеет своей целью заменить существующее внутреннее законодательство. В ней содержится предназначенный для факультативного использования при международных сделках всеобъемлющий свод теоретически и практически обоснованных норм, вытекающих из ряда последовательных взаимосвязанных принципов, которые лежат в основе всех известных правовых норм, регулирующих переводные и простые векселя.

Конвенция применяется только к международным переводным векселям и международным простым векселям, которые отвечают определенным требованиям в отношении формы. Использование векселя, регулируемого положениями Конвенции, является абсолютно факультативным. Ратификация государством Конвенции или присоединение к ней не ведет к распространению правового режима Конвенции на все международные векселя, выдаваемые в этом государстве, а лишь дает банкирам и торговцам возможность выбрать этот новый правовой режим, если, с их профессиональной точки зрения, он является предпочтительным <22>.

<22> A/CN.9/386 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1994. Т. XXV. Часть вторая, VI, B. С. 351.

Можно сказать, что работа над разработкой Конвенции в целях унифицировать право, регулирующее оборотные документы, носила самый масштабный и основательный характер из всех, которые были до этого предприняты в мире. Также можно отметить, что для России (правопредшественнице СССР), как страны, придерживающейся романо-германской правовой системы, разработка Конвенции представляет собой третий (после 1910 и 1912, а также 1930 и 1931 годов) этап международной унификации в области вексельного права.

§ 2. Общий принцип Конвенции об исполнении вексельного обязательства, выраженного в иностранной валюте

В Конвенции предпринята попытка избежать противоречий, которые могут возникать в случае переводных и простых векселей, выставленных в валюте, не являющейся валютой места платежа. "Согласно тексту Конвенции, за исключением случаев, когда векселедатель переводного или простого векселя указал, что он должен быть оплачен в определенной валюте, не являющейся валютой, в которой выражена подлежащая уплате сумма, платеж должен производиться в последней из указанных валют (то есть в той, в которой выражена вексельная сумма. - Прим. Р.З.). В тех случаях, когда это правило применимо, оно не даст возможности должнику исполнить свое обязательство путем платежа в другой валюте, например местной. Это положение полезно тем, что оно обеспечивает большую определенность в случае колебания обменных курсов" <23>.

<23> A/CN.9/386 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1994. Т. XXV. Часть вторая, VI, B. С. 354, пункт 38.

Иными словами, если бы, к примеру, в отношениях между компанией Соединенных Штатов Америки (векселедержатель) и канадской организацией (векселедатель, плательщик) <24> вексельная сумма в простом векселе <25> была выражена в долларах США, то даже без оговорки эффективного платежа она подлежала бы оплате не в местной валюте (канадский доллар), а в долларах США. И наоборот, если бы в отношениях между канадской организацией (векселедержатель) и компанией США (векселедатель, плательщик) вексельная сумма в простом векселе была бы выражена в канадских долларах, то даже без оговорки эффективного платежа она подлежала бы оплате не в местной (американской) валюте, а в канадских долларах.

<24> Пример рассмотрен для случая, если бы Конвенция вступила в силу и эти организации применили бы ее нормы в своих отношениях (Канада подписала Конвенцию 7 декабря 1989 года, США - 29 июня 1990 года).
<25> Естественно, с местом платежа в Канаде (другие осложненные случаи не рассматриваем).

Этот же пример может быть применим и к российской организации, с одной лишь особенностью: рубль, в отличие от доллара США и канадского доллара, не является свободно конвертируемой валютой, и Россия не входит в международную межбанковскую систему CLS, то есть в отношении сделок между российской организацией и одной из указанных выше компаний в России имелись бы валютные ограничения. Допустив, что эти особенности не играют роли или устранены, а Конвенция вступила в силу, в отношениях, например, между организациями США и России получится аналогичная ситуация.

Но как же тогда быть с оговоркой эффективного платежа, если бы она была помещена в этот вексель? Применительно к указанным организациям в приведенном примере она означала бы, что если бы в отношениях между компанией Соединенных Штатов Америки (векселедержатель) и канадской организацией (векселедатель, плательщик) вексельная сумма в простом векселе была выражена в долларах США и вексель содержал бы оговорку эффективного платежа, то он подлежал бы оплате только в той валюте, которая была бы указана в этой оговорке. Какая это может быть валюта? Конечно, не канадский доллар (местная валюта), а любая иная, отличная от доллара США иностранная валюта.

Во избежание нарушения правил валютного контроля и других положений, касающихся государственной валюты, в Конвенции предусмотрен ряд модифицирующих правил, которые должны применяться в исключительных случаях <26>.

<26> A/CN.9/386 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1994. Т. XXV. Часть вторая, VI, B. С. 354, пункт 39.

§ 3. Нормы Конвенции и практика исполнения вексельного обязательства, выраженного в иностранной валюте

Перед анализом проблемы со ссылкой на нормы, содержащиеся в Конвенции и относящиеся к рассматриваемому вопросу, нужно отметить, что итоговая нумерация статей в Конвенции и в проектах конвенции, которые готовились в разное время, различается. Так, например, основная статья Конвенции, имеющая отношение к векселю, выраженному в иностранной валюте <27>, имеет итоговый номер 75, а аналогичная статья проекта конвенции, к которому ЮНСИТРАЛ подготовила комментарий, распространенный затем среди всех правительств вместе с текстом проекта конвенции <28>, имела номер 71.

<27> В ЕЗВ и Положении о векселях основная статья, имеющая отношение к такому векселю, имеет номер 41.
<28> Об этом см.: A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 278, пункт II.

Для целей исследования имеет значение непосредственное содержание и анализ статей исходя из комментария к проекту Конвенции, а не итоговые формальные признаки этого международного документа. Поэтому далее в тексте настоящей работы будут делаться ссылки прежде всего на указанный проект Конвенции (при необходимости со сноской на итоговый номер статьи в Конвенции). Это будет делаться также потому, что ответы, полученные от правительств и банковских и торговых учреждений на вопросник ЮНСИТРАЛ об оборотных документах, подготавливались с учетом такой нумерации. Таким образом, при сопоставлении текстов статей нужно делать соответствующую поправку.

Для наглядности поместим рядом текст одной из статей, которые имеют основное значение для исследования. Как видно, ее положения, имеющие значение для анализа, по существу не отличаются.

 Текст, изложенный в комментарии к 
проекту конвенции <29>
    Итоговый текст Конвенции
 Статья 71                         
1. Вексель должен быть оплачен в
той валюте, в которой выражена
сумма векселя.
(Пункт, аналогичный итоговому
пункту 2 Конвенции, в статье 71
проекта отсутствует. - Прим. Р.З.)
2. Трассант или векселедатель
простого векселя могут указать на
векселе, что он должен быть оплачен
валютой, в которой выражена сумма
векселя. В этом случае:
a) вексель оплачивается в указанной
таким образом валюте;
b) подлежащая уплате сумма
исчисляется по курсу, указанному на
векселе. При отсутствии такого
указания подлежащая уплате сумма
исчисляется по курсу для тратт
платежом по предъявлении (или если
такой курс отсутствует, то по
соответствующему установленному
курсу) на день наступления срока
платежа:
i) действующему в месте, где должен
быть предъявлен к платежу в
соответствии со статьей 51 (g),
если указанная валюта является
валютой этого места (местной
валютой); или
ii) если указанная валюта не
является валютой этого места, то
согласно обыкновениям места, где
вексель должен быть предъявлен к
платежу в соответствии со статьей
51 (g);
c) если такой вексель опорочен
неакцептом, то подлежащая уплате
сумма исчисляется:
i) если курс указан в векселе -
поэтому курсу;
ii) если курс не указан в векселе -
по усмотрению держателя, по курсу,
действующему на день отказа или
на день фактического платежа;
d) если такой вексель опорочен
неплатежом, то подлежащая уплате
сумма исчисляется:
i) если курс указан в векселе -
по этому курсу;
ii) если курс не указан в векселе -
то по усмотрению держателя, по
курсу, действующему на день срока
платежа или на день фактического
платежа.
3. Ничто в настоящей статье не
препятствует суду присуждать
компенсацию за ущерб, причиненный
держателю вследствие колебаний
курса, если такой ущерб причинен
тем, что вексель был опорочен
неакцептом или неплатежом.
4. Курсом, действующим на
определенный день, является, по
усмотрению держателя, курс,
действующий в месте, где вексель
должен быть предъявлен к платежу
в соответствии со статьей 51 (g),
или в месте фактического платежа.
Статья 75
1. Вексель должен быть оплачен в той
валюте, в которой выражена
уплачиваемая сумма.
2. Если уплачиваемая сумма выражена
в валютно-расчетной единице в смысле
подпункта 1 статьи 5 и данная
расчетная единица является переводной
в отношениях между лицом,
производящим платеж, и лицом,
получающим его, то, коль скоро
в векселе не указана валюта платежа,
платеж должен производиться путем
перечисления валютно-расчетных
единиц. Если данная расчетная единица
не является переводной в отношениях
между этими лицами, платеж должен
производиться в валюте, указанной
в векселе, или, при отсутствии такого
указания, - в валюте места платежа.
3. Векселедатель переводного или
простого векселя может указать в
векселе, что он должен быть оплачен в
определенной валюте, не являющейся
валютой, в которой выражена
подлежащая уплате сумма. В этом
случае:
a) вексель оплачивается в указанной
валюте;
b) подлежащая выплате сумма
исчисляется по курсу, указанному
в векселе. В отсутствие такого
указания подлежащая выплате сумма
исчисляется по курсу для тратт
платежом по предъявлении (или если
такой курс отсутствует, - по соответ-
ствующему установленному курсу)
на день наступления срока платежа:
i) действующему в месте, где вексель
должен быть предъявлен к платежу
в соответствии с подпунктом g статьи
55, если указанная валюта является
валютой этого места (местной
валютой); или
ii) если указанная валюта не является
валютой этого места, то согласно
обыкновениям места, где вексель
должен быть предъявлен к платежу в
соответствии с подпунктом g статьи
55;
c) если в акцепте такого векселя было
отказано, подлежащая выплате
сумма исчисляется:
i) если в векселе указан курс, -
поэтому курсу;
ii) если в векселе не указан курс, -
по курсу, действующему на день
отказа или на день фактического
платежа, по выбору держателя;
d) если в оплате такого векселя было
отказано, подлежащая выплате сумма
исчисляется:
i) если в векселе указан курс, -
по этому курсу;
ii) если в векселе не указан курс, -
по курсу, действующему на день срока
платежа или на день фактического
платежа, по выбору держателя.
4. Ничто в настоящей статье не
препятствует суду присудить
компенсацию за ущерб, причиненный
держателю вследствие колебаний курса,
если такой ущерб причинен отказом
в акцепте или оплате векселя.
5. Курсом, действующим на определен-
ный день, является, по выбору
держателя, курс, действующий в месте,
где вексель должен быть предъявлен к
платежу в соответствии с подпунктом g
статьи 55, или в месте фактического
платежа.
<29> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 281.

Итак, согласно пункту 1 статьи 71 проекта конвенции (ст. 75 Конвенции) вексель должен быть оплачен в той валюте, в которой выражена сумма векселя <30>.

<30> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 407.

Как указано в комментарии к этой статье <31>, в ней устанавливаются нормы, касающиеся платежа по векселю, выраженному в валюте, не являющейся валютой места платежа. В отношении таких векселей, по мнению комментаторов <32>, в частности, возникает вопрос: может ли лицо, несущее ответственность по векселю, освободиться от такой ответственности, уплатив в валюте места платежа, или же оно должно произвести платеж в валюте, в которой выражена сумма векселя?

<31> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 408 - 411.
<32> Комментарий к проекту конвенции подготовлен профессором Ароном Бараком и профессором Виллемом Висом, которые как бывшие члены секретариата Комиссии (ЮНСИТРАЛ), а затем как консультанты оказывали помощь Рабочей группе по международным оборотным документам в составлении проекта конвенции. A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 278, пункт II.

Когда вексель выставлен или подлежит оплате в валюте, не являющейся валютой места платежа, в какой валюте (иностранной или местной) должен быть осуществлен платеж в срок платежа, для того чтобы сторона, оплатившая вексель, освободилась от ответственности по нему? Авторы комментария показывают, что теоретически можно представить себе следующие ответы:

a) сторона, несущая ответственность по векселю, должна осуществить платеж в указанной иностранной валюте. В основе этого подхода лежит следующая идея: если вексель выставлен или подлежит оплате в иностранной валюте, стороны тем самым проявляют свое желание того, чтобы он был оплачен в этой валюте.

b) сторона, несущая ответственность, должна осуществить платеж в местной валюте. В основе этого подхода лежит идея о том, что указание иностранной валюты на векселе само по себе необязательно означает намерение того, чтобы вексель был оплачен в этой валюте. Такое намерение должно быть выражено в виде ясного положения, требующего платежа в указанной иностранной валюте. Согласно этой точке зрения, указание суммы векселя в иностранной валюте служит лишь для того, чтобы обеспечить критерий, в соответствии с которым должна измеряться сумма в местной валюте.

c) сторона, несущая ответственность, имеет выбор между платежом либо в местной, либо в иностранной валюте. В основе этого подхода лежит идея о том, что тот факт, что вексель был выставлен или выражен в иностранной валюте, позволяет лицу, несущему ответственность, осуществлять платеж в этой валюте, либо в валюте места платежа.

d) держатель может потребовать осуществления платежа либо в местной, либо в иностранной валюте. Идея здесь заключается в том, что отсутствие четкого и прямого указания на обязательство произвести платеж в иностранной валюте должно действовать в интересах держателя.

Далее в комментарии отмечается, что в пункте 1 этой статьи излагается основная норма, заключающаяся в том, что вексель, выставленный или подлежащий оплате в валюте иной, чем валюта места платежа, должен - при отсутствии прямого указания об обратном - быть оплачен в этой валюте. "Опросы, проведенные в банковских кругах, показали, что согласно текущей коммерческой и банковской практике векселя зачастую оплачиваются в валюте, в которой выражена сумма векселя, даже хотя на них нет указания о том, что платеж должен быть произведен в такой валюте. Утверждается, что это правило является наиболее приемлемым в период частых колебаний обменных курсов" <33>.

<33> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 409, пункт 3.

Как утверждается в комментарии, из нормы, изложенной в пункте 1, следует, что если получатель акцептирует переводный вексель, выраженный в указанной валюте, к оплате в валюте места платежа, такой акцепт будет считаться обусловленным акцептом, который держатель может либо принять, либо отклонить. В последнем случае переводный вексель будет считаться опороченным неакцептом. Аналогично этому, отказ держателя принять платеж по векселю в местной валюте приведет к тому, что вексель будет опорочен неплатежом. Эта норма подпадает под положения валютного контроля, налагающие ограничения на платежи в валюте иной, чем валюта места платежа <34>.

<34> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 409 - 410, пункты 4 и 5.

Пунктом 1 (a) статьи 50 проекта Конвенции (ст. 54 Конвенции) предусмотрено правило, в соответствии с которым считается, что переводный вексель опорочен неакцептом, если после надлежащего предъявления плательщик прямо отказывается акцептовать вексель, или если, несмотря на разумную заботливость, акцепт не может быть получен, или если держатель не может получить акцепта, на который он имеет право по настоящей Конвенции. В комментарии к этому пункту содержится разъяснение, что согласно статье 39 проекта (ст. 43 Конвенции), держатель переводного векселя имеет право на безусловный акцепт; обусловленный акцепт является опорочением векселя. В пункте 2 статьи 50 указываются последствия неакцепта. Осуществление немедленного права регресса обусловливается ненадлежащим протестом. В таком случае предъявления к оплате не требуется <35>.

<35> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 377, пункты 1 и 3.

Согласно пункту 1 (a) статьи 54 проекта Конвенции (ст. 58 Конвенции) считается, что вексель опорочен неплатежом, если в платеже отказано после надлежащего предъявления или если держатель не может получить платежа, на который он имеет право по настоящей Конвенции. В комментарии к этому пункту отмечается, что "согласно статье 71 отказ держателя принять платеж в местной валюте по векселю, выраженному в иностранной валюте или подлежащему оплате в какой-либо определенной указанной валюте, является неплатежом" <36>.

<36> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 384, пункт 3.

Соотнося все эти положения и принятую во внимание мировую банковскую практику со ст. 41 Положения о векселях и мнением некоторых российских авторов о том, что "вексель, выписанный в иностранной валюте, всегда может быть оплачен в рублях", делаем вывод, что их утверждение необоснованно. Как видно (в том числе из практики вексельного оборота), держатель векселя всегда может опорочить этот вексель неакцептом и неплатежом. Вексельный оборот защищает именно держателя векселя (а не векселедателя или плательщика) и предоставляет ему возможность в случае неакцепта или неплатежа провести регресс, а не "быть обязанным принять платеж в той валюте, которую ему предложит плательщик". В связи с этим ставится под сомнение и утверждение в п. 15 информационного письма Президиума ВАС РФ от 31 мая 2000 г. N 52 о том, что "при отсутствии в векселе оговорки эффективного платежа в иностранной валюте и назначении местом платежа Российской Федерации, вексельный должник-резидент не принимает на себя обязательство уплатить вексельный долг в иностранной валюте", и что "вексель, выписанный в иностранной валюте на указанных условиях, не создает обязанности платежа иностранной валютой...".

§ 4. Определенность вексельной суммы, эффективная оговорка и валютный курс

Что касается определенности вексельной суммы при ее указании в иностранной валюте с оплатой по курсу, то Конвенция затрагивает и эту проблему. Согласно пунктам d и e статьи 6 проекта Конвенции (ст. 7 Конвенции) сумма векселя считается определенной, даже если в векселе указано, что она подлежит выплате: (d) в соответствии с курсом, который указан в векселе или который подлежит определению согласно указаниям, содержащимся в векселе; или (e) в валюте иной, чем валюта, в которой выражена сумма векселя.

Как указано в комментарии к пунктам d и e указанной статьи, они "отражают общую практику выставления векселей в валюте, которая не является валютой места платежа. Если в векселе не указан курс или вексель не содержит каких-либо указаний на этот счет, применяется статья 71. Пункт d направлен на то, чтобы охватить векселя, выставленные следующим образом: "выплатить 5000 фунтов стерлингов в швейцарских франках по курсу (x) швейцарских франков за один фунт стерлингов" или "выплатить 5000 фунтов стерлингов в швейцарских франках по курсу, преобладающему по истечении срока платежа" <37>.

<37> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 298, пункты 4 и 5.

Это отмечала ранее и Рабочая группа, когда обсуждала пункт d на одной из своих сессий: этот пункт направлен на регулирование случая, когда вексель совершен следующим образом: "уплатите 5000 долл. США в швейцарских франках по обменному курсу 2,50 швейцарских франка за 1 долл. США" или "уплатите 5000 долл. США в швейцарских франках по обменному курсу, действующему на срок платежа" <38>.

<38> Доклад Рабочей группы по международным оборотным документам о работе ее пятой сессии (Нью-Йорк, 18 - 29 июля 1977 года) (A/CN.9/141) от 10 августа 1977 года // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1978. Т. IX. Часть вторая, II, А.С. 189, пункт 39.

Рабочей группой был поднят вопрос, следует ли дать более широкую формулировку пункта d, с тем чтобы он охватывал не только указанный выше случай, но и такие иные случаи, в которых, например, приказом предусматривается платеж "такой суммы швейцарских франков, которая эквивалентна 1000 долл. США по курсу 1934 года". Рассмотрев этот вопрос, Рабочая группа пришла к заключению, что нежелательно расширять сферу применения пункта d, как это было предложено, не только потому, что в результате этого могла бы создаться неопределенность, но также потому, что в результате опроса, проведенного в банковских кругах, выяснилось, что в таком положении нет практической необходимости. В этой связи отмечалось, что сам по себе пункт d уже является значительным расширением сферы действия законодательства, действующего в настоящее время во многих государствах, в том числе в государствах, присоединившихся к Женевской конвенции 1930 года, содержащей Единообразный закон для переводных и простых векселей. Поэтому Группа постановила сохранить текст этого пункта <39>.

<39> A/CN.9/141 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1978. Т. IX. Часть вторая, II, А.С. 189 - 190, пункт 40.

Рабочая группа согласилась с тем, что в контексте пункта d сумма, подлежащая уплате по векселю, может быть определена как окончательная сумма, если в любое время платежа векселедержатель может определить сумму, подлежащую в этот момент уплате по самому векселю, произведя расчет, который может быть необходим <40>.

<40> A/CN.9/141 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1978. Т. IX. Часть вторая, II, А.С. 190, пункт 41.

Что касается пункта e, то Рабочая группа утвердила его текст без изменений.

Кроме того, об "определенности денежной суммы", по мнению комментаторов проекта конвенции, свидетельствовало бы также выражение суммы векселя, например, в специальных правах заимствования и указание в векселе валюты, в которой он должен быть оплачен <41>, хотя на ранних этапах разработки Конвенции возможность выражения вексельной суммы в СДР и иных подобных расчетных единицах не предусматривалась <42>.

<41> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 295 - 296, пункты 24 и 25. Рассмотрение вопроса об отражении суммы векселя в расчетных денежных единицах не столь необходимо для настоящего исследования, однако стоит отметить, что этот вопрос решен в Конвенции положительно (см. п. 2 ст. 75 Конвенции).
<42> См.: текст ст. 74 проекта Конвенции и его обсуждение в Докладе Рабочей группы по международным оборотным документам о работе ее восьмой сессии (Женева, 3 - 14 сентября 1979 года) (A/CN.9/178) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1980. Т. XI. Часть вторая, III, А.С. 95 - 97. О последующем включении возможности выражения вексельной суммы в расчетных единицах в ходе работы над определениями терминов "деньги" или "валюта" см., в частности, также Доклад Рабочей группы по международным оборотным документам о работе ее четырнадцатой сессии (Вена, 9 - 20 декабря 1985 года) (A/CN.9/273) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1986. Т. XVII. Часть вторая, I, А.1. С. 82 - 83, пункты 87 - 92.

В комментарии к пункту 2 (a) и (b) статьи 71 проекта Конвенции отмечается, что трассант или векселедатель простого векселя могут указать на векселе, что он должен быть оплачен в определенной валюте, иной, чем валюта, в которой выражена сумма векселя. В этом случае вексель должен быть оплачен в указанной валюте, утверждают они, и приводят следующий пример. Так, "если переводный вексель выражен в швейцарских франках и содержит указание о том, что он должен быть оплачен в рублях, он должен быть оплачен в рублях. Согласно пункту (e) статьи 6, уплачиваемая таким образом сумма считается определенной суммой для целей статьи 1. В таком случае возникает вопрос, какой обменный курс должен применяться. Если курс указан на векселе, сумма, подлежащая уплате, должна исчисляться в соответствии с этим курсом. Согласно пункту (d) статьи 6 сумма, уплачиваемая таким образом, считается определенной суммой для целей статьи 1. Если на векселе не указан обменный курс, сумма, подлежащая уплате, должна подсчитываться по курсу для тратт платежом по предъявлении (или при отсутствии такого курса по соответствующему установленному курсу) на день наступления срока платежа. Обменный курс является курсом, действующим в месте, где вексель должен быть предъявлен к платежу в соответствии со статьей 51 (g) (ст. 55 Конвенции. - Прим. Р.З.)" <43>.

<43> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 410, пункт 6.

Кроме того, защищая права именно держателя векселя (а не векселедателя или плательщика) при оплате векселя, сумма которого выражена в иностранной валюте при наличии оговорки эффективного платежа, Конвенция предусматривает, что право выбора обменного курса в соответствующих случаях, предусмотренных пунктами c и d статьи 71 проекта Конвенции (ст. 75 Конвенции) принадлежит именно ему. "Держателю предоставлено право выбора между двумя обменными курсами, с тем чтобы защитить его от любого ущерба, который он может понести в результате спекулятивных действий стороны, несущей ответственность" <44>. При этом комментаторы указывают, что согласно некоторым правовым системам, держателю может присуждаться компенсация за ущерб, понесенный им в результате колебаний курса, если такой ущерб причинен тем, что вексель был опорочен неакцептом или неплатежом <45>.

<44> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 411, пункт 8.
<45> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 411, пункт 9.

§ 5. Валютный контроль

Также для наглядности поместим рядом текст другой статьи, которая имеет значение для исследования. Как видно, ее положения, имеющие значение для анализа, также по существу не отличаются.

   Текст, изложенный в комментарии к   
проекту Конвенции
       Итоговый текст Конвенции
   Статья 72                           
1. Ничто в настоящей Конвенции не
препятствует Договаривающемуся
государству применять положения
валютного контроля, действующие на его
территории, включая положения, которые
оно обязано применять в силу
международных соглашений, стороной в
которых оно является.
2. a) Если в силу применения пункта
1 настоящей статьи вексель, выраженный
в валюте, которая не является валютой
места платежа, должен быть оплачен в
местной валюте, сумма, подлежащая
уплате, исчисляется по курсу для тратт
платежом по предъявлении (или если
такой курс отсутствует, то по
соответствующему установленному курсу)
на день предъявления, действующему в
месте, где вексель должен быть
предъявлен к платежу в соответствии со
статьей 51 (g).
b) i) если такой вексель опорочен
неакцептом, сумма, подлежащая уплате,
исчисляется по усмотрению держателя
по курсу, действующему на день отказа
или на день фактического платежа;
ii) если такой вексель опорочен
неплатежом, сумма исчисляется
по усмотрению держателя по курсу,
действующему на день предъявления или
на день фактического платежа;
iii) пункты 3 и 4 статьи 71
применяются в соответствующих случаях.
Статья 76
1. Ничто в настоящей Конвенции не
препятствует Договаривающемуся
государству применять правила
валютного контроля, действующие на его
территории, и положения, касающиеся
защиты собственной валюты, включая
правила, которые оно обязано соблюдать
в силу международных соглашений,
участником которых оно является.
2. a) если в силу применения пункта 1
настоящей статьи вексель,
выставленный в валюте, которая не
является валютой места платежа, должен
быть оплачен в местной валюте, сумма,
подлежащая выплате, исчисляется по
курсу для тратт платежом по
предъявлении (или, если такой курс
отсутствует, - по соответствующему
установленному курсу) на день
предъявления, действующему в месте,
где вексель должен быть предъявлен к
платежу в соответствии с подпунктом g
статьи 55;
b) i) если в акцепте такого
векселя было отказано, сумма,
подлежащая выплате, исчисляется
по курсу, действующему на день отказа
или на день фактического платежа,
по выбору держателя;
ii) если в оплате такого векселя
отказано, сумма исчисляется по курсу,
действующему на день предъявления или
на день фактического платежа,
по выбору держателя.
iii) пункты 4 и 5 статьи 75
применяются в соответствующих случаях.

Итак, ничто в Конвенции не препятствует Договаривающемуся государству применять положения валютного контроля, действующие на его территории, включая положения, которые оно обязано применять в силу международных соглашений, стороной в которых оно является.

Применительно к ЕЗВ (и, соответственно, к Положению о векселях), этот принцип может звучать так: "Ничто ни в ЕЗВ, ни в Положении о векселях не препятствует государству применять правила валютного контроля, действующие на его территории, и положения, касающиеся защиты собственной валюты, включая правила, которые оно обязано соблюдать в силу международных соглашений, участником которых оно является". Этот принцип, как было указано выше, собственно, и зафиксирован в ст. 7 Приложения II к Конвенции N 358, устанавливающей ЕЗВ.

В комментарии к пункту 1 статьи 72 проекта Конвенции эта норма разъясняется следующим образом. "Как указано в комментариях к статье 71 (пункт 5), положения, касающиеся платежа в валюте, не являющейся валютой места платежа, подпадают под положения валютного контроля, налагающие ограничения на платежи в такой валюте. Поэтому в статье 72 устанавливается общее положение об этом. Положения валютного контроля, упомянутые в настоящей статье - это не только положения самого Договаривающегося государства, но и положения, которые это государство обязано применять в силу международных соглашений, стороной которых оно является. Примером последнего вида положений валютного контроля является статья VIII раздела 2 (b) статей Соглашения Международного валютного фонда, согласно которой "валютные сделки, включающие валюту любого члена и противоречащие положениям валютного контроля этого члена, применимым или вводимым в соответствии с Соглашением (Фонда), не имеют силы на территории любого члена" <46>. О распространении на Россию статьи VIII раздела 2 (b) статей Соглашения Международного валютного фонда было отмечено в настоящем исследовании выше.

<46> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 412, пункт 1.

В комментарии к пункту 2 статьи 72 проекта Конвенции указано, что в этом пункте предусматриваются случаи, когда в соответствии со статьей 71 вексель должен быть оплачен в местной валюте, не являющейся валютой места платежа, однако в силу применения пункта 1 статьи 72 он должен быть оплачен в местной валюте. Для таких случаев в пункте 2 устанавливаются нормы, предусматривающие, какие и в какую дату должны применяться обменные курсы; эти нормы аналогичны нормам, изложенным в пунктах 2, 3 и 4 статьи 71 <47>.

<47> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 412 - 413, пункт 2.

§ 6. Работа над формулированием норм о векселях в иностранной валюте

После рассмотрения предварительного доклада, подготовленного МИУЧП, на своей второй сессии Комиссия ООН по праву международной торговли решила провести дальнейшее исследование на основе опроса, направленного на то, чтобы учесть мнения и предложения правительств и банковских и торговых учреждений. Секретариат Комиссии, проведя консультации с представителями международных организаций и банковских учреждений, составил подробный вопросник, охватывающий: a) применяемые в настоящее время методы и практику осуществления и получения международных платежей, b) проблемы, встречающиеся при осуществлении международных сделок через посредство оборотных документов и c) основную суть возможных новых единых норм <48>.

<48> Текст вопросника и анализ ответов, полученных от правительств и банковских и торговых учреждений, изложены в докладах Генерального секретаря: A/CN.9/38 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.2. С. 279; A/CN.9/38/Add.1 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 1. С. 129; A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 130.

В ходе подготовительной работы над проектом, проводимой в тесном сотрудничестве с банковскими и торговыми организациями в рамках Исследовательской группы по международным платежам <49>, были подготовлены и направлены банковским и торговым учреждениям во всем мире дополнительные вопросники по конкретным аспектам оборотных документов. Полученные таким образом данные о правовых нормах и практике в значительной степени способствовали разработке "проекта единообразного закона о международных переводных векселях и комментария" к этому проекту, который Секретариат представил в 1972 году пятой сессии Комиссии <50>.

<49> На совещаниях Исследовательской группы, проведенных с 1969 года по 1979 год, присутствовали эксперты от заинтересованных международных организаций и банковских и торговых учреждений: Комиссия европейских сообществ, Европейская банковская федерация, Международный валютный фонд, Организация американских государств, МИУЧП, Гаагская конференция по международному частному праву, Международный банк экономического сотрудничества (Москва), Банк международных расчетов (Базель), Международная торговая палата, Комитет акцептных контор (Лондон), Английский банк, Банк ФРГ, Национальный вестминстерский банк (Лондон), Федеральный резервный банк Нью-Йорка, Итальянская банковская ассоциация. См.: A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 275, сноска 7.
<50> A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 275, пункт 4.

Комиссия на своей пятой сессии создала Рабочую группу по международным оборотным документам, состоящую из представителей восьми государств - членов Комиссии (в эту группу также входил СССР) <51>, и поручила Рабочей группе подготовку окончательного проекта единообразного закона о международных переводных и простых векселях. Рабочая группа провела одиннадцать сессий с 1973 по 1981 годы. Она приняла проект Конвенции о международных переводных векселях и международных простых векселях в конце своей одиннадцатой сессии (август 1981 года), после того как редакционная группа произвела пересмотр обоих проектов и составила соответствующие варианты (на английском, испанском, китайском, русском и французском языках).

<51> Членами Рабочей группы являлись Египет, Индия, Мексика (которую на десятой сессии заменила Чили), Нигерия, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, Соединенные Штаты Америки, Союз Советских Социалистических Республик и Франция. См.: A/CN.9/213 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1982. Т. XIII. Часть вторая, II, А.4. С. 275, сноска 9.

На своей четырнадцатой сессии Комиссия просила Генерального секретаря, после завершения работы над текстами в рамках Рабочей группы, распространить их вместе с комментарием среди всех правительств и заинтересованных международных организаций для предоставления замечаний.

Все эти частности, связанные с работой Комиссии и Рабочей группы, изложены с целью показать, что к работе по унификации права и разработке норм в области оборотных документов (в том числе относительно векселей в иностранной валюте) подошли наисерьезнейшим образом на основе глубинного анализа норм и практики обращения векселей в разных странах мира и с учетом мнений и предложений правительств, банковских и торговых учреждений.

В п. 77 доклада Рабочей группы о работе ее третьей сессии <52> указано, что статья 74 (это прежний номер 71 проекта конвенции и статьи 75 Конвенции. - Прим. Р.З.) устанавливает правила в отношении уплаты суммы векселя, выписанного в валюте, иной чем валюта места платежа.

<52> Доклад рабочей группы по международным оборотным документам о работе ее третьей сессии (Женева, 6 - 17 января 2975 года) (A/CN.9/99) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 152.

В распоряжении Рабочей группы находилось два варианта этой нормы. Согласно варианту A плательщик может по своему усмотрению осуществить платеж либо в валюте, в которой выписан вексель (в иностранной валюте), либо в валюте места платежа (местной валюте). Согласно варианту B плательщик обязан произвести платеж в иностранной валюте, указанной в векселе.

В распоряжении Рабочей группы находился также пересмотренный текст варианта B, рассмотренный и принятый Исследовательской группой ЮНСИТРАЛ по международным платежам на девятой сессии в октябре 1974 года.

Для наглядности приведем все эти варианты <53>.

<53> A/CN.9/99 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 151 - 152.
        Вариант A         
        Вариант B        
   Пересмотренный текст   
варианта B
   1)  a)   Если   вексель
выписан в валюте, не
имеющей хождения в стране
платежа, то сумма его
может быть выплачена в
валюте этой страны.
b) Если сумма такого
векселя уплачивается в
валюте страны платежа, то
подлежащая уплате сумма
исчисляется по обменному
курсу на день наступления
срока платежа или, если
это специально оговорено,
по курсу, указанному в
векселе.
2) Если такому векселю
отказано в акцепте или
платеже, то подлежащая
уплате сумма
выплачивается в валюте
страны платежа. В этом
случае держатель может по
своему усмотрению
потребовать от
ответственной стороны,
чтобы подлежащая уплате
сумма была исчислена по
обменному курсу на день
отказа, либо на день
наступления срока
платежа, либо на день
платежа.
3) Положения пунктов 1
и 2 не применяются в
случае, когда
векселедатель обусловил в
векселе, что платеж
должен быть совершен в
определенной валюте.
   1)    Если     вексель
выписан в валюте, не
имеющей хождения в стране
платежа, то сумма его
уплачивается в валюте,
указанной в этом векселе.
2) a) Положение пункта
1 не применяется, когда
векселедатель обусловил в
векселе, что платеж
должен быть совершен в
валюте страны платежа. В
этом случае подлежащая
уплате сумма исчисляется
по обменному курсу на
день наступления срока
платежа или, если это
специально оговорено, по
курсу, указанному в
векселе.
b) Если векселю,
содержащему такое
условие, отказано в
акцепте или платеже,
держатель может по своему
усмотрению потребовать от
ответственной стороны,
чтобы подлежащая уплате
сумма была исчислена по
обменному курсу на день
отказа либо на день
наступления срока
платежа, либо на день
платежа.
   1)              Вексель
оплачивается в той
валюте, в которой
выражена сумма этого
векселя.
2) Векселедатель может
указать на векселе, что
он должен быть оплачен в
определенной валюте, иной
чем валюта, в которой
выражена сумма этого
векселя. В этом случае:
a) вексель
оплачивается в указанной
таким образом валюте;
b) подлежащая уплате
сумма исчисляется по
обменному курсу,
указанному на векселе.
При отсутствии такого
указания подлежащая
уплате сумма исчисляется
по обменному курсу для
тратт, срочных по
предъявлении, на день
наступления срока
платежа:
i) преобладающему в месте
платежа, если указанная
валюта является валютой
места платежа (местной
валютой);
ii) определяемому
согласно обыкновениям в
месте платежа, если
указанная валюта не
является валютой места
платежа (не местной
валютой);
c) если такому векселю
отказано в акцепте, то
подлежащая уплате сумма
исчисляется в
соответствии с обменным
курсом, указанным на этом
векселе. При отсутствии
такого указания
подлежащая уплате сумма
исчисляется по обменному
курсу на день отказа;
d) если такому векселю
отказано в платеже, то
подлежащая уплате сумма
исчисляется по обменному
курсу, указанному на этом
векселе. При отсутствии
такого указания:
i) сумма, подлежащая
уплате акцептантом или
векселедателем,
исчисляется по усмотрению
держателя либо по
обменному курсу на день
наступления срока
платежа, либо по
обменному курсу на день
осуществления платежа,
либо предлагается в
соответствии со статьей
75;
ii) сумма, подлежащая
уплате любой другой
ответственной стороной,
исчисляется по обменному
курсу на день наступления
срока платежа.

Как видно, концептуально вариант A близок по тексту к ст. 41 ЕЗВ и Положения о векселях. Однако в итоге Комиссией была принята редакция, близкая к пересмотренному тексту варианта B, который изложен в третьей колонке.

А. Уплата суммы векселя в "иностранной" или "местной" валюте.

По поводу уплаты суммы векселя в "иностранной" или "местной" валюте в докладе Рабочей группы отмечается, что группа рассмотрела вопрос о том, должен ли вексель, выписанный в валюте, иной чем валюта места платежа (иностранной валюте), оплачиваться в этой валюте при отсутствии ясного указания на то, или же плательщик может по своему усмотрению произвести платеж либо в местной валюте, либо в иностранной валюте, указанной в векселе. Группа учла тот факт, что обследования, проведенные Исследовательской группой ЮНСИТРАЛ по международным платежам, показали, что "согласно существующей коммерческой и банковской практике векселя обычно оплачиваются в валюте, в которой выражена его сумма, даже при отсутствии указания на векселе на то, что платеж должен быть осуществлен в такой иностранной валюте" <54>.

<54> A/CN.9/99 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 152, пункт 80.

Многие члены Рабочей группы поддержали мнение о том, что Единообразный закон, разрабатываемый Комиссией ООН в качестве итогового документа, унифицирующего правила обращения международных векселей, должен установить правило, совместимое с такой практикой, и что поэтому следует сохранить правило, содержащееся в пункте 1 статьи 74 (прежний пункт 1 статьи 71 проекта Конвенции и пункт 1 статьи 75 Конвенции. - Прим. Р.З.). Было выражено мнение, что такое правило было бы наиболее подходящим в период частых колебаний валютных курсов. Таким образом, "при отсутствии указания на векселе на то, что платеж должен быть осуществлен в валюте места платежа, ответственная сторона должна оплачивать вексель в валюте, в которой выражена подлежащая уплате сумма. Из этого следует, что, когда трассат принимает переводный вексель, на котором указана сумма в иностранной валюте к уплате в местной валюте при наступлении срока платежа, акцепт считается акцептом с оговорками и держатель может по своему усмотрению принять или отказаться от него. В последнем случае векселю будет отказано в акцепте. Аналогично этому отказ держателя принять платеж переводного векселя в местной валюте приведет к отказу такому векселю в платеже" <55>. При этом один из представителей и один из наблюдателей указали, что они не согласны с таким правилом, и заявили, что они отдают предпочтение положению, согласно которому ответственная сторона может по своему усмотрению осуществлять платеж либо в местной, либо в иностранной валюте, если на векселе нет иного ясного указания <56>.

<55> A/CN.9/99 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 152, пункт 81.
<56> A/CN.9/99 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 152, пункт 82.

B. Нормы валютного контроля и практика национальных судов.

Рабочая группа рассмотрела вопрос об отношении норм валютного контроля к правилу, изложенному в пункте 1 (статьи 74 проекта; прежний номер - 71, итоговый - 75. - Прим. Р.З.). Было отмечено, что во многих странах нормы валютного контроля налагают ограничения на платеж в иностранной валюте. Группа считала, что положения Единообразного закона должны подпадать под действие таких мер регулирования. По мнению Группы, это может быть достигнуто либо посредством ясного указания на это в статье 74 (статье 75 Конвенции. - Прим. Р.З.), либо путем включения общего положения в Конвенцию, к которой Единообразный закон будет приложен <57>. Большинство представителей высказывались в пользу включения в Конвенцию общего положения, в котором указывалось бы, что положения Единообразного закона не должны препятствовать договаривающемуся государству проводить в жизнь применимые нормы валютного контроля в отношении международных переводных векселей и международных простых векселей.

<57> Последний подход был использован при принятии Женевской конвенции в рамках унификации норм об обращении векселей (см. ст. 7 Приложения II к Конвенции N 358, устанавливающей ЕЗВ).

Один из наблюдателей обратил внимание участников на статью раздела 2 b статей Соглашения Международного валютного фонда, согласно которой "валютные сделки, касающиеся валюты какого-либо члена и противоречащие нормам валютного контроля данного члена, применяемым или устанавливаемым в соответствии с Соглашением (Фонда), не могут иметь силы на территории какого-либо члена". По мнению данного наблюдателя, либо Конвенция, либо Единообразный закон - как и было решено в конечном итоге - должны содержать указание на то, что ссылку на применимые нормы валютного контроля следует понимать как ссылку не только на нормы самой страны, но и на те, которые данная страна обязана применять в силу международных соглашений, к которым она присоединилась" <58>.

<58> A/CN.9/99 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 153, пункт 84.

Позже на одной из сессий Рабочей группы тоже был задан вопрос о том, не будет ли тот факт, что во многих странах правила валютного контроля запрещают платежи в иностранной валюте, противоречить установленному в этой статье принципу, согласно которому вексель должен быть оплачен в той валюте, в которой выражена сумма этого векселя. Группа решила, что конвенция должна содержать ясное положение, согласно которому положения конвенции подпадают под действие регулирующих мер, касающихся валютного контроля, а также регулирующих мер, которые то или иное договаривающееся государство обязано принимать в силу международных соглашений, стороной которых оно является. В этом отношении была сделана ссылка на статью 8 раздела 2 (b) статей Соглашения о Международном валютном фонде <59>.

<59> A/CN.9/178 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1980. Т. XI. Часть вторая, III, А.С. 97, пункт 39.

На заседании Рабочей группы было отмечено, что во многих странах, если в случае отказа векселю в акцепте или платеже дело передается в суд, то решение выносится в пользу платежа в местной валюте. Однако, по мнению Рабочей группы, "статья 74 устанавливает правила, регулирующие ответственность сторон по векселю, а не правила, касающиеся полномочий этих судов. В соответствии с этим ни одно положение статьи 74 не может рассматриваться как препятствующее судам выносить решение в пользу платежа в местной валюте, и уплата данной суммы в такой валюте в соответствии с этим решением будет представлять собой освобождение от ответственности" <60>.

<60> A/CN.9/99 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1975. Т. VI. Часть вторая, II, 1. С. 153, пункт 85.

§ 7. Проблема международной унификации правовых норм о векселях

Нужно отметить, что в целом унификация права в области международных платежей при помощи оборотных документов вызывала у ЮНСИТРАЛ большую проблему. Перед началом этой работы Комиссия обратилась в МИУЧП, который подготовил доклад на эту тему <61>.

<61> См.: Доклад, представленный Организации Объединенных Наций Международным институтом по унификации частного права (МИУЧП) "Возможности расширения унификации права, касающегося переводных векселей и чеков". Изложен в документе: A/CN.9/19 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.1. С. 275 - 279.

Как указано в этом докладе, прежде чем предпринимать какое-либо исследование сугубо правового характера, необходимо провести зондаж в тех кругах, на которых скажется изменение в существующем состоянии права, а именно в правительственных, банковских и коммерческих кругах как на национальном, так и на международном уровнях. Строгие научные методы должны применяться при таком зондировании, которое должно осуществляться посредством опросов, анкет и исчерпывающих консультаций с объединениями, органами, институтами и организациями, представляющими вышеупомянутые круги. Зондаж, который приведет к подготовке значительного объема документации, должен касаться следующих вопросов:

  1. есть или нет необходимость изменять существующие правовые нормы, касающиеся переводных векселей, особенно в связи с проблемой международных платежей?
  2. есть ли мнение, что существующее в настоящее время единообразное законодательство можно было бы изменить, учитывая, в частности, параллельный процесс унификации, который происходит в странах гражданского права, с одной стороны (Женевские конвенции), и в странах общего права, с другой стороны (Закон об оборотных документах и Единый торговый кодекс в Соединенных Штатах Америки и Закон о переводных векселях в Англии)? Другими словами, можно ли с самого начала предусматривать возможность успеха в усилиях, направленных на распространение Женевских конвенций на страны общего права, путем возобновления дискуссий по ряду правовых норм, которые эти страны могли бы счесть трудными признать у себя в нынешних условиях?

Было бы, по мнению составителей этого доклада, также необходимо в качестве предварительного шага проанализировать пределы единообразия, достигнутого в Соединенных Штатах с помощью вышеупомянутого Закона; поскольку в странах общего права статуты всегда должны толковаться в свете существовавшего ранее общего права, толкование так называемых единых норм права часто существенно расходится в районах, входящих в юрисдикцию отдельных штатов. В Англии также судьи неоднократно вводили ограничения на единообразие, установленное писаным законом, используя широкие дискретные полномочия, характерные для этой правовой системы, позволяющей ссылаться на комплекс правовых норм, состоящий из прецедентов, созданных судами. Но эти проблемы можно затрагивать только в предварительном докладе. Кроме того, как отмечается в докладе, толкование Женевских единых норм права в странах, которые признали их, не свободно от расхождений <62>.

<62> A/CN.9/19 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.1. С. 276, пункт II (А).

В целом, как сформулировала свои выводы подкомиссия, назначенная Руководящим советом МИУЧП: 1) чрезвычайно трудно разработать единые нормы права, которые можно было бы применять в странах общего права в качестве внутреннего закона; 2) чрезвычайно трудно в международных отношениях заставить страны общего права признать полный текст Женевских норм права; 3) поэтому необходимо попытаться установить совокупность норм, предназначенных к решению наиболее неотложных проблем, возникающих в рамках международных обменных отношений; 4) эти нормы должны быть менее многочисленными, чем нормы, действующие в настоящее время. Они регламентировали бы строго международный оборотный документ, который мог бы служить одновременно переводным векселем и чеком, причем можно было бы временно отложить вопрос о регламентации простых векселей; 5) установленные таким образом нормы были бы чисто факультативными, причем заинтересованные лица по своему усмотрению могли бы принимать новый международный документ или документы, которые действуют в настоящее время, причем последние по-прежнему регламентировались бы соответствующими национальными законами <63>.

<63> A/CN.9/19 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.1. С. 277 - 278, пункт IV.

В докладе отмечается, что проблема международной унификации в области оборотных документов рассматривалась с чрезвычайно реалистической точки зрения. Была оставлена надежда убедить страны общего права принять Женевские единые нормы права, даже в качестве факультативного права, применяемого только к международным документам. Международная унификация выдвигает не только проблему юридического характера; она представляет собой еще и весьма деликатную политическую проблему как в международном, так и во внутригосударственном плане прежде всего потому, что каждое государство всегда весьма мало склонно к подписанию соглашений, могущих ограничить сферу деятельности его национальных законов, а также потому, что, особенно в тех случаях, когда дело касается переводных векселей, реакция заинтересованных кругов (банки, торговцы, промышленники) представляет собой весьма важный фактор, влияющий в пользу или против усилий, направленных на международную унификацию <64>.

<64> A/CN.9/19 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.1. С. 278.

Несмотря на трудности унификации, по выражению составителей доклада, все расхождения между разными вексельными системами "можно назвать предосудительными", факультативный характер разрабатываемых единых норм "обеспечивает надежные гарантии для успеха", и этот путь (разработка единообразных норм, которые носили бы факультативный характер) "обещает хорошие шансы на успех в рамках усилий по унификации международного торгового права, принимаемых в настоящее время Организацией Объединенных Наций, которая унаследовала от Лиги Наций принятые под ее эгидой конвенции, предусматривающие единые нормы права для переводных векселей и для чеков" <65>.

<65> A/CN.9/19 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.1. С. 278 - 279.

Как бы то ни было, большинство стран мира (как придерживающихся Женевских конвенций, так и стран общего права) в целом одобрили разработку Конвенции, хотя в то же время, предоставляя свои комментарии, выражали неудовлетворение по общим или отдельным вопросам <66>.

<66> Среди стран, поддерживающих начинания ЮНСИТРАЛ в области унификации права в области оборотных документов и высоко оценивающих ее усилия, например, Австралия, Австрия, Венгрия, ГДР, Испания, Китай, Нидерланды, Норвегия, США, СССР, Финляндия, Чехословакия, Швеция, Югославия, Япония. Хотя встречается и такое мнение некоторых стран, этим и ограничивающих свои комментарии и замечания: "Мы тщательно изучили этот документ, и мы не можем сказать о нем ничего полезного и нового" (Ботсвана). См.: Проект конвенции о международных переводных и международных простых векселях и проект конвенции о международных чеках: аналитическая компиляция комментариев правительств и международных организаций: Доклад Генерального секретаря (A/CN.9/248) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.1. С. 43 - 174; Проект Конвенции о международных переводных и международных простых векселях и проект Конвенции о международных чеках: основные спорные и другие вопросы: Записка Секретариата (A/CN.9/249 и Add.1) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.2. С. 175 - 192; Проект конвенции о международных переводных и международных простых векселях: замечания правительств и международных организаций: Записка секретариата (A/CN.9/WG.IV/WP.32 и Add.1-10) // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1987. Т. XVIII. Часть вторая, I, 2. С. 114 - 185.

§ 8. Анализ ответов правительств государств, банковских и торговых учреждений относительно обращения векселей в иностранной валюте

На своей третьей сессии, проходившей в Нью-Йорке с 6 по 30 апреля 1970 года, Комиссия ООН по праву международной торговли продолжила рассмотрение вопроса о международных платежах при помощи оборотных документов. Комиссии был представлен доклад Генерального секретаря, содержащий анализ ответов, полученных от правительств и от банковских и торговых учреждений на вопросник об оборотных документах, используемых для международных платежей <67>.

<67> A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 130 - 150. Из анализа ответов, между прочим, усматривается любопытный факт, отмеченный разработчиками, что в значительном числе ответов стран, применяющих женевскую систему, выражается предпочтение норме, предусмотренной в англо-американской системе, и наоборот.

В отношении оговорки об осуществлении платежей в иностранной валюте в этом перечне содержался следующий вопрос: "Должны ли эти нормы (касающиеся нового оборотного документа. - Прим. Р.З.) допускать, чтобы в документе предусматривалось, что предъявитель документа может потребовать платежа в указанной им валюте, которая не является валютой страны платежа?"

Основные нормы, которые имеются в обеих вексельных правовых системах относительно этого вопроса, сводятся к следующему.

В Единообразном законе о векселях (Женевская система) и ЕТК (США) содержатся, по существу, аналогичные положения относительно платежа по векселю, выписанному на сумму в иностранной валюте, которая не является валютой места платежа. В статье 41 ЕЗВ допускается, что векселедатель может предусмотреть оплату векселя в той или иной указанной им валюте (так называемая "оговорка эффективного платежа"), а в разделе 3-107 (2) ЕТК устанавливается, что если в документе указывается иностранная валюта в качестве платежного средства, то документ подлежит оплате в этой валюте. В ЗПВ (Англия) не содержится подобной нормы <68>.

<68> A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 137, пункт 33.

В ЕЗВ, ЗПВ и ЕТК содержатся положения, касающиеся исчисления курса обмена в тех случаях, когда вексель выписывается в иностранной валюте. В статье 41 ЕЗВ, в разделе 72 (4) ЗПВ и в разделе 3-107 (2) ЕТК содержатся аналогичные положения, допускающие указание векселедателем обменного курса в векселе. В тех случаях, когда не содержится ясных указаний на обменный курс, вексель, подлежащий оплате в валюте, которая не является валютой места платежа, может быть (ЕЗВ, ЕТК) или должен быть (ЗПВ) оплачен в валюте места платежа:

a) в соответствии с его стоимостью по курсу на день наступления срока платежа (статья 41 ЕЗВ);

b) в соответствии с обменным курсом в месте платежа в день, когда вексель подлежит оплате, для векселей, срочных по предъявлении (раздел 72 (4) ЗПВ);

c) по курсу места закупок для этой валюты в день, когда документ подлежит оплате, или, если он оплачивается по требованию, в день требования (раздел 3-107 (2) ЕТК).

В отличие от ЗПВ и ЕТК, в ЕЗВ держателю векселя предоставляется право выбора, если должник просрочил платеж. В таком случае держатель может потребовать выплаты суммы по курсу либо на день наступления срока платежа, либо на день платежа <69>.

<69> A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 137 - 138, пункты 34 и 35.

В большинстве ответов на поставленный выше вопрос указывается, что "держатель должен иметь право потребовать платеж в указанной иностранной валюте, при условии что предлагаемый документ выписан на сумму в этой валюте" <70>. Однако в некоторых ответах отмечается, что эта норма обязательно должна подпадать под положения о контроле над сделками с иностранной валютой, принятые в стране, которая является местом платежа <71>. В других ответах предусматривается, что валюта, в которой выписан документ, должна быть валютой, регулярно учитываемой в стране платежа <72> или конвертируемой <73>. Один из отвечающих ограничивает свой утвердительный ответ замечанием о том, что практика показала нежелательность допущения возможности платежа в иностранной валюте <74>.

<70> Это указано, например, в ответах Правительства Аргентины (принадлежит к Женевской системе, ЕЗВ), Австралийской ассоциации банкиров (ЗПВ), правительства (федерального министерства юстиции) Австрии и Ассоциации австрийских банков и банкиров (ЕЗВ), Правительства Бельгии (ЕЗВ), Центрального банка Кипра (ЗПВ), Правительства Чехословакии и Чехословацкого национального банка (ЕЗВ), Федерации датских банков (ЕЗВ), Правительства (министерства юстиции) ФРГ и Федеральной ассоциации немецких банков ФРГ (ЕЗВ), Ассоциации банкиров Франции и Французского банка (ЕЗВ), Центрального банка Ирландии (ЗПВ), Итальянского национального комитета МТП и Итальянского банка (ЕЗВ), Правительства Мексики (законодательство, принятое на основе Женевских конвенций и Гаагских единообразных положений), Нидерландского комитета МТП (ЕЗВ), Южноафриканского резервного банка (ЗПВ), Федерального резервного банка США (ЕТК), Правительства СССР (ЕЗВ), Государственного банка Пакистана (ЗПВ) и т.д., всего в свыше 40 ответах. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 36 и сноска 47.
<71> Это указано, например, в ответах Центрального банка Кипра, Ассоциации банкиров Франции, правительства Корейской Республики (ЕЗВ), Центрального банка Ирана, Государственного банка Пакистана. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 36 и сноска 48.
<72> Это указано в ответе Ассоциации банкиров Франции. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 36 и сноска 49. Замечания, о которых упоминается в настоящей сноске и в двух следующих, по мнению аналитиков этих ответов, можно рассматривать, как замечания, касающиеся предпочтительной коммерческой практики, а не правовых требований.
<73> Это указано в ответе Южноафриканского резервного банка. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 36 и сноска 50.
<74> Нидерландский комитет МТП. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 36 и сноска 51.

В двух ответах ограничиваются виды валют, в отношении которых подобное допущение должно иметь силу. В соответствии с одним из ответов это допущение должно быть действительным лишь в том случае, если валюта, указанная в документе, является валютой страны, в которой выписан документ <75>. В другом ответе допущение эффективного платежа предусматривается лишь для тех случаев, когда документ выписывается в валюте страны либо векселедателя, либо происхождения товаров, либо отгрузки товаров <76>.

<75> Австралийская ассоциация банкиров. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 37 и сноска 52.
<76> Валютное управление восточных стран Карибского бассейна, Барбадос (ЗПВ). A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 37 и сноска 53.

Некоторые из числа тех отвечающих, которые возражают против допущения эффективного платежа в иностранной валюте <77>, уточняют свое мнение и заявляют, что векселя с так называемой "оговоркой эффективного платежа" встречаются весьма редко и что в действительной практике не возникает никакой необходимости предусматривать эту возможность в связи с предлагаемым документом <78>.

<77> Например, Центральный банк Китая (Гаагские единообразные положения), Центральный банк Доминиканской Республики (законодательство, принятое под влиянием Французского торгового кодекса - до Женевских конвенций), Немецкий федеральный банк, Немецкий национальный комитет МТП, Банк Мексики, Правительство (министерство финансов) Марокко (ЕЗВ), Банк Сьерра Леоне (ЗПВ), Центральный банк Турецкой Республики (ЕЗВ). A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 38 и сноска 54.
<78> Немецкий федеральный банк. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 38 и сноска 55.

В одном из ответов <79> отмечается, что вопрос об "оговорке эффективного платежа" следует рассматривать в различных аспектах. Документ, выписанный в иностранной валюте, не всегда оплачивается в этой валюте в месте платежа, поскольку расчет может осуществляться либо в местной валюте, либо посредством банковских операций (чек, аккредитив). Кроме того, если будет возбужден судебный иск, возникнет проблема перевода валюты, указанной в документе, в валюту места суда <80>. Однако в этом ответе высказывается мнение о том, что это не является достаточным основанием для того, чтобы лишать стороны права предусмотреть оговорку об эффективном платеже. Второй аспект касается курса валюты, принимаемого для перевода в местную валюту <81>. "Отвечающие высказываются за принятие нормы, аналогичной статье 41 ЕЗВ, принципы которой изложены также в Европейской конвенции об облигациях в иностранной валюте от 11 декабря 1967 года" <82>.

<79> Ответ Банка международных расчетов (Базель, Швейцария). A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 39 и сноска 56.
<80> Ответы Банка международных расчетов (Базель, Швейцария) и Федерального резервного банка (США). A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 39 и сноска 57. Как указывают аналитики ответов, суды страны места платежа обычно выносят решения, в которых речь идет только о валюте места платежа.
<81> Ответы Британской ассоциации банкиров (Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии) (ЗПВ) и Итальянского банка. A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 39 и сноска 58.
<82> A/CN.9/48 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1971. Т. II. Часть вторая, II, 2. С. 138, пункт 39.

Анализ ответов правительств и банковских и торговых учреждений проводился Рабочей группой также еще раньше, на ее второй сессии, проходившей в Женеве с 3 по 31 марта 1969 года. Из этого анализа примечательно то, что в некоторых ответах <83> сообщается, что простые векселя не находят широкого применения в практике различных стран, но в других ответах (в числе которых правительство СССР) указывается на широкое их использование <84>.

<83> Например, в ответах Ассоциации финских банкиров (ЕЗВ), правительства Ирака (препровождается ответ Государственной организации по делам банков) (ЕЗВ), Правительства Корейской Республики, Банка Сьерра Леоне, Правительства Сингапура (препровождается ответ Сингапурского банка развития) (ЗПВ), Федеральной резервной системы, США (в Ежегоднике от 1971 года ФРС называется "Федеральный резервный банк". - Прим. Р.З.). A/CN.9/38 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.2. С. 284, пункт 18, сноска 18.
<84> Например, в ответах Правительства СССР и Британской ассоциации банкиров (Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии). A/CN.9/38 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1968 - 1970. Т. I. Часть третья, III, А.2. С. 284, пункт 18, сноска 19. В ответ Британской ассоциации банкиров включены также взгляды Комитета главных управляющих банков Шотландии // Там же. С. 283, пункт 9, сноска 7.

Объективности ради следует заметить, что не все государства были согласны с включением в текст итоговой статьи 75 Конвенции (ст. 71 проекта Конвенции) нормы об оплате векселя именно в той валюте, в которой выражена его сумма. Были противоположные мнения некоторых государств по этому вопросу.

Так, в конкретных комментариях по отдельным статьям проекта Конвенции приводится комментарий Нидерландов, в котором указано, что "статья 71 представляет собой отступление от голландского законодательства (статья 140 К) и от женевских Единых норм права (статья 41), допускающих в подобных случаях оплату в местной валюте. Признается, что достоинством предложенной в статье 71 нормы является то, что она сводит к минимуму риск ущерба, обусловленный колебаниями обменных курсов. По своей сути данная норма заслуживает поддержки. Однако ее практическая применимость вызывает сомнения: иностранной валюты, в которой выражена сумма векселя, может не оказаться в месте платежа или оплата векселя в иностранной валюте может означать нарушение положений валютного контроля государства, в котором находится место платежа. Большинство опасений, которые законно испытывали члены Рабочей группы ЮНСИТРАЛ, были бы, вероятно, преодолены, если бы был разрешен перевод иностранной валюты в местную (если только в векселе не оговаривается, что платеж должен быть произведен только в иностранной валюте) и указывалось бы, подобно тому, как это делается в статье 72, по какому курсу и когда должен производиться такой перевод" <85>.

<85> A/CN.9/248 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.1. С. 131.

В комментарии Югославии говорится, что слово "должен" (в отношении того, что вексель должен быть оплачен в той валюте, в которой выражен вексель), следует снять <86>.

<86> Там же.

В комментарии же Мексики, например, отмечается, что "представляется несправедливым требовать от держателя принимать платеж в валюте иной, чем валюта, указанная в векселе, поскольку другая валюта может оказаться недостаточно сильной, облагаться различными налогами или подпадать под действие положений валютного контроля, как это в настоящее время имеет место в Мексике" <87>.

<87> A/CN.9/248 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.1. С. 132.

В отношении статьи 72 проекта Конвенции (о приоритете норм валютного контроля в отношении векселей в иностранной валюте - см. итоговую статью 76 Конвенции) в комментарии Индонезии указано, что "платежи в валюте, не являющейся валютой места платежа, подпадают под действие положений валютного контроля. Такое положение не регулируется Торговым кодексом Индонезии. Однако оно соответствует положениям валютного контроля Индонезии" <88>.

<88> Там же.

В комментарии Канады говорится, что эта страна "принимает к сведению и поддерживает предложенную к данной статье поправку, согласно которой держателю предоставляется право выбора между обменным курсом на день нарушения обязательств и обменным курсом на день платежа. Но мы считаем, что к данной поправке следует сделать определенное добавление, которое ограничивало бы имеющееся у держателя время для выбора. Было бы явно несправедливым по отношению к стороне, не выполнившей своих обязательств, предоставлять держателю возможность в течение длительного периода времени спекулировать иностранной валютой за счет этой стороны. В конвенции следует предусмотреть, чтобы этот выбор был сделан в установленные сроки или "разумные сроки" <89>.

<89> A/CN.9/248 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.1. С. 132 - 133.

Наконец, Международный валютный фонд в своем комментарии к статье 72 проекта Конвенции отмечает, что "одно из важных последствий настоящего положения состоит в том, что в нем разъясняется приоритетный характер обязательств членов Фонда в соответствии со статьей VIII раздела 2 (b) статей Соглашения Фонда по сравнению с другими, возможно коллигирующими, обязательствами, которые может взять на себя Договаривающееся государство по конвенциям ЮНСИТРАЛ. Мы с удовлетворением отмечаем разъяснения, которые приводятся ниже в следующей выдержке из комментария к данному положению: "... Положения валютного контроля, упомянутые в настоящей статье - это не только положения самого Договаривающегося государства, но и положения, которые это государство обязано применять в силу международных соглашений, стороной которых оно является. Примером последнего вида положений валютного контроля является статья VIII раздела 2 (b) статей Соглашения Международного валютного фонда, согласно которой "валютные сделки, включающие валюту любого члена и противоречащие положениям валютного контроля этого члена, применяемым или вводимым в соответствии с Соглашением (Фонда), не имеют силы на территории любого члена" <90>.

<90> A/CN.9/248 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.1. С. 132.

Итак, как видно из анализа международной практики обращения векселей (даже с учетом того, что Конвенция ООН не вступила в силу), векселя в иностранной валюте характерны для международного торгового оборота, и все ответы правительств государств, банков и торговых учреждений на вопросы относительно практики обращения векселей, в том числе, как, например, в случае с Нидерландами, со ссылкой на статью 41 ЕЗВ (при обсуждении нормы итоговой статьи 75 Конвенции), касаются их обращения именно в этой сфере. Случаи использования таких векселей между резидентами одной страны не то что никак не затрагиваются в этих ответах, но даже не рассматриваются. Вопрос обращения векселей в иностранной валюте на территории государства освещен в комментарии к проекту Конвенции, и именно таким образом, как на него дан ответ в настоящем исследовании: векселя, выписанные в иностранной валюте, могут обращаться в государстве с учетом норм национального валютного права.

Из проведенного анализа следует, что норма, изложенная в ст. 41 Положения о векселях, применяется к отношениям, осложненным иностранным элементом, к области международных торговых отношений, то есть она является нормой международного частного права. Следовательно, к отношениям между российскими резидентами применяется не она, а нормы публичного, валютного права. Прямое указание на это, сделанное во время Женевской международной унификации в области вексельного права, было вынесено за пределы ЕЗВ в статью 7 Приложения II к Конвенции N 358 от 7 июня 1930 г., устанавливающей ЕЗВ. Это значит, что векселя в иностранной валюте могут обращаться среди резидентов с учетом ограничений, установленных валютным законодательством на основании указанной нормы и международных соглашений, участницей которых Россия является, в том числе на основании Соглашения МВФ.

Что еще раз стоит отметить, так это то, что норма ст. 41 ЕЗВ воспроизведена в Положении о векселях без корректировки: например, слова "в местной валюте" не заменены словами "в рублях". "Местной" является валюта государства, в которой подлежит оплате вексель в отношениях между лицами разных государств, то есть в любом случае никак не между двумя резидентами. Если бы эта норма не являлась нормой международного частного права, то ничто не мешало ее изложить по-другому и сформулировать соответствующим образом применительно к национальному российскому (во время ее принятия советскому) праву. Впрочем, даже в таком случае это не изменило бы ее характер как нормы, адресованной участникам международного вексельного обращения.

В целом же, как утверждается в комментарии Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии относительно проекта конвенции, "в целях придания ей эффективной силы она должна стать обязательной", хотя делается и другое общее замечание о том, что "данная отрасль права теряет свое значение, а реальная заинтересованность в настоящее время наблюдается в праве, касающемся международных платежей, производимых за счет перечисления средств с помощью электронно-вычислительных машин" <91>. С этим последним мнением, выраженным почти тридцать лет назад, в настоящее время, вероятно, можно согласиться особенно: сейчас международные платежи осуществляются с использованием новых современных средств, а вексель, как оборотный документ, уходит на второй план.

<91> A/CN.9/248 // Ежегодник ЮНСИТРАЛ. 1984. Т. XV. Часть вторая, I, А.1. С. 55.

Заключение

Для России, в отличие от западных стран, характерно применение в большей степени простых векселей, а не тратт. В этой связи выдача векселей в иностранной валюте и их оборот между резидентами (в обход норм валютного законодательства) является в большинстве случаев, скорее, издержками незнания или неглубокого понимания природы этой бумаги, что сопровождается манипуляцией с толкованием норм законодательства о валютном регулировании, валютном контроле и вексельного права.

Прежний Закон о валютном регулировании и валютном контроле был принят в 1992 году, и, думается, что в период его применения судебные инстанции сделали свои выводы об обороте векселей в иностранной валюте среди резидентов исходя из сложившейся экономической ситуации в стране. Представляется, что если бы позиция судебных инстанций относительно рассматриваемого вопроса была бесспорна, то разработчики Федерального закона от 10 декабря 2003 г. N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" ее бы учли. Тем не менее этого не произошло. Очевиден приоритет государственных интересов в сфере валютного регулирования и валютного контроля перед частными интересами в этой сфере. Так же налицо статус-кво в системе сдержек и противовесов разных ветвей власти в разрешении этой ситуации. Все это отражается на практике применения векселей в иностранной валюте.

Такая ситуация весьма любопытна с многих сторон. С одной стороны, при решении спора в судебном порядке сделка по выдаче векселя в иностранной валюте при его "свободном" обращении среди резидентов не будет признана недействительной (со ссылкой на позицию, выраженную в актах толкования права российских высших судебных инстанций), и это, вероятно, защитит векселедержателя от возможных недобросовестных действий других участников вексельного оборота, когда, например, вексель намеренно выписывается в иностранной валюте с заведомой целью иметь возможность оспорить впоследствии его выдачу, или с учетом возможности уплаты по такому векселю в рублях <92>. Однако, с другой стороны, это может ущемить права векселедателя (плательщика), так как позволит взыскивать с него проценты по ст. 395 ГК РФ, причем по ставке рефинансирования (она, как правило, выше), а не по ставке банковского процента по валютным кредитам (в случае неакцепта такого векселя, обусловленного необходимостью платежа в рублях), хотя при этом позволит плательщику спекулировать на валютном курсе <93>. Вдобавок ко всему органы государственной власти могут все равно привлекать участников вексельного оборота к ответственности за нарушение валютного законодательства. В вексельной же практике одни участники будут продолжать выписывать векселя в иностранной валюте и выдавать их резидентам, и потом при необходимости ходить в суд и доказывать свою "правоту", а другие - будут опасаться связываться с такими векселями. Если это простые векселя, которыми правоотношения лиц оформлены "для удобства", то они, скорее всего, будут представлять собой "сомнительную долговую расписку для внутреннего пользования", нежели "приличную" ценную бумагу для свободного обращения.

<92> См., например, соответствующие споры: Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 3 декабря 2007 г. по делу N КГ-А40/12570-07; Обзор ФАС Волго-Вятского округа "Обобщение судебно-арбитражной практики по спорам, связанным с применением векселя в хозяйственном обороте" и другие.
<93> См., например: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 декабря 2009 г. по делу N 09АП-25686/2009; Постановление Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29 июня 2010 г. по делу N А33-17620/2009.

Такое положение позволяет выдавать по существу фиктивные векселя в отношениях между российскими физическими или юридическими лицами, получать субъектами "теневой" экономики платежи по таким векселям наличными не в рублях, а, например, в американских долларах, изъятых из "светлой" российской экономической среды. При этом участники вексельного обращения, указывающие вексельную сумму в твердой иностранной валюте, будут считать, что тем самым снимают с себя риски, связанные с колебаниями валютного курса, а наличием рассмотренной выше позиции высших судебных инстанций будут прикрываться, когда в случае неплатежа по векселю придут в суд "защищать свои права и охраняемые законом интересы". Трудно себе представить, чтобы такое допустил, например, Верховный Суд США в своей стране.

Как видно, актуальность рассматриваемой проблемы до сих пор не снята. По-видимому, органам государственной власти и высшим судебным инстанциям стоит все-таки обратиться к ее разрешению и выработать однозначное мнение. Во всяком случае, при решении данной проблемы в будущем следует отказаться от немотивированного подзаконного нормотворчества - подмены законодательных норм подзаконными нормативными правовыми актами, и выработать единообразный подход толкования и применения права исходя из сущности векселя и природы вексельного права, а не экономической конъюнктуры. В этой связи превалировать должен не "бухгалтерский" подход к юриспруденции (при котором Банк России или участники вексельного оборота могут заявить: "раз так написали высшие судебные инстанции, значит, вексель в иностранной валюте среди резидентов можно применять"), а именно правовой, когда руководствуются принципами права и законом.