Мудрый Юрист

Потребители в европейском союзе: некоторые аспекты защиты прав в контексте социализации права

Беликова Ксения Михайловна, доктор юридических наук, доцент кафедры гражданского и трудового права юридического факультета Российского университета дружбы народов, доцент.

Окончила бакалавриат (2003 г.) и магистратуру (2005 г.) юридического факультета Российского университета дружбы народов. Основное направление научных исследований - вопросы сравнительного частного права, конституционного права, экономики права. В феврале 2012 г. защитила докторскую диссертацию на тему "Правовое регулирование торгового оборота и кодификация частного права в странах Латинской Америки". В 2012 г. стала победителем конкурса на получение гранта Президента РФ для поддержки научных исследований, проводимых молодыми учеными - кандидатами наук, с темой "Унификация частного права в разносистемных правопорядках (на примере БРИКС)".

Автор монографий: "Развитие научной мысли в персоналиях: политико-правовой аспект" (Саарбрюккин (Германия), 2011); "Экономика права: история, современность и перспективы: Монография" (Саарбрюккин (Германия), 2011); "Правовая охрана конкурентной среды в странах МЕРКОСУР: гражданско-правовые аспекты: Монография" (Саарбрюккин (Германия), 2011); "Правовое регулирование торгового оборота и кодификация частного права в странах Латинской Америки" (М., 2010); соавтор учебника "Основы гражданского права" (М., 2011) и научных изданий, в частности: "Конституции государств Азии" (М., 2010), "Сравнительное право. Частноправовое регулирование имущественного оборота в разносистемных правопорядках" (М., 2009), "Основные институты гражданского права зарубежных стран" (М., 2009), "Конституции государств Америки" (М., 2006); автор многочисленных статей в иностранном ("Boletfn Latinoamericano de Competencia") и российских журналах, в том числе статей "Гармонизация положений об охране товарных знаков в Европейском союзе" (Интеллектуальная собственность. Авторское право и смежные права. 2011. N 3), "Ответственность за вред, причиненный потребителям недоброкачественными товарами, в праве стран МЕРКОСУР" (Цивилист. 2011. N 3), "Правовые основы межсистемного взаимодействия органов судебной власти с другими направлениями правоохранительной деятельности: опыт Аргентины" (Вестник Российского университета дружбы народов. Серия "Юридические науки". 2012. N 2).

В статье рассматриваются некоторые векторы развития наднационального - европейского - правового регулирования в сфере защиты прав потребителей в контексте гармонизации и унификации соответствующих предписаний на основании директив и регламентов.

Ключевые слова: Европейский союз, потребители, директивы и регламенты, унификация и гармонизация, защита прав потребителей, договорное право ЕС, информационная безопасность потребителей, защита персональных данных, защита от несправедливых условий договоров, запрет нечестных торговых практик.

Consumers in the European union: certain aspects of their rights' protection within the framework of socialization of law

K.M. Belikova

The article touches upon certain trends and vectors of development of supranational - European - legal regulation in the field of consumer protection by means of European directives and regulations.

Key words: European union, consumers, directives and regulations, unification and harmonization, consumer rights' protection, EU contract law, supply of information and consumer protection, personal data protection, protection against unfair contract terms, prohibition of unfair trade practices.

Потребление - это процесс, включающий ряд частных процессов: выбор товара или услуги, покупка, использование, поддержание вещи в порядке, ремонт и распоряжение. Этот процесс осуществляется лицами, действующими на рынке и рассматриваемыми в качестве потребителей, и обусловлен потребностью данных лиц, во-первых, удовлетворять базисные человеческие потребности посредством разового или длительного использования (уничтожения) товаров; во-вторых, производить символы - сообщать окружающим определенную информацию о себе (например, я человек, который ездит на такой-то машине, носит такую-то одежду) [1]. Потребление в таком его понимании является и будет являться неотъемлемой частью человеческой деятельности.

По смыслу данного определения потребитель - это не только и не столько покупатель. Говоря о защите прав потребителей, мы будем иметь в виду лиц (граждан и юридические лица) как конечных потребителей - людей, решающих проблему покупки товаров и услуг для удовлетворения своих потребностей. Приобретение машин, оборудования для производства или торговли, равно как и деятельность тех покупателей, которые являются в то же время и производителями, и посредниками, приобретающими товар для его дальнейшей переработки или перепродажи, будет выходить за рамки понятия потребителей. Таким образом определяет понятие "потребитель" законодатель стран - участниц Европейского союза (далее - ЕС). Например, согласно положениям ранее действовавшего испанского Общего закона от 19 июля 1984 г. N 26/1984 о защите потребителей и пользователей (с изм. и доп.) <1>, потребителями (пользователями) для целей Закона признавались физические или юридические лица, приобретающие, использующие, извлекающие выгоду как конечные дестинаторы движимых и недвижимых товаров, продуктов, услуг, видов деятельности или функций независимо от природы последних - публично- или частноправовой; индивидуальных или коллективных действий, осуществляющих или предоставляющих их (п. 2 ст. 1 Закона 1984 г.). При этом не являлись потребителями (пользователями) лица, которые, не будучи конечными дестинаторами, осуществляли хранение, приобретали, использовали, потребляли товары или услуги с целью интеграции их в процесс производства, переработки, коммерциализации или предоставления третьим лицам (п. 3 ст. 1 Закона 1984 г.).

<1> Ley 26/1984, de 19 de julio, General para la Defensa de los Consumidores y Usuarios. URL: noticias.juridicas.com/base_datos/Derogadas/r6-l26-1984.html.

Именно потому, что феноменом нашего времени является потребительское общество, в котором в неравной борьбе сталкиваются потребитель, a priori являющийся слабой стороной в отношениях потребления, и производитель, обладающий рядом преимуществ и имеющий тенденцию злоупотреблять ими, потребителям необходима всемерная защита от многочисленных опасностей, подстерегающих их на рынке. Поэтому продолжающее развиваться в настоящее время "право потребителей" основано на необходимости установления равновесия в отношениях между поставщиком и потребителем [2].

В качестве субъектов права, предоставляющего им прямую и систематическую защиту, потребители стали рассматриваться сравнительно недавно - развитые страны стали разрабатывать положения, предоставляющие потребителям защиту, несколько десятилетий назад, хотя торговля как таковая защищалась на протяжении всего того времени, в течение которого существует человеческая цивилизация. Развитие законодательного регулирования продолжается, не является исключением и Европейский союз. В юридической литературе были рассмотрены некоторые векторы развития правового регулирования отношений с участием потребителей [3]. В настоящей статье это исследование будет продолжено. Ведь в условиях единого рынка, который образуют страны - участницы ЕС, единообразное регулирование отношений с участием потребителей является условием sine qua non для правотворческой деятельности в ЕС. По мнению автора, единообразное регулирование отношений с участием потребителей в ЕС достигается посредством фактического развития договорного права Европейского союза по двум направлениям - гармонизации и унификации [4; 5].

Регулирование отношений с участием потребителей - результат развития договорного права Европейского союза

Гармонизация заключается в изменении национального права государств - членов ЕС на основании положений директив с целью создания единого правового режима на внутреннем рынке ЕС. В соответствии с движением в этом направлении, начавшимся в рамках устранения нетарифных ограничений торговли в 80-х гг. XX в. (подробнее об этом см.: [6]), договорное право постепенно приобретает свойства внутреннего права ЕС.

Директивы охватывают определенные виды деятельности и торговли, регулируя отношения неких групп, обладающих статусом, отличным от других, однако большинство директив, затрагивающих договорное право, регулирует отношения с потребителями и устанавливает общие принципы таких отношений. Это связано с тем, что на внутреннем рынке ЕС по сравнению с остальными статус потребителей является преобладающим.

Так, некоторые европейские ученые отмечают, что статус потребителей является преобладающим по сравнению с остальными статусами и требует регулирования, сходного с тем, под которое несколько веков назад подпадали торговцы.

Немецкие промышленники отметили в этой связи, что большинство директив ЕС, затрагивающих гражданское и договорное право, защищают потребителей <2>. Императивная природа их положений заключается в том, что потребитель не может игнорировать права, возникающие у него как у субъекта, на защиту которого направлено действие большинства директив, принятых в ЕС в сфере частного права. Директивы ограничивают свободу действий предпринимателей с целью предоставления минимума гарантий потребителям как слабой стороне, что служит ограничением принципа свободы договора. Страны-участницы могут придерживаться даже более строгих правил, чем те, которые закреплены в директивах.

<2> Position paper of Bundesverband der Deutcshen Industrie on the Communication from the Commission on European Contract Law (COM (2001) 398, July 2001), Translation. URL: http://europa.eu.int/comm.

Вместе с тем согласно положениям Римской конвенции 1980 г. о праве, применимом к договорным обязательствам <3>, выбор права не может лишать потребителя той защиты, которую ему предоставляют императивные нормы страны его проживания. Логичными в этом формате выглядят и положения Регламента Европейского парламента и Совета 593/2008 от 17 июня 2008 г. о праве, применимом к договорным обязательствам (Рим I) <4>, согласно которым потребители ЕС вправе выбирать применимое к их договору право таким образом, что охрана, предоставляемая выбранным ими законом, не лишает их защиты, предоставляемой национальными законами страны, по отношению к которой существующий договор позволяет говорить о наличии иных привязок к ее праву, в том числе надлежащим образом имплементированному в право стран-участниц, относящихся к договору коммунитарного права (ст. 3 Регламента).

<3> Convention on the law applicable to contractual obligations of 19 June 1980 (Rome) // OJ L 266, 9/10/1980; consolidated version // OJ C 27, 26/1/1998.
<4> Regulation (EC) N 593/2008 of the European Parliament and of the Council of 17 June 2008 on the law applicable to contractual obligations (Rome I) // OJ L 177/6.

Унификация находит выражение в Принципах европейского договорного права <5>, распространяющихся на договоры, заключаемые как между коммерсантами, так и между коммерсантами и потребителями (ст. 1-101(1)) (подробнее см.: [8]). В этом контексте европейские правоведы задаются вопросом: насколько нормы о защите прав потребителей, зафиксированные в директивах, совместимы с положениями Принципов? Каким образом, например, Директива 84/450/EC от 10 сентября 1984 г. о координации законодательства государств-членов о рекламе, вводящей в заблуждение <6>, может быть интегрирована в ст. 6-101 ("Заявление, приводящее к появлению договорного обязательства")?

<5> The Principles of European Contract Law (PECL). URL: http:// frontpage.cbs.dk/ law/ commission_on_european_contract_law/ Skabelon/ pecl_engelsk.htm. Подробнее об этом см.: [7].
<6> Council Directive 84/450/EEC of 10 September 1984 relating to the approximation of the laws, regulations and administrative provisions of the Member States concerning misleading advertising // OJ L250, 19/09/1984.

Директивы действуют только через национальное право и не имеют прямого горизонтального эффекта. Именно поэтому договорное право ЕС, по мнению Н. Рейха, развивается по необходимости, фрагментарно. Объяснение этому только одно: договорное право отражается в директивах и существует не как свод законов per se, а направлено на достижение целей, записанных в Договоре о ЕС <7>, в том числе единого правового регулирования торговли на внутреннем рынке, где одной стороной являются потребители, а другой - производители или поставщики товаров и услуг.

<7> Совершен в Маастрихте 7 февраля 1992 г. (См.: [9]).

К числу основных прав потребителей относятся: защита от рисков, которые могут угрожать их здоровью или безопасности; защита законных экономических и социальных интересов, особенно от включения в соглашения с потребителями недобросовестных условий; возмещение причиненного ущерба и вреда; предоставление корректной информации о товарах и услугах и др.

Обобщение практики разработки и принятия директив, специально посвященных охране прав потребителей, позволяет сформулировать некоторые принципы, на которых ЕС проводит гармонизацию в этой сфере.

Общие положения и принципы обеспечения единого внутреннего пространства для потребителей Требования к срокам и содержанию предоставляемой потребителям информации

Принцип предоставления потребителю ясной и понятной информации и ее изменений в письменном виде закрепляет большинство директив. Этим принципом директивы, по сути, определяют содержание соответствующих договоров, устанавливая требования ко времени предоставления и к содержанию информации в зависимости от вида регулируемой деятельности. В результате предоставленная информация часто становится составной частью договора и связывает того, кто предоставляет услуги.

Этот принцип, безусловно, воспринят из национального законодательства стран - участниц ЕС. Например, в Испании обязанность информирования потребителей контрагентом устанавливается положениями ныне действующего Общего закона о защите потребителей от 16 ноября 2007 г. <8>. Этот Закон говорит о том, что невыполнение поставщиком обязанности по предоставлению потребителю информации, которая должна быть предоставлена согласно закону в оферте, во всяком случае квалифицируется как недобросовестная конкуренция посредством введения в заблуждение и наказывается согласно положению ст. 21.2 Закона о недобросовестной конкуренции (п. 2 ст. 20 Закона о защите потребителей 2007 г.). На поставщике лежит обязанность информировать потребителя о: характеристиках товара (услуги) и способах его использования; производителе и месте производства; качестве и количестве товара; дате производства или поставки, сроке годности и т.д. (ст. 18 Закона 2007 г.).

<8> Real Decreto Legislativo 1/2007, de 16 de noviembre, por el que se aprueba el texto refundido de la Ley General para la Defensa de los Consumidores y Usuarios y otras leyes complementarias. URL: http://noticias.juridicas.com/base_datos/Admin/rdleg1-2007.html.

Каким образом специфика оказываемых услуг отражена в требованиях к срокам и содержанию предоставляемой информации на уровне ЕС, видно из следующих примеров.

До заключения договора должна быть предоставлена информация об основных характеристиках товара или услуги, цене и дополнительных издержках, подготовительных операциях для осуществления платежа, правах и обязанностях потребителя, процедурах по прекращению договора и возмещению. Примерами могут служить Директива о таймшере <9> (ст. 3.1) и Директива о комплексных турах <10> (ст. ст. 3 и 4.1a). Согласно Директиве о дистанционных договорах <11> информация может быть предоставлена в приемлемый срок в процессе исполнения или в крайнем случае в момент передачи товара, а по Директиве о потребительском кредите <12> - только в момент заключения соглашения. В случае электронной торговли на внутреннем рынке <13> должна быть предоставлена информация относительно действий, которые необходимо предпринять для заключения договора, и относительно существующего Кодекса поведения (ст. ст. 10.1 и 2). Согласно ст. ст. 10, 11, 12, 14 Директивы о защите персональных данных <14>, при сборе данных должна предоставляться информация относительно цели их последующей обработки и прав лиц, о которых собирают информацию, на доступ к ней и ее коррекцию.

<9> Directive 94/47/EC of the European Parliament and the Council of 26 October 1994 on the protection of purchasers in respect of certain aspects of contracts relating to the purchase of the right to use immovable properties on a timeshare basis // OJ L 280, 29/10/1994.
<10> Council Directive 90/314/EEC of 13 June 1990 on package travel, package holidays and package tours // OJ L 158, 23/6/1990.
<11> Directive 97/7/EC of the European Parliament and of the Council of 20 May 1997 on the protection of consumers in respect of distance contracts // OJ L 144, 4/6/1997.
<12> Council Directive 87/102/EEC of 22 December 1986 for the approximation of the laws, regulations and administrative provisions of the Member States concerning consumer credit // OJ L 42, 12/2/1987.
<13> Directive 2000/31/EC of the European Parliament and of the Council of 8 June 2000 on certain legal aspects of information society services, in particular electronic commerce, in the Internal Market ('Directive on electronic commerce') // OJ L 178, 17/07/2000.
<14> Directive 95/46/EC of the European Parliament and of the Council of 24 October 1995 on the protection of individuals with regard to the processing of personal data and on the free movement of such data // OJ L 281, 23/11/1995.

Во время заключения договора Директива о страховании судебных издержек <15> обязывает страховщика информировать держателя полиса о его праве требовать проведения судебного разбирательства и признания за ним права свободного выбора адвоката. Директива о комплексных турах в ст. 4.2 содержит положение о том, что некоторые элементы, перечисленные в приложении, должны становиться частью договора.

<15> Council Directive 87/344/EEC of 22 June 1987 on the coordination of laws, regulations and administrative provisions relating to legal expenses insurance // OJ L 185, 04/07/1987.

После заключения договора согласно Директиве о страховании жизни <16> в определенном случае страховщик должен предоставлять страхователю свежую информацию относительно изменений, происходящих со страховой компанией и условиями полиса, страховым пособием и бонусами (ст. 31.2 и приложение II). Согласно Директиве о потребительском кредите потребитель также должен быть проинформирован об изменении годовой процентной ставки и соответствующих издержек (ст. 6.2). Согласно ст. 12 Директивы о независимых торговых агентах <17> торговому агенту должно быть предоставлено подтверждение причитающихся ему комиссионных, включая компоненты, необходимые для калькуляции. Согласно Директиве о комплексных турах потребителю должна быть предоставлена дополнительная информация о путешествии (ст. 4.1b).

<16> Council Directive 92/96/EEC of 10 November 1992 on the coordination of laws, regulations and administrative provisions relating to direct life assurance and amending Directives 79/267/EEC and 90/619/EEC (third life assurance Directive) // OJ L 360, 09/12/1992.
<17> Council Directive 86/653/EEC of 18 December 1986 on the coordination of the laws of the Member States relating to self-employed commercial agents // OJ L 382/17, 21/12/1986.

Что касается языка, на котором должна предоставляться информация, то на уровне ЕС закрепляется подход, согласно которому соответствующие нормативные предписания нацелены на надлежащее информирование потребителей о свойствах и качествах товаров и услуг, обращающихся на рынке, посредством маркировки, инструкций по применению и использованию и др. с учетом содействия принципу предоставления такой информации на различных языках Сообщества (multilingual information) и гарантирования свободы языка (freedom in language) в странах-участницах <18>. Особенно остро проблема информирования потребителей в этом ракурсе встала в ЕС с вступлением в Сообщество в мае 2004 г. 10 новых стран-участниц <19>.

<18> См., например: Communication from the Commission to the Council and the European Parliament, of 10 November 1993, concerning language use in the information of consumers in the Community (COM(93) 456 final Not published in the Official Journal). URL: http:// eur-lex.europa.eu/ smartapi/ cgi/ sga_doc?smartapi!celexplus!prod!DocNumber&lg= en&type_doc= COMfinal&an_doc= 1993&nu_doc=456.

Подробнее см.: Language use in consumer information. URL: http:// europa.eu/ legislation_summaries/ consumers/ consumer_information/ l32036_en.htm.

<19> См.: Communication from the Commission to the European Parliament and the Council - Annual Policy Strategy for 2005 (COM(2004) 0133 final Not published in the Official Journal). URL: http:// eur-ex.europa.eu/ LexUriServ/ LexUriServ.do?uri= CELEX:52004DC0133:EN:HTML.

Защита частной жизни и персональных данных принципом явно выраженного согласия

В случае предоставления услуг (ст. 9 Директивы о дистанционных договорах) или информации (ст. 7 Директивы о защите персональных данных и ст. 12.1 Директивы об обработке персональных данных и защите частной жизни в сфере телекоммуникации) с помощью дистанционных средств связи в Директивах сформулирован принцип явно выраженного согласия. Так, в соответствии со ст. 9 Директивы о дистанционных договорах и ст. 9 Директивы о дистанционных договорах в сфере финансовых услуг <20> поставка товаров и оказание услуг без заказа со стороны потребителя запрещены, при этом отсутствие ответа на предложение со стороны потребителя не означает его согласия. Согласно ст. 7.1 этой Директивы поставщик должен исполнить требование потребителя в течение максимум 30 дней начиная со дня, следующего за тем, в который потребитель направил его. В Директиве же о дистанционных договорах в сфере финансовых услуг требуется ясно выраженное согласие потребителя относительно исполнения договора до окончания периода, даваемого на извещение его о его праве на прекращение договора (ст. 5).

<20> Directive 2002/65/EC of the European Parliament and of the Council of 23 September 2002 concerning the distance marketing of consumer financial services and amending Council Directives 90/619/EEC, 97/7/EC and 98/27/EC // JO L 271 of 09.10.2002.

Согласно Директиве о защите персональных данных к согласию лица, данные о котором обрабатываются, предъявляются особые требования, и в ней перечислены условия, при которых такая обработка может осуществляться (ст. 7), тогда как Директива об обработке персональных данных и защите частной жизни в сфере телекоммуникации (ст. 12.1) и Директива о дистанционных договорах позволяют использовать автоматизированные системы соединения с абонентами или факсы для целей прямого маркетинга только при наличии предшествующего подобному использованию согласия (ст. 10).

Приведенное положение распространяется также на другие дистанционные средства связи, которые позволяют осуществлять связь с частными лицами только в случае, если потребители прямо не возражают против этого.

Принцип справедливости и критерии несправедливости (недобросовестности) договоров с потребителями

Принцип справедливости в виде антонима - несправедливости (unfairness) - нашел отражение в Директиве о несправедливых условиях договора <21>. Действие Директивы распространяется на потребителей - обычных людей, которые заключают договоры и приобретают товары или услуги не в целях торговли, промысла или профессии, а для собственных нужд или нужд своих семей (ст. 2(b)).

<21> Council Directive 93/13/EEC of 5 April 1993 on unfair terms in consumer contracts // OJ L 95, 21/4/1993.

Одновременно под действие Директивы не подпадают договоры, заключаемые между частными лицами, коммерческими предприятиями, благотворительными и другими некоммерческими предприятиями, равно как и договоры, заключаемые между большими и могущественными предприятиями и предприятиями малого и среднего бизнеса, ремесленниками, фермерами и рыбаками (слабая сторона в договоре), хотя бы их навыки в торговле и положение по отношению к предприятию не сильно отличались от означенных качеств потребителей.

Основным критерием несправедливости договора установлена индивидуальная неопределенность его условий (ст. 3(1)). Если условие было разработано заранее и потребитель в силу этого не мог повлиять на его содержание, особенно в контексте заранее сформулированного стандартного договора, такое условие всегда должно рассматриваться в качестве индивидуально неопределенного (ст. 3(2)).

Дело в том, что в настоящее время массовое производство стандартизованных товаров и услуг повлекло появление стандартных договоров, по большей части - договоров присоединения, в основе которых лежат стандартные условия. Испанский законодатель, например, называет их общими условиями договора (condiciones generales - ст. ст. 1, 2 Закона 7/1998 от 13 апреля об общих условиях договоров <22>, ст. 3 Закона 50/1980 от 8 октября 1980 г. о договоре страхования <23>, относимом к числу договоров присоединения), т.е. условиями, предварительно разработанными профессиональным участником рынка в ходе осуществления профессиональной предпринимательской деятельности (страховщиком), к которым присоединяется любое физическое или юридическое лицо, в том числе профессиональный предприниматель.

<22> Ley 7/1998, de 13 de abril, sobre condiciones generales de la contratacion // BOE num. 89, de 14-04-1998.
<23> Ley 50/1980, de 8 de octubre, de Contrato de Seguro // BOE num. 250, 17-Oct-1980.

Стандартные условия договора делают ненужными индивидуальные переговоры, снижают издержки и часто являются более удобными, нежели закрепленные в законодательстве подразумеваемые условия. С другой стороны, в стандартных договорах одна сторона (обычно продавец товаров или услуг, далее - сторона, определяющая условия договора) предлагает другой стороне (присоединяющейся) свои условия и вынуждает ее, таким образом, нести наибольшее из возможного в будущем количество рисков, связанных с исполнением сделки.

Например, сторона, определяющая условия договора, не связана обещаниями или заявлениями, сделанными ею или ее агентом в процессе переговоров, за исключением случаев, если эти заявления были сделаны в письменной форме и подписаны данной стороной. Кроме того, в период с момента заключения договора до момента поставки она может поднять цену на предмет договора. Присоединившаяся сторона остается связанной договором, тогда как сторона, определяющая условия договора, может отсрочить его исполнение, изменить его условия или отказаться от него. В договорах нередко закрепляются условия, исключающие ответственность стороны, определяющей условия договора, за неисполнение договора; исключающие или ограничивающие право присоединившейся стороны прекратить договор, а также положения, которые в случае неисполнения договора присоединившейся стороной налагают на нее строгие штрафы.

Поэтому совершенно очевидно, что потребитель является типичным представителем слабой стороны - часто он не в состоянии понять изложенные в письменной форме стандартные условия. По этой причине или в силу легкомыслия (невнимательности) он их не читает, а если и читает, то не возражает против них. Он верит, что сторона, определяющая условия договора, выполнит обещанное в соответствии с договором, т.е. надлежащим образом, в срок, и что, в свою очередь, он, покупатель, также исполнит все, что ему следует исполнить. Даже если бы он захотел каким-то образом изменить условия в свою пользу, он не смог бы, поскольку другая сторона не позволила бы ему этого сделать. И даже если он решит обратиться к какому-то другому поставщику товаров или услуг, предложенные ему условия будут точно такими же. Поэтому современное законодательство предоставляет слабой стороне защиту от стандартных условий договора.

Первенство в данном вопросе в Европе принадлежит Германии. Используя § 242 ГГУ, немецкие суды еще в 50-х гг. XX в. начали признавать недействительными несправедливые условия как потребительских договоров, так и договоров между коммерсантами. В 1976 г. стандартные условия были урегулированы Законом об общих условиях сделок от 9 декабря 1976 г. (ОУС) [10], который явился актом, во многом консолидировавшим сложившуюся судебную практику.

Согласно § 9 Закона общие условия ведения бизнеса недействительны и не подлежат защите в суде, когда противно принципу добросовестности они ущемляют права присоединившейся стороны. Перечень условий, которые недействительны (per se ("черный список")), установлен § 11, а § 10 установил перечень условий, которые суд может не принимать во внимание, если они причиняют потребителям неразумный ущерб ("серый список"). В отличие от правила § 9 указанные перечни прямо применяются только к отношениям, вовлекающим потребителей. Однако согласно § 9 суды могут также не принимать во внимание условия, означенные в § 10 и 11, если они содержатся в предпринимательских договорах, чем достаточно часто суды и пользуются.

Порядок оценки несправедливости условий договора

Директива о несправедливых условиях договора устанавливает порядок оценки несправедливости условий договора и содержит неисчерпывающий перечень из 17 условий, которые могут быть квалифицированы как несправедливые (ст. 3(3), 4(1), 4(2), приложение), поскольку существующее в данном вопросе законодательство стран ЕС значительно различается [11].

Согласно ст. 3(1) Директивы индивидуально неопределенное условие договора является несправедливым и, следовательно, необязательным для потребителя, если, противно требованиям добросовестности, оно влечет значительное неравенство прав и обязанностей сторон, причиняющее потребителю ущерб (ст. 6(1)).

При оценке несправедливости условий договора необходимо принимать во внимание характер товаров или услуг, являющихся предметом договора, время заключения договора, все обстоятельства, сопутствующие его заключению, и остальные условия данного договора или другого договора, от которого зависит данный договор (ст. 4(1)). Согласно ст. 4(2) оценка несправедливого характера условий договора не должна иметь отношение ни к определению предмета договора, ни к соответствию цены или иного вознаграждения предмету договора, при условии что они изложены простым и понятным языком.

Согласно ст. 3(2) Директивы, если условие было разработано заранее и потребитель в силу этого не мог повлиять на его содержание, особенно в контексте заранее сформулированного стандартного договора, такое условие всегда должно рассматриваться в качестве индивидуально неопределенного.

Из изложенного следует, что ситуация, в которой стандартное условие фактически оговаривалось сторонами, но потребитель не сумел отстоять свою позицию, не подпадает под действие Директивы, тогда как ситуация, в которой продавец или поставщик разработал условие заранее для конкретного потребителя без его участия, Директивой охватывается.

Упоминавшаяся Директива о просрочке платежа также содержит некоторые элементы, которые следует принять во внимание при определении того, является ли соглашение несправедливым (ст. ст. 3.3 - 5). Следует также отметить, что положения о несправедливых условиях являются частным случаем проявления и действия принципа добросовестности, закрепленного помимо этой Директивы в вышеупомянутой Директиве о независимых торговых агентах (ст. 3).

Запрет нечестных торговых практик и их разновидности

К вопросу о несправедливых условиях в договорах с потребителями тесно примыкает вопрос о нечестной торговой практике (unfair trade practices), запрещаемой в ЕС. Так, Директива о нечестной торговой практике <24> распространяется на все случаи принятия потребителем решения о покупке товара, осуществления им свободы выбора товара и свободы вступления в договорные отношения. При этом императивные нормы этой Директивы запрещают странам-участницам понижать требования, установленные другими директивами о защите прав потребителей. Директива устанавливает общий критерий отнесения торговой практики в разряд нечестной, с тем чтобы отграничить нечестные практики от дозволенных и запретить их. Такими критериями выступают совместимость практики с профессиональной добросовестностью (professional diligence) и способность ее фактически или потенциально оказывать существенное влияние на поведение среднего потребителя (to distort materially the behaviour of the average consumer). "Средним потребителем" признается типичный представитель той или иной целевой группы, на которую нацелена реклама (например, дети, пожилые люди и др.).

<24> Directive 2005/29/EC of 11 May 2005 concerning unfair business-to-consumer commercial practices in the internal market and amending Directives 84/450/EEC, 97/7/EC, 98/27/EC and 2002/65/ EC and Regulation (EC) No 2006/2004 (Unfair Commercial Practices Directive) // OJ L 149, 11.6.2005, p. 22.

В этом контексте также проводится разграничение между практиками, вводящими в заблуждение (misleading practices), и агрессивными практиками (aggressive practices). Вводящими в заблуждение признаются практики, совершаемые посредством действия или бездействия. В последнем случае нечестность практики связывается с непредоставлением хотя бы минимальной информации, которая необходима среднему потребителю, чтобы произвести покупку, а именно: относительно основных характеристик товара; цены, включая налоги; возможности вернуть товар и др. В первом случае это предоставление ложной или искаженной информации, в том числе информации, верной по существу, но представленной потребителю таким образом, который создает у него неверное представление о товаре. К числу агрессивных относятся практики, использующие насилие, принуждение и оказание недолжного влияния. Директива содержит "черный список" запрещенных практик (например, схемы типа "пирамид"; предложение отсутствующего в принципе товара по демпинговым ценам с целью привлечения покупателя и затем предложение ему иного товара по обычной рыночной цене и др.).

Изложенное позволяет сделать некоторые общие выводы.

По мнению автора, в странах ЕС достигнуто единообразие в сфере регулирования отношений с участием потребителей:

в части обеспечения информационной безопасности потребителей на основе представления о том, что получение достоверной, полной и качественной информации - непременное условие осуществления их надлежащей защиты;

в части защиты частной жизни и персональных данных принципом явно выраженного согласия на обработку предоставляемых потребителями для достижения своих личных целей контрагентам сведений о себе;

в части исключения из заключаемых с потребителями договоров несправедливых условий.

При этом, как правило, общие (стандартные) условия договоров не считаются нормативными, а признаются лишь частью конкурентного договора, выработанного на основе и в силу действия диспозитивных норм объективного права одной стороной при условии полной информированности о них другой стороны. Однако такие условия приобретают нормативный характер, будучи одобренными соответствующим государственным органом стран - участниц ЕС.

Представляется, что указанные особенности правового регулирования можно отнести к числу характерных черт, подчеркивающих социальную функцию договора (на преддоговорном этапе, на этапе его заключения, исполнения и пр.), развиваемую в настоящее время как в ЕС, так в странах - участницах ЕС.

Кроме того, представляется возможным констатировать сближение законодательства о защите потребителей с такой совокупностью специальных правовых предписаний, как законодательство о недобросовестной конкуренции, поскольку именно потребитель, будучи наиболее незащищенным участником рынка, превращается в ключевую фигуру обеих совокупностей правовых предписаний, хотя и никак не участвует в конкуренции, а является всего лишь объектом конкурентной борьбы.

Список литературы

  1. Ильин В.И. Поведение потребителей. СПб.: Питер, 2000. С. 10.
  2. Beatriz Ramos C. El derecho del consummidor en el marco de la legislacion nacional y la integracion regional // La justica uruguaya. Vol. 122. 2000. P. 43 - 46.
  3. Беликова К.М. Защита прав потребителей в Европейском союзе: некоторые векторы развития // Право и экономика. 2011. N 4 (278). С. 53 - 58.
  4. Hartkamp A.S. Perspectives for the Development of a European Civil Law. An article for the symposium "The Process of Approximation of Domestic law to the Law of the European Union - an Opportunity and a Challenge for the States of Central and Eastern Europe". URL: http:// frontpage.cbs.dk/ law/ commission_on_european_contract_law/ literature/ hartkamp/ perspectives_trento.htm.
  5. Базедов Ю. Возрождение унификации права: европейское договорное право и его элементы // Государство и право. 2000. N 2. С. 65 - 76.
  6. На пути к европейскому единству: события и даты. М.: Право, 1994.
  7. Беликова К.М. Унификация договорного права: общее и специфическое в Принципах международных коммерческих договоров УНИДРУА и Принципах европейского договорного права // Юрист. 2006. N 11. С. 22 - 30.
  8. Безбах В.В., Беликова К.М. Договорное право Европейского союза. Принципы европейского договорного права // Гражданское и торговое право Европейского союза (основные институты): Учебное пособие / Под ред. В.В. Безбаха, В.Ф. Поньки, К.М. Беликовой. М.: Изд-во УДН, 2010. С. 123 - 158.
  9. Единый Европейский Акт. Договор о Европейском союзе / Отв. ред. Ю.А. Борко. М.: Право, 1994.
  10. Гражданское, торговое и семейное право капиталистических стран: Сборник нормативных актов. Обязательственное право: Учеб. пособие / Под ред. В.К. Пучинского, М.И. Кулагина. М.: Изд-во УДН, 1989. С. 31 - 41.
  11. Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права: В 2 т. / Пер. с нем. М.: Международные отношения, 2000. Т. 2. С. 5 - 39.