• Виды производс...">
    Мудрый Юрист

    Установление юридических фактов в особом производстве гражданского и арбитражного процесса: общее и особенное (некоторые аспекты)

    Чудиновская Н.А., преподаватель кафедры гражданского процесса Уральской государственной юридической академии.

    1. Виды производства по действующему гражданскому и арбитражному процессуальному законодательству не вполне совпадают

    Гражданский процессуальный кодекс 2002 г. выделяет в рамках гражданского судопроизводства три самостоятельных вида производства: исковое, особое и производство по делам, возникающим из публичных правоотношений.

    Арбитражное законодательство содержит несколько иные положения. В качестве отдельных разделов АПК РФ выделяет "Исковое производство" (раздел II АПК РФ) и "Производство в арбитражном суде первой инстанции по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений" (раздел III АПК РФ). Что касается "Особого производства", то данный термин упоминается лишь в отдельных статьях Кодекса. Так, например, статья 30 АПК РФ устанавливает, что "арбитражные суды рассматривают в порядке особого производства дела об установлении фактов, имеющих юридическое значение для возникновения, изменения и прекращения прав организаций и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности".

    На первый взгляд может показаться, что раздел IV АПК РФ "Особенности производства в арбитражном суде по отдельным категориям дел" объединяет в себе категории дел, рассматриваемые в порядке особого производства. Однако данный вывод был бы ошибочен.

    Очевидно, что нельзя отнести к особому производству рассмотрение дел в порядке упрощенного производства. Терминология ст. 226 АПК РФ ("истец", "ответчик", "иск") ярко иллюстрирует, что упрощенное производство является разновидностью обычного искового порядка рассмотрения дел, но с несколько упрощенной процедурой. В литературе справедливо отмечают, что единственным основанием для объединения дел в главу об упрощенном производстве является оценочный критерий, отражающий объем процессуальной деятельности арбитражного суда, который можно определить не вполне правовым понятием "несложность дела". В связи с этим интересной представляется точка зрения, изложенная А.В. Юдиным. Он полагает, что причиной отнесения данной категории дел в раздел IV АПК РФ является отсутствие в арбитражном процессе ряда институтов, известных гражданскому процессу. Анализируя содержание дел, рассматриваемых по упрощенной процедуре, автор отмечает их сходство с институтом судебного приказа (где критерием служит очевидность дела, отсутствие возражений со стороны ответчика) и с категориями дел, подсудными в гражданском процессе мировым судьям (где критерием является незначительная цена иска) <*>.

    <*> Юдин А.В. Особое производство в арбитражном процессе. Самара: Самарский университет, 2003. С. 43.

    Правовая принадлежность института рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) до сих пор вызывает споры среди исследователей. В литературе была изложена точка зрения о принадлежности дел о несостоятельности (банкротстве) к особому производству. Так, например, И.П. Бакланова полагает, что производство по делам о признании лица несостоятельным (банкротом) образует самостоятельный подвид особого производства в арбитражном процессе <*>. Данная позиция вызывает сомнения, поскольку сам законодатель разграничивает эти понятия. В частности, ст. 40 АПК РФ относит к лицам, участвующим в деле "...заявителей и заинтересованных лиц по делам особого производства, делам о несостоятельности (банкротстве)...". Бесспорно, что дела о несостоятельности обладают определенной правовой индивидуальностью. В них ярко выражен частно-публичный характер, их рассмотрение регулируется помимо АПК РФ специальным законодательством и т.д. Одной их основных отличительных черт данной категории дел является то, что их разрешение складывается из двух самостоятельных стадий: разбирательство дела и процедура банкротства. Причем, как справедливо отмечают И.Б. Морозова и А.М. Треушников, на второй стадии арбитражный суд выполняет несвойственную ему функцию общего руководства и контроля за ходом процедур банкротства <**>. Эти и другие особенности действительно позволяют назвать производство по делам о банкротстве особым, но, как справедливо отметил А.В. Юдин, не в процессуальном, а в общепринятом смысле, то есть особенным, отличным от искового и от особого производства <***>.

    <*> Бакланова И.П. Особое производство в арбитражном процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999. С. 56.

    КонсультантПлюс: примечание.

    Монография И.Б. Морозовой, А.М. Треушникова "Исполнительное производство" включена в информационный банк согласно публикации - Городец, 2004 (издание третье, исправленное и дополненное).

    <**> Морозова И.Б., Треушников А.М. Исполнительное производство. М.: Городец, 1999. С. 44.
    <***> Юдин А.В. Особое производство в арбитражном процессе. Самара: Самарский университет, 2003. С. 40.

    Что касается норм, регулирующих производство по делам об оспаривании решений третейских судов, о выдаче исполнительных листов на их принудительное исполнение, а также о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, они также вряд ли могут быть отнесены к институту особого производства. Данные правила настолько специфичны, что могут образовывать свои отдельные самостоятельные виды производства. Именно по этому пути пошел гражданский процессуальный законодатель, поместив соответствующие нормы в самостоятельных разделах ГПК РФ.

    Таким образом, действующее арбитражное процессуальное законодательство понимает под особым производством исключительно производство по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

    Вместе с тем в гражданском процессе данные понятия соотносятся как часть и целое. Статья 262 ГПК РФ содержит целый перечень дел, рассматриваемых судом в порядке особого производства. Данный перечень не является исчерпывающим, федеральным законом к рассмотрению в порядке особого производства могут быть отнесены и другие дела.

    Вероятно, указанное различие в подходах имеет свои исторические корни. Выделение трех самостоятельных видов производства в современном гражданском процессуальном праве произошло не одномоментно. Науке известны разные концепции этой проблемы. Ряд ученых (Г. Добровольский и др.) выделяли лишь два самостоятельных вида производства: исковое и особое, полагая, что производство по делам из публичных правоотношений представляет собой разновидность искового производства. Д.М. Чечот, выделяя три вида производства, условно подразделял их на "исковые" и "неисковые", понимая под "неисковыми" производство по делам из административных правоотношений и особое производство <*>. Интересная позиция по рассматриваемому вопросу была изложена А.Т. Боннером. Исходя из того, что правосудие - это деятельность суда по рассмотрению и разрешению спора о праве, он полагал, что правосудие осуществляется только по делам искового производства. Рассмотрение большинства дел особого производства не является осуществлением правосудия, так как в таких случаях суд не рассматривает спор о праве и не применяет норм права <**>. Конструктивная критика изложенного подхода была дана А.А. Мельниковым. Он справедливо отмечал, что рассмотрение дел особого производства в гражданском процессе подчиняется общим правилам гражданской процессуальной формы с незначительными изъятиями, объясняющимися особенностями предмета рассмотрения. Соответственно, нет оснований гражданские дела, рассматриваемые и разрешаемые в соответствии с одними и теми же принципами, делить на относящиеся к правосудию и не относящиеся к нему <***>.

    <*> Чечот Д.М. Неисковые производства. М.: Юридическая литература, 1973. С. 7.
    <**> Боннер А.Т. Некоторые проблемы социалистического правосудия // Труды ВЮЗИ. Т. 17. 1971. С. 194.
    <***> Мельников А.А. Правосудие как предмет конституционного регулирования. М., 1972. С. 12.

    Вместе с тем на сегодняшний день большинство ученых не оспаривают наличия в гражданском процессе трех самостоятельных видов производства: искового, особого и производства по делам из публичных правоотношений.

    Арбитражное процессуальное право - отрасль сравнительно молодая. Процесс формирования в ней видов производств едва ли можно считать полностью оконченным. Даже за последние 10 лет здесь произошли значительные изменения. АПК РФ 1995 г. выделял только 2 вида производства: исковое и производство по делам из публичных правоотношений. Что касается норм об установлении фактов, имеющих юридическое значение, то они содержались лишь в ряде разрозненных статей АПК РФ 1995 г. (например, ч. 3 ст. 22, ст. 27). Действующий АПК РФ 2002 г. четко выделил третий вид производства в арбитражном суде - особое. Вероятно, поступательное развитие отрасли арбитражного процессуального права будет продолжаться и приведет, в том числе, к расширению сферы применения норм, регулирующих особое производство.

    1. Правовая природа дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение, в гражданском и в арбитражном процессе аналогична

    Прежде всего, она характеризуется отсутствием какого-либо спора о праве. Сомнительным представляется утверждение, что интерес заявителя носит только процессуальный характер, поскольку установление юридического факта необходимо для последующего осуществления материальных прав. Однако при рассмотрении дела об установлении юридического факта никакое субъективное право не оспаривается и не защищается <*>.

    <*> Чечот Д.М. Неисковые производства. М.: Юридическая литература, 1973. С. 16.

    В связи с этим в литературе нередко характеризуют особое производство как "бесспорное" <*>.

    <*> Мельников А.А. Особое производство в советском гражданском процессе. М.: Наука, 1964. С. 7.

    Вместе с тем применение данного термина к особому производству имеет и своих противников, доводы которых базируются на следующем. Установление юридических фактов может быть подведомственно административным или судебным органам. Разграничение компетенции между ними во многом предопределяется характером самих юридических фактов. Если установление и регистрация "очевидных" фактов в большинстве случаев относится к компетенции административных органов, то судебная форма предусмотрена для установления тех фактов, существование которых не очевидно. На рассмотрение суда могут быть предоставлены противоречивые доказательства. Задачей суда в подобных ситуациях является, сопоставив представленные доказательства, "устранить "спорность" искомого факта" и установить его наличие либо отсутствие <*>. Соответственно, говорить о "бесспорности" особого производства можно лишь при условии понимания под бесспорностью отсутствие спора о праве материальном.

    <*> Чечот Д.М. Неисковые производства. М.: Юридическая литература, 1973. С. 16.

    Отсюда вытекает еще один не менее интересный вопрос: каково соотношение спора о факте и спора о праве?

    Известно, что возникновение спора о праве при рассмотрении дела об установлении факта, имеющего юридическое значение, влечет во всех случаях оставление заявления об установлении юридического факта без рассмотрения. У заинтересованных лиц сохраняется право разрешить спор в порядке искового производства (ч. 3 ст. 263 ГПК РФ, ч. 4 ст. 221 АПК РФ).

    Утверждая, что спор о факте тождественен спору о праве, мы неизбежно придем к выводу, что в каждом случае установления "спорного" юридического факта это невозможно сделать в рамках особого производства. Если же говорить о возможности существования "спора о факте в чистом виде", то эта проблема исчезает.

    По данному вопросу среди процессуалистов сложилось 3 основных точки зрения:

    • Спор о факте существует при рассмотрении большинства дел в порядке особого производства, поскольку судебная процедура предусмотрена именно для установления неочевидных, "спорных" юридических фактов; спор о факте не всегда влечет возникновение спора о праве <*>.
    <*> Чечот Д.М. Неисковые производства. М.: Юридическая литература, 1973. С. 19.
    • Спор о факте следует понимать не как простое сомнение в его существовании, а как наличие взаимоисключающих утверждений заинтересованных лиц о его наличии или правовом значении; спор о факте и спор о праве неразрывно связаны, за каждым спором о существовании или правовом значении устанавливаемого факта стоит спор о праве; спор о факте не может иметь места в особом производстве <*>.
    <*> Елисейкин П.Ф. Судебное установление фактов, имеющих юридическое значение. М.: Юридическая литература, 1973. С. 29.
    • Возникновение спора о юридическом факте всегда влечет возникновение спора о праве, поскольку установление факта - не самоцель, оно необходимо для реализации прав, неразрывно связанных с данным фактом; однако возникновение спора о праве влечет оставление заявления без рассмотрения только в том случае, если данный спор подведомственен суду <*>.
    <*> Мельников А.А. Особое производство в советском гражданском процессе. М.: Наука, 1964. С. 11 - 13, 16.

    Последняя точка зрения представляется наиболее верной. Интересно, что действующая редакция ГПК РФ (статья 263, ч. 3) содержит именно такую формулировку: "В случае если при подаче заявления или рассмотрении дела в порядке особого производства устанавливается наличие спора о праве, подведомственного суду, суд выносит определение об оставлении заявления без рассмотрения..." Вместе с тем АПК РФ сформулировал аналогичную по содержанию норму несколько по-другому, не указав на характер спора, возникновение которого влечет оставление заявления без рассмотрения (статья 217, ч. 3): "В случае, если при рассмотрении дела об установлении фактов, имеющих юридическое значение, выяснится, что возник спор о праве, арбитражный суд оставляет заявление об установлении фактов, имеющих юридическое значение, без рассмотрения, о чем выносит определение..."

    Таким образом, и сегодня споры о соотношении "спора о факте" и "спора о праве" сохраняют свою актуальность, особенно применительно к арбитражному процессу.

    1. Правила рассмотрения дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение, в гражданском и арбитражном процессе имеют лишь незначительные различия

    Как ГПК РФ, так и АПК РФ не содержат исчерпывающего перечня фактов, которые могут быть установлены в рамках особого производства. Главным критерием, определяющим возможность установления того или иного факта, является его юридический характер, то есть способность повлечь юридические последствия. Юридические факты, устанавливаемые арбитражным судом, должны порождать юридические последствия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (п. 4 ч. 2 ст. 218 АПК РФ), что вытекает из общих правил разграничения подведомственности между судами и арбитражными судами.

    Что касается тех фактов, указание на возможность установления которых прямо содержится в законе, можно отметить их некоторую схожесть. Так, если ГПК РФ говорит о возможности установления факта регистрации рождения... для физического лица (п. 3 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ), то АПК РФ указывает на возможность установления факта государственной регистрации юридического лица или индивидуального предпринимателя в определенное время и в определенном месте (п. 2 ч. 2 ст. 218 АПК РФ). Оба Кодекса предусматривают возможность установления факта владения и пользования недвижимым имуществом (п. 6 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ и п. 1 ч. 2 ст. 218 АПК РФ), факта принадлежности правоустанавливающего документа (п. 5 ч. 2 ст. 264 ГПК РФ и п. 3 ч. 2 ст. 218 АПК РФ).

    Из анализа перечня фактов, подлежащих установлению в рамках особого производства, видно, что не все из них можно именовать юридическими. Применительно к установлению таких фактов, как, например, факт принадлежности правоустанавливающего документа, правильнее было бы говорить об установлении "доказательственного факта", то есть факта, имеющего не юридическое, а доказательственное значение <*>. Изложенный подход представляется верным, поскольку сам по себе факт принадлежности правоустанавливающего документа не влечет возникновение, изменение либо прекращение правоотношений, соответственно не является юридическим фактом в классическом понимании данного термина. Закон связывает наступление юридических последствий не с самим фактом принадлежности правоустанавливающего документа, а с теми обстоятельствами, которые в этом документе зафиксированы.

    <*> Елисейкин П.Ф. Судебное установление фактов, имеющих юридическое значение. М.: Юридическая литература, 1973. С. 16.

    Системный анализ соответствующих разделов Гражданского процессуального и Арбитражного процессуального кодексов позволяет выявить единство подхода законодателя к определению тех условий, наличие которых в совокупности дает возможность для установления юридических фактов в рамках особого производства.

    К ним относятся:

    • отсутствие спора о субъективном материальном праве;
    • юридический характер устанавливаемого факта (или его доказательственный характер);
    • отсутствие в законодательстве норм, предусматривающих иной внесудебный порядок установления искомого факта;
    • невозможность получения или восстановления соответствующих документов, удостоверяющих юридический факт, во внесудебном порядке.

    Требования, предъявляемые законом к заявлению об установлении юридического факта, также аналогичны.

    Во-первых, оно должно соответствовать определенным требованиям, предъявляемым к исковому заявлению.

    Во-вторых, в заявлении должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения или восстановления соответствующих документов во внесудебном порядке, поскольку отсутствие такой возможности является обязательным условием для судебного установления фактов, имеющих юридическое значение (ст. 265 ГПК РФ, ч. 1 ст. 219 АПК РФ).

    В-третьих, ст. 267 ГПК РФ устанавливает, что в заявлении должно быть указано, для какой цели необходимо установить данный факт. Представляется, что Арбитражный процессуальный кодекс содержит более удачную формулировку, закрепляя, что в заявлении должно содержаться обоснование необходимости его установления. Как справедливо отмечают процессуалисты, не всегда установление того или иного юридического факта служит конкретной цели, то есть обуславливает возможность реализации субъективного материального права. Нередко мотивом обращения в суд за установлением юридического факта служит необходимость определения правового статуса лица (подобная ситуация типична для случаев установления факта родственных отношений, факта регистрации брака и др.). Действительно, при наличии неопределенности в правовом положении заинтересованному лицу неизвестно, может ли оно воспользоваться определенными правами. Соответственно, установление юридического факта может быть необходимо не для реализации конкретной цели, а для определения правового положения в целом, что не должно препятствовать рассмотрению данного дела в порядке особого производства. Важно лишь, чтобы устанавливаемый факт имел связь с определенным субъективным правом, в силу которой он приобретает юридическое значение <*>.

    <*> Елисейкин П.Ф. Судебное установление фактов, имеющих юридическое значение. М.: Юридическая литература, 1973. С. 14.

    Судебное разбирательство по данной категории дел проводится по общим правилам искового производства с некоторыми особенностями, обусловленными спецификой рассматриваемых дел. Решение об установлении юридического факта является при необходимости основанием для регистрации данного факта соответствующими органами, но не заменяет документы, выдаваемые этими органами (ст. 268 ГПК РФ, ч. 3 ст. 222 АПК РФ).

    Таким образом, анализ действующего процессуального законодательства показывает, что понятие "особое производство" применительно к гражданскому процессу значительно шире, чем аналогичный институт арбитражного процесса, где особое производство отождествляется с производством по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

    В науке не прекращается дискуссия о преимуществах и недостатках этих подходов. Основные доводы сторонников узкого подхода к пониманию особого производства (АПК РФ) сводятся к тому, что в подраздел IV раздела II действующей редакции ГПК РФ включены категории дел, которые по своей сути не являются делами особого производства. Часть из них (например, дела об ограничении дееспособности гражданина, об объявлении несовершеннолетнего полностью дееспособным и др.) больше напоминают дела искового производства. Дела, связанные с рассмотрением заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении (глава 37 ГПК РФ), либо дела о внесении исправлений или изменений в записи актов гражданского состояния (глава 36 ГПК РФ) целесообразно рассматривать в рамках производства из публичных правоотношений. Изложенные позиции, безусловно, заслуживают внимания и будут исследованы автором в последующих работах.

    Что касается производства по делам об установлении юридических фактов, оно представляет собой классический пример особого производства как для гражданского, так и для арбитражного процесса.

    Рассмотрение данной категории дел в соответствии с действующими процессуальными Кодексами подчиняется аналогичным правилам. Представляется возможным выделить следующие общие черты:

    1. Перечень юридических фактов, подлежащих установлению в порядке особого производства, содержит схожие юридические факты и не имеет исчерпывающего характера.
    2. Общность условий установления фактов, имеющих юридическое значение.
    3. Единство требований к содержанию заявления об установлении юридического факта.
    4. Схожесть самой процедуры установления юридических фактов.

    Безусловно, в правовом регулировании данного института имеются и определенные различия. Так, например, АПК РФ закрепляет необходимость указания в заявлении об установлении юридического факта конкретной нормы закона, предусматривающего, что данный факт порождает юридические последствия, в то время как ГПК РФ не содержит аналогичной нормы и др. Представляется, что данные разночтения не имеют существенного значения и в дальнейшем будут устранены.

    Изложенное позволяет говорить о внутреннем сходстве правового регулирования института установления фактов, имеющих юридическое значение в порядке особого производства в гражданском и арбитражном процессе, что обусловливает возможность вывода о межотраслевом характере данного института. Подобное понимание института установления юридических фактов, теоретическая основа которого была заложена Ю.К. Осиповым на примере подведомственности <*>, дает возможность для применения аналогии права, а в дальнейшем позволит выработать единые правила установления юридических фактов в особом производстве гражданского и арбитражного процесса, что будет способствовать более быстрому и правильному разрешению данной категории дел.

    <*> Осипов Ю.К. Подведомственность юридических дел. Свердловск, 1973.