Мудрый Юрист

Религиозный переворот (раскол) и реформации в истории России *

<*> Kuznetsov I.N. Religious revolution (schism) and reformations in the history of Russia.

Кузнецов Иван Николаевич, соискатель Российской академии адвокатуры и нотариата, помощник нотариуса г. Москвы.

Аргументировано суждение, согласно которому при патриархе Никоне началось не просто исправление ошибок в богослужебных книгах по греческим образцам и незначительные изменения в обряде, а был инициирован кардинальный религиозный переворот, который не мог не вызвать раскола общества. В дальнейшем Петром I была осуществлена кардинальная реформа церковного управления, которая представляла очередной переворот в церковно-государственных отношениях. Радикальная реформа Русской церкви, совершенная Петром Великим, находилась в тесной связи с реформой государственной, ибо он совершенно подчинил Церковь государству и превратил ее в одно из государственных учреждений.

Ключевые слова: Церковь, Никон, раскол, старообрядчество, реформа, вера, Аввакум, Петр I, Синод.

The paper argues the opinion according to which Patriarch Nikon began not merely the correction of errors in liturgical books of the Greek models and minor changes in the rite but initiated the cardinal religious revolution which led to the schism in society. Later Peter I held the major reformation of church governance which represented the next coup in church-state relations. Radical reform of the Russian church held by Peter the Great was closely connected with reforming of the state because he completely subordinated the Church to the state and turned it into one of state institutions.

Key words: Church, Nikon, schism, Old Belief, reform, belief, Habakkuk, Peter I, Synod.

В России христианская Церковь, в отличие от Церкви на Западе, выступала за усиление и централизацию государственной власти, всячески содействуя единству государственной организации. Церковные деятели Киевской Руси в своих молитвах воздавали должное не только православным христианам и святым, но и земле Русской. На протяжении всей эпохи раздробленности церковные деятели неустанно призывают русских князей к единству <1>. Когда при патриархе Никоне началось исправление ошибок в богослужебных книгах по греческим образцам и незначительные изменения в обряде, то это вызвало бурный протест народной религиозности. В XVII в. происходит религиозный раскол старообрядчества, когда в народе возникло подозрение, что православное царство, Третий Рим, повредилось, произошла измена истинной вере и православное царство уходит под землю. С этим связана легенда о граде Китеже, скрытом под озером, которая была особенно популярна среди еретиков и раскольников того времени. В легенде рассказывается об обществе изобилия, социальной справедливости и всеобщего равенства. Народ ищет град Китеж. Сказочнофольклорная форма этого произведения способствовала его широкому распространению среди населения. Раскол делается явлением, характерным для русской жизни. Церковная реформа Никона показательна еще и тем, что ее противники не могли согласиться с тезисом, что "сильные пишут правду" <2>. По священным правилам Стоглава был нанесен удар, и именно царская власть стала инициатором этого удара по вере <3>.

<1> Уткин Г.Н. Православные корни идеи правды в эпоху Средневековья на Руси // История государства и права. 2007. N 24. С. 32.
<2> Там же.
<3> Там же.

Оценивая действия государственной и церковной власти, общество усомнилось в том, что современное ему государство есть истинно православное, раскольники восприняли реформы Никона как измену, перестали верить власти <4>. С точки зрения раскольников, в мир явился Антихрист, и единственным спасением представлялся уход из мира в "невидимую Церковь". Правда, старообрядческая Русь в ожидании Антихриста подпала под политическое верховенство светской власти московских царей. На время идея "Москва - Третий Рим" была как бы законсервирована и получила второе дыхание в XIX в.

<4> Сорокина Ю.В. Особенности русского религиозно-правового сознания и его влияние на взаимоотношения общества и государства (к вопросу истории взаимоотношений Церкви и государства) // История государства и права. 2009. N 12. С. 5 - 9; N 13. С. 7 - 12.

Противники реформы пытались доказать, что Никон посягнул не на форму, а на сущность. Они доказывали также, что их несогласие продиктовано преданностью исторически доказанному и историей оправданному русскому благочестию, которое Никон, в своем увлечении греками, стремился исказить и даже уничтожить. Преследовать и проклинать противников реформы за защиту старых церковных верований - значит отказываться от своей собственной святой старины, значит проклинать самих русских угодников Божьих. Раскольники не просто осуждали действия Никона, но пытались проникнуть в существо мотивации Никона, который, по их мнению, руководствовался полным пренебрежением к старине, личным произволом, а также собственным "высокоумием и самомнением". При этом они находят, что Никон исправлял книги по небрежности и произвольно, а в доказательство тому приводят якобы существующие расхождения между уже исправленными книгами разных выпусков. Из этого следовало, что Никон вовсе не исправлял книги, а вернее, погрешности в старых книгах, а прямо их переделывал. В Никоновых новопечатных книгах, как утверждали раскольники, нет ни единого псалма, ни молитвы, ни кондака, ни даже стиха, который бы не претерпел изменения. Изменения Никона не улучшали, но только портили русские церковные книги <5>.

<5> Там же.

В иерархии "терпимых" исповеданий самую низкую ступень занимало старообрядчество, представлявшее собой группу неоднородных, близких по вероучению к Православной церкви организаций, не принявших церковную реформу патриарха Никона и преданных за это проклятию Большого московского собора церкви 1667 г. и преследованию гражданских властей. Старообрядцев терпели скорее де-факто, чем де-юре <6>.

<6> Сафонов А.А. Генезис вероисповедной политики Российского государства, XVIII - начало XX века // История государства и права. 2007. N 2. С. 22.

"Нетерпимыми" считались различные "изуверные учения", принадлежность к которым соединялась с посягательством на жизнь и здоровье. Их состав не был четко определен. В середине XIX в. к числу "вреднейших" относили секты так называемых духовных христиан (скопцов, молокан, духоборов, христоверов (хлыстов) и субботников).

К этому необходимо добавить еще и субъективный элемент - личность Никона, его мечту об установлении и первенства Церкви по отношению к государству, его отношения с царем Алексеем Михайловичем, а также личность и харизму протопопа Аввакума, который уже в детстве имел возможность наблюдать полярность, расколотость окружающего мира <7>. Его отец, священник, был неспокойного нрава, неравнодушен к спиртному; мать - "постница" и "молитвенница", после смерти мужа она постриглась в монахини. Уже в самой жизни Аввакум пережил раскол, два противоположных начала жизни - Мать и Отец; Добро и Зло. В.А. Мякотин следующим образом характеризует Аввакума: "...и так религиозная и национальная исключительность распространения религии, понятой узко и односторонне, на все сферы жизни; проповедь аскетизма, отречение от свободы личного разума и светской науки, нетерпимость, доходившая до апофеоза глубочайшего насилия" <8>. Эти черты характера одновременно (и закономерно) можно назвать одним из факторов, породивших критику никонианских реформ и последующий раскол. Реформы означали покушение на русское православие, таили в себе опасность сомнения в правильности и исключительности Руси и ее Веры. Это особенно видно при рассмотрении аргументов, с помощью которых раскольники критиковали реформы.

<7> Сорокина Ю.В. Особенности русского религиозно-правового сознания и его влияние на взаимоотношения общества и государства (к вопросу истории взаимоотношений Церкви и государства) // История государства и права. 2009. N 12. С. 5 - 9; N 13. С. 7 - 9.
<8> Мякотин В.А. Из истории русского общества. СПб., 1902. С. 14.

Не менее остро кризис русского общества конца XVII в. проявился в сфере общественного сознания <9>. Многие люди, привыкшие жить "по старине", были смущены ожесточенной борьбой, которая развернулась во второй половине XVII в. в недрах Русской Православной Церкви между сторонниками патриарха Никона и сторонниками протопопа Аввакума, а потом перекинулась на отношения между Никоном и царем Алексеем Михайловичем. Раскол разделил всех православных на два непримиримых лагеря: никониан и старообрядцев. Церковные диспуты сменялись ссылками, сожжениями на кострах идейных противников официальной церкви.

<9> Удодов А.Г. Цели и принципы правотворчества в России в условиях становления абсолютизма // История государства и права. 2007. N 6. С. 22.

"Раскол в церкви не был случаен, - пишет А.Г. Удодов, - он отражал общий разброд в сознании русских людей. Это традиционное средневековое сознание дало глубокую трещину. У людей второй половины XVII в. стало меняться отношение к окружающему миру, законам и многим жизненным ценностям, что особенно заметно по художественной литературе: на смену традиционному герою - тихому праведнику, думающему о Боге, отрицающему суету мира, приходит новый человек - жизнелюбивый, активный, с новыми и вполне прозаичными, материальными целями в жизни. Этот идейный кризис еще больше обострился, когда разгорелась распря между патриархом Никоном и царем Алексеем Михайловичем. В основе борьбы этих двух незаурядных, честолюбивых людей лежал старый серьезный конфликт между светской и духовной властью. Он закончился победой первой: Никон был лишен сана и отправлен в ссылку, но сам факт борьбы двух лидеров был встречен обществом с немалым смущением - подобного скандала ранее не было со времен Ивана Грозного" <10>.

<10> Там же.

Небезынтересным по своему социальному значению был специальный налог на представителей одного из вариантов русского православия - старообрядцев, выделившихся в особое течение православия после реформ патриарха Никона <11>. За право исполнять христианские обряды по прежней, дореформенной традиции они платили специальный налог, который Петр I увеличил в два раза, освободив старообрядцев от службы в регулярной армии. Это был один из редких для России примеров, когда налог выступал в качестве консенсуса в отношениях между государственной властью и отдельной социальной группой.

<11> Аронов Д. Учет социального фактора в налогообложении России (с древнейших времен до настоящего времени) // Социальное и пенсионное право. 2007. N 3. С. 22.

В 1721 г. Петром I была осуществлена кардинальная реформа церковного управления, "которая одновременно обозначила действительный переворот (выделено мной. - К.И.) в церковно-государственных отношениях. Первоначально реформа предусматривала формирование Духовной коллегии, переименованной вскоре в Святейший Синод" <12>. Этот орган представлял собой высшую административную и судебную инстанцию Российской православной церкви. Так, ст. 11 Основных государственных законов Российской империи относила указанный орган к государственным "установлениям", осуществлявшим церковное управление и церковный суд как отрасли государственного управления и правосудия <13>. Согласно ст. 64 Основных государственных законов Российской империи (ред. 1906 г.) император являлся "верховным защитником и хранителем догматов господствующей веры, блюстителем правоверия и всякого в церкви святой благочиния" <14>.

<12> Иванченко С.В. Русская православная церковь как элемент государственного механизма Российской империи // История государства и права. 2010. N 13. С. 35 - 37.
<13> СЗ РИ. СПб., 1890. Т. XI. Уставы духовных дел. С. 562 - 563.
<14> СЗ РИ. СПб., 1906. Т. 1. Ч. 1. С. 11.

Радикальная реформа Русской церкви, совершенная Петром Великим, находилась в тесной связи с реформой государственной. Он совершенно подчинил церковь государству и превратил ее в одно из государственных учреждений <15>. Подчинить же патриарха власти царя в церковных делах было нельзя по церковным правилам. Поэтому Петр решил отменить патриаршество. После смерти патриарха Адриана в 1700 г. в течение двадцати лет преемник ему не назначался. Юридически же патриаршество было упразднено в 1721 г., когда была учреждена Духовная коллегия, переименованная затем в Святейший Синод. По своему устройству Синод представлял коллегию, т.е. состоял из нескольких членов во главе с председателем. Так как Синоду были подчинены все духовные установления и лица, то вся церковь была, таким образом, подчинена государственной власти и стала частью государственного строя. Для наблюдения за ходом дел в Синоде была учреждена должность обер-прокурора.

<15> Корнев В.А. Развитие церковно-государственных отношений в России // История государства и права. 2011. N 1. С. 24 - 26.

Государственное подчинение нарушало важнейшее каноническое правило внутрицерковной жизни - соборность, предусматривающую проведение народноцерковных съездов духовенства и мирян для избрания приходских священников, епархиальных архиереев и самого патриарха. В начале XX в. среди священнослужителей росли соборные устремления, крепло представление о поместном соборе как о решительном и конкретном шаге в деле упорядочения церковной жизни, включая государственно-церковные отношения. Синод дважды - в 1905 и в 1912 гг. - пытался добиться от императора согласия на то, чтобы созвать в Москве собор для избрания патриарха и обсуждения церковных преобразований. Однако вопреки собственному желанию созвать собор, восстановить патриаршество и провести некоторые церковные реформы Николай II сознательно затягивал и так и не разрешил эти вопросы <16>.

<16> См.: Фирсов С.Л. Православная церковь и Российское государство в конце XIX - начале XX в. (проблемы взаимоотношений духовной и светской власти): Автореф. дис. ... к.и.н. СПб., 1994.

Можно разделить мнение о том, что церковно-государственные отношения, присущие синодальному периоду, явились важнейшим фактором падения авторитета официальной церкви накануне революции. Синодальная система, означавшая подчинение Церкви бюрократическому аппарату и лишение ее собственной позиции в обществе, ввергла церковь в ложное положение, заключавшееся в том, что формально это была государственная церковь, и поэтому ее критикам и противникам было легко возлагать на нее долю ответственности за все несправедливости государственной системы. В результате такого положения мирское общество в целом оставалось далеким от церкви и ее интересов, привыкнув рассматривать ее как специфическое ответвление государственности, "православное ведомство" <17>.

<17> Поспеловский Д. Русская православная церковь: испытания начала XX в. // Вопросы истории. 1993. N 1. С. 45 - 53.

Итак, в 1721 г. Петром I была осуществлена кардинальная реформа церковного управления, которая одновременно обозначила действительный переворот (выделено мной. - К.И.) в церковно-государственных отношениях <18>. Первоначально реформа предусматривала формирование Духовной коллегии, переименованной вскоре в Святейший Синод. Этот орган представлял собой высшую административную и судебную инстанцию Российской православной церкви. Так, ст. 11 Основных государственных законов Российской империи относила указанный орган к государственным "установлениям", осуществлявшим церковное управление и церковный суд, как отрасли государственного управления и правосудия <19>. Согласно ст. 64 Основных государственных законов Российской империи (ред. 1906 г.) император являлся "верховным защитником и хранителем догматов господствующей веры, блюстителем правоверия и всякого в церкви святой благочиния" <20>.

<18> Иванченко С.В. Русская православная церковь как элемент государственного механизма Российской империи // История государства и права. 2010. N 13. С. 35 - 37.
<19> СЗ РИ. СПб., 1890. Т. XI. Уставы духовных дел. С. 562 - 563.
<20> СЗ РИ. СПб., 1906. Т. 1. Ч. 1. С. 11.

Важнейшим церковно-правовым памятником эпохи, закрепляющим правовые основы синодального строя церковного управления, является Регламент, или Устав, Духовной коллегии, составленный епископом Феофаном (Прокоповичем) в 1719 г., подписанный Священным собором и утвержденный Петром I в декабре 1720 г., а напечатанный впервые год спустя, уже по учреждении Синода. Намеченная в "Духовном регламенте" детальная программа действий Синода была в последующие годы подкреплена законодательными актами, издаваемыми от имени Синода или императорской власти. В итоге от внимания царя не укрылся ни один разряд православного духовенства. Духовенство стало походить больше на чиновников государственного аппарата, выполняющих свои обязанности с целью обеспечения авторитета монарха. При этом в круг обязанностей входили и полицейские функции: следить за прихожанами, доносить на неблагонадежных, нарушать тайну исповеди в интересах государственной безопасности <21>.

<21> Иванченко С.В. Указ. соч. С. 38.

После Петра правительство России ставило перед собой вполне автономные от религиозной санкции цели, а привилегированный статус Православной церкви, ее "господствующее" в сравнении с другими религиозными общинами положение находили себе оправдание в законодательном определении православия.

Исследуя синодальную систему церковно-государственных отношений, в своих работах В.А. Цыпин отмечает, что одним из самых значительных событий XVIII в. явилась секуляризация церковных земель при Екатерине Великой. Церковную политику самой Екатерины хорошо характеризует одно замечание, сделанное ею до восшествия на престол: "Уважать религию, но ни за что не допускать ее в дела государственные" <22>. С этой целью 29 ноября 1762 г. была образована Духовная комиссия о церковных имениях. Результатом работы этой Комиссии, а фактически очередного переворота, явился изданный 26 февраля 1764 г. именной Указ императрицы Сенату о секуляризации населенных церковных имений, согласно которому все населенные церковные имения передавались Коллегии экономии и церковные учреждения совершенно устранялись от управления ими. Церковь окончательно превратилась в отрасль государственного управления, финансировавшуюся из казны <23>.

<22> Цит. по: Смолич И.К. История Русской церкви. 1700 - 1917. М., 1996. Ч. 1. С. 191.
<23> Курицын В.М. Концепции истории государства и права. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2008. С. 86.

Таким образом, в XVIII в. из всех правовых компонентов взаимоотношений между церковью и государством в России был ярко выражен только принцип верховенства государства над церковью, все же остальные принципы не только не подкреплялись, но прямо опровергались историческими реалиями. Однако само государство использовало свое влияние не против церкви, а ради ее развития в соответствии с ее предназначением как религиозного института. Пользуясь поддержкой государства, Православная церковь обязана была выполнять и некоторые несвойственные ей функции, налагаемые на нее государством <24>.

<24> Там же.

В целом при патриархе Никоне началось не просто исправление ошибок в богослужебных книгах по греческим образцам и незначительные изменения в обряде, а был инициирован кардинальный религиозный переворот, который не мог не вызвать раскола общества. В дальнейшем Петром I была осуществлена кардинальная реформа церковного управления, которая представляла очередной переворот в церковно-государственных отношениях. Радикальная реформа Русской церкви, совершенная Петром Великим, находилась в тесной связи с реформой государственной, ибо он совершенно подчинил церковь государству и превратил ее в одно из государственных учреждений.