Мудрый Юрист

Законодательство китайской народной республики В сравнительно-правовом измерении

Интенсивное развитие сфер экономики и торговли, а также науки и культуры обусловливает концентрированность связей и контактов Китая и России. Китай - граничащее с Россией и имеющее как свои политические интересы, так и особенный менталитет государство Восточной Азии. Накопленный потенциал для сравнительного правоведения имеет большую историю: методы сравнительно-правового анализа законодательства КНР и СССР применяли ученые прошлых лет, когда сопоставление отраслей и правовых институтов давало более четкую картину, чем сейчас. Тем более актуальным является исследование и.о. заведующей отделом восточноазиатских правовых исследований Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, кандидата юридических наук Н.М. Бевеликовой, изложенное в представленной статье.

Всестороннее изучение действующего китайского законодательства очевидным образом выявляет главное - его истоки. По мнению китайских ученых, законодательная работа 1950-х гг., проводимая по советскому образцу, стала основой законотворчества в конце 1970-х и начале 1980-х гг. <1>. В первую очередь это касается Конституции КНР 1954 г. и 1982 г., Уголовного, Уголовно-процессуального и Административно-процессуального кодексов КНР, Закона КНР от 13 декабря 1981 г. "О хозяйственном договоре", проекта Гражданского кодекса КНР от 15 августа 1980 г., неоднократно апеллирующего к системе гражданского законодательства СССР.

<1> Ван Чжихуа. Влияние советского права на право КНР // Государство и право. 2010. N 4. С. 71 - 80.

Влияние права СССР на право КНР представляет собой неоспоримый факт, однако в связи с этим возникает вопрос о его характере в настоящее время. Следует отметить усиление влияния иностранного (помимо советского) права в КНР после начала политики реформ и открытости страны с 1980-х гг., однако законодатель КНР по-прежнему держится за унаследованное и не опускает знамя "социалистической правовой системы". Данная ситуация требует обоснования с учетом китайского подхода к заимствованию западного права.

Западные ученые, занимающиеся сравнительным правоведением, относят КНР к странам не социалистической правовой системы, которую возглавлял СССР, а традиционного дальневосточного права (к ним также относится Япония). Так, отдельные исследователи полагают, что в странах Дальнего Востока, включая Китай и Японию, "ценность права самого по себе является вопросом" и "с точки зрения китайцев, право является не условием порядка или символом справедливости, а инструментом автократии и причиной беспорядка"; "коммунистическая власть в Китае и вестернизация Японии не изменили укоренившихся в сознании людей принципов. В Китае коммунистическая власть отменила все законы, созданные по западному образцу после установления республики. Через некоторое время Пекин отказался от советского образца, предпочтя следовать по собственному пути построения коммунизма. Причем роль, которая на этом пути была отведена праву, оказалась крайне ограниченной" <2>. Возможно, такая точка зрения в отношении аспектов влияния не является ошибочной, но необходимо отметить: ситуация в данный период представляется переломной для проведения точного и подробного анализа.

<2> Ци Чжушэн. Основные современные правовые системы / Пер. с франц. Шанхай, 1984. С. 31, 32.

Как представляется, на нынешнем этапе для Китая важнейший вопрос связан не с влиянием советского права на современное право КНР, а скорее с отношением к этому влиянию. В отсутствие окончательной оценки и отрицания принципов советского или российского права совершенствование законодательства в этой стране не может привести к качественному прорыву. Влияние советского права имеет более крупные масштабы, превосходящие пределы теории права и разработки законодательства в КНР, поэтому дальнейшее реформирование сферы политики является необходимой предпосылкой совершенствования и правовой системы Китая.

Политику Китая на современной стадии "выхода вовне" следует рассматривать не только как целенаправленный ответ КНР на вызовы глобализации. На протяжении как восьмилетнего подготовительного этапа, так и всего 15-летнего переговорного периода, предшествовавшего вступлению в специализированную международную организацию - ВТО, Китай поэтапно развивал и активизировал начатую им еще в 1978 г. политику формирования открытой, ориентированной вовне экономики. Присоединение в 2001 г. Китая к ВТО свидетельствует, что экономическая реформа в стране перешла на новый этап. Китай сделал важный шаг по пути развития рыночного законодательства и рыночной экономики, выполняя обязательства по реформированию системы законодательных и нормативных актов, а также системы административных решений <3>. Усиление роли рыночного законодательства изменяет модель управления, новые законы способствуют изменению работы китайского правительства, повышению ее эффективности.

<3> Ли Теин. Китай и ВТО // Проблемы Дальнего Востока. 2002. N 4. С. 67.

В ряду основных обязательств, принятых КНР перед ВТО, выделяются:

Обязательства КНР по приведению национального законодательства в соответствие с нормами ВТО, его корректировку реализовывать было сложно, с учетом чего велась большая подготовительная работа. Так, ведомства, подчиненные Госсовету КНР, внесли исправления более чем в 2300 юридических документов <4>. Согласно обязательствам, принятым перед ВТО, необходимо было изменять и административно-нормативные акты, и правила, разработанные на местах <5>. Централизованная проверка законодательных и нормативных актов велась в 25 министерствах и госкомитетах, подведомственных Госсовету КНР, в провинциях, автономных районах и городах центрального подчинения и коснулась более 1150 действующих законов и актов подзаконного регулирования. Вплоть до 2002 г. около 30 министерств и ведомств Госсовета КНР провели работу по проработке законов и внесению поправок в законодательные акты по внешнеэкономическим связям (всего было уточнено 1400 законов, в том числе отменено 559, в 197 внесены изменения). Например, в соответствии с правилами ВТО создавались условия для более широкого открытия внешнему миру сферы финансов, страхования, телекоммуникаций, транспорта, строительства, туризма. На 49-м заседании Госсовета КНР были рассмотрены и приняты решения о внесении поправок в Положение об управлении делами туристических бюро, Правила об управлении телекоммуникационными предприятиями с участием иностранного капитала, Положение о международном морском транспорте и Положение об управлении иностранными страховыми компаниями.

<4> Разъяснение документов о присоединении КНР к ВТО. Пекин, 2002. С. 5 - 10.
<5> Report of the Working Party on the Accession of China. Par. 238. Beijing, 2001.

Следует отметить три важных законодательных акта, касающихся привлечения иностранных инвестиций, в которых были учтены местные особенности: Законы КНР "О хозяйственных предприятиях с участием китайско-иностранного капитала", "О хозяйственных предприятиях китайско-иностранного сотрудничества", "О предприятиях, основанных на иностранном капитале" <6>. В акты подзаконного регулирования по исполнению указанных законов были внесены изменения, признаны утратившими силу требования к предприятиям с использованием иностранного капитала о поддержании баланса иностранной валюты. Новые акты, такие как Закон КНР "О разработке законодательных актов" и Закон КНР "Об административном лицензировании", а также Положение о процедуре разработки административных положений, предъявили более строгие и конкретные требования к прозрачности правительственных действий. Таким образом, прозрачность, недискриминационный подход и другие принципы ВТО уже стали общепринятыми принципами действующего законодательства в Китае <7>.

<6> Ведомости Государственного Совета КНР. Пекин, 2002. N 2.
<7> Сборник документов КНР о вступлении в ВТО. Пекин, 2004. Ст. 108.

Как видно, особенностью правовой системы ВТО является то, что ее правовые нормы имеют значительное влияние на национальные правовые системы, в первую очередь на нормы, регулирующие внешнюю торговлю. В КНР система соответствующего отраслевого законодательства представлена правовым регулированием вопросов валютного режима КНР в зоне приграничной торговли, антидемпинга и антидотаций, в положениях Закона КНР "О внешней торговле". ВТО выдвинула принцип: международное право является составной частью национального законодательства, регулирующего внешнюю торговлю. Нормы и правила ВТО подлежат перенесению в национальное законодательство государств-членов и имеют перед ним приоритет, что создает для внешнеэкономической деятельности единое правовое пространство <8>. В мировой практике определились пути сближения национального законодательства с правовыми нормами ВТО, одним из которых является российский. Сближение российского права и права ВТО обеспечивается сразу по трем направлениям: перенос норм ВТО в российские нормативные правовые акты, отсылка к нормам права ВТО и наличие нормативных правовых актов, изначально не противоречивших нормам ВТО <9>.

<8> Ковалев А.А. Международное экономическое право и правовое регулирование международной экономической деятельности. М., 2007. С. 230.
<9> Дюмулен И.И. Всемирная торговая организация. М., 2004. С. 33, 34.

Начало законодательному обеспечению выполнения требований ВТО в России было положено принятием Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, основной целью которой являлось структурное реформирование российской экономики и развитие частного сектора. Намерения России в части реформирования существующего законодательства были закреплены в Плане мероприятий по приведению законодательства Российской Федерации в соответствие с нормами и правилами Всемирной торговой организации, утвержденном распоряжением Правительства РФ от 8 августа 2001 г. N 1054-р. В рамках выполнения данного Плана был принят ряд новых и внесен ряд поправок в действующие законы. Например, Федеральным законом от 27 декабря 2002 г. N 184-ФЗ "О техническом регулировании" <10> установлены принципы недопустимости чрезмерных препятствий предпринимательской деятельности, прежде всего внешнеторговой (п. 2 ст. 7, абз. 5 ст. 12, абз. 4 ст. 18), национального режима (п. 2 ст. 15, п. 2 ст. 17, п. 2 ст. 19), опоры на международные стандарты (п. 8 ст. 7, абз. 4 п. 9 ст. 7, абз. 4 ст. 12) и положение о признании иностранных документов о подтверждении соответствия (ст. 30). Закон позаимствовал в Соглашениях ВТО классификацию мер технического регулирования, которое осуществляется путем принятия обязательных к исполнению технических регламентов и добровольных к исполнению стандартов. Такое разделение не соответствует определениям, принятым в рамках ISO/IEC <11>, но вполне укладывается в определения, закрепленные Соглашением ВТО о технических барьерах в торговле.

<10> СЗ РФ. 2002. N 52 (ч. I). Ст. 5140.
<11> ISO/IEC Guide 2: 1991, General Terms and Their Definitions Concerning Standardization and Related Activities, 6th ed.

Для создания эффективной системы защиты прав и законных интересов участников рынка ценных бумаг были внесены поправки в Федеральный закон от 5 марта 1999 г. N 46-ФЗ "О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг" <12>, в Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ (в части усиления уголовной ответственности за преступления на рынке ценных бумаг) <13>. В целях усиления защиты прав акционеров были внесены поправки в Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" <14>, согласно которому акционеры получили право отчуждать принадлежащие им акции без согласия других акционеров и общества.

<12> СЗ РФ. 1999. N 10. Ст. 1163.
<13> СЗ РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.
<14> СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 1.

В ряде случаев нормы российского права не требуют значительных изменений, так как уже соответствуют нормам ВТО. Примером может служить Закон РФ от 21 мая 1993 г. N 5003-1 "О таможенном тарифе" <15>. Соглашение ВТО о торговых аспектах прав интеллектуальной собственности (ТРИПС) делает отсылку к основным международным конвенциям в этой сфере - Парижской, Бернской, Римской конвенциям, в которых участвует Россия, и Вашингтонскому договору 1989 г. <16>. Значительное число норм ВТО уже продублировано в российских законах, и с присоединением России к ВТО возникает даже определенная избыточность правового регулирования, дублирование норм в национальных и международных источниках, хотя в отдельных случаях имеются и коллизии.

<15> Ведомости СНД и ВС РФ. 1993. N 23. Ст. 821.
<16> Российское гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2010. Т. II. С. 516.

Применение коллизионных норм и иностранного права на территории Китая впервые в истории развития законодательства закреплено в Законе КНР от 28 октября 2010 г. "О применении права к гражданским отношениям с иностранным элементом", вступившем в силу в апреле 2011 г. Эти нормы не являются новаторскими для Китая, поскольку уже были опробованы в правоприменительной практике. Такая ситуация стала возможной из-за существования в КНР особого источника права - правил, устанавливаемых Верховным народным судом КНР. Эта особенность правового регулирования в КНР обусловлена организацией ее власти на основе принципа, отличного от принципа разделения властей на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную.

Существование такого вида источника национального права вызывает критику со стороны одних китайских ученых и одобрение со стороны других. Мы можем соглашаться или нет с высказываемыми точками зрения, однако правотворчество Верховного народного суда КНР, которое более гибко и менее формализовано, бесспорно, оправдано тем, что изменения в законы КНР вносятся очень редко. Оно также способствует единообразному применению норм международного частного права на территории КНР, восполнению пробелов в правовом регулировании законодательства и накоплению опыта правового регулирования, который находит воплощение в законах этой страны. В связи с этим следует обращать внимание на возможные направления совершенствования системы правосудия в Китае не только в свете новых законов, но и инициатив. Например, за годы членства в ВТО судебная система Китая постоянно совершенствует судебную защиту интеллектуальной собственности. В Докладе Заместителя Председателя Верховного народного суда КНР Цао Ззяньмина 18 января 2010 г. отмечалось: суд, разработав и внеся с 2001 г. поправки в 18 правовых документов, касающихся патентов и товарных знаков, постоянно совершенствует соответствующие стандарты.

В правовой системе КНР не исключено правотворчество судов, имеющих основной целью примирение сторон. Определенность в правовом регулировании этого вопроса в Китае дает Закон КНР от 18 апреля 2010 г. "О медиации", перспективность успешной реализации которого для совершенствования работы китайских судов сомнений не вызывает. В силу своей специфики интерес к вопросу примирения сторон, особенно для правосудия в сфере экономики, рассматривается в юридической литературе давно. У ученых и практиков сложилось твердое убеждение: улучшение качества работы судов напрямую зависит от снижения нагрузки на судей, а это, в свою очередь, достигается за счет широкого внедрения альтернативных механизмов разрешения правовых конфликтов <17>.

<17> Попов А.А. Судебная система: проблемы развития // Арбитражные споры. 2007. N 1.

В специальной юридической литературе отмечается важность системного и комплексного исследования третейского разбирательства международных коммерческих споров. В условиях глобализации, когда международный обмен товарами и услугами становится все более масштабным, переоценить деятельность международного коммерческого арбитража в разрешении споров, возникающих в области внешнеэкономических связей, нелегко. Международный коммерческий арбитраж признается наиболее эффективным способом разрешения споров в области международных коммерческих отношений, а привлекательность международного коммерческого арбитража для компаний и предпринимателей разных стран, включая иностранных инвесторов, связана с его нейтральностью, предсказуемостью, необходимой гибкостью и эффективностью процедуры разрешения споров и признанием результатов этой процедуры в подавляющем большинстве государств - участников международного хозяйственного обмена.

Законодательство о международном коммерческом арбитраже большинства стран мира базируется на актах Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ). Международный характер и сбалансированность большинства формулировок ЮНСИТРАЛ закрепляют важнейшие принципы третейского разбирательства международных коммерческих споров и предопределяют адекватный правовой механизм регулирования в этой области на национальном уровне. Преимущества международного коммерческого арбитражного процесса по сравнению с рассмотрением предпринимательских споров международного характера в национальном суде государств относятся как к самой процедуре разбирательства, специально сконструированной для эффективного разрешения коммерческих споров между компаниями из разных стран, обладающей необходимой гибкостью, предусматривающей участие сторон в формировании состава арбитража, разрешающего спор, так и к соответствующим процессуальным результатам, которые являются окончательными решениями и исполняются в большинстве стран мира.

Китай сегодня представляет собой государство с двумя строями, тремя правовыми семьями и четырьмя правовыми системами <18>. При этом как в материковом Китае, так и в Гонконге (Сянганский особый административный район КНР), Макао (Аомэньский особый административный район КНР) и Тайване правовые системы различны <19>. Так, Сянган имеет своеобразную систему общего права, а Аомэнь и Тайвань - особую континентальную систему права. В настоящее время материковый Китай, Сянган и Аомэнь воссоединены, но в каждом из регионов "Большого Китая", учитывая Тайвань, существует свое, весьма отличающееся правовое регулирование вопросов международного коммерческого арбитража, включая и регламентацию исполнения иностранных арбитражных решений.

<18> Хуан Цзинь. Исследование о межрегиональных правовых вопросах в Китае. Пекин, 2001. С. 4.
<19> Политическая система и право КНР в процессе реформ 1978 - 2005 гг. / Под ред. Л.М. Гудошникова. М., 2007.

С увеличением торгового оборота между странами возрастает число заключаемых контрактов между компаниями двух стран, и большое число сделок способствует росту количества споров, из них вытекающих. Так, в последние годы между Китаем и Россией наблюдается активное развитие экономических связей: в 2006 г., по данным Национального бюро статистики КНР, торговый оборот двух стран (без учета Сянгана, Аомэня и Тайваня) составил 33,4 млрд. долл., он вырос по сравнению с 2005 г. на 41%. За 2002 - 2006 гг. суммарный торговый оборот КНР вырос примерно в три раза. Как отмечалось, Китай является третьим по значимости торговым партнером Российской Федерации, а Россия - восьмым для КНР. Следовательно, чтобы эффективно разрешить возникший спор, в первую очередь необходимо включить в контракт четко сформулированное условие об арбитраже. При выборе арбитражной оговорки сторонам необходимо предвидеть большинство юридических последствий возможного арбитражного разбирательства, а также учитывать специфику механизма исполнения иностранных арбитражных решений.

Анализ международных коммерческих контрактов между китайскими и российскими компаниями показывает повсеместное включение в контракты оговорок о разрешении коммерческих споров в постоянно действующих арбитражных центрах при национальных торговых палатах двух стран: Международном коммерческом арбитражном суде при Торгово-промышленной палате РФ и Китайской международной экономической и торговой арбитражной комиссии при Китайской палате международной торговли (Китайском комитете содействия развитию международной торговли). Правовой основой рассматриваемых вопросов должны быть международные акты: Нью-Йоркская конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г., Типовой закон ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже 1985 г., Вашингтонская конвенция об урегулировании инвестиционных споров между государствами и физическими или юридическими лицами других государств 1965 г., Европейская конвенция о внешнеторговом арбитраже 1961 г., Женевская конвенция о приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1927 г., Арбитражный регламент ЮНСИТРАЛ 1976 г. и законодательные и нормативные правовые акты КНР (материкового Китая, Сянгана, Аомэня, Тайваня), России, положения регламентов постоянно действующих арбитражных центров в Китае.

Материковый Китай, Сянган, Аомэнь и Тайвань стремятся к нормативно-правовому регулированию международного коммерческого арбитража в соответствии с международными стандартами. Основанное на международных стандартах регулирование процедуры международного коммерческого арбитражного разбирательства и процесса исполнения арбитражных решений может быть успешно интегрировано в правовые системы, базирующиеся на различных традициях.

Таким образом, нормы международных организаций и межгосударственных объединений выступают как своего рода общий знаменатель, как критерий и ускоритель сближения национальных правовых систем <20>. Следует остановиться на этих правовых регуляторах подробнее.

<20> Тихомиров Ю.А. Курс сравнительного правоведения. М., 1996.

Одним из важных направлений возможного совершенствования правового регулирования международного коммерческого арбитража будет его адаптация к новеллам Типового закона, одобренным ЮНСИТРАЛ в 2006 г. в части положений об обеспечительных мерах при международном арбитражном разбирательстве и о форме арбитражного соглашения с учетом сближения соответствующего законодательного регулирования на уровне, обеспечивающем эффективное рассмотрение споров и исполнение арбитражных решений. Так, доктрина автономности арбитражного соглашения, общепризнанная в международном праве и внутреннем праве подавляющего числа государств мира, все в большей мере воплощается в законодательстве Китая. Арбитражное соглашение в Китае может быть признано недействительным лишь в ограниченных случаях: если в нем будут обнаружены пороки воли (заблуждение, обман и др.), нарушения требования закона к содержанию и форме заключенного арбитражного соглашения. В иных случаях законодательство гарантирует признание арбитражного соглашения. Успешное практическое функционирование международных арбитражных институтов и их востребованность со стороны хозяйствующих субъектов, а также действенность механизма исполнения арбитражных решений органами государственного правосудия могут иметь место в рамках различных социально-экономических и политических систем.

Повсеместно отмечается, что институт международного коммерческого арбитража в четырех регионах Китая находится в состоянии активного развития. В условиях глобализации перед ними стоят актуальные задачи интернационализации и модернизации. Лучшим по уровню нормативного регулирования является Положение Сянгана "Об арбитраже", немного уступает ему Специальный порядок Аомэня "О зарубежном коммерческом арбитраже". Создатели данных правовых актов старались максимально учесть положения Нью-Йоркской конвенции о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений и Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже, а также наиболее адаптированные зарубежные аналоги. Безусловно, реализация задачи совершенствования правового регулирования международного коммерческого арбитража отличается в указанных китайских регионах, поскольку различны как уровень, так и характер действующего регулирования. По распространенности арбитражного способа разрешения коммерческих споров дальше всех ушли Сянган и Аомэнь, приняв современные законодательные правила. Принятые в Тайване и в материковом Китае законы об арбитраже нуждаются в совершенствовании, так как они не полностью отвечают уровню Типового закона ЮНСИТРАЛ. Однако в ближайшее время ожидается корректировка этого закона, с тем чтобы обеспечить соответствие его положений современным международным стандартам и лучшим зарубежным образцам.

Полноценные механизмы контроля и содействия в сфере международного коммерческого арбитража со стороны государственных судебных органов реализуются во всем "Большом Китае", что позволяет в целом эффективно добиваться признания и принудительного исполнения арбитражных решений. Адекватно определены и судебные инстанции для рассмотрения вопросов признания и принудительного исполнения решений. Так, в КНР инстанцией для первоначального рассмотрения вопросов исполнения международных арбитражных решений являются суды среднего звена. В частности, это позволяет обеспечить специализацию судей и не допускать неправомерного отказа с их стороны в исполнении решений.

Межгосударственные объединения в Азии побуждают изучать и сравнивать законодательство КНР с законодательством иных государств, находить общие правовые решения, включая юридические компромиссы. По справедливому мнению Ю.А. Тихомирова, среди международных структур межгосударственные объединения приобретают все больший удельный вес как более высокая степень государственно-правовой интеграции, для которой характерны: общие историко-социальные судьбы государств; географическая близость; отражение в структуре системы национально-государственных институтов и их жесткое взаимодействие; строгая "связанность" национальных правовых актов императивными актами межгосударственных объединений; наличие специальных процедур разрешения споров между государствами-членами <21>. Вне связи с динамичными нормативно-правовыми массивами межгосударственных объединений, определяющих современное правовое пространство, нельзя рассматривать и развивающееся законодательство КНР и ее правовую систему. Одним из таких правовых пространств, где взаимодействуют и сосуществуют разные нормативно-правовые массивы, признается объединение форумов - Азиатско-Тихоокеанское Экономическое Сотрудничество (АТЭС). В основе АТЭС лежат общие интеграционные процессы и укрепляющееся сотрудничество государств в экономической, социальной и иных сферах. С учетом этого в условиях нарастающей правовой интеграции возрастает роль сравнительного правоведения. Несмотря на то что растет значение "многочленных сравнений", можно вести речь о пересечениях систем и в "парных" сравнениях. Договоры и соглашения о сотрудничестве КНР и Российской Федерации прокладывают путь для соответствующего "парного" сближения правовых актов и институтов. Но негативная сторона современного состояния российско-китайских отношений заключается в том, что стратегическое взаимодействие держится лишь на прагматичных договоренностях лидеров, а экономических связей становится все меньше в условиях падения интереса России к Китаю как торговому партнеру по экспорту сырья и топлива. По данным Росстата, за 12 месяцев 2009 г. в экономику России поступило 9 млрд. 757 млн. долл. китайских инвестиций, за шесть месяцев 2010 г. - 1 млрд. 269 млн. долл. китайских инвестиций, в том числе 1 млрд. 230 млн. долл. - прочих инвестиций. Преобладание прочих инвестиций связано с предоставлением Банком развития Китая компаниям "Транснефть" и "Роснефть" кредитных средств в обмен на долгосрочные поставки нефти в Китай и строительство ответвления нефтепровода в КНР.

<21> Тихомиров Ю.А. Сравнительное правоведение: развитие концепций и общественной практики // Журнал российского права. 2006. N 6.

Китайские ученые разработали рекомендации по формированию стратегии социально-экономического развития Китая до середины XXI в., подъема его до уровня экономически развитых стран. К 2050 г. в КНР завершится социалистическая модернизация, в отдельных сферах страна достигнет передового мирового уровня.

Следует согласиться с известной формулой: нельзя лишать сравнительное правоведение его целевых ориентиров. В связи этим необходимо отметить основную особенность развития законодательства Китайской Народной Республики - формирование правовой стратегии, направленной на контроль над будущим. Правовая стратегия будущего достигается в повседневной правоприменительной практике Китая. Анализ в рамках сравнительного правоведения во многом предопределяется его функциями, задающими целевую ориентацию и векторы изучения, сопоставления, оценки. Совершенно очевидны проблемы правовых различий наших стран с точки зрения возможностей их преодоления. В данном контексте можно говорить о различиях, причем не только о временных и долгосрочных, но и о неустранимых.

Безусловно, акцент на сопоставлении только законов оставляет в тени другие явления правовой жизни: источники права, государственные институты, юридические учреждения, правоприменение, юридическое образование и науку. Очевидно, к положительным моментам проведенного анализа действующего законодательства Китая следует отнести то, что речь идет не об одномоментном взгляде, а о сложном познавательном процессе его интенсивного развития.

Библиография

Ван Чжихуа. Влияние советского права на право КНР // Государство и право. 2010. N 4.

Ведомости Государственного Совета КНР. Пекин, 2002. N 2.

Дюмулен И.И. Всемирная торговая организация. М., 2004.

Ковалев А.А. Международное экономическое право и правовое регулирование международной экономической деятельности. М., 2007.

Ли Теин. Китай и ВТО // Проблемы Дальнего Востока. 2002. N 4.

Политическая система и право КНР в процессе реформ 1978 - 2005 гг. / Под ред. Л.М. Гудошникова. М., 2007.

Попов А.А. Судебная система: проблемы развития // Арбитражные споры. 2007. N 1.

Разъяснение документов о присоединении КНР к ВТО. Пекин, 2002.

Российское гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. М., 2010. Т. II.

Сборник документов КНР о вступлении в ВТО. Пекин, 2004.

Тихомиров Ю.А. Курс сравнительного правоведения. М. 1996.

Тихомиров Ю.А. Сравнительное правоведение: развитие концепций и общественной практики // Журнал российского права. 2006. N 6.

Хуан Цзинь. Исследование о межрегиональных правовых вопросах в Китае. Пекин, 2001.

Ци Чжушэн. Основные современные правовые системы / Пер. с франц. Шанхай, 1984.

Report of the Working Party on the Accession of China. Par. 238. Beijing, 2001.