Мудрый Юрист

Реабилитация по делам частного обвинения (в свете постановления конституционного суда РФ от 17.10.2011)

Иванов В.В., доцент кафедры уголовного процесса и криминалистики Самарского государственного университета, кандидат юридических наук.

Действующее российское законодательство конструируется таким образом, что во всех отраслях законодатель стремится реализовывать провозглашенное в ст. 2 Конституции РФ правило: "Человек, его права и свободы являются высшей ценностью". Наряду с этим ст. ст. 52 и 53 Конституции РФ, гарантируя потерпевшим от злоупотреблений властью право на доступ к правосудию, закрепляют за ними право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти и должностных лиц. Одним из проявлений этих положений является институт реабилитации.

Отказ от существовавших ранее взглядов на уголовный процесс как на инструмент борьбы с преступностью привел к законодательному закреплению в качестве назначения уголовного судопроизводства приоритета прав и законных интересов личности. При этом ч. 2 ст. 6 УПК РФ гласит, что уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию.

В Уголовно-процессуальном кодексе реабилитация определяется как "порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда" (п. 34 ст. 5 УПК РФ). Этот порядок существует применительно к случаям оправдания лица и прекращения уголовного преследования по т.н. реабилитирующим основаниям (отсутствие события преступления, отсутствие состава преступления, непричастность лица к совершению преступления), а также для случаев, когда в отношении лица, не являющегося подозреваемым или обвиняемым, незаконно применялись меры уголовно-процессуального принуждения. Именно для описанных ситуаций закон устанавливает процедуру восстановления в правах, закрепляя за указанными лицами право на возмещение причиненного вреда за счет казны.

Однако право на реабилитацию в случае оправдания или прекращения уголовного преследования по делам частного обвинения не возникает. Закрепляя право на возмещение вреда в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора, суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ), законодатель не упоминает о возмещении вреда, причиненного в результате действий частного обвинителя. И, хотя ч. 9 ст. 132 УПК РФ допускает возможность взыскания процессуальных издержек с лица, по жалобе которого было начато производство по делу частного обвинения, говорить о полном восстановлении в правах лиц, привлеченных к уголовной ответственности по делам данной категории, не представляется возможным.

Вопрос о возмещении вреда, причиненного незаконным привлечением к ответственности по делам частного обвинения, неоднократно был предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ <1>. В своих решениях он указывал, что нормы уголовно-процессуального закона, регламентируя порядок возмещения государством вреда, причиненного органами государственной власти или должностными лицами гражданину в результате уголовного преследования, как таковые направлены на защиту прав и законных интересов лиц, незаконно подвергшихся уголовному преследованию. В то же время Кодекс не содержит указания на распространение норм о реабилитации на случаи возмещения вреда лицу, уголовное преследование в отношении которого осуществлялось в порядке частного обвинения и которое было оправдано либо дело которого было прекращено в связи с отказом частного обвинителя от обвинения. Согласно позиции Конституционного Суда РФ это не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием. Такая защита может быть осуществлена путем принятия судом по заявлению этого лица решения о возмещении ему вреда в ином процессуальном порядке на основе норм гражданского права.

<1> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 25.01.2007 N 136-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Яковлева Ильи Алексеевича на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 11, частью первой и пунктом 2 части второй статьи 133 и частью первой статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации"; Определение Конституционного Суда РФ от 28.05.2009 N 643-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Васева Андрея Михайловича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".

17 октября 2011 г. Конституционным Судом РФ было вынесено Постановление N 22-П <2>, которым положения частей первой и второй ст. 133 УПК Российской Федерации были признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 19 (ч. ч. 1 и 2) и ст. 53, в той мере, в какой данные нормы - по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, - служат основанием для отказа лицу, в отношении которого выдвигалось частное обвинение, в возмещении государством вреда, причиненного незаконными и (или) необоснованными решениями суда (судьи).

<2> Постановление Конституционного Суда РФ от 17 октября 2011 г. N 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.А. Тихомировой, И.И. Тихомировой и И.Н. Сардыко.

Заявители первоначально были признаны виновными приговором мирового судьи, либо уголовное дело в отношении их прекращалось по нереабилитирующим основаниям. Впоследствии данные судебные решения были отменены и заявители были оправданы, после чего они обратились с заявлением о возмещении имущественного ущерба и компенсации морального вреда, причиненных незаконным уголовным преследованием и осуждением. Судами в удовлетворении заявленных требований было отказано, поскольку уголовное дело в отношении заявителей было возбуждено по обвинению, предъявленному частным обвинителем, а по уголовным делам частного обвинения право на реабилитацию Уголовно-процессуальным кодексом не предусмотрено.

Рассматривая жалобы заявителей, Конституционный Суд на этот раз исходил из того, что значение имеет не процедура, в рамках которой был причинен вред, а субъект, его причинивший. В Постановлении указано: "Законодательные нормы, регламентирующие возмещение ущерба, причиненного лицу в результате нарушения его прав и свобод, в уголовном судопроизводстве, не содержат положений, исключающих ответственность государства за незаконные действия (или бездействие) и решения суда по той лишь причине, что уголовное преследование осуществлялось в частном порядке... применимость закрепленного главой 18 УПК РФ специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут быть лишь упомянутые в части первой ст. 133 УПК Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей".

В то же время специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК Российской Федерации. "Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение... При оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (ч. 9 ст. 132 УПК РФ)... Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК Российской Федерации не предусматривается".

К сожалению, рассматриваемое Постановление не снимает всех вопросов, которые возникают при реализации права на реабилитацию по делам частного обвинения. Анализ положений законодательства позволяет прийти к единственно возможному выводу: если лицо было привлечено к уголовной ответственности по делу частного обвинения и осуждено, а впоследствии приговор был отменен и лицо было оправдано/дело прекращено по реабилитирующим основаниям, добиваться возмещения причиненного вреда человек будет в рамках двух самостоятельных процессов: уголовного, в порядке ст. 399 УПК РФ (о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями и решениями судьи), и гражданского (о возмещении вреда в связи с необоснованным обращением частного обвинителя в суд и компенсацией морального вреда).

Справедливости ради следует отметить, что по делам публичного и частно-публичного обвинения законодатель также обрекает реабилитированного, желающего полного восстановления нарушенных прав и получения компенсации, на необходимость прохождения двух процедур: уголовно-процессуальной - для возмещения имущественного вреда и восстановления личных неимущественных прав (ст. ст. 135, 138, 399 УПК РФ) и гражданско-процессуальной - для компенсации морального вреда (ст. 136 УПК РФ).

Насколько справедливо такое положение вещей? Гражданское законодательство (п. 1 ст. 1070 ГК РФ) закрепляет правило, согласно которому "вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде... возмещается за счет казны... в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом". Таким законом, по нашему мнению, должен быть именно Уголовно-процессуальный кодекс РФ. В научной и учебной литературе неоднократно обращалось внимание на недопустимость создания ситуаций, в которых реабилитированный вынужден обивать пороги казенных учреждений в целях восстановления справедливости, а также нести бремя доказывания <3>. Представляется, что возложение на реабилитированного обязанности пройти еще два судебных разбирательства для получения справедливого возмещения в полном объеме не соответствует указанному выше назначению уголовного судопроизводства.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (отв. ред. И.Л. Петрухин) включен в информационный банк согласно публикации - Велби, Проспект, 2008 (6-е издание, переработанное и дополненное).

КонсультантПлюс: примечание.

Монография Безлепкина Б.Т. "Настольная книга судьи по уголовному процессу" включена в информационный банк согласно публикации - Проспект, 2008 (2-е издание).

<3> См., например: Безлепкин Б.Т. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. И.Л. Петрухин. М.: Велби; Проспект, 2004. С. 219; Безлепкин Б.Т. Настольная книга судьи по уголовному процессу. М.: Проспект, 2007. С. 170.

Для сравнения можно обратиться к нормам, регулирующим участие потерпевшего в уголовном процессе. Закон устанавливает, что потерпевший может требовать возмещения причиненного ему преступлением вреда (физического, имущественного, морального) и заявить гражданский иск в уголовном деле (ст. ст. 42, 44 УПК РФ). По общему правилу суд в приговоре обязан разрешить не только ключевой вопрос уголовного дела - вопрос о виновности лица в совершении преступления, но и заявленные по делу исковые требования потерпевшего, гражданского истца (ст. ст. 299, 309 УПК РФ). Такой порядок обеспечивает потерпевшему, т.е. лицу, чьи права были нарушены преступлением, максимально полное и быстрое восстановление социальной справедливости и возмещение причиненного преступлением вреда.

Реабилитированный, так же как и потерпевший, помимо своей воли вовлекается в орбиту уголовно-процессуальных отношений, претерпевает различного рода правоограничения, подчас весьма серьезные и длительные, но описанные сложности процесса реабилитации не способствуют реализации им права на полное возмещение причиненного вреда.

В связи с изложенным представляются бесспорными необходимость унификации процедуры возмещения реабилитированному всех видов вреда и недопустимость дробления этих вопросов на несколько самостоятельных судебных разбирательств, ибо если нарушение прав носило комплексный характер, то и их восстановление должно осуществляться комплексно. Выделение вопроса о компенсации причиненного реабилитированному морального вреда в отдельную судебную процедуру представляется необоснованным и надуманным, поскольку, как говорилось ранее, вопрос о компенсации морального вреда потерпевшим разрешается судами в рамках уголовного дела, данная практика сформировалась и является устоявшейся.

Полагаем, что такой же подход должен быть применен к делам частного обвинения. Даже если лицо было оправдано судом первой инстанции и в период производства по делу судьей не принималось никаких незаконных действий и решений, лицу был причинен моральный вред уже самим необоснованным привлечением к уголовной ответственности. Предлагать человеку добиваться восстановления прав, нарушенных в уголовном судопроизводстве, путем обращения в суд в порядке гражданского процесса и перелагать в связи с этим на него бремя доказывания представляется несправедливым. Реабилитация - институт уголовно-процессуального права, следовательно, и "порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда" (п. 34 ст. 5 УПК РФ) должен быть уголовно-процессуальным.

Для того чтобы реабилитированное лицо имело реальную возможность получить справедливое возмещение причиненного ему вреда, процедура реабилитации независимо от характера заявленных требований (о восстановлении имущественных, личных неимущественных прав и о компенсации морального вреда) и вида уголовного преследования (публичного, частно-публичного, частного обвинения) должна быть упрощена и унифицирована.