Мудрый Юрист

Судебный контроль на стадии возбуждения уголовного дела как гарантия защиты конституционных прав и свобод *

<*> Voly'nskij V.V. Judicial control at the stage of initiation of criminal case as a guarantee of constitutional rights and freedoms.

Волынский Владимир Владиславович, адъюнкт ФГКУ "ВНИИ МВД России".

В статье исследуются вопросы судебного контроля на первоначальном этапе досудебного производства как элемента совокупной системы правовых способов и средств, обеспечивающих реализацию гарантированных Конституцией РФ прав и свобод граждан.

Ключевые слова: судебный контроль, прокурорский надзор, возбуждение уголовного дела, уголовно-процессуальные гарантии.

The article studies the issues of judicial control at the primary stage of pre-judicial proceedings as an element of aggregate system of legal methods and means securing realization of rights and freedoms of citizens guaranteed by the Constitution of the RF.

Key words: judicial control, procurator's supervision, initiation of criminal case, criminal-procedure guarantees.

Современное российское уголовно-процессуальное законодательство предусматривает судебный контроль на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, в рамках которого проверяются законность и обоснованность деятельности должностных лиц соответствующих правоохранительных органов в сфере уголовного судопроизводства с целью выявления и устранения допущенных ошибок, нарушений уголовно-процессуальной формы.

В большей степени законодатель уделил внимание нормативному регулированию и регламентации судебного контроля лишь в отношении следственных и иных процессуальных действий, применения мер процессуального принуждения, затрагивающих конституционные права граждан, попавших в орбиту уголовного процесса на досудебном производстве.

При этом практически без внимания остался глубочайший пласт для исследования проблематики судебного контроля по отношению к деятельности органов дознания и предварительного следствия на стадии возбуждения уголовного дела.

Зачастую при появлении сведений о преступлении, согласно действующему законодательству, допускается параллельное проведение оперативной и уголовно-процессуальной проверки. Законность действий должностных лиц органа дознания и предварительного следствия в этом случае может быть оспорена в суде, если буквально руководствоваться предписаниями ч. 2 ст. 5 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", ст. 125 УПК РФ и п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г. N 1, и в порядке гражданского судопроизводства. И лишь в случае, когда решения и действия должностных лиц органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, состоялись в рамках проверки поступивших заявлений и иных сообщений о совершенном или готовящемся преступлении, проводимой по поручению следователя, руководителя следственного органа и органа дознания, такие решения и действия могут быть обжалованы в соответствии со ст. 125 УПК РФ.

В этой связи весьма актуален вопрос об оправданности и практической целесообразности использования существенно отличающихся друг от друга процедур судебной проверки жалоб (заявлений) на решения и действия должностных лиц, органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность по выявлению, пресечению преступлений, в зависимости от того, осуществлялись ли они до появления повода к возбуждению уголовного дела или в рамках проверки такового по поручению органа дознания, следователя. Если учесть принципиальные различия в правилах проверки, предусмотренной главой 25 ГПК РФ и ст. 125 УПК РФ, то обоснование выбора адекватной процессуальной формы судебной проверки законности и обоснованности решений и действий должностных лиц, органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность по выявлению, пресечению и расследованию преступлений, становится важной научной и практической задачей. Кроме того, неполнота правовой регламентации полномочий должностных лиц органов дознания и предварительного следствия, в том числе и по установлению признаков преступления для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, дает возможность для трактовки отдельных положений закона по усмотрению правоприменителя, что приводит к смешению процессуальной, оперативно-розыскной и административной деятельности, характеризующихся отсутствием должных гарантий обеспечения прав и законных интересов личности. В этих условиях вероятность серьезных нарушений закона, в том числе конституционных норм, допускающих ограничения прав и свобод человека и гражданина, значительно возрастает, что предполагает усиление роли судебного контроля за законностью и обоснованностью названной деятельности на стадии возбуждения уголовного дела. Это, в свою очередь, требует не только четкого определения предмета судебного обжалования, но и усиления гарантий правовой защищенности граждан в данной сфере правоприменительной деятельности.

Для реализации существующих и закрепленных Конституцией РФ прав на жизнь, свободу, личную неприкосновенность и другие блага необходима действенная система гарантий. В эту систему входят как общие, т.е. экономические, политические, духовные, так и специальные, которые имеют значение юридических гарантий. Именно они непосредственно и обеспечивают реальный правовой статус личности в уголовном судопроизводстве. При этом нецелесообразно сводить их к какому-либо одному средству. Они в своей совокупности являются многоуровневой структурой. В эту структуру входят как средства, предоставленные соответствующим государственным органам и должностным лицам, осуществляющим уголовное судопроизводство, и направленные на установление факта совершения преступления, изобличение и наказание виновного или на установление невиновности, так и средства, обеспечивающие гражданам (участникам уголовного судопроизводства) охрану и реализацию их правовых интересов, а равно и выполнение ими своих обязанностей. Таким образом, процессуальные гарантии в своей совокупности должны представлять собой определенное единство. Оно заключается в том, что функции расследования и разрешения дела, по существу, не должны противоречить совокупности прав и законных интересов граждан, вовлеченных в уголовное судопроизводство в рамках конкретного уголовного дела. Однако эти права участников процесса сами по себе еще не являются уголовно-процессуальными гарантиями.

В юридической литературе под гарантиями понимаются правовые средства, встречается и упоминание о сочетании правовых средств и способов <1>. Последнее представляется более удачным выражением сущности гарантий, поскольку ни одно правовое средство не может быть действенным без конкретно определенных в законе способов их реализации.

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник А.В. Смирнова, К.Б. Калиновского "Уголовный процесс" (под общ. ред. А.В. Смирнова) включен в информационный банк согласно публикации - КНОРУС, 2008 (4-е издание, переработанное и дополненное).

<1> Курс уголовного судопроизводства: Учебник: В 3 т. / Под ред. В.А. Михайлова. М.: Издательство Московского психолого-социального института, 2006. Т. 1. Общие положения уголовного судопроизводства. С. 44; Стецовский Ю.И. Право на свободу и личную неприкосновенность: нормы и действительность. М.: Дело, 2000. С. 101; Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс. Краткий курс. 2-е изд. СПб.: Питер, 2010.

Юридические гарантии охватывают все правовые средства осуществления права человека на свободу и личную неприкосновенность. Но, как справедливо отмечено, каждое право может быть осуществлено, когда ему соответствует чья-то обязанность. Применительно к правам человека в сфере уголовного судопроизводства юридические гарантии - это прежде всего обязанности государственных органов и должностных лиц <2>. Таким образом, уголовно-процессуальные гарантии - это специальные правовые средства и способы их реализации, обеспечивающие осуществление прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, а равно и выполнение ими своих обязанностей. Специальный характер этих средств заключается в том, что они позволяют соответствующему лицу принудительно защитить свое право или добиться выполнения кем-либо его обязанностей, независимо от воли противостоящих ему субъектов.

<2> Стецовский Ю.И. Указ. соч. С. 101.

Для того чтобы права, не обеспеченные соответствующей системой гарантий, не превратились в своего рода фикцию, законодатель предусмотрел определенные правовые механизмы реализации этих прав, обязанности их соблюдения должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, а также средства процессуального надзора и контроля, которые призваны обеспечивать законность уголовного судопроизводства, включая правомерность ограничения конституционных прав и свобод личности.

Обеспечивая режим законности, государство использует различные способы, среди которых немаловажное значение имеют контрольно-надзорные функции соответствующих его органов: прокуратуры и суда. Осуществление названной функции должно быть предметным и в то же время универсальным, где каждый государственный орган, исходя из современной доктрины разделения властей, призван исполнять свои функции постоянно, не допуская прерывности и эпизодичности и подмены полномочий одного государственного органа другим. Хотя это и не исключает их взаимодополняемости.

В юридической литературе справедливо отмечается значимость существования на стадии возбуждения уголовного дела возможности осуществления контроля и надзора за действиями органов предварительного расследования за законностью и обоснованностью возбуждения (или отказа) в начале производства по уголовному делу, что предполагает законодательное урегулирование системы средств и способов, обеспечивающих ее реализацию <3>. Как известно, "неотъемлемой чертой уголовно-процессуальной деятельности при возбуждении уголовных дел" выступает развернутая система процессуального контроля и надзора, призванная обеспечить законность и обоснованность действий и решений следователя и дознавателя, без которой реализация назначения уголовного судопроизводства весьма затруднительна <4>.

<3> См.: Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В., Мичурин В.С. Проблемы нарушений уголовно-процессуальных норм при возбуждении и прекращении уголовных дел, способы их устранения: Монография. М., 2004. С. 52.
<4> Химичева Г.П. Досудебное производство по уголовным делам: концепция совершенствования уголовно-процессуальной деятельности. М.: Экзамен, 2003. С. 284.

Исходя из того что "системе обеспечения законности и обоснованности процессуальной деятельности следователя и дознавателя свойственна многосубъектность" <5>, следует учитывать, что в ней одним из наиболее ярких проявлений выступает соотношение прокурорского надзора, судебного контроля и ведомственного процессуального контроля.

<5> Там же.

Следует согласиться с существующим мнением, что понятия "надзор" и "контроль" весьма близки по своему смысловому значению, а поскольку в законодательной и правоприменительной практике до сих пор не проведено четкого разграничения этих терминов, то зачастую ими оперируют как идентичными, несмотря на определенные различия.

Несомненно, что отсутствие в уголовно-процессуальном законе указания на конкретные способы проведения проверки сообщения о любом совершенном или готовящемся преступлении на стадии возбуждения уголовного дела способствует росту количества нарушений прав и интересов личности, вовлеченной в орбиту уголовного судопроизводства на данной стадии.

К примеру, в январе - сентябре 2010 г. на 3,7% возросло количество отмененных постановлений об отказе в возбуждении уголовных дел с последующим их возбуждением (106,6 тыс.). При этом руководителями следственных органов количество таких постановлений было отменено на 1,2% меньше (20,0 тыс.), чем за аналогичный период прошлого года, из них по инициативе органов прокуратуры - 12,4 тыс. (62,0% от общего количества отмененных). Прокурорами по делам дознания отменено 86,6 тыс. постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела с последующим его возбуждением (+ 4,9%), из них по инициативе органов внутренних дел - 43,0 тыс. (49,7% от общего количества отмененных).

Определенные шаги по устранению этого явления предпринимаются законодателем.

В чем же конкретно это выражается:

<6> В отношении освидетельствования как следственного действия, допускаемого в порядке исключительности до принятия решения о возбуждении уголовного дела производством, следует отметить, что по смыслу закона (ч. 1 ст. 179 УПК РФ) оно возможно лишь в отношении подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, а также свидетеля, с его согласия, за исключением случаев, когда освидетельствование необходимо для достоверности его показаний. Полагаем, что в последнем случае целесообразно предусмотреть в уголовно-процессуальном законе условие, что для этого необходимо получение согласия суда, поскольку в данной ситуации существенно затрагиваются конституционные права и свободы гражданина, вовлеченного в сферу уголовного судопроизводства, но не относящегося ни к участникам со стороны обвинения, ни со стороны защиты.

В юридической литературе справедливо отмечено, что судебный контроль состоит в выдаче судебных решений на право проведения следственных действий и оперативных действий, ограничивающих конституционные права граждан, а также в разрешении жалоб граждан на решения и действия дознавателей, следователей, прокуроров. При выдаче "соответствующих судебных решений это означает, что судья не разрешает уголовное дело по существу, а лишь ограничивается выдачей санкции на проведение отдельных процессуальных действий". И хотя в этой ситуации названная деятельность, свойственная правосудию, осуществляется в процессуальной форме, тем не менее в полном объеме она таковой не является. Это лишь функция контроля в рамках правосудия <7>.

<7> См.: Петрухин И.Л. Судебная власть: контроль за расследованием преступлений. М.: Велби, 2008. С. 32.

Анализируя полномочия прокурора в сфере надзора за соблюдением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие выделяют следующие направления, которые определены предметом и задачами данного вида прокурорского надзора, а именно:

В ходе прокурорской проверки изучаются все необходимые источники информации о совершенных или готовящихся преступлениях, дается оценка полноты регистрации поступивших сообщений. В случае установления нарушений закона принимаются меры прокурорского реагирования <8>.

<8> Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В., Мичурин В.С. Проблемы нарушений... С. 69.

Отдельные полномочия прокурора в сфере надзора за законностью в деятельности органов, осуществляющих досудебное производство, на стадии возбуждения уголовного дела в определенной степени пересекаются с судебным контролем. Примером тому могут послужить полномочия прокурора, предусмотренные п. 5 ч. 2 ст. 37 УПК РФ, а именно касающиеся дачи согласия дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства о производстве процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения. Сюда же можно отнести и содержание п. 8 ч. 2 ст. 37 УПК РФ;

Анализируя вышеупомянутое положение закона, предусмотренное ст. 124 УПК РФ, содержание ранее названной ст. 125 УПК РФ и сопоставляя их, можно прийти к выводу, что обжалование в суд отказа в приеме сообщения о преступлении до сих пор еще не получило такого же распространения на практике, как прокурорский порядок обжалования этого отказа. Думается, что, несмотря на относительную новизну института судебного контроля, возможно рассматривать его в качестве альтернативы прокурорскому надзору в названной области. При этом следует учитывать, что реформирование отечественного уголовно-процессуального законодательства допускает в настоящее время сохранять за прокурором "право реагировать на факты выявленных им нарушений закона при осуществлении им уголовного преследования", но он может это делать лишь путем обращения к органам расследования, а не самостоятельно.

В такой ситуации уместно предположить, что на первый план выступает значимость ведомственного процессуального контроля, а не прокурорского надзора. С другой стороны, авторы, возражавшие в свое время против введения института судебного контроля, зачастую строят свою аргументацию на таких доводах, к примеру, что тем самым снижается оперативность в деятельности органов расследования, особенно на стадии возбуждения уголовного дела <9>. Стоит отметить, что приведенный аргумент не соответствует действительности. Законодатель предусмотрел возможность в случаях, не терпящих отлагательства, производить органам расследования ряд действий без получения судебного решения (ч. 5 ст. 165 УПК РФ), разумеется, с последующим уведомлением и представлением полученных результатов прокурору и суду.

<9> Бойков А.Д. Третья власть в России. М., 1997. С. 226.

Следует признать: в юридической литературе справедливо отмечено, что "дознавателя, следователя и прокурора следует отнести к исполнительной власти с процессуально-обвинительными полномочиями" <10>, что подтверждается содержанием норм, регламентирующих их полномочия (глава 6 УПК РФ "Участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения"). С другой стороны, также верно и следующее утверждение, что "значительное расширение судебной юрисдикции объясняется пониманием того, что суд - более надежный гарант прав личности при расследовании преступлений, чем прокурор, выполняющий функцию обвинения. Суд не связан ведомственными интересами, независим и не несет ответственности за раскрытие преступлений" <11>. При этом пока еще неразрешенной проблемой на сегодняшний день является и то, что судья, принимавший участие в даче согласия на отдельные процессуальные действия на досудебных стадиях уголовного процесса, правомочен рассматривать это же дело в дальнейшем по существу в судебном заседании. Это означает исполнение судом функций, явно противоречащих друг другу. Полагаем, что законодателю целесообразно урегулировать обозначенное несоответствие путем внесения в ст. 61 УПК РФ дополнительного основания для отвода судьи.

<10> Петрухин И.Л. Указ. соч. С. 33.
<11> Там же. С. 122.

Изложенное в рамках настоящей статьи позволяет определенным образом обозначить границы исследуемой проблематики. Ее своевременное разрешение как на теоретическом и законодательном уровне, так и в правоприменительной практике должно способствовать совершенствованию надзорно-контрольных функций на стадии возбуждения уголовного дела, а также разработке конкретных способов и методов их реализации. Иными словами, осуществление функций судебного контроля, прокурорского надзора и ведомственного процессуального контроля предполагает их взаимодействие и взаимопроникновение.

Список литературы

  1. Стецовский Ю.И. Право на свободу и личную неприкосновенность: нормы и действительность. М.: Дело, 2000.

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник А.В. Смирнова, К.Б. Калиновского "Уголовный процесс" (под общ. ред. А.В. Смирнова) включен в информационный банк согласно публикации - КНОРУС, 2008 (4-е издание, переработанное и дополненное).

  1. Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс. Краткий курс. 2-е изд. СПб.: Питер, 2010.
  2. Химичева Г.П., Мичурина О.В., Химичева О.В., Мичурин В.С. Проблемы нарушений уголовно-процессуальных норм при возбуждении и прекращении уголовных дел, способы их устранения: Монография. М., 2004.
  3. Химичева Г.П. Досудебное производство по уголовным делам: концепция совершенствования уголовно-процессуальной деятельности. М.: Экзамен, 2003.
  4. Петрухин И.Л. Судебная власть: контроль за расследованием преступлений. М.: Велби, 2008.
  5. Бойков А.Д. Третья власть в России. М., 1997.
  6. Петрухин И.Л. Судебная власть: контроль за расследованием преступлений. М.: Велби, 2008.