Мудрый Юрист

Новеллы российского корпоративного законодательства

Шиткина И., профессор кафедры предпринимательского права МГУ имени М.В. Ломоносова, доктор юридических наук.

В статье автор освещает новеллы российского корпоративного законодательства и смежных с ним отраслей, которые вступили или вступят в силу в 2012 году. Особое внимание уделено правовому положению хозяйственного партнерства, включая определение его места среди других организационно-правовых форм предпринимательской деятельности.

Ключевые слова: новеллы корпоративного законодательства, хозяйственное партнерство, соглашение об управлении хозяйственным партнерством, соглашение акционеров, договор об осуществлении прав участников.

In the article the author touches upon the novels of the Russian corporate legislation and related branches, which have entered or will enter into force in 2012. Special attention is paid to legal regulation of the economic partnership, including the determination of its place among the other organizational and legal forms of entrepreneurial activity.

Key words: novels of the corporate legislation, economic partnership, agreement on economic partnership management, shareholder's agreement, participation agreement.

Окончание 2011 года ознаменовалось принятием существенных изменений в корпоративное законодательство и смежные с ним сферы правового регулирования, а также появлением проекта федерального закона "О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - проект изменений ГК РФ) <1>.

<1> http://www.rg.ru/2012/02/07/gk-site-doc.html

Федеральным законом от 3 декабря 2011 года N 380-ФЗ "О хозяйственных партнерствах" (далее - Закон о партнерствах, Закон) введена новая организационно-правовая форма предпринимательской деятельности <2>. Федеральный закон от 28 ноября 2011 года N 335-ФЗ "Об инвестиционном товариществе" напрямую не может быть отнесен к корпоративному законодательству, поскольку направлен на правовое регулирование инвестиционной деятельности по приобретению и (или) отчуждению не обращающихся на организованном рынке акций (долей), облигаций хозяйственных обществ, товариществ, финансовых инструментов срочных сделок, долей в складочном капитале хозяйственных партнерств, осуществляемой в форме договора простого товарищества <3>. Однако специфика такого объединения - организация на началах членства, а также объектов инвестирования позволяет вполне обоснованно заявить, что указанным Законом затрагивается деятельность корпораций.

<2> Вступит в силу 1 июля 2012 года.
<3> О целях введения в российскую правовую систему инвестиционных товариществ и особенностях этой формы инвестиционной деятельности см., например: Товарищи заменят венчурные фонды // Российская бизнес-газета. 2012. 28 февраля. N 8 (837).

Изменения, внесенные Федеральным законом от 6 декабря 2011 года N 401-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О защите конкуренции" и отдельные законодательные акты Российской Федерации" в Федеральный закон "О защите конкуренции", в числе прочего коснулись определения группы лиц и правовых последствий признания хозяйствующих субъектов группой лиц. А эта тема напрямую связана с регулированием ряда институтов акционерного законодательства, в том числе сделок с заинтересованностью, раскрытием информации, правовым режимом приобретения крупных пакетов акций.

Давно ожидаемые существенные изменения в налоговой сфере, в частности относительно налогового контроля за трансфертным ценообразованием (Федеральный закон от 18 июля 2011 года N 227-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием принципов определения цен для целей налогообложения"), и возможности для хозяйственных обществ, соответствующих определенным критериям, консолидировать налог на прибыль (Федеральный закон от 16 ноября 2011 года N 321-ФЗ "О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации в связи с созданием консолидированной группы налогоплательщиков") также самым тесным образом связаны с регулированием деятельности корпораций. Этот вывод вытекает из признания хозяйственных обществ взаимозависимыми лицами, консолидированной группой налогоплательщиков. На стыке смежных отраслей законодательства довольно часто возникают сложные практические проблемы. К числу таковых относится, в частности, вопрос о необходимости применения к соглашению о создании консолидированной группы налогоплательщиков требований корпоративного законодательства к сделкам, в совершении которых имеется заинтересованность. Его решение зависит от определения правовой природы соглашения о создании консолидированной группы налогоплательщиков; требует глубокого осмысления и выработки практических рекомендаций <4>.

<4> См. об этом в ближайших номерах журнала "Хозяйство и право".

Понятно, что в рамках одной статьи нереально осветить все новеллы законодательства, затрагивающие функционирование корпоративных форм предпринимательской деятельности. В этой публикации я намереваюсь рассмотреть правовое положение новой организационно-правовой формы предпринимательской деятельности - хозяйственного партнерства.

Для обозначения атмосферы принятия этого законодательного акта приведу две цитаты, концентрированно отражающие позиции сторонников и противников данного нововведения.

Так, Д. Степанов, представитель российских экспертов, активно лоббирующих введение в российское законодательство и практику правовых механизмов, используемых в зарубежных юрисдикциях <5>, оценивая значение хозяйственного партнерства, в частности, отметил: "Чем важна такая форма для бизнеса: впервые в российской юрисдикции реализуется идея максимальной свободы договора в корпоративном праве - участникам оборота дается возможность конструировать любые договоренности между бизнес-партнерами, затем "упаковывая" такие договоренности в корпоративную форму...

<5> Факт такого лоббирования не скрывается экспертами, и его цели простираются от создания условий конкурентоспособности и инвестиционной привлекательности российской экономики до обеспечения российских консалтинговых фирм заказами от российских клиентов, которые при наличии в российском праве аналогичных правовых механизмов не уходили бы к иностранным юрисдикциям с целью использования иностранного права.

Корпоративная форма ведения бизнеса в виде хозяйственного партнерства, видимо, будет лишена всех тех "родовых травм", которые типичны для российских ООО и АО (излишняя зарегулированность, слабая связь законодательства с потребностями бизнеса, слабая судебная защита ранее достигнутых договоренностей и т.п.)" <6>.

<6> Степанов Д.И. Новые формы инвестиционной деятельности: хозяйственные партнерства и инвестиционные товарищества - Адвокатское бюро "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры". 2012. Февраль // epam.ru/files/documents/publi.

Е. Суханов, руководитель группы по разработке части первой Гражданского кодекса РФ Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства (далее - Совет по кодификации <7>), признанный ученый в сфере цивилистики, представляющий академическое профессиональное сообщество, так оценил эту организационно-правовую форму: "Бизнес хочет не просто вести дела тайно, но и иметь право отказаться от традиционного принципа пропорциональности вкладов или долей участия и, соответственно, пропорциональности в распределении выгод, прибылей и убытков, обязанностей. В рамках этого юридического лица по соглашению один партнер может внести сто тысяч долларов и не иметь права голоса вообще, а второй - добавить в уставный капитал две копейки, но руководить всеми делами. Не исключено даже, что партнеры вложат по сто тысяч долларов, а третье лицо не даст ничего, но по этому соглашению будет всем управлять. Однако и возможность соразмерности сохраняется, если стороны зафиксируют в соглашении этот вариант" <8>. "Нет сомнений, - подчеркнул в другой публикации Е. Суханов, давая характеристику соглашению об управлении партнерством, а по сути, в целом указанной организационно-правовой форме, - что строгая конфиденциальность таких соглашений наряду с неограниченной возможностью участия в них и в партнерствах третьих лиц и "партнеров" с различными привилегиями, непропорциональными их имущественным вкладам, привлечет в них "инвесторов", "отмывающих" незаконно полученные доходы или занимающихся запрещенной им предпринимательской деятельностью (например, определенные категории чиновников и политиков)" <9>.

<7> Совет при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства был создан в соответствии с Указами Президента РФ от 5 октября 1999 года N 1338 и от 29 октября 2003 года N 1267 для целей приведения гражданского законодательства в соответствие с потребностями экономики и общественной жизни.
<8> Суханов Е.А. Интервью // Законодательство. 2012. N 1. С. 6.
<9> Суханов Е.А. Хозяйственное партнерство или инвестиционная коммандита? (размышления над законопроектами). В сб. статей: Развитие основных идей Гражданского кодекса России в современном законодательстве и судебной практике / Отв. ред. С.С. Алексеев. М.: Статут, 2011. С. 185.

Надо отметить, что члены Совета по кодификации всегда решительно выступали против введения в российское законодательство хозяйственных партнерств. Так, в решении Совета по кодификации, обсуждавшего этот законопроект 27 июня 2011 года, подчеркнуто, что возможность полного вывода управления "хозяйственным партнерством" за его пределы путем устранения всех партнеров от управления им и сосредоточения этого управления в руках третьих лиц, не несущих никаких обязанностей ни перед партнерами, ни перед партнерством, заставляет поставить вопрос: в чем состоит реальная цель введения в отечественный правопорядок такой фиктивной корпорации, к тому же при отсутствии в законопроекте норм о крупных сделках и сделках с заинтересованностью, правил об аффилированных лицах, об ответственности органов юридического лица за вред, причиненный им юридическому лицу, и т.п.?" <10>.

<10> Вестник гражданского права. 2011. N 4. С. 218 - 222.

Итак, существуют две диаметрально противоположные точки зрения, оценивающие правовую модель хозяйственного партнерства. Попытаемся выявить особенности этой организационно-правовой формы предпринимательской деятельности, прийти хотя бы к предварительным заключениям, поскольку окончательные выводы можно сделать, только обобщая практику применения соответствующих норм.

Хозяйственным партнерством (далее - партнерство) признается созданная двумя или более лицами коммерческая организация, в управлении деятельностью которой в соответствии с Законом о партнерствах принимают участие участники партнерства, а также иные лица в пределах и в объеме, которые предусмотрены соглашением об управлении партнерством (ст. 2).

Исходя из приведенного определения, хозяйственное партнерство является корпорацией (организацией, устроенной на началах членства) <11>. Рассматриваемая форма предпринимательской деятельности сочетает в себе признаки "объединения лиц" и "объединения капиталов". Особенности правового положения хозяйственного партнерства наиболее ярко могут быть выявлены при сопоставлении этой формы с обществом с ограниченной ответственностью (переходной формой от "объединения лиц" к "объединению капиталов") и товариществом на вере (коммандитным товариществом) как "объединением лиц" <12>.

КонсультантПлюс: примечание.

Учебник "Корпоративное право" (отв. ред. И.С. Шиткина) включен в информационный банк согласно публикации - Волтерс Клувер, 2007.

<11> О признаках корпорации см., например: Шиткина И.С. Корпоративное право: Учебный курс. М., 2011. С. 17 - 18. В соответствии со ст. 65.1 проекта изменений ГК РФ "юридические лица, учредители (участники, члены) которых обладают правом на участие в управлении их деятельностью (право членства), являются корпоративными организациями (корпорациями)".
<12> Сравнение хозяйственных партнерств именно с товариществами на вере (коммандитными товариществами), а не с полными товариществами связано с пониманием того, что у участников хозяйственных партнерств может быть различный объем прав, рисков и ответственности.

К особенностям, характеризующим хозяйственные партнерства как объединения лиц, можно отнести следующие:

Особенности, характеризующие хозяйственные партнерства как объединения капиталов, состоят в следующем:

Важно заметить, что изначально форма хозяйственного партнерства предполагалась только для инвестиционной деятельности, венчурных проектов, нуждающихся в особом правовом регулировании, в том числе для снижения риска привлечения инвестиций, особенно в интеллектуальной сфере и венчурном бизнесе. Но пока шли дебаты по проекту изменений ГК РФ, в Закон о партнерствах "проникла" норма, по сути, свидетельствующая об их общей правоспособности. Согласно ч. 3 ст. 2 Закона партнерство может иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами, если это не противоречит предмету и целям деятельности, определенно ограниченным уставом партнерства и соглашением об управлении партнерством. Установленные Законом о партнерствах ограничения на осуществление предпринимательской деятельности для хозяйственного партнерства минимальны и касаются права эмитировать облигации и иные ценные бумаги и рекламировать деятельность <13>; учреждать и быть участником других юридических лиц, за исключением ассоциаций и союзов. Последнее ограничение свидетельствует о том, что хозяйственные партнерства в российской правовой системе не относятся к контролирующим лицам, а могут выступать только подконтрольными организациями. Отсюда понятно их место в структуре холдинга: для хозяйственных партнерств возможен статус только экономически подчиненных субъектов, именуемых в современной бизнес-лексике дочерними компаниями.

<13> Это ограничение по-разному трактуют специалисты. Так, некоторые считают, что запрет на рекламу партнерством его деятельности будет противоречить основным целям - привлечению инвестиций. О. Макарова, напротив, положительно оценивая это ограничение, полагает, что оно в совокупности с информационной "закрытостью" делает хозяйственное партнерство защищенным от рейдерских захватов. См.: Макарова О. Хозяйственные партнерства: ноу-хау российского законодательства? // Хозяйство и право. 2012. N 2. С. 58.

Еще два законодательно установленных ограничения связаны с образованием хозяйственных партнерств. Партнерства могут быть созданы только путем учреждения; существует императивный запрет на образование партнерства путем реорганизации (ч. 1 ст. 8), то есть не стоит опасаться массового преобразования существующих хозяйственных обществ в хозяйственные партнерства. Для рассматриваемой организационно-правовой формы предпринимательской деятельности возможна лишь одна из пяти предусмотренных для хозяйственных обществ форм реорганизации: только в форме преобразования в акционерное общество (ч. 1 ст. 24).

Собственно, единственный "рудимент", свидетельствующий о первоначальной "инвестиционной" направленности этой организационно-правовой формы, проявляется в особенностях ответственности партнерства по его обязательствам, изложенных в ст. 3 Закона о партнерствах. Так, договоры партнерства с кредиторами - субъектами предпринимательской деятельности могут содержать положения о полном или частичном прекращении обязательств перед такими кредиторами при наступлении условий, указанных в договоре. При обращении взыскания на принадлежащие партнерству исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности обязательства партнерства перед кредиторами (с согласия всех участников партнерства или в соответствии с соглашением об управлении - иных лиц) могут быть полностью или частично исполнены одним, несколькими или всеми участниками партнерства. Взыскание на принадлежащие партнерству исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности может быть обращено только по решению суда. При ликвидации партнерства его участники, исполнившие обязательства партнерства перед кредиторами, имеют преимущественное право на результаты интеллектуальной деятельности, оставшиеся в имуществе партнерства после удовлетворения требований кредиторов (ч. 4 ст. 3).

Для правового регулирования хозяйственных партнерств характерна широкая степень диспозитивности.

По сути, законодателем предложены отказ от регулирования их статуса императивными нормами и передача этого вопроса на усмотрение учредителей (участников) общества в соглашении об управлении партнерством.

Е. Суханов по этому поводу указывает: "...безграничная договорная свобода формирования корпоративных отношений и ликвидация их императивного законодательного регулирования стирает различия между "объединениями лиц" и "объединения капиталов", одновременно устраняя традиционную защиту интересов кредиторов и участников корпораций, а широкий доступ к управлению корпорациями третьих лиц, не являющихся их участниками, окончательно размывает границы самих корпоративных отношений, лишая их какой-либо корпоративной специфики" <14>. Ученый полагает, что такой подход является результатом следования "чуждым европейским юристам" традициям английского корпоративного права, основанным на договорно-правовой природе корпоративных отношений. "При таком подходе, - заключает Е. Суханов, - корпоративное право фактически становится частью договорного права, а надобность в его особой теоретической разработке отпадает" <15>.

<14> Суханов Е.А. Очерк сравнительного корпоративного права. В сб. статей: Проблемы развития частного права / Отв. ред. Е.А. Суханов, Н.В. Козлова. М.: Статут, 2011. С. 195.
<15> Суханов Е.А. Очерк сравнительного корпоративного права. С. 162. Другие авторы наличие договорного характера корпоративных отношений, напротив, считают характеристикой, имманентно присущей гражданскому праву и позволяющей отнести их к соответствующей сфере правового регулирования. Так, А. Сергеев отметил: "Признание того, что организационные (корпоративные) отношения регулируются гражданским правом, с неизбежностью означает, что эти отношения также могут регулироваться на договорной основе". См.: Сергеев А. Юридическая природа и исполнимость соглашений акционеров по российскому праву // Корпоративный юрист. 2007. N 10. С. 7.

Не разделяя столь пессимистического взгляда на судьбы корпоративного права <16>, замечу, что широкая диспозитивность правового регулирования партнерства выражается, в частности, в том, что права и обязанности участников партнерства, а также права и обязанности лиц, не являющихся участниками партнерства, порядок и сроки осуществления прав и исполнения обязанностей регулируются соглашением об управлении партнерством, заключаемым при учреждении партнерства.

<16> Не все специалисты расценивают диспозитивность правового регулирования исключительно как его недостаток. Так, О. Макарова применительно к Закону о хозяйственных партнерствах утверждает: "Пожалуй, из всех законов, которые ныне регламентируют правовое положение коммерческих организаций, анализируемый Закон максимально диспозитивный, что является его положительной чертой". См.: Макарова О. Указ. соч. С. 58.

Соглашение об управлении партнерством должно содержать определенные положения, перечисленные в ч. 6 ст. 6 Закона о партнерствах, и может включать положения, названные в ч. 7 указанной статьи. Среди факультативных положений соглашения допустимы:

Важно подчеркнуть уже сказанное: соглашение об управлении партнерством регулирует также права и обязанности лиц, не являющихся участниками партнерства (инвесторов, кредиторов), порядок и сроки осуществления этих прав.

Широчайший спектр вопросов, которые может предусматривать соглашение об управлении партнерством, в сочетании с весьма ограниченным перечнем сведений, которые должен содержать устав партнерства (ч. 2 ст. 9 Закона о партнерствах), свидетельствует о максимально значительной степени диспозитивности регулирования этой организационно-правовой формы предпринимательской деятельности. В качестве аргумента для данного вывода замечу, что, к примеру, в уставе партнерства в разделе, относящемся к сфере управления, которая традиционно в корпоративном праве подвержена императивному регулированию, должны быть предусмотрены только порядок и срок избрания единоличного исполнительного органа партнерства, порядок его деятельности и принятия им решений.

Какова же правовая природа соглашения об управлении партнерством, которое, по сути, является основополагающим документом компании, определяющим ее статус? Оно, конечно, не относится к учредительным документам, поскольку таковым в силу Закона о партнерствах признается только устав общества. Соглашение об управлении партнерством не выступает в узком понимании внутренним документом организации (локальным нормативным актом), так как не утверждается компетентными органами хозяйственного партнерства, а в договорной форме заключается его участниками <17>.

КонсультантПлюс: примечание.

Статья И.С. Шиткиной "Локальное (внутреннее) нормотворчество в акционерном обществе" включена в информационный банк согласно публикации - "Налоги" (газета), 2006, NN 14, 15.

<17> О правовой природе и признаках локальных нормативных актов (внутренних документов) см.: Шиткина И.С. Локальное (внутреннее) нормотворчество в акционерном обществе // Предпринимательское право. 2005. N 3.

Представляется, что правовая природа соглашения об управлении партнерством сродни акционерному соглашению (ст. 32.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") или договору об осуществлении прав участников общества (п. 3 ст. 8 Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", далее - Закон об ООО) <18>.

<18> Вопрос о месте акционерных соглашений в системе правовой регламентации корпоративных отношений рассматривался мной в отдельной статье. См.: Шиткина И. Соглашения акционеров (договоры об осуществлении прав участников) как источник регламентации корпоративных отношений // Хозяйство и право. 2011. N 2. С. 36.

Однако между акционерным соглашением (договором об осуществлении прав участников) и соглашением об управлении партнерством есть существенные различия, которые, в частности, выражаются в следующем.

  1. Договор об осуществлении прав участников (акционерное соглашение) призван конкретизировать распределение прав участников общества и должен соответствовать положениям, изложенным в уставе общества <19>, а соглашение об управлении партнерством может содержать любые не противоречащие Закону о партнерствах и другим законодательным актам РФ условия по вопросам управления партнерством, деятельности, реорганизации и ликвидации партнерства, за исключением случаев, когда в соответствии с Законом такие положения должны содержаться в уставе партнерства. То есть при наличии противоречий между уставом и акционерным соглашением российский суд будет отдавать предпочтение именно уставу, тогда как в отношении партнерства применение положений устава возможно, только если приоритет положений устава определен в самом Законе.
<19> См.: решение Арбитражного суда г. Москвы от 24 ноября 2010 года по делу N А40-140918/09-132-894, известное как дело ООО "Верный знак". Преследуя цель создать прецедент, один из участников ООО "Верный знак" подал иск о признании недействительными ряда пунктов договора об осуществлении прав участников. Арбитражный суд г. Москвы занял абсолютно консервативную позицию по поводу применения положений договора об осуществлении прав участников в любой части, противоречащей законодательству или не содержащейся в уставе общества. Поскольку практика по акционерным соглашениям (договорам участников), сложившаяся после введения в законодательство этих институтов, незначительна, приведенное дело, по сути, играет роль прецедента.
  1. Участником соглашения об управлении партнерством, если это предусмотрено уставом партнерства, может быть само партнерство, в то время как хозяйственное общество не вправе выступать стороной акционерного соглашения (договора об осуществлении прав участников).
  2. Сторонами соглашения об управлении партнерством должны быть все участники партнерства, а также могут быть лица, не являющиеся участниками партнерства. Такой подход неприменим к участию в акционерном соглашении (договоре об осуществлении прав участников).
  3. Права и обязанности, приобретенные определенным участником партнерства в соответствии с соглашением об управлении партнерством, в случае перехода его доли в складочном капитале партнерства переходят к приобретателю доли в порядке и в объеме, определенными в соглашении об управлении партнерством. Участник акционерного соглашения (договора об осуществлении прав участников) при отчуждении акций (долей) не передает право на участие в соглашении (договоре).
  4. Различны способы правового обеспечения исполнения соглашения об управлении партнерством и акционерного соглашения. Так, соглашение об управлении партнерством может предусматривать любые способы обеспечения исполнения обязательств, а не только меры гражданско-правовой ответственности (возмещение убытков, взыскание неустойки (штрафа, пеней), выплату компенсации).

Независимо от применения мер гражданско-правовой ответственности нарушение условий соглашения об управлении партнерством:

Это допустимо, только если будет доказано, что другая сторона по договору знала или должна была знать об ограничениях, предусмотренных соглашением об управлении партнерством. Приведенное положение направлено на обеспечение стабильности имущественного оборота и соответствует ст. 174 ГК РФ.

Таким образом, если в современных российских реалиях акционерное соглашение (договор об осуществлении прав участников) не может выходить за рамки законодательного императивного регулирования и положений, установленных уставом общества, то для соглашения об управлении партнерством характерна максимальная свобода усмотрения, ограниченная только непосредственным указанием в Законе о партнерствах.

Говоря образно, соглашение об управлении партнерством - это воплощенная мечта о свободе правового регулирования сторонников акционерных соглашений по образу shareholder's agreements, реализованных в английском праве.

Соглашение об управлении партнерством заключается в письменной форме и подлежит обязательному нотариальному удостоверению и хранению у нотариуса по месту нахождения партнерства и вступает в силу для участников соглашения об управлении партнерством и третьих лиц с момента такого удостоверения.

Соглашение об управлении партнерством не является публичным документом: оно не подлежат государственной регистрации, сведения о нем не вносятся в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ); на наличие соглашения об управлении партнерством может быть указано только в уставе партнерства (п. 6 ч. 2 ст. 9 Закона о партнерствах). Так обеспечивается значительная степень "закрытости" партнерства, что служит основанием для признания достоинств этой организационно-правовой формы одними специалистами и ее полного неприятия другими.

Рассматривая отдельные особенности хозяйственного партнерства, следует остановиться на правовом положении его участников. Как непосредственно следует из ст. 4 Закона, участниками партнерства могут быть граждане и (или) юридические лица, за исключением тех, для кого соответствующие ограничения или запреты установлены федеральным законом. Партнерство, в отличие от хозяйственного общества, не может быть учреждено одним участником или стать "компанией одного лица" в результате выхода участников из партнерства. Количество участников партнерства ограничено 50. В ст. 5 Закона предусмотрены права и обязанности участников партнерства, которые практически идентичны правам и обязанностям участников общества с ограниченной ответственностью и подлежат классификации на организационно-управленческие, имущественные и преимущественные <20>. Существенное различие состоит в способе реализации статуса участников партнерства: управление деятельностью партнерства они осуществляют пропорционально принадлежащим им долям в складочном капитале партнерства, если иное не предусмотрено Законом о партнерствах и (или) соглашением об управлении партнерством.

<20> О правах участников хозяйственных обществ см.: Шиткина И. Правовое регулирование корпоративных прав и обязанностей // Приложение "Правовое регулирование корпоративных правоотношений" к журналу "Хозяйство и право". 2011. N 1.

Подобно праву участника общества с ограниченной ответственностью выход участника из партнерства правомерен, если право на выход предусмотрено соглашением об управлении (но не уставом, как определено в п. 1 ст. 26 Закона об ООО). Как и участник общества с ограниченной ответственностью, участник партнерства вправе потребовать приобретения партнерством, участниками, иными лицами принадлежащей ему доли в случаях, предусмотренных соглашением об управлении партнерством (п. 5 ч. 1 ст. 5 Закона о партнерствах). Законодательно установлена возможность исключения участника из партнерства (ст. 7):

Отсутствие требований к размеру складочного капитала партнерства также является камнем преткновения в спорах сторонников и противников этой организационно-правовой формы предпринимательской деятельности <21>. Вклад в складочный капитал партнерства допустимо осуществлять деньгами, другими вещами или имущественными правами либо иными имеющими денежную оценку правами. Вкладом в складочный капитал партнерства не могут выступать ценные бумаги, за исключением облигаций хозяйственных обществ, определяемых Федеральной службой по финансовым рынкам. Соглашением об управлении партнерством возможно установить виды имущества и иных объектов гражданских прав, которые нельзя внести в качестве вклада в складочный капитал партнерства. Если иное не предусмотрено соглашением об управлении партнерством, денежная оценка имущества и иных объектов гражданских прав, вносимых в качестве вклада в складочный капитал партнерства, утверждается единогласным решением всех участников партнерства (ч. 4 ст. 10 Закона о партнерствах).

<21> Мы оставим за пределами рассмотрения указанную дискуссию, поскольку эта тема активно обсуждается в современной юридической литературе и касается не только складочного капитала хозяйственного партнерства, но и уставного капитала хозяйственных обществ. Так, факт, что в проекте изменений ГК РФ остались те же требования к минимальным размерам уставного капитала АО и ООО, демонстрирует все больший отход законодателя и правоприменительной практики от реализации гарантийной функции уставного капитала корпорации.

Как было отмечено, правовое регулирование управления партнерством весьма диспозитивно. Система, структура и полномочия органов управления партнерства, порядок осуществления и прекращения деятельности, порядок принятия ими решений определяются соглашением об управлении партнерством. Порядок образования органов также определяется соглашением об управлении партнерством, и только в случаях, предусмотренных Законом о партнерствах, - уставом партнерства.

Императивным требованием Закона является образование единоличного исполнительного органа партнерства, являющегося единственным волеизъявляющим органом партнерства, действующим в соответствии с полномочиями, определенными в ст. 19 Закона о партнерствах. Единоличный исполнительный орган - физическое лицо (генеральный директор, президент и др.) - избирается из числа участников партнерства на весь срок его деятельности. Это положение, конечно, сужает возможности выбора партнерством модели управления, поскольку один из партнеров обязательно должен быть директором, его нельзя избрать не из числа участников; наемного директора, как предусмотрено в законах о хозяйственных обществах, в партнерстве быть не может.

В хозяйственном партнерстве в соответствии с соглашением об управлении могут быть образованы совет директоров, наблюдательный совет, правление, дирекция, комитет, президиум партнерства. Таким образом, создание этих органов, определение их полномочий, порядка организации и деятельности отданы на усмотрение участников соглашения об управлении партнерством и является для третьих лиц непрозрачным. Исходя из ч. 4 ст. 19 Закона о партнерствах в соглашении об управлении партнерством допустимо предусмотреть, что этим органам передаются полномочия по одобрению решений единоличного исполнительного органа партнерства, и определить порядок такого одобрения. Очевидно, что правовые последствия неодобрения должны быть аналогичны предусмотренным ст. 174 ГК РФ: сделки, заключенные единоличным исполнительным органом с превышением полномочий, установленных соглашением об управлении партнерством, можно признать недействительными, если третьи лица знали или должны были знать об ограничениях его полномочий, предусмотренных соглашением. В ч. 4 ст. 6 Закона о партнерствах определено, что в отношениях с третьими лицами партнерство, участники партнерства и другие участники соглашения об управлении партнерством не вправе ссылаться на положения соглашения об управлении партнерством, за исключением случаев, если они докажут, что третье лицо в момент совершения сделки знало или должно было знать о содержании этого соглашения.

С учетом "закрытости" соглашения об управлении партнерством возможность признания недействительными сделок, совершенных с превышением компетенции единоличного исполнительного органа, весьма ограничена (ч. 9 ст. 6).

Подводя итоги, выделим наиболее значимые особенности хозяйственного партнерства как организационно-правовой формы предпринимательской деятельности:

Что касается оценки перспектив использования в российском правопорядке этой организационно-правовой формы предпринимательской деятельности, представляется, что хозяйственные партнерства, как и задумывалось изначально, могли бы найти наибольшее применение в инвестиционной сфере, где вкладывающие свои средства инвесторы и кредиторы на период возврата инвестиций хотят оказывать определенное влияние на бизнес, а значит, принимать участие в управлении компанией. Подтверждением этого вывода, в частности, являются заключаемые в современной российской бизнес-практике инвестиционные, в том числе кредитные, договоры, связанные с реализацией крупных инвестиционных проектов. Другое дело, что действующее законодательство и правоприменительная практика не обеспечивают надлежащих механизмов защиты прав инвесторов.

В проекте изменений ГК РФ предлагается новелла, согласно которой к разновидности корпоративных договоров могут быть отнесены договоры кредиторов и иных третьих лиц с участниками хозяйственного общества, по которым участники общества в целях обеспечения охраняемого интереса третьих лиц обязуются осуществлять свои права или воздерживаться (отказаться) от их осуществления, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, осуществлять иные действия по управлению обществом, приобретать или отчуждать доли участия (акции) по определенной цене и (или) при наступлении определенных обстоятельств или воздерживаться от их отчуждения до наступления определенных обстоятельств (п. 8 ст. 67.2).

По сути дела, это легализация договорной модели влияния инвесторов на бизнес хозяйственного общества, в которой явно просматривается определенное сходство с соглашением об управлении хозяйственным партнерством.

Поспешность принятия Закона о партнерствах, наличие существенных разногласий в юридическом сообществе по поводу этой организационно-правовой формы, которые, прямо скажем, не способствовали разработке оптимальной модели, привели к тому, что законодательное регулирование хозяйственных партнерств не лишено как незначительных юридико-технических погрешностей, так и более серьезных недостатков <22>.

<22> Симптоматичен тот факт, что Закон о партнерствах был принят 3 декабря 2011 года, а проект изменений ГК РФ, опубликованный в "Российской газете" 7 февраля 2012 года, не предусматривает этого вида коммерческих организаций. Определенным объяснением является то, что Закон о партнерствах вступит в силу с 1 июля 2012 года, но в то же время проект изменений ГК РФ, как представляется, должен содержать соответствующие положения о хозяйственных партнерствах, так как принят Федеральный закон от 6 декабря 2011 года N 393-ФЗ "О внесении изменения в статью 50 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О хозяйственных партнерствах".

Как справедливо указывает Е. Суханов, тот факт, что соглашение об управлении партнерством можно пересмотреть только с согласия абсолютно всех участников и третьих лиц, значит, что решение может блокировать любой из них, а это не будет способствовать эффективной работе компании <23>.

<23> Суханов Е.А. Интервью. С. 8. Закон о партнерствах не только требует единогласия для изменения соглашения о партнерстве, но и определяет, что по вопросам, связанным с изменением условий соглашения об управлении партнерством, в том числе при изменении условий соглашения об управлении партнерством в связи с приемом в партнерство новых участников, каждый участник соглашения имеет один голос независимо от размера принадлежащей ему доли в складочном капитале партнерства и условий соглашения об управлении партнерством, определяющих права участника на участие в управлении партнерством (ч. 2 ст. 6). Приведенная норма напоминает подходы в регулировании прав акционеров народных предприятий (акционерных обществ работников) Федеральным законом от 19 июля 1998 года N 115-ФЗ "Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)": голосование на общем собрании акционеров в народных предприятиях по наиболее важным вопросам осуществляется по принципу "один акционер - один голос", что, по моему мнению, совершенно несовместимо с общими принципами корпоративного устройства.

Как было подчеркнуто, единогласное решение должно быть принято не только для изменения соглашения, но и в других случаях, указанных в Законе о партнерствах: при изменении устава партнерства, принятии новых участников. К числу очевидных ограничений для хозяйственного партнерства следует отнести положение о возможности быть единоличным исполнительным органом только для партнера. Отсутствие требований к совершению крупных сделок, сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, также способно затруднить применение этой организационно-правовой формы. Определенное препятствие на первом этапе - консерватизм российской правоприменительной практики, ориентированной на императивное регулирование корпоративных отношений.

Востребованность хозяйственных партнерств как способа осуществления предпринимательской деятельности, с моей точки зрения, будет определяться общей ситуацией в экономике и особенностями общественно-политической жизни, наличием свободных капиталов и инвестиционной привлекательностью российского бизнеса.