Мудрый Юрист

Решение третейского суда как основание для государственной регистрации прав на недвижимое имущество *

<*> Diskin E.I. Decision of arbitration court as a ground for state registration of rights to immovable property.

Дискин Евгений Иосифович, помощник председателя комиссии Общественной палаты РФ, соискатель Российской академии правосудия.

В статье анализируются актуальные проблемы исполнения решений третейских судов, обеспечивающих права на недвижимое имущество. По мнению автора, существуют противоречия между положениями законодательства о государственной регистрации недвижимости, процессуальным законодательством и судебной практикой. Выводы, изложенные в статье, могут быть использованы в правоприменительной практике.

Ключевые слова: третейский суд, государственная регистрация, недвижимое имущество, недвижимость.

The article analyses topical problems of execution of decisions of arbitration courts ensuring rights to immovable property. The author believes that there are contradictions between the provisions of legislation on state registration of immovable property, procedural legislation and judicial practice. Conclusions made in the article can be used in law-application practice.

Key words: arbitration award, state registration, immovable property.

Судебное решение - это наделяемый законной силой процессуальный акт - документ, содержащий государственно-властное, индивидуально-конкретное предписание по применению норм права к установленным в судебном разбирательстве фактам и правоотношениям.

Судебный акт, именуемый решением, принимается только в суде первой инстанции. По итогам рассмотрения апелляционной, кассационной, надзорной жалоб суд принимает постановления. В судебном решении отражается результат отправления правосудия по конкретному делу, рассматриваемому судом. Сущность судебного решения заключается в том, что оно выступает актом правосудия, которым обеспечивается защита прав, свобод и законных интересов граждан и организаций, в котором реализуется основная задача судопроизводства в судах <1>.

<1> Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. П.В. Крашенинникова. М.: Статут, 2007.

В статье 28 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ "О регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) указывается, что основанием для государственной регистрации прав на недвижимое имущество являются решения суда общей юрисдикции, арбитражного суда и решения третейского суда. Очевидно, что понятие "решение суда", применяемое в Законе о регистрации, не идентично понятию "решение суда", закрепленному в Гражданском процессуальном и Арбитражном процессуальном кодексах. Уяснение значения данного понятия в общем контексте законодательства о регистрации недвижимости и в соответствии с общим смыслом Закона о регистрации имеет большое значение для определения отличий в регистрации прав на недвижимое имущество на основании решений и постановлений государственных судов и решений третейских судов.

Заголовок статьи 28, являющийся частью ее текста в контексте толкования общего смысла, перечисляет суд, арбитражный суд и третейский суд. Текст самой статьи оперирует понятием "решение суда", не уточняя, существуют ли различия в порядке регистрации прав на недвижимость в зависимости от того, исходит ли решение от государственного суда или от суда третейского. Это свидетельствует о том, что термин "решение суда" в Законе о регистрации следует толковать шире, нежели это следует из Гражданского процессуального или Арбитражного процессуального кодексов. Следует согласиться с мнением Д.В. Пяткова и А.А. Маковской о том, что используемое в статье 28 понятие "судебное решение" применено законодателем в качестве синонима термина "судебный акт", указанного в статье 17 Закона о регистрации, в качестве основания для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода или ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним <2>. Это означает, что государственная регистрация может производиться не только на основании судебных актов, принятых судами общей юрисдикции или арбитражными судами по первой инстанции, но и на основании принятых по результатам рассмотрения кассационных и апелляционных жалоб, определений, а также актов судов общей юрисдикции и арбитражных судов, принятых по результатам надзорного производства. Но в число судебных решений, названных в заголовке статьи 28 Закона о регистрации и являющихся основанием для государственной регистрации прав на недвижимость, включены и решения третейских судов.

<2> См., напр.: Пятков Д.В. Судебное решение как основание возникновения и регистрации прав на недвижимость // Вопросы правоприменения. Судебно-арбитражная практика Московского региона. 2001. N 2. С. 69; Маковская А.А. Судебный акт как основание государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2003. N 4. С. 3.

Дает ли такое изложение отдельной статьи Закона о регистрации основание считать, что различий между регистрацией прав на недвижимое имущество на основании решений государственных судов и решений третейских судов не существует? Чтобы дать исчерпывающий ответ на этот вопрос, необходимо проанализировать положения Гражданского, Гражданского процессуального и Арбитражного процессуального кодексов, Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" (далее - Закон о судебной системе), Федерального закона от 24 июля 2002 г. N 102-ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации" (далее - Закон о третейских судах) с Законом о регистрации, дав толкование их положений в соответствии с постановлениями Конституционного Суда РФ и решениями Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ.

Третейский суд - это орган, создаваемый самими участниками (сторонами) соответствующего спора для его разрешения. В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Закона о третейских судах в третейский суд может по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, вытекающий из гражданских правовых отношений, если иное не установлено федеральным законом. Также аналогичные по смыслу нормы содержатся в части 6 статьи 4 АПК РФ и в части 3 статьи 3 ГПК РФ.

Третейский суд может быть образован сторонами для разрешения конкретного спора (ad hoc) или постоянно действующим органом. Порядок третейского разбирательства определяется правилами постоянно действующего третейского суда или правилами, согласованными сторонами. В этом его принципиальное отличие от государственного суда, действующего на основании положений законодательства о судоустройстве, компетенция и полномочия которого определяются процессуальным законодательством и не зависят от усмотрения сторон рассматриваемых в нем споров.

Согласно статье 31 Закона о третейских судах решение третейского суда обязательно для исполнения сторонами, при этом стороны и третейский суд прилагают все усилия к тому, чтобы решение третейского суда было юридически исполнимо. Если в соглашении сторон не предусмотрено, что решение третейского суда является окончательным, стороны могут оспорить его в соответствующем судебном органе в течение трех месяцев со дня получения стороной, подавшей заявление, решения третейского суда.

Очень сложно дать однозначный ответ на вопрос о том, является ли третейский суд органом отправления правосудия, поскольку существуют убедительные аргументы, как подтверждающие, так и опровергающие данный тезис.

Согласно пункту 1 статьи 11 ГК РФ защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд. Гражданский кодекс включает третейские суды в систему органов защиты гражданских прав в широком смысле. Однако необходимо принять во внимание пункт 1 статьи 4 Закона о судебной системе, который гласит, что правосудие в Российской Федерации осуществляется только судами, учрежденными на основании Конституции и самого Закона о судебной системе. Упоминания третейских судов в указанном Законе нет.

Отсутствие упоминания о третейских судах в законодательстве о судоустройстве можно объяснить тем, что они не являются государственными судами и в этом смысле не входят в судебную систему (иерархию государственных судов). Более того, сами третейские суды не составляют и по самой своей природе не могут составлять какой-либо единой системы - не имеют вышестоящих судебных органов или каких-либо судебных инстанций <3>.

<3> Комментарий к Федеральному закону "О третейских судах в Российской Федерации" (постатейный) / Отв. ред. А.Л. Маковский, Е.А. Суханов. М.: Статут, 2003.

Указанные положения законодательства не дают прямого ответа на рассматриваемый вопрос о том, существуют ли особенности регистрации прав на недвижимость на основании решения третейского суда, следовательно, ответ на этот вопрос лежит в анализе и толковании других положений законодательства и судебной практики. Большое значение в анализе данного вопроса имеет сопоставление судебной практики арбитражных судов, судов общей юрисдикции и правовых позиций высших судебных инстанций.

Так, в информационном письме ВАС РФ от 22 декабря 2005 г. N 96 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов" (далее - информационное письмо ВАС РФ N 96) <4> Высший Арбитражный Суд РФ отметил, что "арбитражный суд отказывает в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, которое обязывает регистрирующий орган зарегистрировать право собственности на недвижимое имущество за стороной третейского разбирательства, так как вопросы публично-правового характера (регистрация недвижимости) не могут быть предметом рассмотрения в третейском суде". В обоснование указанной точки зрения Высший Арбитражный Суд РФ сослался на то, что согласно статье 2 Закона о регистрации регистрация прав на недвижимое имущество является единственным доказательством существования зарегистрированного права и представляет собой акт признания и подтверждения государством возникновения, перехода или прекращения прав на недвижимость. ВАС РФ определил, что правоотношение, связанное с регистрацией права собственности, имеет публично-правовой характер, что делает его предметом исключительной компетенции государственных судов.

<4> Вестник ВАС РФ. 2006. N 3.

Интересно, что при рассмотрении конкретных дел Президиум ВАС РФ при оценке допустимости рассмотрения третейским судом споров о правах на недвижимость опирался и на иные обоснования. Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 11 мая 2005 г. N 207/04 был сделан вывод о том, что, "обратив взыскание по долгам, связанным с неисполнением заказчиком и инвестором своих обязательств по оплате работ, на нежилые помещения как на имущество заказчика, третейский суд предрешил вопрос о вещных правах на указанное имущество, в том числе о правах третьих лиц. Требуемые российским законодательством специальные публичные процедуры в отношении сделок с объектами недвижимого имущества соблюдены не были, что противоречит основным началам российского законодательства". Как справедливо отмечают исследователи, данное Постановление основано на представлении о недопустимости рассмотрения третейским судом споров о вещных правах на недвижимое имущество <5>.

<5> Подробнее см.: Скворцов О.Ю. Рассмотрение третейскими судами споров о правах на недвижимость: правовая политика и юридическая практика // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2007. N 1.

Отдельные ФАС занимают еще более радикальную позицию, так, в частности, ФАС Северо-Кавказского округа в Постановлении от 14 сентября 2006 г. по делу N А53-24513/2005 указал, что "спор о признании права на объект недвижимости не может рассматриваться третейским судом. Возможность рассмотрения такого спора третейским судом законом прямо не предусмотрена".

Несколько иная позиция содержится в постановлениях Верховного Суда. Как отмечается в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 2007 г., утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 7 ноября 2007 г., "если решение третейского суда сторонами не оспаривается, оно может в соответствии с Законом о регистрации служить основанием для государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При этом регистрирующий орган проводит правовую экспертизу всех представленных на регистрацию документов, в том числе и решения третейского суда, в отличие от решений судов общей юрисдикции, проверку законности сделки, установление отсутствия противоречий между заявляемыми правами и уже зарегистрированными правами на данный объект недвижимого имущества, а также других оснований для отказа в государственной регистрации прав" <6>. Как отмечается в вышеназванном Обзоре практики, под действие абзаца 6 пункта 1 статьи 17 Закона о регистрации, по которому основанием для государственной регистрации являются судебные акты, вступившие в законную силу, решения третейского суда не подпадают, поскольку они не обладают таким свойством решений судов общей юрисдикции, как законная сила судебного решения.

<6> Справочная система "КонсультантПлюс".

Из этого следует, что Верховный Суд РФ трактует решение третейского суда как аналог договора между сторонами третейского соглашения, из чего следует, что процедура регистрации прав на основании третейского суда должна быть аналогичной регистрации прав на основании договора.

Правовую позицию Росреестра по данному вопросу можно было бы уяснить из Приказа Росрегистрации от 7 июня 2007 г. N 112 "Об утверждении Методических рекомендаций о порядке государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основании судебных актов" <7>. Но, к сожалению, текст Методических рекомендаций не содержит развернутого указания на позицию Росреестра по указанному вопросу, ограничиваясь лишь цитированием положения Закона о третейских судах.

<7> Бюллетень Минюста РФ. 2007. N 11.

Позиция арбитражных судов может быть уяснена из яркого примера, которым является решение по делу N А56-23889/2005: "Регистрирующий орган отказал в государственной регистрации в связи с тем, что спор между субъектами частного права имеет публично-правовое значение, он не подлежит разрешению третейским судом и решения, которыми возлагаются обязанности на публично-правовые субъекты, не могут быть следствием деятельности третейского суда. Решения третейского суда обязательны только для лиц, являющихся сторонами третейского разбирательства, и в отсутствие исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда государственная регистрация осуществлена быть не может".

Рассматриваемый вопрос оказался для судебной практики столь сложным, что Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ впервые в ходе своей деятельности обратился за разъяснением в Конституционный Суд РФ.

Поводом для обращения в Конституционный Суд РФ для Президиума ВАС РФ послужило дело Арбитражного суда Республики Татарстан, который Определениями от 24 июля 2009 г. N А65-9867/2009-СГ5-52 и от 29 июля 2009 г. N А65-9868/2009-СГ5-52, оставленным без изменения Постановлением ФАС Поволжского округа от 24 сентября 2009 г., удовлетворил заявление кредитора-залогодержателя о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение вынесенных в его пользу решений постоянно действующего третейского суда "Право" от 25 марта 2009 г. Рассматривая данное дело в порядке надзора, Президиум ВАС РФ усомнился, что обращение взыскания на недвижимое имущество по решению третейского суда, основанное на статье 28 Закона о регистрации, соответствует Конституции РФ.

По указанному вопросу Конституционный Суд РФ принял Постановление N 10-П от 26 мая 2011 г. "По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", статьи 28 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона "Об ипотеке (залоге недвижимости)" в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации" (далее - Постановление N 10-П) <8>.

<8> Вестник Конституционного Суда РФ. 2011. N 4.

Конституционный Суд РФ указал, что Конституция РФ гарантирует право каждого защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. К числу таких способов, проистекающих из свободы договора, относится обращение в третейский суд. Также Конституционный Суд РФ разъяснил, что "По смыслу ст. 10, части 1 ст. 11, части 1 ст. 118, ст. 124 - 128 Конституции Российской Федерации... третейские суды не осуществляют государственную (судебную) власть и не входят в судебную систему Российской Федерации, состоящую из государственных судов. Это, однако, не означает, что Конституция Российской Федерации исключает тем самым возможность разрешения гражданско-правовых споров между частными лицами в процедуре третейского разбирательства посредством третейских судов (выделено мной. - Е.Д.), действующих в качестве институтов гражданского общества, наделенных публично значимыми функциями".

Относительно процесса государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основании решений третейского суда Конституционный Суд РФ отметил, что, "если решением третейского суда, принятым по результатам рассмотрения спора, касающегося недвижимого имущества, установлены права на это имущество, регистрирующий орган обязан совершить действия по их государственной регистрации. Статья 28 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", закрепляя данную обязанность регистрирующего органа в отношении прав, установленных решением суда, арбитражного суда, третейского суда, определяет тем самым правовые последствия вынесения решения третейского суда по спору, касающемуся недвижимого имущества, равные - для целей государственной регистрации прав на такое имущество - последствиям вынесения решения государственным судом (общей юрисдикции или арбитражным)".

Важно учесть и то, что Конституционный Суд РФ рассмотрел практику применения арбитражными судами законодательства о третейских судах в части соответствия Конституции РФ разъяснений, данных арбитражным судам в информационном письме ВАС РФ N 96, которое в пункте 27 обязывает арбитражный суд отказывать в удовлетворении заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, которое обязывает орган Росреестра зарегистрировать права на недвижимое имущество. Данная практика признана неконституционной, поскольку "отношения по поводу государственной регистрации нельзя считать содержательным элементом спорного правоотношения, суть которого остается частноправовой".

В данном случае Конституционный Суд РФ выявил конституционно-правовой смысл статьи 28 Закона о регистрации и устранил ее действие в неконституционном истолковании, а именно в том, как истолковывал положения данной статьи ВАС РФ. Согласно статье 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации" конституционно-правовой смысл какого-либо нормативно-правового акта, выявленный в ходе судебного разбирательства в Конституционном Суде РФ и выраженный в его правовой позиции, является общеобязательным, другое толкование данного нормативно-правового акта не допускается.

Исходя из сказанного выше можно сделать вывод, что применительно к государственной регистрации прав на недвижимое имущество решение третейского суда равно по статусу решению государственного суда. Но это не разрешает всех вопросов, возникающих в практической деятельности органов Росреестра в связи с регистрацией прав на основании решений третейского суда.

Формально решение третейского суда оформляется по правилам статьи 33 Закона о третейских судах и должно содержать в себе ряд данных, индивидуализирующих его. Отсутствие указанных сведений влечет недействительность решения как документа, обязательного к исполнению сторонами и органом государственной регистрации. Но даже если решение третейского суда будет соответствовать всем указанным требованиям, у органа Росреестра нет практической возможности удостовериться, что третейское разбирательство вообще имело место, - ведь формально, у третейского суда ad hoc необязательно должна быть печать или какие-либо реквизиты. Данная процедура не содержит никаких защитных мер от мошенничества, и органы Росреестра регулярно сталкиваются с преступными действиями подобного характера.

Следует учесть, что есть случаи, когда за неимением правоустанавливающих документов (по существу, при отсутствии прав на недвижимость) при невозможности признания права судом или арбитражным судом предъявляются иски к лицам, никогда не владевшим этим имуществом и не имеющим притязаний на него.

При фактическом отсутствии спорных материальных правоотношений такие ответчики признают иски, и такого рода решения третейских судов представляются в Росреестр <9>. Учитывая то, что Постановление Конституционного Суда N 10-П можно толковать как обязывающее Росреестр регистрировать права на недвижимость на основании решения третейского суда в отсутствие исполнительного листа на такое решение, открывается значительный простор для противоправных действий, скрытых под вполне законной процедурой разрешения спора в рамках третейского разбирательства.

КонсультантПлюс: примечание.

Монография Е.А. Киндеевой, М.Г. Пискуновой "Недвижимость: права и сделки. Новые правила оформления. Государственная регистрация. Образцы документов" включена в информационный банк.

<9> Киндеева Е.А., Пискунова М.Г. Недвижимость: права и сделки. М.: Юрайт-Издат, 2008. С. 741.

Обоснованность этих опасений подтверждает исторический опыт.

Институт третейского разбирательства был широко известен русскому праву, он был законодательно закреплен еще в Соборном уложении 1649 г. Но в рассматриваемом аспекте гражданских правоотношений наибольший интерес представляет опыт правового регулирования деятельности третейских судов второй половины XIX в. Третейские суды были значительно реформированы в ходе Судебной реформы 1864 г. - полномочия третейского суда, установленные в Уставе гражданского судопроизводства, были во многом сравнимы с современной моделью регулирования этого института в России. Несмотря на очевидную либерализацию и упрощение процедуры третейского производства, согласно отчету Государственного совета за 1887 г. данная форма альтернативного разрешения споров не получила существенного развития, за исключением дел о недвижимых имуществах, в целом по империи рассматривалось не более 300 дел в год, связанных со спорами об имуществе <10>. Напротив, по данным систематической ревизии судебных установлений за 1895 г., выяснилось, что к процедуре третейского разбирательства в основном прибегают мнимо тяжущиеся стороны, между которыми в действительности никакого спора не существует и которые под прикрытием третейского разбирательства в нарушение законных прав третьих лиц добиваются закрепления за ними прав на недвижимое имущество. Указанная ревизия выявила и другие случаи систематического злоупотребления правом на третейское разбирательство, связанные с недвижимым имуществом. В частности, процедурой третейского разбирательства часто пользовались в случае раздела наследственной массы, включающей недвижимость, - обращение к третейской процедуре и разрешение фиктивного спора позволяло сократить налоговые выплаты в казну империи <11>.

<10> Тютрюмов И.М. Устав гражданского судопроизводства с законодательными мотивами, разъяснениями Правительствующего сената и комментариями русских юристов, извлеченными из научных и практических трудов по гражданскому праву и судопроизводству (по 1 сентября 1915 г.): В 2 т. Т. 2. Пг., 1916. С. 2054; Законы гражданские с разъяснениями Правительствующего сената и комментариями русских юристов.
<11> Журнал Министерства юстиции. 1901. N 6. С. 112 - 113.

Основываясь на этих данных, Комиссия по пересмотру законоположений по судебной части сделала предложение о полном изъятии дел о недвижимых имуществах из ведения третейских судов, в соответствии с чем была подготовлена новая редакция статьи 1066 Устава Гражданского судопроизводства, согласно которой третейским судам стали неподсудны дела, связанные с недвижимым имуществом.

В современных условиях, учитывая многочисленные международные обязательства, взятые на себя Российской Федерацией, и общий вектор развития гражданского оборота, направленный на совершенствование средств альтернативного разрешения споров (возникший в том числе и по причине колоссальной перегруженности судебной системы), путь сужения круга споров, подлежащих рассмотрению третейскими судами, является не только неэффективным, но и вредным по своей сути. Тем не менее наличие очевидных пробелов в законодательном регулировании процесса регистрации прав на недвижимое имущество на основании решений третейского суда во многом дискредитирует данный институт и ставит его под удар критики, особенно актуальной ввиду совпадения негативных тенденций, выявленных еще в дореволюционной России, с тенденциями дня сегодняшнего.

В рамках предпринимаемой сейчас реформы гражданского законодательства законодатель должен обратить пристальное внимание на указанные в данной статье сложности толкования соответствующих законодательных положений и очевидные несообразности, возникающие в процессе их исполнения.

Прежде всего необходимо формирование общей позиции Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ, выраженной в совместном постановлении Пленумов обоих высших судебных инстанций, которое бы разъяснило судам, как им следует применять законодательство о третейских судах в свете Постановления Конституционного Суда РФ N 10-П.

Для совершенствования правового регулирования государственной регистрации прав на недвижимость на основании решений третейских судов следует внести изменения в ряд законодательных актов.

Закон о третейских судах должен быть усовершенствован с целью создания прозрачной и эффективной системы постоянно действующих третейских судов. Необходимо предусмотреть создание действующей на началах саморегулирования ассоциации постоянно действующих третейских судов, возлагая на нее материальную ответственность за неправомерные действия ее членов. Ущерб, причиненный неправомерными действиями членов ассоциации в ходе рассмотрения и разрешения по существу споров, которые участники гражданских правоотношений передали на разрешение третейского суда, должен покрываться из специального страхового фонда, составляемого участниками ассоциации.

В Законе о третейских судах необходимо создание нормы, предусматривающей возможность рассмотрения споров, предметом которых являются какие-либо права на недвижимое имущество, только постоянно действующими третейскими судами, входящими в ассоциацию третейских судов и выплачивающими в установленном порядке страховые и членские взносы.

Закон о третейских судах должен предусматривать особые требования к оформлению решений постоянно действующих третейских судов, которыми разрешается спор о правах на недвижимое имущество. В частности, необходимо предусмотреть обязанность ассоциации постоянно действующих третейских судов создать особый защищенный бланк решения третейского суда - члена ассоциации.

В статью 33 Закона о третейских судах должна быть внесена поправка, обязывающая постоянно действующие третейские суды оформлять решения, разрешающие споры о недвижимости, только на установленных ассоциацией бланках решений. В названной статье необходимо закрепить список обязательных сведений о недвижимом имуществе, которые должен указать третейский суд в своем решении, а также вменить в обязанность третейским судам отсылать копии решений, затрагивающих права на недвижимость, в органы Росреестра, что обеспечит точную идентификацию имущества и защитит участников сделок с недвижимостью от противоправных посягательств.

Необходимо внести изменения и в Закон о регистрации. Так, статья 28 Закона о регистрации должна включать норму о том, что орган Росреестра осуществляет регистрацию прав на недвижимое имущество на основании решений третейских судов, постановленных только постоянно действующими третейскими судами. Данная норма должна включать перечень документов и требования к их форме, с помощью оценки соответствия которым орган Росреестра сможет оценить подлинность решения и то, что оно исходит именно от того постоянно действующего третейского суда, который указан как источник принятия решения.