Мудрый Юрист

Разумный срок как принцип уголовного судопроизводства

Лавдаренко Людмила Ивановна, доцент кафедры организации и методики уголовного преследования Иркутского юридического института (филиала) Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, кандидат юридических наук.

Статья посвящена проблеме разумного срока в уголовном судопроизводстве. В работе рассматривается категория "принцип уголовного судопроизводства" и обосновывается идея о том, что требование разумного срока или быстроты является основополагающим началом - принципом - процесса. Оно реализуется через нормы, устанавливающие сроки процессуальных действий, что задает определенный темп судопроизводства и исключает чрезмерную волокиту; действует с момента возникновения процессуальной деятельности до момента ее прекращения, обязательно для всего процесса, для всех его институтов.

Ключевые слова: уголовно-процессуальная деятельность, принцип, нормативность, функциональность, общеобязательность, разумный срок, быстрота.

Reasonable period of time as principle of criminal court procedure

L.I. Lavdarenko

The article deals with the problem of reasonable time in criminal justice process. The article considers the category "the principle of criminal justice process". An idea of a reasonable time demand or quickness as a basic principle of the process is proved. It is realized in the norms setting a time limit of procedural actions. It sets certain standards of justice process and excludes excessive red-tape. It begins with the moment of procedural activities occurrence till their termination. It is binding upon the whole process and institutions.

Key words: criminal justice activities, principle, normalization, functionality, generally binding, reasonable time, quickness.

Начиная с судебной реформы 1860 г. в отечественном уголовном судопроизводстве большое значение стало придаваться быстроте (срочности) процесса <1>. Законодательство советского периода содержало требование быстроты раскрытия преступлений как одну из задач уголовного процесса (ст. 2 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР, ст. 2 УПК РСФСР). Несмотря на то что в соответствии с законом требование быстроты прямо устанавливалось лишь относительно задачи раскрытия преступлений, некоторые правоведы придавали ему значение принципа досудебного производства <2>, другие признавали быстроту принципом всей процессуальной деятельности <3>. Большинство же ученых до недавнего времени при исследовании принципов уголовного процесса не упоминали о быстроте как самостоятельном принципе.

<1> См.: Апостолова Н.Н. Разумный срок уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2010. N 9. С. 63 - 66.
<2> См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 291; Демидов И.Ф. Принципы советского уголовного процесса / Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М., 1989. С. 175.
<3> См.: Ларин А.М. Расследование по уголовному делу. М.: Юридическая литература, 1975. С. 15, 25.

Федеральным законом от 30.04.2010 N 69-ФЗ в УПК РФ введена ст. 6.1, предписывающая осуществлять уголовное судопроизводство в разумный срок. Исходя из позиции Европейского суда по правам человека, согласно которой разумный срок - это "период, позволяющий избежать чрезмерного, необоснованного промедления при расследовании и рассмотрении уголовного дела" <4>, можно заключить, что требование разумных сроков есть требование срочности или быстроты процесса.

<4> Сальвиа М.Д. Прецеденты Европейского суда по правам человека. СПб., 2004. С. 460.

Решение законодателя поместить ст. 6.1 в гл. 2 "Принципы уголовного судопроизводства" УПК РФ, т.е. отнести разумный срок (быстроту) к принципам процесса, послужило поводом для возобновления в юридической литературе дискуссии по рассматриваемому вопросу. Одни процессуалисты поддержали такое решение законодателя, другие с ним не согласились. Некоторые юристы, признавая важность процессуальных сроков для уголовного судопроизводства, тем не менее полагают, что по своему значению они не имеют такой же правовой ценности, как принципы, и норму о сроке процесса предлагают поместить в гл. 17 УПК, регламентирующую процессуальные сроки <5>. Были высказаны точки зрения о том, что быстрота (срочность) является не самостоятельным принципом, а одним из элементов принципа оптимальности или процессуальной экономии <6>, либо качественной характеристикой, "результатом процессуально-должностной активности субъектов, ведущих уголовный процесс" <7>. Неоднозначность суждений по данной проблеме обусловлена в первую очередь тем, что в юридической литературе не сформировалось единого подхода к определению самого понятия принципа уголовного судопроизводства. В связи с этим возникает потребность обращения к категории "принцип уголовного судопроизводства" с целью осмысления идеи разумного срока (быстроты) в контексте признания ее самостоятельным принципом.

<5> Быков В. Новый закон о разумном сроке уголовного судопроизводства // Законность. 2010. N 11. С. 23 - 29; Насонова И.А. К вопросу о разумности расширения системы принципов уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2013. N 1. С. 39 - 42.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (под ред. В.И. Радченко, В.Т. Томина, М.П. Полякова) включен в информационный банк согласно публикации - Юрайт-Издат, 2006 (2-е издание, переработанное и дополненное).

<6> См.: Сокол П.Я. Процессуальные гарантии быстроты предварительного расследования: Автореф. ... канд. юрид. наук. М., 1990; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Науч. ред. В.Т. Томин, М.П. Поляков. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2011. С. 41.
<7> См.: Аширбекова М.Т. Соблюдение разумного срока как качественная характеристика производства по уголовному делу // Российская юстиция. 2010. N 12. С. 64 - 66.

И сторонники, и противники отнесения разумного срока (быстроты) к принципам процесса справедливо замечают, что само по себе установление в законе какого-либо положения как принципа еще не означает воплощение его в роли такового <8>. Даже если идея, возникшая на теоретическом уровне либо у законодателя, получит законодательное закрепление в виде отдельного положения и обозначение как принципа, но при этом не будет являться "объективно необходимым критерием справедливого и должного в праве", не будет лежать в основе организации существующей модели судопроизводства, то она принципом не станет. То есть принцип невозможно ввести произвольно, обязательным его признаком является объективная сущность, означающая способность отражать действительные закономерности регулируемых правоотношений (за каждым принципом стоит определенная закономерность) <9>, выражать результат развития общественной практики и общественной мысли, сложившихся внутри страны и за ее пределами <10>. Наряду с объективным характером принципа в процессуальной науке обращается внимание на его субъективность: "Людям дана некоторая власть над принципами; они могут их менять, переосмысливать, отказываться от них..." <11>. Эта власть проявляется в том числе при законодательном закреплении принципа в конкретной норме. Будучи объективным по содержанию, по форме закрепления он субъективен.

<8> Быков В. Новый закон о разумном сроке уголовного судопроизводства // Законность. 2010. N 11. С. 23 - 29; Насонова И.А. К вопросу о разумности расширения системы принципов уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2013. N 1. С. 39 - 42.
<9> См.: Добровольская Т.Н. Принципы уголовного процесса. М., 1971. С. 9; Вандышев В.В. Уголовный процесс: Курс лекций. СПб., 2004. С. 50; Доля Е. Принцип законности в уголовном судопроизводстве: онтологический, гносеологический и правовой аспекты // Законность. 2010. N 1. С. 3 - 8.
<10> См.: Газетдинов Н.И. Понятие, сущность и социальная ценность принципов уголовного судопроизводства // Российский судья. 2007. N 10.
<11> Мальцев Г.В. Социальные основания права. М., 2007. С. 661 - 685.

Принцип не всегда выражен в законе в обобщенном виде и сформулирован в специальной норме. Иногда название принципа, отражающее суть заключающейся в нем идеи, является научной категорией, обозначающей содержание принципа. Например, принцип публичности не сформулирован в отдельной статье главы второй УПК РФ, но он обозначает совершенно определенное содержание и воплощается в ряде норм уголовно-процессуального закона.

Важно подчеркнуть функциональность принципа - способность организовать поведение, деятельность субъектов правовых отношений, придающую ему методологическую значимость <12>. Так, П.С. Элькинд отмечала, что принципы уголовного процесса являются властными требованиями, обращенными к участникам уголовного судопроизводства, обязывающими их (или разрешающими им) поступать так, а не иначе <13>. В правовой литературе обращается внимание на то, что в понятийном отношении принципы - это те же правовые нормы, семантическая и функциональная особенность которых заключается в том, что это нормы универсальной обобщенности, широкого диапазона действия <14>. Обладая способностью регулировать уголовно-процессуальные отношения - нормативностью, принцип не эквивалентен "норме". Если норма - конкретное предписание, конкретное правило определенного поведения, действия, конкретная мера чего-либо, то принцип - наиболее общее правило, имеющее основополагающее значение для уголовного судопроизводства, пронизывающее всю уголовно-процессуальную деятельность или, по крайней мере, несколько стадий <15>.

<12> См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1. С. 125; Добровольская Т.Н. Принципы советского уголовного процесса. М., 1971. С. 14.
<13> Элькинд П.С. Общественное начало в сфере уголовного судопроизводства и тенденции его дальнейшего развития // Актуальные проблемы советского государства и права в период строительства коммунизма. Л., 1967. С. 516.
<14> См.: Мальцев Г.В. Социальные основания права. М., 2007. С. 661 - 685.
<15> Вандышев В.В. Уголовный процесс: Курс лекций. СПб., 2004. С. 50.

А.А. Давлетов, взяв признак функциональности за основу, предложил рассматривать уголовно-процессуальные принципы раздельно - применительно к уголовно-процессуальному праву и применительно к правоприменительной деятельности. По мнению ученого, уголовно-процессуальная практическая деятельность осуществляется не на основе норм главы 2 УПК РФ, а на основе норм Особенной части Кодекса, и именно в них кроются те свойства, которые на принципиальном уровне характеризуют уголовное судопроизводство <16>. Такое разделение принципов небесспорно, т.к. все сформулированные в главе второй УПК РФ положения имеют значение основополагающих начал не только для законодателя, но и для правоприменителя. Все они обращены к участникам уголовного судопроизводства, их соблюдение является гарантией достижения задач уголовно-процессуальной деятельности. Они не находятся вне практической деятельности по возбуждению, расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел, а реализуются в этой деятельности, выражая в обобщенном виде ее надлежащее направление. Будучи носителями и хранителями правовой идеологии, принципы - основополагающие правовые категории как правотворческой, так и правоприменительной деятельности.

<16> См.: Давлетов А.А. Принципы уголовно-процессуальной деятельности // Правоведение. Известия вузов. 2008. С. 97.

Являясь определенной основополагающей идеей, исходным идейным положением, принцип может выражать весьма высокий уровень мыслительной абстракции, семантически быть многозначным <17>. Именно это обстоятельство - высокий уровень абстракции и семантическая многозначность - в большей степени и обусловливает такой разброс мнений в процессуальной науке по вопросу о сущности того или иного положения, определяемого в качестве принципа. Так, ряд авторов высказывают критические замечания по поводу формулировки, данной в ст. 7 УПК РФ принципу законности <18>, некоторые не считают самостоятельными принципами процесса презумпцию невиновности, обеспечение подозреваемому, обвиняемому права на защиту, положения ст. ст. 9, 10, 12, 13 УПК РФ <19>. А.А. Давлетов и А.С. Барабаш публичность признают не принципом процесса, а "более масштабной категорией... - методом уголовно-процессуальной деятельности" <20>. Несмотря на то что в подтверждение высказанных позиций приводятся вполне убедительные аргументы, тем не менее следует признать, что публичность, а также все положения главы второй УПК РФ - за исключением положений, определяющих назначение уголовного судопроизводства в ст. 6, - обладают признаками принципов процесса.

<17> См.: Чернобель Г.Т. Правовые принципы как идеологическая парадигма // Журнал российского права. 2010. N 1. С. 84 - 94.
<18> Томин В.Т. Уголовный процесс: актуальные проблемы теории и практики. М., 2009. С. 151, 153; Безруков С.С. Логические изъяны содержания отдельных принципов уголовного процесса // Журнал российского права. 2013. N 7. С. 28 - 35.
<19> Томин В.Т. Уголовный процесс: актуальные проблемы теории и практики. М., 2009. С. 241; Проценко В. Критерий систематизации принципов уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2005. N 1 - 2. С. 88; Безруков С.С. Логические изъяны содержания отдельных принципов уголовного процесса // Журнал российского права. 2013. N 7. С. 28.
<20> Давлетов А.А., Барабаш А.С. Место и роль публичности в уголовном судопроизводстве // Российский юридический журнал. 2011. N 4. С. 125 - 136.

Многозначность, смысловая многокомпонентность понятия того или иного принципа не должны исключать возможность выделения в нем конкретных признаков, проявляющихся в законе. В противном случае крайне сложно, если не невозможно, отнести его к принципам процесса. Так, невозможно, на наш взгляд, найти в уголовно-процессуальном законодательстве обоснование таким общекультурным понятиям, как "разумность", "оптимальность", "целесообразность", и, соответственно, определить их в качестве принципов процесса. Вместе с тем все эти начала, а также морально-этический принцип гуманизма лежат в основе всего действующего права, в т.ч. уголовно-процессуального.

Являясь основополагающим, глобальным положением, принцип уголовного судопроизводства имеет собственное содержание, находит свое выражение в действующем праве, в его нормах, регулирующих конкретные правоотношения, а также может быть сформулирован в отдельной норме, дающей ему общее определение. При отсутствии нормативного определения он может быть не всегда очевиден для правоприменителя, но всегда соблюдается, независимо от того, осознается ли его теоретическая основа.

Учитывая назначение принципов, выступающих в качестве аксиом, директив правоприменительной деятельности, указывающих в сомнительных ситуациях однозначное толкование норм права, следует признать безусловным достоинством действующего Кодекса помещение в УПК РФ в главу 2 "Принципы уголовного судопроизводства" правовых положений об основных правах личности.

Таким образом, принцип - основополагающее начало, объективно присущее уголовному судопроизводству, правило, которое отличается от правовой нормы высокой степенью обобщенности, объединяющей содержание частных правил и правовых процедур; действующее на протяжении всего процесса или, в крайнем случае, в нескольких стадиях; имеющее самостоятельное содержание, связанное с другими принципами уголовного процесса на основе общности его целей и задач <21>.

<21> Добровольская Т.Н. Принципы уголовного процесса. М., 1971. С. 25; Уголовный процесс: Курс лекций. СПб., 2004. С. 50.

Исходя из сказанного можно заключить, что требование быстроты (срочности) имеет значение принципа процесса - основополагающего начала, пронизывающего всю уголовно-процессуальную деятельность. Очевидно, что быстрота или срочность - не ошибочное, не случайное и не единичное для уголовного судопроизводства, а положение, имеющее "принципиальное, отправное, руководящее значение" <22>. Оно действует с момента возникновения процессуальной деятельности до момента ее прекращения, обязательно для всего процесса, для всех его институтов. Быстрота (срочность) обеспечивается законодателем путем установления определенных сроков, являющихся составной частью правил процессуальной деятельности и задающих темп судопроизводства, исключающий его чрезмерную длительность, а также созданием гарантий, механизма контроля за их соблюдением. Данное требование - руководящее начало, аксиома для правоприменителя (органа расследования, прокурора, суда), обязанного осуществлять свою деятельность своевременно, т.е. в сроки, установленные нормами права, либо при отсутствии правового регулирования конкретного правоотношения - оптимальные в данной ситуации, и, кроме того, быстро (срочно) - по возможности без использования предусмотренных законом "запасов" времени.

<22> Еникеев З.Д. Международно-правовые основы быстроты уголовного судопроизводства и проблемы их реализации в современной России // Международное публичное и частное право. 2010. N 4. С. 16 - 21.

В международном праве среди норм, устанавливающих определенные правила судопроизводства, имеются положения, связанные с его скоростью. Так, подп. "c" п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. закрепляет право каждого при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения быть судимым без неоправданной задержки <23>; п. 3 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод устанавливает: "Каждый задержанный или заключенный под стражу имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение из суда" <24>. Верховный Суд РФ в своих решениях неоднократно указывал, что уголовные и гражданские дела должны рассматриваться в строгом соответствии с правилами судопроизводства, важнейшей составляющей которых являются установленные законом сроки выполнения отдельных процессуальных действий <25>.

<23> Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1994. N 12.
<24> Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. N 2. Ст. 163.
<25> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. N 7 "О сроках рассмотрения уголовных и гражданских дел судами Российской Федерации"; Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 ноября 1999 г. N 79 "О ходе выполнения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации"; Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2007 г. N 52 "О сроках рассмотрения судами Российской Федерации уголовных, гражданских дел и дел об административных правонарушениях" // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2008. N 2.

Между тем, если обратиться к формулировке, данной в ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ, требование обеспечивать разумные сроки отнесено лишь к уголовному преследованию - деятельности, осуществляемой стороной обвинения в отношении подозреваемого, обвиняемого в целях изобличения (п. 55 ст. 5 УПК РФ). На остальную же процессуальную деятельность, осуществляемую до возбуждения уголовного дела, на этапе расследования до установления лица, причастного к совершению преступления, и др., это требование не распространяется, что вызывает недоумение. Небесспорно использование в определении рассматриваемого принципа термина "разумность", имеющего смысловую многокомпонентность, а также установление критериев оценки разумности срока, не содержащих в себе объективных характеристик, и отнесение самой оценки разумности сроков к полномочиям определенных субъектов. Кроме того, в соответствии с рассматриваемой нормой при определении разумности срока наряду с другими обстоятельствами должно учитываться поведение подозреваемого или обвиняемого, т.е. подразумевается, что данный срок может быть различным не только по каждому конкретному делу, но и в отношении каждого конкретного подозреваемого или обвиняемого лица в рамках одного уголовного дела <26>. В итоге представленная законодателем конструкция принципа предполагает субъективную интерпретацию разумности срока в правоприменительной деятельности.

<26> См.: Быков В. Новый закон о разумном сроке уголовного судопроизводства // Законность. 2010. N 11. С. 23 - 29.

Если в научных спорах возможно разное толкование содержания того или иного принципа, то для практиков должны существовать конкретно определенные, недвусмысленно понимаемые категории. Как представляется, ввиду однозначности категории "быстрота" отсутствовала необходимость формулировать соответствующий принцип. Было достаточно установления, как это было ранее, в качестве директивы для правоприменителя задачи, близкой по содержанию той, которая имелась в УПК РСФСР, например, следующего содержания: "...быстрое, полное и всестороннее расследование, рассмотрение дел, проверка законности и обоснованности принятых по делу решений, правильное применение закона с тем, чтобы каждый виновный в совершении преступления был привлечен к уголовной ответственности и ни один невиновный не был к ней привлечен".

Литература

  1. Апостолова Н.Н. Разумный срок уголовного судопроизводства // Российская юстиция. 2010. N 9. С. 63 - 66.
  2. Быков В. Новый закон о разумном сроке уголовного судопроизводства // Законность. 2010. N 11. С. 23 - 29.
  3. Газетдинов Н.И. Понятие, сущность и социальная ценность принципов уголовного судопроизводства // Российский судья. 2007. N 10.
  4. Добровольская Т.Н. Принципы уголовного процесса. М., 1971.
  5. Еникеев З.Д. Международно-правовые основы быстроты уголовного судопроизводства и проблемы их реализации в современной России // Международное публичное и частное право. 2010. N 4. С. 16 - 21.
  6. Ларин А.М. Расследование по уголовному делу. М.: Юридическая литература, 1975.
  7. Образцов А.В. От разумных сроков в уголовном процессе к принципу разумности // Российский следователь. 2011. N 16. С. 32 - 33.