Мудрый Юрист

Актуальные проблемы надзорного производства в гражданском процессе

Контроль за вступившими в законную силу судебными постановлениями был отличительной чертой советской правовой системы. Изначально данное производство получило в советском праве понятие "судебный контроль", а затем было изменено на "судебный надзор". Первоначально осуществление судебного контроля возлагалось на Народный комиссариат юстиции РСФСР, затем эта функция отошла к компетенции образованного Верховного Суда РСФСР, а с 1923 г. ее реализация была поручена также Верховному Суду СССР <1>. Главная особенность пересмотра дел в порядке надзора заключалась в том, что судебные решения могли быть пересмотрены и отменены вышестоящей судебной инстанцией даже после их вступления в законную силу <2>, а возбуждалось оно по инициативе соответствующих должностных лиц судебно-прокурорских органов <3>. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР от 11 июня 1964 г. <4> (далее - ГПК РСФСР) перенял основные черты сложившегося в СССР надзорного производства и действовал с принятыми в него впоследствии изменениями до 2003 года.

<1> Гражданский процесс: Учебник / Отв. ред. проф. В.В. Ярков. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 513.
<2> См.: Там же.
<3> Кац Ю.С. Возбуждение производства в порядке надзора по гражданским делам. М., 1965. С. 11; Трубников П.Я. Пересмотр решений в порядке судебного надзора. М., 1974. С. 64 - 66; см. также ст. 320 ГПК РСФСР от 11 июня 1964 г.
<4> Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1964. N 24. Ст. 407.

Надзорное производство по ГПК РСФСР - неэффективное средство правовой защиты

После того как 5 мая 1998 года Россия присоединилась к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. <*> и признала при этом обязательную юрисдикцию Европейского суда по правам человека (далее - Европейский суд), для российской правовой системы приобрел огромное значение учет прецедентной практики этого Суда. Его постановления <**> толкуют нормы Конвенции и в силу ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации имеют для нашей правовой системы такое же значение, как и решения российских высших судов - Конституционного, Верховного и Высшего Арбитражного <***>. Граждане России, так же как граждане других стран, входящих в Совет Европы, приобрели с этого времени право на обращение с жалобами в Европейский суд по правам человека.

<*> СЗ РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.
<**> Со всеми постановлениями Европейского суда по правам человека, использованными в данной статье, можно ознакомиться в базе данных Европейского суда по правам человека в сети Интернет по адресу: http://www.echr.coe.int/hudoc.
<***> Бюллетень Европейского суда по правам человека. 2004. N 5.

Для обращения в этот Суд гражданам России достаточно было обжаловать решение суда в кассационном порядке, чтобы исчерпать все эффективные внутригосударственные средства правовой защиты, несмотря на то что ГПК РСФСР предусматривал еще одну возможность обжалования судебных решений, определений и постановлений - надзорное производство. Пересмотр дел в порядке надзора, однако, не являлся с точки зрения Европейского суда, эффективным средством правовой защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции, поскольку граждане не могли лично возбудить надзорное производство и оно не являлось обязательной частью производства по делу <*>. К тому же отсутствие сроков для возбуждения надзорного производства создавало ситуацию правовой неопределенности, которая могла растянуться на несколько лет и сводила на нет правило шести месяцев <**>, установленное для подачи заявления в Европейский суд <***>.

<*> См., например, решение Европейского суда о приемлемости по делу Tumilovich v. Russia от 22 июня 1999 года; Pitkevich v. Russia от 8 февраля 2001 г.; Kucherenko v. Ukraine от 4 мая 1999 г.
<**> Согласно пункту 1 статьи 35 Конвенции Европейский суд может принять дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутригосударственные средства правовой защиты, и в течение шести месяцев со дня вынесения национальными органами "окончательного" решения по делу.
<***> См. решение Европейского суда о приемлемости по делу Berdzenishvili v. Russia от 29 января 2004 г.

Кроме того, Европейский суд по правам человека усмотрел в отмене надзорной инстанцией установленного судом права нарушение прав человека на "справедливое судебное разбирательство", гарантированное ст. 6 Европейской конвенции. По его мнению <*>, пересмотр дела в порядке надзора нарушает принцип правовой определенности, который, среди прочего, требует, чтобы принятое судами окончательное решение не могло быть оспорено (res judicata - принцип недопустимости повторного рассмотрения окончательно решенного дела). Данный принцип закрепляет, что ни одна из сторон не может требовать пересмотра окончательного и вступившего в законную силу постановления только в целях проведения повторного слушания и получения нового постановления. Полномочие вышестоящего суда по пересмотру дела должно осуществляться в целях исправления судебных ошибок, неправильного отправления правосудия, а не пересмотра по существу. Пересмотр не может считаться скрытой формой обжалования, в то время как лишь возможное наличие двух точек зрения по одному вопросу не может являться основанием для пересмотра. Отступления от этого принципа оправданны, только когда являются обязательными в силу обстоятельств существенного и непреодолимого характера.

<*> См.: Постановление Большой Палаты Европейского суда по делу Brumarescu v. Romania от 28 октября 1999 г.; Постановление Европейского суда по делу Ryabykh v. Russia от 24 июля 2003 г.; по делу Sovtransavto Holding v. Ukraine от 25 июля 2002 г.; решение Европейского суда о приемлемости по делу Berdzenishvili v. Russia от 29 января 2004 г.

Право стороны в процессе на судебное разбирательство было бы иллюзорным, если бы в правовой системе было бы закреплено, что окончательное, имеющее обязательную юридическую силу судебное постановление могло бы быть отменено вышестоящим судом по заявлению государственного должностного лица <*>.

<*> См.: Постановление Европейского суда по делу Hornsby v. Greece от 19 марта 1997 г., по делу Burdov v. Russia от 7 мая 2002 года, решение Европейского суда о приемлемости по делу Shestakov v. Russia от 18 июня 2002 г.

Во многом благодаря всему этому, существование надзорной инстанции было отменено либо сильно изменено во многих странах. Например, в Грузии, Армении, Азербайджане, на Украине законодатель отказался от надзорного производства и закрепил в ГПК две традиционные для европейских стран формы обжалования судебных постановлений: апелляцию и кассацию <*>. В Республике Беларусь и в Казахстане надзорное производство, возбуждаемое по протестам должностных лиц суда и прокуратуры, было сохранено. Однако в нормы, регулирующие порядок обжалования, рассмотрения жалоб, полномочий и оснований к отмене судебных постановлений судами надзорной инстанций, были внесены существенные изменения <**>.

<*> Борисова Е.А. Производство по проверке судебных постановлений в порядке надзора в гражданском и арбитражном процессе // Законодательство. 2003. N 9, 10. Сентябрь, октябрь.
<**> См.: Там же.

В гражданско-процессуальном праве Германии также действуют два института обжалования судебных решений. Первый - это Berufung (апелляция), а второй - Revision (кассация, имеющая признаки надзорного производства в РФ). Кассационная инстанция проверяет обжалуемое судебное решение на соответствие закону. Главной целью при этом является развитие и унификация права. Правом на обращение в эту инстанцию обладают только стороны.

Свое отношение к надзорному производству, предусмотренному ГПК РСФСР, высказал и Конституционный Суд РФ <*>. Надзорную инстанцию он охарактеризовал как дополнительную гарантию конституционного права на судебную защиту, поскольку только соответствующие должностные лица суда и прокуратуры могли приносить протесты на состоявшиеся судебные решения при наличии оснований для их пересмотра. Отказ в принесении протеста Конституционный Суд не рассматривал как нарушение конституционного права на судебную защиту, поскольку какое-либо иное решение, по-новому определяющее права и обязанности лиц, участвующих в деле, при разрешении вопроса о принесении надзорного протеста не выносилось. По мнению Конституционного Суда, пересмотр дела в порядке надзора не затрагивал предусмотренное ч. 3 ст. 46 Конституции Российской Федерации право на обращение в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, поскольку отсутствие решения суда надзорной инстанции не препятствовало обращению гражданина в Европейский суд по правам человека.

<*> Определение Конституционного Суда РФ от 18 апреля 2000 г. "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Кравченко Леонида Васильевича на нарушение его конституционных прав статьей 320 ГПК РСФСР".

В 2002 г. был принят новый Гражданский процессуальный кодекс РФ <*> (далее - ГПК РФ), предусмотревший ряд изменений в надзорном производстве. Так, например, были урегулированы порядок обращения в надзорную инстанцию и порядок рассмотрения надзорных жалоб и представлений. В связи с чем, как справедливо отмечает профессор В.В. Ярков, процедура возбуждения дел в порядке надзора на основе решения судьи стала более прозрачной <**>. Кроме того, обращение в надзорную инстанцию лицами, участвующими в деле, было ограничено годичным сроком.

<*> СЗ РФ. 18.11.2002. N 46. Ст. 4532.
<**> Ярков В.В. Основные правовые институты АПК и ГПК РФ. Все познается в сравнении // ЭЖ-Юрист. 2003. N 4. С. 7.

Казалось бы, что все замечания Европейского суда по правам человека были учтены, однако представляется, что и в измененном надзорном производстве все еще остается ряд проблем, которые могут стать препятствием для признания его эффективным средством правовой защиты <*>.

<*> При этом следует отметить, что Европейским судом до настоящего времени не принималось решений, в котором бы оценивалась эффективность новых процессуальных правил подачи и рассмотрения надзорных жалоб.

Возбуждение надзорного производства по ГПК РФ 2002 г.

С принятием нового ГПК РФ в 2002 г. изменился порядок обращения в надзорную инстанцию. Согласно буквальному содержанию п. 1 ст. 376 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления могут быть обжалованы в суд надзорной инстанции лицами, участвующими в деле, и другими лицами, если их права и законные интересы нарушены судебными постановлениями.

Спорным, однако, остается вопрос, как следует Европейскому суду рассматривать данное изменение. Ведь теперь внесение надзорной жалобы не является дискретным полномочием должностного лица, а может быть непосредственно инициировано лицами, участвующими в деле. Следует ли теперь рассматривать надзорную инстанцию в Российской Федерации эффективным средством судебной защиты?

После внесения надзорной жалобы лицом, участвующим в деле, она по поручению председателя или заместителя председателя соответствующего суда передается на рассмотрение судьи данного суда (ст. 379 ГПК РФ), который согласно ст. 380 ГПК РФ в течение десяти дней проверяет содержание надзорной жалобы (ст. 378 ГПК РФ), не пропущен ли срок для надзорного обжалования <*>, подана ли она лицом, имеющим право на обращение в суд надзорной инстанции, и не нарушены ли правила подсудности (ст. 377 ГПК РФ). После этого судья либо возвращает надзорную жалобу без рассмотрения по существу <**>, либо рассматривает ее.

<*> Согласно п. 2 ст. 376 ГПК РФ данный срок равен одному году со дня вступления судебного постановления в законную силу.
<**> Судья также возвращает жалобу без рассмотрения по существу, если до принятия жалобы или представления к рассмотрению по существу поступила просьба об их возвращении или отзыве (ст. 380 ГПК РФ).

По результатам рассмотрения надзорной жалобы судья выносит определение либо об истребовании дела, если имеются сомнения в законности судебного постановления, либо об отказе в истребовании дела <*>, если изложенные в жалобе или представлении доводы в соответствии с федеральным законом не могут повлечь за собой возможность отмены судебного постановления (п. 2 ст. 381 ГПК РФ).

<*> Председатель соответствующего суда вправе не согласиться с определением судьи об отказе в истребовании дела. В этом случае они выносят свое определение об истребовании дела (п. 6 ст. 381 ГПК РФ).

Разъяснений того, что значит "сомнения в законности" и "возможность отмены судебного постановления", закон не дает, что допускает их произвольное толкование. Кроме того, за решением вопроса об истребовании дела следует решение вопроса о передаче дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции, для которого не установлено никаких критериев и законодательных ориентиров <*>.

<*> Терехова Л.А. Концепция надзорного производства в новом ГПК // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002 - 2003. N 2. С. 73.

Таким образом, и в новом надзорном производстве внесение дела в суд надзорной инстанции продолжает оставаться дискретным полномочием судьи, который единолично решает, может ли оно повлечь отмену соответствующего судебного постановления или нет и следует ли вносить его в суд надзорной инстанции для рассмотрения по существу.

Представляется, что данный процесс рассмотрения дела в надзорной инстанции является лишь прописанным отражением старого. Так, лицо, участвующее в деле, до введения нового ГПК направляло заявление о внесении протеста в порядке надзора лицу, компетентному на внесение такого протеста (председателю соответствующего суда, либо его заместителям, либо соответствующему прокурору), который так же, как и в новом надзорном производстве, единолично решал, имеются ли основания для внесения протеста, т.е. может ли оно повлечь отмену соответствующего судебного постановления или нет <*>.

<*> Сторонниками данного мнения являются: Терехова Л.А. Концепция надзорного производства в новом ГПК // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002 - 2003. N 2. С. 70 - 74; Борисова Е.А. Производство по проверке судебных постановлений в порядке надзора в гражданском и арбитражном процессе // Законодательство. 2003. N 9, 10. Сентябрь, октябрь.

Как видно, новый порядок возбуждения надзорного производства фактически не изменил старый, не признаваемый Европейским судом в качестве эффективного средства правовой защиты. Появившаяся же возможность лично обратиться в суд надзорной инстанции представляется более декоративной, чем практической, так как законодателем не установлено четких критериев приемлемости жалобы, и она не может непосредственно повлечь рассмотрение дела по существу в надзорной инстанции.

Обоснованность судебных определений об отказе в истребовании дела

Одной из наиболее важных проблем, возникающих на практике в ходе надзорного производства, является проблема обоснованности судебных определений об отказе в истребовании дела. Согласно п. 3 ст. 381 ГПК РФ в определении суда об отказе в истребовании дела излагаются мотивы, т.е. основания для отказа в истребовании дела. Как показывает практика, типичным основанием для отказа являются формулировки, подобные следующей: "Как усматривается из обжалуемого судебного постановления, оно сомнений не вызывает, а доводы жалобы в соответствии со ст. 387 ГПК РФ не могут повлечь его отмену или изменение в порядке надзора" <*>.

<*> Определение Верховного Суда РФ от 25.11.2004 N 77фО2-534 (не опубликовано).

По смыслу закона судья в своем определении об отказе в истребовании дела не обязан давать письменную оценку доводам, приведенным в надзорной жалобе либо представлении прокурора. Подобный порядок вынесения судебных определений, очевидно, способствует написанию формальных отписок, нежеланию судей вникать в суть рассматриваемого дела и соответственно вносить его в надзорную инстанцию для рассмотрения по существу.

Разумность сроков

П. 1 ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод гарантирует каждому право на рассмотрение его дела в разумные сроки. При определении того, насколько срок судебного разбирательства являлся разумным, во внимание принимается сложность дела, поведение заявителя, поведение государства в лице соответствующих органов <*>.

<*> Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2004. N 5; Постановление Европейского суда по правам человека по делу "Калашников против Российской Федерации" от 15 июля 2002 г.

Большой вопрос в связи с этим вызывает разумность сроков, предусмотренных ГПК РФ, для рассмотрения надзорной жалобы. Так, при ее рассмотрении судья, которому жалоба передана для рассмотрения, в течение десяти дней решает, подлежит ли жалоба возвращению без рассмотрения по существу или нет (ст. 380 ГПК РФ). Затем в течение двух месяцев (при рассмотрении надзорной жалобы в Верховном Суде РФ) этот же судья решает вопрос, имеются ли сомнения в законности судебного постановления для того, чтобы истребовать дело (п. 2 ст. 381). В случае его истребования судья Верховного Суда в течение четырех месяцев может решать, следует ли передавать дело для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции (п. 1 ст. 382 ГПК РФ). К тому же данный срок может быть продлен председателем Верховного Суда либо его заместителем до шести месяцев (п. 1 ст. 382 ГПК РФ). Таким образом, согласно закону судья может более восьми месяцев фактически решать один лишь единственный вопрос: может ли быть данное дело рассмотрено по существу в надзорной инстанции Верховного Суда РФ или нет? Кроме того, само рассмотрение дела по существу в порядке надзора в Верховном Суде РФ может продолжаться до двух месяцев (ст. 386 ГПК РФ).

Если же учесть, что в гражданском процессе надзорных инстанций три, то "исчерпание внутригосударственных средств правовой защиты" растянется на годы. Вряд ли при этом стоит говорить об эффективности надзорного производства <*>.

<*> Терехова Л.А. Концепция надзорного производства в новом ГПК // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002 - 2003. N 2. С. 73.

Проблема "дублирования надзорного производства"

Еще одной проблемой, возникающей в ходе надзорного производства, является проблема "дублирования надзорного производства". В российской судебной системе существует несколько надзорных инстанций, одна находится в соответствующем суде субъекта РФ (например, президиум областного суда) и две в Верховном Суде РФ: Коллегия по гражданским делам и Президиум Верховного Суда РФ. Проблема заключается в том, что согласно ст. 377 ГПК РФ постановление надзорной инстанции, принятое, например, президиумом областного суда, может быть обжаловано в другую, тоже надзорную инстанцию, но при Верховном Суде РФ - в Судебную коллегию по гражданским делам. Но и на этом еще не все. Постановление Судебной коллегии, вынесенное в порядке надзора, может быть обжаловано также в порядке надзора в Президиуме Верховного Суда. Происходит так называемое дублирование надзорного производства. Конечно, можно сказать, что чем больше инстанций будет рассматривать дело, тем более справедливым будет решение. Но таким путем можно организовать и десять надзорных инстанций. Представляется, что справедливость судебных решений заключается не в количестве инстанций, а в профессионализме судей, в качестве их работы.

К тому же не ясно, почему такое недоверие сохраняется, например, у Президиума Верховного Суда в отношении судебных актов судей Судебных коллегий этого же суда, которые также наделены полномочиями надзорной инстанции <*>.

<*> Ярков В.В. Основные правовые институты АПК и ГПК РФ. Все познается в сравнении // ЭЖ-Юрист. 2003. N 4. С. 7.

Постановление надзорной инстанции, принятое по делу, должно быть окончательным, и не должно происходить дублирование одного и того же процесса. Не может ведь быть дело пересмотрено несколько раз подряд в кассационном и апелляционном производстве, не должно так быть и в надзорном.

Беспристрастность судей в надзорной инстанции

Последней проблемой надзорного судопроизводства, которую бы хотелось осветить, является проблема нарушения принципа беспристрастности, гарантированного ст. ст. 12 и 16 ГПК РФ, а также ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Как представляется, нарушение данного принципа зачастую возникает как в надзорной инстанции субъекта РФ, так и в самом Верховном Суде.

Дело в том, что по ГПК РСФСР протесты в порядке надзора имели право вносить председатели судов и их заместители, которые зачастую председательствовали в надзорной инстанции при рассмотрении собственных протестов либо как минимум были членами надзорной инстанции. В новом ГПК 2002 г. полномочие председателей судов вносить протесты по всем делам было ограничено. Теперь только Председатель Верховного Суда Российской Федерации или заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации имеет право внести в Президиум Верховного Суда Российской Федерации мотивированное представление о пересмотре судебных постановлений в порядке надзора в целях обеспечения единства судебной практики и законности <*>. Таким образом, проблема беспристрастности в надзорной инстанции все еще остается, особенно учитывая то, что нет четких критериев того, что понимать под "обеспечением единства судебной практики и законности", и что, по всей видимости, под это можно подвести практически любое дело.

<*> Ст. 389 ГПК РФ, предусматривающая данное полномочие председателя Верховного Суда или его заместителей, не предусматривает сроков для внесения такого представления. Поэтому не совсем ясно, ограничено ли данное право годичным сроком, предусмотренным п. 2 ст. 376 ГПК РФ, для других лиц или нет. Господствующее мнение исходит из того, что по смыслу закона сроков для внесения такого представления не установлено. См.: Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. Г.П. Ивлиева. Юрайт-Издат, 2002. Ст. 389; Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. Г.А. Жилина. М., 2003. С. 686.

Ст. 16 ГПК РФ однозначно говорит, что судья не может рассматривать дело и подлежит отводу, если имеются сомнения в его объективности и беспристрастности. Представляется, что лицо, внесшее протест в порядке надзора, сформировало уже свою точку зрения по обжалуемому делу. Это однозначно вызывает сомнения в его беспристрастности. Кроме того, если данное лицо еще и председательствует при рассмотрении своего протеста, вполне очевидно, что оно может направить ход рассмотрения дела в нужном направлении. Данная проблема обостряется также тем, что председатель Верховного Суда и его заместители пользуются в России большим авторитетом, что само по себе уже формирует мнение других членов надзорной инстанции.

Итак, очевидно, что лицо, внесшее протест в порядке надзора, не может затем рассматривать его. Такая практика явно противоречит как российскому законодательству, так и ст. 6 Европейской конвенции по правам человека и практике Европейского суда, гарантирующей каждому право на рассмотрение его дела беспристрастным судом.

В завершение этой темы хотелось бы привести интересное высказывание судьи от Российской Федерации в Европейском суде по правам человека Ковлера А.И.: "В последнее время появились жалобы на надзорную процедуру. Когда председатель областного суда (или зам. председателя областного суда) выносит протест и сам же председательствует при его рассмотрении. Вот эта нелепая абсурдная ситуация выплескивается в Страсбург, и я думаю, что в ближайшие недели Суд выскажется по этому вопросу. Это будет неприятный подарок нашим судебным органам на фоне тех прогрессивных изменений, которые происходят в недрах российской судебной системы" <*>.

<*> Интернет-конференция Совета Европы и Европейского суда по правам человека "Европейские стандарты защиты прав человека. Обеспечение доступа в Российской Федерации" (ознакомиться с содержанием данной Интернет-конференции можно в электронной справочно-информационной системе "КонсультантПлюс").

Таким образом, в российском гражданском процессе и именно в надзорном производстве, несмотря на его постоянное реформирование, существует целый ряд проблем, которые все еще необходимо привести в соответствие с Европейской конвенцией по правам человека и практикой Европейского суда.

Так, например, представляется неоправданным существование трех надзорных инстанций в РФ, одной при соответствующем суде субъекта РФ и двух при Верховном Суде РФ, с возможностью отмены вышестоящей надзорной инстанцией постановления нижестоящей тоже надзорной инстанции. Данный порядок явно затягивает окончательное рассмотрение дела и не способствует стабильности надзорных постановлений. Существование надзорной инстанции в субъекте РФ представляется ненужным. Надзор должен стать процедурой, проводимой на надсубъектном уровне, способствуя тем самым единству судебной практики и законности. Высшей судебной инстанцией в субъекте может при этом остаться кассационная инстанция, которая в настоящее время, одновременно с надзорной инстанцией, находится при соответствующем высшем суде субъекта РФ.

Вызывает непонимание наличие двух надзорных инстанций при Верховном Суде РФ: Президиума Верховного Суда и Судебной коллегии этого же суда. В связи с этим:

  1. было бы оправданным сделать обращение в Судебную коллегию Верховного Суда действительной частью судебной процедуры, так, чтобы подача надлежащим образом оформленной и аргументированной жалобы влекла бы за собой рассмотрение дела по существу в надзорной инстанции, а не к разрешению вопроса, как сейчас, стоит ли истребовать дело из нижестоящего суда и передавать ли его для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции. Кроме того, необходимо ввести норму, которая бы предписывала рассматривающему надзорную жалобу судье давать письменную оценку всем приведенным в жалобе аргументам, если они, с его точки зрения, не вызывают сомнений в законности обжалуемого судебного постановления. Право на обращение в порядке надзора в Судебную коллегию Верховного Суда нужно было бы при этом ограничить определенным сроком и не вводить в течение этого времени соответствующее судебное постановление в законную силу. Эти меры способствовали бы ускорению судопроизводства, укреплению законности выносимых судебных решений, признанию надзорной инстанции эффективным средством судебной защиты на международном уровне;
  2. необходимо пересмотреть статус Президиума Верховного Суда РФ и порядок пересмотра им дел в порядке надзора:

В связи с этим представляется разумным изменить порядок пересмотра дел в надзорном производстве Президиумом Верховного Суда так, чтобы обжалуемые, вступившие в законную силу, судебные постановления не отменялись, а сохраняли свою силу со всеми вытекающими из этого последствиями и в то же самое время по результатам рассмотрения обжалуемого дела Президиумом выносилось бы новое решение, но против государства. Этим решением можно было бы обязать государство возместить "жертве" ненадлежащим образом рассмотренного дела все вытекающие из этого убытки. Данная мера могла бы стать дополнительным средством правовой защиты и способствовала бы большей стабильности хозяйственного оборота;

<*> См.: Постановление Европейского суда по делу Amuur v. France от 25 июня 1995 г., по делу Dalban v. Romania от 28 сентября 1999 г., по делу Ryabykh v. Russia от 24 июля 2003 г., по делу Burdov v. Russia от 7 мая 2002 г.

Вызывает сомнения право председателя Верховного Суда либо его заместителя на внесение представления в порядке надзора в Президиум Верховного Суда в целях укрепления единства судебной практики и законности, особенно учитывая то, что данное полномочие по смыслу закона не ограничено какими-либо сроками. Это продолжает порождать правовую неопределенность и опять-таки сводит на нет "правило шести месяцев".

В том случае, если бы Президиум Верховного Суда, как было предложено выше, выносил решения против государства, отсутствие сроков на внесение представления было бы более или менее оправданным. Это способствовало бы более надежной защите прав человека, хотя даже при обращении в Европейский суд право на подачу жалобы ограничено шестимесячным сроком.

Внесение представления о пересмотре дела в порядке надзора Председателем Верховного Суда либо его заместителем и их последующее участие в составе суда, рассматривающего дело в порядке надзора, очевидно, вызывают сомнения в объективности данного суда. Учитывая авторитет председателя Верховного Суда либо его заместителя, а также их должностное положение, было бы разумным передать это право другим лицам либо органам, например прокуратуре. Данная мера позволила бы сохранить объективность суда и способствовала бы укреплению законности.

Как видно, в надзорном производстве существует еще много проблем, на которые следует обратить внимание. Проведенная же реформа надзорного производства создала лишь видимость "процессуальности" путем установления конкретных сроков, этапов надзорной деятельности, но без изменения сущности этого института <*>.

<*> Терехова Л.А. Концепция надзорного производства в новом ГПК // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002 - 2003. N 2. С. 74.