Мудрый Юрист

О некоторых вопросах защиты прав потребителей

А.М. ЭРДЕЛЕВСКИЙ

Эрделевский Александр, профессор, доктор юридических наук.

В принятом относительно недавно Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 17 от 28 июня 2012 года "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" (далее - Постановление) были даны разъяснения по многим важным вопросам правового регулирования отношений с участием потребителей. Одновременно было объявлено утратившим силу Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 года N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей" (п. 54 Постановления). Принятие Постановления представляет собой позитивное явление в развитии российской судебной практики. Остановимся на некоторых положениях этого Постановления.

Начнем с отношений, регулируемых законодательством о защите прав потребителей. Как указывается в п. 1 Постановления, это отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг. Эти отношения регулируются ГК, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей), другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами РФ.

Отдельные виды отношений с участием потребителей одновременно регулируются и специальными законами, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения). К отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

В ст. 39 Закона о защите прав потребителей установлено, что последствия нарушения условий договоров об оказании отдельных видов услуг, если такие договоры по своему характеру не подпадают под действие главы III этого Закона, определяются законом. Отсюда в п. 2 Постановления сделан правильный вывод о том, что к таким отношениям должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (ст. 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (ст. 13), о возмещении вреда (ст. 14), о компенсации морального вреда (ст. 15), об альтернативной подсудности (п. 2 ст. 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (п. 3 ст. 17) в соответствии с п. 2 и 3 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ.

По общему правилу правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с ГК пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.). Однако, как отмечается в подпункте "а" п. 3 Постановления, есть случаи, когда ответственность продавца (исполнителя) возникает только перед гражданином, заключившим с ним договор (например, согласно п. 1 ст. 12 Закона потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, вправе только тот потребитель, которому было отказано в предоставлении возможности незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре, работе или услуге).

Законодательство о защите прав потребителей применяется и к отношениям сторон предварительного договора (ст. 429 ГК), по условиям которого гражданин фактически выражает намерение на возмездной основе заказать или приобрести в будущем товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (п. 4 Постановления).

Распространяется действие законодательства о защите прав потребителей, как разъясняется в п. 11 Постановления, и на отношения, связанные с осуществлением юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями посреднических услуг на рынке сделок с недвижимостью (риелторские услуги, заключающиеся, в частности, в подборе вариантов объектов недвижимости для их последующей купли-продажи, аренды гражданами для целей, не связанных с предпринимательской деятельностью, помощи в заключении указанными гражданами сделок по купле-продаже и иных сделок в отношении объектов недвижимости, организации продажи объектов недвижимости по поручению данных граждан).

Права и законные интересы граждан, имеющих право на государственную социальную помощь и использующих в ходе ее реализации товары или услуги, подлежат защите в порядке, предусмотренном законодательством о защите прав потребителей. Требования могут быть предъявлены к изготовителю (продавцу) этих товаров, исполнителю услуг. К отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, также применяется законодательство о защите прав потребителей (п. 8 и 9 Постановления).

В п. 5 Постановления указывается, что законодательство о защите прав потребителей распространяется и на отношения по приобретению товаров (работ, услуг) по возмездному договору, если цена в таком договоре не указана. К этому следует добавить, что в ГК установлена презумпция возмездности гражданско-правового договора. Договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное (п. 3 ст. 423 ГК). Поэтому если в договоре не указана цена, это обстоятельство само по себе не является основанием для опровержения предположения о возмездности такого договора, а является лишь основанием для определения цены в порядке аналогии (п. 3 ст. 424 ГК). Если же для определенного вида договора цена является его существенным условием, то при отсутствии соглашения по этому условию договор не будет являться заключенным. Следует также заметить, что для договора розничной купли-продажи, как и для любого публичного договора, цена является существенным условием договора (п. 2 ст. 494, п. 2 ст. 426 ГК).

В Постановлении также обращается внимание на отношения, на которые действие законодательства о защите прав потребителей не распространяется вообще или применяется субсидиарно.

Так, не применяется указанное законодательство к отношениям по совершению нотариусом нотариальных действий, а также к отношениям по оказанию профессиональной юридической помощи адвокатами (п. 6 Постановления). Не регулируются законодательством о защите прав потребителей и отношения граждан с товариществами собственников жилья, жилищно-строительными кооперативами, жилищными накопительными кооперативами, садоводческими, огородническими и дачными некоммерческими объединениями граждан, если эти отношения возникают в связи с членством граждан в этих организациях. В то же время, как отмечается в п. 7 Постановления, на отношения по поводу предоставления этими организациями гражданам, в том числе и членам этих организаций, платных услуг (работ) Закон о защите прав потребителей распространяется.

В соответствии с п. 9 ст. 4 Федерального закона от 30 декабря 2004 года "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" к отношениям, возникающим из договора участия в долевом строительстве, заключенного гражданином в целях приобретения в собственность жилого помещения и иных объектов недвижимости исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, законодательство о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной этим Законом (п. 10 Постановления).

Как положительную сторону Постановления следует оценить то обстоятельство, что в нем в порядке судебного толкования формулируются определения некоторых понятий, имеющих значения для применения законодательства о защите прав потребителей.

Так, в п. 3 Постановления сформулированы определения понятий "товар", "работа", "услуга", "финансовая услуга".

Под товаром, как указывается в Постановлении, следует понимать вещь (вещи), определенную либо родовыми (числом, весом, мерой), либо индивидуальными признаками, предназначенную для продажи или иного введения в гражданский оборот.

Работой в целях применения Закона о защите прав потребителей предлагается считать действие (комплекс действий), имеющее материально выраженный результат и совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя на возмездной договорной основе.

Услуга - это действие (комплекс действий), совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора.

Под финансовой услугой в Постановлении понимается услуга, оказываемая физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

Следует обратить внимание на то, что с позиций рассматриваемого Постановления не может рассматриваться в качестве финансовой услуги страховая услуга, а договор страхования, соответственно, не может рассматриваться как договор об оказании финансовых услуг. В то же время договор страхования, очевидно, рассматривается в Постановлении как договор об оказании услуг, поскольку о нем в качестве примера упоминается в п. 2 Постановления как о возможном виде отношений с участием потребителей (в действовавшем ранее Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 года N 7 о договоре страхования вообще не упоминалось).

Возникает существенное противоречие между п. 2 рассматриваемого Постановления и п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", где сформулировано понятие страховой услуги как финансовой услуги, оказываемой страховой организацией или обществом взаимного страхования в целях защиты интересов страхователей (выгодоприобретателей) при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков.

Такого рода противоречия не случайны. Дело в том, что Гражданский кодекс РФ не дает оснований для однозначной квалификации договора страхования в качестве договора возмездного оказания услуг. Так, о нем не упоминается в п. 2 ст. 779 ГК, где прямо указаны те виды услуг, которые в Постановлении N 17 названы финансовыми услугами, - договор банковского вклада, договор банковского счета. Возможность квалификации в качестве услуги таких действий страховщика, как принятие на себя страхового риска или исполнение обязанности по выплате страхового возмещения при наступлении страхового случая, тоже вызывает много вопросов. Поэтому с позиций Гражданского кодекса РФ остается не вполне очевидным, является договор страхования разновидностью договоров об оказании услуг или это обязательство с каким-то иным предметом.

Второй вариант подхода к договору страхования не исключен, поскольку п. 1 ст. 307 ГК оставляет открытым перечень возможных видов предмета обязательства. Однако непризнание договора страхования в качестве договора об оказании услуг выводило бы отношения, возникающие в связи с его заключением, за рамки Закона о защите прав потребителей, который распространяется на отношения, связанные с продажей товаров, выполнением работ и оказанием услуг. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении N 17, видимо, выбирает первый вариант подхода к квалификации договора страхования, считая его договором об оказании услуг, но не финансовых, а иного рода. Однако в этом случае оба упомянутых Постановления нуждаются в согласовании в целях исключения отмеченных очевидных противоречий между ними.

С точки зрения защиты прав потребителей имеет важное практическое значение п. 43 Постановления. В нем отмечается, что исходя из п. 5 ст. 18 Закона о защите прав потребителей и ст. 493 ГК отсутствие у потребителя кассового или товарного чека, чека безналичной оплаты услуг либо иного документа, удостоверяющего факт и условия покупки товара, не является основанием для отказа в удовлетворении его требований продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером). В подтверждение факта заключения договора и его условий потребитель вправе ссылаться на свидетельские показания.

При дистанционных способах продажи товаров (заказа работ, услуг), когда используются средства удаленной связи (в частности, такие, как почта, Интернет, телефон), а оплата товара (работ, услуг) осуществляется потребителем посредством электронных или безналичных расчетов, в том числе с использованием банковских карт и (или) иных установленных законом средств платежа, включая электронные средства платежа, факт покупки может быть подтвержден выпиской с банковского счета об авторизации и о совершении транзакции с указанием получателя платежа, итогов дебетовых и кредитовых операций и т.п., а также иными документами, подтверждающими перевод денежных средств (например, подтверждением об исполнении распоряжения клиента об осуществлении перевода электронных денежных средств, выдаваемым клиенту оператором электронных денежных средств).

В заключение остановимся на разъяснениях Постановления по поводу применения такого способа защиты прав потребителей, как компенсация морального вреда.

Напомним, что согласно ст. 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами РФ, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда, она осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В связи с этим следует обратить внимание на п. 45 Постановления, где указывается, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. С точки зрения размера такой компенсации важным является сделанное в этом же пункте Постановления указание на то, что, поскольку размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, ее размер не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки.

Нетрудно видеть, что в п. 45 Постановления фактически устанавливается презумпция причинения потребителю морального вреда в случае нарушения его прав. Поскольку компенсация морального вреда, причиненного потребителю, производится в случае нарушения как его неимущественных, так и имущественных прав, не усматривается никаких препятствий для того, чтобы не применять отмеченную презумпцию во всех случаях, когда закон допускает компенсацию морального вреда.

Однако то, что достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя, не означает, что суды не должны оценивать характер и степень причиненных потребителю страданий. Такая оценка необходима для определения размера присуждаемой потребителю компенсации морального вреда, который, как отмечается в п. 45 Постановления, в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Отсюда следует, что при рассмотрении требования о компенсации морального вреда суд всегда должен выяснять характер и степень страданий, причиненных потерпевшему. Нельзя полностью исключить отказ или неспособность потерпевшего сообщить суду какие-либо сведения по этому вопросу. Может ли это расцениваться как основание для отказа в удовлетворении требования о компенсации морального вреда. С точки зрения логики п. 45 Постановления ответ на этот вопрос должен быть отрицательным, поскольку доказанность факта нарушения прав потребителя одновременно доказывает факт причинения ему морального вреда. Однако суд не сможет в этом случае определить размер компенсации с соблюдением требований ст. 151, 1101 ГК.

В подобной ситуации представлялось бы правильным присуждение компенсации морального вреда в символическом размере (например, 1 руб.). Компенсация в таком размере фактически будет лишена своего имущественного (и, следовательно, компенсационного в точном смысле слова) значения, но судебным решением будет подтверждено наличие у потерпевшего самого права на компенсацию морального вреда.