Мудрый Юрист

Вот тебе, предприниматель, и юрьев день...

Никита Колоколов, доктор юридических наук, профессор кафедры судебной власти и организации правосудия НИУ - ВШЭ, г. Москва.

Постановлением ГД РФ от 02.07.2013 N 2559-6 ГД предпринимателям России объявлена амнистия. Суть ее такова: ты плати, а мы подумаем, кого освобождать от наказания, а кого и нет. Множество авторов пытаются юридико-техническим путем расширить перечень лиц, подлежащих амнистии, - напрасный труд. Акт об амнистии составлен таким образом, чтобы от предпринимателей заполучить по максимуму, а освободить бизнесменов по минимуму.

Прощение предпринимателей следует начинать не с акта амнистии, а с коренной модернизации УК РФ. Действующий уголовный закон, изначально заточенный против предпринимателей, традиционно ужасен. Одна и та же норма применяется сразу ко всем "расхитителям", как реальным, так и вымышленным, мелким и крупным. В основном это безжалостная ст. 159 УК РФ - мошенничество. Приватизировал часть национального достояния - мошенник. Не поделил имущество с компаньоном - мошенник. Выполнил указание руководителя, выдал кредит персоне нон грата - мошенник. Совершил какие-то непонятные манипуляции с предприятием - мошенник.

Совершенно очевидно и то, что жизнь бизнесмена гораздо сложнее, чем куцый регламент ст. 159 УК РФ, даже со всеми вариациями, внесенными в УК РФ 29 ноября 2012 года.

Еще одна особенность нашего уголовного закона заключается в том, что он не просто суров, он жесток к лицам, совершившим в масштабах бизнеса, в общем-то, "микродеяние". Не вернул долг всего в 250000 руб. - тяжкое преступление (до 6 лет лишения свободы), а если сумма невозвращенного долга превысила 1000000 руб., то деяние становится уже особо тяжким (до 10 лет лишения свободы). Далее уже не важно: 1 миллион похищен или несколько миллиардов, наказание одно - до 10 лет лишения свободы.

Даже с учетом того, что в ст. ст. 159.3 - 159.6 УК РФ эти пороги увеличены соответственно до 1,5 млн. и 6 млн. руб., все равно в настоящем бизнесе - это такая мелочь.

Остановимся на одном важном в юридико-техническом отношении аспекте акта амнистии. В соответствии с п. п. 1 и 5 Постановления РФ от 02.07.2013 N 2559-6 ГД от уголовного наказания освобождаются осужденные за "экономические преступления", также прекращаются уголовные дела, находящиеся в производстве органов дознания, предварительного следствия и суда, о таких преступлениях, если лица, обвиняемые в совершении "экономических преступлений", выполнили обязательства по возврату имущества и (или) возмещению убытков потерпевшим.

Как видим, главное условие применения амнистии - возмещение ущерба. Если приговор в отношении лица, совершившего экономическое преступление, вступил в законную силу, то вопрос о размере ущерба по крайней мере был предметом исследования в различных стадиях судебного контроля.

Совершенно по-другому выглядит проблема прекращения уголовного дела в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства до постановления обвинительного приговора. В данном случае размер ущерба, причиненного преступлением, - не более чем позиция стороны обвинения, зачастую надуманная. В таких условиях императивная норма - прекращение уголовного дела возможно лишь после выплаты определенной суммы - превращается в орудие вымогателя взяток. У следователя появляется возможность заявить подозреваемому: "Потерпевший просит 10 млн., реально ему положен 1, но, чтобы я пришел к такому выводу, мне следует дать взятку в миллион, в противном случае расследование затянется и дело на 10 млн. уйдет в суд". Практика свидетельствует, что особо эффективно действие такого орудия, если обвиняемый под стражей.

Инициатор конфликта - ООО "Объединенные кондитеры", используя уголовно-правовой механизм, решило избавиться от конкурента ОАО "Оркла Брэндс Россия". Реализуя данный замысел, инициатор, несмотря на то что конфликт между ним и ОАО носил исключительно гражданско-правовой характер, успешно разрешался в арбитражных судах и ФАС РФ, в ряде городов (в том числе в Москве и Санкт-Петербурге) поставил вопрос о возбуждении уголовных дел в отношении топ-менеджеров ОАО по ч. 1 ст. 180 УК РФ.

Согласно норме материального права основанием для возбуждения такого дела является определение размера крупного ущерба (1,5 млн. руб.), причиненного ООО.

Несмотря на то что размер ущерба установлен не был, органы дознания УВД по ЦАО ГУ МВД России по г. Москве 5 декабря 2012 года возбудили уголовное дело по факту незаконного использования товарного знака ОАО. Очевидно, что решение об использовании товарного знака было принято конкретным менеджером ОАО. Содержащиеся в постановлении о возбуждении уголовного дела формулировки "изготовление в неустановленном месте", "в неустановленное время" - яркое свидетельство либо крайне низкого процессуального уровня конкретных дознавателей и полного отсутствия за ними ведомственного контроля и прокурорского надзора, либо подтверждение заказного характера уголовного дела.

Отметим, что состоявшиеся по делу процессуальные решения выдержали судебный контроль, более того, согласно заключению от 24 июля 2013 года, утвержденному первым заместителем прокурора г. Москвы, были признаны законными и обоснованными.

Вместе с тем правовая неопределенность по вопросам о лицах, подлежащих уголовной ответственности, размере причиненного ООО ущерба создала явные предпосылки для внепроцессуального давления на менеджеров ОАО.

Можно констатировать, что уголовные дела, подобные анализируемому, могут быть возбуждены лишь в отношении конкретных менеджеров, несущих ответственность за выпуск продукции, их анкетные данные секретом не являются.

Следующее основание для возбуждения уголовного дела по признакам ч. 1 ст. 180 УК РФ - точное установление ущерба, причиненного правообладателю товарного знака.

Отсутствие данной информации - бесспорное основание для отмены постановления о возбуждении уголовного дела прокурором (ч. 4 ст. 146 УПК РФ).

Несмотря на перечисленные нарушения, дознание в отношении топ-менеджмента ОАО длилось до 12 июля 2013 года - практически 6 месяцев, все это время им предлагалось возместить ООО ущерб.

Амнистия - прощение, а таковое не должно ставиться в зависимость от экономических факторов, не получивших как минимум судебной оценки.