Мудрый Юрист

Особенности правового регулирования общей долевой собственности в некоторых европейских правопорядках

Филатова Ульяна Борисовна, заведующая кафедрой гражданского права Восточно-Сибирского филиала Российской академии правосудия, кандидат юридических наук, доцент.

В настоящей статье автором анализируются особенности правового регулирования общей собственности в России, Германии, Австрии и Швейцарии. Отмечается, что законодательство Германии, Австрии и Швейцарии рассматривает общую долевую собственность через призму общности и закрепляет принцип большинства как основу принятия решений. Российское законодательство восприняло римскую индивидуалистическую концепцию, основанную на единогласном принятии решений.

Ключевые слова: принцип единогласия, принцип большинства, долевая собственность, прекращение отношений общей собственности.

Peculiarities of legal regulation of common share ownership in some european legal orders

U.B. Filatova

The author analyses in this article the features of legal regulation of common property in Russia, Germany, Austria and Switzerland. Notes, that the legislation of Germany, Austria and Switzerland describes common property through the prism of community and consolidate the principle of majority as the base of decision. Russian legislation accepted individualistic conception of the Roman common property, based on unanimous decision.

Key words: unanimity rule, majority rule, shared property, termination of ownership common property.

В основу правового регулирования отношений общей собственности положена некая концепция, основная идея, которой последовательно придерживается законодатель. Сама по себе общая собственность - это феномен, уже в названии которого заложена явная коллизия, так как, с одной стороны, подразумевается общность, нуждающаяся в регулировании порядка взаимодействия и уже по своей природе содержащая некоторые ограничения, поскольку нахождение в общности - это необходимость подчиняться выработанным ею правилам, а с другой - право собственности, которое понимается как полное господство над вещью, абсолют вещных прав.

Анализ законодательства России, Франции, Германии, Австрии и Швейцарии позволяет прийти к выводу о существовании двух подходов к регулированию отношений общей собственности, в основе которых лежат разные концепции: индивидуалистическая концепция и концепция общности.

Индивидуалистическая концепция приравнивает не только саму общность, но и собственника доли к положению единоличного собственника. Порядок владения, пользования и распоряжения вещью в целом и долей в частности построен по образцу единоличной собственности, т.е. для осуществления правомочий собственности по отношению к вещи в целом необходимо выразить общую единую волю, а для распоряжения своей долей достаточно воли одного сособственника. Из чего следует, что долевая собственность рассматривается не как общая собственность, а как система независимых прав сособственников на доли, которые в их совокупности образуют одно право.

Данная концепция понимания долевой собственности была характерна для римского права, а затем аккуратно воспринималась российским законодательством разных периодов. Некоторые ее отголоски, но не в абсолютной форме, проявляются в законодательстве Франции. "Французский Гражданский кодекс 1804 года, как и классическое римское право со своими индивидуальными тенденциями, настроен, скорее, враждебно к общей собственности. Французская правовая наука усматривает сильную помеху для развития общей собственности в эксклюзивном характере собственности <1>".

<1> Planiol/Ripert/Boulanger, II, 794; Colin/Capitan, II, 100 ss.

Главным признаком индивидуалистического подхода регулирования отношений общей собственности является принцип единогласия, заложенный в основу принятия решений, касающихся осуществления всех правомочий собственности. Поскольку собственник доли приравнивается к индивидуальному собственнику, то решение этих вопросов, минуя его мнение, невозможно, так как это нарушает его исключительное право собственности, его полное господство над вещью. Каждый участник обладает ius prohibendi (правом налагать запрет). Запрет носит абсолютный характер, распространяется на любые решения и судебному обжалованию не подлежит.

Согласно предписаниям ст. 246 - 247 ГК РФ владение, пользование и распоряжение в отношении общего имущества осуществляются по соглашению всех сособственников. В случае недостижения согласия режим владения и пользования может быть установлен судом.

Принцип единогласия в осуществлении правомочий сособственности неоднократно подвергался критике <2>. Однако он глубоко укоренился и получил прочное обоснование в советский период. М.В. Зимелева указывала на то, что этот принцип соответствует общей трактовке института общей собственности в советском гражданском праве как "института, служащего потребительским целям. Поскольку доля в общей собственности предназначена для удовлетворения определенных нужд сособственников, решение вопроса по большинству голосов грозит лишить какого-либо конкретного содержания право меньшинства" <3>. Д.Ф. Еремеев подчеркивает, что "принцип единогласного управления общей собственностью сам по себе предполагает наиболее целесообразное использование имущества и наиболее полное удовлетворение интересов всех сособственников, а не большинства из них" <4>.

<2> См.: Маслов В.Ф. Вопросы общей собственности в судебной практике. М., 1963. С. 25.
<3> Зимелева М.В. Общая собственность в советском гражданском праве. Часть первая // Вестник гражданского права. М.: ООО "Издательский дом В. Ема", 2009. Т. 9. N 4. С. 198.
<4> Еремеев Д.Ф. Право личной собственности в СССР. М.: Госюриздат, 1958. С. 78.

Требование достижения единогласия не дает никакой возможности для принятия решений в случае отсутствия согласия хотя бы одного из сособственников, что неминуемо заводит в тупик при решении вопросов, которые требуют немедленного реагирования. Возможность в судебном порядке определять порядок владения и пользования общей вещью - это, конечно, своего рода выход из положения, но судебная процедура является достаточно длительной, эмоционально и материально затратной.

Решение о распоряжении общим имуществом может быть принято только сособственниками, и никаких выходов в данном случае, если сособственники не могут договориться, закон не устанавливает.

Некоторым проявлением индивидуалистического подхода является закрепление преимущественного права покупки, которое по своей сути способствует прекращению отношений общей собственности и может создать почву для вынужденной продажи доли сособственником, который "устал" от некомфортного правового соседства с другими совладельцами.

Преимущественное право покупки в европейских правопорядках используется крайне осторожно и "считается институтом устаревшим и необоснованно ограничивающим гражданский оборот" <5>.

<5> Prutting H. Sachenrecht. Juristische KurzssLehrbucher. 34. Auflage. Verlag C.H. Beck. Munchen, 2010. S. 394.

Индивидуалистический подход к регулированию долевой собственности не может считаться удовлетворительным, подрывая ее репутацию невозможностью эффективного управления общим имуществом, сводящей к минимуму возможность договориться о порядке владения, пользования и распоряжения вещью, так как очень велик риск несогласия одного из сособственников. Все это порождает несвоевременность принятия важных для собственников решений, неэффективность управления, что в конечном итоге ведет к обесцениванию самой идеи общей долевой собственности и желанию сособственника прекратить отношения собственности.

Для второго типа регулирования отношений общей долевой собственности характерна концепция "общности". На чаше весов в словосочетании "общая собственность" перевешивает термин "общая". Во главу угла законодателем поставлено регулирование процесса существования общности, которая осуществляет право собственности в отношении общего объекта, а не право собственности отдельного сособственника на общую вещь и на долю в ней.

В качестве характерных для данной концепции признаков можно назвать, во-первых, применение принципа большинства. Данный принцип с некоторыми особенностями предусматривает законодательство Германии, Швейцарии и Австрии. Во всех этих правопорядках принцип единогласия применяется для принятия решений относительно распоряжения всей вещью в целом и изменения целевого назначения. Цель общей вещи для каждого из сособственников - это смысл участия в общности, поэтому изменение цели использования вещи может быть основано только на единогласно принятом решении сособственников.

Параграф 833 Всеобщего австрийского гражданского уложения различает обычное управление и чрезвычайное, последнее помимо изменения целевого назначения вещи включает в себя существенное улучшение вещи, эти решения принимаются единогласно. Все остальные решения - большинством голосов.

Во-вторых, для концепции "общности" характерно усиленное договорное регулирование. Так, согласно § 746, 1010 Германского гражданского уложения договор между сособственниками в отношении недвижимого имущества может быть зарегистрирован сособственниками в поземельной книге, в этом случае он будет действителен для третьих лиц, приобретающих долю в будущем. Данный договор является гарантией бесконфликтного существования общности даже при смене собственника доли.

Отсутствие регистрации правил внутреннего регулирования в поземельной книге влечет их недействительность в отношении третьих лиц. Немецкая судебная практика исходит из того, что, если продавец доли принял на себя обязательство из внутренних правил и не зарегистрировал их в поземельной книге, он несет ответственность за неисполнение правил общности, так как, подписывая их, он должен был понимать, что они имеют значение и для приобретателей доли в будущем. Это является основанием для привлечения его к ответственности.

Аналогичные нормы существуют в австрийском и швейцарском гражданском законодательстве.

Одной из важнейших гарантий соблюдения прав сособственников является право требовать прекращения общности в любой момент. Невозможность существования общности в силу неспособности принять решение, конфликтности или напряженности между сособственниками, отпадение интереса в использовании общего имущества влекут возможность реализации любым сособственником права требовать прекращения общности в целом, а не только своего участия в ней. По § 749 абз. 1 ГГУ каждый участник может требовать в любое время отмену общности, если участники своим соглашением не ограничили это право. Если у сособственника нет интереса в сохранении общности, он может в судебном порядке требовать прекращения общности, в этом случае общая вещь подлежит продаже, а полученные деньги делятся между сособственниками пропорционально долям.

Параграф 650 Швейцарского гражданского уложения и § 850 Всеобщего гражданского уложения Австрии также предусматривают возможность отмены общности, если она не ограничена договором. Однако существует механизм защиты общих интересов. Прекращение общей собственности не должно приходиться на время, когда сособственник вынужден пользоваться этой вещью (например, комбайн в период уборки урожая). Это правило служит временной отсрочкой прекращения общности.

Высшим проявлением защиты общих интересов является возможность требовать исключения из общности. Данное право имеет место в швейцарском правопорядке, в котором существует принцип внимательного использования права. Нарушение одним из сособственников обязанности внимательного отношения друг к другу или к словам другого может проявляться в том, что он "выступает против выполнения каждого мероприятия или провоцирует споры, сконцентрирован только на своих эгоистических интересах, этими действиями он делает отношения общей собственности невыносимыми. Отношения общности всегда сопровождаются риском получить асоциального партнера. В связи с чем популярность общей собственности страдает" <6>. В данном случае единственной возможностью расстаться с асоциальным собственником является продажа доли и прекращение отношений собственности. Право преимущественной покупки создало благоприятную почву для того, чтобы асоциальный собственник стал единственным собственником. "Измученный" сособственник, для которого была заинтересованность в использовании вещи, вынужден отстраниться от собственности. Это представляется несправедливым, более разумным видится удаление асоциального собственника. В противном случае нарушается принцип следования санкции только за виновными действиями" <7>.

<6> Schneider B. Das schweizerische Miteigentumsrecht. Bern: Stampfli, 1973. S. 104.
<7> Schneider B. Das schweizerische Miteigentumsrecht. S. 105.

Для справедливого регулирования этой ситуации в период ревизии швейцарского законодательства 50 - 60-х годов XX в. была введена норма ст. 649 в Швейцарском гражданском уложении, позволяющая исключать асоциального партнера из общности.

Для осуществления исключения необходимо соблюсти следующие условия. "Во-первых, причины исключения должны лежать в области отношений сособственников или в области отношений между субъектами, которым общая вещь предоставляется в пользование. Это должны быть веские причины, которые делают продолжение общности невозможным и оперируя которыми судья может исключить из общности. Во-вторых, исключение возможно только при наличии веских оснований, как последнее средство, если все предупреждения, требования и иные правовые способы не принесли результата. В-третьих, надлежащий истец - это субъект, которому наносится вред воздействиями на общую вещь. Решение о подаче иска должно быть принято большинством голосов сособственников. Надлежащим ответчиком может быть сособственник, а также пользователь вещи либо владелец ограниченных вещных прав или предварительных личных прав (например, права преимущественной покупки). Таким образом, возникает имущественно-правовой гражданский спор. Если ответчиком выступает собственник, то выносится судебное решение о совершении действий во исполнение обязательства по отчуждению его доли; если ответчиком выступает владелец ограниченного вещного или предварительного личного права, выносится конститутивное решение об отмене права пользования, так как ограниченное вещное право и личное предварительное право не отчуждаемо и не передаваемо" <8>.

<8> Rey H. Die Grundlagen des Sachenrechts und Eigentum. 3 erg. und uberarbeit. Aufl. Bern: Stampfli, 2007. S. 210.

Дополнительной гарантией соблюдения общих интересов является ограничение в распоряжении долей. Интересным не только с точки зрения правовой природы доли, но и с точки зрения правовой природы права общей долевой собственности в целом представляется вопрос о возможности отказа от доли одним из сособственников. Наибольшую актуальность и практическую значимость этот вопрос имеет в Германии, так как достаточно длительное время и доктрина, и практика на основе законодательных предписаний считали этот вариант распоряжения долей возможным, однако возникшие на практике ситуации заставили пересмотреть данную позицию.

В качестве примера приведем случай, рассмотренный земельным судом г. Констанц <9>. Сособственник бассейна хотел отказаться от доли в собственности в связи с отсутствием интереса в собственности данным объектом через регистрацию соответствующего заявления в поземельной книге по § 928 ГГУ. Суд земли признал отказ от доли невозможным.

<9> NJW-RR 1989, 1424, LG Konstanz aaO. Wilhelm. Sachenrecht. S. 87.

Суд обосновывал свою позицию следующим образом. Односторонний отказ совладельца от его доли не влечет приращение этой доли к долям других совладельцев, так как такой отказ делает долю бесхозяйной (§ 928, 958 ГГУ). Представить себе вещь, являющуюся на какую-то долю бесхозяйной, невозможно. Кроме того, отказ от доли увеличивает обременения, связанные с содержанием и управлением вещью другим сособственникам.

Таким образом, отказ от доли невозможен, так как неминуемо затрагивает общие интересы.

Подход, избранный законодателем той или иной страны, предопределяет разное регулирование отношений общей долевой собственности, с уклоном в сторону либо индивидуальной сферы, либо общей. Российское законодательство можно однозначно отнести к первому, основанному на индивидуалистическом подходе правового регулирования. Германия, Австрия и Швейцария, с теми или иными особенностями, избрали для себя иной путь, основанный на балансе интересов каждого из участников долевой общности, на усилении корпоративности в отношениях общей долевой собственности.

Проект ГК РФ <10> в целом сохранил индивидуалистический подход, что проявляется в возможности отчуждения части доли в одностороннем порядке (п. 2 ст. 276), сохранении преимущественного права покупки (ст. 278). Тем не менее усилены позиции общности долевых собственников, что проявляется в закреплении возможности распространения действия соглашения сособственников на правопреемников (п. 5 ст. 277), нового механизма прекращения общности посредством продажи вещи (п. 3 ст. 280).

<10> О внесении изменений в части первую, вторую, третью и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации, а также в отдельные законодательные акты Российской Федерации: проект Федерального закона. Дата первой официальной публикации: 07.02.2012. URL: http://www.rg.ru/2012/02/07/gk-site-dok.html.